Мертвецы — это хорошо?..

      Последний день жизни города Чикаго начинался совершенно нормально и обыденно для местных жителей. Во многих домах утренняя рутина не обходилась без соблазнительного кофейного аромата, перекликающегося с запахом поджаренных до хрустящей корочки тостов. После завтрака работники бежали в свои офисы, учащиеся отправлялись за новыми знаниями, а пожилые люди проводили начало дня спокойно и размеренно, заслуженно отдыхая от всей этой суеты молодого поколения. Жители не знали и даже не предполагали, что вечером их жизнь уже не будет прежней, что такое утро больше не повторится.       Несмотря на нерадостный исход стояла удивительно приятная погода. Полуденные лучи мягко освещали усыпанный зеленью внутренний двор школы «Liberty». Ветерок лениво качал молодые травинки из стороны в сторону, а майское солнце светило так, что зелёные стебли казались ослепительно яркими. Уже чувствовалось приближение лета: каждый новый день был длиннее предыдущего, а температура воздуха повышалась на глазах. В такую ясную погоду совершенно не хочется сидеть за партами и вникать в скучные предметы! Однако, идя наперекор своим желаниям, дети стойко отсиживали положенный срок в школе, лишь иногда позволяя себе высказать недовольство в перерывах.       Кирпичное здание школы отбрасывало длинные, прямые тени на участок обеденной зоны, состоявший из множества небольших столиков. Звонок прозвенел совсем недавно, однако уже можно было заметить нескольких счастливчиков, успевших взять обед без очереди и занявших свои любимые места. К ним спешили присоединиться два рослых парня в спортивной форме, весело нёсшие свои подносы, загроможденные большим количеством различных вкусностей. Они прошли мимо столика, находившегося чуть дальше от остальных, за которым расположилась непримечательная девушка, занимавшаяся чтением какой-то научной фантастики. Эти парни, заливаясь протяжным хохотом, бросили шутку в адрес сидящей. Из-за этого действия девушка тотчас покраснела и, немного поёжившись, в срочном порядке спрятала свою книгу в рюкзак. За этой картиной наблюдали две молодые особы, которые пересекали школьный двор и явно не собирались остановиться, чтобы занять какой-нибудь столик. — Вот же кретины! И как после такого можно серьёзно общаться с парнями? — возмутилась Мартина Мур.       При этом она чуть раздраженно поправила серую прядь, так неожиданно прилетевшую ей на лицо. — Полностью с тобой согласна, — сразу же поддакнула спутница. — Но ведь не все такие уроды, Марти. Например, Рэй совсем другой. — Ты взяла исключение из правил, Габри, — хмыкнула Мартина.       Габриэль Хейз подумала, что так оно и есть. Она вспомнила, как с начальной школы мальчишки дразнили её по поводу лишнего веса, а больше всего её доставал Джеймс Фишер. Мясной комбинат, жируха, корова — все эти и многие другие оскорбления постоянно сыпались в адрес Габриэль. Девушка сильно переживала по этому поводу. Всё дошло до того, что у неё развились комплексы, от которых избавиться не так уж просто…       По сей день Габриэль стеснялась своего тела, а точнее просто боялась показать его людям. Отголосок прошлого вновь дал о себе знать. Угнетение, стыд, позор. Одно за другим возникало в юной голове, пока девушка не вспомнила, почему она удаляется из школьного двора в середине дня. Поэтому, немного пройдя вперед, Хейз остановилась и, нахмурившись, спросила: — Марти, а ты точно уверена, что это хорошая идея — уходить сейчас? Мистер Гаррисон очень хороший, но и у него есть предел терпения.       