Penance

Первое занятие Минервы Макгонагалл после обеда было у пятикурсников Гриффиндора и Хаффлпафф. Она почти забыла о новеньком, иностранце Эдварде Элрике, но тут же вспомнила, когда он ворвался в кабинет с Грейнджер, Поттером и Уизли, громко жалуясь на "эту розовую сучку". Ей пришлось подавить непрофессиональную ухмылку: по крайней мере, он не был глуп. Во-вторых, она заметила, что он был явно не в форме. Красное пальто, большие сапоги и...кожаные штаны? Она не видела их с тех пор, как Сириус Блэк учился здесь, и даже тогда они были странными и вызывающими беспокойство. У Элрика был вид человека, который понятия не имел о том, что здесь происходит, но изо всех сил старается это скрыть. Она была вынуждена признать, что он преуспевал превосходно. Он вел себя достаточно грубо, чтобы соперничать с Близнецами Уизли, когда сидел за столом рядом с Грейнджер, все еще жалуясь на Амбридж. Тем не менее, его одежда... Она видела, что многие девушки смотрели на него с чем-то, граничащим с похотью. Минерва должна была признать, что он был довольно красив и его брюки определенно не помогали ситуации. - Мистер Элрик! Почему вы без формы? - спросила она, привлекая внимание большинства студентов. Он громко вздохнул. - Я не хочу носить ваши глупые мантии. Какой в этом смысл? Я могу хорошо учиться и в этой одежде. - Тем не менее, как здешний студент, вы обязаны носить мантию. - сказала она, мысленно приподняв бровь. Она полагала, что ей следовало ожидать от него "ужасного отношения", потому что, когда они встречались в штаб-квартире, он совершенно ясно давал понять о своей независимости. - Если вы этого не сделаете, я сниму очки с Гриффиндора и оставлю вас на отработку. Симус Финниган громко застонал, глядя на Элрика. - Ну и что, - пожала плечами блондин. Он говорил так, как будто его это совершенно не волновало, но Минерва читала выражения лиц студентов в течение пятидесяти лет. И она знала, когда они понятия не имели, что происходит. - Мы обсудим это после урока, - коротко сказала она, как только прозвенел звонок. Он только снова пожал плечами, с любопытством наблюдая за своими однокурсниками, которые вытянулись по стойке "смирно". Урок начался достаточно нормально. Минерва начала с лекции о том, какие экзамены они будут сдавать в конце года, а затем продолжила урок, который она закончила на превращение мелких позвоночных животных в твердые объекты. Теория была достаточно проста для понимания, но часто люди боролись с её применением. Заклинание и движение палочки были довольно сложными, и она прошлась по ним несколько раз, чтобы убедиться, что все скопировали их правильно. - Есть какие-нибудь вопросы? - спросила она после получасовой лекции. Многие заерзали на своих местах, явно смущенные, но не желающие говорить. - У меня есть вопрос, - раздался из первого ряда голос Элрика с акцентом. На его лице застыло плохо скрываемое выражение тревоги. - Как можно превратить животное в вещь, не причинив ему вреда? Минерва была несколько удивлена. Это был обычный вопрос среди ее добросердечных первокурсников, но старшие ученики с готовностью приняли его. Но ведь они с Альфонсом новички в магии, не так ли? - Могу вас заверить, что мышь не пострадала, - сказала она, и взяв одну из них превратила в деревянную ложку. Элрик заметно вздрогнул, но с явным благоговением наблюдал, как она превращает её обратно в мышь. Она побежала по столу, как ни в чем не бывало. - Если у вас есть еще вопросы о природе магии, мы можем обсудить их после занятия. - Хорошо, - сказал он, откидываясь на спинку стула. И тут она заметила кое-что ещё. - Вы ничего не записывали, Мистер Элрик? В классе раздалось несколько вздохов; Минерва была рада, что сумела внушить остальным ученикам, как важно все записывать. Ей просто придется научить и Элрика тоже. - Записывал? - на его лице было написано замешательство. Очевидно, он совершенно не понимает, о чем она говорит. - Вы должны были записать лекцию, чтобы использовать их при выполнении домашнего задания или подготовки к тестам, - терпеливо сказала она, внутренне удивляясь тому, насколько невежественным был мальчик. Она знала, что он не ходил в школу в последние несколько лет, но... - Я просто запомню все. - сказал он, бросив на нее недоверчивый взгляд. - Зачем мне это записывать, если все так легко запомнить? Его одногруппники снова ахнули, но он проигнорировал их, уставившись на неё, ожидая ответа. Минерва не испытывала такого высокомерия со времен мародеров двадцать лет назад. - Возможно, вы сможете запомнить её на короткий срок, но вы потом пожалеете, что у вас нет записей, когда будете готовиться к экзамену. - сказала она. Он глубоко нахмурился. - Дайте мне мышь. Она вздохнула и взяла со стола большую коробку. Она собиралась раздать их, если больше не будет вопросов, но парень был слишком нетерпелив. Она прошлась