Ты снился мне в кошмарах

Хейли, ускоряясь, не чувствуя ни капли усталости, бежала по мелким улочкам пустынных заброшенных построек. Главная цель — достичь трассы и взять такси к дому родителей, который находился в нескольких кварталов дальше от её дома. Сегодня там был только отец. Мама, к счастью, уехала с подругой в Мексику. Вряд ли Блейк имел время добраться до неё. Протирая дрожащими ладонями щёки, намокшие от слёз, она почти выбежала на дорогу. Машина, ехавшая навстречу, резко сдала в сторону, несколько раз просигналив. Хейли растерянно осмотрелась, ступив назад на обочину. Вытянув руку, она нетерпеливо смотрела на медленно подъезжающее такси. Прыгнув на заднее сидение машины, Хейли протараторила адрес и дрожащими руками достала из кармана двадцать долларов, заранее протянув водителю, так как в конце поездки у неё не будет на это времени. — Можете быстрее, — прошипела она сквозь зубы, затем добавила: — Пожалуйста. Нервно дергая ногой, Хейли уставилась в одну точку на окне, едва не просверлив в нём дыру. Благо, водитель оказался понимающим и ускорился почти до недопустимого максимума на дорогах. Его вполне могут остановить за превышение скорости, но Хейли сейчас это мало волновало. Но, по всем законам подлости, в итоге они простояли в пробке почти весь путь. Оставшиеся пятнадцать минут поездки, она провела в мучительном ожидании. В голове ярко мерцали кадры с мест преступлений. Она никогда не забудет тот смертельный ужас, когда вошла в дом Чарльза Харриса и увидела его изувеченное пытками тело. Крепко зажмурив глаза, Хейли отгоняла мысль о том, что то же самое может произойти с её отцом. Водитель ещё не остановил машину, но Хейли на ходу открыла дверь, выскакивая на дорожку, которая вела к дому её родителей. Дернув ручку, она не смогла открыть дверь. Хейли бешено заколотила кулаками по двери, словно за ней гнался маньяк. Дверь открылась. Хейли замерла, потеряв на мгновение дар речи. Она подняла глаза, увидев едва видневшуюся улыбку на лице отца. Ступив вперёд, она бросилась ему на шею, так крепко обнимая, будто бы не видела его несколько лет. — Хейли, мы виделись позавчера, — проговорил удивленный мистер Ричардс, взглянув во влажные глаза дочери. — Извини, — проговорила она, несколько раз моргнув, чтобы прогнать слёзы счастья. — У меня был сложный день. — Проходи, — Том Ричардс закрыл за дочерью дверь, указывая рукой на гостиную. Хейли глубоко вдохнула воздух и с облегчением выдохнула. Она была почти на сто процентов уверена, что с отцом что-то случилось. Очень странно, что Блейк спустил ей с рук сегодняшний инцидент у склада Дэвиса. Тем не менее, сейчас это последнее, о чём она думала. Отец жив, и все переживания оказались… Хейли замерла, войдя в гостиную, сбившись с радостных мыслей. Сердце снова бешено заколотилось, как только она увидела свой собственный кошмар. Блейк. Он сидел в кресле, вальяжно вытянув перед собой ноги, и, ухмыляясь, встретил её лукавым взглядом. — Привет, дорогая. Рад тебя видеть, — Блейк махнул ей рукой. Хейли осмотрелась по сторонам, и, пока отец находился на кухне, тарабаня посудой, она сделала несколько шагов ближе к Блейку. — Что ты здесь делаешь? — прошептала она. — Пожалуйста, Блейк, пойми, то, что случилось сегодня, не моя вина. Честно. Это просто совпадение. Блейк медленно поднялся на ноги, удерживая длительную паузу, чтобы сохранять напряжение Хейли как можно дольше. Ему нравилось смотреть на её испуганное лицо. Так она ещё красивей. Ей правда страх идёт гораздо больше, чем радость. С Лиззи наоборот. Её улыбка нечто из разряда того минимального, что Блейку приходилось по душе. — Блейк, скажи же что-нибудь, — нетерпеливо прошептала Хейли, невинно округлив глаза. Он продолжал долго смотреть на неё, наблюдая за тем, как нарастающая паника отображается на её лице. Прекрасная трансформация. Когда Хейли вошла в эту комнату, она была так счастлива, а уже сейчас её переполнял страх и ужас. Очаровательная картина. — Блейк, не молчи, — она до смерти боялась его молчания. — Ты совершила очередную ошибку, — наконец он нарушил тишину. — Мне считать тебя смелой или глупой? Ты правда думала, что сможешь тягаться со мной силами? — Нет, честно, не думала, — проскулила она, напрягаясь всем телом, ведь Блейк выглядел как никогда серьезным, а это было довольно редкое зрелище. — Думала, что сможешь меня одурачить? — он слегка ухмыльнулся. — Ты думала, что умнее меня, Хейли? Знаешь, это звучит как оскорбление моему блестящему уму. Хейли быстро помотала головой: — Я ничего плохого не сделала. — Хейли, — он осторожно, даже ласково, коснулся двумя пальцами её подбородка, чтобы она смотрела в его глаза. — Ещё с плена в Афганистане я мечтал об освобождении и о том, что буду делать, когда вернусь в Вашингтон. Это была скорее мечта, но она сбылась. Там у меня было так много времени продумать каждую деталь, каждый непредсказуемый поворот, который может здесь случиться, что поймать меня практически невозможно. А ты, глупая маленькая девочка, решила, что за один день засадишь меня за решётку? — Пожалуйста, прости меня, — её глаза намокли от слёз. С кухни послышался голос Тома Ричардса, который позвал дочь и их гостя на кухню для приятного времяпровождения за чашечкой чая. — Блейк, пожалуйста, уходи. Я больше никогда не сделаю то, что тебе не понравится! — протараторила Хейли, резко схватив его за руку, как только он собрался направиться на кухню. — Дорогая, как я могу отказать твоему отцу? Он так гостеприимно принял меня. Я вежливый человек. Не могу уйти. Хейли отметила на его лице язвительную ухмылку. Он даже не взглянул на неё, затем направился на кухню. На мгновение Хейли замерла, тяжело дыша. Казалось, что-то стояло в горле и мешало пустить воздух. В голове пролетело десяток мыслей о том, что нужно сделать, чтобы этот вечер закончился без летального исхода. Лиз. Точно! Насколько Хейли поняла, Блейк питает особенные чувства к своей сестре. Он бережно относится к ней, заботится и, кажется, правда любит. Хейли ещё не видела, чтобы Блейк был таким нормальным и милым с кем-то, кроме Лиз. Если она будет здесь, он никому не сможет причинить вред. Она единственная, кто его остановит… И то, Хейли очень сомневалась в этом, так как Блейк действительно настоящий безумец, и его действия весьма непредсказуемы. Вытянув дрожащими пальцами телефон из заднего кармана джинс, Хейли набрала номер Лиз. Длительные гудки закончились переходом на автоответчик. Спешно настрочив сообщение, Хейли перечитала его: «Лиз, можешь сейчас приехать в дом моих родителей? Буду благодарна. Это срочно» Нажав отправить, Хейли резко обернулась на пятках и почти побежала на кухню. Отец о чем-то уже беседовал с Блейком. Блейк же учтиво отвечал и улыбался так нормально, словно и не был убийцей. Это то, о чём рассказывал сегодня криминальный психолог Майк Гибсон. Таким серийным убийцам, как Блейк, присуще обаяние, и кто-то со стороны вряд ли мог бы бросить на него малейшие подозрения. Он легко может казаться нормальным, тем самым дурманя голову своей жертвы. Он блестящий манипулятор и просто умопомрачительный актёр. Так играть роль адекватного человека нужно ещё уметь. — О чём вы разговариваете? — Хейли остановилась около стола и попыталась улыбнуться дрожащими губами. Том Ричардс сделал глоток горячего чая, от которого всё ещё исходил пар, затем, улыбнувшись ответил: — Удивлён узнать, что Блейк разбирается в теме юриспруденции. — Ну что вы, просто у меня было время изучать различные темы, — ответил Блейк, смущенно улыбаясь. — Я не так сильно хорош в юриспруденции. Хейли знала, что он ни капли не смущён. Просто делает вид, чтобы казаться её отцу милым и абсолютно обычным парнем. Том оценочно взглянул на Блейка, тепло улыбнулся, затем снова взглянул на дочь: — Помимо того, что твой молодой человек очень умный парень, так ещё и весьма