Кошмар под моей кроватью

Песни к главе: Для Валеры: Нервы – Ангелы Для Вани: Jupither – I kiss a boy С того дня прошло около недели. Каждый раз, вспоминая его, я задумывался, как один день может внести кардинальные изменения в твою жизнь? И не только изменения, но и проблемы, от которых некуда было деваться. Это чмо, буквально, стало частью моей и без того гребаной и занятой жизни. - Да, да, да, я тоже рад тебя видеть, спасибо за приглашение. Конечно, от чая я не откажусь, - сказал в тот вечер Ваня, стоя на пороге. Я не мог ничего ему ответить, потому что дар речи, буквально, пропал. Он по-хозяйски зашел в квартиру, оставил свои шмотки в прихожке и прошел на кухню. Реальность ко мне вернулась довольно быстро, и я, с недоверием зашел на кухню, где индюк уже наливал себе чай. - Валер, тебе плохо? Ты заболел? – спросил Ваня в небольшом замешательстве. - Не, все ок. Значит, ты все-таки додумался посмотреть, что за «закладку» я оставил. - Да, но не сразу. В тот момент я просто закинул ее в сумку и пошел на пару. Потом все-таки решил посмотреть, что это и, честно говоря, ох*ел от ее содержимого. Да, Валер, предложения у тебя так себе получаются, - и залился смехом, заставив меня улыбнуться. - Что не так? Нормально там все. «Предлагаю тебе переехать ко мне, жду ответ до 16:00», - прочитал я содержимое переданной Ваней записки. - Да нихрена, конечно. Получив эту записку кто-нибудь другой, он решил бы, что ты гомик или маньяк какой – нибудь. - Но ее получил ты, прочел, все понял и находишься сейчас в моем доме со всеми своими монатками. Ваня немного задумался, допил чай и снова посмотрел на меня: -Ладно, проехали. Куда шмот выкладывать? Мы пошли в мою комнату. Комната была небольшая, но уютная. В ней жил минималист и перфекционист «в одном флаконе», которые прекрасно делили ее между собой. Рядом с окном стояли две высокие кровати, накрытые покрывалом. Я взял его сумку и начал раскладывать вещи в соседний шкаф. Он долго смотрел на меня, как на идиота, не понимая, что я делаю. Но, явно не выдержав столь напряженной паузы, заорал, как *бнутый: -ВАЛЕРА, *БАТЬ ТЕБЯ В РОТ! П*ДОРАС ТЫ ГОРБАТЫЙ! СОВСЕМ КРЫШНЯК СЪЕХАЛ, ПЕДИК Х*ЕВ?!!!! -Ты че орёшь, придурок? - спросил я, слегка в *хуе от его рева. - Какого хрена ты творишь? Я как бы натурал, ничего, да? - Не понимаю, о чем ты? – привычный к его тугодумию и долбо*бизму, спросил я непринужденно. - Я, конечно, все понимаю, что гостя ложить в зале на диване не культурно, но и в одной кровати с тобой я спать не буду! Минута молчания…глаза в глаза…и резкий хохот, нарушающий тишину. Я всегда знал, что он, на минуточку, даун, но чтоб настолько. -Х*ли ты ржешь, придурок? – Ваня явно был не в восторге от своих мыслей. - Не желаете разделить со мной спальное ложе, милорд? - Пошел в п*зду, по рыжики, гомосек хренов, - подошел он к кровати и посмотрел на ее высоту. Потом, раздев соседнюю кровать, залез под мою кровать и спустя пару минут вылез оттуда, сказав: - Я буду спать там. Во всех смыслах. - Ваня, ты дебил? - Нисколько. -Полный. -Пошел ты, - и с недовольным видом поперся в ванную. Вот так началась наша с ним «семейная» жизнь. Это чудо спало под моей кроватью, *бал мне мозги и гулял со своими «девушками». Было противно касаться его, после очередной «прогулки». Я не знал, что со мной происходит, но когда я видел его торс после душа, низ живота начинало предательски тянуть, а во рту становилось сухо. Чтобы это было не так заметно, я уходил в ванную и начинал снимать напряжение, представляя его, такого теплого и свежего, вылизывающего мой член. Я знал, что долго это продолжаться не может, но и сказать ему о том, что я влюблен в него, тоже не смел. Влюбленность я осознал совсем недавно, когда, оставив телефон включенным, он пошел в