по классу, раздавая мышей ученикам, чтобы те смогли попрактиковаться. Большинство из них знали, что нельзя начинать, пока все не будут готовы и она снова не окажется на своем месте, чтобы наблюдать. Но Элрик, похоже, не знал, как быть настоящим учеником. - Это правильно? Минерва развернулась со своего места всего в трех партах позади него. Элрик держал в руке деревянную ложку, выжидающе подняв бровь. Она посмотрела на него, прежде чем поставить коробку на стол Парвати Патил, и повернулась, чтобы осмотреть ложку. - Да, это идеальное преображение, - признала она через мгновение, возвращая ему ложку. Все начали перешептываться у нее за спиной, и Минерва не могла их винить. Для того, чтобы правильно изменить её, он должен был бы полностью понять состав как мыши, так и ложки, и сосредоточиться на его изменении, правильно произнося заклинание. Откровенно говоря, она ожидала, что сегодня мало кто добьется успеха. В среду класс был также посвящен практике. Он ухмыльнулся, прежде чем произнести заклинание снова, превращая её обратно в мышь абсолютно без каких-либо усилий. Он наблюдал, как она бегает на его столе, пока Минерва раздавала мышей остальным ученикам. Когда она отвернулась, ей показалось, что она услышала: - Если бы это случилось два года назад.

***

Остальные ученики действовали так, как и ожидала Минерва; Гермиона Грейнджер и Эрни Макмиллан в конце концов также успешно завершили трансфигурацию, но это было ближе к концу занятия, и это потребовало от них довольно много усилий. Если говорить ничего не скрывая, у нее никогда не было учеников, которые так естественно относились бы к трансфигурации. Особенно тот, кто начал изучать магию, эм, две недели назад? - Мистер Элрик, можно вас на пару слов? - крикнула она, когда прозвенел звонок. - Да, да, - сказал он и взяв свою сумку, что-то быстро сказал Грейнджер и направился к Минерве. - В чем дело? Вы можете пропустить нотации о моей одежде, потому что я не переоденусь. Она на мгновение замолчала, пораженная его полным неуважением к её авторитету. Конечно же, это не правильно обращаться с теми, кто был старше и в положении власти. - И я все еще хочу знать, как можно превратить животное в ложку, - продолжал он со странным выражением на лице. Боль? Сожаления? - Ты просто можешь, - пожала она плечами. - Я знаю, вам будет трудно понять это, но магия это позволяет. Вы даже можете превратиться в животное, если захотите. - Что? - его тон был близок к истерике, и Минерва не могла понять почему. - Это требует нескольких месяцев, даже лет изучения, но некоторые люди могут превращаться в животных по своему желанию. - Но... Как... Решив, что проще всего будет просто показать ему, Минерва сосредоточилась на своей кошачьей форме и быстро превратилась в знакомую полосатую кошку. Элрик громко ахнул. - И вам совсем не больно? Вы можете снова измениться? Но... Она снова преобразилась, чтобы обратиться к мальчику. - Уверяю вас, пока вы должным образом обучены, трансформация практически не связана с риском. - И ваш разум не поврежден? А ваша душа? Вы можешь говорить? Вы что, совсем кошка? Или... - Я просто меняю свою форму. Я не могу говорить как и все остальное. Это очень полезно, в зависимости от того, каким окажется ваше животное. - она замолчала, увидев его потрясенное лицо. - Что-то случилось? Он покачал головой. - Дома-это необратимо. Если объединить человека и животное-они застрянут. От боли. После их отправят в лабораторию. Но если бы у нас там была магия... - Как же это случилось, если у тебя нет магии? - спросила она с неподдельным любопытством. Она не была экспертом в маггловедении, но не думала, что у них есть что-то близкое к трансфигурации. Он пристально посмотрел на нее, словно пытаясь что-то вспомнить. - Что вы думаете о субботнем рагу Молли? - наконец спросил он. На мгновение эта нелепость сбила её с толку, но потом она поняла, как все это странно. Молли пригласила весь орден на ужин в честь начала учебного года, и Минерва прекрасно помнила, что ела индейку с картофельным пюре. - Молли не готовила рагу, - медленно произнесла она, задаваясь вопросом, какой смысл был в этом обмене репликами. - Мы ели индейку. Он одарил ее зубастой улыбкой. - Это называется алхимия. - не говоря больше ни слова, он повернулся и вышел из класса. Он испытывал меня! Хитрые вопросы гарантии. Она должна будет обсудить это с Альбусом. Несмотря на то, что Эдвард Элрик был настоящей занозой в заднице, он был гением. Она тяжело опустилась на стул, уже в порядок измученная. Она взглянула на свое расписание: четвертый курс Гриффиндора и Равенкло должны прийти через десять минут. Она не придавала этому особого значения, пока ее внимание не привлекло одно имя из списка. Альфонс Элрик. Она застонала и откинулась на спинку стула. Надеюсь, младший брат не будет таким же утомительным, как и Эдвард.