скромный. На лице Хейли появилась деланая благодарная улыбка. Она опустила взгляд и мысленно выругалась. Скромный? Блейк, значит, скромный? Каков ведь он актёр. Каков актёр! Блейк воспользовался моментом, пока Том осмотрелся вокруг в поисках печенья, и, хитро ухмыльнувшись, подмигнул Хейли. От его взгляда её бросило в дрожь. Снова надев маску милого парня, Блейк посмотрел на Тома, как только тот придвинул к нему плетенную корзинку со сладостями. — Благодарю вас за гостеприимство, мистер Ричардс, — подхватив трюфельную конфету проговорил Блейк. — Я очень рад, что мы наконец-то с вами познакомились. Том удивленно вскинул брови вверх и бросил на дочь недовольный взгляд: — К слову об этом. Почему ты не познакомила меня со своим женихом раньше, дочка? — Женихом? — она округлила глаза, шокировано уставившись то на отца, то на Блейка. — Да, он представился как твой жених, — горделиво ответил мистер Ричардс, вероятно, давно желая отдать дочь замуж за хорошего человека. Хейли с лёгким недоумением уставилась на Блейка. Что это он придумал? — Конечно, дорогая, — ответил Блейк. — Я человек, воспитанный в верующей семье, и не могу без серьезности подходить к отношениям. Все эти современные нравы, тусовки и кратковременные связи не для меня. Я как мужчина обязан взять ответственность за свою женщину. На лице Тома Ричардса расцвела довольная улыбка. Казалось, он готов вскочить и отвести их двоих в ЗАГС. Хейли же продолжала смотреть на Блейка так, словно хотела испепелить взглядом. Он сейчас просто изумительно делал вид приличного молодого человека с благими намерениями. Знал бы отец, с кем за одним столом сидит… Знал бы он, что напротив сидит серийный убийца… — Мне интересно одно, — Том посмотрел на Блейка и, пригнувшись, прошептал: — Готов ли ты к сложностям? По секрету, моя дочь бывает очень эмоциональной. Как ты на это смотришь? Блейк слегка кивнул, бросив взгляд в сторону Хейли: — Не переживайте. Я умею справляться с любыми женскими капризами. — Это замечательно, но, если ты обидишь мою дочь, у тебя будут проблемы, — проговорил заранее заученную фразу Том, уже давно желая произнести её, и наконец-то его мечта сбылась. — Что вы, мистер Ричардс, я ни в коем случае не обижу свою любимую. Все проблемы и недопонимания можно решить доверительным диалогом, без долгих руганей и споров. Всегда можно понять друг друга. Главное — слушать своего партнера для того, чтобы услышать его боли и потребности, а не для того, чтобы придумать новый аргумент в свою пользу. Том с восторгом приподнял руки, громко хлопнув себя по коленях: — Какой мудрый парень! Хейли, ты выиграла лотерейный билет, когда познакомилась с ним. Пусть ваша жизнь будет долгой и счастливой, дети. Хейли невольно опустила взгляд, нервно подергивая свои пальцы. Пока отец восхвалял Блейка, она считала минуты. Прочитала ли Лиз сообщение? Как долго будет добираться к этому дому? Успеет ли она предотвратить трагедию, если Блейк что-то задумал? Подняв взгляд, Хейли посмотрела на Блейка. Он очаровательно улыбался. Эта улыбка была ей знакома. В первые дни их знакомства Блейк был таким же обаятельным, чем не слабо подкупил её. Она прекрасно помнила, какое впечатление тогда Блейк произвёл на неё. Он был невероятным. Грех не влюбиться в такого парня. Со временем Блейк позволял себе всё больше вольностей, и под конец вовсе не уважал её. Однако на тот момент она была уже по уши в него влюблена и лишь надеялась, что впредь всё изменится и Блейк снова станет тем самым парнем, который был на первых свиданиях. Сейчас она понимала, насколько наивной была, когда наглядно видела его очередную игру в нормального человека. Очаровать жертв и причинить боль — его стратегия. Вероятно, ему нравится наблюдать за людьми, которых он успел подкупить своим очарованием, а затем сознательно причинял вред. Хейли вздрогнула, когда, опомнившись, услышала своё имя. — Хейли, дочка, ты сегодня витаешь в облаках, — подметил Том Ричардс, нахмурив слегка покрытые сединой брови. — Говорю, сделай бургеры. Всё таки вы с женихом не ужинали. — Я помогу своей прекрасной невесте. Не буду оставлять её одну, — проговорил Блейк с очередной деланой учтивостью. Хейли стиснула зубы, косо взглянув на Блейка, который, поднявшись, подошёл к ней. Она провела его взглядом, затем взяла из холодильника сыр и помидоры, после чего громко захлопнула дверцу. — Ты кажешься слегка нервной, дорогая, — прошептал Блейк, остановившись рядом. Хейли тяжело вдохнула, пытаясь контролировать нарастающую панику, которая рядом с Блейком становилась ещё сильнее. Она помыла помидоры под проточной водой и положила их на столешницу, затем ответила: — С тобой сложно быть спокойной, — её голос заметно дрожал, от чего Блейк довольно ухмыльнулся. Она подхватила нож, но Блейк осторожно забрал его с её рук и, тонко нарезав помидоры, проговорил: — Думаю, я лучше умею обращаться с ножом. Хейли на мгновение потеряла способность говорить, с трудом проглотив слюну. Эти слова эхом повторялись в её голове. Невольно перед глазами возникало фото молодой пары, которое Блейк отправил сегодня в ФБР: девушка с перерезанным горлом. Следом она вспомнила то, сколько ножевых ранений нанёс Блейк тому парню, который, вероятно, похитил Лиз в отеле, сделав из его лица кровавое месиво… Определенно, с ножом он был на ты. — Зачем ты убил тех молодых ребят сегодня? — с трудом смогла спросить Хейли, аккуратно накладывая дольки помидора на хлеб для бургеров. Блейк мгновение молчал, потратив это время на воспоминания того, как отрубил руки молодой девушки и вручил их её парню как подарок от чистой души: — Я, кажется, всё объяснил в своем письме. Или стоило более детально написать о своих чувствах? Плохо вышло? Попробую красочней в другой раз. — Не стоит, — резко возразила она, затем покорней продолжила: — Ты разозлился из-за моих слов. Поэтому их убил?! Я всё поняла, не стоит причинять вред другим…пожалуйста, — Хейли снова бросила на него испуганный взгляд. — Когда ты остановишься, Блейк? Хейли обернулась, взглянув на отца, который захохотал, уставившись в экран небольшого телевизора, где показывали его любимую комедийную передачу, она снова посмотрела на Блейка. Он оценил прекрасный вид бургеров, понимая, что вместо колбасы, конечно, лучше бы смотрелось мясо. Как только он убедился в том, что выполнил свои обязанности досконально, снова взглянул на Хейли. — Я никогда не остановлюсь, дорогая, — Блейк лишь слегка улыбнулся и, наклонившись ближе к её лицу, прошептал: — Я делаю то, что люблю. Разве можно бросить любимое дело? Хейли с трудом проглотила ком, вставший поперек горла. Она сделала небольшой шаг назад, инстинктивно чувствуя опасность исходящую от Блейка. — Ты не тронешь моего отца? Блейк снова выдержал длительную паузу, долго обдумывая свой ответ. Положив три бургера на тарелку рядом, он вручил её Хейли: — Отнеси за стол. — Блейк, пожалуйста… — Делай, что сказал. Хейли оценила его взглядом пока он, как порядочный человек, вымыл руки и нож, которым резал продукты. На его лице не было коварной улыбки или, наоборот, серьезной задумчивости, что могло бы выдать его возможную цель сегодняшнего визита в этот дом. Было ощущение, что он и правда пришёл, чтобы познакомиться с её отцом. Однако это точно не так. Она не могла даже на глаз предположить, что в его голове. Всё, чему учили в академии ФБР, с Блейком не работало. Он даже минимально не выдавал то, о чём думал. Хейли, ощущая тяжесть во всём теле, едва не упустила тарелку из рук. Тем не менее, оставалось лишь подчиниться. Направившись к столу, она положила бургеры посредине. Не в силах стоять на ногах, Хейли присела на стул и помассировала виски, опустив глаза вниз. Единственное, чего сейчас больше всего хотелось — это чтобы Блейк покинул дом. Она поняла его намерения. Вероятно, он пришёл, чтобы запугать и напомнить, что