Пленница

Спустя 10 лет — Робин! — Закричал на весь дом Дин поправляя галстук стоя возле зеркала. — Иди и проверь близнецов. Собрались ли они. Тут же бегу выполнять это поручение. Близнецам Тиму и Джиму было по восемь лет. Это были дети Дина и Джоан. Захожу в комнату и смотрю на близнецов. Они уже готовы и я бегу доложить Дину. Тот уже стоит и перед зеркалом расчесывает свою бороду. — Они собраны. — Иди помоги Джоан. Бегу на второй этаж где беременная Джон всё держится за поясницу складывая вещи. — Робин, — замечает она меня. — Помоги. Спина просто невыносимо болит. Подскакиваю к ней и помогаю закрыть чемодан. — Спусти его. Хватаю чемодан обеими руками. Он ужасно тяжелый, но я всё равно тащу его вниз. — Дай сюда, — чемодан у меня из рук выхватывает Дин и сам его спускает. — Иди к маме. Она тебя зовёт. Бегу к Мишель. Женщина стоит на кухне и что-то заворачивает в фольгу. — Робин, — не глядя на меня говорит женщина. — Это тебе. Холодильник заполнен ровно на четыре дня. Смотри, не съедай всё. Тебе жить четыре дня. Она подошла ко мне и схватив меня за лицо поцеловала в лоб, а потом крепко обняла. — Как же я тебя люблю. Моя хорошая. — Я вас тоже, — прижимаюсь к ней. Целых десять лет в этой семье. Для близнецов я вообще как нянька или домашний раб. Но даже за эти десять лет Дин умудрялся меня избивать кастетом. Мишель тоже. — Я вернусь через четыре дня и мы позанимаемся любовью. Ты даже не представляешь, как я хочу этого. Её рука проникла мне под трусы и стала гладить. Закрываю глаза от удовольствия. Я научилась за эти годы получать удовольствие. Я пошла провожать их. За пределы дома не выходила. Да за все эти десять лет мне разрешили разгуливать по дому. Мне всё равно бежать некуда. — Не расстраивай маму, поняла? — Так со мной попрощался Дин и схватив свой чемодан и чемодан своей жены пошёл к машине. — Пока, Робин, — хором попрощались со мной близнецы и обняли на прощанье. — Я буду скучать, — Мишель снова поцеловала меня и обняла. Они сели в машину и уехали. Я же пошла и включила телек. Потом поела и стала прибирать в доме. Еду я старалась есть экономно. Вдруг Мишель решит задержаться. И как позже выяснилось я была права. Что что-то тут не то я поняла спустя неделю. Ни звонков ни писем. Я волновалась. Ещё несколько дней и еда у меня закончилась. — Мишель вернется, — лежу в кровати Мишель. — Она не может так долго задерживаться. Не пришлось искать еду. Нашла макароны и питалась ими сутки. А потом просто было голодно. Где же Мишель? Прошли ещё сутки и в дверь постучали. Вскакиваю на ноги и бегу открывать. Вот только на пороге была не Мишель, а двое полицейских. Они внимательно уставились на меня. — Вы родственник Мишель Роджер? Даже не знаю, что ответить. — Я живу с ней, — как непривычно видеть других людей. — А что? Что-то случилось? — Мишель Роджер вместе с сыном его беременной женой и их двумя детьми разбились на машине. — Что? — И в глазах у меня потемнело, и я рухнула на пол. Пришла в себя только в больнице где ко мне возникло много вопросов. Кто я и почему жила с Мишель. А потом стали меня пробивать. — Робин? — Спросил меня полицейский. — Да. — Поедете с нами. Меня доставили в полицейский участок. Не знаю зачем и что со мной будет потом. Посадили в какую-то комнату с зеркалом, а потом ко мне зашли какие-то люди. Вся седая женщина, которая вдруг кинулась на меня и стала обнимать. Мужчина же странно на меня смотрел открыв рот. Вижу несколько золотых коронок у него во рту. — Робин! — Вздохнула женщина. — Неужели это и правда ты? Мы искали тебя столько лет. Я чувствовала, что ты жива хоть тебя официально и объявили мертвой. — Вы кто? — Испуганно смотрю на них. Да кто это вообще такие? — Робин, — женщина заплакала. — Я твоя мама. Это папа. Мы искали тебя все эти десять лет. Даже не знали, что ты жила в доме, напротив. — Так вы же уехали? — Уехали? — Сказал мужчина. — Мы не уезжали. Я просто машину поменял. Мы всю жизнь жили рядом. Мы не переезжали в надежде что ты однажды придёшь домой. Я даже подумать не мог что тебя все эти годы держала у себя наша соседка. — Вы не уезжали? — Всё ещё не верю. Неужели Мишель обманула меня? Но она же меня любила. Неприятное чувство что тогда я могла прийти и постучать и мне бы открыли мои родители. Тогда бы весь кошмар закончился бы. Проезжаем мимо дома Мишель. Дома который стал для меня тюрьмой на целых десять лет. И вот я в своём доме. В своей комнате, в которой за десять лет ничего и не поменялось. Да и в комнате моей сестры тоже. — Даже не вериться, — мама всё ещё плакала. — Десять лет. Мы потеряли тебя на целых десять лет. Не видели твоих успехов. А ведь ты бы закончила школу, университет. — Это шанс начать всё заново, — папа улыбнулся. Как же они состарились. К сожалению я не помню как они выглядели до моей пропажи. Но сейчас они казались мне чужими. — Я могу побыть одна? — Конечно. И они ушли, закрыв дверь. Я же села на кровать. Всё словно чужое. Непривычно. — Я скучаю по Мишели. Ужинали мы вместе. Лазанья. Роняю случайно вилку и тут же вскрикиваю вся сжавшись. — Боже, Робин, — папа тут же подлетает ко мне и обнимает. — Тише. Всё хорошо. Тебя никто не собирается бить. Мама опять заплакала. Я же не могла больше есть. Извинившись поднимаюсь к себе. Мишель сломала жизнь мне, моей сестре и моим родителям. А сколько сломленных жизней у других? Наверное неправильно говорить так, но я рада что Дин погиб. Он был ещё тот ублюдок. Но близнецов жалко. Понимаю что Мишель поступала неправильно, но мне её жаль. Я полюбила её. Она ведь любила меня. Я в это верю. Так прошла неделя. Было очень сложно. Я вздрагивала при каждом шорохе. Мне казалось что меня будут бить за каждую провинность. Было ужасно непривычно что меня не унижали. Никто не домогался. Однажды я даже подслушала разговор родителей. Они стали подумывать отправить меня к психиатру. Может и правда надо, но жить так я уже точно не смогу. Десять лет я жила совершенно в другой обстановке. Мне кажется что я никогда не изменюсь. Потеряно десять лет. У меня могла быть семья. Мишель отняла у меня всё это. — Я никогда не смогу чувствовать себя как раньше, — сказала я своему отражению в зеркале и открываю аптечку. — Простите меня все. Открыв несколько пачек таблеток проглатываю всё запив водой из-под крана. — Наверное это самая большая ошибка в моей жизни, — прохожу к себе и ложусь. — Но так будет лучше для всех. Закрываю глаза. В начале меня тошнило и даже болел живот. Но потом всё это прекратилось и я провалилась в вечный сон.