Лед и синь

      — Вы хорошо показали себя на тренировке по боевой магии, — похвалил Лука на следующий день, расчесывая мои волосы.       — Ты наблюдал за мной? — удивился я. — Разве у тебя в это время нет занятий?       — Отменили.       — Вот как. Ты был впечатлен? — игриво спросил я.       — Да.       Я смутился, не ожидая такого прямого ответа.       — Ты наконец-то признаешь мои способности?       Лука в отражении усмехнулся.       — Вы способны на большее. Уверен, вы еще сможете удивить меня в будущем.       Парень мягко улыбнулся, пропуская пряди сквозь пальцы. Влажные волосы блестели в свете лампы.       — Ты думаешь о будущем, Лука?       Парень помолчал несколько секунд, положил щетку на трюмо.       — Мое будущее зависит от ваших решений.       — Разве не ты говорил мне, что ты не раб и можешь сам решать, что делать? — ухмыльнулся я, встал напротив него.       — Вы намерены исполнить долг перед родом?       — Вступить в брачный союз ради укрепления положения моей семьи?       Я вздохнул и отошел к окну. Сумерки сгустились, на небе появились первые звезды.       — Я бы хотел увидеть, как выглядит небо других стран. Но у меня нет выбора. Если я воспротивлюсь воле матушки, она сломает и перестроит мое сознание. Мной движет не долг перед родом, а страх. Ты видел, как она поступила с Катариной. Я не хочу стать таким же.       Я опустил голову и сжал кулаки. Я бессилен.       — Я ищу способы противодействия…       — Постой!..       Я вскинул голову и повернулся к Луке. Он поднял брови в немом вопросе.       — Ты слышал, что я сказал, — я дождался утвердительного кивка. — Но как? Как я смог это произнести? Раньше я не мог сказать и слова без последствий…       — Может блок, наложенный на ваше сознание, ослабевает без присутствия заклинателя? — предположил Лука. — Или дело в том, что я уже знаю о способностях леди Сиверс?       Я покачал головой, стал ходить по комнате, размышляя.       — Это все маловероятно. Ментальный блок не имеет срока действия. И когда мы говорили с тобой в прошлый раз, ты уже знал о силах леди Сиверс. Может когда у меня произошел срыв, снесло ее заклинание? Возможно. Когда ты выправлял мои энергетические каналы… — я остановился напротив Луки. — Мог ли ты тогда снять ее заклинание?       Лука задумался. Взял мое запястье и положил вторую руку на лоб. Он стоял с закрытыми глазами несколько минут. Несмотря на взволнованное состояние, я стоял недвижимо и ждал.       — Я не чувствую на вас никаких заклинаний, — опустил парень руки. — Ни следа от блока.       — Все так просто? — я облегченно засмеялся. — Способностей целителя достаточно, чтобы противостоять ментальному магу?       — Я в этом не уверен, — Лука нахмурился.       — Тебе нужно встретиться с Кати! Ты сможешь помочь ей!       — Простите, милорд, — парень опустил взгляд, — но боюсь ей уже не помочь. Ее образ мышления и восприятие мира изменены навсегда. Это не то же, что блок.       Надежду в моем сердце сменила тоска.       — И я все же не уверен, что это я снял заклятие с вас, — тихо проговорил Лука. — Я был в таком смятении, когда лечил вас, что не обратил внимания, наложены ли на вас какие-либо заклинания.       — Тогда ты,.. — я сглотнул, вспомнив тот вечер и ту боль, что была в глазах Луки. — Я ведь так и не попросил у тебя прощения за ту боль, что причинил тебе.       — Вы и не должны, — Лука покачал головой. — Вы не знали о моих чувствах.       — И все же я виноват, — я положил руку на щеку парню и заглянул в его глаза. — Прости.       Лука промолчал, вглядываясь в мои глаза, наклонился и поцеловал меня. Я замер, все еще не в силах ответить.       — Значит, ментальной магии можно противостоять, — заметил я через несколько минут. — Сможешь ли ты поставить защиту на мое сознание?       Лука отрицательно покачал головой.       — Я не знаю подобных заклинаний, но приложу все усилия, чтобы найти, — сказал он твердо. — До летних каникул осталось чуть больше месяца. Мне нужно спешить.       — Мать не будет отдавать меня в другой род до окончания обучения, — с сомнением проговорил я. Она могла изменить планы.       — Леди Сиверс заметит отсутствие блока. Боюсь, это заставит ее действовать.       Мое сердце сжалось от страха. Сильные руки обвили меня и прижали к себе, успокаивая.       — Я сказал, что мое будущее зависит от ваших решений. Если бы вы выбрали противостоять своей матери, я бы был с вами. Но теперь у вас нет выбора. Я собираюсь найти союзников в борьбе с ней.       Лука стиснул меня сильнее.       — Вы понимаете, что ждет леди Сиверс, если о ее способностях станет известно?       Я сжал кулаки и зажмурился. Все же она была моей матерью.       — Смерть.       На несколько минут воцарилась тишина.       — Мы можем сбежать, — заметил Лука. — Уехать в другую страну.       Я некоторое время обдумывал его слова.       — Нет. Леди Сиверс умная женщина. Она поймет, что ты узнал о ее способностях. Отправит за нами ищеек. Или убийц. Она не станет рисковать своей безопасностью. Мы не сможем убегать вечно.       Я разомкнул руки, отступил на шаг, посмотрел в глаза Луки.       — Нам придется сражаться. Я полагаюсь на тебя в поисках информации.              Прошло несколько недель. Лето становилось все ближе. Несмотря на упорные поиски, мы не нашли решения.       — Я поговорю с профессором Мимиром.       Мы сидели в аудитории теории магии. Только что прозвучал сигнал, и студенты начали покидать аудиторию. Лектор же стоял у стола, перебирая свитки. Это был мужчина средних лет с длинными черными волосами, собранными в низкий хвост, и цепким взглядом.       — Это рискованно, — возразил Лука, вставая вместе со мной.       — У мас осталось меньше двух недель, а он лучший маг теоретик в стране. Я у него в любимчиках, — усмехнулся я. — Не беспокойся, я буду осторожен.       Я подошел к профессору. Зеленые глаза быстро осмотрели меня и опустились в стол.       — Профессор Мимир, я хотел задать вам вопрос.       — У тебя не могла возникнуть проблема, с усвоением материла этой лекции, — быстро проговорил мужчина. — Какой вопрос?       — Вы знаете, что я владею только магией льда. Но хотя бы в теории я хочу узнать больше и о других областях магии. В одной из книг я увидел упоминание о ментальной магии, — я чуть не запнулся, когда острый взгляд впился в меня. — Но там было только упоминание. Мне бы хотелось знать больше. Может, вы подскажете, где найти информацию?       — Книг о ментальной магии нет. Эта запретная область. Забудь об этом.       Профессор опустил голову, возвращая внимание бумагам. Но я не могу так просто отступить.       — Но профессор, я прочел, что это могущественная магия, способная взорвать мозг. Пожалуйста, не смотрите так на меня, — я неловко улыбнулся, под изучающим взглядом. — Я никогда не прибегну к столь подлым приемам. К тому же для меня это невозможно. Мой дар слишком велик. Он подавил возможность использовать другую магию.       — Это верно. Твоя магическая энергия впечатляет.       — Я не смогу научиться ментальной магии, лишь хочу знать о ней больше.       — Никто не может научиться ей. Это врожденный дар. Крайне редкий. Носители обычно погибают в младенчестве, либо сходят с ума во время переходного периода. Если их не убьют раньше.       — Вы хотите сказать, что среди студентов не может быть ментального мага?       — Верно. Последний случай был зафиксирован восемьдесят два года назад. Погибло двадцать шесть человек, прежде чем менталист был ликвидирован.       Я резко выдохнул, прочистил горло.       — Уверен, если на меня нападут, я смогу убить и больше.       — Возможно, — ухмыльнулся мужчина. — Если это будут разбойники. Тому менталисту едва исполнилось двенадцать. А на его ликвидацию отправили элиту королевской гвардии.       — Я не понимаю, — чуть помолчав, сказал я. — Если менталисты столь сильны, почему нас не обучают противостоять им?        — От их магии нет защиты. Но к счастью, менталистов нет среди нас.       — В таком случае, профессор Мимир, я не буду настаивать. Хоть эта область магии и пугает. Я хотел еще спросить о магии жизни.       Напряжение, царившее в помещении последние несколько минут, спало.       — Твой камердинер практикует магию жизни. Так спроси у него.       — Вы лучший маг теоретик в стране, — улыбнулся я. — Я предпочту задать вопрос вам. Простите, что беспокою вас, но я не нашел ответ в книгах. Магический резерв Луки довольно мал, но для лечения он может применять заклинания, требующие огромного количества энергии. Как это происходит?       — Хм, — мужчина прищурившись посмотрел на меня. — Кальт, тебя сегодня тянет поговорить то на запретные темы, то на тщательно скрываемые. У меня нет времени. Скоро начнется занятие. Возьми это, — он протянул мне тонкую книгу в кожаном переплете. — Это ограниченное издание. Я верю в твою благоразумность. Не распространяй эту информацию.       — Благодарю за ваше доверие и этот разговор, — я поклонился и спешно покинул аудиторию.              «Магия жизни является исключительной областью. Ведь для наложения заклинаний, маг может брать магическую энергию пациента».       Ответ на мой вопрос оказался на первых же страницах. Так значит, Лука использует мою энергию? Я не возражаю. У меня большой резерв, да и восстанавливается быстро. Но другим магам подобное может не понравиться. Понятно, почему этот вопрос скрывают.        «Если же пациентом оказался человек без магических способностей, то целитель может использовать жизненную силу того. И тем самым нанести вред. Вытягивание как магической, так и жизненной силы порицается. Ведь именно этим и занимаются некроманты».       Так вот в чем дело! О некромантии тоже сложно найти какую-либо информацию, но в исторических справках есть упоминания о нескольких некромантах.       Но это не тот вопрос, что меня интересует.       Пролистав еще несколько страниц, я наткнулся на подходящие строки.       «Дабы защитить себя от хлынувшей энергии пациента, целителю необходимо поставить заслон».       Я схватил книгу и, как был в нижнем белье после душа, пошел к Луке.       — Лука! Я нашел…       Едва я прикрыл дверь комнаты, как мой взгляд уперся в парня. Он только вышел из ванной. С волос на неприкрытые плечи капала вода. Я невольно проследил взглядом затем, как капля пробежала по груди и прессу до самой кромки штанов. Я смущенно отвел взгляд. Лука никогда не снимал рубашку при мне. Видеть его таким… это вызывало во мне странные чувства.       Но почему я отвел взгляд? Мы же оба мужчины!       Повернувшись, я увидел усмешку на губах Луки. Он приподнял одну бровь и протянул мне полотенце.       — Поможете?       Я сглотнул, положил книгу, и подошел к парню, принимая полотенце. Стал медленно высушивать его волосы.       — А полгода назад ты не позволял мне этого, — заметил я.       — Я тогда едва сдержался, — сказал он хриплым голосом, прожигая меня взглядом.       — Ты и сейчас едва держишься, — ухмыльнулся я и облизал пересохшие губы.       Я увидел, как еще одна капля соскользнула с плеча на грудь. Опустив полотенце, я проследил ее путь пальцем. Лишь когда пресс напрягся под моим прикосновением, я понял, что делаю. Но было поздно. Лука схватил мою руку и дернул на себя, запустил вторую руку в мои волосы и страстно поцеловал. Рука, опустившая мое запястье, скользила по спине.       Я застыл. Мое тело охватил жар. Не тот, что возникал, когда я желал женщину. Более яркий. Я едва дышал.       Я хочу его…       — Не провоцируйте меня, — прорычал Лука мне в ухо. — Я и так на пределе.       Парень разжал объятья и отступил. К счастью он не смотрел на меня, и не видел смятения, что я не мог скрыть.       — Зачем вы пришли?       — Я… — мои мысли были далеко, глаза блуждали по комнате и наткнулись на книгу. — Я принес тебе книгу, что дал профессор Мимир. Она о целительстве. Я узнал из нее кое-что интересное. О том, как имея небольшой магический резерв, ты справился с лечением моих энергетических каналов. Ты собирался сообщить, что используешь мою энергию для лечения? — я посмотрел на него вопросительно.       — Простите, — парень виновато опустил взгляд. — Обычно мне хватает своей.       — Я не возражаю, — улыбнулся я, — ты ведь помогаешь мне.       — Эта секретная техника, — Лука нахмурился. — Вы узнали о ней из книги?       — Да. Еще там сказано, что чтобы защититься от воздействия магии пациента, целитель должен поставить защиту.       Лука бросил взгляд на книгу.       — Ты умеешь ставить ее?       — Да, — кивнул парень, взял в руки книгу. — Но она защищает лишь от чистой ненаправленной энергии. Не от заклинаний. Здесь сказано что-то еще?       Я неловко отвел взгляд и почесал шею.       — Честно говоря, едва прочтя эти строки, я ринулся к тебе. Не подумал, что эта защита не поможет.       — Позвольте мне прочесть эту книгу.       — Думаю, ты сможешь почерпнуть из нее больше информации, чем я, — я кивнул и направился к двери. — Спокойной ночи, Лука.       — Постойте.       Парень сделал несколько шагов ко мне и оставил на моих губах легкий поцелуй.       — Спокойной ночи, милорд.              — Сегодня суббота, — заметил я. — Полагаю, у тебя было достаточно времени, чтобы прочесть книгу.       Лука отложил щетку и мягко помассировал мне голову. Я закрыл глаза и откинул голову.       — Вы в нетерпении, — хмыкнул он. — Есть одно заклинание. Оно помогает защититься от воздействия магии иллюзий. Точнее от некоторых из заклинаний, воздействующих на восприятие.       — Это схоже с ментальной магией! — я распахнул глаза.       — Я тоже так думаю, — кивнул Лука. — Я наложу это заклинание на вас.       Я выдохнул, расслабляясь. Это заклятие не гарантирует нашу безопасность, но лучше, чем ничего.       Тонкие пальцы сместились с головы на шею и плечи, массируя через тонкую ткань. От прикосновений по телу разливалось тепло.       — Мне нравятся твои прикосновения, — прошептал я.       — Милорд?       Голос Луки был полон сомнения, как будто он не расслышал. Его руки замерли. Я встал напротив него.       Пора отбросить страх.       — Мне нравится забота, что ты проявляешь ко мне, — заговорил я, глядя в его глаза. — Нравится видеть в твоих глазах нежность и любовь. И страсть.       Я сделал шаг к Луке, не прерывая зрительного контакта, положил ладонь на его сердце. Оно учащенно билось.       — Нравится, когда ты прикасаешься ко мне. Нравится, когда ты целуешь меня, — я облизнул пересохшие губы. — Я хочу тебя. Хочу прикасаться к тебе. Хочу целовать тебя. Хочу разделить с тобой постель, — я почувствовал, как жар приливает к лицу. — Я люблю тебя. И хочу провести с тобой эту жизнь.       Я сократил расстояние и поцеловал Луку. Он с готовностью мне ответил, но вскоре прервал поцелуй, чтобы посмотреть в мои глаза.       — Вы уверенны? — в его глазах плескалось сомнение.       — Как никогда в жизни, — я улыбнулся, с нежностью смотря в глаза парня.       Лука улыбнулся в ответ, его глаза сияли. Он нежно прикоснулся к моим губам, аккуратно прикусил губу, провел по ней языком и лишь потом углубил поцелуй.       Тело охватил жар. Я потянулся к поясу, желая освободить себя от ненужной сейчас одежды, но Лука перехватил мои руки.       — Позвольте мне, — сказал он низким голосом, и я опустил руки.       Лука поцеловал меня в уголок рта, прикусил мочку уха и медленно стал опускаться к ключицам, целуя и прикусывая кожу. Я резко втянул воздух, потерянный в незнакомых ощущениях. Дыхание Луки стало тяжелее, его руки скользнули по вороту моей одежды, распахивая его. Я вскинул голову, и парень провел языком по ложбинке между ключицами. Одежда соскользнула с моих плеч и упала на пол. Руки заскользили по моему телу, то с силой надавливая, то едва касаясь. Губы накрыли мой рот.       Я прижался к Луке, но почувствовал кожей лишь ткань. Недовольный потянулся к пуговицам и стал спешно их расстегивать. Сбросив жилет и рубашку, я провел по рукам и плечам парня, по груди и животу, мышцы напряглись под моими пальцами, скользнул вниз. Но не успел я расстегнуть пуговицу на брюках, Лука перехватил мои руки и толкнув уронил меня на кровать, наваливаясь сверху. Его поцелуи стали совсем неистовыми, он то покусывал и всасывал мои губы, то вновь углублял поцелуй.       Я застонал в его рот и выгнулся, желая прикоснуться к нему всем телом. Ногами почувствовал грубую ткань. Стоило мне вновь потянуться к пуговице, Лука перехватил мои руки за запястья и прижал к кровати по бокам от моей головы. Оторвавшись от моих губ, он посмотрел на меня. В тусклом свете лампы его синие глаза были черными.       — Ты не хочешь? — спросил я удивленно, не узнав собственный охрипший голос.       — Безумно хочу, — голос Луки был таким же. — Если убрать последнюю преграду, я не смогу сдерживаться, — прорычал парень мне на ухо, и прикусил мочку. — Я очень хочу овладеть тобой, Кальт.       От страсти в его голосе я простонал и вновь выгнулся, прижимаясь к парню.       — Лука, я хочу этого. Хочу почувствовать тебя всем телом.       Лука низко рыкнул и поцеловал меня так, что сознание затуманилось.       От охватившего меня жара стало трудно дышать.