будет, если она ещё раз ослушается его указаний… Услышав шорох, она медленно подняла голову, поймав взглядом приближающегося Блейка. Время будто остановилось. Широко округлив глаза, Хейли заметила, как острое лезвие ножа заблестело на свету и вознеслось над отцом. Хейли не успела даже пошевелиться и закричать, как Блейк, приложив силу, вонзил нож в шею Тома Ричардса, пронзив сонную артерию. Он специально не прокрутил нож, как сделал бы обычно, чтобы разорвать внутренности ещё сильнее. В заранее поставленном плане на этот вечер не было цели выдать себя. Он убил Тома Ричардса не свойственно себе — быстро и без особого травмирования. Значит, следствие не включит это убийство в перечень убийств снайпера. У Блейка не было цели связать семью Хейли с собой. Если кто-то поймет, что она как-то связана со снайпером, её вычислят и, возможно, выйдут на его след. Он должен был убить её отца тихо, без лишнего шума. Глаза Тома Ричардса закатились вверх, он судорожно затрясся на месте и рухнул на пол, как только Блейк вынул нож из его шеи для того, чтобы фонтан крови был ярче. Только после этого зрелища глаза Блейка с восхищением засияли, как два драгоценных камня. Хейли не могла встать на ноги. Тело обмякло в смертельном ужасе. На мгновение она оцепенела, не веря своим глазам. Сползая со своего стула, Хейли упала на пол, касаясь дрожащими пальцами тела отца, которое покидала жизнь. Её сердце билось так быстро, что, казалось, вот-вот остановится. Она судорожно вздохнула, пытаясь своими руками перекрыть ножевую рану, чтобы остановить кровь, но была бессильна. Взглянув на свои окровавленные тёмной артериальной кровью руки, Хейли издала едва слышный стон, затем громче… и ещё громче, после чего завизжала так неистово, будто бы сама только что получила удар. Блейк скривился, на секунду прикрыв глаза после её жалобного крика. Этот звук всегда приходился его слуху приятной мелодией для души, но не сейчас. Хейли его не на шутку раздражала своей глупостью и наивностью. Она практически сама бросила ему в руки своего отца, провернув очень неправильный ход. Нельзя связываться с Блейком Монтейлом. Это опасно для жизни. Неужели он недостаточно хорошо это объяснил? Видимо, нужно стараться лучше. — Скорая… — невнятно пробурчала Хейли, лихорадочно оглядываясь в поисках телефона. — Скорая… Надо позвонить… Надо… Блейк взглянул на стол, где Хейли оставила свой телефон. Переступив ещё теплое тело мистера Ричардса, он забрал телефон и положил его на некоторое время в карман. Хейли подняла на него переполненные ужаса глаза, снова замерев в одной позе, словно способность двигаться покидала её на несколько секунд. — П-пожалуйста… — жалобно проскулила она. — Позвони в скорую. П-пожалуйста. Блейк посмотрел на неё так, как родители смотрят на плачущего ребёнка. Тепло улыбнувшись ей, он мягко ответил: — Твой отец мёртв. Из-за тебя. — Нет… Это ты… — её растерянный ошарашенный взгляд снова опустился на тело отца. — Хейли, я не специально сделал это. Я правда не хотел это делать. Мне очень жаль, что ты принудила меня так ужасно поступить. Разве я не говорил, что никого не трону, если ты будешь просто докладывать мне правильную информацию? Разве я много просил? Ты солгала мне. Ты виновна в смерти отца и до конца своих дней ты будешь ненавидеть себя за эту ошибку. Может, ты специально направляла меня неправильно, чтобы я убил твоего папулю? Ты хотела его смерти? Хейли, признайся же. Ты правда его так сильно ненавидела? Что плохого он сделал тебе? Зачем ты хотела, чтобы я убил его? Говори же. Покрасневшие глаза Хейли округлились и стали похожи на две монеты. Она отрицательно мотала головой, а каждое следующее слово Блейка ловко заводило её в состояние бесконтрольной нарастающей паники. — Нет… Нет! Нет! — её крик заполнил кухню, а из глаз ринулись бурные потоки слёз. Блейк ещё раз довольно улыбнулся, когда добился того, что хотел. Несколько нужных слов, и он совершенно легко внушил ей пожизненное чувство вины перед отцом. Невольно Хейли будет винить во всём себя. Остаток своей жизни она проживёт в мучительных терзаниях и каждый день будет вспоминать о том, что, совершив сегодня ошибку, подставила отца под удар. Теперь она сделает всё для Блейка, чтобы точно такой же истории не повторилось с её матерью. Блейк, насвистывая какую-то мелодию, медленным вальяжным шагом направился к умывальнику. Открыв кран, он вымыл руки и нож, чтобы избавить его от отпечатков. На мгновение Блейк замер, очарованный тем, как вода становилась бледно-красной… Вероятно, если бы он нанёс больше ударов, этот прекрасный цвет был бы ярче. Определённо, одного удара мало. Он на несколько секунд прикрыл глаза, глубоко вдохнул, выдохнул и снова открыл глаза. Нужно сдержать себя от того, чтобы не продолжить экзекуции с телом мистера Тома Ричардса. Он уже мертв, в дальнейших действиях нет смысла… Пытать жертву при жизни куда интересней, чем расчленять после смерти. Однако Блейк чувствовал незавершенность. Закрыв воду, Блейк внимательно осмотрел себя. На серой футболке виднелось несколько капель крови. Застегнув кожаную куртку, он скрыл следы убийства. После этого достал из кармана чёрный лоскут ткани, протирая все места на кухне, к которым притрагивался, избавляя от своих отпечатков пальцев так спокойно, словно в футе от него не происходила очаровательная душераздирающая сцена прощания дочери с отцом. Стоило бы записать это на диктофон. Мелодии для души. Остановившись, Блейк блаженно улыбнулся, оценив взглядом Хейли, которая, положив голову отца себе на колени, роняла ему на лицо слёзы и уже не менее пяти минут просила прощение у мертвеца. Жалкое зрелище. — Какая трогательная сцена, — проговорил он, облокотившись поясницей о кухонную тумбу. — Ты так красива, Хейли, когда твоё лицо украшают слёзы. Неописуемо прекрасна. Хейли, задыхаясь от собственной истерики, что-то проговорила, но это были очень невнятные слова. Она попыталась вдохнуть воздух, но это действие сейчас казалось ей невероятно сложным. — Гори… в аду… Блейк, — ненавистно прорычала она сквозь зубы. Его лицо озарила безразличная ухмылка. Он сделал несколько шагов вперёд, сначала оценив, насколько велика лужа крови около Тома Ричардса, что для Блейка было лишь искусством, а не страшной гибелью. Эта кровь — просто краска для его картин. Не больше, чем материал для творчества. Его картины требовали жертв. А как ведь создавать шедевры?! Блейк присел на корточки в нескольких дюймах от медленно разрастающейся багровой лужи на белой плитке. Он оценил взглядом тело Тома Ричардса и с сожалением в голосе проговорил: — Извини, Хейли, — он сделал паузу и продолжил: — Извини за то, что не смог убивать твоего отца долго, так, как заслуживают мои жертвы. Мне очень жаль. Так уж вышло, что это убийство не должно быть на моем счету. Если ты умная девочка, то поймешь, зачем мне это. Хейли едва смогла поднять голову, чтобы посмотреть на Блейка. Глаза застилала пелена слёз. Она несколько раз моргнула, чтобы избавиться от неё, но в очередной раз не могла. Тело ломило от боли, как при лихорадке. Сейчас Хейли не могла даже здраво мыслить и воспринимать его слова. — Есть ещё Мэдисон Ричардс. Твоя мать. Правильно? — проговорил Блейк, но, не дожидаясь ответа, продолжил, смотря на её красное, заплаканное лицо: — Ещё одна ошибка, дорогая моя Хейли, и твою мать ждёт участь похуже. Её смерть я уже запишу на свой счёт. А это значит, умирать она будет долго. Если хочешь подвергнуть мать такой муке, продолжай в том же духе, — Блейк хотел подняться на ноги, но, припомнив, что не закончил, остановился: — Да, я знаю, что она сейчас в Мексике с подругой. Твой отец рассказал мне, пока тебя не было. Какой милый мужчина. Даже уведомил об отеле, в котором они расположились. Как думаешь, я быстро доберусь к твоей милой маме? Надеюсь, ты вынесла урок. Знаю, я был бы