Ночь в Аквариуме

К тому времени, как семья приехала домой, уже стемнело. Было не так уж и поздно, но, учитывая, что приближался конец октября, солнце начинало садиться раньше. Когда они показали ему его комнату, Наруто сразу же сел на кровать. Ирука уселся в оставшееся кресло, в то время как Какаши задержался в дверном проёме. — Я буду спать с вами? — спросил Наруто. Ирука был озадачен этим вопросом. Наруто ожидал, что будет спать с ними? Он боялся спать один? Он никогда не принимал это во внимание раньше. Он забыл, что Наруто жил в одной комнате с тремя другими детьми. — Гм, нет, — осторожно начал Ирука, не желая заставлять его чувствовать себя неуверенно. — Какаши и я спим вместе в другой комнате. Через холл, — сказал он, указывая на дверь. — Тогда почему кровать такая большая? Ирука рассмеялся над чистой невинностью этого вопроса, и его охватило чувство облегчения. Они выбрали полноразмерную кровать вместо двухместной, чтобы им не пришлось её менять, когда он подрастет. — На случай, если ты много двигаешься во сне. Мы хотели убедиться, что ты не перевернёшься и не упадёшь, — пошутил Ирука. — Вся эта кровать для меня? — спросил Наруто с широко раскрытыми глазами. — Угу, — кивнул Ирука. — Вау! — сказал он, подпрыгивая от радости, прежде чем упасть, раскинув руки и ноги на матрасе. — Да тут четыре меня могут поместиться! Ирука улыбнулся, прежде чем взглянуть на своего мужа, ища в его улыбке некое успокоение и поддержку. — Итак, Наруто, хочешь распаковать свои вещи? — спросил Ирука, вставая со стула. — Здесь есть место, — сказал он, открывая ящик комода, — для кое-какой одежды. Мы уже купили тебе несколько вещей, но мы всегда можем пойти в магазин и купить ещё, если ты захочешь сам что-нибудь выбрать. Ирука нервно закусил губу, наблюдая. Наруто встал, чтобы перетащить свой оранжевый рюкзак к кровати, вытаскивая его содержимое. В нём было несколько предметов одежды: шапка-лягушка, подаренная ему Рин, фигурка, которую Какаши купил ему в Аквариуме, когда они впервые встретились, и многое другое. Ирука помог ему сложить смятую одежду, прежде чем убрать её. Он плотнее обернул вокруг себя кардиган и поёжился от холода. — Хочешь выпить чего-нибудь тёплого? У нас есть горячий шоколад, яблочный коктейль, или… — Горячий шоколад! — крикнул Наруто, не дожидаясь третьего варианта. — Хорошо, я сейчас вернусь, — сказал Ирука. На выходе из комнаты он ущипнул Какаши за бедро, давая понять, что хочет, чтобы он последовал за ним на кухню. Когда они скрылись из виду, Ирука упёрся в кухонную стойку. — Ирука, — тихо рассмеялся Какаши, ласково проводя ладонью по спине. — У тебя всё отлично получается. — Я так нервничаю, — сказал он, протягивая руку. Какаши взял её в свою и поцеловал тыльную сторону ладони. — Успокойся. Я сделаю шоколад сам. А также чашку успокаивающего чая для тебя, — сказал он, коснувшись подбородка Ируки, прежде чем открыть шкафчик над головой. Пока Какаши грохотал кастрюльками, Ирука выглянул из-за дверного проема кухни, чтобы мельком увидеть Наруто, который в данный момент выставил ногу в носке, чтобы Паккун почувствовал запах нового человека. — Что будем делать? — спросил Ирука, обращаясь к мужу, который подмешивал какао-порошок в миндальное молоко. — Ну, уже 7:00. Это будет длинная ночь для всех нас. Что бы мы делали до этого обычно? — Сидели на диване и смотрели Netflix. — Тогда давай не будем ничего менять. Там столько детского контента, который стоит посмотреть, — сказал Какаши, наливая горячий шоколад и чай в две отдельные кружки. Он протянул Ируке чай, но вместо этого Ирука взял горячий шоколад. Он подул на кружку и попробовал. — Добавь ещё немного сахара, — сказал он, возвращая чашку обратно и взамен принимая чай. — Oui, шеф, — поддразнил Какаши. Ирука прислонился к стойке, сжимая кружку обеими руками и тревожно тряся ногой. Какаши прижал руку к бедру Ируки. — Иди сядь. Я позову Наруто.

