Penance

На следующий день, когда пришёл Дамблдор, Гермиона очень обрадовалась; она, наконец-то, сможет узнать, что здесь происходит. На кухонную дверь наложили заглушающие заклинания, но если повезет, Эд будет достаточно громким, чтобы они всё услышали… Даже без удлинителей ушей. Когда она вернулась в библиотеку, чтобы сообщить о прибытии Дамблдора, Эд тихо читал какую-то книгу, в то время как Ал крепко спал на учебнике по зельеварению первого курса. — Эм…Эд — неуверенно произнесла она, зная, что он терпеть не мог, когда его отвлекали. Он не подал виду, что услышал её, поэтому она попыталась снова, на этот раз громче: - Эд. Ответа по-прежнему не последовало. Не думая о последствиях, она подошла и помахала рукой перед его лицом из-за чего он вздрогнул; он посмотрел на неё с раздражением. — Что? — Дамблдор здесь. Эдвард мгновенно оживился. Отметив страницу, он повернулся к брату с очень мягким выражением лица. — Ал, — сказал он, легонько встряхнув брата. Он проговорил что-то на Аместрийском и другой наконец зашевелился. — Ммм… — мальчик с трудом оторвал голову от рук и растерянно огляделся. — Дамблдор здесь, — повторила Гермиона, когда он посмотрел на неё. — Что? — Ты заснул, — встав и улыбнувшись сказал Эд, — Пошли. Нам нужно поговорить со стариком. — А, — произнёс Ал; удивление промелькнуло на его лице, прежде чем он спросил у брата. — Уже суббота? — Вы что были здесь всю ночь? —недоверчиво спросила Гермиона, следуя за ними к двери. Ал открыл её, и зачем-то пригнувшись в дверном проёме, направился вниз. — Мы часто так делаем, — небрежно ответил Эд, махнув рукой. — Это не проблема. Гермиона хотела было сказать, что сон очень важен и что чтение может подождать до утра, но они уже вошли в переполненную людьми кухню. По-видимому, Дамблдор созвал собрание полного состава, которую Гермиона и её друзья должны послушать любой ценой. — Ах, Мисс Грейнджер! — девушка подскочила, услышав к себе прямое обращение директора. — Я хотел бы, чтобы вы, Гарри и Уизли присутствовали, по крайней мере, на первой части собрания. — он проигнорировал возмущенные крики взрослых позади себя и продолжил: — Если вы не возражаете, приведи своих друзей.… — К…конечно! — Гермиона быстро оправившись от шока побежала наверх. Она едва могла поверить в их удачу; Дамблдор пригласил их на, возможно, самое большое собранием ордена! В столовой было многолюдно, но всем удалось разместиться за длинным столом. — Я попросил вас прийти на эту часть собрания, потому что это касается вопроса безопасности, — сказал Дамблдор, смотря на подростков. —Каждый, кто живет здесь, должен услышать, что они скажут. Все выжидающе повернулись к Эду и Алу, которые стояли в самом углу, подальше ото всех волшебников. — Снаружи гомункул, готовый убить любого, кто выйдет через парадную дверь, — резко сказал Эд. — Он очень опасен и никто не сможет победить его в одиночку. После этого заявления на несколько секунд воцарилось тишина. — Гомункулы - это мифы, Элрик, — нетерпеливо произнёс Снейп. —Что бы это ни было, скорее всего, это какое-нибудь магическое существо или блефующий враг. Темный Лорд не знает, где находится этот дом. — Он не работает на Волан-де-Морта, — ответил Ал, качая головой. Многие люди вокруг стола вздрогнули, и он странно посмотрел на них, прежде чем продолжить, — Он оттуда же, откуда и мы. Вдоль стола послышался озадаченный шёпот. Гермиона заметила, как напрягся Дамблдор при словах Ала. Откуда же они взялись, и почему это так опасно? — Я слышал, что там проводились эксперименты, — сказал Дамблдор Элрикам. — Значит, им