Ночная охота, или как Сюэ Ян с Вэй Ином соревновался

• Команда Небесных (5 часов до конца Ночной охоты)      Цзян Чен запнулся о камень уже дважды, а то и трижды, пока пытался догнать Второго Нефрита. Меч крепко вжимался в ладонь, глаза неотрывно смотрели на белую фигуру, желая выжечь в ней дыру. Гнев душил его обжигающими цепями вокруг шеи, мешая дышать, а самого трясло мелкой дрожью. С какой стати он должен следовать за ним, как мрачная тень, бесшумно и незаметно?! Внутри всё кипело, противно царапало и требовало всё-таки дать по одному красивому лицу. Рука непроизвольно сжималась в кулак от такой мысли.      Судьба минутами слишком коварна и многолика – сегодня она тебе улыбается, а завтра меняет маску на острый оскал и ставит подлую подножку прямо на краю пропасти, в которую ты стремительно падаешь и сделать с этим не можешь ничего. Наблюдаешь только, как она смеётся и невинно машет тебе рукой, вновь меняя маску на лукавые слезы. Ваньинь первый взял шкатулку. Ему мог попасться кто угодно, хоть босяк из Куйчжоу, но нет... Ему досталась именно эта Узница, небесно-голубая, чтоб её, ланевская. И вдобавок к ней, будто нарочно, ещё и сам Второй Лань. Какое потрясающее везение – сам себе молча завидует! Не хватает лишь подарочной ленты и записки "ты – неудачник" на изящной белой спине, чтобы шагать позади и перечитывать при случае, а то вдруг забудет.      Ванцзи издевался над ним. Точно натянул вместо тонких струн его оголённые нервы и играл на них, как на Гуцини. Перебирал их пальцами, пока хрупкие нити не разорвутся с оглушительным треском, разлетаясь на мелкие осколки. Даже сейчас он молчаливо ступал вперёд и не оборачивался. Словно Цзян Чена тут нет и не было никогда. Так, просто что-то ходит следом, ворчит и спотыкается иногда, этакое дружелюбное привидение. Чего он добивается? Драки? Ваньинь остановился и тяжело задышал.  Вдох. Неровный и раскалённый, словно глоток яда, прожигал лёгкие. Выдох. Стало только хуже. Это пламя засело в груди и яростно металось в ней, держа железной хваткой за горло. Через пару метров он всё-таки не выдержал и ударил фиолетовой плетью с такой силой, что оставил глубокую полосу недалеко от безупречного, гуль бы его побрал, Ланя. – Долго ещё будет длиться это молчание? Делаешь вид, что меня нет?! – выпалил Цзян Чен сквозь зубы.      Лань Ванцзи застыл на месте. Было видно, что его мышцы напряжены, но упрямец молчал. Молчал, а затем, стиснув меч покрепче сильными пальцами, пошёл дальше. И снова не посмотрел назад!      Цзян Чена это окончательно вывело из себя: – Эй, Ванцзи! – крикнул Цзян Чен и быстро перелетел оставшееся между ними расстояние. Он опустился прямо перед Вторым Нефритом и нагло преградил ему путь. – Что же ты? Только недавно храбрился, а сейчас и слова мне не скажешь?      Лань Ванцзи посмотрел на него долго и пристально, точно искал в укромных уголках его души какой-то крошечный источник света среди черноты и слепой ненависти. Но ничего не нашел. Молчание ощутимо затянулось. Лань Ванцзи вздохнул и указал мечом куда-то вправо: – Идём туда, – спокойно ответил Лань Чжань и, не проронив больше и слова, обогнул шумно дышащего заклинателя. Цзян Чен злобно поджал губы и кинулся за ним, не желая отпускать так просто. – Слушай. Нам обоим и так ясно, что хорошей команды из нас не выйдет! Посмотри правде в глаза наконец! Мы друг другу не нужны – к чему тянуть эту нить? Почему бы нам просто не продолжить охоту поодиночке? – твёрдо произнёс Ваньинь, заставляя Ванцзи наконец обернуться. – По крайней мере... так будет лучше для каждого! А твое молчание... буду расценивать, как согласие!      Цзян Чен усмехнулся ядовито, а после развернулся спиной, намереваясь уйти, но его остановило вонзившееся меж лопаток режущее и неожиданное: – Ты злишься на меня из-за Вэй Ина?      