На что я надеюсь?

Очередной день, очередной звонок. У тебя синдром спасателя? Чан смотрел на экран телефона, на котором светилась надпись «лминх». Видимо, был слишком пьян, чтобы записать по-человечески. — Аллооо. — Привет, Чан! Это Минхо. Знаю, что не должен звонить и звонка ты не ждал, но я напоминаю о своём друге, который сдаёт квартиру. — Спасибо, но я, ммм. Не в лучшей форме прямо сейчас. Ха-ха, я вообще больше никогда не буду… Бываю. В ней. Форме. —Ты снова пьян? — в голосе не было ни намёка на тёплые чувства, но было очевидно, что он жалеет Чана. Мерзость! — Я? — в груди начал вскипать гнев. — Какого хуя ты вообще ко мне лезешь, блять? Тебе что, блять, не с кем нянчиться? Я уже сказал спасибо за то, что ты меня подобрал, что ты хочешь? Нахуя ты лезешь?! Заведи блять кота, если хочется спасать заблудшие души, а ко мне нахуй не лезь! В трубке раздался вздох, а затем короткие гудки. Чан швырнул телефон о стену и схватил ещё одну бутылку. — Сука, сука, СУКА! Вот ещё меня нахуй не жалел какой-то додик, блять. Я не… Жалкий. Что ещё он мог обо мне подумать, если я полночи рыдал на его диване? Почему он вообще захотел мне помочь? Кто вообще захотел бы? Джисон бы захотел. Чанбин бы захотел. Я хочу им позвонить. Я хочу им позвонить. Я им позвоню, я позвоню Джисону, он придёт, он поможет мне, он поможет мне, он придёт ко мне, он поможет мне, он меня простит и придёт, он… Еле переставляя ноги, Чан дошёл до телефона, валяющегося на полу и оперся спиной о стену, пытаясь сохранить равновесие. Блять, я такой никчёмный. На экране красовалась свежая трещина и свежее сообщение от Феликса. Феликс. Разве его соседа зовут не Ли Минхо? Чан смотрел на телефон в тупом оцепенении. «Смотри, Чан. Вот, смотри же на экран. Это Минхо-хен, он учит меня, ну, когда у него есть время. Он бесподобен!» Если бы в памяти отпечаталось лицо этого Минхо-хена, а не сияющие глаза Феликса. Но все же… Да, это точно он. Но в доме никого не было. Это точно. Я шумел на всю квартиру, когда завалился, и кричал, и… рыдал. И… Он бы вышел на шум. Он бы вышел, значит, его не было дома, значит, он был? Он был дома у своего парня? Чан вдруг почувствовал, что задыхается. Только такое никчёмное говно, как ты, способно встрять в подобное. Воздух сгущался, в висках стучала кровь. На улицу, нужно выйти на улицу. Что если они трахались прямо на том диване, на котором ты спал? Маленький Феликс и прекрасная античная статуя. Чан вывалился из студии и почти побежал вниз. Что если маленькие пальчики хватали в исступлении диван там, где позже лежало его лицо? Что если прямо на этом диване его парень считал веснушки на его щеках, когда они, обессиленные, лежали, переводя дыхание? Холод обдал его, но не отрезвил. Перед глазами одна за другой неслись картинки того, о чем он запретил себе думать. А почему они не должны были этого делать? Потому что есть ты? А ты себя видел? Ты и рядом не стоишь с тем холеным красавчиком. И ты опоздал. Голос в голове звучал все громче и громче и Чан опустился на корточки посреди тротуара, закрыв лицо руками. В одной из них все ещё был зажат телефон. Джисон. Он поможет мне. — Алло? — Джисон? Джисон, я бы хотел… Я бы… Боже, а что говорить? — Ты можешь приехать? Я, я на улице и я не, я не… — Ты что снова пьян? Это же не Джисон, это же — Чанбин? — Тебе повезло, что я увидел твой звонок, а не Джи. Он и без того слишком сильно расстроен твоей внезапной пропажей. Не стоит ему слышать твой пьяный голос. Всё летит к чертям. Мне не помогут они мне не помогут они меня не простили и — Чанбин, я не знаю, что мне делать. — Попробуй сперва протрезветь. Ты звучишь жалко. Он положил трубку? И все? Чан стоял посреди улицы, глядя на дорогу. На проносящиеся мимо машины. На небо. В голове стало пусто. Мир затих. Чего ты ждал? Ты звучишь жалко. жалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкийжалкий Зачем это все? Я могу просто перестать чувствовать. Да. Да! Он оглянулся на студию, аккуратно одернул рукава толстовки, положил телефон в карман и шагнул на проезжую часть.