***

Наруто забрался на диван рядом с Ирукой. Какаши сел по другую сторону от Наруто. Паккун посмотрел на Какаши и заскулил, желая вскочить на диван, но всё ещё не понимая, кем или чем был Наруто. Раньше он никогда не был среди детей. — Всё в порядке, Пак, — засмеялся Какаши, хлопнув себя по коленям. — Ну давай же. Паккун подпрыгнул и немножко покряхтел, прежде чем улечься. Он взглянул на Наруто в последний раз, прежде чем закрыть глаза. Какаши взял горячий шоколад с журнального столика и протянул Наруто. — Пей осторожно, — сказал он. — Он ещё не остыл. — А можно погладить? — спросил Наруто, глядя на Паккуна. — Пожалуйста, можно? — Да, но когда он слезет с колен, — сказал Какаши. — Давай попробуем завтра. А то, боюсь, он может укусить, защищая меня. — Но я же не буду причинять тебе боль, — сказал Наруто, глядя на Какаши ясными и серьёзными глазами. Какаши будто выбили весь воздух из лёгких. Понимал ли Наруто важность того, что он только что сказал? Что означало сказать Какаши нечто подобное? Кому-то, кого в прошлом так много раз случайно ранили люди, которых он любил? Конечно, он этого не знал, но в горле всё равно застрял комок. Ирука заметил смятение Какаши, отвлекая внимание от своего мужа, которому, как он знал, понадобится время, чтобы прийти в себя. — Не обижайся, Наруто, — засмеялся Ирука. — Паккун иногда ворчит и на меня. Он ребёнок Какаши. — Однажды я видел Паккуна в одежде. Это было так странно, — хихикнул Наруто. Ирука не смог удержаться от смеха. — Да, Какаши одевает его, — сказал он, встретившись взглядом с глазами мужа с улыбкой. — Ты странный! — Наруто засмеялся, указывая на него. — Он может простудиться! — защищаясь, сказал Какаши, почёсывая Паккуна за ушами. — Но у собак есть мех! Это как пальто! — Разве ты не надеваешь более одного слоя, когда на улице очень холодно? — спросил Какаши. Наруто подумал об этом, прихлёбывая горячего шоколада. — Иногда, — сказал он. — Вот видишь, — ответил Какаши, не собираясь признавать, что иногда он тоже надевает на Паккуна лёгкие рубашки. И сапожки. Но только в снежную погоду. Он схватил пульт и включил телевизор, прежде чем Ирука успел бы вставить свои пять копеек. Ирука, допив успокаивающий чай, начал засыпать. Мультфильмы не помогали ему уснуть от слова совсем. Он зевнул и посмотрел на Какаши. Ему хотелось свернуться калачиком на плече или положить голову на колени, чувствуя, как пальцы мужа лениво скользят по его волосам. Он почувствовал тупую боль в груди — Какаши казался таким далеким. Голова Наруто покачивалась и перекатывалась, пока не упала на руку Ируки. Ирука с удивлением посмотрел на него: его верхняя губа была испачкана пятном от горячего шоколада. Он почувствовал новую боль в груди, но на этот раз всё было по-другому. Она была тёплой. С этого момента всё должно было измениться. Какаши вытянул шею, чтобы посмотреть на Наруто, прежде чем встретиться взглядом с Ирукой. — Он спит, — сказал он, удивлённо расширив глаза, как если бы спящий Наруто был бы самым интересным событием в мире, а не естественным циклом, который пережил каждый человек. — Должен ли я отнести его в постель? — Он ещё не почистил зубы, — сказал Ирука, думая обо всём сахаре в горячем шоколаде. Он попытался встать, но Какаши опередил его. — Я сделаю это. Похоже, ты сейчас упадёшь в обморок. — Наруто, — позвал Какаши, заставляя его проснуться. Мальчик моргнул и открыл глаза, втягивая слюну, которая текла тонкой струйкой из его рта. — Иди почисти зубы и ложись спать. Глаза Наруто снова закрылись, его голова откинулась назад. — Наруто? — Какаши засмеялся. — Хм? — мечтательно сказал он, не открывая глаз, ещё глубже погружаясь в руку Ируки. — Я думаю, мы немного переборщили с сахаром в горячем шоколаде, — сказал Какаши, ткнув его, прежде чем поднять Наруто и отвести в ванную. После того, как Какаши уложил Наруто спать, он обнаружил, что Ирука всё ещё не встал с дивана. — Мне нужно отнести тебя тоже? — поддразнил Какаши. «Пожалуйста» подумал он, тая при мысли о сильных руках мужа, обнимающих его. Какаши вцепился ему в руку и поднял. — Этот чай всегда так сильно действует на тебя. Иногда это меня беспокоит. — Так и должно быть, — ответил Ирука. — Это же лекарство. Он купил его в магазине здорового питания, пытаясь естественным образом обуздать своё беспокойство. — Ага, только не пей его, когда тебя нет дома, хорошо? Я не хочу, чтобы ты потом в таком состоянии оказался за рулём или что-то в этом роде, — сказал Какаши, следуя за ним в ванную. — Я в порядке, — засмеялся Ирука, тронутый его мягкостью. — Он так подействовал, потому что я уже был уставшим до этого. Какаши подозрительно посмотрел на него в зеркало. — Тем не менее, — сказал он, выдавливая зубную пасту на щётку, — не делай этого. Какаши предостерегающе указал на него зубной щёткой, прежде чем сунуть её в рот. После того, как Ирука вымылся, он забрался в кровать. Казалось, что он лежит на облаке. Когда Какаши вошёл в спальню, он по привычке попытался закрыть за собой дверь. — Оставь открытой, — сказал Ирука. — Хорошо, — усмехнулся он. — Ты прав. Какаши широко распахнул дверь, прежде чем залезть в кровать. Они оба лежали на спине и молча смотрели в потолок. — Это так сюрреалистично, — прошептал Ирука через несколько минут. — Или я один это чувствую? — Нет, — засмеялся Какаши. — Но я не могу подобрать слов. Ирука перекатился на бок, увлекая за собой руку Какаши. Какаши принялся поглаживать своего мужа, уткнувшись носом в его длинные каштановые волосы. — Похоже, Паккун начал привыкать к Наруто, — сказал Ирука, зевая, услышав, как звенят бубенчики на его ошейнике, когда собака зашевелилась в ногах. — Да, я горжусь им, — шептал Какаши ему в шею. По коже пробежали мурашки. Ирука обвил руками Какаши, поцеловав его. — Я тебя люблю. — Я тоже тебя люблю, — сказал Какаши. — Но я ненавижу говорить это тебе, — поддразнил он, сжимая мужа. — Когда мы проснемся, Наруто всё ещё будет там. — Я знаю, — сказал Ирука. — Не могу дождаться.

