Просыпаясь с принцессами

...Стоя в подземном зале под старым замком-школой, где учились магии человеческие кобылки и жеребчики, Флаттершай чувствовала как по её коже бегают мурашки. Она была бы первой, кто не назвал бы себя самой решительной и бесстрашной пони, однако же здесь и сейчас готовилась вступить в переговоры с древним (пусть и не старше принцесс... которые совсем не старые) василиском. - Приступай, Доброта: мы тебя подстрахуем, - произнесла принцесса Луна, вырывая превращённую пегаску из её собственных мыслей. На голове шевельнулась Золотце, которая обещала вытащить хозяйку откуда угодно в случае, если станет очень опасно. Хранительница Элемента Доброты не сомневалась, что Файр вправду это сделает, но всё же не хотела заставлять малышку перенапрягаться, так как единственный раз, когда у неё получилось телепортировать пони на несколько метров, вызвал у золотой королевы обморок от переутомления. "Нам ничего не угрожает: рядом принцесса, Твайлайт, гвардейцы... и человеческие волшебники", - мысленно повторила себе кобылка, шагая вперёд, одновременно с тем поправляя на мордочке волшебные непрозрачные очки, передающие только двухцветное изображение. - Здравствуйте, - надеясь, что волшебный змей, выползший изо рта огромной статуи и теперь свернувшийся кольцами у ног истукана её услышит, произнесла Флаттершай. - Мы пришли поговорить. - Шшш... (Чужаки, нарушители, зачем пришли)? - зашипел в ответ гигант, который мог бы проглотить взрослого земнопони одним укусом, угрожающе наклоняя голову с короной из рогов. - Мы пришли из школы: с нами директор, - поспешила заверить пегасочка. - Мы - не нарушители. - Шшш... (Не нарушители... но чужаки... которые не говорят, зачем пришли), - на этот раз в шипении василиска зазвучала откровенная угроза, из-за чего мурашки побежали по спинам почти у всех, кто его слышал. - (Чего хочет неправильная говорящая)? - Я... - кобылка хотела сказать, что совсем не неправильная, но осеклась и заговорила о другом: - Скажите, мистер, вы бы не хотели переселиться куда-нибудь из этого подземелья? Куда-нибудь где... больше еды? - Шшш (Нельзя; не хочу; хозяин запретил и наследник хозяина запретил)! - зашипел в ответ змей, медленно двинувшись вперёд и глядя на Флаттершай своими огромными глазами. - (Убирайтесь, чужаки-нарушители)! - Но мы хотим помочь: вам, наверное, одиноко здесь, - попыталась переубедить василиска превращённая пони. - И директор хотел бы... - Шшш... (Хозяин велел слушаться говорящих... Ты - неправильный говорящий)! - прошипел змей, а в следующую секунду совершил стремительный бросок, который наткнулся на прозрачную плёнку, вспыхнувшую прямо у него на пути. - (Убью-убью-убью, враги наследника)! - Уф... - выдохнул Шайнинг Армор, держа перед собой волшебную палочку. - Сильный как локомотив. - Похоже - переговоры провалились, - констатировала принцесса Луна, прыжком оказываясь впереди, тут же распахивая крылья во всю ширь, магией подхватывая возникшую в воздухе глефу. - Теперь - наша очередь! Серебристое лезвие описало в воздухе полумесяц, а затем пятка древка, на которой был закреплён противовес в виде металлического шара, с влажным хлопком опустилась на голову василиска, издавшего яростное шипение. Флаттершай, не успевшая испугаться в момент первого броска - отступила назад сцепив кисти рук перед грудью, чувствуя как по коже побежали мурашки, а колени начали мелко дрожать. Впрочем, когда она почувствовала как Золотце вцепилась в гриву, буквально зарывшись в её локоны, то тут же подавила неуместную слабость и потянулась ладонями к питомице. Тем временем змей, осознав отсутствие эффекта от окаменяющего взгляда, сперва сжался будто пружина, а затем - выстрелил своим телом, стараясь если не ухватить принцессу ночи зубами, то хотя бы задеть своей тушей. Однако же пони продемонстрировала поразительную выдержку, граничащую с безрассудством: взмахнув крыльями она подбросила себя вверх и приземлилась на затылок проносящегося мимо чудовища, после чего побежала по длинной спине, при помощи телекинеза нанося удары тупым концом глефы то по правому, то по левому боку. Приземлившись василиск, обозлённый не наносящими вреда, но болезненными и обидными тычками, тут же попытался достать крылато-рогатую кобылу хвостом, но та успела спрыгнуть на пол и гарцующей походкой уклонилась от выпада. В ответ же на яростное шипение зазвучал чистый, мелодичный смех, который заставлял сам воздух звенеть перезвоном серебристых колокольчиков. Монстр высоко поднял голову, замер на несколько мгновений, а затем совершил стремительный выпад попытавшись укусить пони горизонтально. Однако же в этот раз принцесса Луна просто отошла в сторону, а на своём месте оставила глефу, которая удачно (ну или же - неудачно, в зависимости от точки зрения) встала между челюстями. Из-за этого попытка сомкнуть клыки привела к тому, что лезвие начало погружаться в не такую прочную как чешуя плоть. Издав ещё более яростный звук, похожий скорее на вой, нежели шипение, змей замотал головой и в конце концов всё же избавился от оружия, пустившего ему кровь. К этому моменту тёмно-синяя аликорница уже стояла на краю пола перед каналом, по которому протекала вода, выглядя удивительно беззащитно. Флаттершай, как и другие пони с человеками рядом сразу почувствовала подвох, но василиск был слишком зол, чтобы пользоваться и без того не самым сильным своим инструментом. Со всей своей скоростью он метнулся в атаку и раскрыл пасть, чтобы сомкнуть зубы на наглой букашке, болезненно жалящей его и ускользающей от заслуженной кары. Только вот и в этот раз крылато-рогатая кобыла, прежде чем её шкуры коснулись пропитанные смертоносным ядом клыки, обратилась туманом и просочилась мимо, позволяя противнику врезаться в статую каменной змеи. - Мы весьма разочарованы: до нас доходили слухи, что чудовище Слизерина - жуткий и смертоносный монстр, а не червяк-переросток с толстой шкурой, - воспользовавшись кантерлотским гласом, от чего задрожали стены и потолок, вновь перехватив оружие телекинезом и направив его лезвием в сторону змея, констатировала принцесса Луна. "Зачем она его злит?", - с беспокойством подумала превращённая пегасочка, прижимая к груди снятую с головы Золотце, свернувшуюся компактным клубком. Не известно, понял ли Василиск слова тёмно-синей аликорницы, либо же ему хватило пренебрежительных интонаций и вибрации, которую передало усиленное магией эхо. Однако же его следующий бросок оказался ещё более стремительным, оборвавшись буквально в паре шагов от крылато-рогатой кобылы, чтобы тут же поменять траекторию движения в попытке ухватить покровительницу грёз зубами (к сожалению для него удар тупым концом глефы, несмотря на продемонстрированную скорость, заставил захлопнуть пасть и потерять жертву из поля зрения. Принцесса Луна продолжала то поддразнивать, то "жалить" василиска, всё время отвлекая его внимание от группы пони и человеков. Змей ярился, всё сильнее выходя из себя, совершал стремительные рывки и врезался в стены, из-за чего с них осыпалась каменная пыль, а то и вовсе - откалывались небольшие куски. Внезапно, после очередного неудачного броска, окончившегося рядом со статуей Слизерина, монстр будто бы сбросил с себя наваждение: дёрганные до этого движения снова стали плавными и стремительными, а очередной рывок оказался нацелен не на тёмно-синюю аликорницу, а в сторону находящихся у выхода наблюдателей. Несмотря на то, что благодаря волшебным очкам его взгляд был не опасен, но вот сказать того же об ударе рогов, что обрушился на удерживаемый Шайнингом Армором барьер было нельзя. - У тебя проблемы не только с реакцией, но и со зрением?! - окликнула змея крылато-рогатая пони, стараясь отвлечь его от союзников. - Шшш (Наглые вредители: я исполню волю хозяина)! - прошипел в ответ монстр, а затем распахнул пасть настолько широко, что его ужасающие клыки стали смотреть вперёд, пусть и под углом. ...К ужасу эквестрийцев и британцев - клыки василиска вонзились в барьер и заставили его начать распадаться в местах соприкосновения. Яд разрушал магию пусть и не мгновенно, но - очень быстро, из-за чего по лицу брата Твайлайт потекли крупные капли пота. - Скорее, отходите в проход! - воскликнул жеребец, рядом с коим палочки вскинули и другие гвардейцы, готовые прикрывать гражданских. - Мы поможем, - заявил Альбус Дамблдор, взмахивая своим магическим концентратором. - Агуаменти-гласиус-депульсо! Последние слова директор Хогвартса произнёс скороговоркой, что ничуть не ухудшило результат: возникший прямо в воздухе шар воды мгновенно замёрз, чтобы словно из балисты выстрелить в раскрытую пасть змея, успешно продавившего барьер Армора. Для василиска стало неожиданностью появление ледяной пробки во рту, от силы удара коей его голова откинулась назад. Впрочем, какого-то серьёзного урона он не получил, но зато оказался отвлечён на попытки освободиться, чем воспользовался Армор для того, чтобы восстановить щит. - Не смей нас игнорировать! - возмущённо провозгласила принцесса Луна, из состояния тумана материализуясь слева от головы василиска, дабы крутанувшись в воздухе - задними копытами влепить ему по голове, отбрасывая в сторону. Змей отшатнулся, бросил полный какой-то бессильной злобы взгляд на пони и волшебников, скрывающихся за щитом, а затем... ударил собственной нижней челюстью по полу, из-за чего раздался хруст. Флаттершай ахнула, от человеков тоже послышались удивлённые возгласы, и даже тёмно-синяя аликорница замедлилась, не решившись продолжить свою атаку. Однако же вопреки мыслям эквестрийцев и британцев - монстр Слизерина не обезумел и не пытался покончить с собой, отобрав тем самым победу у принцессы ночи, а воспользовался своей феноминальной прочностью и тем, что его клыки разрушали магию. В результате этого ледяной шар раскололся и кусками выпал из пасти, после чего василиск совершил ещё один стремительный бросок, но на этот раз - отнюдь не атакующий. - Куда? Вернись и сражайся! - возмущённый голос покровительницы грёз заметался под потолками зала, когда хвост огромного змея мелькнул за статуей пожилого жеребца, чтобы исчезнуть из поля зрения. - Ну... технически - это победа, - констатировал низкорослый волшебник, так и не успевший предпринять никаких активных действий в сражении. - Мы не должны позволить ему уйти, - всполошился Альбус Дамблдор. - Если василиск выберется наружу - школьники и жители деревни будут в опасности. Коллеги, мы должны срочно... - Он не сбежит, - перебив Альбуса Дамблдора, принцесса Луна обратилась в дым и устремилась в погоню, оставив пони и человеков в опустившейся на зал тишине. - ...