Змий: Посмотреть правде в глаза

Рассвет на небесах поражал алыми и золотыми росчерками красок, и опять Тао утратил на время способности Белого Ворона. Он попросту еще не восстановился окончательно, да и его подопечный Сяолун не был легче пуха. — Ежели твой брат держатель священного оружия, то ты тоже князь, — хмуро ему выдал Сяолун наболевшие, непростые мысли. — Но, если честно, ты меня и как князь не сильно впечатляешь, больше похож на смазливую девицу, особенно когда смотришь на тебя со стороны, не приглядываясь к мелочам. — Заткнись, а? — Тао настолько устал, что уже растерял все княжеское благородство, и исключительно к данной мелкой подделке Лонгвейя. Почему-то Сяолун ему казался ненастоящим — может, из-за сильной похожести на третьего принца, в который раз напоминая Тао непростую юность? — Снова будем путешествовать пешком или ты вызовешь, как в прошлый раз, волшебную повозку с ящером? Вопрос, конечно, еще тот, но самое страшное состояло в том, что сейчас Тао точно не знал, что делать с выкраденным южным княжичем. И даже не предполагал, куда отправиться теперь. Раньше, когда с Бэйем не было конкретной договоренности, Тао по обыкновению уходил в святые горы на земли Белого Ворона и дожидался его у старика Ву. Но в данном случае он немного сомневался, почему Бэй не дал на эту необычную ситуацию четкую схему. Не верил в силы Тао, что он так быстро справится с заданием? Рассчитывал встретить лично на небесах, но что-то его отвлекло в последний миг, или… Вариантов оказалось множество, что заполонили бурлящие мысли и периодически вспыхивали перед задумчивым взором ушедшего в себя Тао. Как вдруг с севера налетела сильная волна воздушного потока, принесшая с собой громкий рык и мощное возбуждение, которое, влившись в кровь Тао, словно вздернуло его на предоргазменное плато. Он, резко остановившись, рухнул на дрожащие колени. В штанах налилось до неприятной болезненности, окаменело, скручивая и желая разрядки. Пульс участился, сердце забухало, стало трудно дышать, лицо раскраснелось. То, что кричал его дракон, он понял тут же и даже прекрасно осознал, что подобный звериный рык тот испускал, только если феерично кончал в божественной форме, одновременно пользуя двумя членами их с братом похотливые задницы. «Неужели Бэй все же смог принять в себя сразу два?..» — Первая мысль потрясла, зато вторая разозлила. Он, понимаешь, застрял тут с неуемным раздражающим мальчишкой, когда сам Бэй, пославший его к демонам на край драконовых земель, вовсю развлекается со Змием. — Ты решил сдохнуть? — Южный княжич навис над скрюченным, резко вспотевшим Тао. — Нет, сейчас отпустит… — цедя сквозь зубы, проскрежетал Тао, не будет же он ублажать себя в присутствии мальчишки. — Мне нужно время. Тем более мощная волна, пройдя сквозь него, унеслась вдаль, приведя Тао еще к нескольким непростым вопросам: «Неужели их никто не слышит в данный момент? Или… Только смертные не чувствуют наката цунами сильнейшей похоти? И еще, как же далеко раскатываются волны, испускаемые возбужденным драконом?» — Ветрено что-то сегодня на ваших небесах. — А вот и частичный ответ: по-видимому, кроме воздушного потока, Сяолун ничего не заметил. Стоило расспросить Змия, но перед носом Тао, как и в прошлый раз, услужливо материализовалась повозка, запряженная изящным ящером. Молодой северный князь только рыкнул от злости, теперь он точно знал, куда направится с неучтенным отпрыском Лонгвейя. Раз его послал за ним Бэй, вот пусть теперь сам и занимается дрянным мальчишкой, что давно уже излохматил несчастные нервы Тао. *** Бэй после жаркого соития отлеживался на их совместном ложе, принимая вылизывания донельзя довольного дракона как само собой разумеющееся. Змий все еще