Прямой контакт

«Как же много может случиться за два дня... Хотя, за время войны с Кайдзю пора бы уже к этому привыкнуть». - Райли снова чувствовал, что лжет себе. Привыкнуть к такому было просто немыслимо. Далеко внизу, по ту сторону круглых окошек вертолета, мелькали улицы Сиднея, гораздо более солнечного и приветливого, чем Гонконг, но пострадавшего не меньше. Не задержись высылка «Страйкера Эврики» с экипажем из страны, город лежал бы сейчас в руинах. Парню хорошо запомнилось трогательное прощание собратьев-ученых под непрестанным ливнем на пристани базы Шаттердом в Гонконге. Ньютон выскочил из-под зонта, который заботливо несла над ним медсестра, чтобы еще раз, в самый последний момент что-то сказать Герману, чье обеспокоенное лицо белело из-за широкого плеча Геркулеса Хэнсена. Мокрые насквозь и взволнованные не меньше, теоретик и практик в последний раз обменялись чем-то смешливо-сокровенным, а потом, совершив очередную перебежку под зонт и отчаянно борясь со слабостью, Гейзлер поплелся вверх по трапу вслед за Райли, ежесекундно оглядываясь назад. Удивил Райли и доктор, встретивший их уже на корабле. Высокий и загорелый, с короткими каштановыми волосами и грубоватым, волевым лицом он чем-то напоминал Пентекоста. Он вежливо извинился, что не смог встретиться с ними на берегу, потому что помощника штурмана случился приступ, и ему пришлось срочно вернуться на борт, успев поговорить только с миссис Ханниган. - Да, совсем забыл представиться: доктор Уитмен. – Добавил мужчина, протягивая руку. - Дин Уитмен? – рассеянно переспросил Ньютон, поправляя забрызганные дождем очки и ошарашенно вглядываясь в лицо высокого человека. В этот момент где-то внизу, глухо и мощно заработал мотор корабля, оживляя мерным гулом его металлические лабиринты. - Да, столько времени прошло, – кивнул доктор Уитмен все с той же непроницаемо-вежливой улыбкой, – не знал, что тебя так далеко забросит. - Я тоже… - Гейзлер оглянулся сначала на Райли, вконец озадаченного этой сценой. – В общем, доктор Уитмен – мой школьный…эээ, приятель, да. – На его щеках снова выступили алые пятна. - Не ври мистеру Беккету, мы друг друга ненавидели, - добавил Дин Уитмен и расхохотался, еще раз дружески сжимая руку Ньютона, который тоже попытался засмеяться, но вышло это до ужаса неискренне. «Маленькая близорукая шлюшка! Кому мы сегодня разукрасим физиономию?» - насмешливо пропел знакомый голос у него в голове, и оставалось только молиться, чтобы этого не почувствовал Райли. И правда, столько времени прошло, причем тут, казалось бы, детские обиды? Так «Минерва-Вэрриор» покинула порт Гонконга. *** После тридцати семи часов пути, порвавшееся сквозь тяжелую завесу дождя безоблачное вечернее небо Сиднея казалось призрачным и нереальным. Ньютон, пошатываясь от головокружения, запрокинул голову, подставляя своё исцарапанное лицо этому неяркому, нежному свету. В прохладном воздухе витал запах топлива, свежей рыбы, морской соли и жизни. Впервые за долгое время это можно было определить безошибочно, словно не было страшных двенадцати лет. Вертолет уже ожидал их поодаль, оцепленный группой военных, не пропускавших внушительную толпу журналистов и обычных зевак. Широкий винт медленно раскручивался, поднимая наполненный морской влагой ветер. «Настоящий Американец возвращается домой», - приправленная горькой иронией, эта мысль промелькнула в голове Райли Беккета. Но самое странное в ней было то, что мысль эта принадлежала абсолютно не ему. Усевшийся рядом Ньютон обеспокоенно щелкнул пальцами у него перед носом: - Снова это слышишь? – ученый понизил голос до шепота, хотя окружающие и так не смогли бы услышать его из-за шума винта. - Знаешь, Ньют, мне хочется услышать даже больше, - отозвался Райли таким же свистящим полушепотом, наклонившись к нему, и как бы нечаянно задев губами мочку уха Гейзлера. Образ мальчика с кровоточащим лицом не выходил у него из головы, а при долгом присутствии доктора Уитмена рядом, становился нетерпимо реалистичным в сочетании с чередой неясных фраз, которые не было возможности разобрать. Слишком уж быстро они сменяли друг друга в услужливо открывающейся ему памяти Ньютона. Сам же Дин Уитмен, уже успевший что-то сказать человеку в кабине пилота, наконец вернулся к ним. Заслоняясь от сильного ветра, он захлопнул тяжелую дверь в боку вертолета и, усевшись, наконец, на свое место, еще раз ободряюще улыбнулся: - Взлетаем! Медсестра все это время искавшая что-то в своем чемоданчике подняла глаза на биолога и покачала головой: - У вас, видимо, снова поднимается температура, мистер Гейзлер. – Её