это удалось? Эд кивнул. — Их всего было восемь, но остались только двое, и один из них здесь. Мы можем только надеяться, что другой мёртв. —он вздрогнул, и в его глазах промелькнуло что-то, что Гермиона не смогла определить. — Гордыня слабее, но он все еще очень опасен. — Насколько опасен? — спросил Грюм, нахмурившись еще сильнее, чем прежде. — Откуда ты знаешь? Ты… — Мы уже дрались с ним, — коротко ответил Эд, хмуро глядя на мужчину. — Вчера я без проблем одолел десятерых ваших врагов. Мне, Алу и многим другим потребовалось время, чтобы не погибнуть из-за Гордыни. Гермиона сочла абсурдной мысли о том, что Ал когда-то сражался до своего появления. Судя по недоверчивым взглядам сидящих за столом, она так думала не одна. Впрочем это не имеет значение, ведь если это существо было сильнее десятерых Пожирателей Смерти вместе взятых, то… — А как он выглядит? — наконец спросил Сириус. Гермиона могла сказать, что многие члены Ордена все еще не совсем верили в эту историю, и она не винила их. Однако накануне она ясно видела ужас написанный на их лицах, и ещё они оба были плохими лжецами. Так что если они не обманывали… Эд чуть не улыбнулся. — Его… контейнер… похож на темноволосого мальчика лет десяти. Однако то, что он делает, опасно. Гордыня на самом деле тень. Он-щит, меч, рот, что угодно. — Рот? — спросила Молли, выглядя довольно растерянно. Ал невесело рассмеялся. — А как же ещё он получает энергию? Он ест людей и других гомункулов… Тени очень трудно победить. — Раз это всего лишь тени, как он смог это сделать? — Это сплошные тени, — перебил Снейпа Эд. — Он контролирует их. Я надеюсь, что он никого из вас не найдет. Неважно, насколько вы сильны, любой может умереть. — на кухне вспыхнули разные взмущенные утверждения, но Эд только покачал головой,— Если вы нам не верите, можете выйти на улицу. Но не вините меня, если вдруг умрёте. Взрослые, казалось, еще не закончили задавать свои вопросы, но, очевидно, Эд и Ал уже ответили на них. Эдвард взяв брата за плечо, повел к двери. — Эдвард, Альфонс, — позвал Дамблдор. — Есть еще один вопрос, который я хотел бы обсудить с вами. — Что? — раздраженно спросил Эд. — Как вы смотрите на то, чтобы поступить в Хогвартс? — Куда? — огрызнулся Эд с озадаченным выражением лица. – Это школа-интернат, где преподают магию. Я его директор, — сказал Альбус не обращая внимания на выражение лица подростка, — Там вы сможешь изучить магию и найти дорогу домой. — Мы только что рассказали вам о чудовище, с которым умеем сражаться только мы, и ты хочешь, чтобы мы пошли в школу? — Я уверен, что мы справимся с… Гордыней. Ты разговаривал с ним? — Вы ничего не знаете, — выплюнул Эд. — Одного раза убить его недостаточно. Вы должны будете убивать его, до тех пор пока его камень не исчезнет. Камень? Что это за камень? Гермионе придется спросить их об этом позже, так как она не знала ничего, что могло бы дать жизнь гомункулу, кроме магической энергии. — Мы поработаем над этим, — сказал Дамблдор, выглядя взволнованнее, чем ранее, — А что вы имеете против посещения Хогвартса? Там есть очень обширная библиотека по всем вопросам, которые вы сможете только придумать… Гермиона видела, как Эд вздрогнул при упоминании книг, но знала, что он слишком упрям, чтобы согласиться на это. — Мы не ходим в школу, старик. Мы бросили её, когда мне было восемь, и все в порядке. За столом раздались удивлённо перешептывания, а Рон, сидевшись слева от Гермиона, тихо присвистнул. Даже если мальчики не очень охотно делились личной информацией, Гермиона могла сказать, что