***

После довольно ленивого утра, которое включало омлет и помощь Наруто в принятии ванны (от чего Какаши сразу же отказался, оставив это Ируке), все трое сели в машину, отправившись в продуктовый магазин. — Это руки и ноги? — спросил Наруто, глядя на свою рубашку и тыкая в неё пальцем. На нём была белая футболка с большим сплошным чёрным петроглифом лягушки-коки, подарок, который Ирука купил ему в Пуэрто-Рико. — Да, — сказал Ирука, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Наруто, который смотрел на него со своего бустерного сиденья. Какаши и Ирука долго спорили о том, нужно ли ему автокресло. Какаши говорил нет, а Ирука считал, что нужно, так что пришлось искать компромисс. По крайней мере, оно подняло Наруто достаточно, чтобы ремень безопасности был в нужном месте. — Коренные жители Пуэрто-Рико используют этот символ, когда разговор идёт о лягушках. До того, как появились буквы, подобные тем, которые мы читаем в книгах, люди рисовали картинки и символы, чтобы передать смысл чего-либо. — Я тоже так делаю, — сказал Наруто. — Думаю, многие люди тоже. — Да, ты прав, — засмеялся Ирука. — Сейчас мы называем это искусством. Наруто счастливо ударил ногами по сиденью. — Какие твои любимые продукты, Наруто? — спросил Ирука, снова обернувшись назад. — Пицца, — сказал Наруто, — Top Ramen. Cheetos. Oreo. Mac n Cheese. Beefaroni. Ирука внутренне закричал, сжимая руку Какаши на подлокотнике между ними. — Тосты с джемом, куриные наггетсы…