превосходным учителем. Преподавать уроки — это точно моё, — он самодовольно улыбнулся: — Собственно, любая сфера мне легко даётся. Как верно подметил твоей отец, назвав меня умным и скромным. Хороший был мужчина. Светлая память ему. Блейк театрально сложил три пальца и перекрестил тело Тома Ричардса. Наверное, Рональд Додсон похвалил бы его за этот жест. Эта мысль заставила Блейка ухмыльнуться. Хейли громко шмыгнула носом, смотря через густую пелену слёз на лужу крови около головы отца. Она услышала лишь то, что Блейк упомянул её мать. — Не делай, — прошептала она. — Не буду, дорогая, — ответил он, едва разобрав невнятные слова, которые она пробурчала. — Просто веди себя хорошо. Если человек выводит меня из себя — человек отвечает за это жизнью. Своей или чужой, мне без разницы, — он наклонился ближе к её лицу и прошептал сквозь зубы, смотря в её напуганные глаза: — Я не даю вторых шансов, дорогая. Ты должна была это понять раньше, но, надеюсь, у тебя хватит мозгов, чтобы понять это сейчас. Хейли снова замерла, открыв рот. Уставившись на тело отца отстранённым взглядом, она почти не дышала. Блейк также опустил взгляд, чтобы в очередной раз оценить плоды своей работы. Приятный железный запах крови отражался в воздухе. Блейк глубоко вдохнул, на секунду прикрыв глаза, чтобы вдоволь насладиться. Он протянул руку вниз и указательным пальцем дотронулся до теплой крови на полу. Подняв палец вверх, Блейк с блаженной улыбкой проследил за тем, как капли медленно скатываются вниз, разбиваясь о плитку. Блейк грустно вздохнул, опечаленный тем, что не получил должного удовольствия от этого убийства. Совсем не было возможности развлечь себя. Слишком быстро. Слишком просто. Придётся найти новую жертву, чтобы возместить грусть от этой. — Ты знаешь, что должна говорить следователям, — проговорил Блейк. — Скажешь, что пробрался вор. Заметив, как тяжело дышала Хейли, Блейк не был уверен, что она слышит его. Он притянул руку и коснулся её подбородка, измазав её лицо окровавленными пальцами. Её тело конвульсивно содрогнулось. Она резко отпрянула от его прикосновений, но покорно посмотрела в его глаза. Блейк не мог налюбоваться видом её заплаканного лица: — Надеюсь, ты меня хорошо поняла. Рад был провести этот прекрасный вечер с твоей семьей, дорогая, — поднявшись на ноги, Блейк бросил: — Больше не расстраивай меня так, Хейли. В ином случае мы поссоримся. Блейк обернулся, слыша позади отдаляющиеся рыдания. Он закатил глаза и, медленно проходя по коридору, сбрасывал на пол вазы и семейные счастливые фотографии, висевшие на стенах, для того, чтобы создать видимость ограбления. Никто не сбросит это убийство на него. В стиле снайпера, который он хорошо уже выработал, нет обычных краж и лёгких убийств. Войдя в гостиную, Блейк приоткрыл окно, затем вытер отпечатки пальцев и бросил телефон Хейли на пол. Он забрал золотые часы мистера Ричардса, которые он снял буквально полчаса назад, три коробки с женскими украшениями и коллекцию старых машинок, которые на рынке, скорее всего, стоят достаточно много. Всё это он несомненно сожжет, не смея сохранять, так как считал постыдным заниматься воровством. В ряду преступников воры самый низший класс, к которому Блейк себя не относил. Однако он был обязан в этот раз сделать это, чтобы ввести следствие в заблуждение и отвести от себя подозрения. Проходя мимо, Блейк ещё раз оценил взглядом Хейли. Она всё так же сидела неподвижно на полу, задыхаясь от истерики. Он грустно поджал губы, выражая свои соболезнования, затем безразлично отвёл взгляд и, включив телефон, посмотрел на сорок два пропущенных вызова от Лиззи. Блейк хитро оскалился, ещё раз оценив эту цифру. Как ведь она переживает за своего любимого старшего братишку. Сейчас, вероятно, Лиззи думает, что Блейк стал целью снайпера. Именно это и было в его планах, когда он умышленно отправил последнее сообщение на почту ФБР, а после этого отключил телефон. Таким образом он заставил Лиззи понервничать за него, вследствие чего она, возможно, простит ему ночную выходку, и, конечно, очередное замыливание глаз для ФБР. Вероятно, не каждый подобный преступник способен хоть каким-то образом упомянуть своё настоящие имя в тайном письме. Скорее всего, это заставит ФБР допросить его, так как они уже и правда близки к тому, чтобы подозревать именно Блейка. Свои поступком он помог следствию снять с себя подозрения. В итоге, после допроса его всё равно признают очередной жертвой снайпера. Положив телефон в карман, Блейк, не совсем довольный убийством Тома Ричардса, направился прочь из дома.

***

Проходя по дорожке, освещённой уличными светодиодными фонарями, Лиз на мгновение остановилась, присмотревшись к двум полицейским машинам и карете скорой помощи, которые стояли около дома родителей Хейли. Нахмурившись, Лиз ускорила шаг. Двор был перегорожен жёлтой лентой. Чтобы войти на территорию преступления, Лиз пришлось показать полиции значок стажера Федерального бюро расследований. Из дома вышел доктор, проходя мимо Лиз. Дверь была насквозь открыта. Со всех окон горел свет. В предвкушении чего-то ужасного Лиз прошла внутрь, медленно осматривая цифры на полу и тумбах, которые обозначали улики. От взгляда на осколки разбитых ваз и фотографий, которые валялись под ногами, ей казалось, что здесь прошёлся ураган. Услышав голоса, доносящиеся с кухни, Лиз прошла туда. Она остановилась в проходе, у неё отняло дар речи. Медленно опустив взгляд, она шокировано уставилась на бледное тело Тома Ричардса в луже собственной крови. Около него собрались криминалисты, делая фотографии потерпевшего и улик, которые его окружали. Едва сумев отвести взгляд от мистера Ричардса, Лиз посмотрела в другой угол кухни. На высоком кухонном стуле неподвижно сидела Хейли, которую доктора закутали в плед, чтобы унять дрожь в теле. Её глаза казались стеклянными. Совсем не моргая, Хейли смотрела в одну точку, не отводя взгляд. — Хейли, — прошептала Лиз, быстро направившись к ней. Лиз коснулась рукой её плеча, совсем не зная, что должна сказать в такой ситуации. Вероятно, нет слов, чтобы утешить эту девушку сейчас. Лиз лишь подошла ближе, позволив Хейли облокотиться на неё. Хейли невольно закрыла глаза, и её холодные щёки снова намочили слёзы. — Я прочитала твоё сообщение, — тихо проговорила Лиз, ласково поглаживая подругу по спине. — Извини, что пришла поздно. Лиз всё ещё не понимала, почему Хейли отправила ей то сообщение. Вероятно, она что-то знала, если позвала её в дом родителей. Однако почему Хейли не позвонила в полицию в таком случае? Зачем позвала её сюда? Лиз ощутила, как тело Хейли содрогается. Она крепче прижала подругу к себе и на несколько секунд прикрыла глаза, прочувствовав боль Хейли. Вероятно, не может быть горя больше, чем потерять самых близких, ещё и таким ужасным способом, когда их жизнь отнимает какой-то психопат. Лиз на мгновение отстранилась от Хейли, чтобы обратиться к следователю, взрослому мужчине, который, скорее всего, скоро уйдёт в отставку по причине возраста. — Могли бы объяснить, что здесь произошло? Следователь, выдохнув, ответил: — Окно в гостиной открыто, вазы, статуэтки, картины и фото на полу. Картины воры часто переворачивают, так как люди любят прятать наличные за ними. Это похоже на ограбление. Что касается имущества, мы сейчас проверяем, всё ли на местах, но я очень сомневаюсь в этом. — Зачем вору убивать хозяина дома? — Один из вариантов: его застал хозяин дома, и он, запаниковав, воткнул ему нож в шею. Последнее время Лиз привыкла во всём подозревать их злопастного таинственного снайпера. Оглядевшись вокруг, она прижала палец к губам, задумчиво оценивая место преступления. Одна колотая рана на теле Тома Ричардса без дополнительных повреждений, разбросанные вещи на коридоре — всё это отводило подозрения от снайпера. Кажется, это действительно не он. Если