серьезный, но равнодушный тон сильно контрастировал с беспокойной заботливой Розой, и сложно было сказать, хорошо это или плохо. Ньютон откинулся на спинку своего сиденья, приподняв на лоб очки и прикрыв горящие глаза рукой. В этот момент ему казалось, что каждый из присутствующих отчетливо слышит его истеричные, путающиеся мысли. *** Следующие несколько часов они провели в центральном госпитале Сиднея. Там было светло, стерильно, и уныло, как и в любой больнице. Хирургическое отделение было переполнено пострадавшими от недавнего нападения последнего для Австралии Кайдзю, но даже здесь ощущалась нескрываемая радость. «О победе приятно слышать и с забинтованной головой, и со сломанными ребрами», - шутливо сообщил Уитмен, пока они поднимались в лифте. …Яркие татуировки чудовищ на шее и плече Ньютона выглядели теперь как добротная картина на холсте, изуродованная каким-то неизвестным и опасным вандалом. Раствор, ускоряющий восстановление кожных покровов, нанесенный после операции, делал своё дело, однако бесформенные красные пятна разъеденной кожи все равно выглядели весьма плачевно. Лежа на широкой прохладной кушетке и отрешенно вглядываясь в свое отражение в зеркале на потолке, ученый огорченно выдавил: - Большой Кайдзю жестоко расправился с маленькими… - Главное, что он не прикончил маленького человека, которому, к слову, очень повезло. – Отозвался Дин, попутно разглядывая листки с результатами анализов. – Мистеру Беккету его руки нужнее, чем тебе твои портаки, и он, как видишь, не возмущается. Я бы даже написал об этом статью, пожалуй. С вашего разрешения, естественно, - Он вопросительно обернулся к Райли, который сидел за его столом в белоснежном, как и все вокруг, кожаном кресле, осторожно сложив на коленях руки, бинты на которых уступили место большим восстанавливающим пластырям . Полторы недели спустя пластыри можно будет снять вместе с остатками старой обожжённой кожи, под которой к тому времени сформируется новая. Ту же процедуру ассистентка Уитмена в данный момент проводила и с Ньютоном. - Мистер Уитмен, а что касается токсинов? - Тут все просто, - врач комично покачал головой и присел на краешек стола, - они не при чем! - Что-о? – Ньютон чуть не подпрыгнул на месте. - Ну да, их содержание, что у тебя в крови, Ньютон, что у мистера Беккета, высокое, но, как ни странно, не смертельное. Суть проблемы кроется гораздо глубже. В общем, предыдущие пациенты, погибшие от прямого контакта с вспомогательным мозгом Кайдзю, а именно, с его проводящей жидкостью,как бы это помягче выразиться... сходили с ума, и оба погибли от обширного инсульта вследствие шока, вызванного галлюцинациями. Вот так вот. – Уитмен кивнул и небрежно бросил кипу бумаг на стол. – Я решил, что миссис Ханниган этого не стоило знать, она чересчур эмоциональна, и это помешало бы ее компетентности, поверьте. - Выходит, главная опасность – травма центральной нервной системы? – Ньютон чуть ли не задыхался от волнения, ерзая на кушетке и мешая медсестре работать. - Именно. Правда, чтобы два человека одновременно подверглись этому – вообще первый случай в моей практике. Но ты живучее создание, Гейзлер, это я еще в школе уяснил. - Ну всё, рейнджер, - медленно проговорил ученый, корча самому себе рожицы в потолочном зеркале, - попахивает шизофренией… - А что, что-то происходит? - живо поинтересовался Дин. Райли не успел и рта раскрыть, как Ньютон его опередил: - Нет-нет, мистер Беккет теперь всего лишь в подробностях знает, как ты в старших классах чуть не вышиб мне мозги кое из-за кого! И я ему этого не говорил. Ну как, хорошенькая галлюцинация? – его торжествующе-увлеченный тон произвел сильное впечатление на доктора Уитмена. А в мозгу Райли наконец, из хаотичной череды фраз и имен вырвалось одно-единственное: - Эллен… Эллен Крид… господи, Ньютон, это какая-то чертовщина! Ее имя называл тот парень из твоих воспоминаний. - Да, я только что об этом подумал. Загорелое лицо Уитмена побледнело на глазах. Он неловко порылся в карманах, извлекая пачку «Винстона» и зажигалку, переводя изумленный взгляд то на Беккета, то на Гейзлера. Потом так же медленно достал сигарету и щелкнул зажигалкой: - Мистер Уитмен! Вы же ненавидите, когда в вашем кабинете курят! – воспротивилась медсестра, до этого момента никак не реагировавшая на происходящее. - К черту, что я там ненавижу! – раздраженно воскликнул Дин, затягиваясь, - кстати, мистер Беккет, мне стоит представиться еще раз, и он нервно протянул руку рейнджеру: - Ублюдок Ди, «парень из воспоминаний», будем знакомы. Лучше б это было просто отравление, ей-богу!