Песнь Пересмешника

Меня разбудил пронзительный вскрик и я приподняла голову с каменного пола. Обернувшись, я увидела двоих высоких стражников, ворвавшихся в мою камеру. Самое время попытаться бежать, подумала я, вскочила и бросилась к двери. Но огромные лапищи сцапали меня и оторвали от земли. — Нет! Отпустите меня! — заорала я и пнула ближайшего из стражников. Он хмыкнул и попытался ударить меня в ответ, но тот, что был постарше, остановил его. Мужчины обменялись ненавидящими взглядами, а затем молодой вытащил длинный обрывок белой ткани и помахал им у меня перед глазами. — Это поможет ей заткнуться! — с издёвкой сказал он. Его длинные, песочного цвета, волосы наполовину прикрывали ледяные, полные злобы глаза. Стражник засунул ткань мне в рот и завязал концы на затылке. Все издаваемые мной звуки теперь стали приглушёнными. — Давай, бери её. Я вырвалась из рук старшего стражника и метнулась к двери. Распахнув её, я увидела ещё четверых здоровенных мужчин, стоявших у порога. Они держали женщину и по тому, как обвисла её рука, я поняла, что она мертва. Я попятилась, в ужасе от того, что узнаю эту женщину. Она выглядела как... — Держите её! — выкрикнул один из мужчин, и молодой стражник подкрался ко мне сзади и схватил меня за руки. — Ты же не думала, что это было бы так просто, правда? — угрожающе прошептал он мне на ухо и резко развернул лицом к себе. — Видишь там эту бабу? Это ты, дорогая. Действуя слаженно, стражники растянули тело женщины на полу камеры, придав ей ту позу, в которой я недавно спала здесь. Затем они все одновременно сделали шаг назад и пропустили вперёд человека с пылающим красным факелом в руке. — Поджигай! Человек прижал факел к лицу мёртвой женщины, а затем к её груди. Пламя ярко вспыхнуло и превратилось в огромный костёр, тут же охвативший всё тело. На её месте должна была быть я, промелькнула мысль в моей голове, когда меня потащили прочь из небесной камеры. — Вперёд! У нас мало времени, — рявкнул самый старший из стражников, с густой бородой и коротко остриженными седыми волосами. Видимо, он тут был самым главным. Стражники один за другим выскочили из двери камеры, но потом внезапно разбежались по коридорам в разные стороны. Меня потащили в правый коридор, а другая часть стражников скрылась в левом, ведущем на верхние уровни Орлиного Гнезда. Петир, с тревогой воскликнула про себя я, заметив, что все стражники вооружены до зубов и держат в руках обнажённые мечи. — Свяжите её! Стражники подчинились приказу, стянув верёвкой мои лодыжки и запястья, а затем подняли меня на руки. — Хорошо, а теперь идём, — отрывисто приказал старик. Он ощупывал стену перед собой, пока не нашёл то, что искал. Стена вдруг раскрылась и старик довольно ухмыльнулся, прежде чем шагнуть в непроглядную тьму. Я заскулила от страха — тайный проход показался мне слишком тесным и тёмным. Я попыталась высвободиться, но бесполезно, стражники только крепче вцепились в меня и потащили в еле освещаемый факелами проход. — Пошевеливайтесь! — низкий голос, раздавшийся в темноте, эхом отразился от окружавших нас каменных стен. Мы слышали крики, доносящиеся по ту сторону стен, казалось, хаос охватил только что спокойно спавший замок. Леденящие кровь вопли вибрировали и дрожали в узком коридоре. Наверное, их можно было расслышать даже на самом верху, где проводили ночь самые высокопоставленные лорды. Но что происходит? Я ничего не понимала. Меня несли по узкому и прямому коридору, и мне казалось, что мы идём так вот уже сотни лет, ни на миг не прекращая