The price to pay / Трогать разрешается, дело только в цене

Ночь была действительно долгой. Сол так и не дождалась Хана возле казино. Он не появился, также как не появился ни дома, ни в Роял Грин. Он потерялся где-то по пути. Копы уже оцепили казино и запечатали, ждать там не было смысла. Перестрелка уже закончилась, Намджун был освобожден. Девушка оставила свой отряд в Сегадоре и поехала в лагерь встречать остальных. Она узнала от Чимина, что босс жив, а до остальных дело не дошло. Сол стояла в дверях лагеря, когда приехали машины. Сердце девушки совсем съежилось от переживаний и еле билось, лишь поддерживая жизнь в теле, потерявшем дыхание. Из передних дверей четырех машин почти одновременно вышли Шуга, Чонгук, Хосок и Джин. Сердце снова забилось, увидев их на своих ногах. Она поймала себя на растерянности, не зная к кому подбежать первым и потеряться в объятиях, чтобы почувствовать бьющееся сердце в груди и окончательно убедиться, что это не иллюзия. Видимо от заработавшего сердца кровь начала поступать в мозг, раз она уже могла думать. В мыслях, откуда не возьмись, пробежала ироничная насмешка «Правду говорят, что у меня целый отряд любовников. Раз даже не могу выбрать к кому податься». Шуга левой рукой держался за правое предплечье, рукав одежды на которой уже полностью промок. Чонгук хромал на одну ногу, в боковой стороне бедра которой также виден мокрый след. Только черный цвет их одежды берег глаза девушки от истинной боли, которую доставляли эти влажные следы. Джин ведет одного раненого, перекинув его руку через свою шею, и увидев растерянное лицо девушки, шатен бросает ей свое фирменное подмигивание, хотя оно не продолжается широкой и яркой улыбкой, как обычно. Тем не менее, этот маленький жест успокаивает сердце девушки, которое уже начало биться как сумасшедшее от вида бойцов, которые выходили придерживая друг друга из минивэнов и грузовиков. Трудно было сказать кто из них ранен, а были ли не раненые? Глаза были стеклянные, на лицах застыл страх, и лишь сжатые крепко губы держат этот страх внутри них, не давая выйти наружу. Влажные и застывшие следы крови оставлены по всей одежде, на лице и руках. Только чья это кровь: их или врага? У многих еще не рассеялся адреналин в крови, от того они еще не в состоянии чувствовать боли, хотя дыры в их одежде и сочащаяся из них кровь видна невооруженными глазами. Кто-то только начинает приходить в себя, и внезапно для себя самих начинают хвататься за руки, ноги, бока, которые пронизывает острая боль. Первая реакция девушки подбежать к хромающему Чонгуку и подставить плечо. Но ее опережает Чимин, который только что появился позади нее и побежал к возлюбленному, несмотря ни на кого другого. Сол направилась к Шуге, и только когда сделала шаг в его сторону поняла, что он и был ее первым выбором. Сердце стало биться через раз, внезапно к горлу подступил ком, к глазам подкатывали слезы. На нее нахлынуло все переживание за его безопасность, за его жизнь, которые она удачно блокировала беспокойствами за Намджуна, ожиданием Хана и исполнением приказа. Ноги еле двигались, будто подбеги она к нему, и он мог исчезнуть, лопнуть как мыльный пузырь. Все же она преодолела расстояние до него, сделать еще один шаг и кинуться в объятия, нет, заключить его в свои, расцеловать все, до чего дотянется губа, и к черту все правила. - Помоги Намджуну, - слышится холодный голос командира, который уже стоит перед ней и смотрит в ее наполненные слезами глаза. Кажется если она разомкнет губы, то заорет детским плачем и слезы покатятся вниз по щекам. Но твердый голос приводит ее обратно в чувства, лицо возвращается в каменное состояние, часть слез утекает обратно