Мартина Мур усмехнулась и озорно подмигнула своей спутнице. Эта ситуация забавляла её. Девушка всегда сбегала из школы по мере возможности. Ей было совершенно чуждо сидеть на одном месте целую пару, слушая при этом нуднейшую лекцию. Мартина просто не понимала, чем могут увлечь такие предметы, как математика, биология или история. Нельзя представить более пустой траты времени! — постоянно повторяла она. Даже сейчас девушка с отвращением вспоминала только что прошедший факультатив по истории. Однако же Мартина вполне понимала сомнения подруги. — Габри, я редко бываю так уверена, — уверенно ответила девушка.       В голове Габриэль Хейз всё ещё вертелись сомнения в правильности собственных действий. В отличие от своей подруги, она не могла чувствовать себя комфортно в данный момент. Прогуливать предметы девушке было не впервой, это верно, однако не так давно её посещаемость была безукоризненной. Даже с простудой Габриэль не позволяла себе пропускать занятия. Но так было до знакомства с Мур.       Ища поддержки, Габриэль сжала ладонь Мартины. Это действие показалось Мур приятным, хоть и неожиданным, ведь проявлять свои чувства на людях было совершенно несвойственно её подруге. От ладони и до самого плеча разлилось тепло — вот такое влияние оказывает Габриэль на неё, лишь одно касание заставляет чувствовать себя лучше. Мартина мельком взглянула на полноватую девушку с азиатскими корнями и вновь подумала о том, как раньше ей не хватало этого лучика света.       Покинув школьный двор, Мартина и Габриэль заметили припаркованные возле школы белые грузовики, оснащённые эмблемой «Ben Laboratory». — О, Марти, да ты смотри! Миссис Ридберг добилась этого! Нам наконец-то привезли новое оборудование для выполнения лабораторных работ по химии и биологии! — восторженно воскликнула Габриэль.       Радость Габриэль была настолько искренней, что она даже подпрыгнула на месте. Небольшие кулачки сжались и безудержно затряслись в порывах счастья и предвкушения. Для неё такой ход событий был превосходным. Собираясь поступить в медицинский, Габриэль давно мечтала начать делать что-то серьёзное в научной сфере. Однако оборудование школы было совершенно непригодным для этого. Но сейчас у неё появилась возможность проявить себя, поэтому Хейз мысленно мечтала как можно скорее опробовать новые возможности для выполнения лабораторных работ.       Мартина же без особого энтузиазма посмотрела на эти три машины. Белоснежно белые, Мур сказала бы, что даже слишком чистые, сверкающие на солнце. Да, мисс Ридберг действительно давно уже грозилась обзавестись новыми микроскопами и реагентами, но Мартина и не думала, что это обещание будет выполнено до того, как она закончит школу. — Это значит, что теперь мы не только лягушек будем резать? — возмутилась Мартина, а Габриэль пропустила её хмурое замечание сквозь уши.       Далее девушки погрузились в свои мысли и молча прошли почти целый квартал. Вокруг них расположились однообразные жилые дома, которые можно встретить как в этой, так и в другой части города. Из некоторых дворов с идеально постриженными зелёными лужайками доносилось беспокойное гавканье. Мартина сразу заметила это, ведь до сего момента девушка и не знала, что тут живут собаки. Неясная тревога вдруг охватила её, что-то внутри зашевелилось. Девушка стала себя ругать за беспочвенную пугливость, однако полностью забыть про самобичевание помог неожиданный и абсолютно неприятный вопрос от Габриэль: — Марти, а твоей мамы точно дома не будет?       У Мартины моментально перехватило дыхание только при упоминании этой женщины. — Я бы не подпустила эту ведьму к тебе и на километр, поэтому не беспокойся, — холодно и серьёзно ответила девушка. — Это я знаю, просто до сих пор не могу забыть нашу с ней встречу. Знаешь, я ведь и представить не могла, что она на такое способна! — весело пролепетала Габриэль, поздно спохватившись, что задела больную тему.       