***

Гермиона не думала, что когда-либо встречала кого-то настолько неподходящего для школы. Конечно, были такие люди, как Рон, которые жаловались на домашку и боялись каждого урока. Были даже такие, как Крэбб и Гойл, которые едва отличали один конец волшебной палочки от другого. Но она была почти уверена, что Элрики победили их всех. Дело было не в том, что они были медленным, напротив, их уровень интеллекта был на грани смешного. Даже она чувствовала себя неполноценной, сидя рядом с Эдвардом в классе. Более того, сама идея школы казалась им совершенно чуждой. Конечно, они упоминали, что не были там семь или восемь лет, но ведь даже в начальной школе должны были учить таким элементарным вещам, как уважение к учителю и поднятие руки, чтобы спросить? - Я все еще не понимаю, как тебе удалось так долго не ходить в школу, - недоверчиво сказал Рон несколько дней спустя в гостиной. Они с Эдом растянулись на двух соседних диванах, предоставив всем остальным искать себе места на стуле или на полу. - Мы жили в маленьком городке. Школа была слишком медленной для нас. - сказал Ал, пожимая плечами. - Мы бросили учебу и целый год учились у учителя. То, как он произнес этот титул, и то, как оба Элрика сильно дрогнули, пробудило интерес Гермионы. - Значит, вы занимались частным образом? Это очень похоже на обычную школу, верно? Вы должны по крайней мере знать, что такое домашнее задание и конспект. - Учитель была очень практичной, - сказал Эд, нежно улыбаясь, несмотря на ужас, все еще читавшийся на его лице. - Иногда выбивали из нас всё дерьмо, но мы учились, так? То, как вы здесь учитесь, вы никогда ничего толком не запомните. - Она вас била? - спросил Гарри, широко раскрыв глаза. Гермиона знала, что ее глаза были такими же. Во всяком случае, этот учитель был единственным человеком, которого Элрики по-настоящему уважали. Но зачем, если— - Чтобы тренировать ум, сначала тренируйте тело, - сказал Эд, пожимая плечами. - Она научила нас почти всему, что мы знаем о борьбе. Даже не знаю, сколько раз это спасало нам жизни. - он посмотрел на Ала, который сидел, прислонившись к своему дивану. Младший мальчик пожал плечами, рассеянно поглаживая кота. - Она самая страшная женщина, которую я когда-либо встречал, но она была нам как мать. Я надеюсь, что она в порядке. - он замолчал и его лицо поникло от беспокойства. Гермиона почувствовала непреодолимое желание увести разговор от явно неприятной темы, прежде чем Гарри или Рон успеют задать бесчувственный вопрос. - Эд, ты же понимаешь, что Макгонагалл сдержит свое слово насчет баллов и задержаний, если ты не наденешь форму. Даже если она сохранит стыковочные пункты, остальным Гриффиндорцам ты не очень понравишься, и задержание сократит твое свободное время. - Меня не волнует какое-то дурацкое маленькое соревнование, - пренебрежительно сказал он. - И я даже не знаю, что такое задержание, так что это не может быть такой уж большой проблемой, верно? - Это ужасно! - вмешался Рон с недоверчивым выражением на лице. - Ты должен сидеть и чистить вещи часами или писать строки, или еще что хуже. - И что это должно мне сделать? - недоверчиво спросил Эд. - Наскучить меня до смерти? Можно ничего не делать и просто очистить их с помощью магии, верно? - Это наказание, - вздохнула Гермиона. Серьезно, неужели он ничего не знает о нормальной жизни? - Это средство для запугивания, чтобы ты больше так не делал. - Я делаю все, что захочу! Эти тупые профессора меня не остановят, - проворчал Эд, внезапно вставая. - А где та библиотека, которую обещал нам Дамблдор? - Я покажу вам, - вызвалась Гермиона, тоже вставая и направляясь к выходу. Она даже не удивилась этому; в конце концов, они ясно дали понять, что находятся в Хогвартсе только из-за его огромной коллекции книг. Гарри и Рон не стали присоединяться к