Приходи ко мне, Серёжка

Без вас хочу сказать вам много, При вас я слушать вас хочу; Но молча вы глядите строго, И я в смущении молчу. Что ж делать?.. Речью неискусной Занять ваш ум мне не дано… Всё это было бы смешно, Когда бы не было так грустно… (М. Лермонтов) Антон повторял строчки стиха на разный лад вновь и вновь, заучивая наизусть. Для четвёрки по литературе ему надо было сдать ещё три любых стихотворения. Не будь дураком, он выбирал самые короткие, и кто виноват, если смысл перекликался с его ситуацией. Кира, по паспорту Карина, была его любовью, и, как часто это бывает, она сама об этом не знала. Из её уст фраза «Антоша, ты мой лучший друг» звучала, как выстрел в сердце. Он делал для неё всё: давал списать, ходил с ней в кино, отправлялся на эти тупые фестивали аниме, разрешал оставить на хранение у себя её косплеи и весь остальной анимешный хлам. Он до сих пор помнил этот неудобный разговор с матерью. Абсолютно правдивое объяснение было воспринято ей очень скептически, но разговор после больше не поднимался. И разве он урод? Чёрные волосы, голубые глаза с большими ресницами, большая нижняя губа и слегка пухлое лицо. Вроде такие нравятся девочкам. Когда он был маленьким, его матери подруги говорили о том, какая у неё чудесная девочка. Вспоминая это, он всегда стригся коротко и старался носить только «пацанскую» одежду. Он не понимал, что он делает не так. Убедившись, что весь текст плотно закрепился в голове, одиннадцатиклассник принялся за поиски ещё коротких стихов в учебники. Молодая, с чувственным оскалом, Я с тобой не нежен и не груб. Расскажи мне, скольких ты ласкала? Сколько рук ты помнишь? Сколько губ? Знаю я — они прошли, как тени, Не коснувшись твоего огня, Многим ты садилась на колени, А теперь сидишь вот у меня. (С. Есенин) — Прекратите, дохлые поэты, меня стебать, — вспылил подросток, бросив учебник на стол. Четыре месяца назад на очередном Коне, вызывающий косплей Киры вызвал повышенное внимание, и с ней хотел сфотографироваться каждый задрот. Она пересидела на куче коленок, её поднимали на руки, смущённо обнимали. Со всеми она сделала фотки, кроме Антона, а в конце дня на его просьбу селфи с ней, отказала, сославшись на усталость. Тогда он был сильно зол на неё, и не испытывал стыда за свой поступок. Из оставленной у него на день сумки с костюмом он вытащил её трусики и оставил их себе. Костюм, вернувшийся на хранение, после стирки был уже укомплектован свежими трусиками. И, как говорится, шалость удалась. В квартире было пусто: родители ещё не скоро вернутся с работы. Воспоминания пригнали кровь к тазу, и у парня не осталось выбора, как приспустить штаны и включить видеоролик из запароленной папки. Раздавшийся было голос актрисы был убавлен на минимум. Поколебавшись для виду, Тоха достал из дальнего угла нижнего ящика те самые свёрнутые трусики. Они до сих пор хранили аромат Киры. Расправив их в руках, он представил округлости девушки, как трусики пытались убежать вверх, и как она их поправляла. Рука опустилась вниз и, крепко сжавшись, принялась за дело. Ролик, идущий по компу, был проигнорирован в процессе. Пыхтя, парень лежал на разложенном диване, напротив стоял компьютерный стол, дальше по узкой комнате был шкаф с зеркальной дверью и книжной полкой. На полу лежал ковёр с толстым ворсом, стул от стола и прикрученный к стене турник служили вешалками. Если выйти из комнаты, то справа обнаружится санузел, а слева — коридор, упирающийся в комнату родителей. Ровно посередине коридора напротив входной двери была кухня. Ручка на входной двери повернулась, и резко открылась. У Антона в семье не было принято закрывать дверь, если кто-то дома. Район был спокойный, консьерж в подъезде, шанс случайных незнакомцев был минимальным. — Тоха! Ща тебе такое покажу — оборжёшься, — оглашая во все легкие квартиру, ворвался Серёжка. Это был школьник со светлыми непослушными взъерошенными волосами, прямым носом, карими глазами с парой точек-родинок под одним из них, узкими губами и ямками на щеках от постоянных улыбок. Серёга был другом Тохи с детсада, жил на этаж выше, но мама Антона считала, что живёт он у