бы убийцей был снайпер, он бы не нанёс всего одно ножевое ранение. А если бы и сделал так, то для большего повреждения разорвал рану несколькими поворотами ножа, как делал это прежде. Он хоть и непредсказуем в своих действиях, но всё-таки определённые особенности его преступлений были известны. Лиз, кивнув, словно общалась сама с собой, сделала вывод, что убийцей Тома Ричардса был вор, и он никак не связан со снайпером. На кухню быстрым шагом вошли Рональд Додсон и Питер Харрис. Рональд холодным, привыкшим к таким зрелищам взглядом оценил тело, затем сразу вступил в переговоры со следствием. Питер же потратил какое-то время, чтобы беспрерывно смотреть на тело убитого. Грустным взглядом он отыскал Хейли, прекрасно понимая, что она сейчас чувствует. Однажды он также пришёл домой и увидел своего отца зверски убитым. — Хейли, мои соболезнования, — проговорил Питер, и больше ничего не мог сказать. После того, как тело очертили на полу, мистера Ричардса забрали на судебно-медицинскую экспертизу. Лиз на мгновение отвлеклась от темы и, сделав шаг назад, снова набрала номер Блейка. Она сбилась со счёту, сколько раз звонила ему. Не ожидая дозвониться и в этот раз, она широко округлила глаза, как только её не перенаправило на автоответчик и вместо этого пошли гудки. К сожалению, никто не ответил. Лиз не стало легче. Сейчас она могла думать только об этом. Только о том, чтобы Блейк поскорее вышел на связь, и она убедилась в его безопасности. Тяжело выдохнув воздух, она снова повернулась к отцу и Питеру, которые продолжали обсуждение с полицией этого округа. Дело об одноразовом воровстве и умышленном убийстве ФБР вести не будет. Лиз снова взглянула на Хейли, с грустью понимая, что должна будет её спросить о важном: — Хейли, почему в своём сообщении ты просила меня прийти сюда? Хейли несколько раз моргнула и выглядела так, словно совсем не понимала, что происходит и где она находится. Не сводя взгляд с одной точки, она ответила осевшим голосом: — Я звонила отцу, он сказал, что ему кажется, что в дом пробрался вор. Я написала тебе, что бы ты проверила, так как ты была ближе всех к этому дому. Мы же с тобой договорились, что ты останешься у меня. Первое, что пришло на ум — это ты, — Хейли с трудом проговаривала каждое слово, которое было ложью. — Почему ты не обратилась в полицию, если у твоего отца были подозрения? — Не знаю, Лиз! Не знаю! — заметно быстро раздражалась Хейли. — Я думала, что отцу, как всегда, что-то не то слышится. Ему всегда кажется, что в доме кто-то есть. Всё? Допрос окончен? — Да, — ответила Лиз. — Извини. Допрос не был окончен, однако Лиз решила отложить его. Хейли не в порядке и сейчас не готова давать показания. Лиз всё ещё не понимала, почему последнее время Хейли ведёт себя странно. И всё ещё без объяснений был инцидент сегодня на складе Дэвиса, когда Хейли попросту убежала, ослушавшись команды Рональда Додсона. Хейли косо взглянула на Питера, когда тот подошёл к Лиз и задал вопрос: — Блейк так и не ответил на звонок? — Нет, — Лиз сложно вздохнула. — Если с ним что-то случится… — Не переживай. Я хоть и не люблю его, но, уверен, снайпер не сможет его убить, так как Блейк заговорит его до смерти своими колкими фразами, — Питер едва заметно улыбнулся, когда своими словами смог хоть немного взбодрить Лиз. На лице Лиз расцвела усталая улыбка: — Ты прав. Это он может. Питер обратил внимание на Рональда Додсона, который что-то записывал в заметках телефона: — Кажется, твой отец особо не переживает за сына. Лиз слегка нахмурилась, бросив взгляд на отца, ведь ему и правда было безразлично на то, что снайпер в своем последнем письме упомянул Блейка. Неужели Рональд Додсон так сильно ненавидит своего собственного сына? Как можно быть настолько бесчувственным даже сейчас, когда Блейку угрожает опасность? — И правильно делает, — прошептала себе под нос Хейли, но, к счастью, этих слов никто не услышал. Лиз снова набрала номер Блейка, крепко сжимая телефон в руке, пока слышались лишь гудки. Ходя с одной стороны в другую, она нервно покусывала губы. В голове невольно возникали самые страшные мысли, которые она не была в силах прогнать. Она вспомнила каждое убийство снайпера и боялась даже представить, что следующей жертвой этого чудовища может быть Блейк. Как только медики покинули территорию, следователи попросили всех посторонних покинуть дом для дальнейшего детального расследования. Лиз, придерживая Хейли за талию, осторожно помогла ей выйти во двор за территорию, ограждённую желтой лентой. Хейли окинула дом грустными, наполненными болью глазами, затем при помощи Лиз прошла немного дальше. — Ну вот, я же говорил, — торжествующе воскликнул Питер. Девушки обернулись на его голос и посмотрели по направлению его взгляда. Лиз замерла на вдохе, увидев быстро приближающегося к ним Блейка. Прикусив губу, она едва смогла сдержать улыбку. Хейли же ощутила прилив новой волны тревоги, которая очень быстро перерастала в смертельный ужас. Она, сжав кулаки, не заметила, как пронзила кожу ногтями. Блейк выглядел весьма взволнованным, осматривая всех присутствующих, затем дом, в котором прекрасно знал, что произошло, но был вынужден умело отыграть непонимание. — Блейк! — Лиз сделала два шага к нему и, остановившись рядом, стала ощупывать его плечи, руки, грудную клетку на наличие повреждений. Блейк знал, что заставил её попереживать за него, но даже не мог представить, что его план достигнет такого сногсшибательного результата. Кажется, страх за его жизнь и правда смог перекрыть эмоции, которые Лиз испытала ночью. — Что происходит, родная? — поинтересовался Блейк. — Проверяю, всё ли с тобой хорошо, — ответила она и, убедившись в том, что всё прекрасно, резко со всей силы толкнула его в грудь, недовольно нахмурив брови: — Ты почему на звонки не отвечаешь? — ещё один удар. — Я весь вечер названиваю тебе! Придумываю всякие ужасы, которые могли с тобой случиться! Ты недостаточно мне нервы потрепал? Захотелось ещё? Блейк и правда растерялся, не успев среагировать на столь внезапную смену поведения Лиззи. Менять нежность на грубость, видимо, не только его конёк. Всё-таки они с сестрой имеют что-то общее. — Я был с Джеком. Не заметил, что телефон разряжен, — оправдал себя Блейк. Хейли подняла голову к ночному звёздному небу, несколько раз моргнув, чтобы спрятать внезапно нахлынувший поток слёз, который рядом с Блейком невозможно было держать под контролем. Единственное, что сейчас смогло бы утешить её скорбь, это если бы Блейк погиб в таких же муках, как и его жертвы. — Я же предупреждала, что сейчас опасно. Нужно быть немного серьезней, Блейк. Речь о твоей жизни! — продолжила она отчитывать его, как провинившегося мальчишку. На лице Блейка заиграла ироничная ухмылка. Он подошёл ближе, оглядываясь, чтобы остальные находились как можно дальше от них: — Ты переживаешь за меня, родная? Я думал, что мы больше не ладим и не разговариваем. — Не разговариваем! — бросила она, сложив руки на груди. — А что ты сейчас делаешь? — Сейчас я кричу на тебя! Это не считается. — Понял, — Блейк невольно улыбнулся без прежней язвительности. Её волнение за его жизнь оказалось действительно чем-то крайне необычно приятным. — Если так, то буду выводить тебя почаще, чтобы ты всегда имела желание накричать на меня. Мне очень нравится. Лиз удивленно взмахнула руками, затем снова взглянула на него строгим взглядом: — Не смей. Не зли меня. Ты ведь так говоришь? Он слегка наклонился ближе, отбросил рыжую прядь за её плечо и прошептал около уха: — Именно. Надеюсь, что, если разозлю, ты будешь наказывать меня не хуже, чем я тебя. Лиз резко сделала несколько шагов назад, оглянувшись на Питера и Хейли с надеждой, что они не могли ничего услышать. Убедившись, что они отстраненно о чём-то размышляли и не могли их слышать, Лиз ещё раз окинула Блейка возмущённым