по своим каналам, остаток вытирается руками, когда она прячет лицо, смотря в землю. Девушка пробегает мимо командира, в указанном им направлении, и подходит к Хосоку, который открыл заднюю дверь минивэна и стоит не отрывая глаз. В машине тела уложены друг на друга, будто какие-то мешки с картошкой. Это те, чья фортуна сегодня отвернулась от них. Медленно запекающаяся кровь тихими каплями стекает с открытой двери на землю. Поверх тел лежит то самое, от которого Хосок не отрывает глаз – тело его отца. Он не может плакать, он сам собирался пустить пулю отцу в лоб за предательство, когда придет время. Но в последнюю минуту его жизни он оправдал надежды сына, вернув свою человечность и поняв свою ошибку, прикрыв племянника, которому задолжал, от пули. Поэтому не плакать он тоже не может. Перед ним лежит бездыханное тело, которому уже не нужны ни деньги, ни власть, ни сын. Ничто не заставит его снова вдохнуть воздух полной грудью и продолжить жизнь. Его лицо не говорит о муках, о тревогах или боли. Лицо умиротворенное, все мышцы расслаблены, они не скрывают никаких эмоций, не стараются прочесть смотрящего. Он нашел свой покой, наконец, нашел то, к чему так долго шел. - Помоги вытащить Намджуна, - голос девушки вытаскивает его из пучины мыслей, которые будто зыбучие пески затягивали его всего в себя. Девушка стоит рядом с передней дверью и тянет тело парня, которое еще дышит, но не реагирует на ее действия. Они притягивают его ближе к двери за обе руки, и Хосок повернувшись спиной перекидывает его руки через свои плечи. Девушка помогает подсадить брата на его спину и он, что есть силы, мчится во внутрь здания. Она бежит за ним, легонько подложив руку за спину раненого, чтобы успеть поймать его в случае чего. Чимин развернул лазарет в столовой на втором этаже. Бинты и все необходимые лекарства были разложены на столах. Те, кто был в состоянии помогать, делили раненых по группам, накладывали жгуты и перевязывали легкие раны, пока врачи и фельдшеры занимались более тяжелыми ранениями. Хосок и Сол уложили Намджуна в его комнате на первом этаже и привели врача. Отеки и синяки были по всему телу, но обошлось без тяжелых переломов. Одна рука слишком сильно отекла, возможен перелом без смещения. Он поставил временную повязку, чтобы сделать рентген, когда он будет в состоянии для этого. Большая часть ударов пришлась по животу и лицу. Врач исключил повреждение внутренних органов, оставив лишь повреждение мышц и сильное обезвоживание. Он поставил капельницу и с помощью Сол перевязал его вокруг тела чуть ниже ребер, чтобы исключить нагрузку на печень и почки. Девушка уже не могла смотреть на запекшуюся кровь на его лице, потому намочила полотенце и протирала его лицо, старательно убирая следы крови. Ее движения были заботливыми, но не нежными. Ее казалось больше заботила кровь, нежели лицо парня. Хосок почувствовал боль, которую могли бы приносить ее действия, будь его брат в чувствах. - Ну не заплачет же он. Он все равно в отключке, - произнесла девушка, заметив взгляд обеспокоенного брата ее «пациента». Действительно было сомнительно, что он мог что-то почувствовать. Отеки были такие большие, что казалось будто ему налепили что-то чужое и он ничего не почувствует, даже если это чужое с него сдерут. *** Намджуну ставили капельницы с обезболивающими, от чего он спал большую часть времени, изредка приходя в себя и ловя смазанные тени людей, которые приходили проверить его состояние, и прислушиваясь к голосам, которые были в этой комнате, но слышались будто через толщу стекла между ними. Вокруг все плыло, по телу проносилась адская боль. Попытки сделать какое-нибудь движение размножали эту боль