своего движения, даже когда нас догоняли эти ужасные крики с той стороны стен. — Пожар! — раздался голос лорда Ройса где-то вдалеке, возможно, он тоже как раз находился за этой стеной. — Где-то наверху! Быстро, быстро! Тащите воду, всю, какую угодно! Там Лорд Роберт! — Мои люди доложили мне, что огонь уже охватил все верхние этажи, — послышался странно дрогнувший голос Петира. — Возможно, мы опоздали. — Что ж, есть только один способ узнать. — Я пойду с вами, — решительно заявил Петир. — Там понадобится вся доступная помощь. — Да, это правда. — Погодите! А если тюрьма тоже горит?! Тогда это значит, что... — Куда вы? — заорал лорд Ройс. Чьи-то тяжёлые шаги эхом отразились от стен. — Алейна! Я должен спасти её! — крикнул в ответ Петир и в его голосе слышалась безумная тревога. Я здесь, хотелось закричать мне. — Бросьте её! Слишком поздно! Это лучше, чем публичная казнь, — громко возразил лорд Ройс, но все его доводы были напрасны. Снаружи воцарилась тишина, а меня так и продолжали тащить дальше по проходу. Довольно долго не было ничего слышно, кроме отдалённых криков и треска горящего дерева. Дым уже просачивался даже сюда и меня начал душить кашель, несмотря на ткань, некоторым образом защищавшую мой рот. — Вот мы и добрались. А теперь завяжите ей глаза, а то как бы она не увидела того, что ей может очень не понравиться. Я почувствовала, как грубая ткань скользит по лицу, и мир вокруг меня окончательно погрузился в беспросветную тьму. Меня подняли повыше и порыв холодного воздуха коснулся моего лица, когда впереди, судя по всему, открылась новая дверь. Мои похитители затопали по вымощенной булыжником дороге, медленно спускаясь, лишь Семерым известно, куда. Наконец продолжительный спуск закончился и я услышала тяжёлое дыхание лошади, а потом тёплый воздух из её ноздрей коснулся моей руки. — Ладно, ребята, поднимите её. Я почувствовала, как один из стражников прижал меня к себе, а затем меня подняли и усадили на лошадь. Чьи-то крепкие руки обняли меня за талию — позади меня кто-то сидел. Я услышала лошадиное ржание и стала внимательно прислушиваться к происходящему вокруг. — Хорошо, вы знаете, что делать. Следуйте приказу! — Удачи, — произнёс чей-то голос и остальные стражники попрощались с тем, кто сидел позади меня. Я услышала, как кто-то ударил лошадь по крупу, и она рванула с места в карьер, вперёд по мощёной дороге, которая для меня вела лишь во тьму. Петир, где же ты? Найди меня, пожалуйста, только найди меня, думала я, содрогаясь от ледяного воздуха и летящего сверху снега. Я был одета явно не по погоде и порывистый северный ветер только усугублял моё положение. В конце концов я уткнулась носом в сидевшего позади незнакомца, в надежде хоть немного согреться, но бесполезно, он не был похож на Петира, чьи прикосновения всегда несли с собой столько тепла. Я тихонько захныкала от боли, а, может быть, от тоски, заставлявшей меня сходить с ума от отчаяния. Если бы мне хватило сил, я бы заплакала, хотя нет, сейчас я никак не могла позволить себе это — не тогда, когда на кону стояла жизнь моего ребёнка. Что они хотят от меня? Знают ли, кто я? Стоит ли за всем этим Петир? Нет, он здесь не при чём, рассуждала я, ведь он так рвался спасти меня из огня. Что он станет делать, когда увидит догорающий труп на краю обрыва и языки пламени, жадно лижущие останки? Что будет с Петиром, когда он осознает, что потерял не только меня, но и нашего ребёнка? “Что же с нами будет?” — думала я, прикрывая закоченевшими руками живот. — “Что будет со всеми нами?”