Северус, Филиус - отправляйтесь наверх: нужно защитить школу и отправить кого-нибудь в Хогсмид, чтобы защитить его, - начал отдавать команды пожилой жеребец. - Я же последую за её высочеством, на случай если ей понадобится помощь. - Я могу помочь создать барьер над посёлком, - заявил Шайнинг Армор, тут же продолжив: - Мои сослуживцы отправятся с вами, мистер Дамблдор. Они смогут прикрыть вас в случае столкновения со змеем. - Так и поступим, - согласился директор. - Фоукс!.. Во вспышке пламени возник феникс, тут же приземлившийся на плечо пожилого жеребца, недовольно проклёкотавший из-за того, что его не позвали на драку с василиском изначально. На руках превращённой пегаски тут же заворочалась Золотце, повернувшая любопытную мордочку к волшебной птице. ... Альбус Дамблдор (которого, временами, раздражало собственное длинное имя, прекрасно подходящее для создания нужной атмосферы на официальных мероприятиях, ну и для выведения из себя разных неприятных личностей) проследил за тем как Фоукс, ухвативший за плечо гвардейца-атланта, исчез в огненной вспышке. Тут же он хотел броситься в погоню за василиском и превратившейся в рогатого пегаса... крылатого единорога принцессой, но вспомнил об оставленных на его попечение студентке и ещё одной атлантке. "Не бросать же их одних в мрачном древнем подземелье? Обязательно ведь найдут на свои головы приключения: что бы там ни говорил Филиус, но непоседливостью мисс Спаркл отлично подходит Гриффиндору", - обернувшись, чтобы обратиться к деканам змей и воронов немолодой волшебник обнаружил, что оба мужчины успели сбе... отправиться исполнять его поручение. Рядом с директором Хогвартса оставались только две девушки и ещё двое гвардейцев, которые вели себя крайне молчаливо и вообще не проявляли инициативы. Альбус, наверное, предпочёл бы отправить их вместе с мисс Спаркл и мисс Бриз в замок, если бы уже ни видел то, на что способен мистер Армор, невербальным щитом остановивший разогнавшегося монстра Слизерина, на что ему самому потребовалось бы приложить значительные усилия. "Направить одного гвардейца с волшебницами наверх, а второго - взять с собой в погоню? А если они наткнуться на змея, который сделает круг по непроверенным туннелям? Мерлиновы панталоны. Безопаснее взять всю четвёрку с собой, чтобы лично проследить за безопасностью. В крайнем случае - позову Фоукса", - приняв решение, Дамблдор коротко приказал студентке и её подруге следовать сразу за собой, а обоим гвардейцам - оставаться настороже и прикрывать их группу, в первую очередь - концентрируясь на юных девушках. К счастью - атланты подчинились без препирательств, которых пожилой волшебник опасался, а оба мужчины посмотрели на него с явным уважением, чем немного польстили. Всё же это для британцев, ну и европейцев Альбус являлся авторитетом и героем, а также - одним из сильнейших чародеев современности, но вот жители скрытого государства демонстрировали такой уровень, что впору было считать себя середняком. ...От принцессы Луны директор ожидал демонстрации могущественной магии, уникальных навыков, что одновременно подтвердилось и опроверглось. Её анимагическая форма, как и способность полноценно колдовать в таком состоянии не стали сюрпризом, зато материализация снов в форме доспехов, обладающих особыми свойствами на уровне близком к концепциям - была чем-то почти божественным. И на этом фоне желание идти в рукопашную (ногапашную?), окончившееся не травмами и спасением со стороны гвардейцев, а бессильным бегством противника, смотрелось издевательством над здравым смыслом. "Даже то, что она показала - это уже выше чем мастерский уровень. На что же правительницы Атлантиды способны в полной силе?", - послав перед собой шарик люмоса, Альбус первым из группы преследования проник в туннель, спрятанный за статуей основателя, а затем помчался по следу из подпалин и сколов на стенах (что требовало особого навыка, дабы не запутаться в мантии). Сперва казалось, что принцесса просто пыталась подпалить хвост василиска, но когда появились ответвления, ведущие в стороны от отмеченного маршрута, директор признал, что это ещё более удачный ход. В конце концов в ином случае им пришлось бы постоянно останавливаться и сверяться с маршрутом, создавая специализированные чары, что позволило бы змею оторваться. Несколько раз туннель поднимался вверх, а затем - опускался вниз, чтобы вновь начать забирать к поверхности. Наконец, вместо черноты взглядам волшебников предстало приближающееся пятно света, но прежде чем Дамблдор успел отдать новую команду - земля под ногами ощутимо вздрогнула. - Готовьте щитовые чары! - схватив левой рукой бороду, чтобы не мешалась и не развевалась как флаг на ветру, пожилой волшебник наложил на себя заклинание семимильных сапог, позволяющее за шаг преодолевать гораздо большее расстояние. Мир вокруг буквально смазался, благодаря чему директор вскоре оказался на опушке поляны, образованной поваленными, поломанными деревьями, лежащими корнями в сторону центра. Корни исполинов торчали на воздухе, вывернув куски грунта вместе с камнями, а потом волшебник увидел воронку, из которой вверх торчал подёргивающийся в судорогах хвост василиска. - Мы его поймали, - с широченной белозубой улыбкой констатировала тёмно-синяя крылато-рогатая лошадь, приземляясь на край кратера, после чего хвост всё же рухнул на землю будто подрубленное дерево. *** Этим утром настроение Меллисенты Багнолд было испорчено сразу несколько раз: сперва в газете Ведьмополитен статья о ней оказалась аж на четвёртой странице, да и говорилось в ней не о благотворительной деятельности, не о появлении на публике с племянницей и даже не об эпатажном платье с подолом чуть ниже коленей (а ведь ревнители целомудрия должны были взвыть от возмущения), а о том, что совсем скоро начнётся предвыборная сессия на пост министра магии; затем дочь сестры подлила в чай шуточное зелье, из-за которого волосы меняли цвет в зависимости от настроения; ну а после прибытия на работу выяснилось, что спонсоры вдвое урезали финансирование уже одобренных проектов. И словно бы всего этого оказалось мало - секретарша сообщила, что в приёмной её ожидает принц атлантов, заявивший о деле, которое не терпит отлагательств. "Как же всё невовремя: пришёл принц, за небольшие уступки которому можно попросить выделить некоторое количество средств на благотворительность, а я выгляжу как пугало", - посмотревшись в зеркало, отражение в котором сменило цвет волос с красного на зелёный, а затем - серый и чёрный, ведьма пообещала себе даже дома не расставаться с вредноскопом и определителем примесей в еде и напитках. ...Нужно было срочно что-нибудь придумать, дабы не выглядеть в глазах иностранца какой-то ненормалкой: в конце концов, пусть у атлантов и приняты самые необычные расцветки причёсок, но ведь зелье полностью демаскирует испытываемые эмоции! И самое противное - красящие чары волосами попросту игнорируются, а использование иллюзии может быть воспринято не слишком хорошо. ...Несколько раз пройдясь по кабинету, Меллисента увидела платок тёмно-серого цвета, расшитый серебристой нитью. Это был подарок посла из какой-то восточной страны, название которой женщина не запомнила. Однако же, если раньше тряпица казалась не более чем милой диковинкой, то сейчас она могла стать настоящим спасением. Торопливо надев на голову тонкую ткань, Багнолд подбежала к зеркалу и стала прятать кончики прядей, окрасившихся в голубой и жёлтый цвета. Когда же с этим было покончено - она несколько раз повернулась вокруг своей оси, поправила белоснежную блузку, поверх которой была надета лазурная мантия, расправила складки юбки-карандаша и, удовлетворённо улыбнувшись, зацокала каблуками туфель в сторону рабочего стола, рядом с которым находилось окно с видом на берег тропического моря. - Сабрина, пригласи принца в мой кабинет... и прикажи домовикам доставить чай с лёгкими закусками, - приказала министр магии Великобритании, устроившись в кресле с высокой спинкой. ...