них. Сергей почти каждый день заходил к ним, и никто не был против. Он был хорошим мальчиком, всегда заступался за друга, был готов прикрыть, и разделял все интересы Антона. Застав друга сидящим на диване перед монитором с рабочим столом, парень ехидно заявил: — Дрочишь небось. — А ты посмотреть хочешь? — парировал Антон, с горящим лицом. — Да у тебя там смотреть не на что. Пеструнчик наверно ещё не вырос. Ты ещё мальчик, вот поживёшь с моё, глядишь и отрастёт. Сергей был старше на 2 месяца и ему уже исполнилось 17 лет. Разницу в возрасте он постоянно выпячивал, начав это делать ещё в младшей школе. И никак не мог остановиться, шутка с годами принимала самые разные формы, и не надоедала друзьям. — Да у тебя, старичка, уже наверно и не стоит ничего, а член среди морщин не найдёшь. — Слабовата ответка. Ща я те рофл покажу. А это что у тебя? — снова сбился с темы своего визита парень. Палец блондина указывал на забытые на кровати трусики Киры. Спутать с пацанскими их было трудно. Они были короче, на тонких верёвочках и в розовую полоску, а кусок спереди еле прикрывал лобок. Рванувшись и схватив их, он хотел ещё подразнить приятеля, но тот оказался проворней и стремглав вырвал из рук свою прелесть. Пряча обратно в ящик бельишко, брюнет стал совсем пунцовый. — Это чё? Она тебе дала? — с живым любопытством спросил Сергей, не уточняя, что именно дала. — Нет, — отвернувшись, тихо отвечал пойманный с поличным вор трусиков. — Я их стащил. Она даже не думает встречаться. Ни с кем. Я ей друг. Любит она только аниме. Тоха шмыгнул, продолжая упорно изучать противоположный угол. Если бы это был не Сергей, он, наверное, вместо ответа, просто соврал бы или отшутился. — Я тебе говорю, бабы того не стоят, — неуверенно сказал кудряш, копаясь у себя в сумке. — А ты прям знаток стоимости людей. — Я тебе говорю, что нет ничего лучше крепкой мужской дружбы, — говорил Серёга с усмешкой залезая на диван с ногами. — Смотри! Всё ещё красный школьник повернулся на оклик. Перед его лицом покачивался здоровый ярко-розовый фаллос, высунутый из ширинки, похоже, уже бывшего приятеля. — Бац хуем по лицу, и печаль ушла, — выкрикнул Сергей и выполнил озвученную инструкцию. — Ты ёбу дал?! — Бац ещё раз. — А ну дай сюда, — сказал получатель шлепков, сообразив, что член не был родным членом приятеля. Это была игрушка для взрослых, только имитирующая форму мужского хозяйства. Шутник просунул его через ширинку и продолжал пытаться ударить по лицу ещё раз. Хозяину комнаты удалось ухватить за конец, и он стал активно дёргать пытаясь вырвать силиконовую игрушку. Его приятель, ухватившись двумя руками за другой конец, не давал ему сделать это. — О да, продолжай мне надрачивать, и я оболью тебя своим молочком, — уже гогоча, нагнетал Серёжа, ослабив хватку. — О, теперь справедливость на моей стороне, — победоносно воскликнул Тоха, выхватив искусственный член. — Теперь ты поплатишься! Держа изделие как дубинку, с мошонкой на конце, он замахнулся на отступающего друга. Серёжка спрыгнул с кровати с планом закрыться в туалете, пока друг не успокоится. Запутался в своих расстегнувшихся брюках и упал на пол. На упавшего обрушились удары, больше ранящие достоинство, чем тело. Попытка встать была пресечена оседлавшем его другом. Сначала тот попытался «напихать резиновой писькой в рот», но со спины это было не сделать. Тогда он развернулся и стал тыкать розовой дилдой в зад, приговаривая: — Ща я тебя этой дилдой оттрахаю! Гибкая игрушка при очередном движении изогнулась и залезла под трусы. Неудобный момент заставил прекратить экзекуцию, чем и воспользовался всё ещё хохочущий блондин. Он в начальной школе ходил в борьбу, в отличие своего Антохи, которого родители отдали в атлетику. Вывернуться, захватить, перебросить, прижать, и теперь ситуация развернулась на противоположную. Сергей теперь сидел верхом, прижав руки приятеля к полу и удерживая ноги своими ступнями. — О да, кто красавчик, кто кого ещё оттрахает? — куражился борцуха, в этот момент толкая своими тазом пятую точку врага. Антон был полностью прижат и не мог пошевелиться. Он пытался отдышаться от шуточной потасовки, но