находился в промежуточной форме божества и, собирая свой же небесный жемчуг с Бэйя языком, тихо подмурлыкивал, словно объевшийся сливок кот. То, что его хотят взять сразу двумя членами, Бэй понял давно, как только Змий стал во время близости добавлять к своему фаллосу в человеческой форме при проникновении в него еще и пальцы. Сначала один, затем два, после… три. К Тао, что по комплекции оставался куда изящнее своего старшего брата, дракон с подобным не лез, словно боялся ему навредить, зато с Бэйем мог пробовать сколько и как угодно. «Может, все же договор по крови сказывается?» — думал про себя Бэй, замечая, что жизнь с драконом очень благотворно сказалась не только на его магической силе, но и на теле. Нет, конечно, и Тао тоже со временем поменялся, он стал еще более прекрасным и утонченным. В принципе, мужья дракона, сами того не понимая, приобретали постепенно черты, признаки и сиятельные ореолы небожителей. Бэй глянул через плечо. Дракон жадно вылизывал его ягодицы и особенно то, что между ними, глубоко погружая туда, где недавно помещались сразу два члена, умелый раздвоенный язык. Иногда его ядовитые клыки царапали до крови распаренную кожу Бэйя, но он не чувствовал боли от яда, какую испытывал раньше, тем более мелкие порезы практически тут же зарастали. Впрочем, благодаря драконьей слюне он не имел неприятных ощущений и когда его брали сразу двумя членами, только нарастающую похоть и сильнейший откат Змия, когда тот, излившись в него, вознесся на высшее плато блаженства. Однако, в какой бы Бэй ни находился нирване, насытившись в полной мере близостью с драконом, насущные дела не давали ему покоя. — Ты же послал, как я и просил в прошлый раз, за Тао повозку? — Да… — недовольно пробурчал дракон из-за того, что его прервали на середине занимательного для него процесса, и, перетекая в человеческую форму, прилег рядом. — Он мог бы меня попросить и сам. — Ты же знаешь, мой младший брат очень упрям в некоторых вещах, и он не станет просить тебя о таком. Я же не могу заставить или приказать твоим слугам, — попытался Бэй вразумить Змия. — Ха, но заключить обманом договор с Белым Вороном — так ничего, он смог. Из этого вытекало, что дракон до сих пор на Тао зол и так не простил его до конца за опрометчивый поступок, возможно, просто отложил решение на время в сторону, как пока непреодолимую преграду. — Он мог погубить себя, как и того — кого сейчас сопровождает, а ведь это твой потомок. Разве ты не заинтересован в нем, как и в младшем брате Лонгвейя? — Если Бэй решил найти совесть у Змия, он явно просчитался. — Заинтересован, но я не просил Тао тащить его на небеса и уж тем более в свой собственный замок! — выдал в запале дракон, оскалив крепкие зубы в изумленный лик своего мужа. — Погоди? О чем ты? Я думал, он воспользуется небесной кибиткой, только чтобы перебросить мальчика к старику Ву, по небу это куда быстрее сделать и разумнее. Да и ты перестарался, забрав у Тао все его магические силы, и меня к нему навстречу не отпустил. А так, как и прежде, спрятать кого-либо проще всего на земле Белого Ворона. Тем более у нашего отца с ним давний договор, по которому местный Бог укрывает любого, за кого просит старик Ву. Так было и с нами в свое время, — запутался окончательно Бэй, вспоминая не к месту, как они детьми попали на священную гору и приобрели там приемного родителя. — Мне потребовались магические силы, много. Я быстро теряю их, если спускаюсь с небес не на свою землю. И то, что я забрал у Тао, не покрыло и десятой доли при исполнении его же просьбы. Поэтому я не мог отпустить тебя, пока полностью не насытился и не восстановился. К слову, время у тебя еще есть… — туманно закончил Змий. — На что? — переспросил Бэй, думать