Атлант, полностью оправдывающий слухи, ходящие о его народе с давних времён, не заставил себя ждать: высокий, широкоплечий голубоглазый блондин с правильным, породистым лицом, он появился на пороге в своём белоснежном костюме и туфлях, что сидели на фигуре будто вторая кожа. Поприветствовав поднявшуюся ему навстречу госпожу министра, он галантно поцеловал воздух над её запястьем, после чего они устроились друг напротив друга у стола. "Вот каким должен быть аристократ: красивый, сильный, уверенный в себе... А не то, что эти крикливые недоразумения, вечно требующие какие-то глупости", - воспоминания о фракции Малфоя, занявшего ведущую роль среди тех, кто были оправданы под предлогом того, что совершали преступления под действием империуса, на миг подпортили настроение леди министру. ...Порадовавшись своей предусмотрительности, Мелисента пустила в ход все свои дамские чары и, очаровательно улыбнувшись, спросила о причине столь неожиданного визита. В ответ на её заигрывания принц чуть-чуть приподнял уголки губ, обозначая доброжелательную улыбку, а затем сделал заявление, заставившее совсем неизящно выпучить глаза. ... - Вы хотите... что? - взгляд голодной грифины, который Блюблад чувствовал на себе с момента как вошёл в кабинет министра, сменился на глаза удивлённой совы, что его более чем устраивало (в конце концов охочих до титула и богатств кобыл ему хватало и в Эквестрии, чтобы иметь с ними дело ещё и на Земле Бет). - Мы выяснили, что волшебник, известный как лорд Волдеморт, оставил артефакт под названием Чаша Пуффендуй одной из своих сторонниц, - стал чопорно говорить превращённый единорог. - Речь, как вы понимаете, идёт о Беллатрисе Лейстрендж. Нам известно, что другие Атрибуты Основателей, такие как диадема Когтевран и амулет Слизерина, были подвергнуты наложению тёмной магии, что вынудило применить на них мощную магию для очищения. Дабы завершить сбор всех четырёх Атрибутов в Хогвартсе, Эквестрия предлагает Великобритании помощь: при помощи магии снов мы можем внушить миссис Лейстрейндж мысль, что её лорд приказал передать чашу в руки его тайных сподвижников, для чего будет организован побег из Азкабана. После посещения банка, пока её отсутствие в камере не обнаружили, она должна будет вернуться обратно и ожидать ЕГО возвращения. Разумеется, в качестве сторонников тёмного лорда будут выступать авроры, ну и представители нашего королевства, которых будет достаточно, чтобы обезвредить волшебницу в случае, если она раскусит фальшь и попытается сбежать. Кроме того, принцессы считают, что за совершённые этими волшебниками преступления, будет честно если они заплатят финансово: добровольно переведут часть средств на анонимный счёт, откуда золото поступит на финансирование проектов министерства. - Это... очень неожиданное предложение, - призналась Багнолд, глаза которой вернулись в нормальное для людей состояние, а с мордочки исчезло выражение возмущения. - К сожалению, я не могу на это пойти. Не то, чтобы я не хотела, но организация фальшивого побега нарушит столько законов Магической Великобритании, что даже простое их перечисление займёт массу времени. - Понимаю, - терпеливо отозвался жеребец, прекрасно осознающий то, что кобыла просто набивает себе цену, а в мыслях уже просчитывает, как это провернуть и что можно поиметь. - Но я вовсе не предлагаю идти против закона. Вы можете привлечь к данному делу все необходимые официальные ресурсы. Единственные условия, которые за свою помощь выставляет Эквестрия - Чаша Пуффендуй должна быть очищена от тёмной магии нашими специалистами, после чего, когда вы убедитесь в её безопасности, артефакт следует передать в Хогвартс. Полагаю, вы сможете устроить всё так, чтобы это выглядело как добровольное пожертвование со стороны Министерства Школе Чародейства и Волшебства. Я уверен, что подобное прекрасно воспримут все ваши избиратели. - Принц... - Мелисента ещё немного поколебалась, после чего улыбнулась и констатировала: - Вы умеете уговаривать. Я сейчас же свяжусь с главами Аврората и ДМП, и Отделом Тайн. - Я знал, что вы - умная женщина, - констатировал Блюблад, тут же решив продолжить выдвигать предложения-требования: - Наше королевство обеспокоено тем, что в Великобритании обитают существа, пожирающие души. Вы называете их - дементоры. ... - А что не так с дементорами? - деланно изумилась Меллисента, которой, если уж быть честной с собой, эти твари никогда не нравились (от одного их вида мороз бежал по коже, а аура безнадёги и вовсе грозила отразиться на талии из-за поедаемого пачками шоколада). Атлант слегка покачал головой, словно бы сокрушаясь. Впрочем, Багнолд не могла быть уверена, что именно эта его эмоция - наиграна: в конце концов в их закрытом королевстве вполне могли существовать законы, ну или же негласные правила вроде "Не суй руку в готовящееся зелье", запрещающие существование пожирателей душ. "Я бы и сама их "отменила", но, во-первых, избавиться хоть от одного - не так-то просто, а во-вторых, кто мне позволит? Дементоры - собственность министерства, находящаяся под контролем авроров, Отдела Тайн и меня. Чтобы с ними хоть что-то сделать - нужно иметь слишком большое влияние. А я не готова угробить свою карьеру ради борьбы с душесосами", - с интересом глядя на своего гостя, уже предложившего интересный способ как приумножить свой политический капитал, не говоря уже о перспективе пополнить финансовую кубышку для личных проектов, ведьма выжидательно замерла. - В середине прошлого века на Земле произошла война невероятных масштабов, - начал говорить мужчина, лицо коего помрачнело, а взгляд будто бы похолодел. - Одна из сторон... конфликта... была знаменита тем, что сгоняла население захваченных государств в лагеря содержания, где подвергала их всевозможным аморальным пыткам, после чего казнила самым жестоким образом. Британский Азкабан сам по себе - жуткое место, совершенно не подходящее для исправления преступников, но пока в нём находятся дементоры, заставляющие раз за разом переживать худшие моменты жизни, разрушая разум заключённых до состояния диких зверей, которых становится гуманнее просто усыпить - он ничем не отличается от лагерей смерти. Вы же согласны с тем, что концлагерям не место в Великобритании? - Я... Да, разумеется, - из-за проникновенного голоса и взгляда, будто бы заглядывающего в самые глубины души, Меллисента на несколько мгновений растерялась услышав вопрос, но тут же постаралась взять себя в руки. - Но подождите! Традиции и... - Госпожа Багнолд, - перебил её принц, чуть повысив голос и подняв лицо так, что создавалось впечатление будто он смотрит сверху вниз. - Кто, если не вы решится взять на себя ответственность, дабы избавиться от бессмысленных пережитков прошлого? Когда, если не сейчас, пока волшебники ещё помнят террор тёмного лорда, уже продемонстрировавшего саму возможность переподчинить дементоров, чтобы натравливать их на мирных британцев, можно избавиться от этих существ? Надавите на общественное мнение и напомните людям о концентрационных лагерях Грин-де-Вальда, намекните Пожирателям Смерти, которые творили свои преступления "под империусом", что появилась возможность облегчить участь их родственников и знакомых, всё же попавших в тюрьму. Если же появятся ревностные ревнители древних традиций - напомните им о возможности поближе познакомиться с тёмными существами, если всплывёт "дополнительная информация". - Но... они же уже оправданы, - неуверенно заметила женщина, ощутившая пока неясный огонёк в груди, буквально подталкивающий рискнуть и войти в историю не только как та, кто вернёт Хогвартсу одну из реликвий основателей, но и та, кто расправится с концлагерем, существовать которому позволяли её предшественники. - И многие будут недовольны необходимостью усиливать охрану тюрьмы. - Я уверен, что на столь благородное дело вы изыщите средства, - чуть надавил голосом Блюблад, тут же смягчившись и начав говорить почти заговорщически. - Особенно, если финансовую помощь вам окажут... анонимные инвесторы. Или же не только анонимные, но и вполне себе известные, жаждущие оправдаться перед лицом магического сообщества хотя бы тем, что косвенно поучаствуют в избавлении вашей великой страны от грязного, тёмного пятна на её фасаде. Полагаю, вашу инициативу поддержит даже её величество - королева, если узнает о нужде своих подданных и возможности обезопасить их в будущем. - Это... может получиться, - взволнованным голосом констатировала Багнолд. - Но... - В случае, если вы добьётесь успеха, ну или же хотя бы сделаете всё, что в ваших силах, в рамках закона - разумеется, их высочества принцесса Селестия и принцесса Луна будут рады видеть у себя в гостях столь самоотверженную личность, - это заявление, подчёркнутое особой игрой интонациями поставило финальную точку в сомнениях Меллисенты. ...Ведь кто из волшебников мог похвастать тем, что ему предлагают "погостить" в самой Атлантиде, если дела пойдут не так хорошо, как хотелось бы? - Мне необходимо подготовить общественное мнение, - решительно констатировала госпожа министр. - И я, разумеется, не отказываюсь от помощи наших друзей. Вы, принц, ведь не оставите слабую женщину без поддержки в этой неравной борьбе...? *** "Оставить всю подготовку операции на Блюблада было хорошей идеей. Всё же его талант искать правильное направление работает даже во время разговоров, помогая строить беседу наиболее удачным образом. Хотя... Нужно было ещё догадаться, чтобы применять свою особенность столь неординарным и далёким от изначального способом", - мерно взмахивая крыльями, находясь под заклинанием невидимости, Луна летела над лодкой с волшебниками и превращёнными пони, выбранными для участия в рискованной операции. ...