ним из-за того, что Гарри был задержан Амбридж, а Рон, очевидно, планировал вздремнуть перед ужином. - Эй, Невилл! - неожиданно позвала она. Он как раз входил в гостиную, когда они уходили. - Гермиона! Я искал тебя. - сказал он, и на его лице отразилось облегчение. - Я не понял ни слова из лекции профессора Макгонагалл в понедельник и хотел спросить, не могла бы ты помочь мне, если, конечно, у тебя есть время. - Мы как раз направлялись в библиотеку. - весело сказала она. - Ты можешь пойти с нами и может быть, Эд тоже поможет. У него это получалось гораздо лучше, чем у меня. - Да он даже не пытался! - Невилл с благоговейным выражением лица повернулся к Эду. - Это было потрясающе! Хотел бы я быть таким же умным, как и ты. Эд махнул рукой, и на его лице появилось странное сочетание радости, смущения и раздражения. - Я просто понял, из чего они сделаны, и сказал несколько забавных слов. Я занимаюсь этим с самого детства. Это легко. - Не мог бы ты мне помочь? Совсем чуть-чуть? Я был бы тебе очень признателен! - все лицо Невилла осветилось надеждой, которое Гермиона редко видела у такого застенчивого мальчика. Эд, казалось, был готов возразить, но Ал ткнул его в бок. - Давай, помоги ему, братик. Мы с Гермионой поищем книги, а потом сядем все вместе, хорошо? Он хмыкнул и кивнул. Невилл немножко занервничал из-за внезапного плохого настроения Эда, но Ал улыбнулся и похлопал его по руке. - Он всегда ворчит. Ты не виноват, честно. Невилла, однако, не успокоили его заверения, и он сказал: - Эд, если ты не хочешь, я могу попросить кого-нибудь из Рейвенкло. - Хм? Нет, все в порядке, - быстро сказал Эд. - Это не займет много времени, и если ты останешься с ними, мы сможем обменяться мнениями. - Мы можешь попробовать... - сказал он, явно сбитый с толку. - но я вряд-ли смогу чем-то помочь. - Когда дойдём там и видно будет, - сказал Эд, махнув рукой, когда они вошли в библиотеку. Они разделились на две группы, Гермиона повела Ала к книгам по магическим рунам, а Эд и Невилл направились к столику возле секции трансфигурации. - А зачем вам нужны руны, ребята? - спросила она, беря с полок несколько многообещающих книг. - Вы уже в учите их в классе... Разве этого не достаточно? - Просто проект, над которым мы работаем, - неопределенно ответил он. - Основа магии делает невозможное, так? Так что руны, основанные на них, были бы очень полезны. - М-м-м, наверное, - согласилась она, гадая, для чего они им понадобятся, кроме заклинаний. Но она отодвинула это в сторону, когда поняла, что это была прекрасная возможность спросить... - Рука и нога Эда… что случилось с его настоящими? - Ал тут же напрягся, и она поспешно продолжила: - Ты не обязан говорить мне, если не хочешь. Это просто ужасно. Должно быть, это было очень больно. Я даже представить этого себе не могу. - Да, - сказал он через мгновение, не глядя на нее. - Это был несчастный случай, когда мы были ещё маленькими. Но брат не любит об этом говорить. - Конечно… - она подумала, что если бы у нее не было двух конечностей, то она бы тоже не стала бы обсуждать это с другими. - Просто мы почти ничего о вас двоих не знаем. Мы проводим вместе практически каждый день, но... просто это очень странно. Мне любопытно. Всем любопытно. - откровенно говоря, она надеялась когда-нибудь застать Ала одного и спросить его об этом. Она была уверена, что Эд будет обороняться, даже грубить, но Ал был гораздо терпеливее и, скорее всего, любезно откажет ей, если вообще откажет. Несколько секунд он молчал, глядя на названия книг, лежащих перед ним. - О нас нечего знать. Мы просто хотим вернуться домой. Там мы нужны людям. Гермиону задело то, что они воспринимали ее и волшебный мир в целом, лишь как средство достижения цели. Даже если дома их ждала семья и друзья, у них были она, Гарри, Рон и все остальные. Они