Услышь мой Рёв!

POV Элия Мартелл. Оглядываясь на свою жизнь, Элия не могла точно сказать, что именно пошло в её случае не так. Она родилась в довольно богатом и значимом доме Мартеллов, от рождения получила титул Принцессы Дорнийской. Особый титул Принцев и Принцесс, которого лишены все эти великие Лорды, иные правители Вестероса, с приходом Таргариенов. Гордые и амбициозные Верховные Лорды, которые раньше были Королями стали просто… Верховными Лордами. Добавляло ли это гордости Мартеллам? Учитывая, что есть и другие критерии: к примеру, Тиреллы могут накормить свой народ с избытком, из-за плодородной почвы Простора, а Ланнистеры способны, если верить слухам, купить одно-два Королевства, если используют все свои сокровища. Да… Определённо, Мартеллы гордились своим титулом «Принц или Принцесса». Пусть Дорн не так плодороден, как Простор, не так богат, как Запад… Но Мартеллы тоже могли гордиться. Их Королевство не покорилось пламени дракона. Лишь из-за династического брака они вошли в состав Семи Королевств Железного Трона. И схожий династический брак был реализован между Элией из Дома Мартелл и Рейгаром из Дома Таргариен. Сама по себе Элия не была «прекраснейшей» из всех… Она видела это уже среди своих фрейлин: Эшара Дейн, несомненно, гораздо красивее Элии. Или та же Лианна Старк? Или видная Серсея Ланнистер? Она ясно осознавала, что, как выражается её добрый друг — Сирион, «не котируется», хотя он применил эти слова в другом контексте, но когда она попросила его пояснить, он расшифровал ей их значение… Как и каждая девица, она верила, что найдёт себе любовь. Мужчину, который полюбит её такой, какой она является. Хотя никто бы и не сказал, что она некрасива. Стройная, черноволосая, с оливковой кожей. Единственной её проблемой была слабость здоровья… Она была недоношенная, как ей однажды сообщила мать… Но разве это когда-то её останавливало? Её братья всегда поддерживали её, да и сама она решила, что это роли не играет. Так что же не так пошло в её судьбе? Сама Элия стала женой прекрасного Принца, которым были очарованы все Королевства, у неё появились достойные друзья, готовые прийти в любой момент и помочь, двое детей, таких миленьких и таких добреньких… Но ещё до рождения её второго ребёнка, мальчика-Эйгона, случилось нечто ужасное. Пришла она… Элия считала, что никогда, даже учитывая место, в котором она жила и издевательства, которым подвергался её Дом Королём Эйрисом, не будет ненавидеть кого-то настолько, чтобы желать смерти… И хотя Эйрис, Безумный Король, уже подобрался к этой черте. Он подбирался постепенно. Но нашёлся человек, который сразу перешагнул эту черту. Элия никогда бы не подумала, что сможет, даже не пережив издевательства, унижения и неприятные диалоги с каким-либо человеком, сразу его возненавидеть. Не такому учил её Мейстер их Дома. Но она поняла это, когда впервые увидела эту тварь и её дражайшего супруга вместе… Лианна Старк… Она забрала у неё Рейгара, отца её двух детей… Она разделила жизнь Элии на до и после… И сейчас произошло непоправимое. Из-за этой шлюхи из Дома Старк — её супруг, наследник Семи Королевств Железного Трона, погиб на Трезубце! От рук Роберта Баратеона. И теперь армия мятежников, под руководством Роберта Баратеона направляется сюда, в Королевскую Гавань. Армия Лоялистов разбита и рассеяна, Рейгар мёртв, Эйрис надеется на армию Ланнистеров, которая подошла к Королевской Гавани. Ланнистеры должны защитить Столицу, в то время, как Мейс Тирелл, точнее Рендилл Тарли — вассал Тирелла — сообразит, как взять доселе неприступный Штормовой Предел. И всё это произошло из-за Лианны Старк… Элия находилась в своих покоях, в Твердыне Мейгора, с Рейнис и Эйгоном, которого покачивала в колыбели. Ланнистеры, согласно плану Эйриса II Таргариена, смогут отстоять город. Согласно тому, что она однажды услышала от Сириона — взять город способна либо армия, предводитель которой имеет превосходство в технологиях, или знает, как пробраться в город… Либо если у атакующих в раза три больше солдат, чем у обороняющихся. Армия Ланнистеров, как она слышала, составляла порядка двенадцати тысяч мечей. Это даже не половина того, что способно собрать львиное семейство. Оберин как-то сказал, что по численности армия Ланнистеров уступает лишь армии Простора, если брать по гипотетической возможности собрать ополчение. Плюс у них есть те Алые Плащи, которых она видела множество раз. Это не просто Гвардия, вроде Белых Плащей, а несколько тысяч человек, хорошо вооружённых и обученных. — Тихо, малыш, — она нежно погладила плачущего Эйгона, покачивая в колыбельке. Женщина была одета в тёмное платье. Через окно комнату наполнял относительно тёплый воздух. — Мамочка, — Рейнис, сидевшая на её коленях, посмотрела своими пурпурными глазами на мать. — А папочка скоро придёт? Рейнис была довольно привязана к своему отцу. Вообще, девочка любила проводить с ним время. Особенно, когда Рейгар музицировал на арфе. Ещё девочка любила Сириона Ланнистера. Этот друг Рейгара будто испытывал любовь к детям. Причём куда большую, чем можно было бы ожидать от человека его возраста. Хотя он так же подмечал, что детям нужен нормальный воспитатель, иначе они вырастут невероятно плохими и бестолковыми… В этом он был похож на Мейстера Дома Мартелл, который также мог разразиться получасовой лекцией о пользе воспитания детей. — Скоро, — грустно произнесла Элия, — скоро. Сообщить весть о том, что Рейгар уже мёртв, она так и не решилась. Рейнис лишь недавно исполнилось четыре. Для неё объяснить, что отца убили, будет очень трудно. Да и жалела Элия саму дочь… Рейгар её жалости со злополучного Турнира оказался не достоин. Но что же ей делать? Ланнистеры смогут защитить город, она в этом не сомневалась. Но что будет после? Восстание, в таком случае, будет обречено на провал. Но Королём после такого, точно останется Эйрис Безумец. У которого может быть сразу несколько наследников: Визерис, его второй сын от Королевы Рейлы, Эйгон — сын Рейгара от самой Элии… И, возможно, дитя, которым была беременна Рейла сейчас, если родится мальчик. Мысли Элии прервал какой-то шорох. Она обернулась и с ужасом заметила совершенно незнакомого ей человека в грязноватой одежде серого цвета. Он сидел на диване. Глаза мужчины с любопытством разглядывали её, сверкая из-под глубокого капюшона. При нём сразу Элия не заметила оружие, но и дружелюбие его не окружало. Он выглядел… Скорее опасным. Хотя Элия и не могла точно объяснить в чём он опасен. — Вы кто?! — резко спросила она, сглотнув. — Я позову стражу! — А вот это не обязательно, Принцесса, — голос мужчины был скрипуч и немного не приятен. — Я пришёл помочь вам и вашим детям. Только сейчас Элия обнаружила, что у него в ногах лежат двое детей. Одетых в какое-то рубище. — Помочь? С чем? Кто вы и что вы хотите? — Мои объяснения могут не удовлетворить вас, но, полагаю, вы узнаете почерк своего друга, — мужчина медленно достал из кармана письмо и вскрыл его при ней. — Яда на нём нет. Можете смело читать. Элия осторожно встала и, не сводя глаз с мужчины, проследовала к письму. Её стражи… Они либо мертвы, либо он смог проскользнуть мимо них. И сейчас она поняла, что человеку таких способностей ничего не стоит убить её. Если он хочет, чтобы она прочитала письмо… Что-же… Она это сделает. Элия взглянула в пергамент и вздрогнула, узнав знакомый, размашистый почерк. Так писал её друг, Сирион Ланнистер. Несмотря на кажущуюся идеальность почти во всём… Сирион имел не аккуратный почерк. Помнится, Майлс Мутон пошутил по этому поводу, дескать, Лев не может быть во всём идеален, в отличие от Дракона. Хотя Элия не назвала бы это шуткой. «Элия. Времени нет. Ланнистеры не будут защищать Королевскую Гавань. Дядя решил убить твоих детей, усадить на трон Роберта и женить того на Серсее. Детям и тебе угрожает опасность. Доверься подателю письма. Он спасёт тебя. Твой друг — С. Л. Приписка: это не чудовище и не монстр, а просто ребёнок, такой тёплый и странный, забавный…» Элия в ужасе отбросила письмо. Ланнистеры предатели! Они предали… А кого они предали? Безумного Короля, который постоянно унижал их, как мог? В таком случае Эйрис получает что заслуживает… Но Сирион… Точно ли Сирион писал это письмо… Можно ли верить человеку, который смог пробраться в Красный Замок незамеченным? И тут Элия вновь посмотрела в письмо… На глаза навернулись слёзы. Последняя фраза… Именно такое она сказала, когда они пошли смотреть на маленького Тириона Ланнистера. Такое мог запомнить лишь сам Сирион, присутствующий там, в комнате Тириона Ланнистера. Спокойно… Элия думала недолго. Сирион не будет ей просто так врать. Он всегда был для неё добрым другом, заботливым и милым. Он мог казаться жестоким и ужасным… Но лишь тем, кто записал его во враги или перешёл дорогу ему или его друзьям. Сама же Элия, как и другие Мартеллы, ценили Сириона. И Элия… Немного завидовала Эшаре. У неё муж оказался куда лучшим, чем её сказочный Принц. Да, Сириона Ланнистера тяжело назвать образцом добродетели. Но он оказался лучше Рейгара… По крайней мере Сирион не предавал её доверие, как друг… Но если и он её предаст… Что-же… Ей конец в таком случае. А этот странный мужчина… Ассасин, про которых говорил как-то Рейгар? Наёмники, которых начали тренировать на Западе. Они служат Сириону и Ланнистерам… — Дядя, — подошла ближе Рейнис, — а что это за дети? Элия положила руку на плечо дочери. — Рейнис, иди посмотри за Эйгоном, пожалуйста, — произнесла она. — Мне кажется, он проснулся. Девочка послушалась матери и отошла к колыбели брата. — Что предлагает сделать Сирион? — спросила она у мужчины. — Вам лучше присесть, — произнёс мужчина. — Для неподготовленных людей информация окажется ужасной. Женщина высокомерно посмотрела на него. Она пережила измену мужа… Что ещё может оказаться ужаснее? — В таком случае, — мужчина пожал плечами. — Вам надлежит при всех, в своё время, сказать, что дети Рейгара Таргариена и вас погибли при штурме Красного Замка. Господин будет штурмовать его лично, вместе с отрядом Сира Григора Клигана. Последний известен за свою невероятную жестокость. Но ваши дети не умрут, Ваше Высочество. Мы намереваемся переправить их в Дорн, вместе с вами. — В Дорн? — Полагаю, Господин желает использовать вас и их, как способ сдержать ваше Королевство… От опрометчивых действий в будущем. Сирион… Он бы, не задумываясь убил что её, что детей… Но… Элия вдруг поняла. Он действует сейчас, не как политик, а как её друг. Политик либо использовал младенца-Эйгона, как знамя для восстания уже против Баратеона. Либо убил бы её детей, чтобы никто этим знаменем не воспользовался. На глазах Элии навернулись слёзы… Вдруг раздался странный шум. Через окно она услышала лязг металла. Подойдя к нему, она заметила, что армия Ланнистеров вбежала во двор Красного Замка. — Времени на раздумья нет, Принцесса, — напомнил о себе мужчина. — Я и так выбрал время, чтобы хаос помог мне скрыться с вашими детьми. Им предстоит тяжкий путь в Дорн, отдельно от вас. Эти дети, что я привёл, были куплены мной у бедняков из Блошиного Конца. Девочка и мальчик сражены недугом и обречены не прожить и недели. У обоих кровавый кашель (прим. Автора — туберкулёз у детей. У обоих. В реалиях средневековья — приговор). Они уже недостаточно сильны, чтобы даже оставаться в доброй памяти. Их смерть предрешена, и они, как вы видите, чем-то напоминают ваших детей… — Вы предлагаете мне подменить моих детей?! — воскликнула Элия. — Верно, — кивнул мужчина, — если я просто заберу и выведу мальчика и девочку, то могут возникнуть вопросы. Но если отряд Господина… убьёт их, тогда вопросов не возникнет. Полагаю, вы сможете представить их, как одних из детей вашего брата-Оберина. Для простого исполнителя он слишком осведомлён. Впрочем, в его словах есть зерно истины. — Эйгон младенец, — подметила Элия… — Не волнуйтесь. У меня есть та, кто поможет его кормить. Но решать надо сейчас, Принцесса Элия. Боюсь, ещё пару минут и будет поздно… Элия вновь посмотрела на детей, которые столь слабы, что не могли прийти даже в сознание. Или они, или её дети… Хотя… Это выбор, без выбора. Как мать, Элия прекрасно понимала что выберет. Она бы выбрала так даже предложи ей Семеро ещё тысячу раз поменять решение. Ведь она мать… — Мои дети… Выведите их в Дорн… — Мы прибудем в Солнечное Копьё, — слегка поклонился ей мужчина. — Возможно, гораздо раньше, чем вас туда доставят. Сирион… Она обнимала свою дочь и сына, ради призрачного шанса на их спасение, вверяла их судьбы человеку, которому верила. Элия лишь надеялась, что он поможет ей. Хотя бы он… Пусть Рейнис и Эйгон никогда даже близко не приблизятся к Железному Трону и своим Титулам… На самом деле она поняла, что ей наплевать на это. Лишь бы её дети жили. И если когда-нибудь Сирион столкнётся с проблемами, которые она сможет решить — она решит их, но при условии, что её дети выживут. Убаюкивая чужого младенца и аккуратно гладя девочку, Элия Мартелл ждала. End POV. Элия Мартелл. *** Как и планировал Лорд Тайвин, в город мы вошли без особых проблем. Золотые Плащи открыли ворота. Народ, что нас встречал, с надеждой смотрел на нашу армию… Но стоило лишь нам взять путь в сторону Красного Замка, как всё изменилось. В этот день солнце стояло высоко и палило нестерпимо, лишь сухой ветерок играясь с плащами воинов, обдувал жару. Строй Алых Плащей расступился и вдруг все с шоком заметили, что они так-то скрывали таран. Золотые Плащи ошарашенно уставились на нас. — БОЙ, — приказал я, обнажив меч и взяв щит в левую руку. — Сдавайтесь или умрите! — это произнёс я, уже направив меч на Золотых Плащей. Они лишь обнажили свои мечи. Что-же… Моя совесть чиста. Они сами сделали свой выбор. Алые Плащи, армия Запада, знаменосцы и их отряды атаковали стражу города. Каждый из Лордов должен позаботиться о своём районе города. Лорд Бракс повёл своих людей на Стальную Улицу, Лорд Марбранд — к Септе Бейлора, Лорд Леффорд — в сторону Грязных Ворот. Моей зоной ответственности был сам Красный Замок, точнее Твердыня Мейгора. Сам штурм Замка был поручен мне, Лорду Самнеру Крейкхоллу и Сиру Элису Вестерлингу… Атаковать замок человеку без военного опыта. Я могу сколько угодно перечитать книг Мейстеров об осадах… Но поистине опыт взятия замков постигается на практике… Хотя отец посоветовал мне наблюдать за Лордом Самнером. Но я у него скорее учился, как вести себя в таких боях, как этот. Бой, в который мы сейчас вступили, совсем не походил на то, в чём я до этого принимал участие. Тут столкнулось сразу почти десять тысяч человек. Поначалу крики, стоны и проклятия меня даже слегка оглушили. Две толпы воинов столкнулись между собой. Пройти весь город до Красного Замка мы бы не смогли мирным строем в любом случае. Таран мы и так еле-еле скрыли, пока входили в город. Сейчас же скрыть в городе его было невозможно. Вдобавок, предполагалось, исходя из договорённостей Эйриса и Тайвина, что мы встанем по стенам города и будем защищать его. Мы же намеревались двигаться к замку. Что уже навело бы некоторых людей на особые мысли… Бой быстро стал походить на свалку. В этот раз я орудовал не двумя мечами, как привык. Пространства слишком мало, да и сам я слишком открыт. Я пока не Эртур Дейн, чтобы в любых случаях использовать два меча и оставлять после себя гору трупов. Без нормального пространства, в тесных улочках Королевской Гавани, а тут такие есть, я быстро погибну. Так что в этот раз я использовал щит с гербом золотого льва на алом поле в левой руке и меч в правой. Тактику я использовал стандартную. Отразил щитом, постарался вывести из равновесия, ударил мечом. Постепенно солдаты входили в раж. Преимущество в выучке и неожиданности делало своё дело. Золотые Плащи отступали, ополченцы, наспех собранные, сдавались в плен. Хотя в плен их мало как раз брали, в основном убивая. Слышались крики женщин и детей… — Лорд Самнер, — прокричал я, добравшись к мужчине. — Это никуда не годится! Наша же цель — Эйрис… — Не годится, — покачал головой мужчина, — но скажи это обозлённой солдатне, после нескольких суток марша. Сейчас мы можем смягчить их поступки, но не остановить, — мужчина, размахивающий огромным, двуручным мечом, отразил простенький удар одного из ополченцев и одним взмахом отрубил тому голову. — К тому же бой не окончен. Замок не взят. Если есть время на то, чтобы отвлекать меня — найдите его на то, чтобы помочь нам продвинуться к Красному Замку! Да как мы продвинемся к Замку, если солдаты постоянно отвлекаются на грабёж и женщин? Нет… Так нельзя. — Король всё ещё жив! — резко прокричал я. — Разве мы имеем право трахать кого-то, когда он всё ещё жив? — часть Алых Плащей и армии обратили на меня внимание, по крайней мере те, кто мог меня слышать. — Кто убьёт Короля Эйриса — тому тысячу золотых драконов и не только их… Замок полон любовницами Короля, драгоценностями и многим чем! Так что же должны мы останавливаться, чтобы пограбить дома бедняков, когда у нас есть целый замок?! УСЛЫШЬ МОЙ РЁВ! Речь, конечно, глупая, в каком-то моменте. Вот только антуража добавило, что говорил это Ланнистер, побывавший до этого в Красном Замке. По крайней мере не все, но часть солдат со взглядами, полными решимости, взревели, подобно львам и ринулись за мной в Красный Замок. — Над речью ещё надо поработать, — послышался голос Лорда Самнера. — Но это лучше, чем ничего. Когда командуешь войсками вне боя — следует правильно расположить их. А когда в бою — тебе надлежит произнести правильные слова, чтобы люди не задавали вопросы… Мы подбежали к самому замку. Выглядел он, как обычно. Разве что, окружён был врагами. Кажется, остальные участвующие смогли заставить своих солдат — хотя бы процентов семьдесят из них — повременить с разграблением. И нам повезло, что катапульты и требушеты, которые были на стенах замка, были направлены не в сторону города… Ага, да… Раздался ужасный грохот. Камень попал в здание позади нас. Они успели развернуть одно из орудий? Следующий залп уже попал в ровный строй наших солдат, разметав их останки во все стороны. Увидев результат, я в ужасе вздрогнул. От этого ничто не спасёт… Ни щит, ни добрые латы, в которые меня обрядил Сандор Клиган до боя. С меча, с которого сейчас стекала кровь. Он и его брат устроили настоящий ад на поле боя. Я убил не так уж и много, по крайней мере сейчас, ведь я двигался рядом с Самнером Крейкхоллом и нас защищали от участия в битве. — Замок почти у нас! Надо только снести эти врата! ВПЕРЁД! — прокричал я. — Таран, вперёд! Снесите