***

— Какаши, это даже не еда. Он называл бренды, — мягко сказал Ирука своему мужу, когда они шли через парковку, одна рука держалась за руку Наруто. — Слава богу, что завтра мы пойдём к врачу. Они прошли через раздвижные стеклянные двери Trader Joe's, небольшого продуктового магазина с более «осознанным» снабжением. Наруто не соблазнится ни одним из этих брендов, просто потому что их там нет. — Итак, каковы правила? — спросил Какаши, зная, что таковые есть. — Ничего излишне обработанного или с большим количеством добавленного сахара, — щебетал Ирука, — я читал, что, как только ты начнёшь предлагать сладости, детей будет трудно заставить попробовать новые несладкие продукты, — сказал он, вытаскивая тележку из ряда других. — Он будет есть то, что мы едим. Теперь у нас есть почти полный контроль над его рационом, он узнает, что такое хорошая диета, благодаря нам. — Где ты это прочитал? — удивлённо спросил Какаши, найдя забавным, что Ирука явно провёл какое-то исследование. Однако то, что он говорил, имело смысл. — Мне нравится один блог о вегетарианской еде. Помнишь, я тебе показывал? Там ещё их дети помогают им готовить. О, да, Ирука часто об этом рассказывал. Они первыми делом попадают в продуктовый отдел, наполняя свою тележку разнообразными фруктами и овощами. Когда они свернули в один из проходов, Наруто заметил, что женщина средних лет уронила на землю немного денег. Он подошёл, чтобы поднять их, и мягко дёрнул её длинное пальто. — Вы уронили, — сказал он, глядя на неё своими невероятно голубыми глазами. — Спасибо, — ласково сказала она, тепло улыбнувшись ему. — Какой милый ребёнок! Где твои родители? — спросила она, желая похвалить манеры мальчика. Наруто указал на Какаши и Ируку, которые стояли в конце прохода. Какаши взял коробку хлопьев с изображением панды. — Нет, — сказал Ирука. — Но он любит хлопья, — сказал Какаши, и, если честно, он тоже их любил. — Я не смогу готовить ему изысканный завтрак каждое утро, детка. Давай будем реалистами. — Я реалист. Именно поэтому у нас всегда есть запас овсянки, — ответил Ирука. Какаши перевернул коробку, чтобы посмотреть на ингредиенты. — Здесь нет ничего плохого. Есть кукуруза, но это не ГМО. И это сертифицировано как органическое. Сахар — это сироп из коричневого риса… Ирука потянулся к коробке, когда к ним подошла женщина. — Кто из вас его отец? — нежно спросила она. Какаши и Ирука посмотрели на неё, держа обеими руками коробку с хлопьями в разгаре перетягивания каната. — Мы оба, — сказали они одновременно. — Что-то случилось? — Ирука последовал за ним, обеспокоенно глядя на Наруто, который выглядел счастливым и полностью невредимым. Она в замешательстве смотрела на них в течение минуты, её глаза аналитически скользили по ним, прежде чем остановиться на бейсболке Какаши. Она была чёрной, с вышитым оранжевым курсивом «гетерофобный». Надо было видеть её лицо, когда до неё наконец дошло. Какаши всегда закипал от этого. — Рожал я, — сказал он, кладя руку себе на живот. — Честно, без понятия, откуда взялись голубые глаза. Генетика загадочна, правда, дорогой? — сказал Какаши, кладя другую руку на предплечье Ируки. Она в ужасе ушла, когда Наруто засмеялся. — Мальчики не могут рожать детей! — Что ж, некоторые мужчины могут, Наруто, — сказал Ирука, хотя этот разговор пришлось бы отложить на другой день, когда они не будут ходить по магазинам. — Но Какаши просто вёл как клоун… Он впился взглядом в своего мужа, но когда Какаши нахмурил брови, он расплылся в улыбке. — Однажды эта кепка принесет много проблем, — сказал Ирука. — Наверняка, — ухмыльнулся Какаши, поправляя её. Ирука закатил глаза, когда они подтолкнули тележку, в которой триумфально стояли две коробки хлопьев.