взглядом. Блейк непроизвольно посмотрел на дом в котором убил Тома Ричардса. Он сжал кулаки, чувствуя, как ускорилось сердцебиение — обычная реакция на незавершенность. Будучи перфекционистом в любимом деле, Блейк не мог спокойно воспринимать неправильно выполненное убийство. Всего одно ножевое. Всего-то! Да, так было нужно, но внутренним ощущениям эту мысль донести сложно. Инстинкты убийцы нашептывали на ухо, что не успели насладится легкой смертью Тома Ричардса. Это, как дать маленький глоток воды человеку, который умирает от жажды. Глотка будет очень мало для того, чтобы утолить жажду. Сейчас Блейк чувствовал тоже самое и слабо мог контролировать желания. Он едва сдерживал себя от того, чтобы прямо сейчас не найти новую жертву для того, чтобы достаточно накормить внутренних демонов, которые просили добавки. Этой ночью Блейк должен восполнить это чувство. Иначе бессонница и необъяснимая тревога гарантированы. Блейк глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы вернуть себе способность мыслить здраво. Заново собравшись, он посмотрел на дрожащую Хейли. Время отыграть роль человека, который умеет сострадать. Так как вряд ли он умел это делать на самом деле. Когда-то Блейк удивлялся и стеснялся того, что не испытывает тех же чувств, как и окружающие. Однажды в детстве на похоронах одноклассника, который попал в аварию, все вокруг плакали, но только Блейк ничего не чувствовал. Абсолютно ничего. Никакой жалости к совсем юному парню, трагически погибшему, ни к его родителям, которые взвывали от боли… Совсем ничего, кроме легкого возбуждения. Это было даже интересно… Те похороны были, наверное, самым интересным мероприятием на котором он имел возможность побывать… Тогда он отказывался от этих ощущений, ведь считал их неправильными, ненормальными, безумными… Потом ещё подростком Блейк принял факт собственной бесчувственности, как вознаграждение. Он не имел слабостей, как другие. Он считал, что на голову сильнее остальных. — Хейли, я только узнал о том, что случилось, — Блейк наконец-то обратился к девушке, которая от его голоса подскочила на месте, сильнее закутываясь в медицинский плед. — Приношу свои соболезнования. Мне так жаль. Ты в любой момент можешь обратиться ко мне, если будет что-то нужно. Я всегда буду рядом. Лиз взглянула на Блейка с долей гордости за его правильно подобранные в данной ситуации слова. Она же не смогла ничего сказать Хейли, когда увидела её в разбитом состоянии. Вероятно, Блейк всё-таки обладает частичкой эмпатии, так как эту способность у него Лиз отрицала с самого детства. Лиз обратила внимание, что Хейли молча смотрела на него. По её бледным щекам покатились слёзы, и она ничего не ответила, словно была вовсе не живой. Лиз коснулась руки Блейка, привлекая его внимание, затем, взглянув в его взволнованные состоянием Хейли глаза, проговорила: — Она сейчас не в себе. Ей нужно время, — сделав паузу, Лиз окинула подругу взглядом: — С ней произошли ужасные события. Я могла предотвратить это. Блейк с лёгким непониманием посмотрел на Лиззи: — Ты как бы этому помешала? Ты не могла знать, что случится с мистером Ричардсом. — Хейли написала мне сообщение, чтобы я проведала мистера Ричардса. Если бы я пришла раньше, то застала бы вора. У меня есть револьвер и навыки справляться с такими преступниками… — Лиз грустно вздохнула и, ощущая долю своей вины, опустила взгляд. Блейк медленно повернул голову в сторону Хейли. Их взгляды пересеклись. Она понимала, что Лиз невольно только что выдала её маленький секрет, чем подвергла её очередной опасности. Блейк, окинув Хейли недобрым взором, лишь подтвердил эти догадки. Он представил, что было бы, если бы Лиззи пришла в то время, пока он был в доме с окровавленным ножом в руке… Хейли и правда самая глупая девушка, которую он имел возможность видеть. Неужели ему нужно убить всю её родословную, чтобы она наконец-то поняла, что нельзя проворачивать делишки за его спиной? Значит, нужно будет снова проучить её. Она, видимо, очень плохо выносит уроки. Блейк едва заметно кивнул, пронзив Хейли холодным взором серебристо-голубых глаз, без слов давая понять, что он с ней не закончил. Снова посмотрев на Лиззи, он нежно прикоснулся к её покрасневшей щеке, заставляя поднять голову и посмотреть в его глаза. Блейк тепло улыбнулся, не желая видеть грусть на её красивом кукольном личике: — Твоей вины нет. Ты не можешь помочь всем, как бы ни старалась, — он сделал паузу и продолжил: — И не нужно лишний раз подвергать себя опасности. Хорошо, что тебя не было. Не заставляй меня волноваться за тебя. Ладно? Лиз непроизвольно кивнула, но ничего не ответила. Блейк осторожно привлёк её в свои объятия, не в силах удержаться от внезапного желания утешить её грусть. К счастью, Лиззи не сопротивлялась. Значит, она так же, как и он, нуждалась в этой близости. Блейк лишь на мгновение прикрыл глаза, чувствуя приятное спокойствие, которое было всякий раз, когда Лиззи находилась в его руках… когда он точно был уверен, что она в безопасности и никакой подражатель или кто-либо ещё не причинит ей вред. Лиз, точно как и Блейк, на мгновение поддалась слабости и прикрыла глаза, прижавшись щекой к его груди. Сегодня был просто отвратительный день. Поспав два часа, пришлось готовиться к ответственной миссии на работе; затем письмо снайпера и фото его жертв; неудавшаяся спецоперация; глупые предположения относительно Блейка; угрозы снайпера; переживания; гибель отца Хейли… Сумасшедший день! Она так сильно устала, что не имела никаких сил сейчас ругаться с Блейком и отталкивать его. Тем более после того, как несколько часов не могла найти себе места, предполагая самые ужасные сценарии, которые могли с ним произойти. Теперь, когда он был рядом в целости и сохранности, Лиз выдохнула с облегчением. Хейли скривилась в гримасе отвращения, смотря на то, каким внезапно заботливым и милым Блейк становился рядом с Лиз. Насколько ужасно осознавать, что этот милый парень более часа назад безжалостно убил человека, а уже сейчас так искренне переживает за сестру и обнимает её руками, которыми держал орудие убийства… Почему он выбрал Лиз в качестве единственного человека на всей земле, к которому относится лучше, чем к остальным? Неужели он так любит сестру и действительно ощущает по отношению к ней ответственность, которую берут за младших старшие братья? Хейли медленно опустила взгляд, представляя, что было бы, если бы Лиз пришла раньше в этот дом… Если ранее Хейли сомневалась, что Лиз была бы способна остановить зверские планы своего брата, то сейчас, при взгляде на то, как он переживал за сестру, эти сомнения испарились в воздухе. Теперь Хейли была полностью уверена, что, если бы Лиз пришла вовремя, если бы она ответила тогда на звонок, то Том Ричардс сейчас был бы жив. Хейли непроизвольно сжала челюсть, чувствуя, как злость пронзила её тело очередной волной дрожи. Во всех её бедах опять виновата Лиз. Опять она. Каким-то образом, Лиз всё-таки имела хотя бы минимальное влияние на Блейка, но тогда, когда была нужна её помощь, её не было! Питер окинул Блейка оценочным взглядом, затем взглянул на Лиз, которая, кажется, очень сильно любила своего брата. И как только она терпит этого парня? Да, кровные узы всё-такие имеют значение, но ведь Блейк — это совокупность всех негативных качеств. Вспомнить только, сколько раз он пытался уколоть Питера язвительными замечаниями… Иногда это было даже слишком, и Блейк подшучивал над вещами, над которыми нельзя шутить. Например, гибель его отца. И это они ещё редко пересекались. Питер не брался представить, сколько неприятностей Блейк доставляет своим близким. Как его можно любить? Будь у Питера такой брат, он бы без зазрения совести отказался от него. Лиз отпрянула от Блейка, заметив, как странно наблюдали за ними Питер и Хейли. Их взгляды были осуждающими. При