История тигра: Обратная сторона настоящего

Гораздо интересней известить противника, заставить его принять все меры предосторожности, а затем, преодолевая преграды, достичь цели. («Чёрная ящерица») Эдогава Рампо Друг мой, вспомни, что молчать хорошо, безопасно и красиво. Фёдор М. Достоевский

      Долго ли, коротко ли, но в таком степенном, неторопливом ключе, каким-то образом, минуло несколько недель. Отрезок времени, который я провела, преимущественно, находясь среди той компании, что в тот приснопамятный день образовалась в кафе на первом этаже здания, в котором находилось то самое детективное агентство.       Конечно, я подозревала, что эта команда из детектива, медика и офисной работницы (последнюю из которых явно освободили от части работы, тем самым уже официально назначив нянькой на неполный рабочий день, ибо что-то она зачастила проводить время рядом со мной, сидя на диване напротив и, демонстрируя впечатляющую покорность, даже и не думала возмущаться, если я подолгу не обращала на неё внимание, занимаясь своими делами) собралась не просто так. В особенности после того откровенного разговора, на который меня вывели Йосано и Эдогава, которые, к моему насущному удивлению, больше не спешили лезть ко мне в душу и выуживать какие-либо тайны, да и вообще, похоже, заняли позицию наблюдателей.       Ну, как заняли, втягивали меня в свои дискуссии, заставляли слушать истории своих прошлых дел и интересовались моим мнением, попутно делая выводы. Так сказать, оценивали со стороны по неким своим, известным лишь им одним факторам и критериям, что естественно, не спешив, при этом, делиться со мной своими умозаключениями…       …благо, мою паранойю – которая за прошедшее время решила-таки переквалифицироваться в условно-лёгкую, – существенно успокаивал тот факт, что я могла ощущать их эмоциональный фон, в котором так и продолжал царить интерес, но уже куда более задумчивый и не настолько навязчивый, как в первые дни. И потому, пожалуй, за то время, которое прошло с момента моего появления в агентстве, я даже сумела как-то с ним свыкнуться и не искать подвоха в каждом слове (хотя с Эдогавой это и не всегда получалось – уж больно испытывающе-оценивающим был его взгляд).       Но вернёмся к действительности, а если быть точным – к утру вторника, который начинался для меня по уже ставшей привычной за это время схеме: с подъёма, за которым следовал утренний моцион и лёгкий завтрак в компании Рампо и Акико (ибо на данный момент обитала я в квартире с Фукудзавой, который жил вместе с Эдогавой, а Йосано проживала в соседней, при этом не стесняясь приходить по утрам и устраивать побудку своему черноволосому коллеге). Затем, мы либо дожидались Юкичи-сана, который ежедневно, ещё до рассвета, выходил на прогулки (с большим количеством свежей рыбы, которая всегда отсутствовала по его возвращению – но присутствовал отчётливый запах, – и потому мне было интересно, куда же он её носит, даже если у меня и присутствовали определённые догадки), чтобы всем вместе пойти в офис, либо же шли самостоятельно, но чаще всего, всё же, именно в компании директора детективного агентства.       Так произошло и сегодня – Фукудзава-сан сопровождал нас по дороге в собственную организацию, в то время, пока Рампо весьма живо рассказывал историю о том, как он уехал в Токио, случайно сев не на тот поезд (что также казалось мне достаточно удивительным, ибо в моём сознании как-то ну совсем не совмещались его впечатляющие дедуктивные способности – которые, так-то, предполагали наличие не менее поразительной наблюдательности, – вместе с невозможностью пользоваться транспортом), и как потом Юкичи вместе с Акико его искали. А парень за это время умудрился наткнуться на огороженное место убийства рядом со станцией, и оперативно раскрыть столь удачно подвернувшееся ему дело, тем самым шокируя столичных полицейских, которым ещё не доводилось сталкиваться с юным гениальным детективом.       Такое себе похождение в духе Эдогавы, подобных которому у него было впечатляющее множество, и практически каждое из этих приключений встречало с моей стороны живейший интерес, который, как я подозревала, довольно-таки льстил подростку, которому нравилось, когда его внимательно слушали. И «поглаживали» его гениальность, проявляя любопытство к его несомненно уникальному ходу мышления, задавая по ходу уточняющие вопросы. Не говоря уже о том, что мне даже не пришлось притворяться заинтересованной, чтобы наладить более-менее дружественный контакт, так как рассказчиком парень был действительно неплохим. Немного самовлюблённым, любящим драматизировать и, время от времени (читай - всегда), принижать умственные способности окружающих, но, не взирая на все присущие ему недостатки, точно передающим суть вещей.       В каком-то смысле, слушая его истории, я частично смогла понять его личность (ибо так сразу разобраться в столь сложном, а кое-где, и вовсе – противоречивом человеке со своей собственной, уникальной точкой зрения буквально на каждую, даже самую обыденную вещь, представлялось мне решительно невозможным), а также, думаю, таким незамысловатым образом, помогла самому Рампо принять меня в круг, если не близких, то хотя бы не совсем незнакомых, потенциально-опасных элементов. Тот самый круг, попадать в который мне ну никак не хотелось, даже не смотря на заверение дедушки в том, что в Вооружённом Детективном Агентстве меня примут в любом случае…       Но, возвращаясь к утренней прогулке совершенно не примечательного буднего дня, во время которой наша компания привычно дошла до краснокирпичного пятиэтажного здания, находящегося неподалёку от выхода к морю. И не менее неторопливо поднялась на четвёртый этаж, где, к девяти часам (всё-таки, хорошо ходить вместе с непосредственным начальством, которое может деликатно задержаться утром), уже вовсю кипела работа, которая тут же прекратилась, стоило нам войти.       – С добрым утром, Фукудзава-сан, Эдогава-сан, Йосано-сан… - и последовавший за этим уважительный поклон вошедшим, за спинами которых я, в силу невысокого для своих девяти лет роста, просто терялась, даже не взирая на приметность своих серебристых волос, которые украшали чёрные пряди и ставшая уже привычной громоздкая сумка, в которой я носила свою переносную технику. – И тебе привет, Ацуши-чан, - таки вспомнив, что к руководству прибавилось небольшое такое дополнение, со мной тоже поздоровались, чтобы, затем, вновь вернуться к исполнению своих непосредственных обязанностей.       Обычное утро в Вооружённом Детективном Агентстве, которое повторялось на протяжении всего моего здесь присутствия (за исключением воскресенья, что даже для них являлось выходным, и потому неприкосновенным, днём), и которое совершенно не соответствовало всем моим представлениям об этой организации. Так как, ну, всё же, я считала, что и расследований у них будет побольше (Рампо с Акико выходили по работе всего несколько раз, да и вернулись впечатляюще быстро, так что у меня не получалось считать это чем-то по-настоящему серьёзным), и события, освещающиеся в них, как бы, помасштабнее будут.       Не то, чтобы я жаловалась, конечно, просто такой разительный контраст в делах, с которыми детективное агентство работало сейчас, и должно будет столкнуться в обозримом будущем, был для меня несколько неожиданным. Или это мои ожидания были просто слишком завышены (так как, ну, даже рассуждая логически, вряд ли у них тут часто дела величиной с приснопамятный Моби Дик образовываются)? И не сказать, чтобы я была так уж опечалена подобным развитием событий, ибо сталкиваться с чем-то действительно опасным у меня не было ни малейшего желания. В особенности сейчас, будучи едва ли сильнее подростка с базовыми знаниями искусства самообороны и акупунктуры, и со способностью, которой на виду даже нормально не попользуешься (не говоря уже об отравленных иглах, наличие которых вызывало только ещё больше лишних вопросов). Из преимуществ, так-то, только достаточно глубокие познания в программировании и какая-никакая, но осведомлённость о том, что творится в хаосе портового города (и страны, в целом, исключая обрывочные сведения о том, что происходит за приделами острова и, потенциально, может произойти на территории Йокогамы в не таком уж и отдалённом будущем), а также умение, в случае чего, нужную информацию отыскать.       Отдельного упоминания, пожалуй, стоят родственники – каждый из которых заслуживал персонального опуса, и как бы не в несколько томов, – из-под плотного купола опеки которых я не так давно сумела выбраться. И потому мне решительно не хотелось обратно. По крайней мере, не насколько быстро, и не тогда, когда у меня образовалось хотя бы подобие на самостоятельность, и любые хоть сколько-нибудь опасные происшествия (согласно мнению моих родителей, которые, будь их воля, и вовсе не отпустили бы меня в это детективное агентство) могли этому только поспособствовать…

***

Интуиция +1.

***

      Я, кто уже успела к этому моменту разложить свои вещи и с удобством расположиться на диване, готовясь досыпать положенные мне утром часы, даже глаза распахнула от неожиданности. И с недоумением, граничащим с недоверием, уставилась на выскочившую табличку, подобные которой, в последнее время, были явлением достаточно редким (в особенности с таким-то содержанием), однако неизменно сулили приближение чего-то необычного и не менее неожиданного. В данном случае, вероятно, возможных проблем, так как именно об подозрительности их отсутствия я размышляла до сего приснопамятного момента.       Стоит ли говорить, что сон, в один момент, как рукой сняло, а в моём тихом уголке развелась бурная деятельность, в порыве которой я силилась осмотреть через записи с камер все видимые углы агентства, а также проверить наличие на своих рабочих местах офисных служащих. И, закономерно, ничего не отыскала. Только Санаэ не обнаружила за её столом, но та частенько отсутствовала, да и вообще большую часть времени, которое не было занято присмотром за мной (что было явно новым дополнением в и так загруженном расписании девушки, так как, даже сидя на соседнем диване, она частенько просматривала какие-то папки с документами), находилась в архивах, где было меньше всего камер. Так что разводить панику раньше времени я не спешила (ибо, мало ли, вдруг она находилась за приделами обзора), но изображение с тех камер вывела в отдельный угол, так, на всякий случай.       И всё было действительно спокойно. Ну, насколько я могла судить, наблюдая за слаженной работой местных клерков со стороны. Иными словами – слишком тихо, чтобы я позволила себе не обратить внимание на столь говорящее предупреждение, которое, потенциально, грозило расшевелить тихое озеро Вооружённого Детективного Агентства…       …но ровно до того момента, пока в контору не вошёл мужчина, сердечный ритм которого был достаточно далёк от спокойного. И всё бы ничего (может, тахикардия замучила), однако его эмоциональный фон явственно отдавал беспокойством и тревожностью. Чувствами, которые, к моему насущному удивлению, практически не отражались на нём внешне. По крайней мере, с изображения камер – картинка с которых имела высокое разрешение, и потому позволяла осмотреть нежданного визитёра достаточно подробно, – офис обозревал сдержанный, солидного вида джентльмен в возрасте за сорок, который, затем, весьма уверенно (что наводило на мысли, что тот, определённо, бывал здесь не единожды) направился в сторону коридора, что вёл к кабинету самого Фукудзавы. И этот факт, так-то, отнюдь не добавлял мне оптимизма, но явственно продемонстрировал, что, возможно, могло произойти что-то действительно серьёзное.       