отпечаток губ на стекле

Жан стоял на кладбище. Могилы, кресты, множество надгробий—всё это до тошноты ему надоело. На небе не было ни облачка, солнце стало греть теплее. Погода замечательная, в отличии от места. Жан долго пялился на ярко-голубые цветы, которые росли везде, куда не плюнь. Они вызывали головную боль и навязывали воспоминания о том, как почти месяц назад, семнадцатого февраля, он лишился всего… Flashback Жан Плохо. Тогда мне было очень плохо. Я сидел, прислонившись к стене и рыдал, как самый несчастный человек в мире. Впрочем, в тот момент мне казалось, что я действительно был этим самым  " несчастнейшим человеком". Сейчас, я уже не смогу описать не то, как пекли глаза от слёз, не затёкшее тело, не бешенный стук сердца. В тот самый день Эрен ушёл, оставив меня одного. После моего очередного проявления слабости, я без промедления отправился за ним. Я надел первую попавшуюся куртку и, еле как, дрожащими руками, натянул кроссовки. Напрочь позабыв и о открытой двери, и о оставленном телефоне, да даже о том, что на улице зима, я бежал к его дому. Причины, по которой я не вызвал такси, я не помню, скорее всего, я банально сошёл с ума и перестал трезво мыслить в тот момент. Вот, я уже подбегал к его дому. Прошло минут двадцать, если не больше. Тогда мне вдруг стало страшно… Поборов себя, я преодолел лестницу, и уже стоял напротив квартиры Эрена. Я глубоко вздохнул и позвонил в дверь. Тишина. На моём лбу проступили капельки пота. Я позвонил снова. И опять мне никто не ответил. Тогда я дёрнул за ручку и, на удивление, понял, что она не заперта. Я вошёл внутрь и начал звать Эрена. Мне так никто и не ответил. Ботинки и куртка лежат в коридоре, он точно должен быть здесь. Я зашёл на кухню. Там царил хаос. Различные упаковки валялись на полу, рядом осколки битого стекла. Почти все дверцы шкафов были открыты. Что здесь, чёрт возьми, произошло?.. Дрожа от страха, я прошёл в спальню и вскрикнул от увиденного. На белом, гладком ковре лежал Эрен. У его рта я заметил немного подсохшую пену. Его глаза были закатаны и почти закрыты. Рядом валялись рассыпанные таблетки, коробки и остальные упаковки. Я думаю, что не хватит слов, чтобы описать все те чувства ужаса, отчаяния и даже немного злости в тот момент. На глаза в очередной раз навернулись слёзы. Я кинулся к Эрену и прильнул ухом к его груди, надеясь услышать стук сердца. И, о чудо! Я расслышал тихие слабые удары. Я поцеловал его ледяные, словно стеклянные, губы и сказал: —Я ни за что не дам тебе умереть. Придя в себя, я сразу же позвонил в скорую, но, как оказалось, было уже поздно… Семнадцатого февраля, в 22:45, не стало моего мира. *** Первым делом Жан остановился у могилы Марко. Он постоял рядом и положил букет белых хризантем перед надгробием. Прости меня, Марко. Затем, он прошёл несколько метров и остановился у другой, ухоженной небольшой могилки, и положил туда три розовые лилии. Прости меня, мама. Через несколько минут, он ещё раз кинул взгляд на надгробие и пошёл дальше, к последней могиле. Остановившись, он присел на корточки, положил на ещё неутрамбованную землю веточку акации и большой букет жёлтых тюльпанов, после прошеплал: —И ты прости меня, милый Эрен… Жан глубоко вздохнул. —Знаешь, акация в этом году зацвела очень рано… Говорят, это цветок сожалений, именно поэтому я принёс его сюда. А ещё жёлтые тюльпаны… Банально, конечно, но ничего лучше цветов разлуки я не придумал. Надеюсь, ты не смеёшься сейчас на своём облачке с того, насколько я жалок. Просто, извини меня за всё. Может, не в этом мире у нас с тобой есть будущее… И да, даже думать не смей, что я теперь рисую больных и несчастных людей из-за боли в душе, это не так! Хотя, впрочем, может я и лукавлю… Просто дождись меня, Эрен, обязательно дождись!.. Жан встал, почесал затылок и направился к выходу. Если бы мы только не поссорились тогда… *** Жан слушал музыку сидя на крыше многоэтажки. Ветер приятно ласкал лицо. На заборчике сидели два ворона и кряхтели. Именно кряхтели, потому что звуки, которые они издавали, никак нельзя было назвать карканьем. Кирштайн глубоко дышал. Он то и дело поглядывал на время. 0:00. Вот и закончился мой двадцатый день рождения. Жан проглотил несколько таблеток снотворного и обезболивающего. Мне осталось только заснуть, и мы встретимся… Прощай, мир, который стал для меня пустым, я найду покой только со своей любовью.

***

Я не стыжусь порезов, Я не стыжусь тебя, Я лишь боюсь моментов, Когда смотрю в глаза. Твоя улыбка солнцем Сияет целый день, И не могу поверить Что улыбнулся мне. Я не смогу жить для себя, Хочу жить для кого-то. Хочу лишь для тебя, Побыть не идиотом. Я умираю в чувствах, Тону в твоих руках, Но на моих запястьях Два красных ручейка. Тебе же тоже больно, Но ты молчишь, а я Смешаюсь с твоей кровью, Теку лишь для тебя. Сомкни свои ресницы, Закрой свои глаза. Я поцелую молча, Останусь навсегда. Лишь смерть одна—разлука И только лишь она Сумеет так нечестно Украсть сейчас тебя.

•КОНЕЦ•