ванную. Устройство долго «чирикало», отлично действуя мне на нервы. Не выдержав, я решил прекратить эту пытку, просто проверив, что там. Рыжая бестия выслала ему интимку! А после начала строчить смс-ки, в которых было мало смысла. Орех этой мымры, по сравнению с ее хлебалом, был куда лучше, возбуждающе и зачетнее. Но, внутри что – то больно кольнуло, а пальцы сами собой начали набирать текст сообщения: «Ахахахах, лохушка. Все, давай, пока. Потр*хались мы зачетно, было круто. Чао, персик, дозревай», после чего эта шалава полетела в черный список. На глаза навернулись слезы, поэтому лучшим вариантом было свалить из дома, пока этот урод мылит свои яйца. На улице было так же паршиво, как на душе. В парке, где я обычно проводил время в компании одиночества, как назло гуляли «сладкие» парочки, которые сосались чуть ли не через каждый шаг. От их милого вида хотелось рвать на себе волосы и спрятаться туда, где они точно не попадутся на глаза. Найдя самую отдаленную и пустую лавочку, я плюхнулся на нее и закрыл лицо руками. Телефон начал усердно вибрировать, явно недовольный тем, что его не берут в руки. Но, руки просто не тянулись к нему, было абсолютно все равно. Хотелось остаться здесь навсегда, никуда не идти и ни о чем не думать. Моим конечностям эта идея не особо понравилась – они начали гореть от холода, поэтому мне пришлось возвращаться в то место, где я не особо хотел сейчас находиться. Подходя к подъезду, мое терпение кончилось, и я достал телефон. 78 пропущенных и 30 смс от этого ублюдка. Угрозы за то, что влез в его телефон и послал того, кого не стоило посылать; вопросы, где я сейчас и просьбы поговорить с ним. Хотеть не вредно, урод *баный. Дойдя до квартиры, я повернул ключ и зашел в нее. Все было бы неплохо, если бы не «в стельку» пьяный Ваня, который моментально прижал меня к стене и начал целовать. Мозг начал активно работать, а непонимание ситуации заставило оторваться от него. -Ты что творишь, ублюдок? Перепил чутка?! – орал я, по – моему, на всю хату. -Я все знаю, Лер, я все знаю, - старался говорить он «трезвым» голосом настолько, насколько позволял еще более менее работающий мозг. - О чем ты знаешь, алкоголик?! - Про все, - сказал он и начал покрывать мою шею поцелуями. – Не сопротивляйся, тебе понравится, - его руки уже растегнули мой пуховик и сейчас держали меня за бедра. Поняв, что это не самый классный вариант, он понес меня в спальню, где продолжил процесс раздевания. Футболка полетела очень далеко, а его язык уже вовсю играл с моим соском, прикусывая его через раз. Сопротивляться уже не хотелось – я давно этого ждал. И, сейчас, я буду пользоваться моментом, ведь следующего раза может не быть. Чтобы не стонать под ним, как шлюшка, я прикусил губу. Явно не довольный тем, что я не издаю звуков удовольствия, Ваня начал усерднее ласкать меня. Не удержавшись, я дал ему вырваться наружу. Улыбнувшись, он спустился вниз и провел языком по бугорку, который уже с нетерпением ждал свободы. Взглянув на меня вопросительным взглядом и получив мой положительны ответ, его руки быстро избавили меня от оставшейся одежды, и язык начал свои действия. Проведя пару раз по головке, он снова взглянул на меня. - Это будет лучше того, чем ты занимаешься в ванной после меня. Чего блять?! Откуда он узнал?! Какого черта? Я никогда не оставлял дверь открытой! Или оставлял?... Тем временем, Ваня почувствовал языком проступившую от напряжения венку, и ему очень понравилось играть с ней, доставляя своему партнеру удовольствие. Мое удовольствие чувствовалось в воздухе, и оно передавалось ему, заставляя вбирать член все глубже и глубже. Я зажмурил глаза. В этом мире для сейчас не существовало ничего, кроме рта этого ушлепка и его прилизанных волос, бившихся под руками, когда я