Тихий голос ввёл в полный ступор, будто окатил ледяной водой. Дыхание моментально стало каким-то прерывистым и надрывным. Цзян Чен взглянул через плечо, пытаясь говорить как можно холодней, но ничего не вышло – он с трудом выдавливал из себя каждое застрявшее в груди слово: – Не понимаю... о чем ты... говоришь.      Лань Ванцзи приблизился на два осторожных шага. – Ты злишься, что Вэй Ин в последнее время перестал наведываться в Пристань Лотоса. И вы стали видеться гораздо реже, чем обычно. Цзян Чен? – Ваньинь нервно сглотнул, не поворачиваясь. Сердце сжалось в беззащитный комок, и где-то между грудью и горлом больно обожгло. Кажется, это были... слёзы? Ванцзи продолжал. – Я никогда не запрещал Вэй Ину идти в Ляньхуа. С какой целью мне это делать? – он немного помолчал; вновь нависшая густая тишина давила на нервы и сердце, подобно груде раскалённого железа. – Правда лишь в том, что Вэй Ин боится возвращаться туда. – Что за чушь? С чего бы ему бояться вернуться в свой дом? – сорвался тот, устремив покрасневший взгляд на Второго Ланя. – Или Орден Юньмэн Цзян больше не зовётся его домом, в котором он жил столько лет со мной и моей сестрой?! Позабыл, как мы росли в Пристани Лотоса плечом к плечу, всегда были вместе и получали за его упущения тоже вместе! Два героя... Какие уж там два Нефрита Ордена Лань?.. – Цзян Чен разбито улыбнулся и сердито смахнул соленные дорожки с лица. Немного успокоившись, он зашептал почти на грани слышимости. – Неужели так просто всё это забыть?.. – А как ты считаешь? – проговорил Ханьгуан-цзюнь. – Ты правда думаешь, что Вэй Ин сам по своей воле не переступает порог Ордена Цзян? Ответь, ты хоть раз пробовал пригласить его в Ляньхуа? Вэй Ин просто боится, что вернувшись в Пристань Лотоса, только помешает тебе. Станет обузой в твоих глазах и непрошеным гостем. Боится оказаться ненужным. К тому же после слов, сказанных тобой Вэй Ину, о том, хватит ли у него смелости вернуться в Ляньхуа, он потерял всякую надежду на то, что его там ждут и хотят видеть.      Цзян Чен сдавленно выдохнул в горькой усмешке. Глаза неприятно щипало, дыхание стало слишком громким. Он подавил судорожный всхлип и проронил затравленное: – Сам же говорил, что не нужно больше вспоминать об этом... Почему же снова начинает ворошить прошлое? Я ведь столько раз... столько раз просил прощения... Едва не умолял его дать второй шанс всё исправить... – Тебе всего лишь нужно пригласить его в Пристань Лотоса. Сделать это словами. Вэй Ин не станет избегать тебя, – прервал его Ванцзи и (разбудите Цзян Чена, ибо он точно спит) почти невесомо положил руку на его плечо. – Не было и дня, чтобы он не тосковал по Ляньхуа, – продолжил пытку Ванцзи, от которой почему-то становилось тепло и мертвецки холодно сразу. – По зеркальным озёрам, холодным по утру, но теплым и ласковым к вечеру. По запаху лотосов. И по тебе.           Последнее Ванцзи сказал почти шёпотом. И Цзян Ваньинь снова захлебнулся в горячих, словно жидкий огонь, слезах. Откуда он знал об этом? Неужели Вэй Усянь рассказывал ему даже такие мелочи? Цзян Чен снова вытер мокрые щёки. Саднящее чувство вины жгло его сердце, которое с момента разговора колотилось вдвое чаще, а при виде, как Лань Чжань ухватил двумя пальцами нить Порхающей Узницы – перешло на третью скорость. – Если ты хочешь разделиться, то я... – Стой! – резко протянул руку Ваньинь. Он даже не успел обдумать, что выкрикнул с такой мольбой в голосе, но одной внезапной остановки Ванцзи порвать прозрачную нить было достаточно, чтобы начать снова дышать. Цзян Чен не знал, что выпалить из груди, чтобы отвести от себя этот долгий и ошеломлённый взгляд. Не знал, как объяснить собственное поведение, разобраться в котором не мог он сам. Всё произошло как нельзя быстро. Да и к тому же он не понимал, почему его так трясёт, то и дело бросая из стороны в сторону, из крайности в крайность, точно лодку на смертоносных волнах. Тревожная мелодия смятения влилась в давящую тишину ненавязчивым призраком и привлекла внимание обоих. – Чэньцин... – тихо произнес Ванцзи.      