Песнь Пересмешника

— Мне нужно, чтобы она проснулась, тогда я смогу осмотреть её, — произнёс низкий голос рядом с изголовьем моей кровати, эхом отразившись от стен спальни и таким образом вырывая меня из глубокого сна. — А вы не можете всё сделать, пока она спит? — раздался женский голос. — Нет, миледи. Это абсолютно невозможно. — Мой супруг категорически настаивает на том, чтобы я больше не возвращалась к этому вопросу, но я не могу. Ей постоянно плохо и я начинаю бояться, что мой Зяблик может что-нибудь от неё подхватить. — Упадок сил — не болезнь, миледи. — Может быть, но, глядя на неё, я начинаю сомневаться, так ли это. Так что просто осмотрите её и скажите, что вы думаете на этот счёт? — Это было бы нарушение… — Меня не волнует, что это будет за нарушение! Просто сделайте всё как можно быстрее! Я почувствовала, как жёсткие мозолистые руки откидывают одеяло, обнажая мои плечи и медленно скользя вниз, пока всё моё тело не оказалось обследовано ими. Это было уже слишком и я резко подняла голову, чтобы встретиться взглядом с теми, кто так бесцеремонно вторгся ко мне. — Алейна, моя дорогая. Я пригласила одного из своих людей, чтобы узнать о твоём состоянии. Это Гай, мой мейстер. Я попросила его осмотреть тебя и выяснить, сможет ли он немного тебя подлечить. В последнее время ты так часто плохо себя чувствуешь. — Я просто устала, тетя Лиза. — Петир говорит то же самое, но… — Значит, вам не о чем беспокоиться, — довольно холодно заметила я. Лизе не понравилось, как я резко натянула на себя одеяло, с вызовом посмотрев на неё. Но что я могла поделать, когда она стояла так близко ко мне, что могла разглядеть те небольшие изменения, которые уже отразились на моей фигуре? Я порадовалась, что свеча в моей спальне уже погасла и единственным тусклым освещением служили бледные лунные лучи, проникавшие сквозь полуоткрытые шторы. — Сон — это всё, что мне нужно. Так что, будьте добры… — Алейна! — вдруг яростно выкрикнула тётя Лиза. — Ты позволишь этому человеку осмотреть тебя. Я не желаю больше слышать никаких оправданий ни от тебя, ни от мужа. Она направилась к двери и, уже выходя, бросила через плечо: — Гай, доложите мне о результатах осмотра как можно скорее. Алейна, ты останешься в своей комнате, пока я не пришлю за тобой. В тот же миг, когда за Лизой захлопнулась дверь, я услышала, как Гай мягко сказал мне: — Тут не из-за чего тревожиться, моя дорогая. Позвольте мне осмотреть вас, чтобы я мог сказать леди Лизе, что всё в порядке. Тут более чем достаточно причин для тревог, подумала я, заворачиваясь в простыни и откатываясь на постели как можно дальше от мейстера. — Пожалуйста, не усложняйте всё ещё больше, — умоляюще воскликнул он. — Я точно так же, как и вы, не желаю этого делать, но нам всем приходится подчиняться приказам. Так и есть, приходится подчиняться, подумала я, вспомнив первое указание, которое мне дал Петир, когда мы миновали Кровавые Врата: “Никогда не позволяй никому разглядывать твоё тело, кроме Эйлин и Томаса. Только этим двоим я могу доверить наш маленький секрет”. Я не знала этого человека, с видом глубокого сожаления стоявшего у моей кровати, и не могла доверять никому, служившему Лизе Аррен; я не могла доверять, даже если бы мне вдруг захотелось этого. — Если вы не позволите мне осмотреть вас, я буду вынужден доложить об этом леди Лизе и она прикажет мне провести осмотр силой. — Лорд Бейлиш этого не допустит, — торжествующе выпалила я. — И как он сможет остановить меня, если его нет в замке? Услышав это, я выглянула из-под одеяла и взглянула мейстеру в глаза. — Что вы имеете в виду, говоря, что его нет в замке? — Его никто нигде не может найти. Вот почему леди Лиза немедленно послала за мной. Пожалуйста, позвольте мне осмотреть вас, иначе мне придётся делать это в присутствии толпы стражников, которые будут пялиться на вашу наготу. — Где же носит Петира, Иные его побери? — выругалась я себе под нос, выскальзывая из-под одеяла. Подойдя к мейстеру и стараясь не смотреть ему в глаза, я встала перед ним с самым мрачным выражением лица. — Я сделаю всё быстро, — сказал мейстер, ощупывая мне лоб на предмет каких-либо признаков лихорадки и прикладывая руку к моей щеке. Затем он внимательно обследовал всё моё тело, тыкая в него тут и там, но вдруг замер, заметив небольшую выпуклость внизу моего