Принцесса ночи всё ещё чувствовала отголоски глубокого удовлетворения, полученного во время сражения с василиском, познавшим силу гравитации, помноженную на инерцию броска после раскручивания в воздухе. На какой-то момент она даже успела испугаться подумав, что слишком плохо сдерживалась, но череп змея оказался достаточно прочным, из-за чего противник отделался глубоким обмороком, позволившим Шайнингу Армору поместить его в сдерживающий барьер, при помощи пространственных чар уменьшенный до размеров головы пони. После этого приключения, ответив на ряд вопросов, а затем и поделившись некоторыми знаниями о магии снов, принцесса ночи вернулась в Эквестрию и похвасталась успехами перед сестрой. К сожалению, миг триумфа был омрачён тем, что теперь она должна была Селестии несколько желаний, которые та не спешила использовать, самым коварным образом приберегая их на будущее. "Сестра, политика тебя испортила. Политика и сладости. Ну да всё равно, оно того стоило", - приподняв уголки рта в улыбке, тёмно-синяя аликорница позволила себе несколько мгновений расслабленности, после чего вновь сосредоточилась на деле. ...Минувшей ночью принцесса грёз навела на Беллатрису Лейстрейндж сон, где лорд Волдеморт приказывал ей передать чашу в руки своих тайных сторонников, которые прибудут сегодня, чтобы отвести её в банк гоблинов. Луна тщательно проинструктировала кобылу, живущую в собственных фантазиях и заблуждениях, чтобы она никому не выдавала тайну своего поручения, а после миссии - вернулась в камеру, дабы министерские шавки и Дамблдор ни о чём не догадались. Благодаря Блюбладу министр Багнолд сумела разработать и санкционировать операцию по изъятию чаши из хранилища Гринготса так, чтобы не нарушить ни один из многочисленных законов, попутно заручившись поддержкой основных силовых структур. Прямо сейчас в лодке находились шестеро авроров из тех, кто не успели сильно засветиться во время гражданской войны и не были причастны к Ордену Феникса, при этом обладали чистой родословной и согласились набить на предплечья татуировку в виде метки неназываемого. Их сопровождали двое невыразимцев из Отдела Тайн и двое гвардейцев-единорогов, способные творить обезоруживающие и связывающие чары без слов и палочек, чего должно было хватить в случае если миссис Лейстрейндж обо всём догадается. ...На самый крайний случай - их подстраховывала сама тёмно-синяя аликорница, готовая как вмешаться в драку, так и последовать по следу телепортации, дабы не позволить преступнице скрыться. "Хорошо, что в Эквестрии такое невозможно: у нас с другими странами подписан договор о выдаче краденного имущества, хранящегося в банках, если доказано, что владелец - нарушитель закона. Это не позволяет преступнику наворовать золота в одной стране и спрятать в другой, или же уклониться от выплат за причинённый финансовый ущерб", - мысленно констатировала Луна, которой хоть и не нравилось разбираться в хитросплетениях законов, принятых за время единоличного правления её сестры, но она не могла не признать их пользу для государства. Хотя, данные меры в их мире тоже были предприняты не сразу: всё началось из-за карликового дракона под прозвищем Чёрный Кот, что забирался в особняки аристократов и просто богачей, утаскивая произведения искусства и украшения. Свои сокровища, в отличие от большинства сородичей, он складировал в небольшом горном княжестве лам, занимавшихся банковским делом. Преступник, пользуясь долголетием своего народа, планировал дождаться пока его перестанут искать, а уже потом воспользоваться скопленными богатствами. Однако же Чёрный Кот ошибся в том, что банкиры смогут сохранить "его" имущество в неприкосновенности: Селестия, воспользовавшись заклинанием магического маяка выставила в качестве приманки корону Луны (за что была отлягана на тренировочной площадке когда принцесса ночи об этом узнала), после чего дождалась когда украденный символ власти перестанет перемещаться. Ламы же, стоило аликорну пригрозить перекрыть им все границы и оборвать торговые соглашения, оказались вынуждены сперва пропустить экспертов в указанное хранилище, а затем и выдать владельцам, сумевшим доказать факт кражи все их вещи. ...За воспоминаниями остаток пути пролетел незаметно и владычица грёз оказалась над островом, освещаемым лунным светом. Тут же к ней потянулись существа, облачённые в балахоны, а на разум попыталась надавить сила, вытягивающая наповерхность самые постыдные, мрачные, ужасающие воспоминания. - Не сссметь, - зашипела крылато-рогатая пони, материализуя сотканную из кошмара косу, которой при помощи телекинеза махнула поперёк тела ближайшего дементора, заставив его с воем унестись прочь. - Мы вам покажем, что такое - настоящий страх! Глаза Луны сжались в вертикальные щёлки, шёрстка потемнела, а в белоснежном оскале сверкнули заострившиеся клыки. Другие пожиратели, почувствовав давление магии необычного существа, ощущаемого ими и как человек, и как нечто чуждое... дрогнули и брызнули в стороны, не желая вступать в схватку с другим хищником. "Паразиты на шкуре мира. И человеки ещё разводят их, словно каких-то домашних зверьков! Будто бы не понимают, что эти... дементоры, если ощутят слабину, с удовольствием нападут и на своих "хозяев"", - аликорнице пришлось приложить над собой усилие, чтобы успокоить эмоции, а затем - вернуться к своей нормальной внешности. Косу, созданную из страхов и голода, она развеяла с особым удовольствием, с сожалением подумав о том, что прямо сейчас не может принять ванну, дабы избавиться от ощущения грязи на шёрстке. Впрочем, данное неудобство, являющееся целиком психологическим, она вполне могла перетерпеть ради дела. *** - Белла, ты там ещё не сдохла? - раздался в коридоре верхнего уровня тюрьмы для волшебников хриплый, надтреснутый голос мужчины. Худощавая женщина со спутавшимися волосами, одетая в старую потрёпанную робу, сидя на жёсткой деревянной кушетке поджав к груди колени вздрогнула, оторвала взгляд от одной ей понятной точки на стене и оскалила жёлтые зубы. Её лицо, которое из-за заострившихся черт и без того потеряло изрядную долю былой привлекательности, в эти мгновения вовсе почти утратило человечность. - Не дождёшься, Дамблдорская псина! - визгливо воскликнула миссис Лейстрейндж, яростно сверкая широко распахнутыми глазами. - Эх... Вот ведь Мордред, - голос Сириуса зазвучал снова, но на этот раз в нём чувствовалась досада. - А я то надеялся, что ты наконец-то заткнёшься раз и навсегда. - Мерзкий маглолюбец! Проклятый предатель крови! Жалкая подстилка мужеложца! - раздувая ноздри, Беллатрисса старалась выразить всё то презрение, которое испытывала к кузену, вместе с проклятым Поттером служившему бородатому недоразумению в шутовском наряде. - Когда Тёмный Лорд вернётся...! Едва только из её рта вылетели последние слова - женщина до крови прикусила язык и зажала рот ладонями, в почти суеверном испуге начав оглядываться. Из-за любителя грязнокровок и оборотней, она едва не раскрыла тайну, которую должна была хранить пуще собственной жизни. "Простите меня, господин; простите безмозглую дуру... Я вас не подведу. Не подведу. Не подведу...", - начав раскачиваться вперёд-назад, ведьма мысленно повторяла мантру, отчаянно надеясь на то, что уже сказанного не будет достаточно для предателей всех волшебников. - Белла, ты совсем спятила? - насмешливо спросил Сириус. - Твой обожаемый господин сдох! Чего молчишь? Неужели наконец-то начала думать своими мозгами, а не лозунгами матушки? Миссис Лейстрейндж могла бы многое на это ответить, начиная оскорблениями и заканчивая заявлениями о величии Волдеморта, для которого даже смерть - лишь мелкое неудобство. Однако же при этом она понимала, что и без того сболтнула лишнего, а потому - молча стиснула зубы и продолжила раскачиваться, ожидая обещанного господином знака. - Да заткнитесь вы! - гневно рявкнул Долохов. - Спать мешаете. Или хотите, чтобы успокаивать вас отправили дементоров?! Они-то вам и одеяло подоткнут, и на крепкий сон поцелуют... Из других камер раздался рваный смех, ругательства и проклятья. Слушая всё это Белла кривилась, ощущая раздражение от того, что её соратники, настоящие тёмные маги опустились до подобной вульгарности (они, конечно, и раньше ссорились, но делали это куда более благородно, не опускаясь до прямых оскорблений). Внезапно всё прекратилось и на коридор опустилась тишина, заставившая женщину напрячься и рефлекторно сжаться в ещё более компактный комок. На секунду ей показалось, что Долохов напророчил им визит тюремщиков, но... мистический холод и ощущение ужаса так и не наступили. - Люмос, - прозвучал низкий мужской голос и камеру осветило яркое белое сияние, заставившее прищуриться и прикрыть часть лица ладонью, из-под которой получилось рассмотреть красную мантию аврора. - Леди Беллатрисса, мы пришли за вами. - Ха. Ха-ха-ха-ха! - рассмеялась женщина, с неожиданной прытью соскочившая с кушетки, чтобы обмотанными тряпками ногами встать на пол. - Я знала... Я знала! Покажи... Покажи руку. Мужчина средних лет, лицо которого было Беллатрисе незнакомым, вытянул левую руку и закатал рукав мантии, чтобы продемонстрировать бледную, как и у неё самой, метку тёмного лорда. После этого последние её сомнения отпали, а в истощённое, мучимое холодом и голодом тело будто бы вернулась молодость - настолько большой прилив сил она испытала. Тем временем "аврор" протянул ей флакон с оборотным зельем, а затем - мантию с тёплыми рубашкой и штанами. Ведьма без сомнений опрокинула в себя содержимое хрустального сосуда, чтобы почувствовать как становится более округлой, а затем - надела отвратительную самой её природе одежду министерских шавок, с которыми сражалась ещё совсем недавно. "Это нужно для дела. Тёмный Лорд рассчитывает на меня и я не могу его подвести", - успокаивая себя такими мыслями, ну и заодно - наслаждаясь почти забытыми ощущением тепла и комфорта, миссис Лейстрейндж полностью переоделась и вышла из камеры. Вместе со своими сопровождающими, коих оказалось аж трое (двое всё это время дежурили за углом), Белла прошлась по ненавистному коридору, заглядывая в апартаменты соратников. Её взгляду предстали измученные, исхудавшие волшебники, на которых были наложены сонные чары для того, чтобы они не подняли шумиху из-за побега. ...