***

Первое, что я увидела, приоткрыв глаза — ярко-оранжевое солнце. Поднимаясь на востоке, оно сияло над заснеженными горными вершинами. Как красиво, подумала я, прежде чем вспомнить всё, что произошло накануне вечером. — Петир, — шевельнула губами я и обнаружила, что белой ткани, завязывавшей мне рот, больше нет. Я обернулась и увидела горевший рядом костёр, и пожилого мужчину, с аппетитом уплетавшего явно подгоревшую рыбу. Мужчина улыбнулся мне, отрываясь от утренней трапезы. — Ну что, проснулась наконец? — Где я? — Вдали от тех, кто может причинить тебе вред. — Зачем вы увезли меня? — спросила я, поднимаясь с земли. Для этого потребовались огромные усилия, поскольку мои запястья и лодыжки до сих пор оставались крепко связанными. — Я не могу тебе ответить, — хитро ответил мой похититель, откусив большой кусок рыбы, чья плоть цветом почти сравнялась с углём. — Почему? — Потому что не могу, — сказал он, лениво пожав плечами. К костру подошёл ещё один мужчина, молодой шатен с кудрявой макушкой. Он взглянул на меня и удовлетворённо кивнул. Затем направился к сидевшему у костра пожилому мужчине и сел рядом с ним, предложив ему краюху хлеба. — Она невероятно хороша, не правда ли? — заметил молодой. — Неудивительно, что он так отчаянно хотел заполучить её. — Ага, она стоит неплохой награды. — Хотите немного хлеба, миледи? — спросил молодой человек, осторожно приближаясь ко мне. — Да, — тихо ответила я и с благодарностью взяла протянутый мне кусок хлеба. У меня было такое чувство, что в последний раз я ела тысячу лет назад. — Мы не причиним вам вреда, — сказал молодой, присаживаясь рядом со мной. — Ос и я просто хотим доставить вас целой и невредимой, прямиком хозяину в руки, вот и всё. — А если будешь паинькой, мы развяжем тебе руки и ноги, — уточнил Ос, указывая на меня морщинистым пальцем. — Мы будем хорошо с вами обращаться, клянусь, — добавил молодой, придвигаясь ко мне поближе. — Тогда освободите меня и позвольте вернуться в замок, — взмолилась я. — И там ещё до заката вы будете мертвы. Вы должны быть благодарны судьбе, что мы успели вовремя. — Мне всё равно, — всхлипнула я. — Вам незачем туда возвращаться. — Ошибаетесь, — сказала я деревянным тоном и отодвинулась от него. — Здесь ты и твой ребёнок будете в безопасности, — заверил меня Ос, швырнув в огонь остатки своего завтрака. — И это всё, что сейчас имеет значение.

***

Прошло уже несколько недель с тех пор, как я в последний раз видела Петира. Теперь всё, связанное с ним, казалось лишь далёким сном; тем, что никогда не происходило со мной. Это случилось с кем-то другим. Может быть, это Санса Старк влюбилась в Петира Бейлиша, а Алейну Стоун уводили по глухим тропам Долины в неизвестном направлении, не оставив ей ничего, кроме оборванной грязной одежды. Слова Оса оказались правдой, он хорошо заботился обо мне, учитывая то, что я была в положении. Ос сажал меня на спину своей лошади и в угрюмой тишине вёз по обрывистым тропам, стараясь не причинить ни малейшего вреда ни мне, ни моему ребёнку. Большую часть пути Ос хранил молчание, постоянно находясь начеку в ожидании многочисленных опасностей, которые могли угрожать нам в этих горах и тёмных лесах. Молодой Карл, напротив, оказался более дружелюбным и весёлым спутником. Он рассказывал мне много забавных историй из своей жизни наёмника и о том, как мечтал стать рыцарем. Но, тем не менее, во всём, что могло бы помочь мне понять истинные намерения моих похитителей в отношении меня и моего ребёнка, Карл был крайне осторожен. Он очень хотел