их! Мужчины понесли таран в сторону ворот и начали своё непростое дело. Лучники Эйриса выглядывали в бойницы замка и старались выбить несущих таран, пока не поздно. Наши же попытались их в меру сил подавить. Здесь я не участвовал — стрельба из лука не моя сильная сторона. Ещё бы что-нибудь сделать с катапультой… Точно… Она явно стоит во внутреннем дворе самого замка. С него она способна забрасывать нас камнями, перебрасывая их над стеной. На стене самой я её рассмотреть не смогу. — Лучники, — я поискал взглядом отряд лучников. Ко мне подбежал человек. Одет он был в простенькую, плотную одежду. На руках были коричневые перчатки. Лучников на штурм взяли самый минимум — порядка девятисот человек. В конце концов, слишком уж тесный предстоял бой. Хотя часть из них уже успела погибнуть, часть явно совершали противоправные действия сексуального характера… Ещё часть участвовала в перестрелке с лучниками замка. — М’лорд, — произнёс один из мужчин. — Я Джерек. Главный среди лучников, — они из ополченцев, а не из Алых Плащей. Хотя и вполне обученные. — Выстрелите по внутреннему двору. Вы сможете перебросить стрелы над стеной? Надо попасть во внутренний двор. — А куда именно? — спросил лучник, перекрикивая стоны ужаса от попадания ещё одного камня в один из строев. — Просто стрелять, пока не прекратиться этот грёбанный обстрел! — прокричал я в ответ. — У них катапульта во внутреннем дворе… — То есть вы хотите убить обслугу, — кивнул мужчина. — Мы с парнями охотники. Пусть не видим их, но можем сказать откуда летит точно камень. Не сомневайтесь, М’лорд! Всё будет сделано. Он отошёл в сторону и спустя минуту, после очередного залпа катапульты — наши лучники разразились стрелами в ответ. Даже если не попадут, то заставят задуматься. — Ворота сломаны! — доложил мне один из Рыцарей, который участвовал в штурме ворот. — УСЛЫШЬ МОЙ РЁВ! — прокричал я, взмахнув мечом в сторону замка. Мы ворвались в замок, где я тут же свернул в сторону Твердыни Мейгора. Тут уже я сменил щит на привычные два меча. Братья Клиганы и отряд старшего последовали за мной. Золотые Плащи пытались нас задержать… Но тут против них фактически лучшие фехтовальщики Вестероса… В общем, задержали на пару секунд. Удар стража, первого, который столкнулся со мной, я даже не стал парировать, по привычке увернувшись от него и тут же ударив по горлу мужчину. Тот пал к моим ногам, держась за него. Удар следующего я парировал правым мечом, лёгкое вращение мечом в левой руке, и у мужчины оказалось рассечено лицо. Следующего я буквально нанизал на свои мечи, резко вытащил их из тела… Завращавшись, я ушёл от простого удара сверху его товарища и рубанул атаковавшего меня двумя мечами — по животу и голове. — Грёбанный предатель! — я увидел Рыцаря. Это уже не Золотой Плащ. Мужчина нацелил на меня меч. Во второй руке он держал щит с гербом, перечёркнутым красной линией. — Как вы посмели, блядские Ланнистеры, сделать это? Предать своего Короля. Я убью тебя здесь и сейчас… — РААААААААА! — мельком я посмотрел ему за спину. Григор Клиган, разметав стражников, как ветер сухие листья, прорвался в Твердыню Мейгора. — У меня нет на тебя времени, — спокойно проговорил я. Григор та ещё тварь, с него станется убить Элию… Надо проконтролировать. Всё проконтролировать. Я активировал свою способность по предвидению. Пусть она истощает меня, да и противник это тот, которого я могу победить и без предвидения, но времени реально нет. Надо быстро его убить и захватить Элию… Мы ринулись навстречу друг к другу, вот только я точно предвидел все его атаки. В отличие от многих других — он попытался сначала оглушить меня щитом, а после нанести удар мечом. Именно такое будущее я увидел… Против такого приёма наиболее эффективный метод — уворот с уходом в сторону, а затем… Моя скорость и реакция стала для Рыцаря сюрпризом. Я ещё и ушёл в сторону, в руке которой он держал щит… То есть меч его не мог отразить атаку, рука со щитом была выпрямлена. А так как этот умник не надел шлем на бой, то и мой точный удар в голову не оставил ему никаких шансов. Ладно… Пора. Отряхнув меч от крови, я побежал в Твердыню Мейгора, вслед за частью отряда Григора. Если обычный человек во время простого боя может стать жестоким… То насколько жестоким может стать кто-то вроде самого Григора Клигана, который жесток от природы? Наконец ступени закончились коридором, который и вёл в покои Элии. Я и Сандор натурально перепрыгнули через останки изрубленных мужчин Дорнийской внешности. Так же тут валялись и тела некоторых солдат отряда Клигана. Из покоев Элии слышались всхлипы и женский плач. Я ворвался в них и застал очень неприятную картину… Это чудовище буквально размозжило голову младенца о стену… Пусть я понимал, судя по всему, что это не Эйгон. По крайней мере надеялся на это. Но какое сочувствие к такому монстру? Сандор рядом со мной застыл в ужасе… Недалеко от Элии лежала истерзанная девочка, лет четырёх. — Теперь последняя Таргариен в этой комнате, — мерзко проговорил один из прихлебателей Клигана… Амори Лорх. Мне он никогда не нравился. — Вы… Вы убили моих детей… Григор Клиган пошёл в сторону Элии, они меня пока не заметили. Так они убили Таргариенов или нет? Мне нужна информация! К сожалению, прямо сейчас я не мог даже узнать Рейнис, настолько была изуродована девочка. Мальчика только что размозжили о стену… Ладно. Сейчас главное остановить этих двух. — КЛИГАН! — воскликнул я, остановив его. Амори и Григор обернулись и увидели меня. — Её дети мертвы. Сейчас мы пленим её и препроводим к Лорду Тайвину… — Почему мы должны это делать? — спросил Лорх. — В конце концов, она Таргариен. А Лорд Тайвин повелел убить их все… Договорить он не успел. Я сократил расстояние, что было между нами и ударил гардой меча ему в лицо. Грузный Рыцарь пал к моим ногам. — Это последний раз, Лорх. Ты сейчас находишься под моим командованием. Если хоть ещё раз ослушаешься моего приказа — я тебя убью! — Лорд Тайвин… — Меня только похвалит за это. Ведь каким я буду командиром, если мои собственные воины не будут слушать меня? У тебя остались вопросы ко мне? — спросил я. — Нет. — Нет, кто? — Нет, Милорд, — с яростью произнёс Рыцарь. Я точно выбил ему зубы. Судя по виду Сандора, ему искренне хотелось, чтобы его брат проявил неповиновение приказу. Но Григор не шелохнулся. С Элией он больше не сближался и та, встав на ноги с пола, подбежала уже ко мне и обняла… — Спасибо, — услышал я её шёпот. — Спасибо… Судя по всему, Ассасин преуспел. Я приобнял её. Но женщина быстро опомнилась и отпрыгнула от меня. Да уж, обнимать мужчину в стальном доспехе — не лучшая затея. Хотя доспех у меня и не полный. — Леди Элия… Кхм, — прокашлялся я, — мы проводим Вас к Лорду Тайвину Ланнистеру. После, скорее всего, договоримся о том, чтобы отправить вас в Дорн. Клиган и Лорх возглавили нашу процессию. Детей подхватило два Алых Плаща, обернув их в свои плащи, настолько было ужасное зрелище. Элию вёл я, держа за руку. Ладошка женщины дрожала и меня это не удивляло. Ни у кого не хватило бы ментальных сил пережить подобное. Я сам сомневаюсь в своих способностях, окажись я в подобной ситуации. Всюду валялись трупы, раненые стонали от боли. Нас никто не тронул… На выходе из Твердыни Мейгора мы столкнулись с воинами не из Запада. Они были одеты, преимущественно, в тёмные одежды. Главным среди них был Рыцарь в белых одеяниях. Хотя с Белыми Плащами его было не спутать. Герб мужчины состоял из белого поля, на котором летели три чёрных ворона с алыми сердцами в когтях у каждого. Он из Долины? Кажется, герб Корбреев. — Добрый день, Сир, — вышел я вперёд даже Клигана и Лорха, Элию же передвинул к себе за спину. — Вы из войска Лорда Роберта Баратеона? — С кем имею честь? — мужчина до этого держал свой меч за головой, скрывая его, но после достал его и смахнул кровь. Я охнул… На Солнце сверкал клинок из Валирийской стали. Меч, который так сильно жаждут Ланнистеры и готовы даже с миллионом золотых драконов расстаться, чтобы его купить. Но даже самые бедные Дома отвергали наши предложения. Я выжидательно посмотрел на него. — И куда вы её ведёте… Это же Элия Мартелл… — Я Сир Сирион Ланнистер, — спокойно произнёс своё имя, пробуравив тёмные глаза Рыцаря Дома Корбрей, отчего тот даже немного отвёл взгляд. — И это моя пленница, Леди Элия Мартелл. Веду я её моему дяде, Лорду Тайвину Ланнистеру. Я ответил на ваш вопрос, Сир? И к слову, я всё ещё не знаю ваше имя… — Меня зовут Сир Лин Корбрей, — я почувствовал, как Элия вздрогнула за спиной. Почему? — И да. Она супруга Безумного Принца, Ланнистер. И должна предстать перед судом, а после казнена! — Что с ней будет решит Лорд Тайвин Ланнистер и наш Дом, так как она наша пленница. Её дети от Принца Рейгара мертвы, как и их отец. Сама она не имеет отношения к Дому Таргариен, кроме того, что была замужем за одним из них. И как я уже говорил, не вам решать, что мы будем делать с Леди Элией. А теперь освободите дорогу, Сир, или… — я поднял руку вверх. Алые Плащи, которые так же обнаружились здесь приготовились к бою. Клиганы, Лорх — обнажили мечи. Пусть мятежников было человек на пять больше, но качество было на нашей стороне. Десять Западников, против пятнадцати из отряда Корбрея… Если буду сражаться в полную силу, я, Клиганы — мы вполне сможем быстро сократить число атакующих, а после заняться обладателем Валирийского Клинка… И как мне хочется, чёрт возьми, чтобы этот дебил решил-таки напасть на нас. Во-первых, мы будем в своём праве. Во-вторых… Я смогу, в качестве виры, забрать у убитого мной Лина меч из Валирийской стали! Времена Корбреев уже прошли… А вот нам их меч может пригодиться… Но, к моему несчастью, Корбрей оценил обстановку верно и одумался… — Я сражусь с тобой, Ланнистер, когда рядом с тобой не будет твоих верных шавок, — мерзко улыбнулся он. Я даже удивился… У него такие правильные черты лица, уверен — среди девиц он имеет большую популярность. Но настолько мерзко улыбнуться — это надо уметь. — В нашем сражении, Корбрей, я тебя убью, — просто произнёс я слова. — Запомни это и никогда не бросай мне вызов. — Что тут творится? — донёсся новый голос. Я с облегчением узнал в нём Лорда Тайвина. Дядя предстал перед нами в боевом параде, так сказать, в доспехах, с мечом. Вокруг него было множество Алых Плащей, мой отец, и я даже смог разглядеть некоторых Знаменосцев Запада. Тайвин выглядел… Грустным? Его взгляд был задумчивым… — Лорд Тайвин, — слегка поклонился я дяде. — Ваше повеление исполнено. Дети Таргариенов мертвы, — я подозвал двух Алых Плащей, что несли детей. Остальные Алые Плащи, что до этого, чуть со мной не вступили в бой с Корбреем, вернулись в обычный «режим». Плащи были развёрнуты и перед Тайвином Ланнистером предстали трупы истерзанной Рейнис, в которой и я сам не мог бы узнать ту девочку, настолько изуродовали её, что тот, кто видел — не мог бы сказать, что это не Рейнис. Да и смотреть на исколотого ножом ребёнка даже у самого отбитого головореза надолго ментальных сил не хватит. Лично я с трудом на это смотрел. Касательно же Эйгона… Гора размозжил его голову о стену, присутствовало лишь тело и частицы черепа. — Что с Элией Мартелл? — посмотрел на меня Тайвин Ланнистер. — Она жива, — женщина вышла из-за моей спины. — Я решил пощадить её, ведь она из Дома Мартелл, а не Таргариен. — Молодец, — просто ответил Тайвин. — Леди Элия… — подал он ей руку. — По вашему приказу убили моих детей! — зло процедила она, отняв свою руку от руки Тайвина. Станиславский бы ей поверил? — Как вы… — Элия Мартелл, не забывайте! — повысил неожиданно голос Тайвин Ланнистер. — Вы моя пленница. Сейчас вы проследуете за моим человеком. Он укажет вам место, где вы сможете разместиться в лагере Ланнистеров. Его разбили во внутреннем дворе замка. Что с вами делать мы решим позже. Сирион, ты идёшь с нами, — один из свиты Тайвина Ланнистера отделился. — Хорошо. Сандор, — позвал я своего стража. — Обеспечь Леди Элии дополнительную охрану. Элия, Рыцарь и Сандор удалились по направлению внутреннего двора. Мы же направились к Тронному Залу. — Штурм прошёл, как мы и планировали, — поведал мне Тайвин Ланнистер. — Не сказать, что ты молодец, хотя в некоторых моментах тебя есть за что похвалить. Лорд Самнер рассказал мне всё, что происходило до замка. — Всё же командовать войсками на поле боя, непосредственно участвуя в самом бою — трудно, — тяжко вздохнул я. — Рад, что ты это понял, — произнёс Тайвин. — Но, полагаю, этот бой тебя чему-то научил? — Разве что импровизации, — ответил я. — Тогда, когда мы штурмовали Красный Замок, нас обстреляли катапультой, и я приказал лучникам ответить, обстреляв внутренний двор. — Они справились, — послышался голос отца. В отличие от Тайвина он в штурме участвовал напрямую. На его доспехах виднелась кровь. — Хотя я бы и не сказал, что это всегда действенный метод. — Ты ещё научишься, — произнёс Тайвин. — Я прикажу Тигетту поговорить с тобой. — А что насчёт Легиона? — спросил я. — Мне будет дано разрешение? — Мы обсудим это, — мы подошли ко входу в Тронный Зал, — позже. Хотя я настроен согласиться на твоё предложение, пусть с условием, что ты будешь лично мне отчитываться за каждое твоё решение. Сколько ты планируешь легионов набрать? — В идеале я рассчитываю собрать пять легионов, в каждом по десять тысяч мечей… Это вместе с обслугой. — Многого хочешь, — произнёс отец, — хорошо будет, если ты хотя бы три легиона, лет за тридцать соберёшь. Ничего просто так не делается, Сирион. Тронный Зал был наполнен самыми разными людьми. Среди присутствующих выделялись мятежники и сами Алые Плащи. Корбрей подошёл к одному из зрелых Лордов — высокому мужчине с чёрными волосами и колючей бородой и соколом с белой луной на небесно-синем фоне. Так это и есть Джон Аррен? Лорд одноимённой Долины. Королевство больших гор, как бы я его обозвал. На Троне восседал он… Тот, от которого меня лично воротит… Роберт Баратеон… Как говорится: «Король умер, да здравствует Король». Хотя я слышал, что его ранили на Трезубце, но вот он сейчас, сидит на Престоле. — Склонитесь перед Королём Семи Королевств! — произнёс фразу Джон Аррен. — Робертом, первым этого имени, из Дома Баратеон! И присутствующие склонились. Вовремя мы пришли… — ГРЁБАННЫЕ ТАРГАРИЕНЫ ОТНЯЛИ У МЕНЯ ЛЮБИМУЮ! — после того, как мы встали, начал вещать Баратеон. — И Я ПРИЛОЖУ ВСЕ УСИЛИЯ, ЛИШЬ БЫ УБИТЬ ИХ ВСЕХ! Город наш! И теперь можете идти и отдыхать! Ешьте, пейте, веселитесь! Трахните столько шлюх, сколько сможете! — это был сигнал, большинство присутствующих, кроме представителей Королевств — представители Запада, Речных Земель, Долины, Севера и Штормовых Земель — остались. — Что с детьми Таргариенов?! Тайвин Ланнистер посмотрел на меня. Ясно… Говорить мне? — Ваше Величество, — вышел я вперёд, за мной из толпы Западных Лордов вышло два Алых Плаща. Стоящий по правую руку от Роберта — Нед Старк — обратил на меня внимание. — Дети Рейгара Таргариена, Принцесса Рейнис и Принц Эйгон, мертвы. Они были убиты моим отрядом во время штурма Твердыни Мейгора. Алые Плащи показали трупы детей. Кто-то охнул, кто-то отвернулся… Роберт сошёл с Трона и посмотрел на останки детей. — ТЬФУ! — харкнул он на трупы. — Поделом этим тварям! — возопил он, отчего я решил, будто меня контузило. — А ты растёшь, Сирион Ланнистер, — подметил он. Мельком я заметил Джейме в доспехах Гвардейца. — Раньше баб убивал, а теперь детей убиваешь. Впрочем, своего кузенчика ты переплюнуть не сможешь. Эй, Джейме, кого ты там убил, не напомнишь? — Роберт, — важно произнёс Джон Аррен. — Да-да, простите, наставник, — повинился он. — Короче, — он вновь занял Трон. — Детей выбросьте в море. Не хочу даже видеть этих тварей. А похорон они не достойны. Что с женой Рейгара Таргариена? Я хочу поступить так же, как он поступил с моей Лианной! — Его Лианной? Как можно быть таким тупым? Лианна ненавидела его. Да и кто ему даст поступить так же с Элией, как Рейгар поступил с Лианной? Я любой ценой его убью в таком случае. Пусть и сам умру в процессе. Но поступить так с Элией, с моей дорогой подругой, которая и так натерпелась?! Полетит вслед за Лжерейнис и Лжеэйгоном в море… — Она жива, — произнёс Джон Аррен, — её можно использовать для заключения мира с Дорном. — Вот ещё, договариваться с козоёбами, — хмуро произнёс Роберт. — Ваша Милость, если вас это так тяготит, то я мог бы направиться в Дорн, — произнёс я, — доставить Элию Мартелл и донести вашу волю Дорнийским Принцам. — Мою волю… Ээээ… Пусть сложат оружие… — замялся Роберт. — Мы обсудим этот вопрос, — взял слово Аррен. — Через три дня, если вы так желаете, мы снарядим для вас корабль в Дорн, Сир Сирион. — Я же направлюсь в Штормовые Земли! — воскликнул Роберт. — Мейс-Осадник осаждает мой дом! Настала пора выбить этого идиота из-под Штормового Предела! — Ваше Величество, — произнёс Нед, Роберт скривился. — Дозвольте мне разгромить Просторцев. Я всё равно намеревался отправиться на юг, в Дорн. Именно там — по слухам — в Башне Радости, Рейгар держал мою сестру, Лианну Старк. Вы же ранены… Да ну. Мне кажется, что, если Баратеону отрубить все конечности — он всё равно будет орать и желать отправиться воевать куда угодно. — Хорошо, — произнёс Лорд Джон, на лице мужчины отразилась улыбка. Кажется, я знаю, кто будет править при новом Короле. — Однако, если Лорд Эддард направится на юг по земле, разблокирует Штормовой Предел, а Сир Сирион, по воде, куда быстрее доберётся до Солнечного Копья… Мы сможем достичь всего, что требуется сделать в Дорне. — И наставник! — воскликнул Роберт так, что у присутствующих заложило уши. — Часть Таргариенов ещё остались на Драконьем Камне. Шлюха-Королева Рейла и мелкий выблядок Безумного Короля — Визерис. Кроме того, Варис, — Варис? Они допросили Мастера над Шептунами, — докладывал мне, что Рейла беременна! Беременна очередным, грёбанным Таргариеном! Её надо убить. Всех их, до одного убить! — Сейчас нам надо разобраться с ситуацией на континенте, Ваше Величество, — спокойно ответил ему мужчина. — Лорд Эддард, — означенный человек скривился. Видимо ему не понравилось обращение «Лорд», как и Роберту не нравилось обращение «Ваше Величество» от Неда Старка и Джона Аррена. Естественно от друзей им эти обращения не нравились. Или Старку не нравилось, что он стал Лордом заместо его старшего брата? Ему дали Королевство и красавицу-жену. Видел я Кейтелин. Лишь совсем чуть-чуть уступает Серсее. А для любителей рыжих, то и вовсе не уступает. — Деблокирует Штормовой Предел, Сир Сирион — замирит Дорн. Когда