Колючий

Геральт проснулся посреди ночи от звука царапания по каркасу кровати, перевернулся и увидел, что Эмгыр отчаянно пытается взобраться на нее. Он остановился, увидев, что Геральт смотрит на него. - Тебе что-то нужно? - спросил Геральт. Эмгыр сделал паузу, а затем снова застенчиво поскреб раму, глядя в сторону. Геральт понял, что он хотел спать в постели. Он соорудил ему на полу у камина гнездо из одеял и подушек, но Эмгыр отказался от этого. Может, ему было холодно? Или опять испугался? Геральт на мгновение заколебался, а затем подхватил Эмгыра и уложил рядом с собой. Эмгыр тут же прижался к нему, повернувшись спиной к Геральту, но его тело плотно прижалось к нему. - Я никогда не дам тебе забыть об этом, - сказал Геральт. - Я никому не скажу, но буду знать. Эмгыр издал тихий сопящий звук, который означал, что ему все равно. У Геральта создалось впечатление, что он уже привык быть ежом. Он протянул руку, чтобы погладить его, колеблясь при первом поглаживании, но Эмгыр не возражал. Поразмыслив, он решил, что именно этого он и хотел. - По-прежнему ни слова, что ты пропал, - сказал Геральт. - Что странно. Думаю, мы можем предположить, что это скрывается. Он был почти на сто процентов уверен, что Эмгыр прекрасно его понимает, так что было бы вежливо поделиться своими выводами. - Я имею в виду, что сейчас это, вероятно, хорошо для стабильности, но если мы не сможем вернуть тебя в нормальное состояние в ближайшее время, любая история, которую они рассказывают людям, не продлится долго. Если я не смогу найти кого-нибудь, кто знает, что делать, в следующие несколько дней, думаю, лучше всего отвезти тебя к Цири. По крайней мере, она мне поверит. Геральт тяжело вздохнул. - А потом, может быть… я не знаю. Даже самый могущественный маг не может просто снять проклятие. Не зная, как это работает. Я даже не знаю, что ищу. Эмгыр фыркнул. - Я не чудотворец, - сказал Геральт в свое оправдание. - И мне очень жаль. Тебе больше не на кого положиться. Хотел бы я пообещать тебе, что я точно знаю, что делать, и я над этим работаю. К удивлению Геральта, Эмгыр перевернулся, показывая Геральту мягкий пушистый мех под животом. Геральт колебался, а потом, когда любопытство взяло верх, осторожно почесал живот. Эмгыр издал громкое урчание. Оно не было совсем похоже на кошачье, более высокое и что-то вроде хрипа, но все в нем излучало удовлетворение. Мгновение спустя Геральт понял, что Эмгыр пытается его утешить . Или искал взаимного утешения, что ли. Ну, как бы там ни было, урчание было приятно. Его немного беспокоило то, что Эмгыр начинает терять себя в своей новой природе, но Геральт сомневался, что Эмгыр на самом деле допустит это. Его сила воли была выкована из железа. Были вещи, с которыми он не мог помочь, например, застывание перед лицом опасности, но Геральт был готов поспорить, что этого не случится во второй раз. Кроме того, ему бывало хуже и дольше. Он будет в порядке. По крайней мере, так говорил себе Геральт.