***

Следующая неделя пролетела невероятно быстро. Они купили Наруто велосипед, который он выбрал сам — все детали были окрашены в оранжевый цвет — и научили его ездить на нём. Несмотря на царапины на локтях и коленях, из-за которых Ирука довольно сильно переживал, мальчик научился кататься довольно быстро. Он смог крутить педали без руководства Какаши всего через три дня. Был воскресный вечер, и они только что закончили ужинать вместе. Ирука сделал спагетти сам, добавив как можно больше овощей. Он понял, что Наруто не был таким разборчивым в еде, как ожидалось. Он перепробовал всё, и пока единственное, что он отказывался есть, были грибы, но Ирука подозревал, что это из-за текстуры. — Рюкзак собрал? — спросил Ирука, передавая тарелку Наруто. — Да! — сказал Наруто со своей скамеечки для ног, опуская тарелку в тёплую воду. Они все были заняты в данный момент: Ирука передавал посуду, Наруто мыл, а Какаши протирал полотенцем. — Нервничаешь? — спросил Какаши, вытирая тарелку насухо. — Нет, у меня есть Саске! — сказал Наруто. Какаши и Ирука весело переглянулись. Им было любопытно, почему этот яркий энергетический мальчик вцепился в тёмную массу недовольства. Вчера они отвезли их двоих в Детский музей, и хотя всё вызывало у Наруто любопытство и смехотворную радость, Саске воспринял это с равнодушием и раздражением, или, по крайней мере, Ируке так показалось. Какаши думал иначе. Ирука боялся, что отношение Саске отразится на Наруто. — Не забудь завтра выйти из автобуса с Саске, — напомнил ему Ирука. — И убедись, что твоё поведение приемлемо. — Хорошо. Когда последняя тарелка была высушена и убрана, Ирука повернулся к семье и спросил: — Кто хочет поиграть в «Mole Rats in Space»? Ирука имел в виду дурацкую совместную настольную игру, которую Наруто выбрал на днях в Target. Он полагался на командную стратегию для общения и решения проблем. Цель заключалась в том, чтобы помочь слепышам собрать припасы и добраться до спасательной капсулы до того, как на них нападут змеи. Если вы справитесь, побеждают все. Наруто тут же спрыгнул с скамейки для ног и побежал в гостиную.

***

Прошел месяц с тех пор, как они усыновили Наруто. Один прекрасный, обогащающий и меняющий жизнь месяц. Ируке не на что было жаловаться, кроме одного. У них с мужем не было секса почти три недели. Ладно секс, не было ни прикосновений, ни томных поцелуев, ничего. Это самый долгий срок их воздержания, насколько Ирука помнил, не считая того времени, когда он провёл в Канаде шесть месяцев. Они несколько раз пытались заняться любовью поздно ночью по инициативе Какаши, но Ирука подпрыгивал при каждом небольшом шорохе, не в силах расслабиться, разрушая малейший намек на интимный настрой, который был вначале. Излишне говорить, что желание начало лишь увеличиваться. Это был понедельник, выходной у Ируки, и всё утро он провел в спортзале, пытаясь снять напряжение, но, похоже, ничего не помогало. Ни поднятие веса, ни миллионы кругов, которые он проплыл, потому что. Он только что вернулся домой и собирался сам об этом позаботиться, но знал, что что бы он ни делал, он так и останется неудовлетворённым. Его мучила жажда, которую мог утолить только Какаши. Ему нужно было что-то сделать в ближайшее время, чёрт возьми. Он поднял трубку, чтобы позвонить Рин, желая узнать, когда она сможет присмотреть за Наруто, но тут же сбросил. Ему пришла в голову гораздо лучшая, более непосредственная идея. Вместо этого он позвонил в офис Какаши. — «Гуманное общество», сказал Какаши. — Эй, это я. Ты уже обедал? — Э-э, нет, — вздохнул он. — Меня заточили в офисе. Ненавижу бумажную работу. Боже, только услышав, как Какаши вздыхает в телефон, он потерял контроль. — Жду тебя в час в «Городской Мыши», — сказал он, вешая трубку, не давая Какаши возможности отказаться. Ирука распахнул шкаф и прикинул, что бы ему надеть. В итоге он достал пару оливково-зелёных брюк и свободный чёрный свитер. Он собрал волосы в беспорядочный пучок, а затем завернул их в кремово-красный платок с рисунком. Он вытащил несколько прядей, чтобы обрамить лицо, надел чёрные ботильоны на каблуке и направился к двери. Ирука уже сидел, потягивая горячий имбирный чай с мёдом, когда прибыл Какаши. — Извини, что опоздал. Задержали… — неопределённо сказал он. Когда он расслабился в своём кресле, он посмотрел на Ируку, впервые увидев его. — Что ж, ты выглядишь исключительно хорошо, — сказал Какаши, проводя языком по нижней губе. Он любил, когда Ирука вот так заплетал волосы. В этом было что-то очень женственное, но это нисколько не умаляло его мужественности, обеспечивая идеальный баланс. Затем его взгляд переместился на широкий воротник свитера Ируки, который открывал верх его выступающих ключиц. Какаши сглотнул, пытаясь подавить желание вонзиться в них зубами, чувствуя, как в животе нарастает боль. Страдал не только Ирука — сексуальное влечение Какаши было на высоте в лучшие времена, но от этого он чувствовал себя как котелок с обжигающе горячей водой, грозивший вскипеть при малейшем повышении температуры. Он попытался отвлечься, взяв меню.

