Кто такая Элис Браун?

      На следующий день я уже сидел в кресле, закинув ноги на стол и крутя в пальцах карандаш. Прекрасно, просто прекрасно.       Вокруг меня снуют все такие уставшие, сонные, а я сижу и рассматриваю их поведение.       Тётка в очках, обладавшая очень противным голосом и огромным носом всё время кричала и делала замечание тем, кто работает за компьютерами. Парень, что сидит недалеко от меня, закрылся чьими то досье и положил голову на стол, погружаясь в сон. Отличная маскировка, возьму на заметку. Так делала наша училка в детдоме, она была явной алкоголичкой и на уроки приходила с бодуна.       — Привет.       На край стола села рыжеволосая девушка, со множеством веснушек на носу и под карими глазами. Я вскинул брови.       — Я Кэт, твоя напарница. – девушка протянула руку и склонила голову на бок.       Я проигнорировал рукопожатие.       — Напарница? – нахмурился я, не припоминая чтобы просил Мэттью о таком.       — Да. А тебе не говорили, что новичкам дают напарников, чтобы они помогли им освоиться?       Я отрицательно покачал головой:       — Нет. И я не нуждаюсь в напарнике.       — Ты перевелся из другого отдела? – прищурилась она.       Она меня начала раздражать. Эти её вопросы казались мне пустой тратой времени, я не под каким предлогом не разрешу ей ходить за мной хвостом и указывать на ошибки, к тому же, я не собираюсь выезжать на вызовы, спасать людей и тому подобное. Я здесь клерк. Просто сижу за компьютером. Сразу после того, как я найду дело Мэйсана Кинга и решу с ним дела, уволюсь и пойду своей дорогой.       — Нет.       Она только открыла рот чтобы выдать еще порцию вопросов, как я встал и сказал:       — Слушай, Кэт, у меня есть дела поважнее тебя, например, сходить отлить.       Я развернулся на пятках и улыбнулся, почувствовав, как накалился воздух от пара из её ушей.       Архив располагался слева по узкому коридору, таблички не было, зато была надпись чёрным маркером «Архив».       Я со скрипом открыл дверь и встретился лицом к лицу с темнотой. Долго водил рукой по стене в поисках выключателя и, наткнувшись, включил свет.       Лампочка под потолком заморгала и наконец остановилась, освещая комнату тусклым холодным светом. Здесь царил бардак похуже чем у меня в квартире. В воздухе витала пыль, папки и бумаги валялись на полу и на столе.       В таком беспорядке будет трудно что-либо найти. Наверняка, тот, кто должен тут убираться заболел болезнью лёгких и уволился. Я чихнул и бумаги, лежавшие на столе разлетелись в разные стороны.       Поняв, что одному тут не справиться я решил прибегнуть к помощи со стороны женского пола.       Я вышел из архива и завернул за угол. Оглядел участок и мой взгляд остановился на Кэт, стоявшей возле кофейного автомата. Она со злостью била по нему ногой и шатала из стороны в сторону.       — Кэт. – позвал я и коснулся её плеча. Она замерла после чего развернулась, скрестив руки на груди.       — Чего тебе? – спросила она.       — А ты разве не слышала?       — О чём ты? – нахмурилась Кэт.       — Объявили поиски серийного убийцы. Кто первый его найдёт тот получает двойной оклад и конечно же монетку в копилку с репутацией.       — И?       — И я подумал, что вдвоём мы справимся намного быстрее чем в одиночку. Я предлагаю начать с малого, например… - я задумчиво почесал подбородок и уставился в потолок. – с архива.       — С архива? – переспросила Кэт.       Я кивнул:       — Именно. Возможно, мы сможем откопать там что-нибудь очень важное по этому делу. Ты за?       — Нуууу...ладно. - она пожала плечами и пошла в след за мной. Я шёл быстрым шагом и Кэт с трудом удавалось меня догонять. - Как зовут этого маньяка?       Мы вошли в архив и остановились на входе. У Кэт отвисла челюсть от увиденного бардака.       — Мэйсан Кинг. - ответил я, пробегая глазами по коробкам на полках. Мало вероятно, что в них дела разложены по алфавиту.       — Мэйсан Кинг... Что-то знакомое...       — Возможно ты уже слышала от кого-то про него.       Солнце уже скрылось за горизонтом, и комната погрузилась в полумрак. Мне хотелось лишь одного: коснуться головой подушки и заснуть. Но я не сдавался и через триста тысяч зевков мы наконец смогли найти дело Мэйсана Кинга.       Я в этот момент разбирал бумаги на столе, как Кэт, сжимая пожелтевшую папку в руках, обернулась и передала её мне.       Она тонкая, всего в два чёртовы листа. Без сомнений у Мэйсана Кинга позволяет капитал вежливо попросить копа вырвать пару страничек из папки, да бы репутация хорошего дяденьки не была подорвана.       — Тут же нет толком информации. Это точно наш маньяк? – оперившись на стол, спросила Кэт.       Ноги уже не держали и Кэт рухнула на пыльный деревянный стул. Я мельком просмотрел внутренности папки и мне показалось что, на одной из страниц была дата «1999 год».       — Алло! Джон, ты здесь? – сказала Кэт и помахала рукой возле моего лица.       — А? Что? Да. Да. Я здесь. – я вышел из раздумий и растерялся, совершенно забыв план.       И снова, единственное решение – импровизировать. Достал из кармана телефон и приложил к уху.       — Алло. Да? Как? Уже поймали? Вы серьёзно? Ясно. Хорошо...конечно, обязательно передам. – сказал я и кинул взгляд на остолбеневшую Кэт.       Закончив имитировать звонок, я убрал телефон обратно в задний карман.       — Что случилось?       — Поймали. – коротко ответил я и быстрым шагом направился к двери.       — Кого поймали? - недоумевавшая Кэт поспешила за мной.       — Кинга.       Я почти бежал по коридору, пока Кэт пыталась прийти в себя и осознать всю свою наивность. Забежав в кабинет к брату, сел за стол и стал изучать дело. Хорошо, что Мэттью нет сегодня в участке, иначе бы Кэт было бы к кому идти с вопросами и конечно же с жалобой.       Первая страница с фотографией, кратким описанием и отпечатками пальцев. Всё как у всех. Перевернул лист и обомлел - 14 февраля 1999…в этот день убили отца и маму. Мэйсан Кинг первоначально проходил по этому делу как первый подозреваемый, после было доказано, что он был свидетелем и никакого отношения к убийству не имел.       …За маленьким круглым окном гремит гром и сверкают молнии. Мне никогда не было так страшно, как сейчас. За мной точно кто-то наблюдает. Я чувствую это сквозь одеяло. Оно не помогает. Под ним я не чувствую себя защищённым, как в крепости. Так всегда случается, когда я не дома. Всё теряет свой смысл. Одеяло – просто ткань, не дающая холоду коснуться тела, плюшевый мишка – кажется маленьким и совсем слабым, не похожем на защитника, пижама – просто одежда, выполняющая такую же функцию, что и одеяло, это никак не доспехи рыцаря. Я беззащитен и на меня в любой момент могут напасть монстры, которые обитают в шкафу и под кроватью. Слышу, как они скребутся и издают шорохи.       По ногам прошёлся холодок, и я быстро убираю их под одеяло, сворачиваясь калачиком. Только закрываю глаза, как из шкафа слышится шорох. Разомкнув веки, поднимаю голову, пытаясь разглядеть во тьме нечто подозрительное. Тишину пронзает гром, от чего я дёргаюсь и ещё крепче сжимаю одеяло, не переставая мысленно звать маму и папу.       Я всё не мог решиться пойти к ним. Расстояние от кровати до двери кажется огромным и если появится монстр я не успею добежать. Так я думал до раската грома, который заставил спрыгнуть с кровати и босиком, не оглядываясь выбежать в коридор. Долго не мог прийти в себя и решить куда идти: к брату или родителям. Вспомнил, как Джеймс жаловался на пинки и постоянные стягивания одеяла и ответ стал очевидным.       