они оба были умны и впитывали информацию, как губки. Но чтобы не ходить в школу в течение последних семи лет… — И вообще, вы ведь повстанческая группировка, верно? Мы можем помочь вам с сражениями и вы это прекрасно знаете. Мы лучше вам поможем, чем будем ходить в школу. — Вы все еще дети! — пронзительный голос Молли разнесся над другими взрослыми. — Мы не можем надеяться, что вы... Оба Элрика уставились на неё в упор и Гермиона очень обрадовалась, что она была не на принимающей стороне. — Мы сражались с самого детства, — ответил Эд, качая головой. — Для меня это не проблема. И как только Ал снова наберет полную силу… — Алу четырнадцать, — сказал Римус тоном, не оставляющим места для споров. — В войне нет места детям. Вы, ребята, не солдаты! — Мы не были детьми с тех пор, как мне исполнилось шесть, — прорычал Эд. – Ты ничего не знаешь. Я не хочу идти в школу. Нет причины. — Братик, — тихо сказал Ал. Гермиона и забыла, что он здесь; он не сказал ни слова с тех пор, как Дамблдор упомянул Хогвартс. — Может быть, это неплохая идея… Эд удивленно посмотрел на брата. Он ответил явно на восточном языке, но сначало бросив быстрый взгляд на Орден. Лицо Дамблдора не выражало никакого понимания того, о чем они говорили и Гермиона едва смогла сдержать свое удивление. Она знала, что мальчики говорили на нескольких языках, но знать такой, которого не знал Дамблдор…? Пока Эд и Ал вели между собой беседу, не обращая внимания на окружающих, остальные в комнате начали переговариваться друг с другом. Насколько могла судить Гермиона, большинство обсуждало новую проблему с гомункулом и то, как её решить… Она снова обратила свое внимание на Эда и Ала. Насколько она могла судить, Ал пытался убедить Эда в чем-то, но тот все ещё отказывался, хотя его упрямство явно ослабевало. Это было удивительно: мальчик был так упрям в своих убеждениях, а его младший брат смог очень быстро это изменить. Лицо Ала внезапно расплылось в лучших щенячьих глазах, которые Гермиона когда-либо видела. Она видела, как рушилось решимость Эда; он страдальчески вздохнул и кивнул. Лицо Альфонса просветлело, и он снова повернулся к Ордену. — Мы поедем в Хогвартс! —громко воскликнул Ал, снова привлекая всеобщее внимание. — Пока мы не найдем то, что нам нужно, или не решим, что это бесполезно. — Но если у вас будут проблемы с Гордыней, мы вернёмся, — добавил Эд, нахмурившись. — Изучение магии не стоит человеческих жизней, — он резко развернулся и вышел за дверь. Ал немного смущенно улыбнулся собравшимся волшебникам и, слегка поклонившись, поспешил за братом. (Почему он всегда нагибается в дверных проемах?) — Вы тоже можете идти, — сказал Дамблдор подросткам. — Это все, что вам нужно знать. Все шестеро медленно поднялись, не решаясь уйти, но не желая спорить с Дамблдором. Гермиона ушла первой, горя желанием найти Элриков и узнать, скажут ли они еще что-нибудь. Она объяснила это своим друзьям, когда они поднимались по лестнице и они сразу же согласились. Группа подростков вошла в библиотеку, где, как была уверена Гермиона, должны были находиться мальчики. — Что это было? — спросила Джинни, когда они подошли к Эду и Алу. Они оба оторвали взгдяд от груды книг на диване, явно удивленные их внезапным появлением. — Все так, как я сказал. Я ничего не упустил. – Ну, а как насчет того, откуда вы? — попробовал Фред. Лицо Эда потемнело. — Не отсюда. Вы не слышали о нем. — А ты попробуй, — настаивала Гермиона. Ей не понравилась мысль о том, что она плохо разбиралась в географии… — Аместрис, — покорно ответил Ал, получив от Эда