***

Эмгыру было скучно. Никогда в жизни ему не было так скучно. Комната, в которой его оставил Геральт, была теплой и уютной, так что претензий у него не было. У него было более или менее все, что может понадобиться маленькому ёжику, включая импровизированную лестницу из аккуратно сложенных книг, чтобы он мог подниматься и спускаться с кровати по своему желанию, что было на удивление продуманно. Однако солнце едва было в зените, и он уже обнюхал все в комнате - его основное средство исследования - и теперь ему нечего было делать. И Геральт оставил его. Сумка, в которой его раньше таскали, возможно, была не самым удобным местом для ежа или самым безопасным способом перевозки императора, но, по крайней мере, ему не было скучно. К тому же, как сказал Геральт, вряд ли кто-то поверит, что он на самом деле Эмгыр вар Эмрейс. Даже собственный друг Геральта не поверил. Эмгыр издал тихий смешок от удовольствия, вспомнив историю о Филиппе, которую держали в качестве домашнего животного. Она бы возненавидела такое унижение. Ему потребовалось еще мгновение, чтобы понять, что его фактически держат как домашнее животное. Хм... Если не считать скуки, все было не так уж и плохо. И Геральт все еще относился к нему более-менее как к человеку. Менее крупный и компетентный человек, за которым нужно было постоянно следить и который не мог внятно высказать то, что хотел, и должен был полагаться на интуицию и милость Геральта при удолетворении своих потребностей... Итак, домашнее животное. Но, по крайней мере, о нем хорошо заботились. Это, как понял Эмгыр, Цири и увидела в Геральте. Легкость, с которой он проявлял тепло и даже привязанность к нуждающимся. Эмгыр невольно заурчал, вспомнив, как Геральт гладил его по животу. Никогда не быть в состоянии пережить это почти стоило того мягкого, успокаивающего прикосновения, от которого он заснул прошлой ночью. Ежики не были сложными существами, и их, очевидно, легко покорить, погладив. Эмгыр не был уверен, что когда-нибуть привыкнет к тому, что не является высшим существом - или, скорее, довольно сложным, в теле и с инстинктами простого. Пока что это был новый опыт. Звук открывающейся двери заставил Эмгыра оторвать взгляд от одеяла, в котором он уютно устроился, ожидая возвращения Геральта. Его посетителем был не Геральт. Это была маленькая светловолосая женщина, одетая в яркую одежду с прикрепленными к ней в разных местах колокольчиками. - Вот ты где, - сказала она едва слышным шепотом. Она подошла и села на кровать рядом с Эмгыром, что было совершенно неожиданным нарушением его личного пространства и достаточно, чтобы заставить его нервно отступить. Одна вещь, которую он абсолютно ненавидел в своем нынешнем затруднительном положении, - это его новообретенная склонность нервничать. Он не привык к нервам. - Все в порядке, - сказала она, по-прежнему низким голосом, и что-то в ее слегка грубоватом голосе заставило Эмгыра подозревать, что у нее не было другого выбора. - Я Присцилла. Геральт сказал мне, что тебя зовут Эмгыр, - сказала она, протягивая небольшой кусочек сушеного мяса. Эмгыр, уже проголодавшийся и начинавший подозревать, что ежи только и делают, что едят и спят, осторожно шагнул вперед. - Я не буду кусаться, - пообещала Присцилла. - Это тебе. Геральт попросил меня убедиться, чтобы ты что-нибудь поел около полудня. Что ж, если она подчинялась инструкциям Геральта, она, должно быть, заслуживала доверия. Он сделал еще один осторожный шаг вперед и позволил Присцилле покормить его. От нее пахло полевыми цветами и яблоками, и это успокаивало. - Вот и все, - сказала она, предлагая ему еще кусок мяса. - Ты не так уж плох, правда? Говорят, ты тиран. Эмгыр фыркнул. Он не был тираном, и под его властью север расцветет. Они увидят. - Я не говорю, что ты тиран, - пояснила Присцилла. - Я никогда не встречала тебя раньше, поэтому я бы не стала так судить. Эмгыр откусил от предложенного ему куска. В таком случае обед займет несколько часов. Не то чтобы он был против. Ему нечего было делать, а Присцилла была теплой и доброй, и она, по крайней мере, разговаривала с ним. - Кроме того, как такое милое может быть таким жестоким, как они говорят?- спросила она. - Нет, я думаю, ты нам пригодишься, если это действительно ты. Они перестали сжигать нелюдей. Маги начинают возвращаться. Это должно быть хорошо. Эмгыр издал довольный фыркающий звук. Присцилла, очевидно, была умной и проницательной личностью. Она могла остаться.