Проспорил?

-Да ла-адно... Они уже здесь... - недовольно протянул Жан, выходя из-за кустарника и наблюдая за двумя девушками, которые сидели на каком-то валуне. Они внимательно рассматривали карту и что-то тихо обсуждали. Эрен же еще раз сверился с маршрутом и понял, что они действительно на той самой точке, где в итоге должны будут собраться все кадеты. -Неужели правда... - почти так же недовольно произнес зеленоглазый, идя за напарником, который уже довольно-таки близко подошел к напарницам. -Эрен? - заметила Микаса и прямо-таки сорвалась с места, подойдя почти вплотную к сводному брату. Кирштейн же бросил какой-то неодобрительный взгляд на черноволосую, после чего подошел к Энни и тихо спросил: -Давно вы здесь? -Пару часов, - с таким привычным хладнокровием ответила блондинка, даже не поднимая глаз на кадета. -У вас получилось сработаться? -Мы почти никогда и не враждовали. Сейчас мы просто объединили усилия ради общей выгоды, только и всего. Тем более Микаса - отличный солдат, когда рядом нет этого сопляка Эрена, о котором она так печется. -Кто-нибудь еще здесь? -Только Райнер, Армин, Бертольд и Марко. Сейчас они отправились за хворостом. Жан почти никак не отреагировал, видимо, он был слишком увлечен наблюдением за напарником и Аккерман, которая сейчас от него буквально не отлипала. Да и скорее вопрос был задан из какой-то вежливости. -Эрен, ты как, не ранен? - продолжала строгий допрос Микаса, разглядывая с ног до головы предмет внимания, которого, как всегда, бесила вся эта ситуация. -Нет же! Со мной все хорошо! - взбесился Йегер, надеясь, что черноволосая на этом закончит проявлять свою безграничную заботу. -А Жан... Он тебя не трогал? -Конечно нет! Микаса, я уже не маленький, а ты не моя мать, хватит уже! - окончательно вышел из себя зеленоглазый, резко обернувшись и уходя назад в лес, откуда и вышел со словами: -Я за хворостом! Кирштейн явно не был удивлен такому повороту событий. Бесконечная привязанность Микасы к Эрену проявлялась абсолютно всегда и во всем, это всех и пугало. Суть была еще и в том, что никто толком и не знал, чем вся эта связь была вызвана, никто из них не говорил правду. Жан сейчас принял решение пойти за напарником и поговорить с ним об этом всем, к тому же и попытаться успокоить. Все-таки рано или поздно все это добром явно не кончится. Светловолосый сдвинулся с места и хотел было направиться за Йегером, но его резко остановил голос Микасы, раздавшийся где-то позади. -Жан... Пойдем со мной? Надо собрать кое-какие травы до вечера. -Но... -Лучше Эрена сейчас не трогать, - как-то злобно произнесла Аккерман, пронзая взглядом стальных глаз. Жан осознал, что, похоже, выбора у него изначально и не было. Он лишь вздохнул и пошел вслед за Микасой. Глядя сейчас на нее, Жан вспомнил те времена, когда был искренне влюблен в эту девушку. Тогда ведь она ему буквально вскружила голову. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь он влюбится в ее сводного брата? Кирштейн усмехнулся от таких мыслей, продолжая следовать за Аккерман. К слову, устройство пространственного маневрирования было именно у нее. Решение было определенно правильным.