Не прошло и мгновения, как густую листву вдали озарило голубоватое свечение, мигающее то яркими, то тусклыми вспышками, точно ночное грозовое небо, объятое тяжёлыми тучами. – И блеск Шуанхуа, – сказал Ваньинь. – Они отыскали первое гнездо лесной нечисти. – Мгм. – Так чего мы ждём? – воскликнул вопросительно Цзян Чен. В этот раз его голос звучал более спокойно и казался немного мягче, чем обычно. Он соскочил с места, подзывая на бегу. – Идём сюда! Давай! Чего встал?      Ванцзи улыбнулся, незаметно одними только уголками, а затем, оглянувшись на звук играющей флейты ещё раз, быстрым шагом последовал за ним.    • Команда Зелёных (5 часов до конца Ночной охоты)      Сюэ Ян прислонился спиной к прохладному летнему дереву, найдя в нем скромную обитель от липкого полуденного зноя, и пристальным взглядом обводил то одного, то второго заклинателя, отпустив пару коротких смешков. Запах каких-то неизвестных ему цветов забирался в лёгкие вместе со свежестью изумрудной зелени, оседал на кончике языка приятной горечью. Обнаженный кинжал одним слитым движением крутился между его тонких пальцев, а огонёк колючего азарта сверкал в его цепких глазах. Сюэ Ян слегка наклонил голову и окинул оценивающим прищуром Цзинь Лина с головы до пят, не пряча нагловатой ухмылки, разлитой на губах и оголяющей его клычки во всей красе. Младший весь опешил от такого бесстыдства, стиснул золотой меч до белых костяшек, и выпрямился не то от удивления, не то от возмущения: – Ты чё это удумал?! – огрызнулся юноша и посмотрел, как смотрит голодный волк на волка. – Ищешь неприятности?!      Сюэ Ян ехидно усмехнулся в ответ. Подобная резкость в словах босяка ничуть не смутила – он в его возрасте выражался куда развязнее, да и хуже раз в двести. О чем он вообще – иногда от его гнилого языка люди кривились так, словно им положили в рот цедру лимона, а тот лишь хохотал во весь голос и, пользуясь случаем, сбегал по крышам. Ох, если бы Чэнь-Чэнь услышал его в те дни, когда он бесцельно бродил по улицам и носился по переулкам от торговцев, у которых бесчисленно крал... вряд ли бы остался таким чистым и невинным, точно только-только распустившийся цветок. Сюэ Ян стрельнул глазами и улыбнулся острой улыбкой: – Думаю... за какие же грехи мне досталось такое наказание в лице юнца с недостатком опыта и немощного Незнайки? – Эй, кого это ты назвал юнцом с недостатком опыта?! – юношеские глаза широко распахнулись и в одно мгновение запылали зловещим алым – горящей кровью. – Прикрой ротик, Принцесса, пока у меня не появилось желание отрезать тебе длинный язычок! – ответил Сюэ Ян, но в ту же секунду влепил себе мысленную пощёчину, обжёгшись о собственные слова так, как при слишком близко поднесённой к руке свече. Что за чушь он несёт?! Сюэ Ян досадно отвернулся, быстро выругавшись себе под нос, и пнул ближайший камень под ногами. – Ай, к чёрту это всё, ладно! Хорошо! Готов потерпеть ваше бесполезное присутствие какое-то время, так и быть! Однако взамен... – с недоброй хитрецой в глазах продолжил Сюэ Ян, резко останавливая клинок и разглядывая его, посылая слепящие солнечные блики. – Прежде, чем мы начнём битву с тёмной тварью, вам придется крепко-накрепко кое-что запомнить... Это ясно?      Цзинь Лин всем видом выражал недовольство и даже едва ощутимую неприязнь к босяку, его миловидное наивное лицо перекосило немое возмущение, однако он промолчал, впивая ногти в горячую ладонь до тупой боли. Сюэ Яна откровенно забавляла эта юношеская упрямость, немного трогала, совсем каплю грело где-то под рёбрами, но озвучивать это он не собирался. Обойдется. Тёмный заклинатель перевёл долгий и выжидающий взгляд на Не Хуайсана, что моментально впал в полное замешательство, размахивая веером нервно, почти лихорадочно, бледнея и прочищая несмело горло: – Яснее н-не-некуда...      