Саму Беллатрису в её камере остался изображать манекен, которому при помощи трансфигурации придали нужную форму (всё же от него требовалось создать впечатление, что заключённая всё ещё на месте лишь на несколько часов). Уже когда они вышли за стены Азкабана, оставив позади новую смену авроров и блуждающих по коридорам дементоров, собратья коих кружили где-то наверху, в ночных небесах, Беллатрисе вручили волшебную палочку. И пусть это был не её собственный магический инструмент, с которым она прошла Хогвартс и войну, а какой-то шерпотреб, производимый безрукими неумехами Лютного Переулка - ощущение текущей магии сделало эту ночь самой счастливой за последние годы. ...Вместе с остальным отрядом в алых мантиях, среди которых она чувствовала себя словно гиппогриф в небесах, ведьма беспрепятственно взошла на борт корабля, доставляющего охрану и заключённых с берега на берег. "Скоро, мой лорд... Скоро я исполню вашу волю", - растянув губы в счастливой улыбке, устремив взгляд в тёмную даль - самая верная Пожирательница Смерти глубоко вдохнула пьянящий воздух свободы. Азкабан постепенно становился всё дальше и дальше, рядом находились волшебники, сумевшие устроить для неё побег, чем уже доказали свою верность их общему господину. Белла даже задумалась о том, чтобы после возвращения Волдеморта попросить для них какую-нибудь награду: всё же операция была по-настоящему хорошо спланирована, раз никто не подумал их проверить или задержать. "Ни Люциус, ни один из других предателей так и не появился. Когда Тёмный Лорд вернётся - они пожалеют о своей трусости. Я лично заставлю этого слизняка молить о прощении ползая перед троном господина", - придаваясь сладким мечтаниям о том, как обрушит пыточные заклинания на недостойных зваться их соратниками трусов, Белла почти упустила тот момент, когда они добрались до причала на большой земле. ...Вероятно, ей стоило бы распросить своих спутников о том, какое сейчас положение в стране и о их дальнейших планах, но сперва это не пришло в голову (слишком опьяняющим оказалось чувство свободы, подкреплённое миссией, порученной господином), а сейчас уже было нельзя терять время. Да и насколько можно доверять каждому из спутников миссис Лейстрейндж не знала: в конце концов из камеры её забрали только трое, а метку продемонстрировал и вовсе один. Агрессивно обернувшись, замаскированная оборотным зельем ведьма увидела только спокойные, сосредоточенные лица спутников, каждый из коих держал руку неподалёку от своей палочки, а двое и вовсе крутили свои концентраторы в пальцах. Её, очевидно, опасались, что не могло не радовать вернейшую сторонницу Волдеморта. В то же время - это успокоило саму женщину, что дождалась пока явный командир группы сойдёт на причал, после чего последовала за ним. Им пришлось отойти от воды на полсотни метров, после чего "аврор" достал из кармана мантии верёвку, оказавшуюся портальным ключом, ведущим на Косую Аллею. Не без сомнений ведьма взялась за артефакт, чтобы вместе с ещё тремя мужчинами переместиться в тёмный переулок, пустующий из-за позднего часа (оставшиеся волшебники запоздали на пару секунд, объяснив это необходимостью проследить, что за ними никто не отправился. "Дилетанты. Не могли бросить за собой затирающий следы артефакт", - мысленно скривилась Белла, одаривая мужчин своим фирменным презрительным взглядом. ...Стоять на улице и тратить зря время они не стали, а прямым ходом отправились к банку Гринготс. К счастью - уродливые карлики работали и ночью, так что после того как Беллатриса выпила антидот, прервавший действие оборотного зелья раньше срока - срочно вызванный поверенный согласился сопроводить волшебницу к её сейфу. "Боятся, что я сбегу?", - поджав губы и скосив взгляд на двух "авроров", которые взялись её сопровождать в то время как остальные остались наверху, миссис Лейстрейндж решила, что в этот раз позволит этим людям увидеть, что они могут получить в случае верной службы господину (а ещё - ей хотелось доказать свою состоятельность и превосходство, так как чувствовать себя иждивенкой ведьме не нравилось). ...Поездка на тележке по туннелям мерзких карликов была отвратительной: гоблин будто бы специально включил самую большую скорость, из-за чего соседство двух крупных мужчин, не дающих выпасть за борт на очередном крутом повороте, оказалось совсем не лишним. Сам уродец, изображающий уважение к представительнице благородного рода, после того как они наконец-то остановились - снял с тележки фонарик, взял в свободную руку соединённые железки и направился вглубь одной из пещер. "Попрошу Тёмного Лорда, чтобы он разрешил мне извести этих карликов до состояния домовых эльфов", - мысленно пообещала женщина, не без труда выбравшаяся с сидения пыточного устройства, чтобы с облегчением ощутить твёрдую землю под ногами. ...В большом зале посетителей ожидал крупный дракон, чешуя коего красовалась бледностью и шрамами, нанесёнными ещё пока он был молодым и слабым. Сейчас же, когда гоблин стал трясти своими звякалками, огнедышащий монстр сжался и попятился в дальний угол звеня цепями на лапах, выглядя будто побитая псина. Картина унижения чудовища, считающегося одним из опаснейших в мире явно радовала гоблина, а вот верная последовательница Волдеморта чувствовала только брезгливость. Она бы с удовольствием помогла этому зверю освободиться, чтобы стереть выражение самодовольства с морды банковского работника... но с этим следовало повременить хотя бы до дня возвращения господина. ...Добравшись до своего сейфа и дождавшись пока гоблин откроет дверь, Белла вошла в просторную пещеру, где горами лежали золотые и серебряные монеты, на полках и постаментах стояли кубки, на стенах висели щиты и мечи. Здесь сам воздух пах богатством и властью, которой обладали хозяева всех этих богатств. "Однажды... Однажды вы послужите нашему возвращению и возвышению. Но пока...", - уверенно пройдя к отдельно стоящей тумбе, на которой находилась чаша, доверенная ей лично Тёмным Лордом, Беллатрисса с трепетом протянула руки, дабы коснуться её кончиками пальцев. Артефакт казался каким-то неприглядным на фоне вычурных изделий более поздних мастеров. Однако же в этой его простоте таился особый шарм, который мог разглядеть только истинный знаток, способный заглянуть под внешнюю шелуху. И миссис Лейстрейндж как раз была из таких волшебников. "Вот она... Ключ к возрождению Тёмного Лорда во всей его красе; во всём величии и могуществе", - лихорадочно блестящие глаза впились в чашу, которая будто бы прилипла к вцепившимся в неё ладоням. Пожалуй, она могла бы стоять так до тех пор пока тело не лишилось бы последних сил, но голос одного из сопровождающих заставил вынырнуть из сладких мечтаний и вернуться в грязное настоящее. В душе тут же заклубилось раздражение, подпитывающее желание наградить наглеца круциатусом, но огромным усилием воли женщина смогла себя удержать. ...В конце концов - он был нужен Тёмному Лорду живым и здоровым, чтобы завершить выполнение великого ПЛАНА. ... Луне пришлось сидеть на крыше одного из магазинов под дезиллюминационными чарами, чтобы не раздражать гоблинов Гринготса. Впрочем, ей всё равно казалось, что стражники как минимум знают, где именно она находится... но попросту игнорируют это. "Они будут защищать собственность клиента пока она находится в сейфе, а также - предотвращать любые беспорядки внутри банка, так как это их территория. Всё, что происходит за пределами ступенек - уже территория магической Великобритании", - тёмно-синяя аликорница не могла сказать, что подобный подход ей нравится (в конце концов - этим мог воспользоваться вор, просто дождавшись жертву снаружи), но как-либо повлиять на самобытный народ она не могла. ...Кроме того, именно этой лазейкой они планировали воспользоваться в случае, если Беллатрисса что-то заподозрит и решит попытаться сбежать. Минуты тянулись одна за одной, заставляя принцессу ночи терзаться от блуждающих в голове мыслей. Не то, чтобы ей и раньше не доводилось сидеть в засаде, но удовольствия это вовсе не приносило. В конце концов честная схватка с врагом всегда была интереснее, нежели его выслеживание и подстерегание в укромных закоулках. Но, к облегчению одной скромной покровительницы снов, ничто не может тянуться бесконечно. В один момент створки банковских дверей распахнулись и, в окружении волшебников в алых мантиях, которые хранительница Элемента Щедрости назвала бы слишком безвкусными - гордо вышла сторонница тёмного лорда, несущая в руках футляр из чёрного дерева. Луна напряглась и приготовилась действовать, чтобы предотвратить попытку побега или же нападения на окружающих ведьму волшебников. Благодаря тому, что она достаточно много времени провела во сне Беллатриссы - лучше многих понимала, насколько у этой кобылы сильное расстройство психики (в любой момент она могла решить, что сама справится с воскрешением своего господина лучше, нежели это сделают какие-то неизвестные приспешники). "Ну же... Ну же...", - тёмно-синяя аликорница чувствовала как её мышцы, напряжённые словно сжатые пружины, в любой момент готовы бросить тело в стремительный рывок, но всё же терпения и воли оказалось достаточно, чтобы сдержаться и не нарушить план. ...