дыхание никак не успокаивалось. Беснование друга заставляло елозить туда-сюда животом по мягкому ковру. Неожиданно для себя он обнаружил жёсткую эрекцию. Краска снова залила его лицо, а предательское дыхание никак не успокаивалась. — Всё, отстань. Закончили. Ты победил, — с обидой в голосе сказал он. Дружбан сразу отпустил его, подтянул штаны и исполнил победный танец. Проигравшая сторона же быстро удалилась в санузел. — Эй, ты чего? — заметив исчезновение приятеля спросил Сергей. Закрывшись, Тоха включил холодную воду и умылся. Затем спустил штаны и смыл смазку скопившеюся на головке. Побрызгал на приятеля, тот возмутился и опал. Одевшись и осмотрев в себя в зеркало, парень спустил воду и вышел. — Я чуть не обоссался от твоих прыжков. — Хуевая отмазка. Серёга внимательно смотрел в монитор, где шёл ролик выключенный Антоном при его приходе. Рядом лежало дилдо. Антон, взяв в руки, стал рассматривать его внимательно. На головке он нашёл дырку уретры, потыкал в толстые вены, оплетавшие изделия, а потом с силой посадил на стол присоской. Резиновый член слегка приуныл но продолжал возвышаться. — Откуда ты его взял? — У сестры одолжил. — А она, что из него выросла уже? — Я его у неё в гардеробе нашёл, когда новогодние игрушки убирал. В коробке из-под обуви хранила. Смотри, как он может. Парень ухватился за основание, но не смог оторвать и просто потряс его. Фаллос в ответ заходил ходуном. — Прикольно же. — Серёга, ты дебил! — поставил диагноз другу Антон. — Да прикольно! Просто ты человек нищий духовно. — И мне это говорит человек ворующий искусственные письки у сестры. — От вора трусиков слышу. Немного помолчав, глядя на то как здоровяк тащит тощую голую девчушку на кровать на экране компа, хозяин квартиры нажал пробел. — Хватит пялиться, отвлекает. — А чего делать? — Домой унеси этого переростка, он мне интерьер портит. — Ничего он не переросток, просто у тебя член комариный. И в сравнении тебе кажется он большим. Член чуть больше обычного. Вон у того парня тоже здоровый. — Там девка маленькая. А эта дилда пиздец огромная и толстая. — Чего ты доебался? Если хочешь знать у меня почти такой же, а у тебя просто не вырос ещё. — Чего ты заладил: не вырос, не вырос. У тебя тоже не вырос тогда. Мы с тобой сколько раз в душевых мылись — у тебя не больше моего. — А ты в душевых у друга член разглядываешь. Как я и говорил, нищий духом. — Давай проверим, а то твой пиздеж не остановить. — Как ты проверять собрался? — уже с уходящей на убыль усмешкой спросил Сергей. — Вот образец, вот метод, — указав на монитор, заводился брюнет, — а член у тебя в штанах. Я надеюсь ты его дома не забыл, как ту супер-крутую фигурку спайдермена. — Да сколько раз говорить, потерял я её! Была она у меня, чего ты вспоминаешь это каждый раз. — Ну чего, слабо или боишься опозориться? — Это как-то по-гейски. — Ты меня только что по лицу хером резиновым бил. — Хорошо, но не подсматриваем. — Камон, как проверять будем тогда? — Я в том смысле, не пялься. — Даже и не думал. По рукам? Пожав руку другу, Антон нажал на пробел, позволив здоровяку совершить пенетрацию девицы. Резко, пока не успел передумать, стянул штаны, бухнулся голым задом на диван и с наигранным интересом начал смотреть, пытаясь поднять своё хозяйство. Сергей неуверенно слегка приспустил штаны и вытащил «своего» и так же, не поворачивая голову в сторону соседа по дрочке, стал подготавливаться к сравнению. Зачинщик сидел как парализованный, уставившись в картинку на экране, только рука ходила по стволу. Член не отзывался на ласку, оставаясь мягким. Антон попытался сменить позу, но сделал только хуже. Тогда он глубоко вздохнул и расслабился, позволив себе развалиться и шире раздвинуть ноги, задев коленкой бедро друга. Рефлекторно повернув голову, в ответ на прикосновение, он мельком подглядел, чем занят Серёжка. Тот неуверенно водил кожу по головке. Добиться прилива крови ему тоже похоже не удавалась. Уши недовуайериста загорелись огнём, и его пенис начал прибавлять в объёме. Усиленно возобновив движения, он добился максимального размера, и произнёс слегка запыхавшись: — Ну как, готов? — Подожди, не