сейчас, да и просто двигаться не хотелось совершенно. — На то, чтобы привести себя в порядок и встретить Тао с дорогим гостем. Ты же знаешь, я не могу воздействовать на своих потомков. Так что с этой головной болью разбирайтесь сами. — Закончив разговор окончательно, дракон исчез вместе с собственной одеждой, как будто его и не бывало, совершенно не слушая, как ругается и недовольно стонет Бэй, пытаясь сползти с ложа и принять вертикальное положение. Близость со Змием все же его измотала, и, хотя тело пело от сытости, слабость периодически накатывала волнами. Но время действительно было — и на то, чтобы прибраться в их небольшом с братом доме, и на то, чтобы натянуть на себя помятую одежду. *** Замок впечатлял полупрозрачными анфиладами, башенками, резными сверкающими в закатном солнце стенами, что, возвышаясь ввысь, невинно кутались в пушистые, отливающие золотом и пурпуром облака. — Вот это да… — Сяолун запрокинул голову вверх и даже прицыкнул языком от увиденного великолепия, но как только небольшая дверь в высоченных воротах стала открываться, то тут же замотал себе низ лица, словно не доверял даже небесам. Величавый воин в богатой одежде, что открыл перед ним створку, даже наклонился немного вперед, дабы выйти к ним. Этот скромный вход однозначно не был создан под его могучий рост. У Сяолуна заблестели золотом потомственных южных князей жадные глаза. Перед ним точно стоял небожитель, настоящий генерал, да что там — один из многочисленных богов войны, наверное, самый главный и прославленный, в этом он точно не сомневался. И, судя по его божественно-неприветливому лику, явно не цвел от радости их внезапного прибытия. — Тао, зачем вы прибыли сюда? — начал было встречающий зычным голосом. Чем сразу разозлил Сяолуна, который тут же понял, ему тут не рады, более того, не собираются даже пускать на порог. «Ах так!» — злобно проскрежетал внутри Сяолун и резво проскользнул под рукой «бога Войны», не ожидавшего, а главное, опешившего от подобной прыти. — Что? — Этот генерал-небожитель, бог Войны и так далее по полному списку всевозможных регалий, что на короткий миг возник в голове юного княжича Сяолуна, тоже оказался простофилей. Если тут все такие, то Сяолуну точно повезло, дальше его уже ничего не волновало, так как внутри замок оказался еще прекраснее и интереснее, чем снаружи. И южный княжич, не слушая дальнейшего разговора оставшиеся у ворот застывших мужчин, решил сам обследовать новую территорию. Когда ему еще представится подобная возможность? — Ты просил меня доставить мальчишку — я доставил, — невозмутимо ухмыльнулся на необычную сцену Тао. Чтобы застать великого генерала Бэйя врасплох, надо было ой как постараться, и, судя по всему, юный княжич в этом весьма преуспел. — Да, но почему именно во дворец? Раньше ты всегда ждал меня у старика Ву. Я даже Змия попросил, чтобы он предоставил тебе волшебную кибитку с ящером, дабы можно было сразу по небесам быстро перебросить сына Лонгвейя к нему, не используя твои крылья. — Бэй продолжал недоумевать. — Теперь же придется юному князю объяснять, почему мы не можем оставить его здесь и из-за чего его путь лежит совершенно в другую строну. — Ну вот и объясняй, а я устал. — Тао нагло убрал руку Бэйя, все же проскальзывать под ней по примеру Сяолуна он не собирался, да еще и по плечу похлопал так, по-дружески, мол, давай дерзай, а я пас. — И вообще, я очень сильно проголодался. Старшему ничего не оставалось, как вернуться в замок следом за младшим братом. Тем более теперь еще надо было найти несносного пострела, который так лихо обвел его вокруг пальца. И каково же оказалось изумление северных князей, когда они узрели Сяолуна, бегающего за ускользающими от него с шипением несчастных