Тёмный заклинатель ухмыльнулся, растянув уголок губ в довольной полуулыбке и, покрутив клинок ещё разок, убрал его за пояс: – Чудно! Тогда начнём... – Сюэ Ян вышел из тени, затем начал ступать мягкими кошачьими шагами туда-сюда, раскрывая на ходу маленький золотистый фантик и отправляя конфетку в рот. – Итак, во-первых... главный здесь я. – Ты!.. – выпалил изумлённо А-Лин. – Это не обсуждается, Принцесса!      Цзинь Лин схватился за меч и вытащил его наполовину из ножен с ледяным, заметавшимся эхом в знойном затишье лязгом. Он глубоко дышал, перехватывая рукоять покрепче в нетвёрдой ладони. Сюэ Ян застыл на месте и, не поворачиваясь, поднял изувеченную ладонь. Его голос звучал спокойно, вот только веяло от него колючим холодом и серьёзностью, от которых уверенность пропадала вовсе: – Если тебя что-то не устраивает, все возмущения вон к тому парню, – Сюэ Ян кивнул на Хуайсана. – По крайней мере не будет стоять без толку. А ножичек свой убери. Нарвёшься на поединок. Оно тебе нужно, Принцесса?..      Цзинь Лин поджал злобно губы и со всей радражённостью загнал меч обратно. Внутри всё кипело. – Какой мерзкий тип... – прошептал присохшее на языке Не Хуайсан, выглянув из-за бледного веера. – Босяк босяком остаётся! – буркнул Лин, царапая ногтем золотые узоры на рукавах.      Сюэ Ян продолжал своё, как ни в чем ни бывало, скомкав фантик и отбросив через плечо:      – Во-вторых... – пакостник наконец проглотил сладость и заговорил более разборчиво. – В этой битве мы обязаны выиграть. Сделать это быстро и красиво. Так, чтобы у остальных не было и шанса опередить нас в ловле Духов. – Не знаю... – Хуайсан замялся под пристальным взглядом и нервно откашлялся. – Не то чтобы я не уверен... Скорее немного, совсем вот сто-олечко... – он показал двумя пальцами маленькое расстояние, в которое с трудом бы влезло рисовое зёрнышко, – сомневаюсь. Всё-таки Вэй-сюн могущественный тёмный заклинатель и Старейшина Илин, о котором не слышал разве что глухой. – А это тоже не обсуждается! – ответил Сюэ Ян, подойдя вплотную. – Проиграть нельзя! И на этом точка!      Цзинь Лин усмехнулся: – Проиграть ему нельзя... Просто признай, что поспорил с Вэй Усянем сгоряча, а теперь боишься сесть в лужу и покрыть себя пеленой позора!      Младший согнал улыбку с лица, когда босяк взглянул на него так, точно хотел вытащить его душу из тела или заставить её забиться в самый тёмный угол. Навечно. – Поспорить с Вэй Усянем было моим долгом, Принцесса, – проговорил Сюэ Ян вполголоса, наступая шаг за шагом всё ближе, пока тот не упёрся лопатками в дерево. – Слишком много на себя брал, слишком много о себе думал. Что плохого в том, что я преподам наглецу урок и слегка подрежу ему крылья, уж больно широко распахнул! А прятаться в их тени, как ночной зверь, боящийся света, не в моих интересах...      Цзинь Лин осторожно сглотнул, чувствуя, как внутри все сворачивается в маленький клубок, а на смену злости пришло чувство вины и неприятной беззащитности. Он ожидал упрёков, которые, в общем-то, заслужил, но... когда очнулся от своих размышлений, Сюэ Ян уже ушёл под тенистое, пахнущее сладко медом дерево, где оставил свой Цзян Цзай. Не стал ругать? Хотя... Сюэ Ян никогда и не ругал его по-настоящему... – И третье, последнее... – произнёс он тише, перекинув ремешок ножен через плечо. Сюэ взглянул на них из-за тёмной рукояти. – Не путаться у меня под ногами и не лезть в драки! Дайте мне спокойно выполнить свою работу. Принцесса, тебя касается! – Сюэ Ян указал на него пальцем, поправляя перекрученную перевязь на груди. – У тебя я ещё не спрашивал, куда мне идти и что делать! Сам разберусь! И я не Принцесса! – снова нагрубил... Зачем – совершенно непонятно... Он понял, что сглупил, вот только слова уже были сказаны. – Цзинь Лин... – мрачно изрёк Сюэ Ян. – Тебе бы следовало думать дважды, прежде, чем перечить своему учителю...      Сюэ Ян резко развернулся и бросил в него два тёмных гвоздя, летящих точно в лицо. Цзинь Лин широко раскрыл глаза, раскинул руки и дёрнулся спиной назад, пока те не вонзились в землю наполовину. А-Лин остановился, пытаясь отдышаться от пережитого страха, но тут его правая нога зацепилась за верёвку и он повис вниз головой, болтаясь и ошеломленно оглядываясь вокруг. Золотой меч выпал из рук, а стрелы посыпались из колчана прочь.      