живота. — Этого не может быть. — Но так и есть, — серьёзно ответила я, развязывая завязки на своём шёлковом платье, чтобы наглядно всё продемонстрировать мейстеру. — Вы ждёте ребёнка? — воскликнул мейстер Томас. — И как давно вы держите это в секрете? Я промолчала. Было бы неправильно выдавать всё сразу, даже если он смотрел на меня таким ласковым, полным сочувствия взглядом. — И кто же отец? — тихо спросил мейстер. — Ведь это тот же человек, который оставил вам эти следы на ногах. На моих губах заиграла хитрая улыбка и я едва узнала собственный голос, произнёсший: — Я же бастард, разве вам об этом неизвестно? Мне быстро становится скучно. Время от времени я нуждаюсь в ком-то, кто станет согревать мою постель. — Я нежно провела пальцами по краю его рукава и добавила: — Я могла бы согреть и твою, Гай. Я практически расслышала у себя в голове резкий металлический щелчок захлопнувшейся ловушки, когда увидела, как Гай смотрит на меня. “Слёзы — не единственное оружие женщины”, — вспомнила я судьбоносные слова Серсеи Ланнистер, произнесённые в ту ночь, когда армия Станниса Баратеона штурмовала берега Королевской Гавани. — “Лучшее оружие у неё между ног”. — Я вдвое старше тебя, дитя, — устало сказал мейстер. — Тем более, я должна согреть твою постель этой ночью, — ответила я игривым тоном. Но искушение оказалось слишком велико для бедного мейстера и он начал поддаваться своим желаниям. Схватив меня за руки, Гай подтолкнул меня к кровати. О нет! Что я наделала, осознала я, когда упала в кровать, а мейстер навалился на меня сверху. Его горячее дыхание уже коснулось моей груди, когда распахнувшаяся дверь спасла меня от неминуемой участи. Петир, подумала я, резко приподняв голову, но встретилась лишь с суровым взглядом тёти Лизы. — Что здесь происходит? — строго спросила она. — Миледи, я могу всё объяснить… — Не трудитесь. Вы разжалованы и вам следует немедленно покинуть мой замок. — Но она соблазняла меня, я совершенно не собирался этого делать… — Покиньте мой замок! — повторила Лиза, широко распахнув дверь. — Пожалуйста, позвольте мне всё объяснить. Алейна, она… она беременна… — Что? — Она ждёт ребёнка, миледи. Я просто хотел получше её осмотреть. — Вы что, принимаете меня за круглую дуру, Гай! — Нет. Я никогда бы не осмелился так подумать о вас… — Хорошо, — твёрдо сказала Лиза. — А теперь приготовьте лунный чай и принесите сюда как можно скорее. И после этого немедленно покиньте Орлиное Гнездо. Лунный чай, запаниковала я, нет, она не может заставить меня его выпить. Я не позволю ей навредить моему ребёнку! — Санса, иди сюда, — велела мне тётя, заперев дверь за вышедшим мейстером. Она усадила меня на стул у окна и спокойно зажгла свечу, чтобы лучше меня видеть, а затем обвела меня ястребиным взором. Голубые глаза тёти Лизы сияли так же, как тёмно-рыжие волосы, обрамлявшие лицо. Но, чем дольше Лиза смотрела на меня, тем мрачнее становился её взгляд, и, наконец, к моему ужасу, её глаза сузились, встретившись с моими. — Кто он? — Дейл, — тихо ответила я. — Но это не он оставил тебе эти отметины на бёдрах. — Нет, это был кое-кто другой. — Петир… не так ли? — Нет. — Ложь! — Клянусь вам… — Я не верю ни единому твоему слову. Ты такая же, как твоя мать. — Клянусь, это не Петир. Это кто-то другой. — Кто?! — Я не могу рассказать вам! Вы его убьёте. — Если это Петир, клянусь тебе… — Это не он, тётя Лиза! — заплакала я. Слёзы помимо моей воли заструились по лицу, но это не был страх оказаться пойманной, так проявлялся страх потерять ребёнка. — Пожалуйста, не заставляйте меня пить это! — Почему бы и нет? Когда-то и я вот так ждала ребёнка… от Петира, и его отняли у меня. А теперь я отниму ребёнка у тебя, на тот случай, если это ребёнок Петира. — Это не от него. Спросите его сами! — взмолилась я. — Вы должны мне поверить… я бы не стала… не смогла бы пойти на такое. — Вот как? — насмешливо спросила Лиза. — А разве не моего мейстера я видела на тебе вот только что? — Он принудил меня. Он хотел… он пытался… — Довольно этих рыданий, дитя! Ничего из этого на меня не действует. Думаешь, я не видела всего этого раньше? О да, твоя мать вела себя точно так же! Кто мог устоять перед женскими слезами? — Проявите же милосердие. Пожалуйста, не делайте этого со мной. Я лучше умру. — Будь осторожна, Санса! Твоё желание запросто может исполниться, ведь