не должны просто списывать их со счетов. Но прежде чем она успела что-то сказать, Ал сказал, что этих книг хватит для начала, и вернулся к столу Эда. Гермиона последовала за ним, немного сбитая с толку. Эдвард каким-то образом сделал деревянную ложку из стола и теперь терпеливо, насколько это было возможно, объяснял как правильно сосредоточиться на компонентах мыши и ложки. Он явно терпел неудачу; даже Гермиона с трудом поспевала за тем, что он говорил. - Ты просто... видишь эту деревянную ложку? - громко сказал Эд, размахивая ею над головой. - А мышь-это кожа, мускулы, мех и кровь. - Брат, ты ужасный учитель, - сказал Ал, усаживаясь по другую сторону от Эда. - Не все такие гении, как ты. - Нет, дело не в этом, - сказал Невилл, отворачивая свое красное лицо. - Я просто тупой. Ты прекрасно объясняешь, это просто я бесполезен. Гермиона быстро открыла рот, чтобы возразить, но Ал опередил ее. - У нас дома есть знакомая девушка, которая думала точно так же. - усмехнулся он. - Я клянусь, что ты не бесполезен, или слаб, или еще что-нибудь ужасное. Ты ведь Гриффиндорец, верно? Невилл нерешительно кивнул. - Просто потому, что— - Значит, шляпа решила, что ты достаточно храбр, чтобы быть на этом факультете, верно? И даже не заставляй меня начинать с кафе. - на этот раз он рассмеялся, и Гермиона наклонилась немного ближе, внимательно прислушиваясь. Она никогда не слышала всей этой истории, так что, может быть, если они… - Ты удержал меня, даже когда я был готов убить тебя и помочь брату. Ты видел, как он дрался? Я даже лучше, чем он. И это очень впечатляет - сдерживать меня, ведь так? - Ты был слишком худым, хотя... - он замолчал. - Это было не так уж и здорово. - Видишь, ты ещё и скромный! - громко сказал Эд, легонько стукнув его ложкой по голове. - Ты хороший человек, поэтому думай о себе лучше. - Э-э... - глаза Невилла расширились, и он посмотрел на Гермиону, ища помощи. - Знаешь, а ведь они правы. - сказала она, пожимая плечами. - Я всегда восхищалась тобой, с первого курса. Ты должен прекратить унижать себя. - Э-э... верно, - медленно произнес он. - Значит, Эд преподает бессмысленно? - Я помогу тебе! - весело сказала Гермиона, потянувшись за ложкой и вытащив свой конспект. - Все равно не вижу смысла записывать такие простые вещи, - проворчал Эд, глядя через стол на ее заметки. - Погоди-ка, ты их не кодируешь? - он выхватил их у нее из рук, недоверчиво оглядывая аккуратные строчки. - А должна? - Гермиона никогда не слышала, чтобы кто-то кодировал конспекты. На самом деле она очень редко слышала, чтобы кто-то что-то кодировал. Он фыркнул и отдал ей бумаги обратно. - Нет, если ты просто записываешь в точности то, что сказал учитель. Я думал, что мы должны были придумать свои собственные теории. Вот что я сделал для ложки. Гермиона застыла. Эд-тот, кто начал изучать магию меньше месяца назад и уже разрабатывал свою собственную магическую теорию? - Мистер Элрик! Все четверо вздрогнули, прежде чем повернуться к Амбридж, которая стояла рядом с ними с самодовольным выражением лица. - Вы все еще не в форме. - Я не собираюсь ничего менять, - лениво сказал он, возвращаясь к столу. - Я помогаю Невиллу с нашим уроком трансфигурации, так что просто уйдите. То, что Ал не упрекнул брата за грубость, свидетельствовало о том, насколько ужасна была Амбридж. - Боюсь, я не смогу этого сделать, - сказала она с легким притворным кашлем. Эд выглядел еще более раздраженным, чем раньше, и Гермиона не могла винить его за это. - Министерство по-прежнему хотело бы знать, какую именно магию вы практикуете, и— - Мой ответ тот же, что и в понедельник, ведьма. Уходите. С минуту она молчала; ее улыбка ничуть не уменьшилась. - Ну, если вы так уверены, - наконец сказала она. - Просто имейте в виду, что у Министерства повсюду есть глаза и уши.