с оплотом Лоялистов на континенте будет покончено, мы сможем заняться последним бастионом Таргариенов на Драконьем Камне. А этот мужик тоже умён. Лезть с армией на остров, пока «тыл» на континенте не зачищен — глупость несусветная. Дорн обескровлен, но это всё ещё одно из Королевств. Да и к тому же присоединившееся, в своё время, не войной, как все прочие Королевства, а династическим браком. Мы не можем быть Семью Королевствами без Дорна. Хотя это забавно, что областей, которые некогда были настоящими Королевствами, куда больше, чем Семь Королевств. Так или иначе — Дорнийцы мастера партизанской войны и все ещё Королевство, которое может шкодить. Не меньшую опасность представляла и армия Простора, осаждающая Штормовой Предел. Если не самому замку, то армии Мятежников. Мейс Тирелл собрал огромное воинство. Хотя бояться стоит не Великого Лорда Простора, а его знаменосца — Лорда Рендилла Тарли. Тарли, как я слышал, род воинов и полководцев. Оттуда всегда выходили одни из лучших военачальников Вестероса. — На этом пока следует закончить, — произнёс Лорд Аррен. — Лорд Тайвин, Сир Сирион. Вас не затруднит отправиться со мной в мои покои? Я хотел бы пояснить, что Семь Королевств ожидают от переговоров с Дорном… И только сейчас я заметил… На месте сердца у Джона Аррена была приколота метка… Метка Десницы Короля. А ведь я мог им стать… Мог. Но не стал… Может оно и к лучшему. Сосредоточусь после этой войны лучше на Западе. Покои Десницы Джона Аррена ничем не отличались от покоев Десницы Тайвина Ланнистера. Разве что гербы Ланнистеров были заменены на таковые Арренов. Мужчина прошёл к знакомому мне столу, за которым меня некогда принимал Лорд Тайвин, присел. — Вина? Ликёра? — спросил мужчина. — Увы, пока мы можем подать лишь алкоголь. И то лишь потому, что везли его с собой. Насчёт того, что есть на кухне замка — я бы пока это не ел и не пил. Могли отравить. Лорд Варис проводит проверку по этому вопросу. — Лорд Варис? — спросил я у Лорда Аррена. — Ему сохранили жизнь? Варис Паук же верой и правдой служил Эйрису. — Решение о помиловании принимает наш Король, — серьёзно отчеканил Аррен. — Если Его Величество решил помиловать его, то не вам осуждать подобное, Сир Сирион. И в то же время, мы здесь собрались, чтобы не обсуждать решения Его Величества. Сидящий рядом со мной Тайвин легонечко так заехал мне локтём под столом. Точно… Что мне Варис Паук? Пусть Роберт сам с ним разбирается. — Кхм, — взял слово Тайвин Ланнистер. — Пожалуй, мы откажемся от выпивки, — он выразительно посмотрел на меня. — Да, я тоже пока хочу сохранить разум в трезвой памяти. — Тогда, — Лорд Аррен внимательно осмотрел нас, — пожалуй я тоже употреблять алкоголь пока не буду. Но, — он позвенел в колокольчик. Явился слуга. — Открой окна. Мне кажется, что в покоях душно. Мужчина в синих, поношенных одеждах поклонился и открыл окна. Комнату заполнил свежий воздух. — Ваша цель, Сир Сирион, договориться о мире с Дорном. Всё что от них мы требуем — сложить оружие и признать Его Величество Роберта Королём. Вы направитесь морем, на корабле с Леди Элией. — Только признать Королём? — спросил я у Аррена. — Они на стороне проигравших. Мы не будем требовать с них репараций? — В сложившейся ситуации, — донёсся голос Тайвина Ланнистера, — признание Его Величества Королём Дорнийцами и есть репарация. Её хватит. — Верно, Лорд Тайвин, — кивнул Джон Аррен. — Вы верно сказали. Сир Сирион, требуется лишь признание и приём обязательств Дорнийцами. Нужно, чтобы они сложили оружие. Мы не собираемся менять ничего остального для Дорнийцев в Королевстве Железного Трона. На этом всё. Лорд Тайвин, Сир Сирион, — кивнул нам Аррен. — Я буду ждать вашего успеха, Сир Сирион. *** — Ты поступил правильно, — произнёс Лорд Тайвин Ланнистер в своих покоях, которые ему выделили во время пребывания в Красном Замке. Неразбериха после штурма быстро была закончена. И Благородных Лордов расселили уже по комнатам в самом замке, хотя сразу после штурма многие разбили свои шатры прямо во внутреннем дворе. Обусловлено это было во многом тем, что в Замке всё ещё могли остаться Лоялисты Таргариенов. Его финальная зачистка, вопреки словам Роберта, заняла ещё добрых часа два. — Дети Таргариенов мертвы, но ты сделал так, что Элия Мартелл выжила. Таким образом мы сможем договориться с Дорном. Иначе мы бы могли начать с ними враждовать. — Этого не произошло бы, — отхлебнул я вина из кубка. А что? Имею право, после первого настоящего боя в своей жизни. Сражение действительно впечатлило меня. Оно отличалось от стычек с бандитами, от дуэлей с Рыцарями. И было самым масштабным на моей памяти. Люди в таких количествах сражались и умирали… — Если бы только не послали меня контролировать Клигана и Лорха. — Ирония в том, — Тайвин вилкой подцепил кусок мяса и, обмакнув его в кетчуп, направил себе в рот. — Я был уверен в том, что убьют детей лишь Клиган и Лорх. У тебя бы одного не хватило бы духу. Скажешь нет? Глаза Тайвина Ланнистера холодно посмотрели на меня. — Собственноручно, я бы… — Вот видишь, — перебил меня Тайвин. — Ты и сам это признал. Ты мне много раз говорил, что избрал путь служения нашему Дому, чтобы превознести его над всеми остальными. Но не все вещи ты согласен творить, ради величия. Ты считаешь это правильным? Что ты декларируешь высокие цели, но порой не хочешь полностью их исполнять. Сильный мужчина — это не просто тот, кто делает во благо своего дома. По-настоящему сильный мужчина, Сирион, даже не тот, кто всегда благороден и честен. Сила — это мудрость и последовательность в своих действиях. Мудрость и ум нужны для того, чтобы понять, что надлежит совершить. Последовательность необходимо развить, чтобы ты мог выполнить всё. От и до! — Я думаю… Я понимаю, — после минутного молчания произношу. Тайвин Ланнистер с любопытством посмотрел на меня. — Ты хочешь верить в то, что ты понимаешь, — вкрадчиво произнёс мужчина. — Но понимаешь ли ты — вопрос всё ещё открыт. Тем не менее, ничего ещё не кончено. Тебя избрали послом в Солнечное Копьё. Ты должен будешь договориться с Мартеллами, а именно с Дораном Мартеллом о мире между Дорном и Железным Троном. В качестве рычага переговоров ты можешь использовать спасённую тобой Элию. И говорить, в том числе, через Оберина Мартелла, с которым, как я слышал, ты дружен. Однако есть нюанс. — И в чём же он состоит? — спросил я, отрезав себе кусок хорошо прожаренного мяса. Окна покоев Тайвина были обращены на запад и за его спиной было прекрасно видно заходящее за горизонт Солнце. — Мы убили двух детей Элии Мартелл, Принцессы Дорнийской. Она мне уже многое высказала… — Её можно понять, она ведь видела, как её детей жестоко убили. А Лорх и Клиган хотели и вовсе над ней надругаться. Как я понял. — Она мне об этом всё высказала, — произнёс Тайвин, отрезав себе ещё кусок. — Но что с того? Или ты предлагаешь отдать Мартеллам голову Клигана и Лорха за такое? Лишь за намерение… — Я этого не говорил, дядя, — покачал я головой. — И не подразумевал? — приподнял голову Тайвин. — В любом случае сейчас это не важно. Необходимо, чтобы Дорн сложил оружие и признал Роберта Королём. — Ну да, исходя из моего и Тайвина разговора с Арреном — задача проста. Пусть Дорн сложит оружие, признает Роберта Королём. И это безо всяких репараций с их стороны. — Если ты замиришь Дорн, а Нед Старк не потерпит неудачу при Штормовом Пределе — восстание окончится победой. Династия Таргариенов падёт. А дети Серсеи и Роберта взойдут на Железный Трон. Я бы, если бы у тебя были отношения с Робертом чуть получше, даже смог бы выбить тебе придворную должность. Допустим Мастера над Монетой или Мастера над Законом. Но, кажется, мой совет навести со всеми хорошие отношения, ты не воспринял буквально, что меня огорчает, — в голосе Тайвина скользнул холод. — С Робертом дружить невозможно… — Глупость. Дружить можно с любым человеком. Проще всего дружить с Королём. Особенно если ты знаешь, что этот Король хочет. — И вы, естественно, знаете, чего хочет Роберт? — спросил я слегка ехидным тоном. — Угадать желание любого Короля мне по силам. Короли в сущности делятся на два типа, — ответил на мой вопрос Тайвин, после допив вино и бросив себе последний кусок мяса в рот. — Первый тип — Короли, что правят. Они заботятся о своих землях, поданных. Они созидают богатство, славу и величие. Второй тип — Короли, которыми правят. Ими правит их алчность, жадность, праздность, паранойя и навязчивая мысль о том, что вокруг предатели. — И к какому же типу относится Роберт? — спросил я, понимая ответ. — Ко второму, — спокойно ответил Тайвин, окинув комнату взглядом, он продолжил. — Этот Король не поймёт своего долга перед державой. И будет делать что хочет настолько, насколько ему позволят его наставник и его слуги. Им будут править. — Да уж… Если Роберт бы делал что хотел — он продолжил бы своё восстание, — кивнул я. — Я прекрасно видел кто он. Это жалкое создание, полное похоти и порока. Ему нравятся, в сущности, две вещи — шлюхи и война. При том, что, чтобы получить что-то, надо ради этого работать, порой в ущерб тому, что тебе нравится. Но Роберт этого делать не будет. — Оно и к лучшему, — хмыкнул Тайвин. — Такими можно легко руководить. — Но разве мы уже не ошиблись с таким Королём? — Не подводи безумных Таргариенов под общую с нами гребёнку. С Робертом будет куда проще. И как я уже говорил — я бы смог договориться о должности при дворе для тебя. Увы, ты оказался слишком… Грубым с ним. — Надеюсь, он не обиделся, — гадко ухмыльнулся я. — И не побежал к портрету Лианны Старк вытирать свои жалкие сопли и слёзы о него. — Твой юмор не уместен, — покачал головой Глава Дома Ланнистер. — Лучше бы тебе приберечь его для другого случая. Только Серсея и Джейме останутся в Королевской Гавани. — Ну а Джейме, потому что все заметили, что мой кузен-таки — Цареубийца, но служба в Королевской Гвардии ведётся до смерти. Да и сам Джейме, казалось, не видел вообще никакого исхода и прецедента, даже после убийства Короля. — Ты же… Мягко говоря, Роберту не угоден. И это плохо. Ты куда умнее Серсеи и Джейме во многом и мог бы принести нам здесь много пользы. — Я не вижу в этом смысла, Лорд Тайвин, — ответил я мужчине. — В конце концов, к чему нам все эти Троны, Столицы, Короли? Не лучше ли поднять своё влияние, величие, благосостояние и могущество, развивая Запад? Столько перспективных идей, столько возможностей мы можем получить. И чем дальше, тем больше. Мы сможем заполучить для себя Вестерос, не надевая Корону и не садясь на Трон. Разве не прекрасно будет, что мы, будучи семейством Верховного Лорда будем править Королями? Тайвин Ланнистер внимательно посмотрел на меня. Его взгляд изучал, казалось, каждую черту моего лица. Холодные, зелёные глаза блуждали по моему лицу. — Железный Трон — это не просто красивая и пафосная сидушка, — наконец ответил мне Тайвин Ланнистер. — Это символ власти и величия. А также репутации. Ты говоришь мне о том, что наш Дом будет способен править Королями? Но что толку, если Король, по наветам врагов, сможет лишить нас вообще всего? Что толку, если нас не будут тогда бояться и уважать? Ммм? Ты считаешь, что можно променять уважение и репутацию на «гипотетическое могущество»? Ты слишком переоцениваешь силу золота. Думаешь, как торгаш из Вольных Городов, а не Ланнистер. — Золото — это лишь средство. И чем его больше — тем больше мы сможем себе позволить. — Золото — это ещё не всё, — покачал головой Тайвин. Его лицо скривилось в неудовольствии. — Гораздо важнее — репутация. Если наш Дом будут бояться и уважать — нам никто не посмеет бросить вызов. И это будет, если мой внук сядет на Железный Трон. Или ты имеешь что-то против? — Нет, — просто ответил я. — Я лишь рассуждаю о наших приоритетах. — Ты ещё слишком мало знаешь, племянник, чтобы подобное делать. Тебе всего шестнадцать. — Да, недавно исполнилось. Грубо говоря, я свой день рождения встретил на марше. — Ты лишь делаешь свои первые шаги. — Только потому, что я юн, я пока не могу рассуждать о подобных вещах? — спросил я у дяди. — Верно. Твои знания потрясают, твои умения впечатляют. Однако рассуждение базируется, в первую очередь, на жизненном опыте. Которого у любого старшего человека в достатке. Разве не поэтому я приставил тебя на время штурма к Лорду Крейкхоллу. Я хотел, чтобы ты понял всё. — Тогда, Лорд Тайвин, ответьте мне на вопрос, — мужчина с любопытством посмотрел на меня. — Есть старый Лорд, допустим. И есть я. Допустим я не сын своего отца, а сын соседа этого Лорда, тоже являющимся аристократом. И вот мой отец посылает меня учиться к соседу, как вы меня послали, однажды, к Лорду Марбранду. Всё идёт нормально, пока я действительно не предлагаю нечто революционное в деле, допустим управления Доменом этого Лорда. Но он отвергает это предложение, намекая на то, что я слишком юн, а он видел жизнь. Хотя всё, что он делал — это просто прожил в своём замке от самого рождения, охотясь, предаваясь пирам и увеселениям. То есть прожил обычную, заурядную жизнь. Какой опыт, какую мудрость может содержать в себе человек, всю жизнь не покидавший, почти что, Замка? Пролежавший на диване человек, не преумноживший богатство Дома, не достигший чего-либо… Так ли незыблемо старшее поколение? И все ли имеют право поучать нас только потому, что прожили куда больше нас, ведь мы в их глазах — жалкие сосунки, ничего не понимающие ни в политике, ни в управлении, ни в войнах? Мужчина посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд буквально, чуть ли не пытался добраться до моего мозга, настолько он был проникающим. — Что-же… Возможно ты в чём-то прав, — неожиданно произнёс мужчина. — Посредственность не имеет право кричать о своём опыте, перед тем, кого учит. Ведь он ничтожество. Но не пытаешься ли ты меня сделать ничтожеством? — Нет, что вы, — ответил я. — Я признаю ваши заслуги. Я просто хотел сказать, может не надо воспринимать буквально все мои идеи в мечи? — Кто сказал, что это так, Сирион? — сцепил руки перед собой Верховный Лорд. — Разве я не давал тебе золота? Иных ресурсов? Разве я не издавал законы, которые ты просил? Разве не я помог тебе закупить семена? Поставить мануфактуры? Кто угодно может воспринимать твои идеи в мечи. Но не считай, что я это делаю, мой дорогой племянник. Ты просто не понимаешь всей сути: почему я делаю то, что делаю. Это не для того, чтобы принизить тебя, твои способности, или потому что я не вижу состоятельность твоих идей. Суть в другом. На мне огромная ответственность. За Запад, за Дом Ланнистеров. Поэтому я никогда не спешу, когда можно не спешить, а тщательно всё обдумать. Надеюсь, ты когда-нибудь поймёшь мои уроки, Сирион, и более не будешь говорить мне такой бред. Ты и так много раз проявлял своеволие. — Я вас понял, — слегка опустил я голову. Действительно — немного погорячился. Неужто из-за долбанных гормонов подростка? Я ведь взрослый человек, понимаю, почему Лорд Тайвин, не побежал сразу всё применять и производить, как восторженный кретин. К каждому шагу надо тщательно готовиться и всё планировать. Лучше один, но уверенный шаг, чем десяток глупых. — Что-же… Тогда я жду от тебя результатов. Переговоры в Дорне подымут нашу репутацию в случае успеха. *** Корабль, на котором нас отправили был довольно быстрым, и плыть в Дорн мы должны были не сказать что долго. В сопровождение нам выдали сразу пять кораблей из Долины, три корабля из Королевских Земель. Слишком важна была миссия. Рассветное Солнце освещало нам путь первые пару часов. Надлежало проделать огромный путь. Но, учитывая, что мы шли на кораблях, огибая дороги, которыми сейчас кишат разбойники, мы были в безопасности. Опасность мог представить нам лишь флот Простора, который курсировал недалеко от Штормового Предела, если верить донесениям. Впрочем, их цель была блокада замка Баратеонов. Чего они, судя по всему, полностью достичь так и не смогли, ведь замок-то держится. Часть флота Простора, если верить моим разведчикам-Ассасинам, ушла к Западному побережью, с целью защиты своих земель от Железнорождённых, которые в Восстании принимали роль наблюдателей. На Запад бы они не напали, в конце концов, общеизвестно, что мы не взяли даже половины наших людей. Гарнизоны остались по замкам почти в полном составе. А вот Просторцы взяли всю свою армию. При удачных обстоятельствах через недели две мы прибудем в Дорн на корабле. Точнее в Солнечное Копьё. Где мне предстоит говорить с Мартеллами. Находился я в каюте для почётных гостей. Она чем-то напоминала каюту Капитана. Меня и Элию поселили в одну и ту же каюту, отгородив меня от неё простенькой ширмой. Женщина, казалось, справилась со всеми своими переживаниями. По крайней мере, выглядела уверенной. — Знаешь, — она тоскливо смотрела в окно, на отдаляющуюся Королевскую Гавань. — Я ведь когда-то на корабле сюда прибыла. Издали мне этот город казался таким величественным и красивым. Оплот Таргариенов, Королей нашей страны. А теперь… — она поправила чёрное платье, в которое была одета. — Я думаю, что ненавижу всё это место. — Да, — согласился я, — Королевская Гавань может как заставить полюбить себя, так и заставить ненавидеть… — Любить… Разве что таким интриганам, как ты, — слегка усмехнулась Элия. Её голос звучал спокойно и ровно, несмотря на смешок. И что важнее — явно было не злорадство. — Не могу это отрицать, — прикрыл я глаза. — Хммм… Они ведь все мертвы, Сирион, — произнесла Элия Мартелл. — Столько людей просто погибло в этой мясорубке. И ради чего? Из-за чего? Из-за кого? Какой в этом был смысл… — Честно, — посмотрел я ей в тёмные глаза, — во всём этом не было никакого смысла. Читая историю, оглядываясь назад, я понимаю, что все конфликты между людьми, народами, могли бы быть решены, если бы они просто поговорили и договорились. Если бы кто-то уступил в одном, а его оппонент уступил в другом, они бы пришли к компромиссу и на этом всё закончилось бы. К сожалению, люди так устроены, что война и убийство себе подобных — прописано в их природе. — Насилие не выход, но без него никуда, — сделала вывод из моих слов женщина. — Знаешь, Сирион, я просто уже не понимаю… Не знаю, что мне делать… Этот город, это место. Эти люди… Я просто ощущаю, что меня будто изрубили на части мечом. Я не чувствую себя целой, понимаешь? Будто я потеряла себя… — В какой-то мере, я тебя понимаю, — с сожалением произнёс я. — До недавних пор мне всё казалось предельно ясным. Пусть моя трагедия таковой является лишь с натяжкой и не сравнится с твоей. До недавних пор у