если окажется, что это всё-таки ребёнок Петира, я без раздумий вышвырну тебя в Лунную Дверь. Ты настоящая шлюха! Совсем как была твоя мать… — Я не такая! — плакала я. Я опустилась на колени, умоляя тётю проявить хоть каплю милосердия, но упрямая женщина не собиралась менять своего решения. Ослеплённая яростью, она мерила комнату шагами, в ожидании возвращения мейстера. Лизе больше нечего было сказать мне, её мысли, казалось, были заняты чем-то другим. И это был всего лишь вопрос времени, прежде чем она доведается, что мы с Петиром оставались наедине всю вторую половину дня, а когда Лиза это выяснит, меня уже можно будет считать покойницей. Раздался стук в дверь. Лиза поспешила открыть и я воспользовалась этой небольшой заминкой, чтобы вытащить кинжал, который мне дал Петир, и спрятать его за спиной. Я убью её, прежде чем она сможет причинить вред моему ребёнку, решила я, крепче сжимая рукоять. Однако в комнату вошёл не мейстер Гай, а какой-то стражник. Он низко наклонился и что-то прошептал моей тёте на ухо. Лицо тёти приняло озабоченное выражение и она быстро последовала за стражником, не забыв тщательно запереть за собой дверь. Самое время бежать, поняла я, и бросилась к двери, но Лиза позаботилась о том, чтобы запереть её снаружи. Тогда я подбежала к окну, но перспектива сорваться с высоты более пятидесяти футов заставила меня задуматься об ином пути отступления. Я забарабанила в дверь и стучала так довольно долго, но снаружи не оказалось никого, кто мог бы выпустить меня. Где же Эйлин? И где Петир? Никто не придёт мне на помощь? Подойдя к сундуку, я достала оттуда и надела на себя всё самое тёплое, что только смогла найти. Что-то подсказывало мне, что нужно быть готовой к любому развитию событий, и я охотно воспользуюсь каждым шансом, самой крохотной частичкой надежды, чтобы спасти того, кто растёт внутри меня. Прислонившись к стене и стиснув в руке кинжал, я ждала, пока кто-нибудь откроет дверь, чтобы напасть на него из засады. Я простояла так какое-то время и тут дверь начала открываться. Я метнулась вперёд и приставила острое лезвие к белоснежной шее невысокой женщины. Но уже через мгновение я поняла, что это Эйлин с подносом в руках. — Алейна? — сказала она, глядя на меня краем глаза. Я отвела кинжал подальше от её шеи и резко спросила: — Где Петир? Эйлин удивлённо моргнула, так как я впервые назвала лорда Бейлиша по имени. Кота извлекли из мешка, больше не было необходимости скрывать правду. — Он пошёл… он был в…, — заколебалась Эйлин. — Мне ты можешь рассказать, — быстро сказала я, забирая у неё поднос. — Лорд Бейлиш ходил исследовать заброшенные пещеры под замком. В поисках тайных проходов и всего такого прочего. — И где же он сейчас? — уточнила я, ничуть не удивившись услышанному. — Думаю, в своей горнице. — Идём, — сказала я и взяла Эйлин за руку. Мы побежали по коридору, затем спустились по лестнице, мимо немного настороженных стражников, и наконец добрались до горницы Петира. Я велела Эйлин дожидаться меня снаружи и наблюдать за происходящим, а сама вошла в горницу. Но Петира в ней не оказалось и я поняла, что начинаю паниковать в окутавшей меня мрачной тишине этой комнаты. — Его здесь нет! — воскликнула я, закрывая за собой дверь. — Эйлин, где он? — Не знаю, — честно ответила она. — А что случилось? Скажите мне и я помогу вам. — Ты ничего не сможешь сделать. Мне нужно найти Петира и нужен он мне прямо сейчас! Словно в ответ до нас донёсся громкий пронзительный крик Лизы, эхом разносящийся по коридору: — За мной! Мы бросились бежать по узкому проходу, пока не достигли небесно-голубых дверей, ведущих в тронный зал. Двери украшал герб с соколом — зловещее предупреждение не сметь переступать порог этого священного места, пока вас не призовут сюда. Но жуткие вопли Лизы не оставляли мне иного выбора. Будь что будет, решила я. — Эйлин, найди мейстера Гая. Проследи за ним и доложи Петиру, или мне, о том, что он делает. И если этот мейстер попытается напоить меня чем-нибудь насильно, ради Семерых, не позволяй ему этого! Бросив последний прощальный взгляд на Эйлин, я взяла её маленькую ладошку в свою и нежно её пожала. Не знаю почему, но в тот миг мне показалось, что мы расстаёмся с ней навсегда. И, едва войдя в тронный зал, я осознала, что направляюсь прямо навстречу собственной гибели.

