Три фамилии

      Время в ожидании составляющих для зелья проходило плодотворно. Четвёртый курс обучения в Хогвартсе нельзя было назвать лёгким. Загодя учителя объясняли студентам о важности грядущего экзамена СОВ, программа стала сложнее и даже Гермионе нужно было прикладывать немало усилий, чтобы выполнять все задания и усваивать тонны новых знаний.       В октябре сильно похолодало. Пасмурная погода держалась неизменно, бледное солнце пряталось за угрюмыми тучами, дожди лили почти каждую ночь. Прибытие студентов из Дурмстранга и Шармбатона пришлось аккурат на День Всех Святых. Празднично убранный замок как никогда сиял чистотой. Пивз летал по коридорам и сбрасывал дырявые тыквы на головы студентам, но Филч, словно научился-таки на старости лет магии, убирал за ним с несвойственными ему проворством и быстротой. Гермиона, жалея старика, несколько раз сама вытаскивала из тыквы истошно орущую миссис Норрис, которую Пивз регулярно туда заманивал.       Гарри и Рон находились в приподнятом настроении. Они, как и все студенты, с удовольствием обсуждали грядущий Турнир и гадали, кто же будет представлять Хогвартс. Перед церемонией определения Чемпионов Рон как раз спорил с Гермионой о том, что Седрик Диггори, ловец сборной Пуффендуя, кандидатура крайне не подходящая. А Гермионе он нравился. Чувствовалась в нём благородная стать, да и внешне он был очень привлекателен. Рону она об этом, конечно, говорить не стала, но сама иногда поглядывала на Диггори искоса и задумчиво.       Но о том, чтобы переживать за Диггори, речи не пошло.       Когда Кубок Огня вспыхнул в четвёртый раз посреди речи Дамблдора, у Гермионы сразу неприятно сжалось сердце. Этого не должно было случиться. Что бы ни произошло дальше — никому это не понравится. Но даже с таким предчувствием она не ожидала, совсем-совсем, что из Кубка вылетит имя Гарри Поттера.       «Не может быть», — на повторе крутилась в голове паническая мысль. — «Не может, нет, это абсурд!».       Она встретилась с ним взглядом всего на мгновение. Гарри был до чёртиков напуган и это пугало Гермиону ещё сильнее.       — Я не бросал своё имя в Кубок! — в отчаянии шепнул он, под повторный громогласный зов Дамблдора. — Не бросал!       И Гермиона моментально в это поверила. Если ещё секунду назад она допускала, что Гарри, не понимая всей серьёзности установленных правил, сумел обойти возрастное ограничение (Это тоже невозможно! — пискнул разумный голосок в голове), то теперь стало ясно — его подставили. Только для чего? Забавы ради или чтобы…       — Кто и зачем это сделал? — хмурясь, всё ещё в попытках прийти в себя, Гермиона обернулась к Рону. И осеклась. На его лице читались неприкрытые злоба и раздражение. — Рон?       — Мог бы и рассказать, — глядя на дверь, за которой скрылся Гарри, процедил Рон.       — Рассказать что? Ты же не думаешь… — Гермиона фальшиво хохотнула. — Не думаешь ведь, что он сам бросил имя в Кубок?       — Именно так я и думаю.       Рон встал из-за стола гриффиндорцев одним из первых и пошёл вдоль переговаривающихся студентов, глубоко засунув руки в карманы. Гермиона поспешила за ним, не обращая внимание на оклики одноклассников.       — Гермиона! Как он это сделал-то?       — Эй, Гермиона!       — Рон, стой, — переходя на бег, кричала девушка.       Но Уизли словно нарочно ускорялся после каждой её просьбы остановиться. Гермиона в отчаянии вытащила палочку.       - Глиссео!       Ступени мраморной лестницы, по которой карабкался Рон, превратились в скат и он, громко чертыхнувшись, упал к подножию.       — С ума сошла?! — отбрасывая с лица рыжие волосы, крикнул Рон.       — Извини! Надо поговорить, прекрати убегать!       — Да о чём тут говорить? Гарри Поттер испугался, что внимание всех вокруг сместится с его персоны на Чемпиона Хогвартса, поэтому решил в обход правил поучаствовать в Турнире! Уверен, ничего страшного с ним не произойдёт, ему ведь всё и всегда сходит с рук. Поругают, может очко с Гриффиндора снимут и придёт твой Гарри в гостиную, стяжать заслуженные овации!       Говоря всё это, Рон поднялся на ноги и отряхивал мантию, но в глаза Гермионе смотреть опасался. А она ушам своим не могла поверить.       — Рон, — обстоятельно выдохнула Гермиона. — Во-первых, он сказал, что этого не делал.       — Я бы тоже так сказал, — буркнул Уизли.       — И тебе бы я поверила! Мне хватает вашего честного слова, чтобы не сомневаться! Гарри не хотел участвовать, он бы нам сказал!       — А он и сказал, — усмехнулся Рон. — Сказал, что если бы бросал имя в Кубок, то сделал бы это ночью, чтобы никто не видел.       — Да не смог бы он переступить через возрастную линию, её очертил сам Дамблдор!       — Ну значит попросил кого-то из старших, — тут Рон подозрительно сощурился, припоминая что-то, а потом покачал головой. — И как я сразу не догадался?       — О чём?       — Просыпаюсь как-то рано утром от шума, смотрю, Гарри копается в чемодане. Вытащил деньги, всё, что было, ещё и по карманам мантии пошарил, всё собрал, вернулся через пять минут и без денег. Кому он отвалил столько золота, а, Гермиона? Да он в Хогвартсе о деньгах никогда не вспоминает, у него даже кошелька нет! А тут раз — и всё, что было, кому-то отдал, и нам ничего не рассказал… Не странно ли это?       — Ты… — потерянно хватаясь за волосы одной рукой, прошептала Гермиона. — Ты ведь не всерьёз? Скажи, что ты шутишь, Рон.       — Шутник у нас Гарри Поттер. Тебя или меня за такие шуточки, конечно, как минимум исключили бы, а ему табличку в Зал Славы уже штампуют. Ну и чёрт с ним.       Рон взбежал по лестнице так быстро, что Гермиона даже не сообразила, как его остановить. Всё, что произошло только что, не приснилось бы ей даже в кошмаре. Она смотрела то вверх, куда убежал Рон, то в сторону Большого зала, откуда должен был выйти Гарри, и не знала, что ей делать. Но вот зашумели отодвигаемые скамьи и зазвучали сотни приближающихся голосов. Гермиона решила, что ей лучше сейчас спрятаться от любопытных и побежала в гостиную со всех ног вслед за Роном. ***       Вечером она решила не спускаться в гостиную. Как только пришла, сразу легла и притворилась спящей. Парвати, Лаванда и Джудит пришли ближе к одиннадцати, обсуждая произошедшее. Они намеренно громко смеялись и разговаривали, в надежде, что Гермиона проснётся, но та, сцепив зубы, продолжала делать вид, что спит. Утром, правда, не удалось избежать вопросов. Пока Гермиона сушила волосы теплым потоком ветра из волшебной палочки, Лаванда, крутящаяся перед зеркалом в коротком шерстяном платье, сказала:       — Гермиона… Может всё-таки расскажешь, как Гарри обошёл возрастной запрет? Мы же рады за него, гриффиндорец Чемпион Хогвартса — это круто. Но так интересно, как он это сделал?       — Он этого не делал, — как можно спокойнее ответила Гермиона. Девушки переглянулись, усмехнувшись.       — Мы так и думали, что ты не расскажешь, — заметила Парвати, встряхивая красное с золотым покрывало. — Раз уж вы Уизли ничего не рассказали. Говорят, вы вчера ругались в холле. Из-за чего?       — Кто говорит?       — Привидения.       — Вот у привидений и спрашивай тогда из-за чего.       Недосушив волосы, Гермиона накинула на голову капюшон ветровки и вышла из комнаты. Она старалась держать себя в руках, но всё же, оглядываясь в поисках Гарри в гостиной, немного паниковала. Разговоры только и были, что о нём. Он будет взбешён, это точно.       В Большой зал она направилась одна. В душе всё ещё теплилась надежда, что Рон за ночь образумился, и сейчас она увидит их вдвоём, подальше от остальных, шёпотом обсуждающих загадку его участия в Турнире. Но нет, Рон сидел рядом с Невиллом, Фредом и Джорджем, мрачнее тучи, а Гарри в зале и вовсе не было.       — Всем доброе утро, — улыбнулась Гермиона, перекидывая ногу через скамью.       — Привет, — весело поздоровался Фред. — Ну?       — Что «ну»?       — Рассказывай! — подхватил Джордж, — Гарри вчера так и не раскололся.       — Нам любопытно из научного интереса.       — Как он это сделал?       — Ты помогла, да?       Рон криво усмехнулся, протыкая вилкой жареную сосиску с таким видом, будто та оскорбила всю его семью. Шумно выдохнув, Гермиона взяла салфетку и сложила туда несколько сандвичей. Гарри на завтрак не придёт, она это уже поняла, и Рон по-прежнему считает, что он — лгун и охотник до дешевого внимания.       — Не помогала я. И он этого не делал, — не в первый раз за утро, повторила Гермиона. — Всем приятного аппетита.       Не зная, где искать Гарри, Гермиона направилась обратно в гостиную. Только назвала пароль Полной Даме, как портрет распахнулся и они нос к носу столкнулись с Гарри.       Смотрел он на неё с испугом, словно ждал, что сейчас она начнёт предъявлять претензии. Тоже в капюшоне, как будто это помогло бы ему стать невидимым, и с тёмными кругами под глазами.       — Привет, — как можно бодрее поздоровалась Гермиона, протягивая ему еду. — Это тебе. Может, прогуляемся?       — С радостью, — облегчённо выдохнул Гарри.       