Отойдя от банка, всё ещё находясь в зоне подавления пространственной магии, миссис Лейстрендж передала футляр с чашей одному из своих спутников, после чего, демонстрируя удивительное для себя хладнокровие, вернула волшебную палочку другому аврору. После этого напряжение, которое ощущала принцесса ночи всё время операции слегка ослабло, но окончательно она успокоилась только в момент, когда четвёрка человеческих жеребцов в алых мантиях и заключённая, ведущая себя словно какая-то королева, исчезли схватившись за превращённый в портальный ключ кусок каната. - Миссия завершена успешно, произнесла маленькая серебристая птичка, появившаяся из воздуха рядом с покровительницей снов. - Направляемся на точку встречи. *** С самого начала миссии по извлечению Чаши Пуффендуй из хранилища Гринготса Меллисента находилась в своём кабинете в министерстве, вынужденная сохранять маску вежливой уверенности на лице. Здесь же, на стульях для посетителей разместились принц Блюблад, облачённый в белоснежный костюм из тончайшего шёлка с изящной золотой вязью на рукавах и отворотах пиджака, а также главы Аврората, ДМП и Отдела Тайн. Но если против атланта, проявляющего молчаливую поддержку она ничего не имела, то вот напряжённые лица силовиков, как и похожее на фарфоровую маску выражение невыразимца, внешность которого забывалась едва ли не в ту же секунду едва с него соскальзывал взгляд, спокойствия женщине совершенно не добавляли. "Если что-то пойдёт не так - они не позволят мне об этом забыть", - мысленно констатировала Багнолд, чувствуя себя так, словно бы под ней раскачивается кресло. ...Наконец в воздухе возник патронус в виде соловья, который голосом одного из оперативников сообщил, что чаша находится в руках специальной группы, а заключённая сопровождена обратно в Азкабан. Едва смысл этих слов дошёл до госпожи министра - она облегчённо выдохнула, но тут же взяла себя в руки и выпрямилась, расправила плечи и окинула других волшебников торжествующим взглядом. - Вот и всё, господа, - констатировала Меллисента вслух. - Последнее из сокровищ Основателей находится у нас. Предлагаю отправиться на место проведения ритуала очищения, после чего я лично вручу чашу директору Дамблдору. "Нужно предупредить репортёров, чтобы собрались перед воротами Хогвартса. Это будет вершиной моей карьеры: больше никто не сможет заявить, что моё правление было неэффективным", - Багнолд уже и думать забыла о том, что какие-то секунды назад едва ли не обливалась потом от волнения, мыслями уже находясь на очередных выборах, от которых можно было отказаться уже на своих условиях (ведь уйти с поста в лучах славы куда почётнее, нежели быть смещённой каким-нибудь мелочным карьеристом). - Поздравляю, госпожа министр, - чинно кивнул Блюблад, поднимаясь со своего места одновременно с хозяйкой кабинета. - Уверен, волшебники всего мира будут восхищены тем, как вы провернули данное мероприятие. Оправданный риск и холодный расчёт станут девизом вашего правления... - Мне непросто это признать - но посол прав, - глава Аврората перебил принца атлантов, не дав ему и дальше петь дефирамбы женщине, буквально тающей от похвалы. - Это было рискованно... Это было очень рискованно, но - у нас всё получилось. - Поздравляю с успехом, госпожа Багнолд, - сухо констатировала глава ДМП. - Однако же я надеюсь, что подобные авантюры не станут происходить на регулярной основе. - Давайте отправимся на место ритуала, - ровным голосом произнёс невыразимец, изобразивший короткий кивок в сторону женщины. - Я бы хотел лично убедиться в том, что чаша и вправду проклята. ...Так как возражений ни у кого не нашлось - группа волшебников покинула кабинет министра, которая в очередной раз задумалась о том, что безопасность и секретность - это, конечно, важно, но если бы у них на этажах стояли камины, подключённые к отдельной замкнутой системе, то перемещаться было бы куда удобнее. Впрочем, если она решит уйти в лучах славы как та, при ком магическая Великобритания заключила самый выгодный международный союз за последнюю сотню лет, а ещё та, кто нашла Чашу Пуффендуй и преподнесла её в дар лучшей в мире школы магии чародейства и волшебства, то всё это будет уже чужой головной болью. "Нужно проследить, чтобы в новых учебниках истории это назвали золотой эрой... "Золотой Рассвет Багнолд"". Как же чудно это звучит... А если ещё дело с дементорами выгорит, то моё имя и вовсе встанет на одну строчку с настоящими героями", - витая в своих мечтах Меллисента на автомате отвечала на какие-то вопросы, пользуясь своим опытом говорить ни о чём с сосредоточенным видом, а затем они вышли в атриум и добрались до каминов. ...Посольство Атлантиды встретило гостей чистотой, ярким светом, гвардейцами в сверкающей, позолоченной броне, которые тут же отсалютовали алебардами своему принцу. Трудно было сказать, что об этом подумал невыразимец, но вот представители аврората и ДМП впечатлились видом магических рыцарей. Возможно... скорее всего госпожа министр должна была оскорбиться, ну или же почувствовать неудовольствие от того, что какие-то иностранцы заставили волшебников из силовых структур её государства растеряться. Однако же вспоминая все те литры метафорической крови, которую эти вампиры выпили у неё за время "совместной работы на благо общества", она ощущала исключительно злорадное удовлетворение. И дело тут было совсем не в том, что голубоглазый блондин с фигурой Аполлона, не так давно предложивший участие в рискованной авантюре, а также и возможность поселиться в стране развивающейся магократии, с непринуждённым изяществом и галантностью урождённого аристократа подставил локоть, предлагая на него опереться. "Скоро мы своими глазами увидим Атлантиду. Страну, в которой живут миллионы волшебников, свободных творить магию без оглядки на маглов, международные отношения, религиозных фанатиков", - Меллисента задумалась о том, как бы отреагировали чистокровные лорды, ещё недавно кичившиеся своими происхождением, богатством и тайными знаниями, если бы в один день в Хогвартс поступила... тысяча первокурсников-иностранцев, среди которых даже у "простолюдинов" не было ни одного магла или сквиба в предках уже не меньше пары тысяч лет. ...К счастью для Великобритании - Багнолд всё же любила свою страну, сколь бы уродливой ни была изнанка её фасада. Именно по этой причине она собиралась проследить, чтобы если уж атланты решат начать массово переселяться на острова, то их количество не превышало отметки в десять процентов от зарегистрированных волшебников. "Нам, разумеется, необходима свежая кровь, которая вдохнёт жизнь во все сферы деятельности, но ни в коем случае нельзя допустить, чтобы британцы стали жителями чужой колонии. Наши предки показали, что бывает в подобной ситуации, когда сами находились на месте колонистов", - промелькнули мысли в голове женщины, когда она вместе с принцем вышла под открытое небо, а затем, шагая по освещённым магическими светильниками дорожкам, добралась до ангара с порталом. *** - Это и есть - последний Атрибут Основателей? - с интересом разглядывая извлечённую из футляра чашу, отпросившаяся из Хогвартса Твайлайт стояла в просторном зале перед возвышением, ожидая когда приглашённые волшебники переоденутся в специальные балахоны (несмотря на то, что она уже довольно много времени провела на Земле Бет - до сих пор не смогла до конца привыкнуть к мысли, что люди смущаются собственных тел). - Именно так, Твайлайт Спаркл, - отозвалась тёмно-синяя аликорница, что предпочла сменить облик уже на этой стороне, дабы ей не пришлось сперва надевать на себя мешковатое одеяние, а затем - выбираться из него. - Тёмный лорд был во истину безумен, если решил осквернить своей магией столь важные реликвии, да ещё и искалечив самого себя в процессе. - Вы абсолютно правы, ваше высочество, - произнёс волшебник из Отдела Тайн, первым справившийся с переодеванием и теперь ожидающий своих коллег в компании Эквестрийцев. - Я даже могу сделать предположение... исходя из переданной вами информации... что безумен он был задолго до того как вернулся в Великобританию из своего путешествия и начал политическую карьеру. Вероятно, лишь высочайшая склонность к магии разума позволяла ему маскироваться под нормального волшебника. Но едва только он отпустил вожжи самоконтроля - вызванные повреждениями души патологии проявились в полном объёме. "Не удивительно, что ему удавалось маскироваться: понятие нормальности среди волшебников - вещь очень растяжимая", - мысленно констатировала превращённая единорожка, вслух, разумеется, этого не произнося. - Вы убедились в том, что чаша проклята? - уточнила принцесса ночи у невыразимца, смотрящего на артефакт с нечитаемым выражением морды. - Убедился, ваше высочество: в этом нет сомнений, - человеческий жеребец сделал паузу, после чего добавил с лёгким разочарованием: - Хотел бы я изучить её подробнее, но... раз уж госпожа министр заключила договор - было бы неуместно требовать оттянуть его завершение. ...