Мартина тут же поникла, ей было до сих пор стыдно за поведение своей матери. Мэдисон Мур никогда не старалась быть мамой в полном понимании этого слова, однако Мартина питала надежду, что их отношения можно восстановить, что ещё не поздно найти то доверие, которого у них никогда не было. Девушка решила познакомить Мэдисон с Габриэль. Ей было трудно решиться на этот шаг, Мартина несколько недель морально готовилась к этой встрече. Она наблюдала за матерью. И в конце концов девушка сделала вывод, что она готова к этой встрече. Но это было ошибкой. Мэдисон самым жестоким образом высмеяла Габриэль прямо в ресторане. Поводом для насмешек послужило много причин: начиная с внешнего вида, заканчивая образом мышления девушки. После этого случая Мартина тщательно следит, чтобы её матери не было дома, пока Габриэль находится там.       Хейз заметила перемену настроения своей спутницы и мысленно выругала себя за то, что подняла эту тему. Девушке было свойственно высказываться и вставлять что-то, не подумав. Стараясь сгладить ситуацию, она сказала: — Марти, ты прости меня, пожалуйста, — начала Габриэль, — Я ведь не думаю, что ты хоть как-то разделяешь мнение своей мамы. Ты не виновата в её словах, просто я хочу держаться от неё подальше… — Не называй её моей мамой. Она Мэдисон, — резко перебила Мартина. — Да, её нельзя назвать хорошим человеком, но ведь она твоя родная мама…       Последние слова не имели смысла или веса для Мартины. Этот факт больше угнетал, чем радовал — Не сейчас, Габри. Давай не портить этот день, — уже спокойно ответила Мур.       Хоть Мартина и пыталась сделать беззаботный вид, Габриэль знала, что это лишь иллюзия. Ей было больно от того, что она довела свою подругу до такого состояния. Но ещё больше она поникла из-за того, что заметила небольшую влагу в уголке фиолетовых из-за линз глаз.       Они шли вдоль аллеи, в центре которой расположился небольшой фонтан. Приятный шум воды постепенно успокоил Мартину. Микроскопические брызги воды, попадающие на разгоряченную кожу, приятно освежали. Да, отвыкла Мур от такой погоды. Ещё не так давно жара была постоянным спутником её жизни, когда она жила в Мексике. Но это было слишком давно, она уже и не помнит её. — Как думаешь, Джул когда-нибудь сможет уговорить Рэя посетить забегаловку Ларри? — подала голос Мартина, губы которой расплылись в хитрой улыбке. — Знаешь, я сомневаюсь, что он хотя бы перестанет морщить нос только при упоминании этого места. — Да, как он любит говорить: койка в больничной палате вам обеспечена, — передразнила Мартина.       В ответ Габриэль, посмеиваясь, ответила: — Очень похоже! Будто бы он не знает, что у Ларри товар наивысшего качества. — Он судит книгу по обложке. Хотя, знаешь, я верю, что Джул сможет его уговорить. Как-никак они же сладкая парочка твикс. Мозги, глядишь, тоже одни на двоих скоро будут.       В ответ Габриэль уже рассмеялась так, что заглушила шум воды.       Оживлённо обсуждая новый сериал, девушки не заметили, как прошли ещё несколько кварталов. Впереди показалась покосившаяся в правый бок вывеска забегаловки «У Ларри». Краска таблички так сильно облезла и выцвела, что издалека разобрать какую-либо букву было довольно сложно, поэтому люди считали данное заведение заброшенным. Обветшалый дом с этой вывеской также казался нежилым. Прогнившие старые доски, облупленная краска некогда голубого цвета, грязные окна – всё это отталкивало случайных прохожих от посещения магазина. Способствовал этому и район, в котором находилось заведение, он был не из благополучных. Однако Мартина и Габриэль могли безбоязненно проходить здесь и в темное время суток, так как для большей части жителей этого места Мартина Мур была своей.       