всём этом они ещё не знают, что между Лиз и Блейком больше, чем сестринско-братская любовь. Хорошо, что никто об этом не знает. Лиз уже давно не стыдилась собственных нездоровых чувств к брату, но совсем не хотела, чтобы это стало известно другим. — Блейк, — обратился к нему Питер: — Где ты, говоришь, был весь вечер? Хейли метнула в сторону Блейка ненавистный взгляд, ожидая, как в этот раз он ловко оправдает себя. — У своего друга, — спокойно ответил Блейк. — Друг сможет подтвердить это? Блейк едва заметно ухмыльнулся. Питер, вероятно, из неприязни к нему смотрел в правильную сторону. Скользкий тип. — Конечно, — он кивнул. — И ещё одна очаровательная дама, которая проводила в нашей компании прекрасный вечер, пока мой младший братец не сообщил мне, что случилось с Хейли. Лиз резко повернула голову в его сторону, вопросительно нахмурившись. Блейк заметил её взгляд, но специально не посмотрел на неё. Как очевидно она демонстрировала ревность. Забавно, что эта девушка ещё утром говорила, что они больше не будут разговаривать, а сейчас приходила в негодование от мысли, что он был с другой. Лиззи уникальна. Она может говорить одно, но её нездоровая психика всё равно толкает её на совершенно противоположное. Блейк не стыдился того факта, что именно он повлиял на то, чтобы напрочь исказить её правильное восприятие мира. Не одному ведь сходить с ума. Вдвоем гораздо веселей. — Как зовут эту даму? — продолжил выуживать детали Питер и задавать уточняющие вопросы. — Сколько лет? Как выглядит? — Я понимаю, что у тебя, наверняка, никогда не было девушки, но, может, медленнее будешь узнавать её данные? Сразу скажу — заносчивые парни с грустной физиономией не в её вкусе. Не трать время. Питер сжал челюсть, пронзая Блейка ядовитым взглядом: — Видимо, в её вкусе самовлюблённые инфантильные негодяи? — Как ты догадался? Питеру было достаточно провести несколько минут в компании Блейка, чтобы выйти из себя. Каждое его слово действовало на Питера, как красная тряпка для быка. Он тяжело вдохнул, чтобы успокоиться, затем проговорил: — Блейк, отвечай на вопросы нормально. — Ладно, — закатив глаза Блейк достал из кармана куртки телефон, что-то набрал, и через минуту Питеру пришло сообщение. — Не стоит благодарить, дружище. Питер посмотрел на экран своего телефона, прочитав содержимое в сообщении от Блейка. Это был мобильный номер. Непонимающе нахмурившись, Питер поднял голову и спросил: — Что это? — Номер этой девушки. Зовут Кэйт. Выезжает на дом по вечерам. Стоит дорого, но она оправдывает свою цену. Вызови её и наконец-то ты лишишься девственности. Может, в этом причина твоей занудности. Питер сжал в руке телефон, косо взглянув на молодого полицейского, который стоял около них и насмешливо ухмыльнулся, услышав их с Блейком совсем не дружеский разговор. Не в силах больше спокойно отвечать на колкие фразы, Питер обратился к Лиз: — Это невозможно! Скажи своему брату, чтобы хотя бы на месте преступления был нормальным человеком! Он обязан ответить на мои вопросы! — Ты только что пожаловался моей сестре на меня? — Блейк с веселым прищуром смотрел на Питера. — Может тебе ещё папулю моего позвать? И ему расскажи, какой я невоспитанный. Пусть запрет меня в комнате и заберет телефон в наказание за плохое поведение. — Блейк ещё раз усмехнулся — Ты такой уморительный, Питер Пен. Честно, без тебя мне было бы скучно. Только твоя занудность может быть такой забавной. — А вот я бы отлично обошелся без тебя. — В таком случае хорошо, что я есть. Питер громко выдохнул, отвернувшись от Блейка: — Лиз, скажи, чтобы он отвечал на мои вопросы. Лиз бросила недовольный взгляд на Блейка, который на это лишь невинно пожал плечами, совсем не понимая, почему ему опять делают замечания. Затем Лиз перевела внимание на Питера и наконец-то вмешалась в разговор: — Питер, если ты хочешь допросить моего брата, ты обязан вызвать его официально в наш офис. Действуй, пожалуйста, в соответствии с законом, потому что, как ты и сказал, это место преступления, а не комната допросов. Блейк опустил голову, окинув свою очаровательную сестрёнку восхищённым взглядом. Она только что избавила его от возни с Питером. Хотя Блейку не было сложно ответить на вопросы, ответы на которые уже давно до мелочей продумал. Джек осведомлён в том, что, если к нему обратятся, он скажет, что Блейк был с ним. А Кэйт — девушка, которая якобы была с ними, одна из компании байкеров, давно желающая прыгнуть в постель к Блейку, скажет всё, что ему вздумается. Алиби на этот вечер давно готово. Блейк посчитал уместным упомянуть двух свидетелей вместо одного, чтобы алиби было ещё прочнее. — Как жаль, что ты не адвокат, — тихо проговорил Блейк, взглянув на Лиз: — Я бы несомненно нанял тебя для своей защиты. У тебя прекрасно получается. Это из любви ко мне или к правосудию? Думаю, первый вариант. Лиз косо взглянула на Блейка, вспомнив чувства, которые переживала сегодня, полагая, что снайпером может быть Блейк. К счастью, её сомнения развеялись, и она убедилась в невиновности своего брата. В его пользу был важный аргумент — Блейка ещё не было в этой стране, когда появился снайпер. Эта мысль грела ей душу. — Питер прав. Тебя нужно допросить, — ответила Лиз. — Но это нужно делать законным образом. — Ты меня в чём-то подозреваешь? — он недовольно взглянул на неё. — Разве я похож на преступника? Лиз подняла голову, оценив непонимание, ярко видневшееся на его лице. Он определенно похож на преступника, при всем том её ответ был другим: — Нет. Однако, чтобы не было подобных сомнений на твой счёт у остальных, тебя позовут на допрос. И не только тебя. Также Джексона Скотта, которого снайпер упомянул в своем письме. — Каком письме? — продолжая делать вид, что ничего не понимает, спросил Блейк. Лиз устало выдохнула и проговорила: — Снайпер сообщил, что его следующей жертвой можешь стать ты или Джексон Скотт из Бюро, так как ваша внешность якобы похожа на его. Сегодня он убил ни в чем невинного парня по той же причине. Он попросту издевается над нами. Кто-то докладывает ему информацию, либо же снайпер это кто-то из ФБР. Он слишком много знает конфиденциальной информации. Хейли шумно вздохнула, в очередной раз моргнув, чтобы прояснить взор от непроизвольно хлынувших слёз. Блейк удивленно мотнул головой, приподняв брови: — Значит, теперь я могу быть его целью? Поэтому ты столько раз звонила мне сегодня? — Да, Блейк! — строго проговорила она. — Поэтому, пожалуйста, впредь отвечай на звонки. И ещё, теперь ты должен быть особенно осторожным. Если этот психопат выберет тебя в качестве своей следующей жертвы, ты представить себе не можешь, что он с тобой сделает. — Не страшно. Думаю, мы с ним подружимся, — Блейк слегка улыбнулся, поймав недовольный взгляд Лиз. Он нарочно добавил в диалог свойственного ему легкомыслия, так как, если бы продолжил реагировать на слова Лиз серьёзно, ещё больше вызвал бы подозрений на свой счёт. Серьёзность определенно не его стиль и нужно всегда придерживаться этой тактики. — Опять ты всё воспринимаешь так, словно мы играем в игры, — негодующе вспыхнула Лиз. — Когда ты уже поймешь, что угроза для жизни — это не шутки?! — Лиззи, я прожил пять лет в местах, где моей жизни каждый день что-то угрожало. А здесь всего один псих, который упомянул моё имя в письме. Это мелочь по сравнению с моим прошлым. Лиз скрестила руки на груди, пронзив Блейка возмущенным его непредусмотрительностью взглядом. — Снайпер — это не всего один псих. Он до невозможности жестокий и не менее умный, расчётливый, продуманный преступник. Если он упомянул твоё имя — значит, не просто так. Этот психопат воплощает в жизнь всё, что говорит. Воспринимай его серьёзно. Он очень опасен и не такой легкомысленный, как ты. А я, к слову, не хочу увидеть в качестве его следующей жертвы тебя. Блейк едва смог сдержать себя, чтобы