А что-то серьёзное, да ещё и исходящее от человека в деловом костюме отнюдь не самого дешёвого в Японии бренда – что я успела отметить, когда тот степенно прошествовал мимо моего уголка, не удостоивши меня даже мимолётного взгляда (хотя, может и просто не заметил, что при его нервозности было куда как вероятней), – грозило вылиться в не менее грандиозные (и как бы не соразмерные стоимости его одеяния) проблемы. Ибо от деньги и власть имущих, да ещё и пришедших в подобное место в таком-то эмоциональном состоянии, явно не стоило ожидать чего-то вроде поиска любимого питомца сравнимого по стоимости с квартирой в элитном районе Йокогамы.       Потому, стоит ли говорить, что оставаться на месте я не планировала? Но твёрдо вознамерилась узнать, с какой стороны будет дуть ветер и откуда мне следует ожидать возможных неприятностей не только для себя, но и для всего агентства. В особенности учитывая, что в этом случае мне не подходил мой излюбленный вариант с наблюдением через камеры – так сказать, на расстоянии, – ибо мои способности к распознаванию эмоций и, как следствие, лжи и прочих намерений, работали только вблизи, и только в приделах слышимости (которые, увы, были не настолько впечатляющими, чтобы я разобрала голоса в кабинете Фукудзавы-сана, что был оснащён приличной звукоизоляцией, а также смогла отделить их от звуков рутинной суеты, которые сопровождали работу остальных членов конторы). А для этого мне было необходимо подобраться поближе…       Если и имелись свои преимущества в бытие спокойным ребёнком (по крайней мере, со стороны), то тот факт, что взрослые не задают большого количества вопросов, когда ты резко встаёшь с насиженного места, и остаются довольными односложными ответами, можно было отнести к одному из таких. По крайней мере, только одна женщина поинтересовалась причиной подобной активности, и была более чем удовлетворена словами о том, что я иду проведать Рампо. Черноволосого парня, который, как мне было известно, должен сейчас находиться, как раз-таки, в кабинете директора, и потому стремление его увидеть виделось мне наиболее удобным пояснением в конкретной ситуации.       И который действительно там присутствовал. Впрочем, как и Йосано, которая сидела рядом с ним на диване (хотя ещё не так давно я видела девушку в штатном медпункте, что и являлся, по совместительству, её кабинетом). А также статный джентльмен, который стоял прямо напротив стола Юкичи-сана, и в этот самый момент, когда я просочилась в комнату тихо приоткрыв дверь, о чём-то эмоционально повествовал мастеру боевых искусств:       – …мы подумали, что это была чья-то не смешная шутка. Серьёзно, ну кто в наше время предупреждает о том, что хочет кого-то похитить? Вот я и не волновался особо, ведь у нас надёжная охрана и камеры видеонаблюдения вокруг дома, захочешь – всё равно незамеченным не проберёшься. И всё без толку. Ни единого следа! - эмоционально всплеснув руками, мужчина начал вышагивать туда-сюда перед столом в стремлении чем-то себя занять. – И ладно бы, если бы моя дочь пропала ночью, но днём! Исчезла из своей комнаты прямо посреди бела дня!..       – Ивасэ-сан, мы понимаем, что вы очень взволнованы, но, прошу вас, успокойтесь, и расскажите нам всё с самого начала, - сохраняя спокойствие, предельно серьёзно попросил Фукудзава, твёрдо посмотрев на мужчину, который остановился, стоило только директору подать голос.       – Да что тут рассказывать? - однако на эти слова японец лишь отмахнулся. – Выходные у Санаэ не так часто совпадают с теми днями, когда я могу закончить работу в домашней мастерской, и потому я точно знаю, что до двенадцати часов дня в воскресенье она была дома – мы вместе обедали в столовой. Затем она отправилась в свою комнату, а я – в мастерскую, доделывать срочный заказ. И только перед самым ужином я почувствовал, что что-то не так, что Санаэ должна была давно закончить свои занятия по фортепьяно. Она у меня хорошо играет, но когда я вошёл, проигрывала лишь запись с её концерта… - но мужчина так и не успел закончить, так как был прерван не менее удивлённым вопросом:       – Санаэ-сан похитили?! - когда до меня наконец дошла суть сбивчивой речи того, кто, как я подозревала, являлся Ивасэ Сёхэем, тем самым известным ювелиром из Осаки, я просто не могла сдержать своего восклицания, которое тут же, однако, привлекло ко мне внимание всех присутствующих, которые явно, до сего момента, были предельно сосредоточены на повествовании мужчины.       – Ха? Что здесь делает ребёнок? - не менее изумлённо, чем я, вопросил отец похищенной, переведя вопросительный взгляд с меня, на Фукудзаву-сана.       – Она находится под моей опекой, - предельно ясно пояснил мастер боевых искусств, бросив в мою сторону короткий взгляд (впрочем, в этом он был не одинок, так как сидящие на диване подростки посмотрели на меня не менее задумчиво), прежде чем вернуть всё своё внимание к ювелиру, до которого очевидно дошёл намёк, что вопрос моего присутствия в этом месте – явно не его ума дело. – Ивасэ-сан, почему вы сразу не обратились к нам за помощью?       Меня тоже интересовал этот вопрос, и явно ничуть не меньше, чем самого директора Вооружённого Детективного Агентства. В особенности, та тишина, которая за ним последовала, вместо обоснованного ответа (ибо, согласно словам отца Санаэ, девушка пропала в воскресенье, а сегодня был уже вторник, что, так-то, являлось достаточно большим временным отрезком), а также достаточно смешанные, в своей сути, чувства, наиболее ярко из которых выделялось именно сожаление с лёгкой примесью опасения. Потому, пока мужчина собирался с мыслями и подбирал слова, я решила, что, раз никто не спешил меня выгонять, то ничто не мешало мне сесть на диван, и послушать его историю в более удобном положении.       – Когда я нашёл эту записку на прошлой неделе, я не воспринял её всерьёз из-за абсурдности содержания, однако всё равно обратился в полицию, - так, к тому моменту, когда Ивасэ Сёхэй начал своё повествование, я уже устроилась на диване напротив Рампо и Акико, которые также внимательно вслушивались в историю отца нашей общей знакомой. – И так как я являюсь достаточно уважаемым членом общества, полицейский департамент выделил несколько человек для наблюдения. Они внимательно осмотрели наш дом и прилегающие к нему территории, включая записи с камер видеонаблюдения, но не нашли ничего подозрительного, что могло бы указать на то, что похищение действительно готовится, включая следы того, кто мог подложить это предупреждение в почтовый ящик. Но почтовый ящик находился достаточно далеко от входа – на самом краю пешеходной зоны, и потому никто не расценил это как настоящее предупреждение, ведь мне и до этого приходили письма с угрозами, и раньше полиции, вместе с моей личной охраной, на это хватало. Однако сейчас… ни единого следа. Никто из посторонних не входил и не выходил, все домработницы были опрошены, а камеры не засняли ничего, что полицейским могло бы показаться подозрительным. И поэтому я пришёл к вам… - под конец, мужчина остановился перед столом и устало понурил голову.       – И что, похитители не предъявляли никаких требований? - подал голос молчавший до этого Эдогава, одарив ювелира пристальным взглядом своих чуть прищуренных изумрудных глаз.       – На самом деле… они были, - с некоторой неохотой, которая прекрасно сочеталась с царившим в его эмоциональном фоне внутренним противоречием из решимости, нежелания и опасения, произнёс тот, бросив взгляд в сторону юного детектива.       – И, наверняка, были достаточно компрометирующими, если вы, как и всякий добропорядочный член общества, не решились предъявить очередную записку полиции, решив вместо этого обратиться в наше агентство, которое известно тем, что бережёт конфиденциальность наших клиентов и не обязано сразу обращаться в правоохранительные органы при обнаружении чего-то не совсем законного, - на одном дыхании выложил Эдогава, продолжая следить за весьма говорящей мимикой японца, которая только подтверждала слова подростка. – Поэтому вы решились пойти на риск, ведь наша организация также известна, как место, которое заботиться о своих сотрудниках, в какие бы сложные жизненные ситуации они не угодили, а Санаэ-чан, как раз-таки, является её членом…       После этих слов, помещение в один миг захлестнула гнетущая тишина, которая, после весьма колких слов штатного мастера дедуктивного метода, показалась мне достаточно звонкой. И не менее давящей. В особенности, учитывая, что источник наиболее концентрированного давления, в данный момент, буравил Ивасэ Сёхэя своим пронзительным, как заточенное лезвие катаны, взглядом серебристых глаз…       …пожалуй, после такого-то представления, мне действительно поверилось в то, что бывший ученик деда, в своё время, был настоящим убийцей. Сильнейшим ликвидатором правительства «Серебряным волком», взгляд которого, в этот самый момент, напомнил мне о наиболее пронизывающих, зловещих взглядах моего русского родителя. Притом, из разряда тех, которые не обещали ничего хорошего тому, кто заслужил повышенное внимание обладателя подобных глаз к своей персоне.       – Что именно потребовали похитители? - на мгновение прикрыв глаза, что частично сгладило оказанный эффект, прямо спросил Фукудзава Юкичи.       – Они хотели… - начал было мужчина, но тут же замолчал, всё ещё пребывая под впечатлением от столь колкого, предупреждающего взгляда. – Они хотели, чтобы, в обмен на Санаэ, я передал им «Звезду Египта».       – «Звезду Египта»? - заинтересованно спросил Рампо, подав голову вперёд в ожидании пояснений. Впрочем, в этом он был явно не одинок, так как ни Акико, ни сам Фукудзава, не знали, с чем можно было соотнести столь громкое название, судя по тому недоумению, которое от них исходило.       – Только не говорите мне, что у вас на руках находится та самая «Звезда Египта»?! - но мне они явно не понадобились, так как только одна знаменитая, в своём роде, вещь, да ещё и имеющая непосредственное отношение к его роду деятельности, имела подобное название. – Но ведь она считается пропавшей без вести? - уже будучи не настолько уверенной в имеющейся у меня информации, я вопросительно посмотрела на ювелира.       – Скажем так, мне повезло заполучить её для своей частной коллекции… - поджав губы, был вынужден признаться мужчина, одарив меня при этом недоумённым взглядом.       – Бриллиант имеющий мировую известность и исчезнувший со страниц мировой истории с началом Второй мировой войны? - с отчётливым сомнением не только в голосе, но и во взгляде, вопросила ювелира, при этом отчётливо вспоминая слова, которые, время от времени, любил повторять Достоевский. Каждый раз подбирая иную формулировку, но суть всегда сводилась к одному: «Чем выше социальный статус, чем больше им открывается прежде недоступного, тем люди становятся необузданнее. Деньги перестают иметь ту цену, которая сдерживает более низкие социальные слои общества, и достаток начинает оцениваться по совершенно иным критериям, одним из которых является уникальность. Желание обладать чем-то недоступным для других, даже знанием, становится настолько нестерпимо-привлекательной идеей, что, если вовремя не обуздать этот порыв, человек может стать заложником собственной жадности. Предметы искусства, редкие книги, украшения, древности – всё это может стать тем, что будет вести человека по дороге жизни, толкая, порой, на совершенно безумные поступки, вроде шантажа, грабежа, а порой, даже убийства – всё, лишь бы разнообразить свою коллекцию очередным уникальным экспонатом.»       