Песнь Пересмешника

— Я хочу увидеть, как она полетит! — выкрикнул Робин Аррен и в его голосе отчётливо слышалась горечь. Стоявшие рядом стражники удержали его, не дав броситься на меня. Тёмно-карие глаза Зяблика наполнились слезами. Они не просыхали с тех пор, как Робин узнал обо всём этим утром. — Она убила её! Она убила мою мать! — Вы должны держать себя в руках, — убеждал его лорд Ройс. — Здесь не стоит поддаваться порывам гнева. — Мне всё равно! — отрезал Робин, пытаясь вырваться из рук стражников. — Она не заслуживает другого обращения. — Каждый имеет право на справедливый суд, милорд. Даже если и не заслуживает этого. Зяблик обессилел от попыток освободиться и обвис на руках у стражников. Он горько плакал и его рыдания заглушали любые разумные доводы, исходившие из уст лорда Ройса. Суд надо мной не мог состояться, пока Зяблик рыдал, оплакивая свою только что погибшую мать. Петир подошёл к столу, за которым расположился Совет лордов Орлиного Гнезда и прошептал что-то на ухо лорду Ройсу. Они, видимо, пришли к обоюдному решению, так как молча кивнули и лорд Ройс жестом приказал стражникам увести юного грандлорда Долины. — Мне очень жаль, лорд Роберт, но мы не можем продолжать суд при таком шуме. Может быть, когда вы почувствуете себя лучше, вы сможете вернуться. Мальчик в ярости бил себя в грудь и дёргал за волосы, как будто был одержим. — Нет! Вы не можете… не можете… — Уведите его, — приказал Петир таким твёрдым тоном, что стражники тут же подхватили мальчика и потащили прочь. — Нееет! — эхом разнеслось по залу, а потом двери быстро захлопнулись за вышедшими стражниками. Но крики Зяблика ещё долго были слышны, пока его волокли по длинным коридорам замка. — Наконец-то мы сможем приступить к делу в некоем подобии порядка, — произнесла невысокая, болезненного вида, женщина, поднимаясь со стула. Леди Розалин входила в Малый Совет лордов Долины. Концы её длинной шали мели пол, когда леди Розалин приблизилась ко мне. Она внимательно осмотрела меня с головы до ног, холодные карие глаза сузились, разглядывая каждую чёрточку моего лица. — Ты не похожа на своего отца... — Я — вылитая мать, — перебила её я. Ещё одна ложь, в чём я уже достигла большого мастерства, но увы, у меня не было времени придумать что-нибудь получше. Я всё ещё не пришла в себя с прошлого вечера, проведя долгую бессонную ночь в своей небесной камере. Под небесной камерой подразумевалась открытая с одной стороны пещера, пол которой обрывался в пропасть. В неё меня бросили после ареста в тронном зале. В этой камере когда-то томился Тирион Ланнистер и по иронии судьбы я тоже оказалась именно в ней. — Это наиболее логичное объяснение, — согласилась леди Розалин, перехватывая ледяной взгляд моих голубых глаз. — Вы очень похожи на… Я прикусила губу, боясь, что сейчас она скажет что-нибудь, в результате чего мы с Петиром друг за другом вылетим прямиком в Лунную Дверь. Я могу только надеяться, что Петир полетит первым, после всего того, через что он заставил меня пройти, с горечью подумала я и метнула испепеляющий взгляд в его сторону. — Нет ... этого не может быть. Ты — бастард, — наконец произнесла леди Розалин. — Мы уже заслушали показания твоего отца. Теперь твоя очередь дать объяснения своим действиям и рассказать, почему леди Лизы больше нет с нами. — Я скажу вам всё, что вы пожелаете, — ответила я самым милым тоном. Точь-в-точь пташка, поющая как пересмешник. — Всё, что сказал вам мой отец — правда. — Тем не менее, я хочу услышать, как ты сама расскажешь нам все подробности. — Очень хорошо, — холодно ответила я. — Что именно вы хотели бы узнать? — Это ты вытолкнула леди Лизу в Лунную Дверь? Я ощутила возникший в горле ком и у меня перехватило дыхание. Рассказать им всю правду? Или солгать? Я взглянула на Петира и увидела спокойствие на дне его серо-зелёных глаз, будто