меня был лучший друг, который являлся Кронпринцем Семи Королевств. Да я должен был стать Десницей при его воцарении! Моё будущее было безоблачным… Но когда бескрайние, не имеющие туч и облаков, небеса моего будущего заволокли эти тучи? И главное, что они повлияли не только на меня. — Да, — согласилась со вздохом Элия. — Будь я сторонним наблюдателем, я бы сказала, что ты легко отделался, Сирион. Многие лишились отцов, сыновей, братьев… — на этом моменте от неё донёсся всхлип. Ливен Мартелл. Я понял, почему она так опасалась Лина Корбрея. Именно Лин убил Принца Ливена Мартелла. Поговаривали, что на Мартелле живого места не было, когда тот напоролся на Лина Корбрея. Так это или нет — никто не знает. Хотя Корбрей уже убил двух Рыцарей, которые заявляли, что Лин просто добил Мартелла, а не сразился с ним в честном бою. — Но зная сколько сил ты вложил, а после всё потерял… И видя, что даже после восстания и всей этой крови… Ты всё равно помогаешь мне… Сирион, — всхлипнула Элия. — Знаешь… Я какое-то время думала, что мне повезло куда больше, чем Эшаре. Но… Лучше бы моя мама договорилась… О тебе… О Джейме… О ком угодно, но только бы не о Рейгаре. Теперь я всё поняла… Мне осталось лишь решить, как жить дальше. После всего этого… — Ты всё ещё Принцесса Дорнийская, — взял я слово, подав женщине платок с гербом Ланнистеров. Она приняла его, начав вытирать слёзы со своего прекрасного лица. — Ты происходишь из рода, живущего в достатке. Ты можешь жить в хороших условиях, как тебе заблагорассудится. — И у меня есть два прекрасных ребёнка, если верить твоему человеку. Он доберётся до Солнечного Копья раньше нас и будет ждать нас там. Будет, же? — Верно, — подтвердил я. — Хотя я не хотел бы, чтобы дети участвовали в сражении за Престол. Как я уже говорил: растите их, как детей Оберина Мартелла. — Я всё уже поняла, спасибо Семерым, — сцепила в молитвенном жесте руки Элия. — Никакого Трона. Мои дети никогда не ступят за границу Дорна. Пусть Рейнис и Эйгон растут, как бастарды Оберина. Пусть так… А не по-другому. Железный Трон… Семь Королевств… Оно того не стоит Сирион. Когда ты смотришь на эту… проклятую штуку… Ты понимаешь, она отлита не мечами поверженных Лордов и Рыцарей. Она буквально сделана из трупов. И лучше пусть мои дети не будут иметь к этому никакого отношения. Я клянусь тебе, что сделаю что угодно, лишь бы мои дети не вступили в будущем в очередное безумное сражение за престол. Оберин поддержит меня… Доран… Я смогу убедить его. — Я же, в свою очередь, клянусь, Элия… Даю слово: я не стану никоим образом вредить твоим детям, покуда ты и они будут блюсти твоё слово. Хотя глупо думать, что ты говоришь за них. Они вырастут… — И они не узнают о своём происхождении. Они не будут помнить о своих правах, Сирион. Так что помни о своём слове. Не вредить ни Рейнис, ни Эйгону. А мы будем помнить о своих… — Да будет так, — кивнул я Элии. — Да будет так… Элия неожиданно встала и приблизилась ко мне. Прежде чем я успел среагировать она меня поцеловала точно в губы. Мои глаза расширились в удивлении… Но прежде чем я успел что-либо предпринять, она прекратила поцелуй. — Знаешь… Эшаре повезло больше чем мне… Прости меня за такое, Сирион, — печально произнесла Элия. — Думаю… Мне надо выйти на палубу и подышать воздухом. Я ошарашенно наблюдал за уходящей из каюты женщиной. А после сел за стол и налил себе рома. — Хочется напиться, — произнёс я. — И очень сильно… *** Летнее море, восток Дорна… Проплыли мы относительно легко, флот Таргариенов, по словам Джона Аррена, был сосредоточен вокруг Драконьего Камня. И на остальные корабли не реагировал от слова совсем. Пираты… Едва завидев флаг Ланнистеров, Мартеллов и корабли эскорта, предпочитали разворачиваться и плыть в строго противоположную от нас сторону. По крайней мере, мы встретили три пиратских судна, которые сначала двигались на перехват, но после рассмотрели, что трясти будут не торгашей, а корабли, что наполнены злыми-презлыми, за такую наглость, Рыцарями да ополченцами. И пусть никто из присутствующих уж точно воевать на кораблях, нормально, не умел. Меня самого предупредил капитан корабля, что «это вам не это» и сражаться на суше — не равно сражаться на море при качке. Но нас было элементарно больше, мы были при своих доспехах и мечах. Так что пираты сами развернулись и ушли. Проблему мог составить флот Просторцев, что перекрыли Тартский пролив и залив Разбитых Кораблей. Но… Просторцы, под руководством Пакстера Редвина — особо и не проявляли активность в море, лишь блокируя указанные точки. На корабли, плывущие мимо, не пытающиеся пройти к осаждающемуся Штормовому Пределу, им было всё равно. Так что мы спокойно миновали наиболее опасный, на мой взгляд, участок и вошли в Дорнийское Море. И тут нас настигла жара. В Вестеросе с его циклом — зима-лето — и так было неприятно для меня в первое время. Но Дорн… Вот он истинный юг. Первые же сутки проморосил дождь, впрочем, летний, тёплый. Последующие отметились такой засухой, что хоть одежду снимай. — На горизонте судно! — донеслось с Марса. К этому уже привыкли многие, если бы не то, что судно и не думало сворачивать, следуя нам навстречу. — Пираты? — спросил я у Капитана нашего корабля, зрелого мужчину, бритого налысо. Мужчина флегматично прищурился, а после приложил к правому глазу подзорную трубу, известную, как «мирийский глаз». Её используют мореплаватели в путешествиях. Мы бы хотели перебить этот рынок у Мира, но пока это дело двадцатое, если честно. — Нет, — произнёс мужчина. — Герб благородного дома. Зелёный дракон, кусающий себя за хвост на золотом поле. — Это герб Толандов, — сообщила Элия Мартелл, встав рядом. С того самого поцелуя она подчёркивала дистанцию между нами, а после и вовсе объявила мне это своей прихотью и шалостью. А также средством скрепления клятвы между нами. — Дайте, — она попросила трубу у Капитана. Тот, пожав плечами, передал его женщине. — Ах, Джереми Толанд, собственной персоной. — Знаешь его? — спросил я у женщины, принимая подзорную трубу и всматриваясь в неё. В ней я смог разглядеть мужчину, лет тридцати на мой взгляд, подтянутого телосложения. Он стоял прямо на носу корабля. — Рыцарь, сочетавшийся матриелейным браком с Нимеллой. У старика-Гарольда Толанда все сыновья погибли в схватках с пиратами со Ступеней. Осталась лишь дочь — Нимелла. Недавно старик отдал Семерым душу, а Нимелла стала Леди Дома и взяла себе в мужья Сира Джереми Сэнда. По слухам, он бастард почившего Лорда Гарольда. А ещё приложил руку к смерти своих братьев, чтобы жениться на сестре. — Это правда? — спросил я. — Кто знает, — флегматично заявил немногословный капитан. За всё время странствия я лишь смог узнать, что его зовут Иан и что ему плевать почти на всё вокруг. — Никто не знает, кроме самого Джереми и Нимеллы правду. Да и не важно, — отмахнулась Элия. — Лучше послушаем, что он хочет сказать. Корабль сблизился с нашими, идущим под знаменем Ланнистеров и Мартеллов. Джереми поднялся на борт. — Леди Элия! — воскликнул мужчина радостно. — И уважаемый посол. Нашего Принца — Дорана Мартелла, предварительно проинформировали о вашем прибытии в Дорн на переговоры. К несчастью, война спровоцировала пиратов со Ступеней и тудой плыть пока опасно. Принц Доран повелел, по крайней мере, его сестре, сойти на берег и проделать остальной путь сухопутно. А ежели кто хочет плыть в Солнечное Копьё, рискуя нарваться на пиратов, то пусть плывёт, — оскалился он вполне злобно, посмотрев на меня. — Но сестру Принца Дорнийского опасности не подвергать. — Не надо тратить красноречие, Лорд Джереми Толанд, — махнул рукой я. — Мы согласны все сойти на берег и проделать оставшийся путь до Солнечного Копья предложенным Принцем Дораном способом. — Тогда, полагаю, Сир, вы примите мою рекомендацию: следовать за моим кораблём. Мы отведём вас в порт Призрачного Холма, нашего родового замка, накормим и снарядим в дорогу. Принц Доран прислал к вашим услугам карету, — посмотрел он на Элию. Так наше путешествие по морю и закончилось. Толанды приняли нас, накормили, да спать уложили. Замок оказался с изюминкой. Его стены были полностью белые из-за мела, что выделяло замок на фоне голубого моря. На следующее утро во внутреннем дворе замка нас усадили в экипаж. И это был довольно роскошный экипаж, видимо, Доран так подчеркнул важность своей сестры. В Солнечное Копьё мы въехали ещё спустя шесть дней… Королевство Дорн меня слабо впечатлило. Всё, как рассказывала Эшара. Пески вокруг, изредка степи… И Солнце палило просто нещадно. А вот Элии, кажется, будто всё равно было. Ну естественно — она же выросла в этом климате и ей было привычно, а я изнывал от жары. Выданные нам в качестве стражей Рыцари Дорна, которые прибыли из Солнечного Копья вместе с каретой, даже слегка посмеивались над нами. Перед тем, как въехать в Солнечное Копьё, мы проехали Водные Сады, особую, летнюю резиденцию Мартеллов, которая пока лишь готовилась принять семейство Принцев и Принцесс Дорнийских. Следом находился Тенистый город. Он возник стихийно, вокруг Солнечного Копья. И тут нас встречали… Не сказать чтобы радостно, Принцесса Дорна приехала в составе посольства Семи Королевств. Но было видно, что горожане смотрят на экипаж с уважением и гордостью. Горожане не выглядели бедно. И наконец… Мы упёрлись замок… Он возвышался над городом, во многом благодаря своим башням. Уже в городе я смог рассмотреть их: две главные башни. Башня Солнца, увенчанная громадным куполом из хрусталя с позолотой, и Башня Копья, из которой возвышался ещё один шпиль, в виде стального копья, который добавлял ей высоту. У въезда в сам замок я заметил знакомую фигуру. Оперевшись на стену, стоял Оберин Мартелл. Рядом с ним торчало вбитое в землю копьё. Оберин будто кого-то ждал… В принципе и так ясно кого. Экипаж остановился прямо перед въездом, перед Принцем Дорнийским. Я вышел из экипажа и помог выйти Элии… — Элия! — воскликнул Оберин. — Оберин! — сестра буквально прыгнула в объятия своего брата. Их можно понять, учитывая характер Баратеона и кем являлась до недавнего времени Элия Мартелл. Ощущение, что я здесь лишний… — Ты прибыл договориться с моим братом, — Принц Дорнийский обратился ко мне. Элия прекратила обнимать Оберина и встала рядом с ним. — Верно, — подтвердил я кивком слова Оберина. Солнце просто нещадно палило, но я держал лицо. — Я Сир Сирион Ланнистер, Принц Оберин, и я принёс с собой слова Его Величества Короля Роберта Баратеона, первого этого имени, Короля ройнаров, андалов и первых людей. А также привёз вашу прекрасную сестру в ваш Дом. — Что-же, — ухмыльнулся Оберин Мартелл. — Добро пожаловать, Сир Сирион, в Солнечное Копьё. Резиденцию Принцев и Принцесс Дорнийских. Врата в замок за его спиной открылись, и я наконец смог войти внутрь. Замок Солнечное Копьё оказался похож на виденные мной. Привычный внутренний двор. Воины в цветах Мартеллов построились в две линии. За широким внутренним двором начинался настоящий замок. Огромные двери распахнулись, открывая нам путь в главный зал, в принципе, они вполне могут называть это место и Тронным Залом. Мартеллы, что с них взять — единственные, кто не подчинился пламени драконов, лишь династический брак и сохранение титулов Принцев и Принцесс. На фоне этого мы, Ланнистеры, проиграли. И не только мы… Вообще, у меня много вопросов к Лореону Ланнистеру… Зачем было выводить войска в открытое поле вместе с Гарденерами? Утёс Кастерли — один из самых грозных замков Вестероса. Мы могли бы отстоять свою независимость… Но что по итогу? Пламенное Поле. Король Простора погиб, сам Лореон чудом избежал смерти и по итогу стал Великим Лордом Запада… А был ведь Королём! И хотя я декларировал тот факт, что титулы меня мало волнуют, самому Тайвину Ланнистеру… Всё же неприятное, сосущее чувство горечи у меня присутствовало… Впрочем… Дети Серсеи исправят ситуацию. И пусть наполовину Ланнистер, но будет на престоле. Хотя с фамилией неувязочка вышла… Впрочем, жизнь странная штука. Доран Мартелл мало чем отличался от своего брата-Оберина. Внешность у него была типичная, мартелловская. Одет он был в богатую одежду оранжевого цвета, расшитую алыми нитями. Тёмные волосы, оливковая кожа и тёмные глаза, которые будто смотрят сквозь тебя. В них я явно видел признаки недюжинного интеллекта. Переговоры с такими могут быть сложными, в зависимости от их настроя. Убранство главного зала впечатляло своим богатством — впрочем, лишь мой эскорт в виде Рыцарей разных Королевств — Ланнистера богатством впечатлить задача почти невыполнимая. Разве что в Империи И-Ти, как я слышал, Императоры и даже их рядовые военачальники могут быть в разы богаче. Но она далека, та Империя, и вообще существует в иных условиях и с иным количеством населения. Но было бы интересно туда заявиться… Может попутешествовать немного после всего этого? Слева от Дорана я обнаружил высокого и широкоплечего мужчину, за спиной которого виднелась секира. Он был смуглокож и чёрноволос… Кажется, это Арео Хотах, по донесениям моих людей, доверенное лицо Дорана Мартелла из Норвоса. За двумя столами в зале сидело множество людей, среди которых я узнал и Джереми Толанда… Хммм… Это знаменосцы Мартеллов и их Рыцари. Один стол, тот, что был по центру — был частично свободен. — Приветствую тебя, сестра, — слегка кивнул Доран Мартелл. Элия просияла, увидев второго своего брата. — И Сир Сирион Ланнистер, как посол Семи Королевств, а также его сопровождающие, — кивнул он уже нам. — Разделите с нами хлеб и вино. Познайте гостеприимство Дорна. — С радостью, Принц Доран, — слегка поклонился я. С разных сторон к явившимся со мной Рыцарям Долины, Речных земель, Запада подлетела стайка слуг. Мы, в принципе, расслабились, нас довольно тепло приняли. Доран Мартелл, как выяснилось, ходить не мог из-за болезни. Поэтому он всё время сидел, его даже подкатили во главу нашего стола. Меня посадили между Дораном и Оберином, прямо напротив Элии, что села по правую руку от Дорана. Я, соответственно, по левую. Подали еду… Дорн пустыня и блюда тут немного различались. Впрочем, обычное мясо я тоже обнаружил, но поменьше. — Рекомендую вот это блюдо, — указал мне вилкой на мясное блюдо с овощами Оберин. — Очень вкусное. — Хммм, — я наложил себе в тарелку побольше и отпил из кубка вина. А после того, как я прожевал блюдо, Оберин наклонился ко мне. — Ты хоть знаешь, что ешь? — спросил у меня Принц Дорнийский. — Змею, да? — спросил я у него. — Как ты догадался? — удивлённо спросил Оберин. — Это было предсказуемо. Я читал о кухне Дорна в библиотеке Утёса Кастерли. А также я хорошо знаю тебя, Оберин. Ты непременно попробовал бы меня разыграть таким способом, — спокойно ответил я, отпив ещё вина. — Прекрасный вкус, согласен. — Ох ты, — только и произнёс Оберин. — С тобой всегда скучно, Сирион. Ты слишком умён и хитёр. — Ну знаешь, не жаловался бы, а придумал что-то такое, что и меня могло бы пронять, — спокойно ответил я Оберину. — Та ещё задачка, — со вздохом произнёс Оберин Мартелл. — Но знаешь. Я хотел бы с тобой поговорить… Об одной твоей шутке, — даже слишком серьёзно он это сказал. — Они прибыли? — спросил я у Принца. — Да, — спокойно ответил он. — Сегодня вечером в солярии моего брата Дорана. Мы поговорим об этой шутке… Я глянул в сторону своей свиты. Она была достаточно отвлечена, набивая свои животы яствами и вином. — Сегодня, уважаемые послы, — обратился к нам Доран. — Я предлагаю вам отдохнуть. Насладитесь сполна нашим гостеприимством! Переговоры проведём завтра. Послышались одобрительные высказывания. Свита, приставленная мне Лордом Арреном, явно должна была следить за мной в процессе переговоров. По крайней мере, Лорд Аррен «искренне советовал» проводить мне переговоры при всех, чтобы не было недосказанностей. Но с семейством Мартеллов я поговорю уже сегодня вечером. Подозреваю, прибытие Ассасина наделало среди них шума. Пир продлился ещё добрых три часа, после которых подвыпивших Рыцарей пригласили отдохнуть в комнатах. А некоторые даже умудрились урвать себе парочку служанок. Впрочем, они явно под это были заточены. — Я сам покажу уважаемому послу его покои, — произнёс Оберин Мартелл. — Пошли, — прошептал он. Дорана тоже увезли. Сначала Оберин повёл меня на третий этаж, но после мы вошли в башню, в которой подымаясь по лестнице, вышли на уровень третьего этажа. Интересно, как Дорана подымают? Тоже на его кресле-каталке? Существует ли тут своеобразная горка? Мы вошли в коридор, который вёл к одной единственной двери. Только один проход вёл справа от неё, судя по всему, вниз. Оберин преодолел со мной расстояние до двери и толкнул её. Солярий Дорана Мартелла был похож на зал-библиотеку. Он был завален книгами и обставлен шкафами с книгами. Напротив входа, через который мы и попали сюда, стоял богатый стол из чёрного дерева. Рядом с креслом Дорана стоял тот же Арео Хотах. Между входом и столом Принца Дорана располагались два дивана, стоящих друг напротив друга, а между ними маленький столик, на котором стояли фрукты и вина. — Сир Сирион, — произнёс Доран Мартелл. — Приятно познакомиться с вами в более… приватной обстановке. Мой брат Оберин, моя сестра Элия и… мой покойный дядя Ливен нахвалили вас в своих письмах. — Принц Доран, — ещё раз слегка поклонился я. — Мне тоже приятно познакомиться с вами. Принц Оберин и Принцесса Элия, — Элия и Оберин слегка скривились, — много хорошего говорили о вас. — Право слово, быть может давайте на «ты»? По именам? — просто спросил Принц Доран. — Особенно после всего, что вы для нас сделали? Присядьте, — он кивнул на диваны. Я и Оберин сели. Напротив нас вновь находилась Элия Мартелл. — Я согласен, — ответил я Дорану. — Тогда — Доран, так? — спросил я у мужчины. — И ко всем остальным так же, — улыбнулся Принц. — Ты меня очень приятно удивил, Сирион Ланнистер. Спас мою сестру. И даже приказал своим убийцам спасти детей. — А кто сказал что я их спас? — спросил я у семейства Мартеллов. — Их спасение только начинается. Только вы все, — обвёл я их взглядом, — можете их спасти. — Полагаю, то, что сказал твой человек, и есть твоё пожелание их спасения? — спросил у меня Оберин. — Не участие в политике. Никаких Эйгонов и Рейнис в сражении за Престол? — Наше семейство потерпело много неприятностей, — взял слово Доран. — Мой дядя мёртв. Племянники тоже объявлены мёртвыми. Вдобавок мы потеряли множество мужчин наших земель, что нанесло вред нашей экономике. — Ты только что произнёс, как и причины воевать с Семью Королевствами, так и причины помириться с