легкий удар по руке. — Ты ведь не знаешь где это, не так ли? Гермиона начала ломать голову, пытаясь придумать хоть какое-нибудь упоминание о стране (штате? городе?) с названием Аместрис, но в голове у неё было пусто. Она медленно кивнула. — А где он? Эд глухо рассмеялся. — Далеко отсюда. — он снова взял книгу «Стандартная книга заклинаний, второй курс» (он уже закончил первый?), и продолжил игнорировать их присутствие. Ал вздохнул и тоже взял свою книгу. Он почти закончил с ней, заметила Гермиона. Мерлин, они слишком быстро читают. Вскоре из библиотеки вышли остальные, и Гермиона пообещала присоединиться к ним немного позже. Сначала она хотела убедиться, что Элрикам не нужна помощь с…тем, что они искали на этот раз. Ал закончив читать потянулся за книгой второго курса. - Тебе что-нибудь нужно? — спросил он, глядя на неё снизу вверх. - Мы просто хотим прочитать все это до начала занятий… - Ты не присоединишься к нам как первокурсник? - она подумала, что это был довольно глупый вопрос. По возрасту, они должны уже быть на четвертом и пятом курсе, но нужны годы знаний, чтобы там учиться! Ал нахмурился. - Я ничего не знаю о курсах, так что мы собираемся прочитать все книги. Гермиона едва удержалась, чтобы не разинуть рот. — До начала занятий осталось всего две недели, а тут очень много книг. — Не так уж много, — пожал он плечами. - Все дело в памяти. Здесь нечего понимать. Гермионе это показалось не совсем справедливым. Может на многих уроках и требовалось запоминать, но магия была не только в этом. - Ты можешь рассказать нам о Хогвартсе? - прервал её размышления Ал. - Я ничего не знаю о нём и братик тоже.… - Он слушает? — с сомнением спросила она, присаживаясь на ближайшее кресло, посмотрев на старшего подростка. Казалось, он полностью погрузился в книгу, не обращая внимания на окружающее. Ал рассмеялся и покачал головой. Протянув руку он забрал книгу прямо из рук Эда, заставив его немедленно поднять глаза и впиться в неё взглядом. — В чем дело? — Нам надо побольше узнать о Хогвартсе, поэтому Гермиона нам все расскажет, — просто сказал он. — Ты читал всю ночь, братик... — Хорошо. — Эд раздраженно ссутулился и выжидающе посмотрел на Гермиону. Она начала с краткого описания замка и окрестностей, а затем перешла к факультетам. Эд остановил ее, выглядя немного испуганным… — А что если нас распределят по разным факультетам? Гермиона была вынуждена признать, что это была вполне обоснованная тревога: у братьев был совершенно разный характер. - Вы все равно сможете видеться, когда захотите, — заверила она их. - Ваши спальни будут находиться в разных местах, но это не значит, что вас будут держать в полной изоляции. Оба брата расслабились. — Когда эта шляпа выберет нам факультет? — спросил Эд. — Обычно это происходит на первом пиру, но Дамблдор может сделать это раньше. Вы должны спросить... Внезапно её прервал громкий визг Ала. Она и Эд с тревогой посмотрели на мальчика, который наклонился, чтобы что-то схватить у своих ног. Эд добродушно застонал, когда увидел, что это было, но Гермиона не поняла почему. Ал, широко и довольно глупо улыбаясь, медленно гладил Живоглота сидящего у него на коленях. — Он такой мягкий, — выдохнул он. Эд фыркнул и покачав головой, слегка улыбнулся. — Его зовут Живоглот, — сказала Гермиона. Улыбка Ала была настолько искренней и радостной, что Гермиона не могла не почувствовать себя счастливой. — Это мой кот. — Ты не против, если я его поглажу? — взволновонно спросил он. Она рассмеялась. — Конечно, нет. Ты, кажется, ему понравился.