он всё предвидел заранее. Почему у него такой безмятежный вид, когда вся моя жизнь висит на волоске? Когда на карту поставлена жизнь нашего ребёнка? — Тебе был задан вопрос, Алейна, — сурово сказал лорд Ройс. — Ты должна на него ответить. — Да, — устало вымолвила я. — Да? Ты убила её? — переспросила леди Розалин. — Да. — Но почему? — Она собиралась убить моего ребёнка. — Ты ждёшь ребёнка? — Да. Уже две луны, если быть точной. — И кто его отец? — спросил лорд Ройс, делая шаг вперёд. — Лорд Бейлиш, вы забыли уведомить нас об этом! — Вы не спрашивали меня о причине её поступка, — вкрадчиво ответил Петир, отходя от стены, возле которой он стоял до этого. — Вы просто спросили, кто убил мою жену. — Это важная деталь, о которой вы были обязаны доложить нам, — вмешалась леди Розалин, обернувшись к единственному свидетелю трагедии. — А вы бы проявили милосердие, если бы узнали правду? Гораздо сложнее вынести приговор, если знаешь, что осуждаешь на смерть сразу двоих? — Мы не нуждаемся в ваших язвительных замечаниях, лорд Бейлиш, — рявкнул лорд Ройс. — Надеюсь, вы помните своё место. — Едва ли я понимаю, что вы имеете в виду. — О? Очередные уловки? — Я бы не стал использовать подобное определение. Что, Иные его забери, он творит? Почему злит единственного человека, у которого есть настоящая власть помиловать меня? Даже леди Розалин выглядела недовольной этим внезапно разгоревшимся конфликтом. Если бы только я могла бы вколотить сейчас в голову Петиру хоть немного здравого смысла. — Поверьте, я бы использовал гораздо худшее определение, если бы только мы не находились в присутствии леди. — Вам удалось заинтриговать меня, так что, пожалуйста, раскройте всё же нам его, — ответил Петир коварным тоном, медленно приближаясь к лорду Ройсу. — И как только леди Лизу угораздило среди стольких достойных кандидатов выбрать себе в мужья именно вас. — Я так понимаю, что среди прочих она отвергла и вашу руку, не так ли, лорд Ройс? Остаётся только надеяться, что ваши личные чувства не помешают вам вынести справедливый приговор. — Могу заверить вас в том, что я останусь беспристрастным. А вот в отношении вас, как честного свидетеля, возникают большие сомнения. — Вы оскорбляете меня, — сказал Петир и на его лице возникла зловещая усмешка. — Вы не сказали нам, что ваша дочь ждёт ребёнка. — Возможно, это всё потому, что я слишком стыдился признать правду. Я прекрасно осведомлён обо всех пороках бастардов, но всегда надеялся, что Алейна сможет быть выше этого. — Нет ничего хуже бастардовой крови! — согласно кивнул Лорд Ройс. — Можно только надеяться, что отец ребёнка не откажется жениться на вашей дочери. — Он мёртв, — воскликнула я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более напряжённо. Размазывая по щекам редкие слёзы, я надеялась этим вызвать сочувствие окружающих. — Но кто он, дитя моё? — спросила леди Розалин, подходя ко мне. — Разумеется, сейчас нет никаких причин скрывать правду от нас? — Это был сир Дейл. Я любила его, а он любил меня. Ему было всё равно, что я бастард. Он хотел жениться на мне и увезти подальше ото всей этой войны и бесконечных распрей. Но к тому времени, когда я поняла, что беременна, было уже слишком поздно, он... он... — Погиб, пытаясь спасти тебя, — мягко сказал Петир. Он сделал шаг вперёд и обратился к членам Совета. — Сир Дейл храбро сражался в битве на Королевском тракте, когда на нас устроила засаду шайка разбойников. — Я был там. И могу засвидетельствовать, что всё, что она сказала — правда, — подтвердил лорд Ройс. — Леди Лиза узнала обо всём вчера вечером, когда приказала одному из своих мейстеров осмотреть меня. Она не дала мне возможности объясниться, а просто велела мейстеру Гаю приготовить мне лунный чай... — Где мейстер Гай? — спросил лорд Ройс, повернувшись к лордам Малого Совета. — Нам следует заслушать