служек. — Ха! Я видел, я видел! У них есть хвосты! — кричал во всю луженную глотку молодой княжич, задирая подолы всем подряд. Его щеки раскраснелись, глаза сияли, а освобожденный от тряпок восторженный лик так в этот дивный момент сильно напоминал юного Лонгвейя. Очевидно же, что шалость удалась! И, судя по вытянувшемуся лицу Бэйя, тот оказался практически в том же состоянии вспыхнувшего давно забытого детства, как и Тао, когда впервые узрел южного князя Сяолуна во плоти. *** Змий закрылся во внутренних покоях, накрепко забаррикадировав ворота, а значит, и уютный дом братьев массивными кольцами. Просто перекинулся в звериное обличие и, скрутившись в безразмерный тугой клубок, нагло возлег огромной горой, нервно прислушиваясь к нарастающему шуму в его же замке. Южный княжич Сяолун отрывался во всю, бегая по всем открытым помещениям и засовывая любопытный нос во все найденные дыры. И откуда столько энергии, словно и не уставал вовсе? Бэйю пришлось ползать за юным пострелом больше даже для того, чтобы молодой княжич не навредил себе сам, разнося небесный замок дракона по частям. Тао же, уткнувшись носом в запертые ворота, что с момента их вознесения всегда были распахнуты, немного даже оробел. Но как бы он ни налегал на створки, что влегкую могли распахиваться в обе стороны, сейчас они словно намертво спаялись между собой, превратившись в непробиваемую твердь. Понятно дело, тут точно не обошлось без драконьей магии. Но как бы он ни старался пробраться внутрь, чтобы наконец-то упасть на любимую мягкую постель, все оказалось тщетно. Змий заперся, и проход в личные покои для братьев оказался отрезан. Оставалось теперь бродить вслед за Бэйем и хмуро взирать на радостно скачущую причину своих же неучтенных бедствий. — А здесь у вас что? — распахивая створки ажурных дверей, что вели в библиотеку, к слову, перестроенную Змием и расширенную, как только у него завелись два мужа. Как оказалось, у братьев накопилось огромное количество всевозможных свитков, да и нашлась часть родовой библиотеки, что скрыли их родители в секретных лазах. И теперь она покоилась здесь, под боком у небесного дракона. Конечно, с земными возможностями по сохранности не сравнить. Тао, тяжело вздохнув, попытался вновь мысленно достучаться до Змия, но тот прикинулся спящим. А ведь если так посмотреть, многое изменилось в укладе замка дракона, как только они начали тут жить. Что-то возникало сразу и сильно бросалось в глаза, другое приращивалось при помощи магии постепенно, как, к примеру, растянувшиеся светлые залы вместительной библиотеки. Сяолун, не думая, подошел к закрытой секции Змия и, даже не чихнув на магические знаки дракона, свободно взял один из свитков. Бэй и Тао переглянулись, сами они без разрешения старшего мужа их старались не касаться, древняя магия била наотмашь так, что размазывало по стенам, осыпая обжигающими искрами. Вот что значит кровь! Но, развернувши запретный свиток, Сяолун расстроенно протянул: — Ну вот, ничего не разобрать, странные какие-то загагулины, — и, закинув, не смотря, артефакт на полку, двинулся дальше. Свиток же, свернувшись обратно по инерции, упал на пол. Тао было потянулся за ним, но Бэй его вовремя остановил: — Лучше не трогай, слуги уберут сами. И действительно, как только они отошли от этих полок, четырехпалая лапа ящера тут же услужливо подняла свиток и аккуратно уложила его на место. — А тут что? — Для Сяолуна путешествие по замку небожителя напоминало сказочное приключение в неизвестную красочную страну, полную приятных неожиданностей. И он, выбежав из библиотеки другим проходом, решил проскользнуть в новую анфиладу бесконечности перекрытий. — Туда нельзя! — теперь крайне сильно занервничал Тао, он, раскрыв