***

Когда официант ушёл с кредитной карточкой Ируки, он вынул из кармана ключ от отеля и, не сказав ни слова, положил его в центр стола. Особенность этого ресторана заключалась в том, что он находился в вестибюле отеля «Аce», и Ирука смог очень быстро зарезервировать номер. Какаши откинулся на спинку сиденья и сделал глоток воды, когда увидел это. Он приподнял бровь и провёл рукой по волосам. После чего опёрся на стол локтями. — Это вызов, Ирука Умино? — ухмыльнулся он, изо всех сил стараясь выглядеть возмущённым. Официант принес их счёт и положил на стол, поблагодарив их, но ни один из них не отвёл глаз друг от друга. — Сколько до конца перерыва? — спросил Ирука, чувствуя, как его сердцебиение начало ускоряться от предвкушения. Какаши посмотрел на часы. — 20 минут.

***

Когда они вошли в лифт, там были и другие люди, что вынудило их вести себя спокойно. Но когда дверь их номера захлопнулась, они сорвали с себя цепи, разрушив комнату, как торнадо, сбив со стола туристические брошюры вместе с лампой, когда Какаши поднял Ируку. Какаши вылез из пиджака, а Ирука снял свой свитер. Руки Ируки потянулись прямо к узкому чёрному галстуку Какаши, а Какаши потянул за пуговицы на его штанах, их губы прижались друг к другу. Ловкими пальцами Ирука быстро расстегнул пояс Какаши, стягивая штаны с его задницы. Он втянул Какаши в страстный поцелуй, играя языком с чужим, засовывая его во все доступные дюймы рта, испытывая кайф от вкуса мужа. Он покусал и пососал нижнюю губу, прежде чем снова погрузиться в рот. Какаши скользнул руками под бёдра Ируки и грубо прижал к себе. Ирука в ответ обвил ногами талию Какаши, запустил руку в волосы и потянул за них. Какаши атаковал его шею серией влажных поцелуев, вонзив зубы в ключицу, которую он жаждал 15 минут назад, провёл языком по тому же месту, чтобы успокоить боль, прежде чем снова найти его губы. Ирука спрыгнул со стола, не разъединяя их рты, ведя его обратно к краю кровати, заставляя Какаши рухнуть на нее. Ирука стянул брюки Какаши до конца, прежде чем снять свои штаны. Он быстро расстегнул пуговицы на рубашке Какаши, подавляя желание без осторожности разорвать ее. К его полному удовольствию, Какаши не был одет в майку. Он провел ногтями по обнаженной груди, заставляя Какаши рефлекторно втягивать живот. — Ирука… — отчаянно начал Какаши, потянувшись к нему с прикрытыми глазами, но Ирука грубо взял лицо Какаши в ладонь, его пальцы впились в щеки, заставляя его замолчать. Он быстро развернул шарф вокруг своих волос и заткнул им рот Какаши, завязав его на затылке. — Молчи, — сказал он, рыча. Блядь. Он чувствовал себя неконтролируемым. Диким. Он хотел врезаться в Какаши всем своим телом. Какаши тяжело дышал через нос, сладкий запах его мужа проникал в лёгкие на вдохе. Шарф был пропитан им всецело, отчего его гормоны пришли в неистовство. Какаши попытался схватить резинку своих трусов, но Ирука силой убрал руки, прижимая их к кровати за запястье. — Нет, — сказал Ирука. Какаши бросил ему вызов, его грудь тяжело вздымалась от затруднённого дыхания, но то, что он там обнаружил, потрясло его: одного взгляда Ируки было достаточно, чтобы прижать его к кровати. Ирука снял трусы Какаши, прежде чем снять свои собственные. Он решил не снимать рубашку Какаши, ему понравилось, как белая ткань обрамляла подтянутый торс его мужа. Он подошел оседлать Какаши, неся с