***

-Так что... Тебе снилось этой ночью? - сонно спросил Жан, потягиваясь. Он поднялся, сложив ноги в позе лотоса и наблюдая за еще валяющимся Йегером. -В общем... Прозвучит странно... Но, там был титан, который не пытался меня съесть. Он... Не проявлял никакой ненависти и пытался мне как будто что-то сказать. Он как будто... Сражается за человечество... - Эрен сам не верил своим словам, понимая, насколько же это, похоже, бредовый сон. -Титан, сражающийся за человечество? - Светловолосый сначала подумал, что ему послышалось. -Да... А сам сон был чересчур реалистичным. Я не верю в такие вещи, но вдруг он вещий... Вдруг, наш мир изменится? -Эрен... Не ты ли твердишь всему корпусу, что убьешь их всех? -Это так, но сейчас я в полном непонимании. Впервые я увидел врага, склонившего голову перед человеком... -Ты действительно веришь, что то, что было в твоем сне, может быть наяву? Что может быть титан, сражающийся за людей? -Звучит абсурдно и глупо, но да... -То есть ты отказался от того, во что верил на протяжении всей жизни из-за одного сна? -Я... не знаю, - на нервах произнес зеленоглазый. По его щеке скатилась одинокая слеза, а эти молящие о помощи глаза так и смотрели на Жана. -Эрен, иди ко мне. Все будет хорошо, - спокойно произнес Кирштейн, придвинувшись к шатену и обняв его. Жан услышал уже тихое рыдание. Светловолосый все прекрасно понимал, его напарнику сейчас нужно было выговориться, поделиться мыслями. Только вот эти мысли оказались болезненными для самого Эрена. -Спасибо... - тихо произнес Йегер, обнимая в ответ и буквально тая в этих объятиях.