***

— Если это не твой ребёнок, то не мешай мне дать ей лунный чай. — Позволь ей оставить ребёнка, — настаивал Петир. — Если ты отберёшь его у неё, это только причинит ей огромную боль. Она уже потеряла сира Дейла, а теперь ты хочешь, чтобы она потеряла и его ребёнка. — Если ты знал, кто отец, то почему скрывал это от меня? — завизжала тётя Лиза, шагнув навстречу мужу. Они стояли вдвоём в тронном зале. Здесь было темно как ночью, если не считать света нескольких факелов, развешанных по стенам. Через открытый балкон позади виднелось красивое сумеречное небо и крупные снежинки время от времени залетали внутрь. Лунная Дверь была рядом и я боялась, что Лиза в гневе вышвырнет в неё нас с Петиром, если только узнает правду. — Я не хотел тебя тревожить. За последние несколько лун у тебя уже было достаточно поводов для переживаний и я не хотел добавлять тебе ещё. — Она должна была выйти за моего сына! — Я знаю, Лиза, но теперь мы ничего не можем с этим поделать. — Мы должны отослать её. — Согласен. — После того, как напоим её лунным чаем. — Ты не станешь так поступать. Моя жёнушка такая добрая и заботливая, она не… — Ты думаешь, что я не способна на это! — вставила Лиза. — Да я бы вышвырнула её в Лунную Дверь, если бы только узнала, что это твой ребёнок! — Тогда хорошо, что он не мой, — мягко ответил Петир. Лиза стояла ко мне спиной, но я знала, что Петир видит меня, стоящую у приоткрытых дверей. И когда он взглянул мне в глаза, я ощутила, как меня наполняет отвага, и шагнула вперёд. — Тем не менее, ты так и не признался мне, кто спал с ней в последнее время? — Ты думаешь, мне известно всё на свете? — лукаво спросил Петир, приподняв уголок рта. — Кроме того, у всех нас есть свои потребности. — Есть, если только она не удовлетворяет их с тобой. — О, моя глупая жёнушка, — сказал Петир, шагнув к ней. — Я никогда никого не любил, кроме тебя. — Тогда, пожалуйста, дай ей выпить чай и отошли её прочь. Никто не должен знать, что она натворила. — Ты знаешь, что я не могу это сделать, — напряжённым голосом возразил Петир. Он отвёл взгляд от Лизы и встретился с моим. Меня бросило в жар, взгляд Петира буквально притягивал меня, хотя я и не осознавала всё до конца. Петир положил руки жене на плечи и успокаивающе сжал их, в то время как его глаза продолжали смотреть прямо на меня. — Лиза, я думаю, тебе следует знать, что за всю свою жизнь я любил всего одну женщину, — Петир замолчал и легко улыбнулся одними уголками губ. — И сейчас она стоит здесь, прямо передо мной, — добавил он, а потом развернул жену и заставил её встретиться со мной лицом к лицу. — И она очень красива, не так ли? Я могу только представить, что наш ребёнок будет ещё красивее. Жаль, что ты этого не увидишь, — произнёс Петир и без предупреждения толкнул Лизу в открытую Лунную Дверь, глядя, как её тело летит в далёкую тьму. — Ты убил её, — выдохнула я, после того, как крики моей тёти растаяли внизу. — Необходимое зло, — отметил Петир, подходя ко мне. Он обнял меня и поцеловал в лоб. Его пальцы нежно пробежались по моим щекам, а Петир с любовью смотрел на меня. — Я обещал, что никогда не позволю ей навредить тебе. И ты сдержал своё слово, подумала я. Я чувствовала запах свежей мяты, исходивший от Петира, когда он склонился ко мне. Подняв голову, я жадно поцеловала его, и это доставило мне какое-то болезненное удовольствие — знание того, что я могу вот так целовать Петира, даже после того, что мы сделали. — Санса, — вздохнул Петир после того, как наши губы разъединились. — Я люблю тебя и ты всегда должна помнить об этом. — Я знаю. — Нет, мне нужно, чтобы ты твёрдо помнила это, — сказал Петир, прежде чем наклониться и страстно поцеловать меня ещё раз. Почему мне кажется, что это наш последний поцелуй, подумала я, когда Петир высвободился из моих объятий и решительно направился к выходу. — Санса, ты мне доверяешь? — Да, конечно. — Потому что мне нужно, чтобы ты доверяла мне сейчас… как никогда. — Петир, я доверяю тебе! — Хорошо. Потому что тебе это понадобится, — сказал Петир. Он резко отвернулся и распахнул двери тронного зала. — Стража! — выкрикнул он во всё горло. В зал ворвался отряд стражников и когда они выстроились перед ним, Петир указал на меня пальцем и крикнул: — Арестуйте её! Она только что убила мою жену.