тысячекратно, отбивая любое желание двигаться. Но каждый раз когда он приходил в себя, одно было неизменно – девушка сидела рядом с ним, то спала на кресле, откинув голову назад, то стояла, смотря в окно, то проверяла его капельницу, и порой даже рассказывала ему что-то, чего он не мог разобрать. Видимо прошло несколько суток, дни сменялись ночью, те снова днем. Когда «пациент» пришел в себя в очередной раз, он уже более-менее разбирал картину вокруг, хорошо слышал два голоса в комнате, хотя ему пока сложно было подать свой. - Почему ты избегаешь меня? – голос девушки звучал сердито. Она смотрела на спину парня, который стоял возле двери, то ли только войдя в комнату, то ли собираясь уходить. - Я не избегаю, - его голос тихий, но уверенный. Намджун узнает голос своего командира. – Как ты не понимаешь, ты достойна большего чем все это! Ты достойна лучшего! Ты достойна быть счастливой! – Парень тоже уже становился сердитым, но в голосе еще играли нотки нежности. – Почему я должен объяснять тебе это? – Он повернулся к девушке и смотрел прямо на нее, стараясь сказать остальное глазами, потому что слова на нее не действовали. - Счастье? – голос девушки уже саркастичный. Она фыркнула после своего вопроса. – Не смеши меня! Счастье – это всего лишь иллюзия, которую люди создают для себя, чтобы избежать реальности. Жизнь не может состоять только из одного счастья, так не бывает, - она старается убедить его в своем. - У тебя было. Твоя жизнь состояла только из счастья. И я, и ты тому свидетели, - парень хочет обернуть ее слова в ложь. Она не видит истины, прячется за своими догадками. - Было! – Снова саркастичный голос и усталый выдох. – И где я сейчас? – Ее голос уже спокойный и тихий, он пронизывает мозг и проходит через кости, в него вложена вся боль ее существования. – Каждый раз, когда тебе удается обмануть себя и поверить, что ты нашел свое счастье, безоблачное будущее и теплое настоящее, жизнь берет тебя за шкирку и тычет мордой в суровую реальность. И чем больше ты стараешься себя обмануть, тем изощренней становятся ее способы тебя вразумить. – Парень уже не перечит. Он видит и слышит ее боль, также как неприглашенный слушатель их беседы. – Я не хочу себя обманывать. Я не грежу о беспечной старости, я не живу мечтами о тихой жизни. Я хочу жить здесь и сейчас, хочу брать от жизни все, что она дает. Хочу чувствовать себя живой именно в этот момент жизни, а не когда-то в будущем. И только так, я могу находить истинное счастье в каждом прожитом дне. Зная, понимая и принимая реальность, а не отгораживаясь от нее иллюзиями, - она ждет решения парня. - Я не могу принять твой выбор, - он звучит обиженно. Не этого он для нее хотел. Не так он видит ее будущее. Он уходит, хлопнув за собой дверью. Девушка продолжает стоять на своем месте, смотря туда же. Тишина комнаты давит своим весом и Намджун может почувствовать ее боль и злость. Он может понять, что речь здесь идет о чем-то большем, чем просто их жизнь в лагере, но у него нет сил додумывать смысл слов. - Сол, - слышится хриплый голос парня. Его горло пересохло и учитывая, что он не говорил уже несколько дней, оно болит от попыток сказать что-то еще. Он видит как спина девушки снова расправляется и она развернувшись подбегает к нему. - Намджун, ты проснулся? – Она стоит возле кровати пациента, но тот уже спит. Она подправляет его подушку, проверяет капельницу и ложится на кресло, закинув ноги через один подлокотник, голову на другой. Она не хочет думать и пытать себя мыслями, поэтому следует примеру парня, и тоже проваливается в сон. *** «Счастье – это иллюзия», «…жизнь берет за шкирку и тычет мордой…», «Я хочу жить здесь и сейчас», «…принимая