разбогатеть и надеялся, что однажды у него будет столько же золота, как у Ланнистеров. — Я бы не прочь жениться на королеве, если бы она пошла за меня, — сказал он, низко пригибаясь, чтобы его не задела ветка дерева. — На Маргери? — Что? Нет! Я имел в виду Серсею Ланнистер. Маргери мертва, разве вы не знаете? — О! Ну, разумеется. Я забыла об этом. — Как о таком можно забыть! Всю септу Бейлора пожрало зелёное пламя, — расхохотался Карл. — А женщина, которую я хочу... она сильная и свирепая, как лев. Скорее, просто жестокая и сумасшедшая, подумала я, отвернувшись в сторону. — Сколько нам ещё тащиться, Ос? Я проголодался. — Ты всегда голоден, — ответил Ос хриплым голосом. — Всё ещё расту, — ухмыльнулся Карл и взмахнул в воздухе мечом, будто сражаясь с противником. — Мы не будем делать привалов до наступления темноты. — На ходу неудобно есть. — Но останавливаться мы не будем. — Что, опять? — Да. — Седьмое пекло! Во что я только ввязался? — весело сказал Карл. — Я знаю, что платят тут хорошо, но оно того стоит? — Хватит болтать… — Я знаю кое-кого, кто готов заплатить нам втрое больше. — Довольно… — Я мог бы даже получить рыцарские шпоры. — Карл, — произнёс Ос предупреждающим тоном, крепче сжимая уздечку своими огромными руками. — Ни слова больше. — Или что? Ты тоже думал об этом, просто признайся. — Нет. — Если мы отдадим её Ланнистерам или вернём в Долину... — Ты суёшь нос не в своё дело, — проворчал Ос, обнажая меч. — На то, чтобы сложить два и два, не требуется много времени, мой друг. Иначе зачем нам приходится идти на такие жертвы, чтобы доставить её, куда приказано. Ос подошёл к Карлу и встал в боевую позицию, поглядывая на короткий кинжал, который Карл теперь держал в руке. — Ты только подумай! Если она действительно Санса Старк, а я думаю, что так оно и есть, особенно с тех пор, как сошла краска и её волосы приобрели этот знаменитый тёмно-рыжий оттенок... Ос бросился на Карла, как сумеречный кот, и повалил его на землю. Его меч скользнул по жилистой шее напарника. — Мы не сделаем этого. — Почему ты так ему предан? Что он для тебя сделал? Подумай, Освелл, подумай о тех деньгах, которыми нас осыпят, если мы привезём её Ланнистерам. — Ты полный кретин, вот ты кто. — Нет, я умён! И ты знаешь, что я дело говорю! — Ладно, — сказал пожилой мужчина, поднимая молодого на ноги. — Мы отдадим её Ланнистерам. — Старик, я знал, что рано или поздно ты согласишься, — воскликнул Карл, хлопнув Оса по руке. — Мы будем богаты, как Мизинец. Может быть, я даже куплю себе бордель, как у него. Ты только представь себе, Ос, женщины вокруг, насколько хватает глаз, а если ещё они будут похожи на неё… — Карл бросил в мою сторону похотливый взгляд, — тогда я буду по-настоящему счастливым человеком. А теперь скажи мне, крошка, это мизинчик Мизинца так потрудился над тобой? Самодовольное выражение внезапно исчезло с лица Карла, когда меч Оса пронзил его спину и выглянул из груди. С острия меча закапал рубиново-красный дождь. Ос с отвращением вытащил клинок, глядя, как Карл рухнул на землю. — Ни слова, — предупредил меня Ос, беря лошадь Карла под уздцы и подводя ко мне. — Я мечтал сделать это, с того самого момента, как впервые встретился с ним, — он сплюнул сквозь кривые зубы и, к моему удивлению, искренне улыбнулся мне. — Едем, пока не стемнело, — добавил Ос и, вскочив на свою лошадь, двинулся вперёд по тропе. Мне была знакома эта улыбка, я уже видела подобную однажды. Кеттлблэк, поняла я, и, покачав головой, отправилась вслед за седым наёмником под сень заснеженного леса.