и его показания. — Его никто не видел с прошлого вечера, — ответил Петир притворно обеспокоенным тоном и ни один мускул не дрогнул на его лице. Но я заметила огонь, вспыхнувший в его глазах, лёгкое удовлетворение участью, постигшей несчастного мейстера. — Я хочу, чтобы всю Долину перевернули вверх дном, но отыскали этого человека, всё ясно? — распорядился лорд Ройс, адресуя приказ находящимся в тронном зале стражникам. — И не возвращайтесь, пока не найдёте его! — Закончи свой рассказ, дитя, — сказала леди Розалин, когда отряд стражников покинул зал. — Я побежала к своему отцу. Я хотела всё ему объяснить — рассказать правду. Я нашла отца в тронном зале — он спорил с леди Лизой, стоит ли разрешить мне оставить ребёнка. Леди Лиза была решительно настроена убить того, кто растёт во мне. Мой отец возражал ей, но ни единый разумный довод не достигал её рассудка. Леди Лиза бросилась ко мне и, схватив меня за руки, попыталась утащить к мейстеру. Мне стало страшно, очень, очень страшно. Должно быть, меня охватило безумие, потому что, как только она коснулась моего живота, я... я оттолкнула её и она вылетела в Лунную Дверь. Я убила её. Я отняла жизнь... чтобы спасти жизнь. — Жизнь того, кто ещё не появился на свет, — напомнил лорд Ройс с мрачным выражением лица. — Полагаю, мы все будем единодушны в своих выводах? Члены Совета молча переглянулись, явно соглашаясь друг с другом. — Алейна Стоун, была ли возможность у твоего отца воспрепятствовать тому, что произошло? — Нет, всё случилось слишком внезапно. Он не смог бы меня остановить, как бы ни пытался. — Лорд Бейлиш? — Это случилось так быстро, — ответил Петир, выговаривая каждое слово с сильным акцентом. Его взгляд потускнел и мне это очень не понравилось. Разве всё шло не по его плану с самого начала? Петир отвернулся от меня и от того, как вздымалась его грудь, у меня по спине пробежала нервная дрожь. — Может быть, всё пошло совсем не так, как он ожидал, подумала я, когда Петир издал невольный долгий вздох. — Поднимите руку, если считаете, что Алейну Стоун следует осудить за её преступления. Все подняли руки, кроме меня и Петира. — Тогда решение принято окончательно. Алейна, ты признана виновной. Я почувствовала резкий прилив крови к голове и в зале стало ощутимо темнее. Этого не может быть, панически думала я, не отрывая взгляда от Петира. У него ведь есть план как вытащить меня отсюда? — Ты будешь предана точно такой же смерти, на которую ты обрекла леди Лизу… Нет, нет, нет, нет! Это же всё происходит не на самом деле? Я вцепилась в края своей изодранной шали, которую мне выдали перед тем, как привести сюда. Петир же не может так со мной поступить? Он бы не поступил так с нашим ребёнком? Да, он хитрый, вероломный и беспринципный, но он не стал бы так поступать со мной? — Взять её, — мрачно произнёс лорд Ройс, взмахнув рукой так, будто я была надоедливой мухой, ненужной вещью, которой здесь больше не было места. — Пожалуйста, — взмолилась я, когда двое стражников схватили меня. — Моё дитя! — Мне очень жаль, — сказала леди Розалин, когда меня протащили мимо неё. — Пет… отец, пожалуйста, — пронзительно закричала я, когда оказалась рядом с ним. Я потянулась к Петиру, но меня схватили за руки и заломили их за спину. — Не позволяйте им так со мной поступить! Петир открыл было рот, но не произнёс ни слова. Его серо-зелёные глаза затуманились, наполняясь слезами. Его губы дрожали, но ни звука не сорвалось с них, когда меня потащили прочь. Наши взгляды встретились, казалось, уже прошла целая вечность, но затем тьма охватила меня и я уже ничего не могла видеть, кроме огромной двери из чёрного дерева, которая пока оставалась заперта. — Нет, — выдохнула я, видя, как меня тащат мимо этой двери, и с отчаянным усилием высвободила и протянула руку к Петиру, чтобы напоследок ощутить тепло его руки.