мешай. Голозадый хозяин продолжал начищать ствол для поддержания объёма, смотря ролик, где девушка пыталась проглотить явно не влезающий в неё предмет. — Как думаешь, где приятней во рту или в пизде? — подал голос гость. — В пизде, там же зубов нету. — Ну если про зубы не думать. — Ты всегда, когда дрочишь, разговариваешь? — Не подкалывай, просто расслабиться пытаюсь. Ну так где? — Ну в пизду можно глубже засунуть, и она туже. — А ты прям знаешь, что туже. Я думаю в рот круче, там язык есть. Можно в глаза посмотреть, волосы погладить. А глубже там глотка есть. Антон украдкой глянул ещё раз, член друга уже приподнялся, но надо было ещё подождать. Антон продолжал держать тонус своего хозяйства. — И когда спереди трахаешь, тоже можно в глаза смотреть, и ещё сиськи помять. — Сиськи — забава для подростков, мужики предпочитают крепкую жопу. — Ага, мужскую. — Может ты и предпочитаешь. А я так по женским больше. О, секунду. И. Готов. Давай сравнивать. Одновременно парни уставились на приборы друг друга. Тохин член был гладким и загибавшимся к лобку на котором было совсем немного волос. Пенис Серёжки выглядывал из курчавых волос и смотрел влево, сверху шла большая вена. — А чё он у тебя кривой? — Какой, блядь, дали, тем и пользуюсь. Но мой больше. — Да нихуя. — Это из-за волос. Сейчас прижму и посмотри. — Да, не, у тебя просто толстый уродец. — Да, больше у меня. Вот встань рядом со мной. Парни встали напротив друг друга. Пригнув члены руками и стараясь не соприкоснуться ими, они пытались поставить их параллельно. Антон видя, что товарищ прав и его член действительно чуть длинней, может на сантиметр, может на два, начал юлить, стараясь не проиграть. — У меня наверх загнут. — Да ты его уже рукой выпрямил. — Ты выше, и член твой выше, вот и кажется, что он больше. Входная дверь громко стукнула. Громко стукнули сердца у приятелей. И совсем тихо стукнулись члены. Время потянулось медленно. Сергей видел, как расширились глаза друга от удивления, и как из его члена выстрелила струя знакомой жидкости. Дилдо красовалось на столе, на экране широко раскрыв рот кричала девушка, а трусы со штанами друга лежали на полу. — Убери всё, — вполголоса шепнул блондин, и, застёгивая штаны, побежал из комнаты. — я встречу. Во входную дверь прошли родители Антона. — Здравствуйте, Сергей Петрович. — Здорово, тёзка. А где друг твой? — Да он доту играет, не может отойти. Тётя Марин, здравствуйте. — Возьми пожалуйста, Серёжа, сумки и на кухню отнеси. Серый взял сумки и унёс в кухню. Тётя Марина разулась и прошла в комнату справа, не снимая куртки. Глава семейства присел на тумбочку у входа. Сергей успел выложить уже содержимое сумок на стол и убрать часть в морозилку, когда к родителям вышел слегка контуженный Антон. — О, Тоша смог всё-таки оторваться от своей игрушки, — поприветствовал сына отец. — Чего вы так рано, ещё же нет даже шести? — Родители домой пришли, а он не рад. Пора значит выставлять тебя из дома жить отдельно. — Да рад я. Просто без ума, как рад. — Мы на минутку заскочили, и сейчас в сад поедем. Уже тепло, пора картошку посадить, — говорила мать из родительской комнаты. — Вернёмся в воскресенье, мать тебе купила пельменей, колбаски. Два дня проживёшь — не маленький. В прихожую с двумя огромными сумками вернулась мама Антона. — Марин, куда нам столько? — Пригодится. Можешь, конечно, пельмени есть, но лучше пожарь котлеты и свари картофель. И съешь что-нибудь из овощей. — Картошка же овощ. — Клубень! Завтра тебе к какому уроку? — К третьему. — Позвоню и проверю. Веди себя хорошо, — сказала Марина, прижала и поцеловала сына в макушку. — Покеда, бойцы. — До свидания, — выдавил Сергей, до сих пор стоявший молча в дверном кухонном проёме. Родители так же быстро как и пришли, покинули помещение. Молча парни вернулись в комнату. Диван был сложен, розового члена нигде не было видно, монитор выключен, но запах спермы повис в воздухе. Антон приоткрыл окно. А Сёрега включил монитор, запустил ролик и, спустив штаны, сел на диван. — Дай салфетку. — Ты ничего не попутал? — Хорош! Ты кончил, я нет. Должен знать, как зудеть всё начинает, когда недодрочишь. — В