руки, попытался преградить путь сорванцу, но тот, как и с генералом Бэйем, проскользнул скользким угрем прямо под одной из них. — Почему же нельзя? Ух ты! А у вас целая комната, в которой можно изготавливать всевозможные лекарства, яды и отвары! — Руки Сяолуна нежно огладили развешанные пучки разнообразных трав, глаза же цепко осмотрели столы, стулья и все, что на них покоилось. — Ха! А у моей мамы куда круче инструменты и ингредиенты! Да и котлы для варки трав настоящие, серебряные, а посуда золотая! Тао лишь сокрушенно вздохнул, агрессивно оскалившись: — Это моя комната, а не твоей мамы, уймись! — Тао, — только успел одернуть его Бэй, но было уже поздно. Сяолун замер и перестал оглаживать пузатый бок очередного сосуда, в котором плескалась мутная жидкость. — Действительно, не моей… Юный княжич, хмурившись ликом, вышел из комнаты, пройдя мимо замерших братьев, даже не взглянув на них. — Извини, я не хотел… — начал было оправдываться Тао, ведь перед ним все еще ребенок, недавно потерявший свою мать, и… — Тебе не за что извиняться, братик Тао. Не ты же убивал мою маму на охоте, — ошарашили как обращением «братик», так и знанием того, что княжна Майли умерла явно не своей смертью. Эти едкие слова словно опрокинули Тао, настоящее пошло как будто трещинами, и оттуда, из глубины, пахнуло гарью полыхающего пожара. Он на коленях, судорожно сжимающий окровавленный кинжал в пока еще мелких и неуверенных руках, прекрасная женщина раскинулась на полу поверженной птицей, что-то кричащий ему испачканный сажей Бэй. Как давно это было… Когда они сами, как и этот шныряющий по замку дракона сорванец, вдруг повзрослели и перестали быть детьми. Тао болезненно сморгнул, видение пропало. А ведь раньше подобного не случалось. Да, живя на небесах, он начал урывками вспоминать забытое раннее детство, но тот самый момент смерти родителей никогда. Однако Сяолун не стоял на месте и, открыв следующую дверь, тут же преобразился, загоревшись интересом, зато теперь за голову схватился Бэй. Еще бы, этот переход шел в оружейную и огромное помещение для учебных боев и тренировок, которое, к слову, прирастил к своему замку дракон только ради северных князей. Меж тем неугомонный Сяолун пытался из ножен достать огромную увесистую саблю. — Осторожно! — Бэй бросился к нему первым. — Ноги оттяпаешь! — М-да, даже Лонгвей не был таким непоседой, — тихо пробормотал вслед ему Тао. Конечно, он не мог отрицать, что память все же к нему частично возвращалась. Но с чем это связано? С воздействием Змия, ослаблением печати забвения, а может и того, и другого, Тао пока решить не мог. Да и спрашивать в лоб у того же Бэйя, коль он сам ему не говорил про провал и заблокированный участок на месте смерти родителей, Тао до этого момента не решался. Пытался периодически вызнать окольными путями или обтекаемыми вопросами. А тут словно кипятка под хвост ливанули, болезненно обварив. Увесистую саблю отобрали, но согласились следующим утром пострелять, протягивая колчан со стрелами вздорному княжичу. И пока Сяолун выбирал себе подходящий лук из обширного ряда висящих на стене, Тао, подойдя к Бэйю сзади, снедаемый чувством неуверенности, начал: — Бэй, что же тогда случилось… — Когда? — не понял тот, отбирая у Сяолуна огромный, совершенно не подходящий ему тяжелый лук. — В ту ночь, когда погибли наши родители… — прошептали еле слышно губы Тао, но Бэй, судя по тому, как дрогнули его сжимающие оружие руки, все же расслышал. Однако их затянувшееся «веселье» прекратил появившийся служка, что, отвесив низкий поклон, шипяще произнес: — Хозяин просил передать, что для вас готовы гостевые покои. В них накрыт ужин, а также подана горячая вода в купальни. Но как только этому несчастному задрали