— и впрямь, кот удобно устроившись на коленях у Ала, мурлыкал. — Он прекрасно разбирается в людях. — Значит, ему должен понравиться Ал, — сказал Эд, слегка рассмеявшись. Гермиона не могла не согласиться: Ал, вероятно, был одним из самых добрых людей, которых она когда-либо встречала. — Значит, ты любишь кошек? Ал быстро кивнул. — Я приносил их домой с улиц, но братик никогда не позволял мне их оставлять.… — тут он бросил укоризненный взгляд в сторону Эда. Гермиона на мгновение задумалась, почему именно Эд, а не родители, решает, стоит ли им заводить питомца, но это, скорее всего, было щекотливой темой. — А почему нет? У тебя аллергия? — У нас нет времени заботиться о них, — сказал Эд, качая головой. — Мы всегда путешествуем. — Ну, ты можешь взять кошку собой в Хогвартс, — весело сказала она, все больше и больше задаваясь вопросом о том, что произошло в жизни мальчиков. — О них не так уж трудно заботиться… Лицо Ала просияло. — Братик, пожалуйста! — воскликнул он, умоляюще поворачиваясь к Эду. — А что будет с ним, когда мы вернемся домой? — спросил Эд, хотя Гермиона уже видела, что его решимость рушится. — Ничего не выйдет, ты же знаешь… Ал выглядел настолько подавленным, что Гермиона почувствовала необходимость заступиться за него. — Если вы не сможете забрать его с собой, когда уедете, я могу забрать. Я уверена, что Живоглоту понравится друг. — она очень надеялась, что мальчики не уйдут слишком рано... Она действительно наслаждалась их обществом, хотя и знала, что им неизбежно придется расстаться. (Но почему? Она понятия не имела…) Он снова щенячьими глазками посмотрел на своего брата, и Эд, казалось, на мгновение заколебался, прежде чем смиренно вздохнуть. — Ладно. Но ты же знаешь, что это лицо не будет работать вечно… — Спасибо! — мальчик прямо-таки засиял выглядя так, словно готов был вскочить и обнять их обоих, если бы не Живоглот. Эд слегка усмехнулся, прежде чем вернуться к своей книге, очевидно, закончив разговор. Ал сново попросил рассказать побольше о Хогвартсе, и Гермиона начала рассказывать о профессорах и факультетах. Похоже Ал пребывал в каком-то своём трансе. Казалось, что он вполуха слушал, что говорила Гермиона и наполовину обращал внимание на кота, сидевшего у него на коленях. Она не видела его таким с первых дней их знакомства. Тогда Ал был одержимым своим чувством прикосновения, и теперь был в восторге от ощущения меха Живоглота. Через какое-то время пришли Гарри и Рон, чтобы сообщить, что обед почти готов. Гермиона встала, пока Ал осторожно опускал Живоглота на пол, который потерявшись об его ногу, сразу покинул библиотеку и все пошли на кухню. — Так тебе нравится этот демонический кот? — спросил Рон у Ала. Он выглядел потрясенным. — Он не демонический! Он мягкий, милый, и… Рон фыркнул и покачал головой, выглядя очень удивленным. — Час назад вы утверждали, что потрясающие бойцы, а теперь ты кошатник? — Я ещё ни разу не выиграл бой с Алом, — сказал Эд, — Он сильнее меня. То есть станет, как только снова наберёт силу. Гермионе было очень трудно поверить, что Элрики когда-то дрались друг с другом, и что Ал побеждал. Молли сказала, что мышцы Ала не использовались уже много лет, а ведь ему даже нет и пятнадцати. Он слишком молод, чтобы быть в…такой ситуации. Гарри был занят озвучиванием этих мыслей, в то время как Гермиона обдумывала их. - …Все говорили, что сначала ты даже не мог нормально сидеть. Так что ты просто не мог этого... — Тогда я был… в другой ситуации, — перебил его Ал со странным выражением на лице. — Раньше я был силен, но… — его голос затих, и