реальность» - звучат слова девушки в голове Намджуна, отдаваясь эхом и повторяясь по несколько раз, прежде чем он слышит звук открывающихся занавесок, и яркий свет проходит через закрытые веки, заставляя морщиться. Он щурясь открывает один глаз, вытягивает руку над головой, стараясь оттенить глаза, и чувствует легкую боль в лопатках. Ему намного лучше. Перед окном стоит девушка, которая уже идет к нему. Ее силуэт обрамлен ярким светом, падающим из окна. Если бы он не узнал в ней Сол, то подумал бы что это ангел. На ней белая футболка с очень коротким рукавом, которая открывает вид на легкие волны мышц на плечах, и черные брюки карго, будто у командира одолжила. - Доброе утро, спящая красавица, - говорит девушка подойдя к кровати парня и улыбаясь. - Кто меня поцеловал? Почему я проснулся? – отвечает ей парень, хриплым сонным голосом, поддерживая ее шутку, от чего девушка не может сдержать смеха. Чистый, звонкий, будто звон колокола, смех заполняет комнату. Как помнится, именно этот звук лечит все болезни, и парень чувствует, как он действует на него как обезболивающее. - Пока никто не целовал. Я держу оборону, - девушка показывает жест рукой согнув локоть и показывая какая она сильная. - Но Джин грозит прорваться и точно поцелует, если сегодня не встанешь с кровати, - на ее лице все еще держится теплая улыбка, а слова сопровождает легкий смех. «Я хочу жить здесь и сейчас» снова пробегает в голове парня, смотря на девушку. Он делает попытку встать и хочет смахнуть с себя одеяло и обнаруживает, что он … голый? Его сознание быстро возвращается к нему, рука лезет под одеяло и нащупывает свободные боксеры, он выдыхает. Наверное, это и есть тот самый момент его счастья на сегодняшний день. Он приподнимается и сидит на кровати, опершись об изголовье спиной. Девушка замечает его манипуляции и у нее на лице появляется злая ухмылка. - Ты чего такой стеснительный стал? Когда я тебя переодевала, вроде не возражал, - девушка садится рядом на кровать и смахивает одеяло с него. – Красивые боксеры подобрала правда? Когда ты не сонный, тебе больше идет, - играет бровями девушка, пока парень старается прийти в себя от услышанного. «Она меня переодевала? На мне кроме трусов ничего нет, что она переодевала?» задается вопросом парень, и поняв ответ, не хочет продолжать. - Ты меня переодевала? – запинаясь спрашивает у девушки, чувствует боль в горле и откашливается. - Я тебя переодевал, - отвечает Джин, вошедший в комнату. – Намджун-и, - кричит он, поймав его взгляд, и бежит к кровати с широкой улыбкой и распахнутыми руками. - А вот и поцелуй, - девушка ухмыляется и встает с кровати, чтобы достать ему одежду. Джин уже добежал и заключив его в объятия, падает вместе с ним на кровать и пытается поцеловать, собрав губы в трубочку. - Ай, Джин, - вырывается голос парня от боли. Еще на теле осталась боль, которая чувствуется от крепких объятий друга. - Ах, прости-прости, - отходит парень и садится на кровать рядом. – Намджун-и, где твои манеры, ты чего перед девушкой в таком виде сидишь? – Друг тянет одеяло и укрывает его по пояс. - Она сама, - начинает парень, и поняв, что она только что обманом рассматривала его в нижнем белье, тянет одеяло выше на себя. Ему внезапно хочется с головой скрыться под ней, как будто вернулся в свои 14 лет и впервые обнаружил у себя стояк. Кстати, утренний стояк никто не отменял, он у него был, только свободные боксеры не сильно его выдавали. Но пристальный взгляд девушки наверняка его заметил. - Сол, ты к нему приставала? Сказал же не делать этого, - наигранно возмущенным голосом говорит друг. - Прости, не удержалась, - с таким же наигранным голосом отвечает девушка, передавая одежду