Войдя в лавку Ларри Уокера, они застали хозяина заведения в самом привычном для него виде: в засаленной майке с сигаретой в зубах, сидящем на скрипучем кресло-качалке. Этот грузный пожилой мужчина курил постоянно, и встретить его без сигареты в зубах было столь же странно, как и человека без одежды. — Да неужели! — перекатывая сигарету во рту, начал мужчина. — Наконец-то соизволили заглянуть к старому больному человеку! — И мы по тебе скучали, дядя Ларри! — с искренней улыбкой во весь рот пролепетала Мартина. — Марти, я тебе никакой не дядя, хватит уже так меня называть! Иначе я перестану пускать вас к себе! — с поддельным ворчанием пригрозил Ларри.       В ответ девушка лишь рассмеялась и, сделав серьёзное лицо, сказала: — Давно тебе пора поменять вывеску. Даже мы пугаемся, когда видим её! — Пугливым делать нечего в моём магазине, — наотмашь бросил Ларри.       После чего Мартина начала озвучивать всё, что хочет приобрести. Габриэль, стоявшая чуть позади Мартины, до сих пор стеснялась находиться в таких заведениях. Если бы девушка следовала только тому, что ей говорят родители, то она бы сбежала отсюда куда глаза глядят. Габриэль бы так и поступила, но душой она хотела быть здесь. Эта новая сторона мира ей была в новинку, однако ей нравилось здешнее очарование.       Мур забрала пакет и, сложив всё в небольшой рюкзачок, взяла Габриэль за руку. — Пока, дядя Ларри, скоро увидимся снова! — Я тебе не дядя, противная девчонка!       Дверь с колокольчиком закрылась, но даже этот звон не смог заглушить беззаботный смех Мартины.       От дома Ларри до дома Мур нужно было пройти приличное расстояние, поэтому девушки, не сговариваясь, ускорились. Казалось, что им не терпелось скорее попробовать новый вкус вишнёвого пива, но Мартине хотелось остаться наедине с Габриэль. Из заднего кармана джинсов послышалась весёлая мелодия. Взяв телефон в руки, Мартина увидела на дисплее имя своей матери. — Какой сюрприз. И что ей от меня надо? — пробормотала под нос девушка. — Ты что-то сказала, Марти? — не расслышала Габриэль.       Мартина чуть слышно выругалась и силой нажала на кнопку отбоя, и только после этого ответила подруге: — Да Мэдисон позвонила. Пусть ко всем чертям идёт!       Габриэль тут же нахмурилась. Она на своей шкуре испытала, какой бывает старшая Мур, поэтому немного забеспокоилась. Не стоит злить такую женщину. — А ты уверена, что это разумно? Может перезвонишь ей? Мало ли, что ей понадобилось. — Вообще-то у меня сейчас география. Скажу, что была на занятии, — беззаботно пожала плечами Мартина.       Габриэль тяжело вздохнула, но дальше спорить не стала. Мартина же всё это время смотрела в телефон. И с каждым нажатием на экран, выражение её лица менялось: раздражение затмило веселье. — Очень странно, что интернет не работает. Не помню, чтобы раньше такие сбои были, — заметила Мартина, пряча телефон в карман. — Правда? А я и не заметила. Ты ведь не сможешь прожить без интернета! — подколола Габриэль подругу. — Как смешно, Габри! — Мартина театрально рассмеялась, после продолжила: — Будто бы ты сама не выкладываешь истории каждый час. — Но ведь не каждую минуту!       Мартина, шутя, ткнула Хейз в бок из-за чего та отстранилась от неё и немного пробежала вперед. Габриэль уже хотела крикнуть ещё что-нибудь колкое, но заметила, как замерла Мартина. — Ты чего так замерла?       Мартина немного поморгала и нахмурилась. — Машина Мэдисон здесь.       Габриэль обернулась и тоже заметила её, припаркованную возле особняка Мур. — Габри, я не понимаю, что она здесь делает. Поверь мне!       