***

Микаса и Жан шли в абсолютной тишине, не желая выслушивать что-либо друг от друга. Жан почувствовал какое-то напряжение, будто бы висевшее в воздухе. Мысли и чувства Микасы всегда было трудно понять, а порой даже и невозможно. Она была воплощением идеального воина, который в трудный момент не поддастся эмоциям, в этом никто не сомневался. Но пробовал ли кто-нибудь заглянуть за эту стальную оболочку Аккерман? Что она таила в себе на самом деле? Лишь привязанность к Эрену, или что-то большее? Вопросов об этой личности было слишком много. Жаль только, что они скорее всего окажутся без ответа. Светловолосый шел, как-то задумчиво разглядывая траву, которая мялась под его солдатскими сапогами, и не обращая внимание на все, что творится вокруг. "Очнуться" помог резкий, но тихий голос Микасы: -Стой! Кирштейн остановился, непонимающе глядя на девушку, которая в данный момент буквально замерла, как будто выжидая чего-то. Она смотрела куда-то в правую сторону. -Что такое? - осмелился шепотом спросить светловолосый. -Слышишь? -Ты о чем? -За мной, - Аккерман начала аккуратно ступать по траве, двигаясь все так же вправо. Хоть на ней и был привод, но ее все равно не было слышно. А вот Жан, на котором также был привод, не смог сделать так же. С первым его шагом раздалось лязганье креплений. Поняв, что ему лучше не мешать, он остался стоять на месте, до сих пор не понимая, что вообще происходит. Что не так с этой девушкой? Микаса же, пройдя метров десять и дойдя до какого-то дерева, аккуратно и тихо присела на траву. В корнях этого дерева была небольшая яма. Аккерман смело просунула руку в эту ямку и вытащила оттуда совсем уж крохотного кролика. Он был полностью черным и пытался вырываться, издавая истошный то ли кроличий плач, то ли крик. Кирштейн подбежал к Микасе и явно удивился такому повороту событий. -Как ты вообще... его услышала? -Неважно. Главное, что у нас теперь есть хоть какое-то мясо. Жан снова взглянул на это крохотное создание, которое продолжало тяжело дышать в руках у девушки. Кадет прекрасно понимал, что они пытаются выжить в этом лесу, а кролику, видимо, не повезло. Глаза зверька выражали лишь неподдельный страх, ужас, испуг. Однако, что-то все равно не давало покоя Кирштейну: ему стало жалко это существо. Совсем уж не похоже на того Жана, что был раньше. И правда, совсем размяк... -Послушай... от него все равно не будет много мяса. Давай его отпустим? -Не могу, - хладнокровно ответила Аккерман, бросая короткий взгляд на свою жертву. -Это еще почему? -Потому что это наш ужин. Считай, что это его судьба. -Микаса! Чего тебе стоит просто отпустить его?! - в этот момент кадет как будто бы не контролировал себя. Слова вырвались сами собой. Только после того, как это уже было сказано, Жан понял, что сейчас завелся на практически пустом месте. На искреннее удивление Жана, Аккерман опустила руку и разжала ладонь, выпуская зверька, который в одно мгновение исчез из поля зрения в густой растительности. "Неужто сработало?" Наступило какое-то облегчение, но длилось оно недолго. Жан только прикрыл глаза, дабы немного успокоиться, как тут же оказался впечатан в то самое дерево, под которым была та ямка. Кирштейн не понял, в какой момент у его горла оказался клинок, который достала девушка в какую-то долю секунды. Она человек вообще? Лезвие находилось буквально в паре сантиметров от кожи, из-за чего кадету пришлось немного задрать голову. Пытаться пошевелиться было сейчас явно плохой идеей. Кое-как опомнившись, светловолосый робко и тихо спросил: -Т-ты чего? -И ты, Жан, сейчас говорил мне о справедливости? О том, чтобы я отпустила зверя? Как ты смеешь... Я знаю о том, что ты совратил Эрена! - выпалила Микаса, впечатывая рукой, лежащей на груди кадета, еще сильнее. Кирштейн несколько секунд молчал, обдумывая сказанное. Так значит Армин не просто догадался, но и успел уже рассказать обо всем Микасе? "Вот черт..." -Скорее он сам совратился... - конечно, опасно было шутить, когда острейшее лезвие находится у твоего горла, но все-таки Жан не удержался. Не убьет же его Микаса, ведь так? -Не ври! Он бы никогда... - кажется, кадету удалось ввести девушку в заблуждение. Он почувствовал, как ее хватка немного ослабла. Вот он, подходящий момент. Светловолосый резко схватил ту руку Микасы, которая держала клинок, и резко отвел ее в сторону, подальше от горла. Все так же резко отпрянув в сторону, он сумел каким-то чудом вырваться из хватки Аккерман. Честно, кадет и сам не верил, что у него получится. Однако, расслабляться было явно рано. Жан отбежал метров на пять, после чего обернулся и крикнул: -Пойми же: я ни в чем не виноват! Это выбор Эрена! Микаса стояла в каком-то ступоре, выслушивая все это. Когда кадет закончил, она сорвалась с места, используя устройство пространственного маневрирования. Жан уж точно такого не ожидал. Сейчас на него сверху налетит Аккерман. Что делать? Также использовать привод, дабы уйти в сторону? Попытаться увернуться без упм? Остаться на месте? Мыслей было много, а вот времени - нет. Оценив свои возможности, Кирштейн все-таки решил использовать привод, все равно в походе он не пригодился. Жан выпустил два троса и взмыл куда-то вверх, в крону густых и высоких деревьев. Маленькие веточки так и царапали, было действительно больно. Однако, это вроде бы сработало. Жан оказался на какой-то большой ветке. Он притаился, пытаясь услышать Микасу. Но абсолютно ничего не было слышно. Осталась на земле? Кирштейн немного расслабился, видимо, зря. В мгновение ока из-за густой листвы на него налетела девушка. Кадет снова каким-то чудом успел пригнуться, заметив, как клинок Микасы прошелся прямо около головы, даже срезая пару небольших локонов. Глаза Жана округлились. Она... использует клинки? Кадет резко опомнился, и, пока девушка еще не успела собраться для нового броска, попытался снова скрыться. Но, не получилось. Аккерман быстро его нагнала и вывела из равновесия. Жан упал на землю, благо хоть, было не так высоко. Девушка аккуратно спустилась на землю, начиная подходить к своей жертве. Разглядывая приближающийся силуэт, Жан обессиленно лежал и устало провел ладонью по лбу. Кровь. В ушах зазвенело. "Только бы... Не потерять сознание, как в тот раз..." Вроде бы мольба помогла, Жан сумел встать на ноги до того, как к нему подойдет Микаса. Однако, сейчас держаться на ногах было все равно неимоверно тяжело. Сил абсолютно не было. Неужто сейчас Микаса его убьет? Но... Ей же от этого будет хуже. Она настолько привязана к Эрену, что готова пойти на полнейший абсурд? Честно, Жан абсолютно не знал, что сейчас вообще можно от нее ожидать. От этого и было страшно. Однако, когда Аккерман достала и второй клинок, стало действительно не по себе. Серьезно? Вот так он умрет? От рук ревнивой девушки? Даже смешно. Светловолосый закрыл глаза в ожидании чего-то неизбежного, как вдруг раздалось громкое: -Жа-ан! Кирштейн повернул голову на голос и заметил бегущего к нему перепуганного Эрена.