собой смазку. Он провел пальцем по ребрам Какаши, пройдя по лицу черного дракона, прежде чем опустил ту же руку вниз, чтобы коснуться себя. Какаши тяжело вздохнул, наблюдая за ним, двигая бедрами под Ирукой. Ирука закрыл глаза, взяв пригоршню рубашки Какаши в руку, работая вместе с другой. Он закусил губу, пытаясь не согнуться пополам от прикосновения к телу Какаши. Он выровнял эрекцию Какаши своей собственной, обнял их обеими руками и снова начал надрачивать. Голова Какаши от удовольствия откинулась назад, единственное, что могло оторвать его взгляд от шоу мужа. Вот и всё. Он больше не мог этого выносить. Доминирующая энергия Какаши поднималась в нём, как прилив, желая обрушиться на тело его мужа. Он попытался подняться с кровати, но Ирука прижал его предплечьем, удерживая за шею. Он применил значительную силу, сильно надавливая подбородком. — Я сказал нет. Ты будешь послушно лежать там, пока я буду тебя трахать. Когда Ирука отпустил его, Какаши закашлялся и забрызгал слюной под кляпом, но это только усилило его потребность, сильно возбудив его — Какаши любил, когда с ним так обращались. Если бы он мог говорить, он бы сказал «Да. ДА. Пожалуйста, трахни меня до чёртиков, гребаный сексуальный мужчина. Я прошу тебя». Но так как он не мог, то передал это своими глазами, посылая пылающий взгляд в сторону Ируки, отчего у того перехватило дыхание. Ирука отчаянно смазал пальцы, зная, что ему придётся подготовить Какаши. Он не часто бывал снизу, поэтому, когда Ирука вошёл вторым пальцем внутрь, Какаши схватился за его бедро. Ирука чертовски сильно пытался проявить терпение, но он больше не мог. Он знал, что причинит Какаши некоторую боль, но часть его не заботилась об этом, настолько он был охвачен желанием, и он знал, что Какаши тоже. Он, вероятно, проклинал его прямо сейчас за то, что он так затянул. Ирука разорвал презерватив, намотал его, смазал и без предупреждения вошёл в Какаши. Какаши приглушенно вскрикнул, его тело напряглось, прежде чем расслабиться рядом с Ирукой. Ирука начал толкаться медленно, осторожно, давая Какаши время приспособиться, но когда Какаши поднял ногу над его плечом, предоставляя ему лучший угол для работы, и Ирука погрузился глубоко. — Coño, ты такой напряжённый, Какаши, — сказал Ирука, его дыхание стало прерывистым. Он больше не мог быть аккуратным. Он вцепился в бедра Какаши и вошёл в него сильно и быстро, вдалбливаясь в него, вызывая приглушенные стоны, вырывающиеся изо рта Какаши. Он направил всё накопившееся напряжение в свои движения, втрахивая Какаши в матрас. Он смотрел, как его муж сжимал простыни пальцами, прежде чем схватить Ируку за руки, а затем упал, чтобы снова отчаянно схватиться за кровать. Его лицо начало краснеть из-за его неспособности получать достаточно кислорода. Вид его мужа, корчащегося от удовольствия, почти страдающего от его интенсивности, заставил его собственный оргазм достигнуть пика. Он сделал несколько заключительных толчков бедрами, его стоны выходили короткими рывками, прежде чем он затрясся от удовольствия, спуская в задницу своего любовника. Какаши кончил через несколько секунд, выпустив горячий беспорядок по всему своему животу. После того, как последние волны прошли сквозь них, Какаши поднёс руки к кляпу и развязал его, позволив платку упасть на шею. Он задыхался, когда Ирука вышел из него, рухнув на матрас. — Что. Чёрт