Намджуну. Почему они так легко общаются? Когда они успели так подружиться? Глаза парня выдают его вопросы, что замечает Джин. - Нас приписали к тебе в няни, так что у нас было много времени, чтобы успеть подружиться, - отвечает друг, будто в точности прочитал его мысли. Намджун хочет одеться, но не хочет снова предстать перед девушкой в неглиже, смотрит на нее, прося отвернуться или выйти. – Ооой, Намджун, одевайся уже и не ломайся, - друг сам снова смахивает с него оделяло и продолжает. – Все уже увидели твой стояк. В этом нет ничего постыдного. Наоборот, мы рады знать, что ты «полностью» в рабочем состоянии, - тараторит он вгоняя его в краску с головой. – Правда, Сол?! – подмигивает девушке, выставляя пальцы в виде пистолета и делая вымышленный выстрел. Девушка отвечает ему тем же. И Намджуну совсем не нравится, что она учится таким вещам у Джина. Намджун начинает потихоньку входить в курс дела и узнавать, что было во время его спячки. Хан исчез, его нигде найти не могут. Шуга, Хосок и их новый партнер Нэ Реа объединили силы для поисков. По закону победившего, все активы Хана с его людьми перешли им. Хосок поделился с Нэ Реа за оказанную помощь, отдав казино, который он сам пожелал. Самые верные люди Хана пока находятся в заложниках на ферме, чтобы узнать где он находится, да и вообще, чтобы не плелись под ногами. Весь бизнес братьев Ким тоже перешел к ним. У них внезапно увеличились и обороты, и люди, и деньги, и власть, и заботы. Чимин держит на себе Сегадор, пока остальной командный состав управляются остальным бизнесом. Шуга, как всегда, занимается самой темной стороной, на нем контроль оборота наркотиков, который продолжает поступать невесть откуда. Он хочет вычистить некачественный товар и неумелых продавцов со своей территории и оставить только качественный товар, параллельно обучая примкнувших к ним людей Хана и Кима. Пока что все держится под контролем, они справляются. Пробуждение Намджуна было как раз кстати. Намджун наконец может выдохнуть. Его родной дядя оказался не таким подлецом, каким начинал казаться. Он спас жизнь Намджуну, тем самым отплатив за свое предательство и уйдя из жизни достойно. За исчезновение Хана он не волнуется. Эта крыса еще даст о себе знать, он не сможет просто так оставить все свое добро чужим рукам, и обязательно вернется, тогда Намджун будет готов. Услышав, что босс встал на ноги, весь командный состав собрался вечером в лагере. Сол с Джином закончили занятия пораньше и все собрались на ужин. Когда они вошли в столовую, парни сидели за одним столом и чему-то улыбались. Их взгляды устремились на девушку, которая надела джинсы с зеленой футболкой, и даже не накинула одну из бесформенных толстовок. Она собрала волосы в высокий хвост, а мелкие пряди свисали кудрями на висках. Она не была похожа на обычную боевую Сол, от этой девушки не хотелось отрывать взгляд, ее хотелось носить на руках. Каждый про себя подумал, что если бы она могла каждый день ходить в таком образе, то может их день хоть на капельку, но был бы лучше. Джин успел облить ее комплиментами с ног до головы, пока они поднимались к ним. - Ооох, эти бесстыдники! – шепчет ей Джин по дороге. – Ты посмотри на них, они же уже раздели тебя и разложили на том самом столе, - его голос осуждающий и игривый. – Сол, садись рядом со мной. Мне не нравятся их взгляды. А я тебя не обижу, ты же знаешь! – Специально наклонившись к уху девушки шепчет парень, чтобы другие заметили. А она действительно не знает, рядом с кем она хотела бы присесть и для кого она так нарядилась. Просто душа поет по-особенному сегодня, и она оделась в гармонии с ней. В ее голове снова пробегает фраза «Отряд любовников», и она