sns!au стань моей надеждой

Утро. Сода проснулся от того, что ему под футболку забрался один из хомяков Танаки. «Мгх, где этого фрика носит? Почему он не следит за своими животными?» — выругнулся про себя розоволосый. Подняв голову с подушки и достав раздражающее животное, Казуичи осмотрелся вокруг. Гандама вновь не было в номере, его кровать была также аккуратно заправлена, как и вчера. — Он здесь не ночевал или чё? Ладно, в любом случае, мне на него похуй. — рассуждал парень. Сода по-быстрому отправился приводить себя в порядок. Напялив свой любимый кислотно-зеленый комбез, парень умылся, заплел косичку с правой стороны, накрасил глаза и надел розовые линзы. Этот обряд парень совершал каждое утро, затрачивая на всё про всё минут 20. Выйдя из номера, Казуичи пошел искать своего начальника и Киригири. К счастью, они никуда не выходили из отеля, поэтому найти их было довольно легко. — Доброе утро, Сода! — помахал парню издалека Леон. Розоволосый лишь вяло кивнул головой в ответ, подходя к приятелям поближе. — Казуичи, ты чего такой грустный? — спросила Киригири. — Хуй Танаки был невку… — не успел закончить Леон, как Кёко треснула его по голове. — Каз, не слушай этого неразумного придурка. Что случилось? Сода отвел растерянный взгляд. Хоть он и пытался скрыть, но девушка всё равно заметила, что его задела обидная шутка рыжеволосого. Что-то шепнув на ухо Леону, Киригири взяла за руку Казуичи и утащила его на небольшую террасу. Убедившись, что никого нет, девушка посадила Соду и села сама на мягкие кресла, находившиеся в углу террасы. — Казуичи, ты можешь мне довериться. У тебя что-то произошло? Немного помешкав с ответом, Сода рассказал о вчерашних событиях. — Знаешь, Кёко, меня так бесит, что этот фрик промыл мозги моей Мисс Сонии и после такого преступления всё ещё пытается играть в дружбу со мной. Наивный! Неужели он действительно думает, что после такого я буду с ним разговаривать? — закончил свое повествование Казуичи. — А ты уверен, что это Гандам привил Сонии любовь к оккультизму? — НУ КОНЕЧНО! Моя Мисс Сония НИКОГДА бы не стала заниматься такими омерзительными вещами. Ни одна принцесса в здравом уме не будет заниматься подобным! — воскликнул Сода. — Просто мне кажется, что за один вечер невозможно привить любовь к таким вещам. — Да я уверен, что он решил нагло забрать у меня мою принцессу. Увидел, какая она прекрасная, и решил, что сможет ее отнять у меня. ДА ТАКОЙ ФРИК, КАК ОН, СОВЕРШЕННО НЕ ПОДХОДИТ МОЕЙ ПРИНЦЕССЕ. — Ошибаешься. Я уверена, что Сония не нужна Танаке в романтическом плане. — Да?! А почему же он тогда клеится к ней? — Я видела их с утра, и, исходя из этого, не сказала бы, что Гандам как-то привязан к ней. Да и неужели ты забыл, как он пытался привлечь твое внимание? Это даже слепой бы разглядел. Эти слова заставили Казуичи серьезно задуматься и вспомнить всё, что было между ним с Танакой. «То, что интересует меня на данный момент, сейчас стоит и давит фальшивую лыбу. — ответил Гандам.» «Проклятие, из-за красоты этого смертного я не могу думать! — случайно сказал вслух Темный Лорд.» Танака сжал руку, которая все еще лежала на ляжке Казуичи, чтобы привлечь внимание Казуичи. Закончив обрабатывать раны и залепив лоб розоволосого пластырями, Гандам потрепал его по голове и сказал: — Готово! — ветеринар поднес к лицу Казуичи зеркало, чтобы тот посмотрел на себя. — Гляди, смертный, не правда ли восхитительно выглядит? «Твою мать… Каким же я был придурком… Как я мог забыть про все его гейские намёки?» — С-спасибо, Кёко. Ха-ха-ха, я будто прозрел! — Ну вот, на одну проблему меньше. — с улыбкой ответила девушка. — А теперь… Ты уверен, что тебе нравится Сония? — Т-ты в каком смысле? — опешил парень. — В прямом, Каз. Мне что-то подсказывает, что ты живешь в собственных иллюзиях. Непринятие Сониного увлечения уже о многом говорит. В одно мгновение Сода вновь помрачнел и задумался. — Естественно, я люблю Мисс Сонию. Она же такая красивая! Её фигура, глаза, голос, волосы. Она же блондинка! Всегда мечтал о девушке блондинке. А вот ее увлечение… Оно, конечно, не соответствует ей, но если она будет заниматься этим не в моем присутствии, то я с лёгкостью могу принять его.  — Стоп! Ты же понимаешь, что с таким раскладом тебе не построить с ней здоровые отношения? Ты сам себя вообще слышишь? Ты зациклен лишь на ее внешности. Придумал себе образ принцесски и пытаешься вогнать в эти рамки Сонию. Она будет несчастна с тобой. Казуичи опешил. Устремив свой взгляд на свои руки, парень ушел куда-то в себя, чтобы обдумать сказанные Киригири слова. «Да ну нет, я же не животное какое-то, чтобы думать только про вне… Чёрт… Невозможно… Мне нравится не только внешность! Сония ещё очень добрая и умная! Как все принцессы! Блять… Кого я пытаюсь обмануть…» — Я-я подумаю над твоими словами, Кёко, спасибо. — сказал Сода, не отводя взгляд со своих рук. — Да, подумай, пожалуйста, хорошенько. Я не хочу, чтобы ты страдал в будущем. — с этим словами Киригири медленно поднялась с кресла и направилась к выходу с террасы. — Ты идёшь? — Ах, да. Уже иду. Сода покинул террасу и пошёл к себе в номер, ничего не замечая вокруг. Плюхнувшись в мягкую кровать, Казуичи тщательно обдумывал каждое слово, сказанное директрисой. «Возможно, она права. Я просто пытался найти кого-то похожего на мою маму… Вот бы она сейчас была со мной…» На живот розоволосого парня вновь забрался пушистый комочек бело-рыжего цвета. — Это ты, Чам-Пи? — отвлекся от своих мыслей и улыбнулся Сода. — По хозяину скучаешь? Бедняга. Казуичи трепал хомяка по голове и размышлял над всем, что произошло с ним с появления этого чудака с шрамом у глаза. — Чам-Пи, вот как ты думаешь, я правда выдумал свои чувства к Мисс Сонии? А? Нет, ну это же бред. Согласись! Дверь в номер чуток приоткрылась, оттуда показалась голова Гандама. — Смертный, ты тут? — Чам-Пи, как думаешь, ответить ему? — шепотом спросил Сода. Хомяк царапнул задней лапкой нижнюю часть живота розоволосого парня. — Ай, приму это за «да». — вновь обратился к хомяка Казуичи. — Тут я! Где ж мне ещё быть? — Можно мне войти? — Чё за тупые вопросы? Это же наш общий номер. — Я подумал, что после вчерашнего случая ты не захочешь слушать мои речи, смертный. — Хватит уже мямлить и заходи. Как ребёнок себя ведёшь. — раздражённо ответил Сода. Гандам осторожно зашёл в комнату, держа левую руку за спиной. Парень медленно подошёл к кровати соседа и навис над розоволосым. Заметив, что ветеринар ведёт себя крайне странно, Казуичи слегка приподнял правую бровь и с недоверием посмотрел на Танаку. — Что бы ты там не задумал, мы с Чам-Пи не одобряем. — Смертный, я хотел сказать, что не планировал забирать у тебя Темную Королеву. Она сама попросила провести обряд раскрытия темных сил, а я лишь согласился ей помочь с этим, так как в этом мире я ещё не встречал такого же могучего чародея, как я, способного раскрыть скрытый потенциал магов. Если бы не я, она бы всю жизнь жила в неведении. Я даже предположить не мог, что из-за такого пустяка тобой овладеет столь сильный порыв ревности. Я прошу у тебя прощения. — после последних слов Гандам достал руку из-за спины, в которой красовался небольшой букет подсолнухов. — Я подумал, что эти цветы придутся тебе по вкусу. Щеки Казуичи вмиг залились краской. — Я ч-что, п-педик какой-то, чтобы т-ты мне цветы дарил? — заикаясь, пытался нагрубить Сода, но все равно забрал букет из рук друга. — Тебе просто повезло, что я люблю подсолнухи! Слышал меня? От таких слов на лице Гандама блеснула еле заметная улыбка. — Я рад, что тебе понравилось. Ты больше не гневишься на меня? — Нет. — смущённо пробормотал Казуичи. Танака умиротворенно выдохнул и лег рядом с Казуичи. Тот хотел что-то возразить, но решил придержать весь набор своих колких фраз и прикрыл глаза. — Я немного подремлю, — сказал Сода. — Если захочешь сделать какие-то гейские непристойности со мной, то я заберу Чам-Пи и свалю первым же рейсом назад. — Вау, а когда ты успел укротить одного из моих Четырех Ангелов Разрушения, не имея никаких сил? — Секрет. Всё, не мешай нам с Чам-Пи спать. — Ха-ха-ха, хорошо. Сладких снов, смертный. — сказал Гандам и тихонько чмокнул кисть Соды. — Я же просил без гейских выкрутасов! — Ты ещё не спишь, так что можно. — Ну, ладно, засчитано. После этой фразы Казуичи провалился в сладкий дневной сон вместе с бело-рыжим хомяком Танаки. — Вы у меня такие превосходные, Казуичи, Чам-Пи. — с улыбкой на лице прошептал Гандам и вышел из номера, чтобы прогуляться.