нами же, — заметил я. — Действительно, — Принц Доран скрестил руки на груди. — Одно дело — хочется отомстить за дядю… Хочется усадить тех, кого ты нам прислал на Трон, тем самым отомстить Баратеонам. — Но разве вы не настрадались достаточно? — спросил я у Мартеллов. — Принц Таргариен вас предал, повёл на глупую войну, — эти слова дались мне трудно. Всё же Рейгар был моим другом. — И вы говорите, что думаете о мести. Во имя чего? Таргариенов? Глупо. Во имя Ливена? Вы нападёте на Семь Королевств? Но разве Ливен хотел бы этого, чтобы вы одни воевали против сразу всей страны? — Иными словами, твоё предложение следует трактовать так: я возвращаю вам вашу сестру, её детей, растите последних, как Мартеллов или бастардов, лишь бы они не пытались вернуть себе престол? — задал вопрос Оберин. — Ну, официально звучать должно только про сестру. Но неофициально, здесь — я пытаюсь с вами всеми договориться. Я защитил Элию от Горы и Лорха. Я защитил её детей от Горы и Лорха. Я рисковал всем, чтобы спасти Элию и её детей. До сих пор рискую, — я тяжело вздохнул, откинувшись на спинку дивана. — И всё это ради моей дорогой подруги. Не ради даже Мартеллов. Ради Элии, ибо жизнь с ней действительно обошлась очень и очень плохо. И отчасти ради Ланнистеров, чтобы мой Дом не враждовал с вашим. Я прибыл, как посол, чтобы всё разрешить к лучшему исходу, не только для себя. Не только для Ланнистеров. Не только для Семи Королевств. И для вас всех тоже. — Элия? — Доран повернул голову к сестре. — Есть что сказать? — Я согласна с Сирионом, брат, — ответила девушка, посмотрев на меня. — Я не хочу больше видеть, слышать, знать про политику! И я не хочу, чтобы Эйгон и Рейнис имели хоть какое-то отношение к тому проклятому месту! Разве мы не настрадались достаточно, Доран? Наш дядя мёртв. Столько Дорнийцев погибло. И я сделаю что угодно, лишь бы этого не повторилось. Оберин, сидящий рядом, смотрел то на сестру, то на Дорана. Сам же Доран прикрыл глаза. — Я тебя услышал, — произнёс Доран Мартелл. — И тебя, Ланнистер, тоже. Оберин, мы не можем сообщить, что у Элии есть два ребёнка. Это послужит досужим слухам. Зато все прекрасно знают о твоём образе жизни. Так что у тебя, только что, появилось два замечательных ребёнка. Девочка и мальчик. — Не сомневайтесь, я воспитаю их, как своих, — произнёс Мартелл. — И просьба одна, — взял я слово. Взгляды всех трёх Мартеллов скрестились на мне. — От текущего момента и до самой их смерти: ни шагу из Дорна. Я не вправе требовать. Я лишь прошу, сделайте что угодно. И если хоть один из них покинет Королевство — их ждёт незавидная участь, — сообщил я. — Ты угрожаешь? — Доран грозно посмотрел на меня. Да, он инвалид, но всё ещё Принц Дорнийский. — Нет. Это замечание, — спокойно ответил я, взяв яблоко и надкусив. — Я всё ещё воспринимаю их, как угрозу. Опасны не они сами. А имя, что стоит за ними, факт их происхождения. Их покидание территории Дорна будет воспринято мной, как угроза. — Хм, — хмыкнул рядом Оберин. — Я бы сказал, что боятся детей лишь трусы. — Но дети могут вырасти, Оберин, — повернулся я к мужчине. — И я хотел бы, чтобы они выросли хоть как Мартеллы, хоть как Сэнды. Но если они вырастут, как Таргариены и отправятся «отнятое несправедливо у них восстанавливать» — то и реагировать мы будем соответствующим образом. Мне сказать, что это значит? — спросил я у семейства Мартеллов. — Нет, — просто ответил Доран. — Мы всё поняли, Сирион Ланнистер. Мы поняли, что ты хотел нам сказать. Что хочет сказать нам Джон Аррен и Семь Королевств. Завтра мы проведём официальные переговоры. Дорн примет ваши предложения. Элия вернётся в Солнечное Копьё и продолжит свою жизнь под своей фамилией. Ты дашь письменные гарантии, как посол Семи Королевств о том, что страна не имеет претензии к тому факту, чьей именно женой была моя сестра, я же, в свою очередь, подпишу все необходимые бумаги о том, что признаю Роберта Баратеона своим Королём. Это всё, что от Дорна требует Семь Королевств? — Да… *** — И мы примем их предложение, брат? — спросил Оберин, наблюдая за только что закрывшейся дверью, что закрылась сразу за спиной его… друга. Арео Хотах повёл Сириона Ланнистера в их покои. — Сперва, — ответил Доран Мартелл. — Что значит «сперва»? — спросила Элия у своего брата. — Ты что-то задумал? Что-то глупое и безрассудное? Доран уставился на свою сестру. — С чего ты взяла? — Не увиливай от ответа, Доран! — чуть ли не прорычала Элия. — Ты мог дурить отца, даже попробовать обмануть маму. Но что тебя, что Оберина я всегда вижу насквозь. И я прекрасно знаю, когда ты лукавишь! Ты хочешь отомстить, да? Баратеонам? Семи Королевствам? Хочешь использовать моего сына, как знамя? Начать новую войну? Тебе недостаточно того, через что прошли мы? Я? — Успокойся, Элия, — попросил её Оберин. — Мне успокоится? Я прекрасно вас обоих знаю. Сирион предложил вам обоим превосходные условия. Никаких репараций, никаких унижений. И ты говоришь, что «сперва» мы примем его сделку… Это сперва… А что потом, брат мой? — Мы будем поступать, как должно, чтобы сохранить власть, богатство и величие Дома Мартелл, — произнёс Доран, фактически не изменившись в лице. — И преумножить его, — добавил он ещё тише. — Или ты считаешь, что я прямо сейчас объявляю о том, что мой племянник-Эйгон жив. И новое восстание начну? — Ты не объявишь ни сейчас, — указала пальцем в него Элия Мартелл. — Ни когда-либо ещё! Тебя не пресытила война? Политика? А я сыта ей по горло и лучше отдам себя на съедение скорпионам со змеями, чем позволю впутать моих детей в очередные игрища за ту проклятую всеми Богами, какие только существовали и существуют, табуретку! Хотят Ланнистеры, Баратеоны, Талли, Тиреллы, Аррены, Старки, Грейджои эту табуретку — пусть воюют и умирают! Но мои дети никогда более не ступят в Королевскую Гавань! Ни под каким предлогом, Доран! Пообещай мне. — Сестра… — Я всё сказала, Оберин! Ты что не видишь?! Наш хитрый братец-Доран наверняка задумал какую-то очередную партию кайвассы, с моими детьми в главной роли. МОИМИ ДЕТЬМИ! — громко воскликнула Элия, оправдывая выражение, которым наградили её некоторые слуги Солнечного Копья. «В тихом омуте — черти водятся». Она была тихой и спокойной почти всё время. Но когда её братья выводили из себя… Весь двор замирал от слов и действий дорнийки. И лишь она одна, почему-то, могла успокоить Дорана… и особенно Оберина Мартелла. — Но не важно кто — тебя обыграют. Или ты не понимаешь, что обнаружила я, когда была в Королевской Гавани? Я тебе объясню. Пятнадцатилетний подросток, когда ты, по словам матери, только и думал о шлюхах — был ближайшим другом Кронпринца Семи Королевств. Рейгар даже обещал сделать его Десницей. Я говорю о том, кто только что ушёл… Или ты забыл о других? Роберт Баратеон не проиграл ни одной битвы, никому, кроме Тарли. И он был тем, кто победил в восстании, став сейчас новым Королём Семи Королевств. Или мне припомнить про Тиреллов? Они, скорее всего, не имея выбора, примут предложение Неда Старка, которого направили к ним… Богатство Ланнистеров, армия Простора, рыцари Речных Земель и Долины… Ты всё ещё хочешь играть моими детьми? Не важно, что ты хочешь на самом деле. Я тебе не позволю! — Элия резко встала с места. — Только я спаслась из самого Пекла. И моих детей буквально чудом спасли! И ты уже предполагаешь исход, согласно которому мои дети будут твоими фигурами в играх за Престол? — Успокойся. Сядь. Слушай, — спокойно произнёс Доран Мартелл. — Я не говорил тебе, что я буду использовать их так. Это так же может быть нашей гарантией. Держать твоего друга-Сириона на коротком поводке… — Ты и его? Без обид, братец, но всё, чем ты можешь его шантажировать он сможет перебить одной простой фразой. И даже так — я не позволю тебе так поступать с ним… — Не позволишь? — вкрадчиво спросил Доран, взглянув в глаза Элии. — Так вот оно что. Ты жалеешь, что мать не договорилась о нём, верно? Ты так радовалась, когда тебе объявили будущего супруга… Но теперь ты поняла что-то, сестра. Возможно… Ты завидуешь своей подруге-Эшаре и жалеешь о чём-то. Вот корень твоих проблем, сестра. — Доран, это слишком, — прервал его Оберин. — И Элия права. Мы не можем подвергать риску детей, не важно какому. Элия рухнула на диван и всхлипнула… Почему её не понимают? Почему этот глупый, старший брат хочет, нет… Даже предполагает играть ЕЁ ДЕТЬМИ В ПОЛИТИКУ! Когда эта проклятая политика причинила ей столько горя?! Ярость буквально клокотала в груди у женщины. — Дело не в сожалениях… И не в моих чувствах к Сириону. — Жалела ли она? Как выяснилось, абсолютно любой аристократ был лучше Рейгара. Любой… А она этого не поняла. Ещё в той ночи, когда её первый раз взял… Он будто блюл долг. Раньше она этого не понимала. Потому что любила… Напрасно любила того, кто её никогда даже уважать бы не начал! — Дело в моих детях… Их будущем. Их жизни… Их мечтах и надеждах. Тайвин Ланнистер, Хостер Талли, Джон Аррен… И их наследники. Думаешь они позволят сделать хоть одно телодвижение? Почему… Почему мы не можем просто быть довольными тем, что имеем? Разве не логично сосредоточиться на управлении своим наделом? Чего нам не хватает, Доран? Земли? Богатства? Могущества? Величия? Наша земля — лучшая для наших королевств. Мы, Дорнийцы, привыкли к ней и живём достойно. Мы получаем огромные доходы от торговли. Все торговцы, идущие из Вольных Городов в Ланниспорт останавливаются у нас. Могущество мы восстановим… Но стоит ли использовать его на глупые войны, которые не принесут нам ничего? И величие… Я — Принцесса Дорнийская. Ты и Оберин — Принцы Дорнийские! Мы единственные аристократы в Вестеросе, помимо Королевского Дома, которые сохранили эти титулы. Так чего нам не хватает, Доран? Оберин? Я хочу, чтобы вы назвали мне причину, по которой МОИ дети могут направиться на войну. Столкнуться не только с честными Рыцарями, но и Ассасинами, теми самыми, которые способны проникнуть мимо стражи так, что никто и не почешется. Или Безликие, которые способны проделать тоже самое, но может и лучше? Во имя чего ты даже предполагаешь? Доран взглянул на свою сестру, а затем перевёл свой взгляд на Оберина. Нет… Он не предполагает. Он обдумывает все варианты… Несомненно, Ланнистер подарил им козыри, при этом показал и дубину, которой он может выбить карты из его рук… Ассасины. Можно ли расценивать появление Ассасина с детьми Элии посреди замка сигналом? Демонстрацией силы? И стоит ли упускать шанс, если таковой представиться? Женить Эйгона на Арианне… Или выдать Рейнис за недавно рождённого Квентина? Сделать Мартеллов, фактически, Королевским Домом. Владеть всеми Семью Королевствами. Такой шанс… Но при этом иметь риск всё потерять… Кто бы против него не вышел, едва он узнает о ключевых фигурах Дорана — он воспользуется всеми доступными ресурсами, чтобы выбить их. Без этих фигур он уже ничего не сможет сделать… Нет, ставить всё лишь на детей Элии нельзя. Надо проработать варианты… И не упустить возможности… Разумеется, не стоит забывать и про пути отхода, в случае чего. — Хорошо, — скрестил руки на своей груди Доран. — Будь по-твоему, сестра. — Я слежу за тобой, брат мой. Я поговорю с Мелларио… — Оберин заметил, как Доран скривился. С Мелларио, женой Дорана, у последнего наметился разлад… И… По той же причине, по какой сейчас разлад был между Дораном и Элией… Что до Оберина… То… Зачем? Действительно, зачем им эти Семь Королевств? Ладно… Они платят налог Железному Трону. Это допустимые потери… Но зачем их Королевству вновь страдать от войны? Зачем рисковать жизнью Мартеллов из-за этого стульчика? Они могут и так процветать… Неужто, чтобы отомстить за смерть Ливена? Так достаточно найти Корбрея и насадить того на копьё. Но никак уж не лезть на всех остальных. В тот момент Оберин понял… Он понял это ещё когда впервые увидел детей Элии рядом со странным мужчиной в плаще, грязновато-серой одежде. Он понял, что им это не надо. Им почти некому мстить… И Семь Королевств не стоят и капли крови Мартеллов. Остаётся лишь надеяться, что и Доран это поймёт. Как Оберин, как Элия… Как поймёт и Мелларио. — И не кривись так, брат. Я буду следить за обучением своих детей! *** На следующее утро все явились вполне себе отдохнувшими. Судя по улыбкам некоторых сопровождающих меня — отдыхали они во многих смыслах… И отдохнули хорошо. Зал наполнился яствами и людьми. Усадили нас так же за центральный стол. Только Мартеллов в этот раз было гораздо больше. Во-первых, я заметил бегающую вокруг девочку, которую никто из слуг не спешил «приземлять». Она даже на меня чуть не налетела, пока, наконец, не была остановлена за шиворот Оберином. — Арианна! — мужчина оттеснил девочку от меня. — Ты хоть знаешь, в кого чуть не влетела? Это Ланнистер! Его сапоги стоят дороже всего Солнечного Копья. — Очень смешная шутка, — ухмыльнулся я. — К слову о сапогах… Как тебе, дяденька-Ланнистер, Дорн? — довольно непринуждённо спросила меня девочка. Она была смуглокожей, довольно щуплой, с чёрными, блестящими волосами и такими же глазами. Мартелловская внешность… Имя «Арианна» … Так это дочь Дорана Мартелла? И по совместительству наследница Дорна. — Не взмок? Ай! — схватилась она за макушку. Вметелила ей удар женщина, молодая и красивая, с загорелой кожей. Чёрные волосы и карие глаза… Она была одета богато в одежду розовых тонов, тогда как сама Арианна предпочитала молочно-белые. — Проявляй уважение. Прошу меня простить за поведение моей дочери, уважаемый Сир Сирион, — слегка поклонилась мне она. — Мы не представлены. Хотя не будет грубым, если я угадаю ваше имя. Полагаю, Леди Мелларио Мартелл. Вы поистине прекрасны, как и ходят слухи, — женщина улыбнулась комплименту. — А это юная и, несомненно, в будущем прекрасная леди, полагаю Арианна — сама Принцесса Дорна. Девочка важно уперла руки в бока. — Рад с вами познакомиться, — обозначил я поклон юной девочке и поцеловал тыльную сторону ладошки Мелларио. — И отвечая на ваш вопрос, юная Принцесса. Воистину, ни одна книга не подготовит к жаре в Дорне. Но моя невеста из Дорна. И она поистине подготовить может любого Рыцаря и мужчину… К любым испытаниям. — А кто ваша невеста? Тётя Элия? — спросила девочка у меня. — Я слышала она недавно вернулась. — Арианна! — воскликнула Мелларио. — Что? Ты же говорила мне быть общительной. Я лишь улыбнулся, посмотрев на девочку. Несомненно, она вырастет красавицей. Впрочем, наследницы Великих Домов редко бывают не красивыми. То ли селекция, то ли магия… Фиг это поймёшь. — Моя невеста — леди Эшара из Дома Дейн… — Дейн? А их здесь нет, — задумчиво произнесла Арианна. — Они остались в Звездопаде и не явились на призыв моего отца. Даже Айронвуды явились. А Дейны нет. — Полагаю, у них своя причина, — заметил Оберин. — Уважительная, — он посмотрел на меня. — Наверное это так, — вздохнул я. — Я собираюсь направиться туда, как закончу дела здесь. И похоже — закончу я скоро. Леди Мелларио, Леди Арианна, — кивнул я обеим. Арео Хотах выкатил Дорана Мартелла к центральному столу. Переговаривающиеся Рыцари Дорна и мой эскорт затихли. — Вы проделали долгий путь, посланники Роберта Баратеона. Полагаю, вы вдоволь оценили гостеприимство Солнечного Копья, — возвестил. Остальные Мартеллы быстро отошли от меня и заняли свои места рядом с главой семейства. Я же остался стоять. Глава делегации — я, а значит и говорить мне. — Благодарю, Принц Доран. Мы всем довольны и благодарны вам за оказанное гостеприимство. Однако, как вы соизволили заметить, мы посланники Его Величества Роберта Баратеона, Нового Короля Семи Королевств, первого этого имени, короля андалов, ройнаров и Первых людей, владыки Семи Королевств и защитника державы. Наш Король повелел нам донести Вам, уважаемый Принц, как и всему Дорну, его волю, — я достал из внутреннего кармана парадной одежды, которую одел именно сегодня утром, свиток. Оделся я в алые одежды, расшитые золотыми нитями. — Кхм… Его Величество, Роберт Баратеон, предлагает следующее: встать под знамя Семи Королевств Королевству Дорн. Все Рыцари, Лорды, а также уважаемые Принцы и Принцессы Дорна — сохраняют свои титулы, положение. Никаких репараций в бюджет Короны не предусмотрено, — заявил я достаточно громко, отчего зал забурлил. — Единственное условие — войти в состав Семи Королевств, как оно было раньше и признать Его Величество Роберта законным владыкой Семи Королевств. Это всё, что я привёз из Королевской Гавани. От себя замечу, уважаемые Сиры, Милорды, Принцы, — посмотрел я в сторону Мартеллов, — Принцессы. Данное соглашение вполне себе выгодно Дорну. — Отрицать не стану, — произнёс Принц Доран. — Есть ли у моих знаменосцев что сказать? — Что станет с уже пленёнными Дорнийцами? — спросил мужчина, поднявшись из-за стола. Я рассмотрел герб, который был изображён на одеждах мужчины. Рослый, загорелый и рыжеволосый. Мне его украдкой представил Оберин. Ормонд Айронвуд. Происходит из довольно влиятельного дома в Дорне. — Это дело каждого Лорда — договариваться с пленителями, — ответил я на вопрос. — Если вы сможете договориться о выкупе — хорошо. Нет — либо Стена, либо казнь, либо амнистия со стороны Нашего Короля. Мы не наложили никаких репараций на Дорн. А значит у вас не должно быть проблем выкупить ваших людей. Послышался согласный гомон. — Однако, это прерогатива каждого Лорда отдельно, — заметил Доран. — Я привёз список: сколько людей, Рыцарей и даже сыновей Лордов, и у кого находятся, — сообщил я всем. — Вы сможете связаться с ними, как вам будет угодно. Разумеется, отпускать будут лишь когда мы придём к соглашению. Либо умиротворению Дорна, либо, в худшем случае, — прикрыл я глаза, — соглашение о отдельном выкупе некоторых заложников. — В последнем нет нужды, — обратил на себя внимание Принц Доран. — Дорн, полагаю, — с нажимом произнёс он, — примет ваше предложение. Точнее предложение Его Величества Роберта Баратеона, первого этого имени, короля андалов, ройнаров и Первых людей, владыки Семи Королевств и защитника державы. Я, Принц Доран Мартелл, мой Дом, мои знаменосцы, Рыцари и слуги… Все дорнийцы — присягают на верность Его Величества Короля Роберта. Увы, я не в том состоянии здоровья, чтобы лично явиться к нему, — сослался он на подагру. — Но, быть может моё письмо, посланное с вами, Сир Сирион Ланнистер, будет свидетельством о моих намерениях? С подписями всех Знаменосцев Дорна, разумеется. Есть возражения? — обвёл он пронзительным взглядом зал. Возражений не последовало. Оберин как-то сказал, что Айронвуды не очень уважают Мартеллов, как соперники ведут