Габриэль знала это. Как понимала и то, что подруга не стала бы сталкивать её с Мэдисон намеренно. Однако это не отменяло тот факт, что Хейз не войдёт в этот дом сегодня. Габриэль хотела уже сообщить об этом подруге, но тут показалась хозяйка дома, которая статной походкой вышла на крыльцо. Взглянув на эту женщину, сложно было сказать, что она является матерью Мартины. Дело даже не в том, что она выглядела очень молодо, и роль матери подростка ей была не к лицу, а в том, что они абсолютно не похожи друг на друга. Если Мэдисон Мур была блондинкой со светлой кожей и тёмно-зелёными глазами, то Мартина пошла в отца смуглой кожей, карими глазами и тёмными волосами, которые в данный момент были выкрашены в пепельно-серый оттенок. Такие же различия можно было наблюдать и в характере матери и дочери. Мартина была полной противоположностью Мэдисон. — Я купила тебе телефон не для того, чтобы ты бессмысленно сидела в своих социальных сетях. Почему ты не ответила мне? — с ледяной ноткой поприветствовала пришедших девушек хозяйка особняка. — Почему ты дома? — пропустив недовольство своей матери сквозь уши, спросила Мартина. — Если бы ты соизволила взять трубку, узнала бы это. А сейчас выпроводи свою подружку и зайди в дом.       Мартина тут же покраснела от возмущения. — Я имею право приводить друзей! — громко бросила Мартина. — Мы уходим!       Развернувшись и взяв Габриэль за руку, Мартина и шаг не успела сделать, как перед ней возникли фигуры охранников, а сзади послышались строгий голос. — Мартина Мур, сейчас же зайди в дом, иначе ты больше не выйдешь из него — эти слова были произнесены шепотом, от которого волосы встали дыбом. — Марти, всё в порядке, я пойду, — сказала Габриэль и убежала прочь от этого дома.       Мартина посмотрела вслед подруги. Кулачки сжались сами собой и, развернувшись лицом к своей матери, она с ненавистью посмотрела на женщину. — Терпеть тебя не могу! — крикнула Мартина так громко, что соседи с соседней улицы должны были услышать. — Ну хватит прелюдий. Зайди в дом, у меня есть, что тебе сказать.       Мартина послушалась, хотя в голове уже созревал план, как избежать очередной бессмысленный разговор со своей матерью. Каждый раз такая беседа заканчивалась ссорой, а после — истерикой Мартины. Именно поэтому сейчас девушка готовилась к худшему.       Войдя в особняк семьи Мур, сразу бросается в глаза его просторность. Многие могут сказать, что чувствуют себя лилипутами в стенах этого дома. Этому способствует, конечно, высокий потолок и внушающая площадь каждой комнаты. Но не только это. Светлые стены, минимальное количество со вкусом расставленной мебели — всё создаёт впечатление чего-то величественного. Однако люди, впервые посещающие дом Мур, не желают больше приходить в него. Это связано с тем, что за всем этим безукоризненным интерьером скрывается холод. Обстановка настолько пустая и идеальная — не ощущается жизни. Люди чувствуют, что заходят в музей или на выставку, но никак не в жилое помещение. — Что ты хотела обсудить, Мэдисон? — бросила Мартина, как только они перешли порог дома.       Хозяйка дома три раза цокнула, показывая своё неодобрение. — Я помню, как рожала тебя, моя дорогая, поэтому хочу слышать подобающее обращение ко мне, — Мартина хотела сказать что-то против, но Мэдисон перебила её, — Ничего не хочу слышать! А теперь собирай свои вещи, мы уезжаем!       Мартина удивлённо заморгала. — Как это — уезжаем? Куда? — Вижу, мозги тебе от твоего полоумного отца достались! — Мэдисон раздражённо взмахнула волосы и продолжила: — Такая чертовщина в мире происходит, а она всё думает, как бы напиться и перепихнуться со своей жирной девкой! Мы едем в безопасное место, остальное тебе знать не нужно.       Даже не осознав всю информацию до конца, Мартина сказала: — Я никуда не поеду!       