sick souls

12 nen mae

      Ночь. Из окна видны лишь облака, за которыми прячутся звёзды. Маленький мальчик стоял у окна, разглядывая небо. Если бы у него были крылья, то он бы взлетел к этим огонькам и пушистой массе. Мама говорила ему, что на небе живёт отец. Ещё она говорила, что облака на вкус как сладкая вата. Жаль, что малыш никогда её не пробовал. Но женщина не давала своему сыну унывать, сказав, что на ближайших выходных они обязательно сходят в парк аттракционов, где она ему купит столько сладкой ваты, сколько мальчик захочет…       За окном мелькнула фигура человека. Ребёнок устремил взгляд в то место, где по его предположениям скрылась тень. Но там было пусто.       Маленький Накахара вскрикнул, прячась под одеяло. Там ведь его никто не найдёт? Верно? Мама вроде бы так говорила…

***

      Дазай опять опаздывал на лекцию. Или ему так казалось, ведь его сосед из общежития вполне себе мог нагадить студенту, вновь переведя часы на час вперёд.       К счастью, или же наоборот, злобный и временами противный обитатель соседней кровати в комнате парня, не поленился и опять перевёл наручные часы. Вот ведь тварь…       Шатен замедлил шаг, подходя к училищу и, войдя в здание, огляделся. Как он и думал, Достоевский, как ни в чём не бывало, сидел в вестибюле и читал очередную книгу. Возможно, именно он подговорил соседа Дазая на смену времени, чтобы таким необычным образом позвать на встречу. Такое уже было пару раз. У одногруппника парня сломался его и так уже потрёпанный временем маленький смартфон. Стипендии, естественно, не могло хватить на оплату починки или покупки нового мобильника. А деньги с подработки вечно уходили не туда, куда следовало бы.       Поприветствовав друг друга кивками, парни двинулись в сторону лестницы, где пока их точно никто не услышит. Сегодня у них отменили первую пару, а до второй ещё много времени, так что, их навряд ли кто-то застукает вместе.       — Ты что-нибудь узнал новое? — кратко спросил Фёдор, зная, что его собеседник сразу поймет, о чём он.       — Да, немного. Вот, всё здесь. — Дазай протянул бурый конверт, в котором лежали документы.       — Ты уверен, что тебя никто не заметил? — холодно спросил Достоевский, доставая пару бумаг.        — Нет. У них есть ребёнок. Он не спал ночью, когда я приходил. Но не думаю — Осаму останавливает удар в нос. Зашипев, парень отшатнулся, прикрывая рукой струю крови.— Блять, Фёдор, дай мне договорить. Мальчик не мог заметить меня. Максимум, что он мог увидеть, так это мою тень.       — Если всё сорвётся, то виноватым будешь ты. Я пока Николая трогать по этому поводу не буду, так что пока можешь расслабиться. Но за место этого вешаю на тебя другое. То, что мог бы сделать я, будешь делать ты. — Пустые тёмные глаза уставились на стеклянные карие.       — Хорошо, без проблем. Подскажешь время?..

***

12 nen saki       Чуя расслабленно выдохнул, как только остался наедине. Спустя десять минут после ухода санитара (или кто это был?), сосед по комнате ушёл на обед, оставив парня в не таком уж и пугающем одиночестве.       Парня немного потрясло то, что этот… Эм, медицинский работник? В общем, не суть важно, а более значимым является то, что парень был… слишком открытый. Да, как говорится, люди разные бывают, но в данной ситуации добродушный санитар никак не вписывался в его описание. Насколько он понял (а точнее, парню рассказал опять же сосед, имя которого он до сих пор не знает) этого человека зовут Дазай, и он тут на подобии главного врача. Точнее, их здесь три, но остальных двоих он ещё не видел. Наверное, они в других отделениях.       Откинувшись на спиной на кровать, парень посмотрел на потолок. Белый. Как и стены. Как и коридоры. Как постель. Как тумбочка… кажется, Чуя где-то читал о том, что люди, которых принудительно отправили в психиатрическую лечебницу, постепенно сходят с ума из-за нахождения там. Парень не был до конца уверен, что это так и происходит, но шанс того, что помимо детской травмы с депрессией он получит и шизофрению, немного пугал.       Надежда сестры на то, что состояние парня улучшится, падала с каждым днём, начиная с восемнадцати лет. Тогда у Чуи случилась не пойми откуда взявшаяся истерика, в последствии которой у только вошедшего во «взрослую» жизнь подростка начались не понятные ему самому приступы. По этим причинам, бедолага так и не поступил куда хотел, просидев на выписанных психологом антидепрессантам около трёх лет. Но когда заботливая и временами сдувающая с брата пылинки Коё заметила, что таблетки не помогают, а скорее ухудшают состояние, то забила тревогу, почти насильно сводив брата к психиатру, который почти моментально отправил Чую в дурку, отчитывая за то, что не додумались прийти раньше.

***

      — …какого хрена ты не проверил то, что было в пакете?!       — Наверное, потому что знал, что ты его уже проверил. Разве нет? — спокойно отвечает Дазай на гневную тираду Фёдора.       — Ладно, так уж и быть, прощаю твою бездумную выходку. Но это последний раз. Кстати, ты ведь что-то знаешь об этом парне. Верно? — Достоевский встал с потрёпанного дивана в кабинете шатена, направляясь к выходу и останавливаясь около.       — Ну, можно и так сказать. Ты ведь и сам понял, что к чему — Дазая остановил робкий стук в дверь, — а вот и он. Тебе стоит уйти.       — Хах, не ожидал, что ты окажешься таким не гостеприимным. Больше в мой кабинет не приходи. — Шутливо проговорил на «прощание» Фёдор, открывая дверь и улыбнувшись мелкому рыжеволосому пареньку. — Проходи.