***

Недели пролетали незаметно, поскольку пятикурсники были перегружены учебой. Единственным человеком, который не испытывал стресса, был Эд. Как ни странно, у него, похоже, не было проблем с выполнением "полезного" домашнего задания, как он это называл. Практика, которую большинство студентов ненавидели с пылкой страстью, было единственным типом задания, которое он выполнял. Все то что, как он выразился, выблевать информацию обратно на бумагу, было, по-видимому, пустой тратой времени и быстро игнорировалось. Эд по-прежнему отказывался надевать мантию. Гриффиндор потерял почти двести очков, прежде чем профессора поняли, что это на него никак не повлияло. Они прибегли к его задержанию, которое Эд считал совершенно бесполезным. Он редко ходил на них. Профессора, похоже уже, не знали, что с ним делать. В прошлом они обучали непослушных студентов, но, очевидно, никому не было так сильно плевать на школу, как Эдварду. Он не посещал ЗОТИ и часто пропускал другие занятия, предпочитая проводить свое время в библиотеке. С другой стороны, Ал, похоже, гораздо лучше приспособился к школьной жизни. Он без всяких жалоб носил школьную мантию, часто комментируя, насколько она мягкая и удобная. После того как Гермиона объяснила ему все, он начал выполнять домашнее задание и посещать большую часть своих занятий. Он, по-видимому, даже подружился с Луной Лавгуд и своими соседями по комнате. (Гермиона часто слышала, как профессора удивлялись, почему Эд не может быть похож на своего младшего брата) Несмотря на все это, он проводил каждую минуту своего свободного времени (гораздо больше, чем следовало бы, учитывая его загруженность) в библиотеке, что-то исследуя вместе с Эдом. Они оба проводили там долгие часы, отгораживаясь от остального мира, редко приходя на ужин и возвращаясь в комнату далеко за комендантский час. И однажды вечером в середине октября Гермиона была уже сыта по горло этим. Когда к половине двенадцатого Эд и Ал вошли в гостиную с удрученными лицами, она решила поговорить с ними о том, что именно они ищут. Но прежде чем она успела спросить- - Там ничего нет, - Эд сердито опустился на свободный стул. - Нет ничего даже близко к тому, что нам нужно! Либо вы, волшебники, идиоты, либо— - Если бы вы сказали нам, что ищете, может быть, мы смогли бы вам помочь! - сказал Гарри. Его явно отталкивали антиобщественные наклонности Эда. Гермиона прекрасно знала, что он почти не разговаривает со своими соседями по комнате. Хотя у него сложились своего рода отношения наставника и ученика с Невиллом, но это была лишь часть общественной жизни Эдварда, за пределами Ала, конечно. (Гермиона знала, что мальчики ещё в штаб-квартире были неразлучны, но это стало еще более очевидно в Хогвартсе. Каждый час они проводили вместе, если только Ал не убеждал брата, что им следует посещать занятия. И все же Ал проводил с Эдвардом больше времени, чем с другими из Равенкло) - Вы, ребята, этого не поймете, - Эд пренебрежительно махнул рукой в ответ на обвинение Гарри. - Все это очень продвинуто, и мы изучаем это с тех пор, как научились читать. Вы просто будете мешать. Мы прекрасно справляемся и сами. Гарри и Рон выглядели очень обиженными таким грубым ответом, и Гермиона не могла не почувствовать то же самое. Элрики даже не дали им шанса. Тот факт, что Эд и Ал были умнее их троих, вероятно, даже вместе взятых, не означал, что они были совершенно бесполезны. Может им поможет, новый взгляд, взгляд того, кто этого не ищет, будто от этого зависит его жизнь. Она посмотрела на Альфонса, надеясь, что он упрекнет брата и попросит их о помощи. Она не должна была рассчитывать на многое, когда увидела как он покачал головой, выглядя почти извиняющимся. - Вам не стоит беспокоиться о нас. Мы всегда все решали вместе. Не волнуйся, мы все найдем. Гермиона ясно и громко услышала послание, которое из-за доброты он не высказал в слух: Не лезьте в наши дела. Мы недостаточно вам доверяем. - Делайте, что хотите, - хрипло сказал Рон, плюхаясь обратно на свое место. Гарри тоже признал свое поражение, недоверчиво посмотрев на Элриков, когда они заговорили на другом языке. Это было очень досадно понимать, что они не хотели, чтобы