любопытство Гермионы начало рости с геометрической прогрессией. Что могло такого случиться, чтобы у тебя не было сил двигаться? Удивительно, но Дамблдор все еще был на кухне, разговаривая с остальными Уизли. — О, Эдвард, Альфонс! — заметив их воскликнул он с улыбкой. — Вы хотите, чтобы вас сейчас распределили? — Э… да, — сказал Эд, растерянно глядя на старика. — Тогда где шляпа? - О, так вы уже знаете об этом? Она в гостиной. Прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как она в последний раз покидала Хогвартс, но это довольно уникальная ситуация… Элрики последовали за Дамблдором в гостиную, и Гермиона, Гарри и Рон за ними. Лично ей было очень любопытно, на каком факультете они окажутся… Эд шагнул вперёд и сев посмотрел на других подростков, прежде чем Дамблдор надел на него шляпу. Огромное количество эмоций промелькнуло на его лице, насколько они поняли, когда шляпа заговорила с ним. Сначала было удивление и подозрение, а затем понимание. Но на этом дело не кончилось; по мере того как тянулись секунды, Эд, казалось, раздражался все больше и больше. Пока... — Гриффиндор! Рон вскрикнул, Гарри выглядел довольным, а Гермиона поймала себя на том, что улыбается. Эд встал с озадаченным выражением лица и протянул Алу шляпу. Он тоже выглядел шокированным, когда она заговорила с ним. Казалось, принял говорящую шляпу с большей готовностью, чем Эд, и прислушивался к тому, что она говорила. С течением времени он выглядел все более несчастным и наконец вздохнул. — Равенкло! Гермиона заметила, как лицо Эда сморщилось. Она знала, что, несмотря на все её заверения, Эд очень надеялся попасть на один факультет с братом. Ал глубоко нахмурился, возвращая шляпу Дамблдору, и спросил старика: — Эта шляпа…откуда у неё ум? Гермионе этот вопрос показался странным, но вполне логичным для новичка в волшебном мире. Ей тоже это был любопытно и судя по всему её друзьям тоже. За два года до этого все они научились не доверять неодушевленным предметам с личностью, но именно этим и была Сортировочная шляпа. Гермионе показалось странным, что она не замечала этого раньше. - Это очень древняя магия, —ответил Дамблдор. - Я не знаю про это достаточно, чтобы сказать вам больше. — Неужели? — сказал Эд, и в его голосе послышались странные нотки. - Похоже, кто-то вложил душу в эту шляпу, и она живет так уже тысячу лет! На лицах Гарри и Рона не отразилось ничего, кроме замешательства, и Гермионе это не помогло. Почему Эд вдруг заговорил о душах? Волшебники, конечно, знали об их существовании (или как иначе призраки могли бродить по всему Хогвартсу?), но только религиозные маглы верили в них. Брови Дамблдора взлетели вверх и выражение ужаса быстро сменилось интересом. - Ты говоришь о связанных душах? Я знаю, что это возможно, — тут его взгляд почему-то метнулся к Алу, — но я сомневаюсь, что это так.… - У тебя есть объяснение получше? - съязвил Эд в ответ и отвернулся прежде, чем Дамблдор успел ответить, направился обратно на кухню. Ал последовал за ним с встревоженным выражением лица. Гермиона и её друзья обменялись взглядами, прежде чем вернуться на кухню. - Я думала, вы, ребята, не верите в душу. — сказала она, во время затишья в разговоре за обедом. Реакция Элриков была мгновенной: голова Эда резко повернулась к ней, и Ал чуть не подавился бутербродом. - Я никогда этого не говорил, — сказал Эд, и в его голосе снова послышались нотки раздражения. Гермиона не могла точно описать его, возможно, опасное было лучшим словом. А он, казалось, только больше злился. - Вы, ребята, всегда говорите, что