туалете иди. — Не гостеприимный ты хозяин. Антон промолчал, вышел из комнаты и вернулся с несколькими бумажными полотенцами. — Давай только быстро. Сергей же уже старательно работал рукой. И даже не повернулся в сторону друга. Гостеприимный хозяин сел на противоположную сторону дивана, делая незаинтересованный вид. В действительности его взгляд постоянно примагничивался к дружку друга. Уши и лицо его попеременно вспыхивали, давая сигнал отвести взгляд. Финиш произошёл довольно быстро, и, стерев выделения, довольный гость обратился к хозяину: — Ну как расплатишься? — Ты о чём? Мы ни на что не спорили. — У меня больше, значит я выиграл. — Так ни на что не спорили, и у тебя почти такой же как у меня, и только с половину того розового чудовища, что ты приволок. Антон помолчал. Затем добавил. — Но спасибо, что прикрыл, я сильно растерялся. — Ты у меня в неоплатном долгу, ты хочешь сказать? — Нет, я хотел сказать: спасибо. — Скажи, ты мне друг? — ловя взгляд спросил Сергей. — Заебал, Серый, говори конкретно, чего хотел. — Помоги мне сделать фотки будто у меня есть девушка, — с надрывом выпалил блондин. — Я в фотошопе максимум член возле рта могу вклеить. — Ты не понял. У нас с тобой никогда особо секретов не было. А я после вот этих вот событий, понял: Я для тебя, что угодно сделаю, и ты тоже, — с трудом выдавливал из себя Сергей, стараясь не начать каламбурить. — Ты мой лучший друг. Только как это поможет с девушкой? — Ты ей побудешь, — с улыбкой искоса подглядывая, произнёс Сергей. — Тупые у тебя шутки. — Знаешь, я хожу на курсы по подготовке к ЕГЭ. Там за мной мудак конченый сидит, дегроид. Он меня девственником обзывает, типа я пизды даже не нюхал. А сам он с девчонкой из девятого встречается. — Так ты и не нюхал. — Не перебивай. Вот, этот тип пиздит, что крутит её как хочет. И фотки тычет как доказательство, а на фотках хуйня. Она там в щёчку его целует, за ручки держатся. Я и сказал, что он лжёт, и что никого он не ёб, а у меня тоже девчонка есть, и с ней у меня всё было. А фоток нет, потому что она стесняется. Ну там слова за слова, хуем по столу. Мы с ним забились: если не девственник, притащи фото, где ты тёлочку того этого. — Ситуация: два пиздабола поспорили, кто напиздит больше, — фыркнул Тоха. — У тебя же нет девчонки. И ты никого не уговоришь сделать «такие» фотки. — Спасибо, что в меня веришь, друг. Моя идея такая, ты побудешь на фотках девчонкой. У тебя есть шмотки девчачьи от твоей ненаглядной Киры. Ты тощий, как она, на тебя они налезут. Парики у неё тоже есть. Сфоткаемся так, чтобы лица не было видно и всё ок. — И что ты фоткать собрался? Если вы забились: «притащить фото где вы того этого.» То есть ты предлагаешь меня «того этого». — Не совсем. Скорей, будто это произошло или сейчас будет. Придумаем что-то. — Это говно какое-то. Я не буду девчонку изображать из-за твоего косяка. — Пожалуйста, это дегенерат меня достал в конец! Ты знаешь меня трудно вывести из себя, но тому типу это не особо сложно. — Вообще вся эта история больше похоже на розыгрыш в твоём стиле. — Да, нет, я серьёзно. Как мне тебе доказать? — взмолился Серый. Антон думал. Он хотел помочь другу, но весь его план казался ему нездоровым. Сергей умоляюще ждал ответа. — Доказывать не надо, но всё, что заставишь делать меня, будешь делать и сам тоже. Я в юбку, ты в юбку, мне вилять задом и ты виляешь, — серьёзно объяснял Антон, пользуясь редкой возможностью диктовать условия. — И я тебя тоже сфотографирую на память. — И как это будет смотреться? Я в юбке оттрахал другую девчонку? Это кринж. — Не совсем так. Придумаем что-то. — Хорошо, допустим я согласен на это условие, тогда ты сделаешь это? — А костюм? Мы же его запачкаем, пропотеем, — сказал Антон, уже для вида придумывая проблемы. — Я постираю сам, у себя дома, верну как было. — Твой план тупой, ты сам тупой и, похоже, я тоже тупой, раз соглашаюсь. — Всё, уговор? — протянув руку, спросил Серёжка. — Уговор! — пожимая руку, ответил Антон. — А на что ты с ним поспорил? — На пятак. — А у тебя он есть? Сергей, расплывшись в улыбке, замотал головой. Антон невольно отзеркалил улыбку друга.