их кто-то подслушал. Гермиона очень хотела попросить их научить ее, хотя бы для того, чтобы она хоть что-то знала. - Послушайте, давайте хотя бы попробуем, - громко сказала она, резко оборвав их разговор. - Вы, ребята, всегда говорите, что мы не поймем, но вы даже и не пытаетесь дать нам шанс! Что вы ищете? Вы же знаете, что мы не совсем бесполезны, и вы не одиноки. Вы, ребята, можете просить нас о помощи, когда вам это нужно. Это, по-видимому, задело Эда за живое, потому что он минуту удивленно смотрел на нее, а потом вздохнул. - Ты когда-нибудь слышал о Вратах? Гермиона ясно услышала важность этого слова в его голосе, несмотря на все его усилия казаться непринужденным; в нем звучали страх, уважение и ненависть. Очевидно, это было что-то важное, и она начала ломать голову, пытаясь вспомнить что-нибудь из прочитанного, что могло бы им помочь. - Я думаю, что в названии книги, которую я прочла ещё на первом курсе, было упоминание об этом, - медленно произнесла она. - Это очень важно? Я могу попытаться найти её снова, если это поможет. - Пожалуйста! - все лицо Ала мгновенно осветилось, выдав его нейтральный фасад, который они с Эдом так старательно пытались сохранить. Несмотря на то, что комендантский час уже давно наступил, Гермиона быстро направилась в библиотеку, лихорадочно соображая. Где же она? У неё не было автора и это все, что она помнила. Но секция? Название? Она нашла книгу после нескольких минут поисков в дальнем конце библиотеки. Мировая кулинария: Врата в чужие культуры. Она запомнила её только потому что название показалось ей очень странным и теперь была благодарна этому. Она вернулась к Эду и Алу с видом победителя. - Я не уверена чем может вам помочь кулинарная книга, но я надеюсь, что это то, о чем я думаю. - сказала она, передавая ее Эду. Он взглянул на обложку и от души рассмеялся, передавая её Алу. - Наконец-то хоть у кого-то в этом мире есть здравый смысл! Гермиона странно посмотрела на него, но Ал тоже засмеялся, проверяя переплет на наличие автора. Теперь, когда она подумала об этом, ей показалось странным, что такая простая вещь, как кулинарная книга, была написана анонимно. - Она закодирована, - пояснил Ал, быстро перелистывая страницы. - Вся книга написана кодировкой? - спросила Гермиона довольно высоким голосом. Когда они упомянули о кодировании своих записей, она предположила, что это было что-то вроде анаграмм, которые выглядели как чушь для всех, кроме автора. Закодировать целую книгу, чтобы она выглядела как что-то другое, она решила, что это возможно, но требовалось много времени и усилий. - Отлично. Может быть, вы, волшебники, не так глупы, как мы думали. - Эд одарил ее улыбкой, прежде чем отвернуться. - Мы можем проверить её, но это займет некоторое время, и если ты настаиваешь, мы не будем сидеть в библиотеке весь день. Через десять минут Эдвард и Альфонс расположились за большим столом в общей гостиной. Перед ними лежали красная записная книжка и несколько свитков пергамента. - И что же вы собираетесь с ней делать? - с любопытством спросил Рон. - Конечно же, выяснить, что он закодировал. Это может нам помочь в дальнейшем, - сказал Эд. - Черт, на этот раз у нас нет справочников. - Некоторые части написаны на Ксеркском, - сказал Ал, прищурившись рассматривая страницу по середине книги. - Послушай, это не Аместрийский, это более старый язык. - Но если только он не пришел сюда четыреста лет назад, потому что Ксеркс... - Да. Но Врата не меняются, так что его теория по-прежнему— Они продолжали свой быстрый разговор, время от времени переходя на Аместрийский. Гермиона даже не успевала уследить за теми частями, которые были на английском. Она знала, что они умны, слишком умны, что граничили со словом гении. Она на мгновение задумалась, может быть, они были даже умнее Дамблдора. Рон и Гарри старательно копировали домашнее задание Гермионы, как прилежные мальчики, какими они и были, поэтому она наблюдала за работой Элриков. Теперь они говорили уже только по-Аместрийски, быстро заполняя свитки пергамента незнакомыми словами и диаграммами. Они сказали, что специализируются на науке, похожей на химию, но то, что они записывали, не очень походило