себя. Но даже они не смели сейчас возразить. — В таком случае, мы всё подготовим, Сир Сирион. Увы, здесь отсутствует Лорд Берик Дейн, — назвал имя отца Эшары Доран. — Но полагаю, вы сможете подождать неделю? Мы пошлём быстрого гонца в Звездопад… — Прошу прощения, но в этом нет нужды, Принц Доран, — покачал головой я. — Я и так собирался отправится через Звездопад на север. Хочу пообщаться с родителями моей будущей супруги. — Вот как, — усмехнулся Доран. — Вы выбрали истинную гордость нашей земли. Леди Эшара — одна из прекраснейших Леди нашего Королевства, Сир Сирион. От некоторых я заслужил понимающие улыбки… Хотя вот некоторые молодые мужчины смотрели на меня даже не волком… Драконом, блин, желая натурально разорвать меня на части. Но что мне взгляды дураков? Я их не боюсь… Я их уничтожаю. Не стушевавшись под взглядами многих мужчин, я слегка приподнял подбородок, так, что на большинство присутствующих я смотрел буквально с высока и тряхнул головой. Мои золотые волосы довольно неплохо отросли, не было времени укорачивать их у брадобрея. Впрочем, я думаю, волосы надо оставить. Льву нужна грива. Насчёт бороды пока следует подумать… — Благодарю, Принц Доран. И смею надеяться, вы примите моё приглашение на свадьбу в Утёсе Кастерли? — спросил я у мужчины. — Боюсь, мой недуг ответит отрицательно за меня, — произнёс Принц с сожалением. — Впрочем, моя дочь и жена, Оберин и, полагаю, сестра-Элия — не откажут познать ваше гостеприимство на вашей свадьбе, Сир Сирион. — Сочувствую вашей болезни, Принц. А что до ваших представителей, Утёс Кастерли будет рад таким высокородным гостям, Принц Доран. Величие замка, в том числе определяется тем, насколько великих людей он способен принять. Я пришлю вам ворона. И не только Дому Мартелл, — подчеркнул я. — Вам всем будут рады на пиру, — обвёл я взгляды. — Поверьте, Ланнистеры умеют удивлять, — улыбнулся я напоследок. *** POV Эддард Старк. Дорн, Красные Горы, Башня Радости… Именно там похититель его сестры, безумный Принц — Рейгар Таргариен — расположил Лианну. Для Эддарда последние девять месяцев стали настоящим шоком. Его сестру похитил и насиловал женатый на Принцессе Дорнийской Принц! Человек, у которого уже было двое детей! Это настоящее безумство, присущее Таргариенам. Дому, член которого сжёг заживо его отца и старшего брата. Дом, который настроил против себя даже ближайших союзников, вроде Ланнистеров. И теперь Таргариены почти пали. Буквально пару дней назад он смог договориться с Мейсом Тиреллом о том, что последний остаётся при власти, как Великий Лорд Простора и Хранитель Юга, при этом снимая осаду с Штормового Предела, бывшей вотчины его лучшего друга, теперь Короля Роберта Баратеона. И Нед был полностью уверен, что порученное Сириону Ланнистеру, тоже будет выполнено. Как бы он не относился к этому ублюдку, из-за которого на его лице был теперь шрам… который вновь засаднило, едва он вспомнил об этом члене Дома Ланнистер. И всё же Ланнистер сможет договориться с Мартеллами. Сейчас все хотят только мира… Солнце палило нещадно в самом южном Королевстве. Горы окружали и на одном из холмов возвышалась башня, сделанная из красного камня. Башня Радости… Лёгкий ветерок слегка освежил всадников, шестеро всадников, лучших воинов Севера, которые направлялись вызволять сестру Неда. Лианна… Что же с ней будет после того, как он её вызволит? По слухам, Рейгар не раз над ней надругался… Поруганная честь не позволит ей стать достойной Королевой. Уже не важно, что то было против её воли. Джон Аррен очень громко поспорил с Робертом, но сообщил, что у Короля не может быть такой Королевы… И хотя Роберт ещё лелеял мечту жениться на Лианне, Нед прекрасно понимал, что никто такого не допустит. Ланнистеры уже предложили Королю Баратеону свою девицу — Серсею. Он слышал, что она невероятная красавица, златовласая и зеленоглазая. И Нед принял решение. Он заберёт с собой сестру, на Север. Она будет там жить, там она обретёт свою свободу. Ту, которой она достойна. Семеро всадников направлялись в сторону Башни Радости. Эддард Старк, Хоуленд Рид, Мартин Кассель, Тео Вулл, Этан Гловер, Виллам Дастин и Марк Рисвелл. Каждого из них Нед считал одними из лучших воинов Севера. На каждого мог положиться… Башня возвышалась на холме. Трава стелилась по земле… Наконец, они прибыли. Но они были не одни… Три лошади уже были привязаны рядом с башней. И Нед догадывался, кто это мог быть… Он искренне желал, чтобы этих людей здесь не было, но всё же понимал, что они тут будут… Три Королевских Гвардейца. Сир Освелл Уэнт — брат организатора того самого Турнира Харренхолла. Сир Герольд Хайтауэр — Главнокомандующий Королевской Гвардии Безумного Короля, его не было ни рядом с Эйрисом, ни на Трезубце… Что удивительно, особенно первое. Если бы Герольд был рядом с Королём — Джейме Ланнистер уж точно ничего бы не сделал… Цареубийца и клятвопреступник уж точно не полез бы на Короля, бить его в спину мечом, если бы там был Хайтауэр. И последний Рыцарь, Сир Эртур Дейн, Меч Зари… Один из самых опасных людей Вестероса, лучший фехтовальщик Семи Королевств. Да, Рейгар выбил того из седла, но в фехтовании на мечах воина лучше не сыскать. При воспоминании о Дейнах Нед скривился… Она была прекрасна, лучшая из виденных им девиц… И она была помолвлена, нет… Почти замужем… Как бы он хотел, чтобы она не досталась тому человеку… Северяне спешились, а после привязали коней, рядом с конями Гвардейцев, что ждали их недалеко от входа в Башню. Главнокомандующий Королевской Гвардии стеной стоял между ними и самой Башней. Северяне и Гвардейцы были в доспехах, готовые в любой момент броситься в бой. Герольд Хайтауэр — сорокатрёхлетний мужчина возвышался над всеми, подобно башне, держа в руках огромный, двуручный меч. Сир Освелл Уэнт, припав на одно колено, точил свой клинок. На эмали его шлема расправила чёрные крылья летучая мышь. Сир Эртур Дейн рассматривал свой фамильный меч — Рассвет. Второй же меч Эртура был с силой воткнут рядом в землю. Гвардейцы встали рядом с Хайтауэром. — Я искал вас у Трезубца, — сказал Нед, рядом с ним встали Северяне, готовые к бою. — Нас не было там, — ответил сир Герольд. — Горе постигло бы узурпатора, если бы мы там были, — проговорил сир Освелл. — Когда пала Королевская Гавань и сир Джейме убил вашего короля золотым мечом, я пытался узнать, где вы. — Мы были далеко, — с яростью ответил сир Герольд. — Иначе Эйрис по-прежнему сидел бы на Железном троне, а наш лживый брат горел бы в адском пекле. — Я был у Штормового Предела, чтобы снять осаду, — сказал ему Нед. — Там лорды Тирелл и Редвин сложили знамена, а все их рыцари преклонили колена в знак верности. Я был уверен, что вы окажетесь среди них. — Мы ни перед кем не склонимся, — проговорил сир Эртур Дейн. — Сир Виллем Дарри бежал на Драконий Камень с вашей королевой и принцем Визерисом. Я думал, что вы будете сопровождать их. — Сир Виллем человек добрый и верный, — заметил сир Освелл. — Но он не принадлежит к числу гвардейцев, — возразил сир Герольд. — Королевская гвардия никогда не бежит. — Ни прежде, ни теперь, — подтвердил сир Эртур, надевая шлем. — Мы дали обет, — пояснил сир Герольд. Гвардейцы изготовились к бою. Сир Освелл взял меч в правую руку, а щит в левую. Сир Герольд перехватил обеими руками свой двуручный меч. А Сир Эртур взял в правую руку Рассвет, а в левую второй меч. И это выглядело невероятно грозно и опасно. Создавалось ощущение, что стоящие перед ними стоят сотни воинов, настолько были опасны Королевские Гвардейцы. Всего семеро Рыцарей… Лучшие в Вестеросе… Нед помнил Трезубец. Сир Барристан убил порядка двадцати воинов. Ливен Мартелл перерезал своим копьём многих Рыцарей Долины прежде чем пал… И против них сейчас будет драться всего трое из семи. Нед понял — переговоры окончены. Гвардейцы сдаваться не собираются. Он обнажил Лёд, фамильный, валирийский меч Старков. Стоящие рядом с ним Северяне обнажили свои мечи. Первым атаковали именно Северяне. Хоуленд Рид с криком бросился на Сира Эртура Дейна… Дейн заблокировал удар сверху вниз Хоуленда и вторым мечом ранил его друга. Хоуленд пал, держась за живот. Тут же напали и остальные. Эддард и Марк Рисвелл атаковали Герольда Хайтауэра. Этан Гловер и Мартин Кассель избрали своим соперником Эртура Дейна. Тео Вулл и Виллам Дастин начали сражение с Освеллом Уэнтом. Сейчас не время для чести. Против них Королевская Гвардия… Опаснейшие Рыцари Семи Королевств. Эддард сосредоточился на своём противнике. Лишь единожды он видел схожего, по размерам, Рыцаря. Герольд Хайтауэр очень напоминал ему Сира Григора Клигана, верного пса Ланнистеров, Скачущую Гору. Именно он был тем, кто убил детей-Таргариенов. Невероятно жестокий, при этом сильный и умелый Клиган сыскал славу человека, преданного Тайвину Ланнистеру. И сражался Герольд так же, почти так же, как и сражался бы Гора. Он размахивал своим мечом, невероятно точно и быстро. От первого же заблокированного удара Гвардейца — Нед чуть не лишился равновесия. — Не блокируйте его атаки, милорд! — прокричал Марк Рисвелл. И действительно. Даже обладая валирийским мечом, можно проиграть. Герольд был невероятно силён. И при этом… Они с Марком одновременно напали на него. Герольд владел огромным, двуручным, мечом с невероятной ловкостью, успевая блокировать их атаки и при этом сам контратаковал. Они его даже не пытались блокировать, ведь удары наносились с невиданной силой. Пару раз Нед почувствовал, как ветер чуть ли не резал их, настолько мощные были рубящие атаки Герольда… Но так долго продолжаться не могло. — ААААА! — послышался крик. Нед отвлёкся, развернувшись он увидел что Этан Гловер уже мёртвым изваянием лежал на земле. Из разрезанного Рассветом живота вытекали внутренности… Они все пришли в доспехах. Но Рассвет по свойствам был схож с валирийскими мечами. Белый меч резал доспехи, словно нож масло. — Отвлекаться — вредно, — произнёс Сир Герольд Хайтауэр. Нед проклял себя за свою глупость, но это всё, что он успевал сделать. Герольд замахнулся своим мечом. Удар должен был быть мощным… Нед уже было прикрыл глаза, дабы помолиться. Ничего он иного сделать не успевал, как вдруг почувствовал толчок. Марк Рисвелл отбросил своего сюзерена в сторону… Чёрноволосый Рыцарь лишь улыбнулся, прежде чем адский удар разрезал его голову на две части. Нед в ярости прыгнул на Хайтауэра и начал наносить удары. Лёгкий валирийский меч был в разы легче меча Королевского Гвардейца. А ещё помог ему победить факт того, что Неду в первый момент после смерти Рисвелла удалось ранить Герольда в руку. В очередной раз увернувшись от атаки, Нед подметил, что Сир Герольд стал медленнее атаковать, а это значит, что он сможет его убить… Сможет! Нед атаковал Герольда в шею, попав в открытый участок доспеха. И даже если бы попал в доспех, Лёд всё равно бы пронзил тот насквозь. Меч вспорол шею Герольда, тот харкнул кровью… Достав меч, Нед увидел, как тело Рыцаря пало к его ногам. Посмотрев влево, он заметил, как Тео Вулл обезглавил Сира Освелла Уэнта, до этого Виллам Дастин лишил того щита. И тут же донёсся крик… Мартин Кассель был убит Сиром Эртуром… Дейн встал против трёх Северян… Мужчина печально улыбнулся, взглянул на своих павших товарищей. — Гвардия никогда не бежит, — произнёс Сир Эртур Дейн. — И я не сбегу. — Я верну свою сестру, Сир Эртур. Почему вы здесь? Почему не защитили своего Принца? — Наш Принц велел нам быть здесь. И вы либо пройдёте через мой труп, Лорд Старк, либо я убью вас здесь. Удачи в грядущих войнах. Тео Вулл, Виллам Дастин и Эддард Старк одновременно напали на Эртура Дейна… И это было куда ужаснее того, что он видел у Герольда Хайтауэра. Сир Эртур… Он отражал все удары, даже те, которые, казалось бы, должны были закончить битву… Мечи в его руках меняли направление и двигались просто с невероятной скоростью. Пару мгновений и Эртур Дейн, ловко уйдя из-под удара Виллама Дастина, от удара Неда прикрылся Тео, который не ожидал появления Гвардейца в той стороне, за что и поплатился. Дейн приставил оба меча к шее Вулла и перерезал её, пихнув труп северянина на Старка. Ещё мгновение и обычным мечом, в левой руке, он заблокировал атаку Виллама Дастина, а Рассветом пронзил того насквозь… Нед отбросил труп Вулла, чтобы воспользоваться ситуацией, пока оба меча Эртура были заняты Дастином, но не успел. Дейн достал свой меч из уже трупа очередного северянина и защитился от атаки Неда. Нед сплюнул… Теперь он один, против сильнейшего фехтовальщика Вестероса, а может и всего мира. Шансов нет… Но он не прекратит сражение. Ради своей сестры, ради Дома Старков и памяти всех погибших… Он сделает всё, что сможет против Эртура Дейна, Меча Зари. Дейн взял Рассвет обратным хватом… Нед крепче сжал Лёд… Он первый атаковал Дейна, ударив в ту сторону, с которой был Рассвет, который Дейн взял обратным хватом. Он попытался рассечь его, но Дейн выставил обычный меч, заблокировав атаку. Мгновение и Дейн атаковал Рассветом, убрав Лёд и чуть не разрезав горло Старку. Ещё мгновение и Дейн, вращаясь, срубил бы голову Неду, если бы тот не пригнулся, пропустив удар над собой… Дейн продолжил нападение, демонстрируя то, что Старк уже видел… Именно так сражался против него Сирион Ланнистер, атакуя с разных углов сразу двумя мечами… Только Дейн в разы сильнее, лучше и быстрее Ланнистера. Его удары не были такими мощными и раскалывающими защиту, как у Герольда Хайтауэра, но они были точны и быстры. Нед поймал себя на отступлении. И он ничего не мог с собой поделать… Дейн теснил его… Вялые контратаки ни к чему не приводили. У Старка выбили меч… Вот и всё… Королевский Гвардеец уже было замахнулся Рассветом дабы закончить бой, но тут произошло то, что Дейн явно не ожидал. Сзади на него напал «павший первым» Хоуленд Рид. Он пронзил шею кинжалом Дейна… Пронзил со спины, совершив бесчестный поступок… Нед с шоком смотрел на павшего на колени Сира Эртура Дейна. В лиловых глазах читалось удивление и непонимание… Он допустил ошибку… И эта ошибка стоила Эртуру Дейну жизни. Нед Старк взял Рассвет в руки и занёс его над поверженным Гвардейцем. Он не проживёт долго, не с такой раной. Теперь его можно лишь добить. Гвардеец хотел было что-то произнести… Но Нед не смог разобрать голос мужчины из-за крови, которая скопилась у него во рту. Удар… Эртур Дейн, Меч Зари, величайший фехтовальщик Вестероса, пал, сражённый собственным мечом. В битве он не знал поражения… Лишь однажды он ошибся… Нед подобрал валяющийся недалеко Лёд. — Мы идём, Хоуленд, — только и сказал он своему другу. Сожалел ли он о бесчестной победе? Война научила его, что не бывает бесчестных приёмов… И всё же… Если жизнь наполнена бесчестьем, то зачем ему отдаваться? Ещё на войне он решил поставить честь во главу всего. И он будет продолжать быть таковым. Этот случай относится лишь к войне. Но дальше будет мирная жизнь, где он будет поступать, как учил его Джон Аррен — по чести и законам. Сверху башни донеслись крики. Нед и Хоуленд двинулись вперёд… Вдруг… Неду послышался какой-то странный шум… Будто голос, что кричал «отец!»… Или это был лишь ветер? Нед обернулся назад… Только кони их и Гвардейцев стояли поодаль. И восемь трупов лежали на холме… Послышалось… Главная комната башни оказалась не тем, чего ожидал Нед Старк… Это были не просто покои… Это было место рождения. Покои были обставлены скромно. На кровати лежала его сестра, крича от боли. Не простой боли… Рядом с ней вилась слуга-женщина, принимая роды. Нед Старк замер в шоке, едва увидел всё это. — Кто это? — плача кричала Лианна. — Лемора, кто это? — Это мальчик, — произнесла слуга. — Хороший и крепкий… Нед Старк заметил его. Младенец, рождённый… Его сестрой? — Лорд Старк?! — спросила женщина, держа ребёнка Лианны. — Дай мне его! — потребовала Лианна. — Дай, Лемора! Женщина послушно положила ребёнка к груди сестры. Лианна посмотрела на Неда заплаканными глазами. — Нед, — узнала его Лианна Старк. — Брат… Я так рада, что ты пришёл. — Лианна, — он бросился к постели и взял свою сестру за руку. — Ты в порядке? — Ха… Ха… — тяжело дышала женщина. — Да. Кажется… Роды прошли тяжело, но сейчас мне хорошо. — Роды? — спросил Нед Старк. — Сестра, это… Объясни мне всё… End POV Эддард Старк. *** Солнечное Копьё я покинул на рассвете, спустя два дня от подписания соответствующей бумаги о том, что Роберта Баратеона признают Королём Семи Королевств. В том числе, Дорнийцы признают и тот факт, что они его подданные. Осталось только заехать в Звездопад, чтобы переговорить с Бериком Дейном. Именно его подписи не хватало, а ведь должны быть подписи всех вассалов Мартеллов. Вдобавок, направляясь в Звездопад, я преследовал ещё одну цель, а именно: подтвердить факт своей свадьбы с Эшарой Дейн. Эта тупая война чуть не нарушила мой план, ведь Мартеллы — сюзерены Дейнов, и Ланнистеры выступили, по сути, на двух разных сторонах. И Дейны, как верные Мартеллам вассалы, поддержали своих сюзеренов. Но теперь, когда конфликт был благополучно разрешён, уже ничто не мешало мне и Эшаре пожениться. Ох, какой волнительный момент для меня… В конце концов, будучи несчастным в браке с «той женщиной», Эшара для меня представлялась чудом. Везением… Счастливой звездой… Надеюсь, даже такой человек, как я, получит своё счастье… Но до тех пор надлежало переговорить с Бериком Дейном. Письмо о том, что я преуспел, направилось в Королевскую Гавань. Отдельно я написал письмо Тайвину Ланнистеру о том, что направлюсь к нему, в Королевскую Гавань, по суше, а не по морю. Своего скакуна я оставил в столице. Вообще у меня было всего два коня. Учился я на пони, его не считаем. Первым конём у меня был выращенный на Западе, в одном из коннозаводческих предприятий. Западные кони были не быстры, но очень выносливы. Но его я быстро сменил, ведь один из родственников мне прислал чистокровного, Дорнийского скакуна. Вот второй, которого я опять-таки назвал «Громом» оказался настоящим монстром. Я даже не знал, что смогу с ним сладить. Гром, за номером два, был свиреп, мускулист и вынослив. Конь песочного оттенка фыркал и был поначалу очень норовист… А меня никогда не прельщало наездничество. Впрочем, «дарённому коню, тем более такому, в зубы уж точно не смотрят…» Так что поскрипев зубами на желание поиграть в богача со стороны дяди Стаффорда Ланнистера, который выкинул на моё пятнадцатилетие неплохую сумму, впрочем, схожего он подарил и Джейме; я начал его пытаться хоть как-то освоить. Жеребец был молодым… И уж точно желал бы пообщаться с какой-нибудь кобылой, а не с новым хозяином. Но при