Бога нет, — сказал Гарри, нахмурив брови. - Не тот, которому следует поклоняться. - Гермиона подумала, что это странно, но он продолжил, — религия и души не связаны. — Конечно, — сказал Рон, явно сбитый с толку. Эд внезапно встал, звякнув столовым серебром. - Ты не поймешь! - теперь он выглядел определенно разозленным, ворвавшись в коридор с мрачным выражением на лице. Все повернулись к Алу, молча требуя объяснений. — Извините, — сказал он через мгновение. - Это…очень важно для нас. - он встал и кивнул Миссис Уизли. — Спасибо за обед. - а потом он тоже исчез. Миссис Уизли с беспокойством смотрела вслед мальчикам. *** — Пойду посмотрю, все ли с ними в порядке, — тут же решила Гермиона, вставая и увлекая за собой Гарри и Рона. - Почему мы тоже должны идти? - спросил Рон, печально глядя на свой недоеденный бутерброд с ветчиной. — Мы, очевидно, затронули тему, которая очень расстроила Эда, так что нам нужно извиниться. Рон продолжал хмуриться, но Гермиона не дала ему времени возразить; она подтолкнула мальчиков к двери и повела их наверх. — Эд? Ал? — позвала она, ожидая услышать ответ. Единственные звуки в большой библиотеке доносились с левой стороны, поэтому Гермиона осторожно шагнула туда. — Ребята? Вы здесь? Они втроем завернули за угол и снова обнаружили Элриков, погребенных за грудами книг. Ал поднял голову и приветственно кивнул, но Эд, казалось, демонстративно игнорировал их присутствие. — Э-э…ребята, с вами все в порядке? — спросила она, подходя к столу. — Мы правда очень сожалеем, что расстроили вас, я просто не поняла… — Это… — начал Ал, и отрицательно качав головой, махнул рукой, но Эд захлопнул книгу, со злостью посмотрев на Гермиону, Рона и Гарри. — Это нехорошо, — сказал он, игнорируя мольбы Ала успокоиться. — Значит, вы не верите в душу? — Конечно, они существуют, — быстро сказала Гермиона, пытаясь придумать лучший способ успокоить его. — Я сделала поспешные выводы. Прости, что обидела… — Дело не в этом! — он резко встал со сверкающими глазами. — Если ты думаешь, что души нет… — Черт возьми, приятель, она только что сказала, что они существуют! — сказал Рон, выглядя одновременно шокированным и защищающимся, — Но в любом случае, я не думаю, что то, во что мы верим, имеет какое-то отношение к этому! — Оно имеет, — съязвил Эд. — Мы знаем, что у каждого есть душа. Если вы так не думаете… — он замолчал, явно не в силах закончить фразу. Гермиона никогда не видела кого-то настолько разозленным. Лицо Эда побагрело, кулаки сжались, а от его взгляда ей хотелось убежать. — Братик, — предостерегающе сказал Ал, тоже вставая и оглядываясь на Гермиону, Гарри и Рона. Эд, казалось, не слышал его. — Почему это так важно? — настаивал Гарри, приподняв бровь. — Неважно, что мы думаем… — Значит, ты считаешь, что Ала не существует? — крикнул Эд. Гермиона понятия не имела, какое отношение Альфонс имеет к существованию душ, но решила, что лучше не раздражать мальчика еще больше. — Если у него нет души, то как тогда он... — Братик! — воскликнул Ал, и его голос прозвучал резче, чем раньше. Эд внезапно остановился, и явно приходя в себя, рухнул обратно в кресло. Он снова схватил книгу и начал игнорировать присутствие Гермионы и её друзей. — Извините, — сказал Ал, — Вы не виноваты. Он просто… — он замолчал, потом слабо улыбнувшись, снова уткнулся в свою книгу. Рон, казалось, ничего так не хотел, как как можно скорее покинуть библиотеку; Гарри смотрел на Эда сердито и недоверчиво; Гермиона была в полной растерянности, не зная, что делать. — Есть ли что-нибудь, что мы… — Уходите.