Вскоре прибыли и оставшиеся британские волшебники, одетые в свободные балахоны с короткими рукавами. После этого чашу поместили обратно в контейнер и, когда на ту сторону прошли госпожа министр с главой аврората - отправили посылку в портал. Сама хранительница Элемента Гармонии проходила последней, сразу за Шайнингом Армором. Однако же когда перед её глазами на миг потемнело и она уже готовилась встать на четыре копытца - тело прострелил безболезненный разряд, а стопы ног вновь почувствовали под собой дерево. - А...? - удивившись, Спаркл стала оглядывать знакомый ангар, находящийся на эквестрийской стороне портала, из-за разницы в росте кажущийся каким-то непривычным. - Что случилось? - Твайлайт, ты в порядке? - подскочивший брат оттолкнул гвардейца, который попытался его остановить и, глядя снизу вверх обеспокоенным взглядом стал засыпать растерянную кобылку вопросами, на которые она отвечала односложно. - Прошу, сохраняйте спокойствие! - призывал к порядку прибежавший с наблюдательного поста единорог в жёлтой мантии и больших круглых очках. - Всему есть логическое объяснение... - Мы хотим узнать это объяснение, - эхом разнёсся голос принцессы Луны, отражающийся от каменных стен. - Если с ученицей нашей сестры что-то не в порядке... - Одну секунду, - единорог в очках поднял передние копыта в успокаивающем жесте, чем вызвал неудовольствие у прерванной на полуслове аликорницы, а затем обратился к единорожке, почему-то не вернувшей свою нормальную внешность. - Мисс Спаркл, позволите применить к вам заклинание диагностики? Кажется, у меня есть догадка, которую нужно подтвердить или опровергнуть. Мистер Армор, вашей сестре ничего не угрожает: можете прекратить готовить заклинание. - Я слежу за вами, - после короткой паузы произнёс старший брат, затем бросил на младшую сестру полный заботы взгляд и улыбнулся, вызвав волну тепла в груди. - Мисс Спаркл...? - нервно косясь на напряжённую аликорницу, поторопил единорожку доктор. - Да... Конечно, - собравшись с мыслями, Твайлайт кивнула и выпрямилась, после чего уточнила: - Может быть мне снять балахон? Или лечь? - О, не стоит смущать наших гостей, - бросив ещё один взгляд на тёмно-синюю аликорницу, жеребец наконец-то засветил рогом, а её магия пробежалась сперва по груди, а затем - животу волшебницы, вызвав ощущение щекотки, заставившее сдерживать смех. - Как я и говорил - всё в порядке. Подобный случай уже один раз произошёл, пусть и в обратную сторону: одна из кобыл не превратилась в человека на той стороне. - И что же это значит? - подошедшая вплотную Луна нависла над вновь занервничавшим единорогом. - Мы ждём объяснений. Почему портал сработал иначе именно сейчас? Заразно ли это? Как это лечить? - М... Хе-хе-хе... Это точно не заразно, да и проходит само... со временем, - подёргав себя за воротник, доктор оглянулся по сторонам, понизил голос и произнёс: - Мисс Спаркл, я вас поздравляю. Вы беременны. - Что... Как? - ученица принцессы Селестии прижала ладони к животу, округлила глаза и замерла статуей, стараясь осознать услышанное, но из ступора, в который она впала её вырвал звук падения чего-то тяжёлого. - Шайнинг...? В это же время тёмно-синяя аликорница открыла рот, чтобы что-то сказать, замерла на несколько мгновений, затем - запрокинула голову и прокричала: - Ну почему не яааааааааа?!! *** ...Первого января в коридорах и залах школы чародейства и волшебства Хогвартс стояла умиротворённая, уютная тишина. Школьники ещё не начали возвращаться с рождественских каникул, а преподаватели, которым следовало присматривать едва ли за дюжиной подопечных, по тем или иным причинам решившим остаться в древнем замке предпочитали отдыхать, закрывая глаза на мелкие нарушения привычного распорядка. Тем более, что главных нарушителей правил в стенах цитадели знаний как раз и не наблюдалось. В холле, который казался ещё более светлым и величественным благодаря четырём постаментам, окружённым словно бы уплотнёнными столбами света, внутри коих отчётливо виднелись чаша Пуффендуй, Диадема Когтевран, Медальон Слизерина и Меч Гриффиндора, в ранний час начала нового года витала атмосфера величественности и таинственности. Возвращение реликвий основателей стало для древнейшей школы магии старого мира событием, с которым мало что могло посоперничать по важности, из-за чего студенты часто появлялись перед магическими ветринами и с самыми разными эмоциями разглядывали сокровища. ...Впрочем, общему вниманию были предоставлены только проекции древних артефактов, тогда как их оригиналы находились под серьёзной защитой в кабинете директора, чтобы первого сентября быть выставленными в большом зале, дабы подчеркнуть торжественность события для новых студентов. Пока же старый замок, укрытый пушистым одеялом и шапками белого снега только готовился к полноценному пробуждению после маленькой передышки в середине учебного года, его директор уже сидел в кресле перед письменным столом и разбирал письма. Рядом со стариком, облачённым в лазурную мантию, на специальной жёрдочке для птиц сидел феникс, неспешно чистящий пёрышки перед тем как отправиться на прогулку, время от времени бросающий взгляд на двуногого подопечного. "Кто бы мог подумать ещё в августе прошлого года, что за несколько месяцев мир так изменится?", - думал про себя Альбус Дамблдор, бросив взгляд на выпуск Ежедневного Пророка, который лежал на краю его стола. Появление атлантов, которые наконец-то вышли из своей изоляции и заявили о себе именно в Британии уже всколыхнуло общество, из-за чего в следующем году в Хогвартс поступит не менее чем в полтора раза больше учеников, нежели в последние годы. А ведь сами жители Эквестрии, упорно продолжающие называть себя пони, ещё не дали окончательного ответа о количестве собственных граждан, желающих учиться европейской магии. Обнаружение Выручай Комнаты, ставшей любимым аттракционом учеников, Тайной Комнаты, превратившейся в достопримечательность замка, а также нахождение реликвий основателей, что произошло благодаря новой студентке подняли интерес к их школе на недостижимый уровень. Альбусу даже становилось немного страшно от того, что могут сделать несколько десятков атлантов, если каждый из них будет хотя бы на четверть таким же любопытным и энергичным как Твайлайт Спаркл. "В любом случае - скучно точно не будет", - весело усмехнувшись, заставив усы встопорщиться, пожилой волшебник почти сразу помрачнел, так как память подкинула и не столь радостные события. ...Известие, что реликвии основателей (три из четырёх, да и то лишь по причине, что до меча добраться не получилось) были осквернены тёмной магией стало шоком. Понимание же, что атланты скрывали эту информацию до момента обнаружения чаши, которую очистили благодаря могущественным светлым артефактам - вызывало не самые приятные эмоции. Всё же они могли бы хотя бы предупредить, а не делать всё тайком! - Вечно могущественные чародеи считают, словно бы лучше других знают как нужно поступать даже в ситуациях, напрямую относящихся к этим "другим", - вслух посетовал директор Хогвартса, в ответ на что Фоукс издал короткую трель. - И я о том же. Если бы они сразу сказали мне, что происходит - со всем удалось бы разобраться куда быстрее. ...Зная, что Том создал не один, не два и даже не три крестража, Альбус не стал довольствоваться успехами атлантов, а начал собственное расследование. Подняв записи о семье своего бывшего ученика - он отправился сперва в особняк Ридлов, где встретил только одного старого садовника-магла, а потом направился в хижину Гонтов. Именно в последнем месте его ждала удача, едва не обернувшаяся гибелью. В заброшенной хибаре, защищённой чарами не многим хуже домов древних аристократичных родов (Том, вероятно, подсмотрел какие-то решения у своих вассалов), в тайнике под полом было спрятано кольцо с Воскрешающим Камнем. Когда-то давно, ещё во времена их дружбы с Геллертом Дамблдор увлекался историями о Дарах Смерти, а потому не смог не узнать очередную осквернённую реликвию. Соблазн надеть кольцо, чтобы призвать душу сестры и... попросить у неё прощения был велик. Вероятно, если бы обстоятельства сложились чуть-чуть иначе, а груз, лежащий на душе старика оказался самую малость больше - он не сумел бы сдержаться. К счастью - силы воли пожилого волшебника оказалось достаточно, чтобы поместить очередной крестраж в изолирующий контейнер, а затем - связаться с атлантами. Да, директора Хогвартса совсем не радовало, что гости со скрытого острова проворачивали свои дела за его спиной. Однако же он был достаточно опытным и зрелым человеком, чтобы суметь поступиться своей гордостью и попросить помощи у тех, кто уже несколько раз разрушили тёмные чары, возвращая древним реликвиям их изначальный вид. Для того, чтобы очистить кольцо Гонтов от проклятья и крестража им пришлось отправиться в Атлантиду, где директор сумел почувствовать себя анимагом. Сама принцесса Луна, вызвавшаяся сопроводить их с мисс Спаркл заметила, что четвероногий образ Дамблдора напоминает ей её собственного наставника - Старсвирла Бородатого. Впрочем, она же добавила, что их сходство очень отдалённое... Момент, когда хранительницы могущественных светлых артефактов применили свою магию запомнился Альбусу как нечто по-настоящему чудесное. Впервые за очень долгие годы он ощутил лёгкость и безмятежность как в далёкой юности, когда вся их семья была жива и здорова. Ему даже показалось, что на краю слышимости звучат голоса отца, матери и сестры, а на плечи будто бы опустился тёплый плед. ...