Покрепче обхватив себя за плечи от холода, они гуляли вокруг озера довольно долго. Рассуждали, кто мог бросить его имя в Кубок и зачем, говорили о Роне. Гарри сильно подкосило недоверие друга, больше, чем само участие в Турнире и заговор каких-то наверняка не дружественных сил против него. Гермиона не стала рассказывать про их вчерашнюю перепалку, Рон и до адресата донёс всё то же самое вечером в спальне, повторять не хотелось. Но она всё равно пыталась их помирить, объясняла поступок Рона с точки зрения лёгкой зависти, но Гарри слушать ничего не хотел. Отказался поговорить с другом и вообще, попросил при нём его не упоминать. С тяжёлыми думами они сели на пожелтевшую, но всё ещё мягкую траву, глядя на спокойную водную гладь.       — Три задания, — неверяще прошептал Гарри после продолжительной паузы. — И вряд ли же организаторы придумали что-то лёгкое и забавное. Как я это сделаю? Они… Они старше, опытнее. Им даже внешне подходит этот статус Чемпиона Школы: Флёр, Крам, Диггори. И я?       Гермиона внутренне была с ним согласна: задания будут наверняка опасными и остальные Чемпионы знают больше заклинаний, лучше владеют магией и вообще — это был их выбор, они готовились, они рады своему участию. Но вслух сказала другое.       — Брось прибедняться, тебе ли говорить о недостатке магического опыта? Просто будь осторожнее и сделай всё, что сможешь. Не ТРИ ЗАДАНИЯ, — передразнила она его тон. — А всего лишь каких-то три задания, которые будут выполняться под присмотром Дамблдора.       — И всей школы…       — Ну и пусть! Ты играешь в квиддич уже три года перед всей школой, что-то я не помню у тебя перед матчем панических атак.       Гарри хмуро на неё покосился, но ничего не ответил.       — Переживать надо не о заданиях, — понизив голос, продолжила Гермиона. — А о том, кто тебе так удружил и для чего. Ты напишешь Сириусу?       — Напишу, наверное… Только он же сразу примчится!       — Гарри, может это и к лучшему? Тебе угрожает что-то посерьёзнее плохих отметок, пусть Сириус будет рядом. И не рассказывай мне, как это опасно, я знаю. Только дело в том, что Сириус — сильный, умный маг. Он на протяжении всего прошлого года прятался в Британии и никто его не нашёл, и даже пробрался в нашу гостиную под носом у Дамблдора, не смотря на все принятые меры защиты. Он умеет за себя постоять.       Гарри снова ничего не ответил. На самом деле это был хороший признак. Молчание Гарри Поттера означало то, что он принял её слова к сведению и обдумывает. Пусть Гермиона сама не очень верила в то, что всё будет хорошо, но Гарри должен был в это поверить обязательно.       — Как же я задолбался, — неожиданно выдохнул он и, закрыв глаза, рухнул на траву спиной, широко раскинув руки в стороны. — Хочу отлынивать от домашних заданий и ждать вылазку в Хогсмид, а не вот это вот всё.       Гермионе так непривычно было слышать от него подобное, что она прыснула в кулак.       — Ты чего? Гарри, не валяй дурака, поднимайся, — она потянула его за руку, но он не пошевелился. — Земля холодная, ты простудишься.       Глядя на него сверху вниз, Гермиона некоторое время не знала, что делать, но в итоге махнула рукой и легла на спину тоже. Бледно-серое небо рассекали несколько маленьких чёрных птиц, она закрыла глаза и поняла, почему он не хочет вставать. Пока ты лежишь, как дурак, на земле, никто с тебя не спросит. Ничего не надо решать, никуда не надо бежать. Ты лежишь — и это твой каприз. Ты ребёнок, совершивший необдуманный поступок, тебе легко и безразлично. Они лежали так не меньше часа, молча, с закрытыми глазами. Гермиона чувствовала, как земля возвращает ей потерянные силы, наполняет энергией спокойствия. И очень надеялась, что Гарри чувствует то же самое.       Вдруг издалека раздался громкий топот. Они, лежа на земле, ещё и почувствовали лёгкую тряску. Поднявшись на локтях, Гарри и Гермиона обернулись и увидели, как к ним со всех ног мчит Хагрид. С Клыком, с арбалетом, крайне взволнованный.       — Вы чего это? Вы это… что? Зачем?!       — Что случилось, Хагрид? — испуганно спросил Гарри.       — Что случилось?! Вы чего тут валяетесь, как два привидения? Не шелохнутся! Я думал вы того, это! Того совсем! Напали, заколдовали! К Дамблдору послание отправил!       Гарри и Гермиона переглянулись и одновременно рассмеялись.       — Смешно? — топтался неподалёку смущённый и непривычно злой Хагрид. — Смешно, да? А ну брысь в замок!       — Да ладно, ладно, — отряхивая джинсы от травы и листвы, улыбнулся Гарри. — Уже и отдохнуть нельзя.       — Где это видано, на земле валяться отдыхать?! Точно трупа два! В школу я сказал, бегом!       — Мы уходим, Хагрид, видишь? — утягивая Гарри в сторону замка, старалась не смеяться Гермиона. — А ты лучше успокой Дамблдора.       — Сам решу! — потряс кулаком им вслед Хагрид. — И вообще… минус одно очко Гриффиндору! Ясно вам? Обормоты… Похохочите мне ещё!