Сюэ Ян засмеялся тихо, почти беззвучно, но восторженно, закусывая краешек нижней губы: – Удобно, Принцесса? Младший посмотрел на него снизу вверх – всё же он висел довольно низко. В его глазах бушевала ненависть, которая с каждым мгновением угасала, а на её смену приходила жгучая обида и влага в самых уголках: – Надеюсь, ты хорошо подумал, когда собственноручно загнал меня в ловушку? Забыл, кто мой дядя?! После этой выходки жди жуткой смерти! – все попытки дотянутся до меча оканчивались провалом, расстояние оставалось ничтожным до смеха, но не получалось. Он обречённо ахнул, когда Сюэ Ян медленно отодвинул Суйхуа ногой подальше. – У-у, смотри, я ведь дрожу... – Сюэ Ян шутливо потёр предплечья и, смеясь, опустился перед ним на колено, смотря в упор с победной улыбкой. – Да не боюсь я твоего дядю. Ни его, ни кого-либо другого! Всё самое страшное я уже испытал, поверь. А жизнь тебя совсем не учит, – он похлопал по щеке А-Лина и вскочил на ноги, собираясь уходить. – Бывай! – Стоять! – испуганно воскликнул юноша. – Ты что, оставишь меня... так?.. – Ну а что? Развяжу тебя после охоты, – Ян пожал плечами и ускорил шаг. – Если, конечно, вспомню о тебе...      Не Хуайсан раскрыл удивлённо рот, наблюдая за всем этим, и поспешил обогнать Яна, притормозив его вытянутыми ладонями: – Сюэ-Сюн, вы с-серьезно? Здесь полно хищников! – Не Хуайсан остановил босяка и пакостника, краем глаза следя за младшим, что до последнего пробовал разорвать верёвку, сложившись почти пополам, тянул концы тугого узла, шипел сквозь зубы, но в итоге устало и измученно падал обратно вниз головой. – Мы ведь не бросим его, верно? Не бросим?! – Не волнуйся, я поставлю защиту. Он всё-таки мой ученик, – Сюэ Ян наконец осмотрел Незнайку более пристально и удивлённо заметил. – Где твой меч?      Глава Ордена Не поначалу усмехнулся растерянно, но потом быстро раскрыл веер и забегал глазами. Он шёпотом сказал первое, что пришло на ум: – У нас в Цинхэ заклинают сабли, а не мечи... – И где она? – Сюэ Ян не унимался, хотя вся абсурдность этой ситуации уже вводила в какой-то ступор. – Я... не пользуюсь саблей... – проронил Хуайсан одними губами, теряясь окончательно и начиная тараторить без умолку. – Я-я не охотник. Я н-не знаю, я могу вернуться в Юньшэнь!      Недоумение превратилось в полное изумление: – Как не польз... Как не охот... О Небожители! Какие идиоты! Куда я попал?! – Ян ударил себя по лбу и с силой сжал переносицу двумя пальцами, а после быстрым шагом бросился куда-то в чащу (иначе он точно кого-нибудь прибьёт, нужно срочно прийти в себя...) – Эй! Э-эй!! Стой!! Учитель Сюэ! Подожди! – закричал Цзинь Лин. Сюэ Ян посмотрел через плечо, остро прищурившись. Юноша тяжело вздохнул и тихо произнёс, отгоняя от себя настойчивую Узницу: – Я усвоил урок... Режь верёвку. Тёмный заклинатель усмехнулся, оголяя белые клычки: – Так бы сразу! – щёлк пальцами, и Цзинь Лин рухнул наземь с тяжёлым звуком. Юноша приложил руку к затылку, негромко шипя от боли, и слепо нащупал меч второй. Воткнув ножны, он попытался встать, но неловко соскользнул и опустился на локоть. – Признал ошибку, малец! Сработаемся, – Сюэ Ян протянул ему руку, которую Цзинь Лин, не раздумывая, схватил, поднимаясь. Его немного бросало из стороны в сторону, из-за чего он прижался спиной к стволу. Хотелось съязвить, но он понимал, что себе дороже. К тому же... по крайней мере он назвал его не Принцессой. Пока этого было достаточно. – Идём! Нам ещё разбивать в прах соперников! – засмеялся Ян, хлопая того по плечу. – А я в Юньшэнь, да? – внезапно спросил Хуайсан. – Подожду вас там, без проблем? – Ну почему же... Здесь для каждого найдется своё место... – протянул загадочно А-Ян и положил руки ему на предплечья, улыбнувшись пугающе ласково. – Будешь приманкой.