Мэдисон раздражено дала ей пощёчину. — Конечно, поедешь! Слушай, я бы тебя с удовольствием в приют сдала сразу после твоего рождения, но ты всё-таки Мур, — прорычала Мэдисон, после чего спокойным тоном продолжила: — У тебя полчаса на сборы! И учти, шавку твою мы с собой не возьмём!       После этих слов Мэдисон, цокая каблуками, вышла из зала.       Мартина в шоке стояла посреди комнаты и пыталась переварить всё это. Она услышала лишь то, что хотела услышать. Её хотели лишить всякой свободы. И видела только то, что её волновало всю жизнь: возможность сбежать от этой гарпии навсегда. Не долго думая, девушка подхватила мопса по кличке Том.       В данный момент времени Мартина получила именно, что ей требовалось, — свободу. Мысль о том, что Мэдисон исчезнет из её жизни, захлестнула девушку. Лишь возможность такого исхода толкало Мартину на отчаянный поступок. Бегство — это не решение проблемы. Именно так всегда говорила Мартина, когда вся в слезах сидела у Габриэль на коленях, а та обнимала её в ответ. Раньше бегство ничего бы не решило, но теперь, когда осталось прождать полчаса. И всё. Мамы больше не будет. Эмоции лились через край, а Мартина охотно им поддавалась. Задумываться о последствиях не было ей свойственно. Поэтому сейчас, выпрыгивая через окно на кухне, она думала не о ключевом смысле слов своей матери, а лишь о том, что её больше не будет в жизни девушки. Даже не оборачиваясь, Мур пустилась в бегство с мопсом на руках, тот лишь весело тявкнул.       Мартина не знала, куда ей сейчас было идти, кроме как к Габриэль. До её дома было идти около получаса, но это ей было только на руку. Еще она знала, что Мэдисон будет искать её, пока вертолёт не взлетит воздух. Скрываться ей нужно было всего полчаса, как раз она и доберётся до Хейз.       Бродя по улицам, Мартина стала замечать, что многие впопыхах складывали вещи в багажники и, звеня колёсами, уезжали прочь. И только теперь она начала осознавать другой кусок информации, что сообщила ей мать. Творится чертовщина. Мартина вспомнила про болезнь, так пугающую всех её друзей и совсем не интересовавшую саму девушку. Теперь она немного серьёзнее подумала про неё. Неужели все бегут от этого? Но в Чикаго ведь не было зарегистрировано ни одного случая…       С тяжёлыми размышлениями Мартина дошла до дома Габриэль. Том с высунутым языком бежал сзади, догоняя хозяйку. Пёс вообще особо не любил гулять, тем более так долго и в таком высоком темпе. Но Мур даже не заметила, как запыхался её питомец. "Добралась!" Мартина наконец-то смогла выдохнуть. Всю дорогу ей казалось, что голова превратилась в вату. Мысли быстро сменяли друг друга — одна не успела начаться, как тут же поступала другая. Девушка уже не понимала, что происходит вокруг. Но она знала точно, что сейчас её побег будет что-то значить. Проблема решена! Мартина стала свободна, а совсем скоро она будет вместе с Габриэль. Мур легко преодолела расстояние от дороги до двери. Поднявшись по ступеням, она и не думала, что в следующую секунду чувство радости сменится ужасом. Поднеся руку к звонку, она уже хотела нажать кнопку, но не сделала этого. Её взгляд приковал кровавый подтёк, просачивающийся из-под двери. Мартина часто заморгала, не веря своим глазам. Девушка покрепче схватила поводок, ища поддержки в этом незамысловатом предмете. Что сейчас делать? Мур сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить себя. Мыслей было много, но одна выделялась из общей массы: Габриэль. Страх за свою девушку был сильнее страха за свою жизнь. Мартина всё же решила выяснить, что случилось с жильцами. Снова направившись к двери, она вздрогнула, как только услышала крик, доносящийся из дома. Холодок тут же пронёсся по её спине. Это кричала Габриэль.