помощи всадников, Рыцарей и слуг конюшен — Грома за номером два удалось приручить ко мне. И чёрт возьми, это было невероятно… Невероятно наблюдать, как спустя четыре недели от момента подарка — Гром может лягнуть абсолютно кого угодно в конюшнях, кроме меня. Ко мне он всё время ластится и относится с уважением. А вы попробовали бы относится с неуважением к тому, кто вас кормит, гладит, чистит… В Королевскую Гавань, в которую я отправился после второго Турнира в Ланниспорте, когда мне и подарили моего второго Грома, я направился на первом своём коне. И везде отдавал, так сказать, дань Западному. Но вот уже во время восстания Роберта я везде появлялся на Громе за номером два. Своего старого я подарил Давену, сыну дяди Стаффорда. Так сказать, на вырост. Вдобавок этого мальчишку и так назначили мне в воспитанники. Такие вот истории о конях можно будет внести в жизнеописание Сира Сириона Ланнистера… В любом случае Грома в Дорне не было, так что я воспользовался конюшнями Мартеллов. Получил я там не схожего по свойствам, ибо у меня не было четырёх недель, чтобы приручить скакуна, но тоже выносливую лошадь. Мой эскорт раздробился на части, со мной путешествовать изъявило желание лишь часть Рыцарей из Речных Земель, все из Запада и, естественно, взятый мной на это задание, Сандор Клиган. Они тоже получили лошадей из конюшен Мартеллов, с обещанием отдать их в конюшни Лорда Берика. А уж тот вернёт их хозяевам. Караван обычно добирается от Солнечного Копья к Звездопаду за пятьдесят дней. Но в нём есть пешие участники похода… А как известно, группа всегда движется со скоростью самого медленного его участника. Мы же все были на добрых конях и путешествие у нас заняло, примерно, три недели. За это время мы успели остановиться во многих тавернах по пути, ну и естественно, подраться, куда уж без этого. Началось всё со стандартного… Недалеко от замка Айронвудов, Лорд которого остался в Копье, часть Рыцарей решило отдохнуть о чём сообщила мне. По привычке закатив глаза, я направил всех в ближайшую деревеньку. С полчаса, как мы прибыли, а некоторые речники уже успели спустить в карты пару монет. Западники вели себя в разы приличнее, очевидно из-за того, что рядом присутствовал Ланнистер, перед которым лучше не светить своим идиотским поведением. Так или иначе — всё вполне могло закончиться поножовщиной по тем же причинам, по которым кучка шулеров хотела обчистить Сандора, если бы я не встал, отвлёкшись от поедания жареной курицы и не «разрулил конфликт», просто подметив, что местные начали прятать карты в рукавах, да погрозив пальцем, что так нельзя. В основном же мы добирались до Звездопада без приключений. Давным-давно воображение рисовало мне лихих разбойников, которые из-за того, что средства их обнаружения примитивны, могут утаиться в любых местах в Королевствах. И оно так бы и было, если бы не одно «но». На Западе все Лорды боялись Тайвина Ланнистера и слишком БДИЛИ за своими вотчинами. В Дорне же специфика была в том, что даже сами дорнийцы не могут прятаться абсолютно в каждом месте Пустыни. Уж слишком в ней жарко… Каждый день я буквально истекал от пота, настолько ужасные температуры ожидали нас в Дорне. Последняя наша серьёзная остановка была в замке с лаконичным названием Поднебесье. Владели им Фаулеры, и стоял он буквально на перекрёстке. Одна из важнейших дорог вела на север, в Простор. И вторая дорога продолжала путь к Черногорью, замку Блэкмонтов, Горной Обители, замку Дейнов из Горной Обители и, наконец, Звездопаду — замку старшей ветви Дейнов. Все три замка стояли на берегу реки Быстроводная. И только за счёт реки их крестьяне вполне себе были обеспечены. И выживали… Красные Горы окружали местность, по которой следовал мой отряд. Вдали виднелась Быстроводная, что впадала вдали в Летнее Море. — Какой ужасный край, — пожаловался один из Речников. Я до сих пор не понимал, почему они отправились с нами. — Жара, жара, жара и ещё раз жара. — Если тебе здесь не нравится, Риверс, — донёсся злой и угрюмый голос Рыцаря с Запада, — то проваливай. Дорогу на Простор мы недавно проезжали. — Сир Родан Риверс, — важно произнёс Речник. — Или ты забыл… — А ну тихо, — проворчал я, — а не то обоих оставим в пустыне. Вдалеке показались здания. Насколько я правильно помню, Дейны владели небольшими деревеньками, разбросанными вокруг Быстроводной. И в одной из них был мост, по которой можно было перейти на другой, западный берег реки. Ведь именно на западном берегу располагался замок Звездопад. И к этой деревеньке мы и направлялись. — Прошу прощения, милорд Ланнистер. — Но вообще странно, — произнёс я, слегка повернувшись к мужчине. — Вы и ваш отряд, — а именно Родан был командиром отряда Речников из двадцати мечей, — не хотите вернутся в Речные Земли? Долинники так и поступили, вернулись в свою Долину. — Ну, вообще-то, я решил, что после этого приказа попутешествую. Я ведь не ленный рыцарь и чей-то вассал. Меня и мой отряд нанял просто мой отец. По его словам: «бастарду надо найти хоть какой-то смысл в своей никчёмной жизни»… Западник прыснул, что не укрылось от меня. — Вам смешно, Сир Джон? — спросил я у мужчины, что ехал слева от меня. Сандор тоже с непониманием уставился на Рыцаря. — Меня забавит, милорд, что этот фрейёнышь пытается ещё что-то говорить. — А, понятно. Их реально слишком много… А этот ещё и бастард… Сир Родан Риверс был узкоплеч, коренаст, низок. Но самое главное, он мне кого-то напоминал. И теперь я вспомнил кого… Мужа тёти Дженны, Эммона. Отчасти невзрачный и какой-то, будто незаметный. Хотя и не сказать, что такие характеристики вредили бы Родану в его деле — махания мечом. — Каждый должен пытаться хоть что-то сделать, — философски заметил я. — Мы рождаемся неравными от самого начала. Кто-то рождается Ланнистером, а кто-то бастардом Лорда Фрейя… Так что нам от этого, Сир Джон, просто жить, как есть? Или попытаться сделать свою жизнь наилучшей из возможных? Нет предела совершенству, пока жив — старайся… Хоть не ради себя, так ради потомков и близких. — И я вот собираюсь постараться, Сир. Вам не нужны наёмники? Вы славны тем, что придумываете что-то неординарное… — Если мне что-то нужно — я это получу. А насчёт того — нужны ли мне наёмники, — задумался я. — Пожалуй и нужны. Они всегда мне нужны, Сир Родан. Но вы должны понимать, к кому вы нанимаетесь, и что я могу потребовать. — О, я это понимаю, — с улыбкой произнёс всадник справа. — Прекрасно понимаю, Сир. Наконец, здания приняли нормальные очертания, а спустя минут двадцать мы въехали в ухоженный посёлок. Жители с интересом разглядывали новых гостей. Особенно рассматривали наши знамёна, стараясь угадать — кого там чёрт принёс. Вечерело… Солнце было ближе к Западу… Так что приняли решение остановится в таверне… И вот у таверны меня ждала встреча с тем, с кем я встречаться не планировал. Прямо у самого здания стояло знамя. Серый лютоволк на белом поле… Старки? Только один Старк сейчас может быть в округе… Нед Старк. Мы вошли в таверну… Рыцари с любопытством изучали обстановку… Она была такой же, какой я видел в десятках других постоялых дворах. Зал, заполненный столами и посетителями. Увидев нас, хозяин сначала расцвёл, а затем слегка обеспокоенно начал коситься на нас, едва увидев концентрацию оружия. — Лорд Старк, — я обвёл взглядом присутствующих и заметил известного мне Неда Старка, сидящего за столом с двумя фигурами, закутанными в накидки так, что их лица рассмотреть было просто невозможно. Мужчина встал и посмотрел на меня. — Ланнистер, — его шрам, оставленный мной, так забавно выглядит, когда он пытается выговорить мою фамилию. Я прошёл мимо всех остальных посетителей и уселся за стол рядом с его. Он был пуст… Старк с любопытством посмотрел на меня. Рыцари из моего сопровождения расселись кто куда. — Как прошло твоё поручение, Лорд Старк? Я слышал ты преуспел. Но всё же не поведаешь мне об этом? — Я предложил Тиреллам сдаться, признав Королём Его Величество, Ланнистер, — мрачно произнёс мужчина. — И ты, я вижу, преуспел… Хотя бы потому, что те, кто не преуспевает в убеждении Дорнийских владык долго не живут. — О, меня ждал вполне себе тёплый приём, — я запросил у хозяина вина и мяса. — Мы приятно провели время. — И как соглашение, достигнутое кровью детей? — попытался задеть меня Старк. — Аналогичное твоему, Лорд Старк. Аналогичное твоему. Принцы Дорнийские приняли предложение Железного Трона и нашего Великого Короля, да правит он долго, — пока я говорил, мне принесли бокал вина, и я причудливо отсалютовал в воздух. — Теперь он может спать спокойно. Никто в его постель скорпионов не выпустит. А что до твоей сестры, Лорд Старк? Мне казалось, ты в том числе направлялся за ней. — Она мертва, — просто произнёс новый Великий Лорд Севера. — Умерла на моих руках. Её тело я отвезу в Винтерфелл и похороню в семейной крипте, Ланнистер. Вот как… Эта шлюха умерла… Я почувствовал странное облегчение. Эта тварь мертва, получила ровно то, что заслуживала. Но ответил я иное. — Мои тебе соболезнования, Лорд Старк. Гибель родича — тяжёлая утрата, — спародировал я печаль в голосе. Вдруг из-под вуали одной из фигур, что сидела с Неддом донёсся приглушённый плач. Ребёнок? Женщина достала свёрток с маленьким ребёнком, грудничком. На мой вопросительный взгляд, Нед ответил: — Это мой бастард — Джон Сноу. — Бастард? Не ожидал я такого от тебя, Старк, — удивился я. — Интересно, кто тебе его родил. Впрочем, может ты просто поддался влиянию друга, — поддел я Старка. — Чему я поддался — тебя не касается, Ланнистер, — сурово произнёс Лорд Винтерфелла, отпив из кубка. — Зачем ты вообще сюда пришёл? — Я явился говорить с Лордом Бериком Дейном, Старк. О моей невесте, Леди Эшаре, пока ещё Дейн. Я планирую свадьбу, едва вернусь в Утёс Кастерли, — Старк скрежетнул зубами. — Даже тебя пригласить могу. — Я подумаю, — зло процедил Старк. Ну да, события для него приняли не самый приятный оборот. Женщина, которую он желал, выходит за другого. Более того, он проиграл поединок этому «другому», то есть всё честь по чести. Идём дальше: его шлюху-сестру похитил Рейгар Таргариен, из-за чего он ещё и потерял старшего брата и отца. Сплошные поражения… Воистину, я слышал некогда, что Северяне испытывают сплошные несчастья, стоит им связаться с югом. Дескать Северяне не должны никогда пересекать Ров Кейлин. Хммм… Похоже на правду. Всё же южные Лорды пару сотен собак съели на интригах… А вот северяне к интригам не привычны, за что и страдают за всех. Может, оно и к лучшему. Пусть эти Старки, Болтоны, Рисвеллы, Мандерли, Амберы и прочие — остаются за Рвом Кейлин. Хотя меня напрягает тот факт, что их территория невероятно огромная. Скорее всего в их земельке сокрыты невероятно важные ресурсы. И по-хорошему бы, эти ресурсы экспроприировать во имя индустриализации моего любимого Запада. А ресурсы Запада придержать до лучших времён. Но верный друг-Король вряд ли позволит… Если Старков мы ещё смогли бы как-нибудь там убрать, попытаться… Короче говоря, поиграть с ними и выбросить в утиль. То вот Король всё ещё может нас, даже несмотря на богатство нашего Дома и свою женитьбу на Серсее, выкинуть нас за ту же Стену простым росчерком пера. Нет… Играть надо, если и против кого-то, то по-хитрому. И так ли нужны Старки и их гипотетические ресурсы, если мы пока особо не продвинулись от того, что имели? Лет двадцать и быть может… Но сейчас лезть куда бы то ни было рановато. Ланнистеры должны сосредоточиться на своих владениях. Тем более что мы и так слишком долго это откладывали. — Я буду рад тебя там видеть, Лорд Старк, — улыбнулся я. — И могу поздравить тебя, как я слышал, твоя жена, Леди Кейтелин Талли, родила недавно тебе первенца. Жду не дождусь, когда и леди Эшара меня осчастливит моим ребёнком. — Это ни с чем не сравнимое чувство, Ланнистер, — ответил мне Нед Старк. — Держать на руках своего первого сына. И так уж совпало, что я тоже держу путь в Звездопад. Я с любопытством склонил голову набок. От тавернщика к Старку подошёл его низкий знаменосец. Хоуленд Рид, насколько я правильно помню. Он склонился и что-то прошептал на ухо Старку. — Интересно, по какому вопросу. — По делу, касающееся Старков и Дейнов, — важно произнёс Лорд Старк. — Мою умирающую сестру, — одна из фигур в плаще вздрогнула, — защищал сам Сир Эртур Дейн. — И ты пережил с ним встречу, Старк? — вкрадчиво спросил я. — Верно, — улыбнулся Нед. — Пережил. А вот он нет, как и прочие из Королевской Гвардии… Я почувствовал, как мои глаза округлились. Этот уникум утверждает, что он убил Эртура Дейна? Этого монстра от мира фехтования? Ни у кого я доселе не видел таких умений, как у Эртура Дейна, Меча Зари. И не только его. С ним могли находиться Герольд Хайтауэр и Освелл Уэнт. Да это считайте миниармия! Без арбалетов, копий и луков на этих монстров лезть в ближний бой — самоубийство! — Но, полагаю, не в одиночку? — Эшара будет очень опечалена. Сир Эртур был её любимым старшим братом. Для меня он был наставником в непростом деле обоерукого фехтования. Ведь моё предвидение позволяет мне реализовать все возможные и мифические, сиречь — невозможные, плюсы такого не традиционного фехтования. Но предвидение лишь одна сила, вовлечённая в бой. Для настоящего освоения стиля надо использовать и тело, правильно двигаться, правильно бить. Именно этому учил Сир Эртур. Он же в спаррингах показывал мне как надо и как не надо. И всё, что я могу сделать сейчас — это максимально съязвить. — С Сиром Эртуром и я не мог справится, Лорд Старк, — я гадливо улыбнулся, глядя на то, как побелело лицо Старка. Да, побесись немного. Тоже мне «победитель Меча Зари, Сира Эртура Дейна». Сделал гадость и на сердце аж полегчало… Может мне ещё дополнительно Болтонам беспроцентный кредит дать? Так, чтобы Старков тоже побесить… Впрочем, разве это вообще важно? — Нас было семеро, — произнёс Старк. — И Гвардейцев трое. Но я сразил Сира Эртура один. — Вот оно что, — в жизни в это не поверю. Небось Сир Эртур был подловлен ударом сзади. Да и остальные не лыком шиты. Впрочем, и Старк туда не девочек маленьких собрал. — Итак, ты намереваешься направится к Лорду Берику Дейну, чтобы передать ему Рассвет. Я-же, дабы переговорить с ним о руке его дочери. Направимся вместе? — Я намереваюсь отправляться завтра, на рассвете, Ланнистер. Я и мои спутники устали. До замка ещё десять миль. Полагаю, твои спутники тоже, — он всё ещё удивлён, что я предложил ему совместный путь. А, впрочем, почему бы и нет. Так или иначе — нам обоим говорить с Бериком. Только бы он не сильно был разъярен гибелью любимого сына. Из рассказов Эшары: Дейны наиболее странный род в Вестеросе, южнее Рва Кейлин. Ведь их цель даже не преумножить богатство, а воспитать лучшего фехтовальщика Вестероса. Это, прям, идея фикс среди всех мужчин Дома Дейн, опять же если верить Эшаре. И довольно часто мужчины из Дейнов, наследующие Рассвет, так называемые «Мечи Зари» и впрямь были лучшими воинами континента… Иногда даже не одного. Эртура так и вовсе считали таковым на весь мир. — В таком случае направимся завтра, Старк. До завтра? — Да, Ланнистер… Старк встал. С ним встали и тёмные фигуры. Лорд Винтерфелла удалился по направлению к комнатам. — Не нравится мне этот Старк, — произнёс Сандор, который ещё и усиленно просил именовать себя «псом». — Какой-то он… — Странный? — спросил я у него. — Не понятный? Не такой, как все аристократы юга? — Даже Дорнийцы нам ближе, чем все северяне вместе взятые, — произнёс один из Западных Рыцарей. — Так что ничего удивительного. — По этому есть один анекдот, — произнёс кто-то из Речников. — Заходят в таверну, как-то, Мартелл, Старк и Ланнистер… — вдруг он осёкся и посмотрел на меня. Я лишь улыбнулся. — Ну и? Мартелл, Старк и Ланнистер. В таверну. Продолжай, продолжай… Так интересно, что было дальше, — потёр я руки. Кажется, часть таверны уже успела проститься с языкастым Рыцарем. — Милорд… Эта история, — взял слово Родан Риверс, к отряду которого и принадлежал Рыцарь, — она немного… — Ничего страшного, пусть расскажет. Ну же. Это приказ. — Мартелл… Старк… И Ланнистер, — дрожа продолжил мужчина. — Им подали вина. И в кубке каждого плавала муха. Мартелл тут же схватил муху и съел. Ланнистер… Ланнистер… — Так что сделал Ланнистер? — с любопытством спросил я. — Ланнистер поднял крик, начав кричать на тавернщика, что в его кубке муха… А… А Старк поймал муху из вина и начал её трясти… С криками «Выплюнь! ВЫПЛЮНЬ!»