направлял его голову, заставляя насаживаться на свой член почти до упора. Дыхание стало рваным, на мгновение забылись все вопросы и непонятки, осталось только желание кончить поскорее прямо в этот потрясающий рот и посмотреть, как он проглотит всю мою сперму. Движения становились все грубее и настойчивее, Ваня обхватил руками мои бедра и вцепился в них, ища поддержку. Еще немного – он ощутил, как член напрягся на пике максимального удовольствия, - и в следующее мгновение прямо в его глотку брызнула сперма. Слегка поперхнувшись, закашлявшись и, выпустив член изо рта, он обмяк на кровати, приходя в себя. Оба тяжело дышали, и перед глазами их плыли разноцветные круги. Плюхнувшись рядом со мной, он нежно обнял меня и поцеловал прямо в губы, ощущая во рту собственный вкус. - Это было невероятно, - тихо сказал я, прижимая его к себе. - Я же говорил, что будет лучше, чем руками, - отозвался он. Мы посидели так еще немного. Ваня дал мне время привести в порядок мысли и восстановить дыхание. А потом поднялся и, выпрямившись, посмотрел сверху вниз. - Ложись на живот и жди меня здесь, - попросил он и вышел из комнаты. Стало немного стыдно и в то же время приятно, что все - таки желания постепенно осуществляются. Спустя пару минут Ваня вернулся, но не с пустыми руками. В них он держал черный тюбик, похожий на тюбик от крема, веревки и то ли повязку, то ли ошейник с красной штучкой. - Смотри, что у меня есть, - сказал он, восхищенный своей идеей, от чего стало как-то страшновато. – Я хочу, чтобы ты это все примерил. Он начал обвязывать меня веревками, завязывая какие-то странные узлы и делая так, чтобы выступали все интимные места. Заведя руки за спину, на них накрутили рядов 5 веревок, а затем сильно затянули. Было жутко больно, вырвался всхлип, за которым последовал поцелуй в спину. - Извини, малыш, но так надо, - сказал мне Ваня, после чего принялся в объяснения: - В Японии это называется шибари, то есть связывание человека голым, с целью выражения интимных мест. Вот это, - он показал мне ремень с той штучкой, - кляп. Открой ротик пошире. Не бойся, все нормально, - дождавшись моего повиновения, он вставил мне эту хреновину в рот и застегнул на затылке. - Ты даже не представляешь, как эротично и развратно сейчас выглядишь, - он встал сзади. Послышался щелчок – открылся тюбик. Нанеся содержимое на палец, он начал размазывать жидкость по аналу. - Это смазка, с ней будет легче, - объяснил он мне, заметив замешательство в моих глазах. – Я должен это заснять. Это лучшее мое произведение. Ты просто великолепен во всем этом, - после этих слов с разных сторон начались щелчки камеры, и воодушевленные возгласы этого извращенца. Сказать я ничего не мог из-за кляпа, а мычать смысла не было. Сделав последний щелчок, он убрал камеру от лица и снова взглянул на меня. В его глазах резко потемнело. Не раздумывая, он отбросил камеру в сторону и метнулся ко мне, одним движением подмяв под себя. Я даже и не понял, как он вошел в меня и стал трахать – именно трахать – жестко и грубо, словно заявляя свои права на мою дырку, соски, член и на все остальное, чего только мог коснуться. Вбиваясь в кровать, я ощущал, что каждый из нас уже на пределе. Из-за спины послышались стоны, из-за которых мои стоны тоже вылетели наружу. Ваня обхватил рукой мой член и стал надрачивать его, не желая, чтобы он кончил один. Кончили мы одновременно и так же стремительно, как и начали, изливаясь на кровать и в меня. Голова закружилась. Его дыхание было сравнимо разве что с дыханием загнанного на охоте волка. Развязав меня и убрав этот чертов кляп, он прильнул ко мне, рассеянно оглаживая ладонью грудь, живот, бедра, ноги. Ваня шептал что-то нежное, теплое, но мне было не до этого – я сильно устал, что почти сразу уснул.