не расплыться в блаженной улыбке. Сколько комплиментов от Лиззи он только что услышал: умный, расчётливый, продуманный… Он едва не произнёс «спасибо, родная». — Определённо благодарен этому парню за то, что увидел то, как сильно моя любимая сестрёнка переживает за своего брата. Лиз без сил взмахнула руками, понимая, что никакие слова, существующие на земле, не заставят Блейка быть серьёзным. Опять шутки. В этот раз она промолчала, признавая тот факт, что на любой её аргумент Блейк ответит сарказмом. — Блейк, мне вот интересно, — проговорила она. — Если бы снайпер угрожал мне, ты был бы таким же спокойным? Блейк взял время, чтобы обдумать свой ответ. Конечно, снайпер не стал бы угрожать Лиззи, но она этого не знает. Она зря тревожится за свою и его жизнь. Если однажды ему придёт в голову убить её, то это будет сделано без предупреждения и, вероятно, по той причине, что она в очередной раз выведет его из себя, как это было ночью. Он сам не верил, что смог завершить эту ночь, наказав Лиззи малым. Определённо, она выиграла эту жизнь, если, оставшись один на один с Блейком, который лишён самоконтроля, смогла остаться в живых. Хейли, прекрасно слыша их разговор, косо взглянула на Блейка, всё ещё удивляясь его способности выкручиваться из любой проблемы. — Нет, я бы переживал за тебя, — всё, что ответил Блейк. — Вот и я переживаю за тебя. Так что, будь добр, хотя бы ради меня, будь осторожней. — Уговорила, — улыбнувшись ей, он кивнул. — Наконец-то! — она выдохнула так, словно только что провела сложный спарринг и победила. Около ярко мигающих полицейский машин остановился старенький пикап, который принадлежал Рональду Додсону. Из него поспешно вышли Молли и Фрэнки, направившись к скоплению людей. Лиз невольно нахмурилась, уставившись на мать, которая не сводила глаз с Хейли: — Мама? Что вы тут делаете? Молли словно не слышала свою дочь и всё ещё не сводила опечаленный взор с Хейли Ричардс. Ощущая на себе пристальный взгляд, Хейли не имела сил даже пошевелиться, чтобы хотя бы поздороваться. Она тупо уставилась в одну точку на дереве в противоположной стороне и мысленно прокручивала в голове тот самый момент, когда зверь отнял у её отца жизнь. Фрэнки остановился рядом с сестрой и, наклонив к ней голову, ответил вместо матери: — Она не смогла сидеть дома и ждать новостей. После того, как похоронили твою одногодку Эбби Аллен, мама находится в постоянной панике. Она боится, что с тобой или со мной что-то случится. Узнав, что отца Хейли убили, она захотела её поддержать. Лиз, взглянув на озадаченную мать, грустно поджала губы. Её тревоги можно понять. Лиз также боялась за жизнь членов своей семьи. Ситуация в городе была весьма неутешительна, и остерегаться действительно есть чего. Ещё и к многочисленным убийствам снайпера так не вовремя подключился обычный вор, который убил отца Хейли… Вероятно, про смерть нельзя говорить в таком ключе. Разве это может случиться вовремя? Нет. Блейк не смог скрыть презрение, которое в нём вызывала эта деланная тревога за других. Скривив губы, он проследил за тем, как сущий ангел по имени Молли Додсон бережно привлекает рыдающую Хейли в свои объятия. Блейк испытывал отвращение, когда видел, как люди помогают и поддерживают друг друга. В его глазах все благие помыслы были лицемерием. Он никогда не испытывал по отношению к себе такой снисходительности. Вероятно, люди хотят помочь другим не из доброты душевной, а из корысти… Иначе Блейк не мог себе объяснить, почему кто-то заслужил любовь и поддержку, а кто-то, типа него, не заслуживал ничего, кроме упреков и ненависти. В такие моменты он в очередной раз убеждался в том, что, убивая этих лицемерных людишек, делал всё правильно. — Вы что здесь забыли? — послышался недовольный строгий голос Рональда Додсона. Он, сунув руки в карманы брюк, остановился рядом и пристальным взором оценил двоих сыновей и свою жену. — Я пришёл к своей девушке. Есть проблемы? — проговорил Блейк, уставившись на отца. Хейли содрогнулась всем телом, услышав, что убийца её отца назвал её своей девушкой. Лиз покосилась на Блейка и, прочистив горло, отвела недовольный взгляд. Рональд, долго смотря на старшего сына с привычным к нему презрением, наконец-то глянул на свою жену, ожидая объяснений. — Я не могу оставить эту девочку одну, — ответила Молли дрожащим голосом, взглянув на побледневшее лицо Хейли. — Пусть эту ночь она проведёт у нас. Хейли резко вырвалась из рук женщины, чем заставила её удивленно охнуть. — Нет! — буквально выкрикнула Хейли, мгновенно повернув голову в сторону Блейка: — Я не хочу к вам! Нет! Нет! Все, кто окружал Хейли, насторожено посмотрели на её дрожащее перепуганное лицо. Никто не удивлялся её странному поведению, которое объяснялось обстоятельствами, но того, что она так яростно запротестует, отказываясь от помощи, не ожидал никто. Блейк злостно сжал челюсть, едва сдерживаясь, чтобы сию секунду не прервать жизнедеятельность этой пустоголовой девушки. Он ведь предупреждал её, чтобы вела себя нормально и не бросала в его сторону подозрений своим глупым поведением. На мгновение Блейк представил, как пронзает её грудную клетку десятками ножевых ранений, обезглавливает ножовкой, после чего складывает остатки её тела в чемодан и выбрасывает с обрыва. От этой мысли ему становилось спокойней. — Хейли, девочка моя, — начала Молли, снова осторожно касаясь её плеча. — Ты не можешь остаться совсем одна после того, что случилось. Я говорила с твоей мамой. Она только узнала и сможет прилететь лишь завтра. — Ч-что? — переспросила Хейли, плохо воспринимая любую информацию. — Пусть мама не приезжает… Пусть… — Успокойся, — нежно произнесла Молли, снова привлекая испуганную девушку в свои объятия. — Поедешь к нам. Мы не оставим тебя. Хейли несколько раз моргнула, сбрасывая с ресниц застывшие слёзы, и с осторожностью взглянула на Блейка. Он едва заметно мотнул головой, молчаливо указывая согласиться на предложение Молли. Быстро опустив голову, Хейли крепко зажмурила веки, проклиная Блейка и то время, которое потратила на него. Вынуждено кивнув, Хейли согласилась поехать к Додсонам. Молли утешительно улыбнулась. — Блейк и Элизабет, — Рональд взглянул на старшего сына, затем на дочь. — Вы тоже сегодня поедете к нам домой. Нам нужно обсудить всё, что случилось за последний день. Снайпер подобрался очень близко. Нельзя быть раздельно. По крайней мере, сейчас. Потом делайте, что хотите. Тишину снова прервал мучительный стон Хейли, после того, как она поняла, что эту ночь проведёт в доме с убийцей её отца. К счастью, все сбросили её реакцию на то, как, должно быть, ей сейчас плохо. — Езжайте домой, — скомандовал Рональд. — Я за вами. Меня отвезет Питер. Рональд, кивнув Питеру, направился к его машине. Лиз грустно оценила Хейли взглядом, когда мама медленно увела её к их пикапу. Фрэнки, как и сестра, застыл, смотря вслед рыдающей Хейли. Блейк, оценив их двоих уставшим взглядом, закатил глаза и первым ступил вперёд, пока эти двое находились в состоянии печали и сострадания. Нечаянно задев Фрэнки плечом, Блейк резко остановился, когда тот издал едва слышный вскрик и внезапно схватился за левое плечо. Блейк непонимающе нахмурился, оценивая младшего братишку подозрительным взглядом. Фрэнки оскалился от боли, словно его не просто слегка толкнули, а, вероятно, сломали руку. Подняв голову, только сейчас Фрэнки перевёл внимание от боли к непонимающему взгляду старшего брата. Быстро пытаясь сменить собственную реакцию на столкновение, Фрэнки попытался делано улыбнуться, хотя выглядело это не сильно убедительно. Блейк на мгновение замер, вспомнив ту самую ночь, когда подстрелил в левое плечо подражателя на трагичном дне рождение Филипса. Внезапная мысль о том, что он подстрелил тогда Фрэнки, отразилась шоком на лице Блейка. — Это ты? — едва слышно проговорил он. — Это был ты!