… Зал затих. Взгляды скрестились на мне. Ну а что… Местный, забавный юморок. И даже Лорд Тайвин вряд ли бы приказал повесить человека, даже язык бы не отрезал. Ведь это демонстрирует любовь нашего дома к чистоте и порядку. А не то в кубке с вином муха плавает. Рассказчика он бы точно пощадил… А вот тавернщика, подавшего такое вино — точно нет. — Ха-ха-ха-ха-ха, — засмеялся я, — это хороший анекдот. За мной подхватил весь зал, в том числе и аборигены. Большая часть из них — простой люд, что с них взять? Не будешь же за каждым бегать и требовать, чтобы он преклонял колени и каялся в грехах на главной книге Семерых? — Только при моём дяде лучше его всё же не рассказывать. Не сказать, что он прикажет убить тебя. В истории есть доля мудрости. Ведь плавающая в вашем вине муха — это минимум мерзко, Сиры и все здесь присутствующие. И даже в пиве и эле плавающая муха — мерзко. Рассказчика такой истории дядя даже не убьёт… А вот тавернщикам следует поостеречься, ведь за такой проступок Лорд Тайвин, быть может, на Стену направит… Хммм… Что это за чёрная точка в моём кубке вина, — прищурился я в красную жидкость. — Муха? Тавернщик, кажется, буквально перепрыгнул стойку. Очень, очень, очень неплохой результат для грузного мужчины с седыми волосами. — М’лорд Ланнистер! Не велите казнить! Умоляю, пожалейте! — бросился мне в ноги мужчина. — Ой да что вы, — махнул рукой я. — Тут ничто не плавает. И никто не плавает, — улыбнулся я. — Это шутка. — Шутка? — спросил тавернщик. — Шутка? — он взглянул в мой кубок. — Шутка, — подтвердил я. — Но видали, какая скорость. И это в ваши-то годы. В вас погиб, так и не родившись, быстрейший Рыцарь Семи Королевств, тавернщик. А ведь, когда я зашёл в таверну, то слышал, что вы жаловались своему другу, что ваши лучшие годы уже позади. Зал взорвался хохотом. Шутка жестковатая, но народу понравилось. Мужчина обидчиво надулся, но затем виновато улыбнулся и поплёлся обратно за стойку. — И подайте мне жаренное мясо, — приказал я. — Что у вас есть? Змея? Может курица? — Недавно сосед корову забил, — произнёс тавернщик. — Она хорошей была, тучной. Я мясо скупил, м’лорд Ланнистер. Приказать подать? — да я его с самого начала заказал. Почему мяса всё ещё нет на моём столе? — Корову? — спросил я у него. — Только хорошо прожарьте, не до углей, но и чтоб сырого ничего не было. — Клятое средневековье. Я всего боюсь, блюду чистоту, чуть ли не до фанатизма, и требую у слуг тщательно мыть посуду, готовить пищу… И даже по шлюхам не сходил. А Джейме, между прочим, сходил. И вдобавок, зачем мне шлюхи, когда есть Эшара? Надо просто дождаться момента. И отомстить ей за все подколки, что она проводила на мне, когда мы не были в браке. — И как только я направлюсь в свои комнаты, а они должны быть лучшие в таверне: прикажите подать бадью с тёплой водой, для мытья. — Послать служанку «помыть» вас? — особо выделил слово «помыть» тавернщик. — Я мальчик большой, сам справлюсь, — огрызнулся я. «Не сдержаться» со служанкой в таверне, почти что под замком отца моей невесты? Я та ещё тварь, но я не Роберт Баратеон… Ох, бедная Серсея. Мне так жаль свою кузину… Какое животное ждёт нашу львицу… Олень? Скорее уж баран. Олень слишком уж благородное, в сравнении с тем, кто будет у Серсеи. Надеюсь, Баратеон упьётся до уровня «Борис Ельцин», который, как известно, на публике всегда был подшофе, и рухнет в чан с вином, где и утопится. Я даже под такое дело в Красном Замке винный завод согласен организовать… Впрочем… Опять явно не моя проблема. И даже не проблема Ланнистеров… Ладно, успокоимся и начнём думу думать по развитию Запада. И как нам при таком развитии за собой Запад сохранить. А не то ведь «долой царя» — лозунг красивый… Только до тех пор, пока не выясняется, что ты сам-то происходишь из семьи, относительно царской… *** Звездопад предстал перед нами на фоне огромной степи. Впрочем, Эшара звала это место «звёздная пустыня». По её словам, в ночи, на небесах, можно увидеть все звёзды, какие только есть, настолько ясное небо тут. Недалеко от замка виднелась река Быстроводная. Наш отряд двигался в этот раз относительно быстро. Спутники Лорда Старка исчезли ещё до нашего выдвижения. И его ребёнок куда-то тоже пропал, видимо направился куда-то с одним из спутников. Я случайно заметил, что там точно была женщина и, видимо, она и была матерью. Ай да Старк. Весь из себя такой честный и благородный, а бастарда сделал. А не мог ли быть этот ребёнок той шлюхи-Лианны? Ведь смерть может наступить и при родах… И да, мог… Вот только я присмотрелся, едва завидев ребёнка. Видел его глаза… Серые глаза и едва заметные, тёмные волосы. Конечно, в роду Таргариенов были прецеденты, когда ребёнок и, впоследствии, взрослый не обладал фирменной внешностью Таргариена. Помним, что Роберт кричал всё, что Лианну изнасиловали. И Рейгар, в принципе, мог… Хотя… Та шлюха могла отдаться ему сама. Но история о том, что этот ребёнок мог быть Лианны и Рейгара — возможна настолько же, насколько и то, что Нед Старк, учитывая, как его опрокинули с Эшарой и факт того, что его брак больше политический, чем по любви, мог согрешить с какой-нибудь служанкой. Почему бы и нет, так сказать? В любом случае настаивать с допросом Старка о Джоне Сноу я не стал. Вместо этого я попытался поговорить со Старком о наших Королевствах. — На Севере честь превыше всего, — важно пояснил мне Старк, попадая в ритм шагов коней. — Та честь, которая отдаёт нашему правосудию. Правосудию Старых Богов. — Хммм, вот оно что. Грубо говоря, наиболее жестокое наказание за проступок? Это что я слышал о твоих краях. — Верно, — кивнул Старк. — Северные Лорды всегда справедливы. Если мы не будем воздавать по заслугам и проступкам, тогда наш народ не переживёт зиму. На юге, как я слышал, позволяют себе цацкаться с преступниками. — Преступил закон — умрёшь, не является истинной справедливостью, на мой взгляд, — ответил я Старку. — В чём смысл, скажи мне, что ты убил кого-то? Это ведь так просто — судить и убить. Но, в теории, представь, он ещё мог принести пользу своему народу, если бы ты поставил его на тяжёлую работу. — Это очень похоже на рабство, Ланнистер. Ты сам знаешь, какое у нас к этому отношение. — А Изгнание на Стену за проступок не рабство? — спросил я у Лорда. — Ммм? Ведь там люди прикованы к месту и не могут сделать шаг влево, либо вправо. За дезертирство — смерть. Если мерять всё такой категорией, то любая работа — рабство. Так что же нам, не работать? Нет. Так нельзя. Всё встанет… Королевства, люди. Всё остановится, и никто от этой остановки не выиграет. В государстве — его население — это полезный ресурс. Долг мудрого правителя — использовать этот ресурс государству во благо, а не убивать его. Не спорю. Есть провинности, которые и я прощать не буду. К примеру, нельзя погасить жизнь одного человека, просто отправив на наиболее трудные рудники убийцу этого человека. Но иные провинности… Зачем за них казнить? — Поэтому мне и не нравится юг, — произнёс Старк печальным голосом. — Если… Зачем… У вас так много выжимок, условий и ухищрений… Неужели нельзя действовать напрямую? — мы подъехали к замку почти вплотную. Уже были видны башни и стражники, которые, увидев наши знамёна, открыли ворота. — Потому что прямое: это для примитивных животных. Мы же — люди, — важно произнёс я. — Мы, несмотря на то, что ведём себя, порой, как животные, всё же умнее их. И куда выше стоим. Это в мире животных всё просто. В мире людей всегда понимай результат своих действий, Старк. Пытайся предсказать. И помни, порой безобидный на вид заяц — может опасно ранить волка. — Волка тронет — будет иметь дело со стаей, — процедил Старк. — Стая? — спросил я у него. — Та самая, которая была у вас недавно? Или та, что осталась сейчас? — С любой! Ты уверен в своей семье Ланнистер? Южане, вы хитры и коварны. И вы так же воспитываете своих детей! Я прекрасно знаю, что, что бы ни случилось, за меня встанет мой брат. Как и я за него. Так бы сделал мой отец. Он так и сделал. Так сделал и Брандон, мой старший брат. А ты встанешь за своего кузена? — Встану, — без колебаний ответил я. — В тот миг, когда каждый из вас, победителей восстания, называет его «цареубийцей», мне хочется взять мой меч и показать вам, что такое настоящая смерть. Как я почти показал тебе. Меня останавливает не тот факт, что я боюсь тебя или Роберта Баратеона. Знаешь, что меня останавливает? — мы подъехали к вратам. — Меня останавливает факт того, что от таких решений могут пострадать другие Ланнистеры. Не только я. Все. Целый Дом! И любой из Ланнистеров, — ладно не любой, но новое поколения я планирую воспитать правильно, — будет готов любой ценой уничтожить того, кто оскорбляет наш дом. Или как-то по другому его унижает. Знаешь в чём между нами разница? Я достигну своей цели любыми способами, но достигну… А достигнешь ли ты своей — с таким подходом — большой вопрос. — Ты достигнешь своей цели, Ланнистер, но ты не сохранишь честь. — Это только ты так считаешь, Старк. Внутренний двор Звездопада был наполнен слугами Дейнов. А в центре стоял высокий мужчина с пепельными волосами и пурпурными глазами. И пепельные волосы у Берика Дейна — а это был именно он, ведь он напоминал старшую копию Эртура — были не от седины. Основной цвет волос у Дейнов — пепельный, как у Таргариенов. Впрочем, к последним Дейны не имели никакого отношения. Эшара и Эртур же — случайная аномалия в их Доме, редко, но такое случается. В случае с девушкой — невероятно красивая и приятная аномалия. Впрочем, Эшаре и пепельные волосы бы подошли… Чёрт возьми, да ей что угодно подойдёт. — Лорд Берик, — мы с Эддардом Старком спешились. Остальные оставались на лошадях. — Сир Сирион Ланнистер, — слегка улыбнулся мне Берик Дейн. — Его Высочество Доран присылал слово о том, что вы прибудете в Звездопад. Я ожидал вас, — его голос очень уж напоминал таковой у Эртура. Мужчина был одет в то, что я бы назвал «легкими доспехами». На груди его верхняя одежда и вовсе не была застёгнута, обнажая развитый в мышечном плане торс. Штаны были широкими. Удивление вызывал факт, что он одел на ноги закрытую обувь. Я думал в Дорне, даже дорнийцы носят сандалии. Особенно дорнийцы. — Лорд Берик, — слегка поклонился я. — Для меня большая честь наконец встретится с вами, — Старк встал рядом со мной. — Увы, я привёз вам как добрые вести, касающиеся вашего Дома, так и не слишком. — Не слишком? — спросил мужчина у меня. — Верно, — подтвердил. — Слева от меня Лорд Эддард Старк, Верховный Лорд Севера, Хранитель Севера и Лорд Винтерфелла, — кажется ничего не упустил. Эддард Старк слегка поклонился. — Он последний, кто видел вашего сына, Сира Эртура Дейна, живым. — Моего сына? — спросил Берик, переведя взгляд на Эддарда. — Что с ним? Вместо ответа Нед Старк подозвал Хоуленда Рида, который и вёз свёрток с Рассветом. Да, это был действительно клинок Эртура. Я помню его… — Он пал, Лорд Берик, у Башни Радости. Берик с ужасом посмотрел на Рассвет. Старк держал меч перед отцом, сына которого убил. Берик тяжело поднял руки. Я услышал едва слышный всхлип со стороны замка. Явно женщины… Мать Эртура и Эшары? Насколько я правильно помню: мать Эшары зовут Дианна Дейн. Она происходила из дома ленного Дейнам Рыцаря, на границе их владения стоит башня с двумя приданными деревеньками. Так же у Эшары есть младшая сестра, Аллирия, которой сейчас годика три-четыре, от силы. — Как он пал? — спросил Берик. — В бою, как верный Рыцарь. За то, во что верил его Принц. Он и ещё двое Гвардейцев: Сир Герольд Хайтауэр и Сир Освелл Уэнт — сразились со мной и моими воинами у Башни Радости. Нас семеро прибыло к Башне Радости, против трёх Гвардейцев. Ваш сын с честью выполнил свой долг. Только я и Лорд Хоуленд Рид пережили эту схватку. — Таков путь каждого воина, — дрогнул голос Берика. — Я знал, что он не сможет вернуться после этой битвы. — Этот меч является частью вашего Дома. Я его вам возвращаю, Лорд Берик. — Как победитель, коим вы явно явились сюда, вы вполне имеете право на этот меч. — Ваш сын достойно сражался, — произнёс Старк. — Я могу лишь почтить его память, вернув меч вашего Дома вам в руки, Лорд Берик. — Что-же... — произнёс Берик. — Я предлагаю вам, Сир Сирион и вам, — Берик взял Рассвет в руки, — Лорд Старк, разделить с нами кров. Вино и хлеб. — Не чувствую, что имею на это право, — произнёс Старк. — Вы сделали куда больше, чем многие, кто мог убить моего сына в бою, — важно произнёс Дейн. — И не оскорбляйте меня своим непочтением. То есть честные поступки тоже могут быть вознаграждены… Хотя лично я всё ещё считаю, что обладать гибкими принципами куда лучше, чем быть слепым, честным идиотом… Так или иначе, я, Старк, Рид и моя свита проследовали внутрь. Звездопад не напрасно принадлежал к довольно богатому знаменосцу Мартеллов. Замок был неплохо обставлен. Мирийский ковёр в главном зале об этом свидетельствовал, а ведь такое изделие не дешёвое. Впрочем, по обстановке, замок уступал Эшмарку Марбрандов, в котором я проходил обучение. Всё же, несмотря на то, что Дейны и Марбранды схожи в том самом смысле, что оба одни из важнейших знаменосцев своего сюзерена, но при этом Эшмарк располагается в плодородных и богатых на руды землях Запада, а вот Звездопад — в Дорне, засушливом и плодородном… Для самых стойких культур. Нас приняли тепло, накормили, а после Лорд Старк был предоставлен самому себе, так сказать. Он изъявил желание хорошо помыться, и его повели в купальни. Что же до меня… Мне выдали дорнийскую, довольно свободную одежду и пригласили в солярий Берика Дейна. Внутреннее убранство солярия Лорда Берика было почти что стандартным, если не считать тот факт, что посреди комнаты, вместо традиционного стола, который я видел у Лорда Эшмарка, Утёса Кастерли и даже в Красном Замке, находился постамент. На котором, прямо за стеклом, лежал белый меч, Рассвет Дейнов. Я присмотрелся к сверкающему мечу. Мне давал Эртур им немного потренироваться. Невероятно лёгкий, рассекающий буквально всё. Схожий по свойствам меч желает абсолютно любой уважающий себя фехтовальщик. Но лишь лучший из лучших может им обладать. — К нему руки тянутся, не так ли? — донёсся голос Лорда Берика. Я повернулся налево. А вот слева от постамента находился привычный стол Лорда, за которым мужчина работал. Стол был из чёрного дерева, обрамлённый серебром. — Я помню этот меч, Лорд Берик. Сир Эртур… Он давал мне его немного… — Да, — усмехнулся Берик. — Мой сын был довольно добр. Иные Дейны даже своих жён угрожали убить, если те касались хоть чуть-чуть этого меча. Настолько он ценен. Лишь Меч Зари имеет право использовать его постоянно. Лишь лучший Дейн. — Сир Эртур говорил, что у вас в роду передаётся особый стиль фехтования этим мечом, — кивнул я на постамент. — Да, — согласился мужчина. — Передаётся. Но лишь от отца к сыну. Лишь Дейн, именно такова воля нашего основателя, первого Дейна. Эртура, к слову, — он вопросительно уставился на меня. — Что-же, — я подошёл к столу. — Вы вызвали меня на разговор, Лорд Берик. И нам есть о чём говорить. — Верно, — подтвердил мужчина. — Помнится, я договорился с вашим отцом, Сир Сирион. Можете присесть, — кивнул он на стул, чем я и воспользовался, придвинув тот поближе к столу. — Договор был о том, что моя дочь выйдет за вас замуж. Но… Случилось то, что случилось, — печально произнёс, сложив руки на груди. — В связи с чем у нас и могли возникнуть вопросы. — Война… На которой, по сути, Дорн и Запад приняли две разные стороны. — Война, из-за которой глава вашего Дома, уважаемый Лорд Тайвин, вполне себе мог расторгнуть брак с моей дочерью для вас. Да и я бы мог это сделать, в конце концов, брак с врагом? Это не смешная шутка. Но… — Но? — спросил я у него. — Но пришло письмо моей дочери, — мужчина передал мне листок пергамента. — Прямо из Утёса Кастерли. Как и договаривались, она направилась туда после Турнира. После начала восстания я отправил в Утёс письмо… О том, что ей лучше бы вернуться в Звездопад. — Она мне его не показывала, — процедил я. — Ну, видимо сочла не слишком важным событием, учитывая, как она мне ответила. Я посмотрел на ответное письмо Эшары, которое она направила своему отцу… Мда, набор местных идиоматических выражений. Дорнийки — горячи, и письмо Эшары прямое тому подтверждение. — И сейчас восстание закончено. Роберт Баратеон взошёл на престол. Мой сюзерен, Принц Доран Мартелл, принял условия, что вы ему доставили. И я, как его вассал, обязан поддержать данное решение. Впрочем, обязательство совпадает с моим желанием. Но вопрос, опять же в свадьбе. Вы всё ещё желаете её? — С чего бы мне её не желать, Лорд Берик? — спросил я у мужчины. — Эшара прекраснейшая Леди Семи Королевств. Мои чувства к ней чисты, как и её ко мне. И нет никаких препятствий к нашему браку. Теперь нет. Рейгар Таргариен мёртв, восстание победило, Мартеллы приняли условия Железного Трона. Мы можем вернуться к соглашению, которое вы заключили с моим отцом. И через него с Лордом Тайвином, — да, Тайвин Ланнистер тоже должен был одобрить мой брак. После того, как Джейме стал Гвардейцем. Всё потому, что именно меня начали считать его наследником, он и сам сообщил мне об этом… Что Утёс, что Запад — наследую я. А значит мой брак теперь не прерогатива лишь только моего отца, Кивана Ланнистера. — И вы не потребуете большего приданного? — спросил Берик. — С чего бы? — Мы относимся к проигравшему Королевству, — произнёс отец Эшары. — Вы заключили мир, но Дорн, так или иначе, унижен тем, к кому присоединился, — пояснил Дейн. — Мне тоже иногда надо побыть добрым, Лорд Берик, — хмыкнул я. — Мне не нужно что-то сверх того, о чём вы договорились с моим отцом и Лордом Тайвином. Та сумма — больше символическая для Ланнистеров. Но вы понимаете, что я получаю от брака. И что мой Дом получает. Вы, Дейны, древнейший благородный Дом мира. Этого континента, так точно. Это довольно высокий прибыток к репутации. Это в контексте выгоды Ланнистеров, — я слегка пригнулся, сев поближе. — А в контексте меня — я люблю Эшару. Не только потому, что она красива. Мне нравится то, кем она является, каким человеком она является. И я ей тоже нравлюсь. Таким… — я прикрыл глаза, — какой я есть на самом деле. Каким меня видели самые близкие, и каким меня не видел почти никто, кроме моей родни из Ланнистеров. Ей я приятен, она меня любит. Этого достаточно, Лорд Берик. Повисло молчание. Пурпурные глаза внимательно рассматривали меня. — Чтож, я рад вашему ответу, Сир Сирион. — Если вас не затруднит, можете звать меня на «ты». Мы почти родственники. — Хорошо, Сирион, — улыбнулся мужчина, расслабившись. — Право слово, я уж боялся, что ты потребуешь Рассвет. Про твою хватку, которую больше приписывают всяким торговцам с Эссоса, я наслышан. — Простите, но даже у моего желания должен быть предел, — ответил я на его улыбку. — Тот, кто тянет в себя всё, может вскоре лопнуть. Вдобавок не я одолел Сира Эртура. Не мне его требовать. И даже если бы я смог каким-то чудом его одолеть, я-бы трижды подумал о том стоит ли? Всё же ваш меч вы получили с основания своего Дома, а не просто у кого-то стащили. Мы, Ланнистеры, когда-то купили Светлый Рёв в Валирии. Данное событие напрямую отражает то, как наш Дом ведёт свои дела. Многие Железнорождённые Дома получали свои валирийские мечи в разбоях. Вы, Дейны, выковали его и постигали его тысячелетиями. Будь вы просто пиратом, как любой Железнорождённый, я-бы вырезал вас всех и забрал, что нужно. — Вот как, — рассмеялся мужчина. — Хорошо, что я не пират. Однако, как привыкший изучать окружение, может скажете: кто в последнее время начал ссужать островитянам деньги. Я слышал, что Лорд Грейджой, через посредников, получил, без малого, пятьдесят тысяч золотых драконов. Вроде бы, Сирион, ты неплохо собираешь информацию. — Не понимаю о чём вы, Лорд Берик, — я посмотрел глаза. — Кто в здравом уме, да при светлой памяти, станет помогать этим отбросам? — Тот, кому выгодно их нападение… — Ха, — усмехнулся. — Кому-то выгодно. Но я пока не знаю кому. — Это просто предупреждение, Сирион. Не заиграйся. — Ну да, ссужал. Нападение Железнорождённых — это прикидка. Мой план, который начал обретать очертания. В конце концов, я не могу просто прийти в чужой замок и потребовать отдать валирийский меч. Но что если спровоцировать на нападение и забрать меч по результатам войны? Это же куда логичнее. Да, цель вижу, а препятствий в виде десятков тысяч погибших — нет. Но даже купить у беднейших Домов и Рыцарей меч нельзя. Так что… — Будьте спокойны. Кто играет с Кракенами — вскоре выйдет на свет. И тогда мы его, где-нибудь… Утопим…