возьми, — тяжело дышал Какаши, — это было? На долю секунды Ирука запаниковал, что Какаши расстроен. — Ирука… это было… так жарко… как… — он замолчал, потеряв дар речи, закрыв глаза руками в явном недоумении, его грудь всё ещё вздымалась. –… Я кончил, даже не коснувшись члена… Какаши снял шарф с шеи, прежде чем ударить Ируку по груди. — Ты кончил прямо в меня, — засмеялся он. Если бы щёки Ируки уже не были розовыми, Какаши увидел бы, как он покраснел. — Завтра твоя задница будет болеть, — ответил Ирука, забрав у него шарф. — Это того стоило. — Правда? — Да, чёрт возьми. Если это то, что будет происходить после того, как мы воздерживаемся от секса какое-то время, может, нам стоит воздерживаться чаще, — поддразнил Какаши. — Возьми свои слова обратно! — закричал Ирука, перевернувшись на бок и зацепившись ногой за тело Какаши. — Ты же не всерьёз! — Как будто я мог сопротивляться тебе так долго, — улыбнулся Какаши, обхватив задницу Ируки рукой, прежде чем взглянуть на часы. — Мне пора, — простонал он, приподняв Ируку за подбородок и поцеловав. Он двинулся, чтобы встать с кровати. Ирука сел, когда услышал, как включился душ. Он выключился через минуту, и его муж вышел в полотенце. Он смотрел, как Какаши одевается, вставая, чтобы помочь ему с галстуком. Какаши уступил, позволив Ируке сделать это за него, воспользовавшись возможностью, чтобы пройтись глазами по каждому дюйму лица мужа, включая лёгкий шрам, проходящий по его носу и щекам. Какаши никогда не переставал поражаться его красоте. Это было так чертовски… естественно. Его взгляд упал на губы Ируки, и он почувствовал, что снова возбуждается, образы того, что только что произошло, мелькали в его голове. Ирука уже много раз побеждал, но на этот раз всё было по-другому. Что-то, что заставило его жаждать большего. — Ты погубил меня, — сказал Какаши. — Теперь у меня будет кризис идентичности. Поскольку голод Ируки был удовлетворён, та же энергия больше не протекала через него. Первым его побуждением было почувствовать смущение и застенчивость, но он не мог не принять это как высший комплимент. Какаши будет тосковать по нему сейчас? Это было что-то новенькое. Что-то, с чем он мог бы… поиграть. — Ну, нам по 30. Самое время для кризиса среднего возраста, — поддразнил Ирука. Какаши засмеялся, прежде чем вовлечь его в поцелуй. — Ты гений, ты это знаешь? — Это был неплохой план, не так ли? — Ирука улыбнулся, и на его щеках стали заметны ямочки, те самые, от которых у Какаши подкашивались колени. Какаши посмотрел на своего всё ещё обнажённого мужа. — Разве ты не собираешься одеваться? — спросил он, хотя и не собирался жаловаться. — После душа. — Может, тебе сначала стоит надеть ботинки, — сказал Какаши, глядя на двухдюймовый каблук. — Извращенец, — сказал Ирука, втянув его в ещё один поцелуй. — Ух, — простонал Какаши, которому трудно оторваться от губ мужа. — Увидимся дома. Я ожидаю, что ты будешь ждать меня, голый, в одних только этих сапогах. — Боюсь, ты найдёшь меня за кухонным столом, полностью одетого, помогающего нашему сыну с домашкой. — Хм, — Какаши промычал, — это тоже сексуально. Возьму на заметку. — Иди уже, — засмеялся Ирука, снова чувствуя, как краснеет. — Пока не опоздал. Какаши бесстыдно бросил на тело своего мужа последний взгляд, прежде чем повернуться к двери. Как он собирался вернуться к работе сейчас, он понятия не имел.