думает «Никогда не думала, что я могу быть настолько ненасытной. Мне хочется всех и сразу. Даже Чимина с Джином» и переводит взгляд на идущего рядом Джина, тихо сглатывая слюну. Прямо перед ней два свободных стула: напротив Намджуна и Шуги. Когда она подходит к столу, Шуга ногой притягивает стул напротив себя под стол, показывая, что туда не надо садиться, что обижает девушку в тот же миг. Она садится напротив босса. А Джин бесцеремонно вытаскивает стул напротив командира и садится туда причитая. - Этот ребенок! Ты это мне что ли такой жест показываешь? – высказывает свое недовольство командиром. – Правда, Сол сегодня красотка? – У него уже поменялся и голос, и настрой, он смотрит на девушку с улыбкой, будто она его творение. - Да, Сол, красотка! – Восклицает Чимин, приписывая ее вкус себе. Ведь именно он принес ей те джинсы и майку в прошлый раз и пробудил в ней чувство прекрасного. - Лучшая! – выставляет палец вперед Чонгук, закрыв один глаз. И целует своего парня, сидящего рядом, чтобы не обижался как в прошлый раз. Но он вовсе не обижен, ему и самому нравится вид девушки. - Эх, танцевать захотелось, - тянет руки по бокам Хосок, напоминая их прошлый выход. – Может тут и музыка есть? – Спрашивает он подмигивая девушке, от чего у всех закатываются глаза и в него летят салфетки и ложки. - Ты прекрасна! – от голоса, интонации и взгляда босса на девушку дух перехватывает, не только у нее, а у всех за столом. Девушка подмигивает ему и стреляет из вымышленного пистолета из пальцев, как Джин, чем заслуживает охи и полет салфеток от остальных в свою сторону. Только Джин смотрит на нее довольно. Весь мир смотрит на Шугу, но тот не спешит дарить ей комплимент, даже не смотрит на нее, делая очень занятой вид, ковыряясь в своей чашке. Когда стол замолкает, требуя от него речи, он не может им противиться. - Чего вы так переполошились. Сол выглядит как Сол, - мямлит себе под нос, утихая на последних словах, и ловит злобные охи и ахи в свою сторону от друзей. И только командир знает, что в его голове и глазах Сол всегда такая, милая, нежная, порхающая, воздушная, теплая, страстная, соблазняющая… в чем бы она ни была За столом обсуждается многое: перестрелка, поиски Хана, новые дела, поиск партнеров, оборот наркотиков, недостача рук, расписание Намджуна на предстоящие пару месяцев, и все это приправляется шутками Джина и Сол, чему все удивились и решили их разъединить отныне. Намджун соглашается со всем, благодарит друзей за преданность, а сам не отрывает глаз от девушки. Их беседа подходит к концу, он снова вспоминает ее слова «Я хочу жить здесь и сейчас», он тоже хочет. Он вспоминает свои последние мысли перед тем, как попасть в ловушку Хана, как он обманывался иллюзией возвращения в тихие, спокойные дни своего прошлого. И как жизнь его свалила мордой об землю и протащила по ней довольно хорошо, чтобы понимать, ему не жить блаженной жизнью. Он уже вошел в криминал не по локоть, а по горло. Назад пути нет, ему остается или плыть, приняв это, или утонуть, отказываясь. «Жизнь – прекрасна? Найти счастье? Розовые очки? Сказочная жизнь? Нет уж! Увольте! Добро пожаловать в безысходность!» звучит в его голове и чем дальше, тем строже становится его голос. Он готов принять свою реальность и больше не хочет ни в чем себе отказывать. «Мелко плавать – дно задевать, идем ва-банк» думает он про себя, смотря на отдаляющуюся девушку. - Сол, - он кричит, внезапно вскакивает с места и подбегает к девушке. Она оборачивается, так же как и все в столовой. Зависает гробовая тишина. – Сол, будь моей! Проси что хочешь, согласен на любую цену! – Его голос звучит громко, чтобы каждый мог это услышать. – Только будь моей!