на химию, которую она учила. - Готово! Огромное спасибо, Гермиона, - сказал Рон, улыбаясь и возвращая ей домашнее задание. - Они добились какого-нибудь прогресса? - спросил Гарри, явно пытаясь понять смысл их записей. - Нет ещё. Перестаньте нас раздражать, - прорычал Эд, не отрываясь от книги. Так же быстро, как он это сказал, он вернулся к своим исследованиям, указывая на страницу в книге и что-то говоря Алу. - Ну, тогда оставим гениев, - сказал Рон, выглядя несколько ошарашенным. - Вы уверены, что мы ничем не можем вам помочь? - спросила Гермиона. - Если бы вы научили нас немного Аместрийскому или теории своей химии, возможно, мы добавили бы магический компонент, который вы упускаете из виду. - Эд покачал головой, даже не взглянув в их сторону, и продолжил разговор с Алом. - Ты же знаешь, братик.… - Гермиона не сразу поняла, что Ал говорит по-английски. - Может, нам стоит научить их нескольким фразам на всякий случай. - Мммм.. наверное, - медленно проговорил Эд. - Давай-ка вот это, - он нацарапал что-то на клочке пергамента, - означает "мы в глубоком дерьме, помогите нам выбраться", а это, - он написал еще одно, - означает "не вмешивайтесь в наши дела, нам это не нужно". Не забывайте, иначе мне придется вас убить. Гермиона не могла понять, говорил ли он это серьезно или нет, но она без вопросов согласилась. Она была удивлена, что такие длинные фразы переводят как: "Глюквиль" (первое), а "Валбисд" (второе). Но прежде чем она успела спросить, Элрики уже погрузились в работу. - Психи, - пробормотал Рон, тоже растерянно глядя на Аместрийские слова. - Если вы собираетесь учить нас языку, то, по крайней мере, научи нас чему-нибудь полезном. - Они нам пригодятся, - сказал Эд, хмуро глядя на него снизу вверх. - Мы ведь хотим это сделать, верно? Так что если ты хочешь пожаловаться, делай его в другом месте. - Я не жалуюсь! Я просто говорю! - ответил Рон в свою защиту, вскидывая руки в воздух. - Если ты собираешься беспокоиться... Гермиона замерла, заметив, что делает Ал: он постукивал костлявым пальцем по красной книжке, делая новые пометки. На первый взгляд, это просто выглядело как нервный тик, но- Ох... Это код? Очевидно, он услышал, как она тяжело вздохнула, потому что посмотрел на нее и усмехнулся, прежде чем вернуться к книге. Тем временем спор Рона и Эда не прекращался. - Папа сказал, что ты в прошлом месяце натворил всяких глупостей в том кафе, но потом ты сказал, что ты не волшебник! Почему ты никому не расскажешь что это такое и не научишь. - Потому что это очень опасно. - прошипел Эд. - И никто ничего не выиграет от этого. На это уходят годы, а у нас их нет. Алхимия-это не просто, и... - Алхимия? - резко сказал Гарри, эффектно прервав Эда и Ала. - То, что ты сделал-это алхимия? - Разве я не так сказал? - нетерпеливо спросил Эд, хотя было очевидно, что он ругал себя из-за промаха. - Единственным известным мне алхимиком был Фламель, и он умер четыре года назад, - медленно произнесла Гермиона. - И я никогда не слышал, чтобы он манипулировал вещами, как это делал ты. - Этот парень, вероятно, просто делал дешевые трюки, - насмешливо сказал Эд, возвращаясь к Алу и книге. - Человек, написавший это - единственный настоящий алхимик. - Может, это один и тот же человек? - предположил Рон. - Вы сказали, что он написал это четыреста лет назад, верно? Разве Фламелю не было шестьсот лет, когда он умер? Вообще-то шестьсот семьдесят, но Гермиона была так поражена, что Рон вспомнил такую вещь, что не стала его поправлять. Однако, когда она снова обратила внимание на Эда и Ала, на их лицах читался ужас. - У него был философский камень? - спросил Ал, его глаза стали еще больше. - Но тогда... Куда делся камень? - Дамблдор уничтожил его, - пожал плечами Гарри. - Сказал, что он слишком опасен. Погоди, откуда они вообще знают, что такое философский камень? Если они не знают, кто такой Фламель, а он был единственным, кто успешно создал камень. - Черт,- сердито сказал Эд, снова поворачиваясь к книге. - Это объясняет что он... Черт! - он быстро встал, схватив книгу и их записи. - Пошли, Ал! Гермиона растерялась от их недоговоренности и крикнула им вслед: - Куда вы идёте? - К Дамблдору!