И, наблюдая за достаточно сложным выражением лица мужчины, а также имея возможность чувствовать его эмоции, мне внезапно действительно захотелось узнать, к какому типу относится этот человек: к сдавшимся под гнётом собственных желаний, или же к сумевшим их обуздать, периодически «балуя» своё самолюбие исключительными редкостями, просто потому, что имеет подобную возможность. Если судить по первому впечатлению, то он явно походил на относящихся ко второму варианту, однако же, принимая во внимание наличие у него столь любопытного камушка, который исчез практически сразу же после того, как прославился в лондонском аукционном доме…       …в общем, Ивасэ Сёхэй вызывал у меня достаточно смешанные чувства. И судя по эмоциям, которые промелькнули во взгляде остальных присутствующих, в этом я была явно не одинока.       – Значит, бриллиант… - с каким-то непонятным мне смирением вздохнул Фукудзава. – Надеюсь, вы…       – Нет-нет, - не дав директору закончить, ювелир замотал головой, – это была честная сделка, пусть и совершённая на чёрном рынке.       – То есть, вы приобрели его не совсем легально… - тут же озвучил свои умозаключения мечник.       – Если так можно выразиться, - мужчина натянуто улыбнулся одними уголками губ.       – И кто-то передал эту информацию третьей стороне, - сделал вполне естественный вывод в этой ситуации Юкичи.       – Я считаю это крайне маловероятным, ведь если бы продавец знал его истинную ценность, мне пришлось бы отдать за него намного, намного больше. А так, я, считай, приобрёл его за бесценок у одного нелегального иммигранта из Англии, который явно не подозревал, что за сокровище попало к нему в руки, - попытался было оправдаться отец девушки, однако, наткнувшись на взгляд директора детективного агентства, решил промолчать.       – Мы можем увидеть послание и получить доступ к записям с камер видеонаблюдения? - подала голос молчавшая до этого Йосано, стараясь вернуть разговор в правильное русло. А также узнать, что, всё же, произошло с сотрудницей организации, пока не стало слишком поздно, ибо ставки на обеих чашах весов были слишком высоки, чтобы терять время на более подробные выяснения того, каким чудесным образом камень попал к Ивасэ-сану, которому явно не доставало подробностей в своём рассказе.       – Конечно-конечно, - тут же зачастил мужчина, увидев в смене темы единственный выход из сложившейся для него достаточно щекотливой ситуации. – Вся необходимая информация находится здесь, - с этими словами, он достал небольшую чёрную флешку из нагрудного кармана своего пиджака. – Полиция уже получила свою копию, и потому теперь я могу свободно предоставить её вам.       – Так бы и сразу, - этого было достаточно для того, чтобы Акико поднялась с дивана и забрала протянутую ей флешку, а после – подошла к стоящему на столе Фукудзавы компьютеру, чтобы, под наблюдением директора, быстро её подключить и начать настройку. Однако это было ещё не всё, ведь после того, как у него забрали накопитель, Сёхэй достал из внутреннего кармана небольшой, сложенный белый прямоугольник, похожий на визитку – эта улика досталась уже Эдогаве, во впечатляющих возможностях которого у мужчины была прекрасная возможность убедиться на собственном примере…       …и потому было естественно, что я, чтобы не остаться в стороне, пересела на диван к парню, который внимательно изучал изящно оформленную записку, что венчал простой рисунок ящерицы, выведенной чернилами, и в которой печатным текстом было указано точное время и место передачи бриллианта.       – Так это же совсем скоро, - удивлённо озвучила, в общем-то, очевидную вещь, стоило мне сопоставить имеющиеся сведения.       – А вы явно не спешили к нам обратиться, - высказал своё мнение Рампо, задумчиво проводя пальцем по рисунку. – И смогли заинтересовать известного похитителя драгоценностей, так что теперь я точно в деле.       – Рампо? - Юкичи перевёл вопросительный взгляд на своего воспитанника.       – Передача бриллианта должна состояться через пять часов в доках у заброшенных промышленных складов, - тут же поспешил пояснить парень, на лице которого появилась неожиданно предвкушающая улыбка. Выражение, которое мне ещё не доводилось видеть на лице зеленоглазого детектива. – Похитителем является известный вор драгоценностей, который ответственен за ограбление не одного крупного ювелирного магазина, а также музея мировых искусств, накануне выставки украшений периода Хэйан из Киото, и коллекцию из которого так и не нашли, даже не смотря на то, что с момента кражи прошло уже несколько месяцев. Прославился благодаря тому, что заранее предупреждает о своих делах, оставляя на месте записку с рисунком чёрной ящерицы, и похищает драгоценности вне зависимости от того, какие меры безопасности предприняли владельцы, совместно с сотрудниками полицейского департамента. Я давно хотел изучить столь интригующую загадку, но в полиции всё упрямились, и не хотели допускать меня к материалам по делу. Ха, теперь-то гениальнейший детектив этого времени сможет доказать следователю Ямаде, что у него в отделе работают одни бездарности!       – Ивасэ-сан? - даже не обратив внимания на достаточно вызывающие, претензионные высказывания своего воспитанника, Фукудзава посмотрел на мужчину в ожидании пояснений.       – Записка появилась в почтовом ящике сегодня утром, так что я пришёл так быстро, как только смог, - попытался оправдаться японец. – Мне явно не собирались оставлять времени на раздумье…       – Или же за вашим домом велось наблюдение, и преступник подстроил всё так, чтобы вы увидили послание в нужное ему время, - внесла своё предложение Йосано, которая в это время продолжала что-то настраивать, однако не теряла нити разговора.       – Маю-чан, одна из моих домработниц, каждое утро забирает и приносит почту. Так что, не думаю, что за моим особняком нужно долго наблюдать, чтобы понять это, - со вздохом был вынужден согласиться с девушкой ювелир.       – И давно она у вас работает? - внезапно спросил Эдогава, тем самым заслужив удивлённый взгляд не только от Ивасэ-сана, но и от меня.       – Хм, ну, уже почти год, - задумчиво отозвался мужчина, сосредоточенно сомкнув брови на переносице. – Заочно учится на бухгалтера в местном университете, очень старательная, пусть и несколько неуклюжая девушка. Её порекомендовала мне одна из моих хороших знакомых, так что она надёжна, если вы намекаете на это. И у неё имеется алиби, ведь многие видели, как она помогала с приготовлением ужина, а после – и с уборкой, в предполагаемое время похищения моей дочери. Девочка настолько перенервничала после допроса, что даже пролила вино на новый диван, благо, что в химчистке сказали, что пятно ещё можно вывести.       – Вот как, - покивав каким-то своим мыслям, парень повернулся в сторону Йосано, которая так и продолжала возиться с компьютером. – Долго ещё? - совершенно по-ребячески надув губы, протянул детектив.       – Почти закончила, - отозвалась Акико, достав откуда-то пульт и указав им в противоположную сторону комнаты. Ну, или так мне показалось изначально, так как, в следующий момент, потолочное покрытие возле зоны отдыха сместилось в сторону, и на свет показался большой экран, который застыл, стоило ему полностью выскользнуть из ниши. И столь же оперативно включился, освещая пространство перед собой непритязательным рабочим столом, который, мгновением позже, сменился на множество окошек, которые демонстрировали всем присутствующим внушительный особняк со всех возможных ракурсов. – Включаю ускоренную запись с воскресенья…       Помещение в одно мгновение потонуло в тишине, что прерывалась задумчивым хмыканьем Рампо, который-таки натянул на себя очки, и громким дыханием взволнованного отца похищенной, который с одинаковой надеждой поглядывал то в сторону детектива, то на саму запись. Впрочем, в этот самый момент, в этом он был явно не одинок, так как на парня с одинаковым интересом посматривали все, включая меня, кто в первый раз видела Эдогаву за работой.       – Ускорь и промотай до конца, - указал парень, просматривая однообразные ролики, но очевидно сосредоточившись на одном, который демонстрировал главный вход, через который и проходила большая часть посетителей особняка в воскресенье, включая самого Ивасэ-сана и упомянутых им полицейских.       Не став задавать лишних вопросов, которые могли бы сбить детектива с мысли, Акико безмолвно выполнила его требования, промотав запись вплоть до утра понедельника. И мы имели возможность наблюдать в ускоренной съёмке повседневную жизнь обитателей особняка: домработниц, которые выходили за покупками и возвращались с полными пакетами, почтальона, который оставил в почтовом ящике несколько писем и девушку, которая некоторое время спустя их забирала, троих рабочих в синей униформе транспортной компании, что тянули накрытый тканью диван, который, затем, погрузили в обычный грузовик, а также возвращение полиции, которая повторно изучала периметр в попытке найти хоть малейшую зацепку. Всё, вплоть до утра этого дня, когда упомянутая студентка в очередной раз забирала почту.       – Вы смогли увидеть что-то подозрительное? - с надеждой вопросил Ивасэ Сёхэй, не отрывая взгляда от непроницаемого лица Рампо, который сидел скрестив руки на груди.       – Возможно, - задумчиво отозвался парень, сведя брови на переносице. – Есть более ранние записи?       – На флешке все имеющиеся видеоматериалы, начиная с предыдущей недели, - с готовностью отозвался мужчина, уставившись на подростка, который, однако, не спешил радовать его хорошими новостями.       – Начни отматывать назад с утра воскресенья, - не отрывая глаз от экрана, скомандовал юный гений, в то время, как Йосано чётко исполняла каждую его просьбу. И наблюдая со стороны за столь отложенной командной работой, где каждый выполняет определённую функцию, является деталью целой картины, я не могла не восхититься, ведь если я и раньше подозревала, что они являются хорошо сработанной командой, то теперь, воочию лицезрев их взаимодействие, где каждый с полуслова понимает желание другого, я смогла в этом убедиться. – Стоп, - резко сказал Эдогава, тем самым сбив меня с мысли.       И, надо сказать, выбранный им кадр вызвал у меня больше вопросов, чем ответов, ибо на экране был выведен и увеличен фрагмент, на котором целая бригада рабочих вносит в дом достаточно предметов мебели, чтобы обставить ими сразу несколько комнат. Впрочем, в этом я была не одинока, но ювелир, в отличие от меня, решил высказать своё недоумение выбранным моментом вслух:       – Это мой новый гостиный гарнитур. Его должны были доставить ещё в начале недели, но в транспортной компании произошла какая-то техническая ошибка, и потому его смогли привести только в субботу утром…       – Отодвинь в сторону и промотай до момента их ухода в понедельник в новом окне, - словно и не обращая внимания на комментарии мужчины, продолжал командовать детектив, очевидно пребывая в неком своём мире. – А теперь включи одновременно, - записи стали проигрываться, и рабочие вновь потащили этот злосчастный предмет мебели.       – Диван… - я даже выдохнула от внезапного осознания, когда до меня дошло, что диван был достаточно большим, чтобы в него свободно могли спрятать бессознательное тело и так не особо высокой Санаэ. Но в таком случае произошедшее с вином и задержки в транспортной компании – так-то, обыденные, казалось бы, совершенно не связанные между собой происшествия, приобретали вид чётко спланированного, даже гениального, в своём роде, плана. А также явственно говорили о наличии у похитителя нескольких сообщников.       – Ага, - серьёзно отозвался Рампо, бросив в мою сторону заинтригованный взгляд. – В помещение его вносили два человека, что можно было бы не заметить на фоне других людей разгружающих мебель, однако же выносили его трое, при этом прикладывая явные усилия. Также, исходя из размеров дивана, его перемещение не должно было представлять видимых трудностей для людей, которые долгое время работали в транспортной компании и привыкли к подобного рода нагрузкам, а синяя форма является хорошей маскировкой, ведь люди привыкли не обращать внимание на такие детали. Так что нам нужно отследить путь грузовика, чтобы найти Санаэ-сан.       – У тебя есть какие-то идеи? - подал голос Фукудзава, серьёзно смотря на парня.       – Если учесть, что диван в химчистку всё-таки привезли, то следует искать заброшенные здания и склады в радиусе двадцати километров от её местонахождения. Большего я, пока, сказать не могу, так как грузовиков с логотипом Мидори-транзит слишком много по всей Йокогаме, а проверять все склады в промышленном районе, которые находятся неподалёку от места сделки, займёт слишком много времени. Также, у похитителя, с большой вероятностью, имеется несколько убежищ по всему городу, и потому, если он достаточно умён, остаток пути её могли перемещать на другом транспорте, - пояснил мастер дедуктивного метода, сосредоточено глядя перед собой и явно прикидывая в уме какие-то варианты, судя по той задумчивости, которой был пропитан его эмоциональный фон.       – А что, если посмотреть в архиве системы видеонаблюдения района? - окинув взглядом собравшихся в помещении сотрудников агентства и отца похищенной, я задала, в общем-то, самый простой вопрос, который виделся мне наиболее логичным из вариантов при сложившихся обстоятельствах.       – Ждать официального разрешения, даже по ускоренному процессу для частных учреждений, состоящих на особом учёте в Министерстве внутренних дел, придётся в течение, как минимум, четырёх часов, иными словами, у нас останется слишком мало времени до условленного часа передачи бриллианта, - недовольно поджав губы, серьёзно произнесла Акико, скрестив руки на груди.       – Я думала, что у вас есть подобное разрешение… - я удивлённо посмотрела в сторону Фукудзавы-сана, который был особенно молчалив.       – У нас имеется разрешение на открытие и легализацию действий организации, членами которой являются одарённые, но не имеется свободного доступа к данным городской системы видеонаблюдения, а также дозволения на просмотр отснятых материалов, так как она является одним из внешних кругов защиты города. Пока, даже несмотря на покровительство Особого отдела Министерства внутренних дел, мы не смогли доказать, что наша организация достойна иметь столь высокие полномочия и доступ к подобным данным на постоянной основе, - с тяжёлым вздохом, был вынужден признать директор агентства. – И потому, когда возникает подобная необходимость, нам приходится дожидаться разрешения от главного департамента дорожной полиции, прежде, чем мы получим официальное разрешение на досмотр видео с городских камер видеонаблюдения.       – Так там же простая система защиты – работы на пару минут, - я непонимающе уставилась в сторону директора Вооружённого Детективного Агентства, детище которого, как оказалось, имело довольно-таки ограниченные полномочия в этой области. И уже после, когда на мне скрестились удивлённые взгляды всех присутствующих, включая изучающе-прищуренный – Эдогавы, и недоверчиво-пристальный – самого Юкичи, осознала, как прокололась. Ведь никто из присутствующих, до этого самого момента, не знал о моих достижениях на поприще компьютерного программирования и взлома серверов не самой последней важности. И подобная досадная оплошность (очень досадная, и очень крупная, на самом-то деле), ещё раз заставила меня вспомнить, что я сейчас, по сути, нахожусь вне дома, в стенах которого, каждая высказанная вслух мысль – в особенности, если она была дельной! – поощрялась, а в совершенно другой – условно-дружелюбной для меня среде, где любую мысль, каждое знание, с точностью, до наоборот, следовало оставлять при себе.       Конечно, я понимала, что на ошибках, в особенности совершённых в детстве, учатся, но мне всё равно было досадно из-за допущения подобной, столь нелепой оплошности. М-да, определённо, в некоторых ситуациях, лучше держать язык за зубами…       – Нацумэ-сэнсей знает?.. - в конце концов, спустя некоторое время, Юкичи задал мне один-единственный вопрос.       – Ага, - с тяжёлым вздохом, я была вынуждена согласно кивнуть.       И действительно, дедушка был в курсе моих обширных познаний в области взлома. Не одобрял, конечно, но признавал их несомненную полезность и эффективность. В особенности, принимая во внимание висевшее надо мной дамокловым мечом пророчество, существование которого, как мне казалось, являлось основным решающим фактором, благодаря которому он закрывал глаза на то, что Достоевский обучает меня своему ремеслу…       – Тогда, Ацуши-чан, ты можешь нам помочь? - в стальных глазах мечника сверкнула мрачная решимость. – Один из сотрудников агентства похищен, и мы не можем допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось. Даже если для этого придётся пойти на крайности…       – Мм-м, хорошо, - сказать по правде, я не особо надеялась, что из всех возможных вероятных исходов того достаточно щекотливого положения, в которое я, по своей вине, угодила, Юкичи выберет один из самых благоприятных, лично для меня. А также, чего уж тут таить, и для всего агентства. Если его представители действительно хотели спасти одну из своих сотрудниц, а не сдать куда надо «злостную маленькую нарушительницу общественной безопасности, которая, потенциально, может представлять угрозу национальной безопасности» – во, как загнула с мысленной формулировкой на нервной почве.       – Тебе что-то понадобиться от нас? - предложил Фукудзава, серьёзно посмотрев на меня.       – Мой ноутбук и минут десять свободного времени, я так полагаю, - быстро настроившись на рабочий лад, я уже более уверенно встретилась взглядом с «Серебряным волком». – Чтобы было удобнее смотреть, я предлагаю переместиться всем в зал совещаний, где я смогу вывести записи с камер на большой экран.       – О, так ты и наши сервера уже взломала… - с неким иррациональным весельем в голосе, неопределённо протянул Рампо.       – Шесть минут. Так что ваш технический отдел, определённо, халтурит, раз до сих пор не заметил следов вторжения, - уже более спокойно, в тон ему, отозвалась я, так как, в принципе, больше не видела причин, чтобы скрывать это конкретное своё умение. Ну, о нём ведь уже всем стало известно, и потому, как я считала, лучше заработать кредит доверия сейчас (а также указать на очевидную брешь в их защите), чем заставить их сомневаться в своих способностях. Не показывать ничего сверхъестественного, конечно, но достаточно высокий уровень собственной подкованности в этом вопросе, определённо, стоит продемонстрировать. Чтобы полезность свою доказать, и всё такое.       – Тогда это будет интересно. Полагаемся на тебя, Нэко-чан, - как ни в чём не бывало, произнёс Эдогава, после чего добавил: – Эх, жизнь, определённо, налаживается. Нужно захватить данго, чтобы скрасить ожидание!       – Встречаемся в зале совещаний через десять минут, - обведя всех присутствующих решительным взглядом, в том числе и подозрительно помалкивающего ювелира, произнёс директор Вооружённого Детективного Агентства. – И вас это тоже касается, Ивасэ-сан, ведь вы можете подсказать нам что-то, что прольёт свет на истину в этой запутанной истории.       Внутренне облегчённо вздохнув от осознания того, что меня, вроде, сдавать никуда не планируют – по крайней мере, пока, – я вскочила с дивана и, не дожидаясь дальнейших указаний, покинула кабинет директора. Так сказать, от греха подальше, и чтобы заработать хотя бы небольшой кредит доверия своей работоспособностью, пока мои умения точно представляют пользу для детективов. А то, кто их знает, может, потенциальная опасность моих навыков и перевесит почтение Юкичи-сана к моему деду, хотя и не должна, ведь в Японии почтение к мастеру, вроде, имеет особый вес. Но бережёного, как говорится, и Бог бережёт, так что я лучше и перестрахуюсь, и лишний раз (насколько это вообще возможно в моей ситуации) глаза мозолить не буду…

⸎ ◊ ⸎ ◊ ⸎ ◊ ⸎

      Стоило только двери за девочкой закрыться, как все присутствующие сотрудники детективного агентства обменялись между собой молчаливыми, однако от этого не менее глубокомысленными, взглядами. И только один из находившихся в комнате остался далёк от произошедшего на его глазах безмолвного диалога, о чём мужчина тут же поспешил оповестить подростков и наблюдающего за ними взрослого:       – Фукудзава-сан, эта девочка… кто она такая? - когда упомянутый ребёнок покинул комнату, ювелир всё же решился на вопрос, который будоражил его разум ещё с того самого момента, когда малышка впервые проникла в кабинет.       – Если вас будут спрашивать, то вы ничего не видели, - прошив мужчину взглядом, который блестел пугающей сталью, холодно произнёс Юкичи, даже не потрудившись ответить на заданный вопрос. – Санаэ-сан будет спасена благодаря подсказке Рампо, который передаст свой план группе быстрого реагирования, - не столько спрашивая, сколько констатируя, изрёк Фукудзава, который, даже просто сидя за столом, производил крайне устрашающее впечатление даже на тех, кто не знал о его прошлом, как мастера боевых искусств и мечника-убийцы правительства.       – Я в-вас понял, - не сумев скрыть дрожь в голосе, поспешно согласился Сёхэй. – В конце концов, эта девочка тоже помогает спасти мою дочь, так что я у неё в долгу, - тихо произнёс ювелир, бросив взгляд в сторону дивана, на котором, ещё минуту назад, сидела необычная школьница со странными белыми волосами, в которых отчётливо проглядывались чёрные пряди. – Да и сомневаюсь, что мне поверят, если я скажу, что девочка, которая выглядит, как ученица начальной школы, сумела взломать архив дорожной полиции и их хвалённую систему ORBIS, которая славится тем, что имеет специальную, пятиступенчатую защиту от взломов.       – Вы хорошо осведомлены в этом вопросе, - продолжая сидеть за своим столом, как бы невзначай заметил мечник.       – Один мой хороший знакомый работает в департаменте военной полиции, вот и рассказал мне, по секрету, о том, как же он счастлив тому, что архив дорожной полиции перестал быть доступным, как проходной двор, для всех желающих получить к нему доступ. И о том, какие средства были потрачены, чтобы установить эту защиту. Потому я полностью осознаю, к чему это может привести, если я не буду держать свой язык за зубами, - с этими словами, мужчина тяжело вздохнул и прямо посмотрел на директора Вооружённого Детективного Агентства. – А теперь, если вы не возражаете, я бы хотел посетить уборную… - и, не дожидаясь ответа, быстро удалился из кабинета.       – Трус, - с отчётливым пренебрежением не только в голосе, но и во взгляде, фыркнула Йосано, скрестив руки на груди. – Хорошо, что Санаэ-чан не унаследовала это от него.       – Ну, кое-что от него, ей всё же досталось, - неопределённо протянул Эдогава, внимание которого, казалось, вновь захлестнуло происходящее на экране.       – Раз мы закончили, то нам следует отправиться в зал совещаний, - не желая слушать препирательства своих воспитанников, которые, согласно его опыту, могли затянуться на весьма продолжительное время, внёс свою лепту в разговор Фукудзава.       – Лучше подождём ещё минут пять, - неожиданно для своих коллег, высказался «против» детектив. – Если мы пойдём сейчас, то у Нэко-чан ещё случиться сердечный приступ на фоне переживаний, так что лучше немного подождать. Всё равно, рано или поздно, хочет она того или нет, мне станут известны её возможности.       – Рампо, - приблизительно понимая, в каком направлении двинулись мысли подростка, окликнул его директор.       – Фукудзава-сан, но ведь она – как конфета, которую положили мне прямо на стол, и сказали не трогать, а я просто не могу не съесть конфету, особенно, если знаю, что она вкусная! - с толикой негодования, совершенно по-ребячески воскликнул Эдогава.       – Рампо, - уже более настойчиво одёрнул своего воспитанника мужчина.       – Да понял я, понял, - с явной неохотой отозвался парень. – Всё равно, со временем, всё узнаю!..