подол и попробовали ухватить за спрятанный под фалдами хвост, он перешел с человеческого на совершенно непереводимый. Хвост у расшалившегося Сяолуна вывернулся из хвата рук, больно щелкнув по лбу наглеца, служка отскочил в сторону и, резво пятясь задом, пропал в боковых ходах. — Зачем ты гоняешь слуг? — начал его отчитывать Бэй, словно специально сменив в который раз неудобную для него тему. — Дядюшка Бэй! — Ха, этот малец и ему решил найти место в своей маленькой иерархии. — А почему они скрывают свои хвосты? Кстати, у некоторых они с голубым рисунком, а у других с красным. Почему разные цвета? А желтые и оранжевые есть? А может, зеленые? А крапчатые встречаются? Посыпались вопросы как из рога изобилия, отчего обоим братьям стало уже не до разговора по душам. Бэй же, вытянув перед заинтересованным носом южного княжича раскрытые ладони, словно пытаясь остановить новую лавину бесконечных «Почему?» и «Зачем?», отчаянно ими замахал: — Уймись! Я никогда не проверял, какие у них хвосты. — Почему, разве не интересно? Это же твои слуги! По-видимому, малой так до конца и не расслышал фразу слуги или вообще ее не понял. — Это дворец дракона, и слуги тоже его, — пояснил со вздохом Бэй. — Девы-драконицы? — уточнил для себя, видно, Сяолун. — Нет, мужа-дракона… — поперхнулся на последнем слове Бэй, уже предугадывая, куда может завести весь разговор, и нервно переглядываясь с натянутым как струна Тао, тому явно не нравилось, что он снова не получил ответ на давно волнующий его вопрос об имеющемся провале в памяти. — А вы тогда кто? На слуг дракона не сильно похожи, да и стража из вас так себе, — не унимался мелкий княжич, выдавая все мысли браво вслух. — Мы его супруги… — одним выдохом заключил Бэй. Ну а чего скрывать, все равно этот пострел выяснит рано или поздно. — А-а-а… — протянули без всякого интереса и, видя недоумение на ликах названных «братишки» и «дядюшки», нехотя пояснили: — Таким в нашем княжестве не удивишь, у нас часто мужчины образуют супружеские союзы, особенно военные. Когда постоянные, когда временные. Проще иметь крепкое плечо рядом на службе, что всегда прикроет в любой момент, нежели где-то там жену, ждущую тебя домой с кучей голодных ртов своих и чужих детей. Про детей особенно резануло, но, с другой стороны, военные порой не бывали в собственных или родительских домах годами. Естественно, оставленные ими жены вольны были как развлекаться, так и, по сути, выживать в это время собственными силами. — Показывайте, где эти ваши гостевые покои, — нагло распорядился Сяолун, отчего очень сильно вновь стал походить на Лонгвейя в юности и отчасти подтвердил то, что все же, возможно, частично, но может разбирать говор драконовых слуг. Хотя чем больше приглядывались к нему северные князья, тем все четче понимали. Несмотря на внешнее сходство с императором, южный княжич был совершенно иным, да и воспитывался Сяолун в другом окружении, нежели третий принц Лонгвей. И, может, это был даже лучший из всех возможных вариантов. — Прошу, — указал направление Бэй. — Ты знаешь, где у нас гостевые покои? — тихо переспросил его Тао, как только спина Сяолуна скрылась за поворотом. Он все равно найдет время и попытается спросить снова и, если понадобится, упрется рогом, но вызнает правду. Почему-то именно сейчас сильно захотелось услышать, от чего же его так пытаются оградить. — Нет, конечно, я понятия не имею, как они даже выглядят, но служка скрылся в этом направлении, а значит, нам сюда, — перебил нечаянно его думы Бэй. «Сюда, сюда!» — позвали мысленно шепелявым голосом, подтверждая правильность решения северного генерала. И перед носом у Тао, сбоку, мелькнул скрывающийся за длинным платьем расписанный в голубых узорах изящный хвост.