Есть кого терять

— Наруто, только, пожалуйста, жди команды, — давал последние наставления Шестой, — Мы еще не знаем, на что они способны. — Сэнсэй, да когда я Вас подводил? - возмутился неугомонный сын Четвертого. — Всегда, когда дело касается тишины и осторожности, — заметил Саске, который, задумчиво распределял сюрикены по карманам.

***

Они добрались до горного убежища Орочимару под утро. Установили слежку. Видели, как немолодая женщина, вернувшись откуда-то с корзинкой наперевес, открывала потайной вход. Наруто был уверен, что Сакура внутри и что с ней все в порядке. Они ждали, когда выйдут остальные, чтобы действовать на открытой территории, без опасности обвалов. — Мне непонятна причина, — Какаши посмотрел на одного из будущих отцов, который всю дорогу был молчалив. Лишь только вел их к месту, которое недолгое время служило ему домом, когда он ушел в поисках силы. — Мне кажется, я знаю. Глаза. Глаза моего ребенка, — он встряхнул головой, прогоняя плохие мысли, — Поэтому она жива и здорова. Только не понимаю, почему не уходит. Неужели они настолько сильны? — пристально смотрел на незаметный лаз в каменной стене, обнесенный живой изгородью. — Приближаются! — Наруто насторожился, — Курама, будь начеку! Саске и Какаши переглянулись. Привыкнуть к таким внутренним диалогам было сложно. Двое мужчин показались из разлома, один дал прикурить другому. Они громко что-то обсуждали. — Наруто, отвлеки. Нужно отрезать им путь отступления…- начал излагать план командир отряда. — Гигаааантский расенсюрикееееен! — лезвия из ветра рассекли пространство между врагами, они разлетелись в разные стороны, лишившись на время ориентации в пространстве. — Я и не надеялся, — в красноречивом жесте положил руку на лицо сэнсэй, тяжело вздохнув. — Извинюсь потом! Саске, иди внутрь! Мы тут разберемся! — кричали клоны парня в оранжевом, — Какаши-сэнсэй! Не отставайте! Команда №7 вела бой. Один из самых важных.

***

С каждым шагом внутри катакомб он боролся с подступающей яростью внутри себя. Поэтому и медлил. Кроме того, он не знал, что с ней, хоть друг и успокоил. Да, он боялся этой неизвестности. А ярость самообманом застилала глаза, лишь бы только не чувствовать, как что-то внутри болезненно обрывается, будто зависаешь на секунду в невесомости перед падением в бездну. Он приближался к освещенному пламенем помещению, блики играли на стенах, резко выделяя и увеличивая тени предметов. У очага спиной к нему сидела женщина, помешивая что-то в котелке. На пустых нарах у стены он увидел свою синюю футболку, а под ними знакомые высокие сапоги и походную сумку. Кипение внутри уже невозможно было сдерживать, наружу рвались, опережая друг друга, смертоносные техники, только он медлил со сложным выбором. — А-ма-те-ра… Отчаянный женский крик позади него перебил на полуслове. Между лопаток уперся широкий лоб, сильные руки обхватили его, не давая пошевелиться. — Остановись, не надо! — ее голос дрожал, почти пищал в слезной мольбе, — Остановись, пожалуйста… Он снова был мальчишкой в Лесу Смерти, который хотел отомстить за раны и боль близкого человека, который был готов убивать, жестоко убивать. Беспощадно. Только бы уничтожить в пыль обидчика, только бы увидеть его страдания. А девочка за плечами снова плакала, бессильная против ослепившей его мести. — Аматерасу, — скороговоркой бросил в повисшую тишину. Черные языки пламени объяли все пространство вокруг повзрослевших генинов Листа. В редких прорехах было видно, как женщина вплотную прижалась к каменной стене, на ее лице застыло выражение отчаяния и ужаса.

***

В кругу огня стояли двое. Она расслабила хватку. Он повернулся к ней лицом, вытирая каплю крови, что скатилась из левого глаза. Его радужка почернела. Притянул к себе за шею сзади, уперся лбом в ее лоб. — Почему не ушла? Не сбежала? - корил и жалел одновременно. — Берегла себя. Ты сам просил, — виновато прошептала девушка. — Правильно, — поцеловал в бьякуго, в щеку, вторую, — Умница. Дважды умница. Спасибо, что успела.

***

— Они хорошо ко мне относились. Женщина — Мана — помогала, заботилась, давала советы. Она мать, только ее детей не стало в войну. Она одержима ненавистью к Вам, сэнсэй. Вы были командиром дивизии. Помните схватку с воскресшими мечниками? А Дэйчи и Джиро обещали ей отомстить, если она будет помогать. — А они кто? — Какаши поворошил угли в костре. Как в старые времена они разбили бивак. Наруто уже досматривал третий сон, растянувшись на голой земле. Сакура сидела завернувшись в плащ своего будущего мужа, украдкой вдыхая смешение запаха его пота, сухих ветров и можжевельника, по которому так скучала, а он сам, стыдясь проявлять чувства перед наставником, ловил каждое ее слово, будто сам переживал, все, что с ней приключилось. — Отступники из Корня, — посмотрела в сторону привязанных к дереву мужчин на краю леса. Ману по просьбе Сакуры они отпустили сразу, — Последователи Данзо. Да, Саске, — она взяла его ладонь в свою, — Они хотели… Вырастить, дождаться пробуждения Шарингана и… — Выходит, за вами следили все время. Выжидали. Они рассчитывали на хитрость. Скрывали чакру Сакуры, меняли местоположение. Только вот беспечно позволили ей вылечить мастера. — Да. И они говорили, что сразу после появления ребенка, я им стану не нужна. Но мне не было страшно. Знала, что за мной обязательно придут. Просто я стала рассеянней и, вы знаете, дальний бой не мой конек. А на близкую схватку я не могла решиться. Вот и ждала, — сбивчиво объясняла девушка, перебирая пальцы любимого. Какаши поднялся, положил руки в карманы, ему было о чем подумать, после рассказа Сакуры: — Отбой, ребята, — по-отечески улыбнулся глазами, — Мы еще успеем все обсудить. Я в караул. Саске, разбужу через два часа.