После того как атланты вернули ему кольцо - Альбус так и не решился его использовать, предпочтя спрятать в сейф в своём кабинете. Он бы, несомненно, вернул реликвию Гонтов членам этой семьи, если бы она не исчезла полностью, став очередной сноской на страницах истории. - Мир меняется, Фоукс: старые семьи волшебников исчезают, а на их место приходят новые, - негромко произнёс директор Хогвартса. - Однажды и Дамблдоры пополнят собой этот список... Впрочем, стоит ли этому расстраиваться? В конце концов - мы просто отправимся в новое путешествие. На последние слова, произнесённые куда более бодрым тоном феникс издал новую трель, вызвавшую у пожилого волшебника искренний негромкий смех, словно бы он услышал смешную шутку. Очередной переменой, к которой свою руку вновь приложили атланты стало очищение Азкабана от дементоров: Меллисента Багнолд, пользуясь взлётом своей популярности смогла продавить решение об уничтожении этих тёмных существ, ради чего был заключён новый договор с могущественными союзниками. Уже знакомые Альбусу хранительницы Элементов Гармонии, охранять которых взялись сразу и авроры, и королевская гвардия, и принцесса Луна прибыли на остров, после чего заключённые стали свидетелями настоящего чуда. Радуга, вспыхнувшая на бесконечно долгие секунды растворила пожирателей душ и развеяла тучи, позволив солнечному свету озарить старую крепость и омываемую холодными волнами голую землю. - Не хотелось бы ошибиться, но мне кажется, что мы вступаем в настоящий золотой век, - ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс директор Хогвартса, а уже в следующую секунду будто бы скинул с себя пелену задумчивости и, посмотрев на своего фамильяра, спросил: - А не устроить ли нам сегодня выходной? Аберфорд, наверняка, не откажется пропустить по стаканчику чего-нибудь горячительного... *** - Твай-лайт... Твай-лайт... Твай-лайт... - высокий, назойливый голос, повторяющийся раз за разом, словно бы ввинчивался в голову молодой волшебницы, медленно и неохотно выплывающей из царства принцессы Луны, чтобы осознать себя лежащей на мягчайшей перине, в собственных покоях в Кантерлотском дворце. - Твай-лайт... Твай-лайт... - М-м-м... - разлепив глаза, тут же поморщившись из-за лучика солнца, пробившегося сквозь плотно задёрнутые зановески, Спаркл перевернулась с бока на спину и опираясь на локти приподнялась в сидячее положение, чтобы посмотреть на сиреневого дракончика, стоящего перед кроватью. - Что случилось, Спайк? - Доброе утро, Твайлайт! - радостно воскликнул маленький ящер, протягивая сжимаемые в лапках стакан с соком и блюдце с треугольником вафельного торта. - ... - ученица принцессы Селестии моргнула, стараясь уложить в голове произошедшее, на секунду почувствовала желание рухнуть обратно на подушку и попытаться вернуться в покинутый сон, но волевым усилием переборола эту слабость и улыбнулась своему названному младшему брату. - Спасибо, Спайк. Мысленно потянувшись к магии, молодая волшебница телекинезом подхватила посуду и перенесла её на прикроватный столик, после чего поёрзала, принимая сидячее положение, спиной облокотившись на подушку. Дракончик же, буквально светящийся от довольства забрался на перину и, начав рассказывать о том, что они с Гарри собираются пойти на большую ярмарку - стал просить старшую сестру пойти с ними. - Я думаю, Твайлайт не откажется присоединиться, но - позже, - прозвучал голос розовой аликорницы, с недовольным видом вошедшей в спальню к своей воспитаннице. - Спайк, разве я не говорила тебе, что не нужно её будить так рано? - Ну я... просто... - смутившись, маленький ящер посмотрел на Спаркл жалобным взглядом, в ответ на что ученица Селестии положила ладонь ему на голову и потрепала по гребню. - Всё в порядке, Каденс, я уже не спала, - произнесла девушка уверенно, на что крылато-рогатая пони закатила глаза, после чего вздохнула и фыркнула. - Ладно. Спайк, Гарри уже завтракает: если хочешь попасть на ярмарку - советую к нему присоединиться, - эти слова заставили дракончика всполошиться и, коротко ткнувшись мордочкой в щёку Спаркл, поспешно сбежать из комнаты, после чего уже сама принцесса любви легко вспорхнула на край кровати, уселась на поджатые задние ноги, а затем констатировала с нарочито серьёзным видом: - Ты никогда не умела врать, Твайли. - Просто ты слишком хорошо меня знаешь, - проворчала молодая волшебница, посмотрела на принесённый названным братом завтрак и, притянув к себе стакан, сделала осторожный глоток. - Как ты себя чувствуешь? Не тошнит? - обеспокоенно спросила аликорночка, тут же подавшись вперёд для того, чтобы губами прикоснуться ко лбу воспитанницы, пушистой грудкой прижавшись к нежной коже на плече. - Хи-хи... - перехватив стакан дальней от няни рукой, Спаркл сама подалась навстречу старшей кобылке, щекой прижимаясь к её шее. - Каденс, всё хорошо. Не нужно надо мной трястись так, словно я чем-то больна и могу разбиться как фарфоровая ваза. - Я ничего подобного не говорила, - обняв воспитанницу, проворчала принцесса любви. - И вообще... ты же не забыла, что нужно посетить доктора Липски? - У-у-у... - жалобно протянула молодая волшебница. - И ты, Каденс?! - Не драматизируй, - фыркнула розовая аликорночка, тут же добавив с ехидством: - Или хочешь, чтобы тебя кто-нибудь проводил? Твоя мама будет в восторге, тёти Луна и Селестия тоже с удовольствием отвлекуться от дел. Шайнинга, прости, не предлагаю: скорее уж тебе придётся его успокаивать, а не наоборот. - Хих... Никогда бы не подумала, что он воспримет всё так близко к сердцу, - заметила ученица принцессы дня. - Ты себе не представляешь - насколько остро он всё воспринял, - со вздохом протянула Каденс, затем усмехнулась и добавила: - Когда Грей найдётся - его ждёт серьёзный жеребцовый разговор. Понятия не имею - что это значит, но звучит серьёзно. - Ммм... Мне кажется, что папа воспринял всё проще, - проворчала Спаркл в гриву няни, искренне наслаждаясь теплом и мягкостью шёрстки старшей кобылки. - Просто твоя мама сумела его убедить, что внуки - это хорошо, - отозвалась Каденс, после чего к лёгкой досаде подопечной отстранилась и, поправив набитую перьями подушку, заявила: - Мне пора к Спайку и Гарри. Нельзя надолго оставлять их одних: обязательно устроят какую-нибудь шалость. Скоро придут Лотус и Алоэ, чтобы помочь тебе... И не нужно хмуриться - тётя Селестия просто сильно о тебе беспокоится. Сама знаешь, что твоя ситуация для Эквестрии необычна. - Ла-адно... Я буду вести себя хорошо, - изобразила жест капитуляции Спаркл. - Вот и отлично, - спрыгнув с кровати, принцесса любви встряхнулась и подняла правую переднюю ногу для шага, бросила взгляд на подопечную, улыбнулась ярко и жизнерадостно, после чего заявила: - Увидимся на обеде. И не забудь про визит к доктору Липски. ...Вновь оставшись в комнате одна, ученица Селестии тяжело выдохнула и, вернув стакан на прикроватный столик, запрокинула голову уставившись в потолок. Её ладони сами собой легли на уже заметно округлившийся живот, а в голове стали мелькать события, произошедшие после того как стало известно о беременности. Реакция принцессы Луны, которая и не старалась скрыть свою зависть, была скоротечной, пусть и яркой. Не прошло и десяти минут - тёмно-синяя аликорница развила бурную деятельность, отправив сообщения сестре, родителям Твайлайт, а также отдав приказы страже. На этом фоне задача по очистке Чаши Пуффендуй от очередного осколка души тёмного лорда прошла почти обыденно. Подруги восприняли новость по-разному, но одинаково позитивно: Пинки уже начала планировать вечеринку на первый день рождения, Рарити обещала сшить самые милые костюмчики, которые знала Эквестрия, Эпплджек просто сказала, что если что-то понадобится - Эпплы быстро всё достанут. Рейнбоу возмущалась, что Грей сбежал и обещала надрать ему хвост при случае, Флаттершай же стала частым гостем в библиотеке. Однако же известие о деликатном положении Твайлайт не стало причиной отказываться от взятых на себя обязательств: хранительницы Элементов Гармонии исполнили свой долг и очистили остров с тюрьмой волшебников от дементоров. К сожалению, полностью от этих существ избавиться не удалось так как выяснилось, что они зарождаются в местах, где концентрация страха, отчаяния и горя становится слишком высокой. В результате, до недавнего времени подруги были вынуждены раз в неделю или две реагировать на вызовы министерства (теперь же этим занимаются специально подготовленные единороги, вооружённые экспериментальными артефактами-ловушками). Сейчас, когда живот стал заметным, да и вкусовые предпочтения изменились, принцесса Селестия ультимативно заявила, что остаток срока Твайлайт проведёт во дворце. Вернётся ли она в Хогвартс - пока что было непонятно, но читать книги и выполнять задания профессоров волшебница собиралась в полном объёме. Сама Спаркл понимала, что всё это делается ради блага её и жеребёнка, но всё ещё не осознала до конца, насколько крутой поворот сделала жизнь. Впрочем, здесь и сейчас она жалела только об одном - что Грей Фокс так и не узнал, что скоро станет отцом. Сестры же за плотно закрытыми дверями, решили, что много всякого выскажут этому кобылапнику по возвращении, и что если увеличивать табун, то пусть обсудит с ними. А в это время Грей-Который-не-Изменял пытался выбраться из временной петли которая начиналась за несколько часов до того, как розовое облако накроет Кантерлот. И вдруг его накрыл озноб, он чихнул и провалился с криком -Машу Вааать! В гигантскую трещину, и снова очнулся в начале цикла, и что ему делать? Как там, выбраться решительно не понятно, прям как в Раккун-сити попал. Зомби аномалии. И теперь ещё эта непонятная простуда