Судно раскачивается из стороны в сторону и меня швыряет от стены к стене. Кажется, что дверь в каюту родителей с каждым шагом становится всё дальше. Хорошо, что к стенам были прикреплены специальные деревянные поручни, за которые можно держаться во время ходьбы в шторм.       Чувствую облегчение, сделав последний шажочек.       — Мам, пап, в моей каюте монстры. Можно к вам? – стараюсь говорить не слишком громко, чтобы не напугать родителей.       В ответ тишина. Мне стало как-то не ловко. Мама с папой очень устали и наверняка хотят выспаться, а тут я со своими монстрами. Но и пойти назад я не решаюсь.       — Мам…Пап… - в дверной проём, чтобы было лучше слышно.       Прижимаю ухо к двери, прислушиваясь. Кроме шума волн ничего не слышу.       Принимаю решение войти и тихонечко прилечь возле них. Медленно проворачиваю холодную, как лёд ручку и толкаю дверь от себя. Застываю. К горлу подкатывает тошнота, дышать становится трудно, как будто лёгкие сжимают тисками. Пелена слёз затуманила обзор, но я видел… Я всё прекрасно видел…       — Джон! Какого чёрта ты тут делаешь? – до моего подсознания донёсся недовольный голос Мэттью.       Он стоял возле двери с голубой папкой в руке и с чашкой кофе в другой. Нахмурился, испепеляя взглядом.       Его появление было неожиданным, и я растерялся. Мысли в голове спутались и адекватные оправдания найти не получилось, пришлось пользоваться неадекватными:       — У тебя тут Интернет лучше ловит. – быстро закрыл дело и встал со стула, не поднимая глаз на брата. — Ужас! И это самый продвинутый участок! – возмущался я, быстрым шагом направляясь к двери. — Обязательно напишу жалобу!       Оказавшись за дверью, выдохнул и тыльной стороной ладони вытер со лба невидимый пот.       Я быстрым шагом направился к выходу и, проходя мимо камеры предварительного заключения, краем глаза заметил знакомое лицо. Минуту замешкавшись, я всё же обернулся и в лице девушки смог узнать Элис, ту самую странную из тюрьмы.       Сейчас она была больше похожа на проститутку: рваные колготки, чёрные латексные шорты и красный топ. А по лицу как будто асфальта укладчик проехал. Она уткнулась взглядом в пол и ничего не замечала вокруг, только изредка моргала.       Мне показалось что она под воздействием наркотических веществ, уж больно странный у неё видок.       Вспомнив о папке, зажатой в моей потной ладошке я пришёл в себя и решил поспешить, но тут Элис подняла взгляд на меня, прибивая к полу.       — Кого я вижу? – воскликнула она и заулыбалась. – Потерпевший или коп? – Элис прищурилась.       Я улыбнулся уголком рта и вскинул брови:       — А может подсудимый?       — Ну, я же и говорю «потерпевший». Потерпевший от рук этих бескультурных макак. – сказала Элис.       — Эй! Поаккуратнее!       Я ударил папкой по решётке, делая вид что её оскорбления меня зацепили, и я совсем не думал так же…       — Коп… Ну мне это подходит! – воодушевилась Элис.       — Подходит для чего? – спросил я.       Чокнутая замерла, опять уставилась в одну точку.       — Под наркотой что ли…? – спросил я самого себя. — Эй! Чокнутая! Ты что такая заторможенная? – обратился к ней. Муха ей на лоб села, а она даже взглядом не повела. — Что с Вами модам? Как тебя там… Элис, ты под чем?       Она вдруг вскочила и подбежала к решётке. Я от неожиданности сделал маленький шаг назад.       — Это так мило. Ты не забыл моё имя.       Я не знал, как реагировать на неё, на её поведение. Мои мысли скрутились в один большой клубок, и я понятия не имел за какую ниточку потянуть чтобы его распутать. Мэйсан Кинг, воспоминания, эта девчонка - мысли жужжали, словно рой пчел.       — Эм… - я замялся. - Ладно, мне пора.       Я уже развернулся, нацелив взгляд на железную дверь, как холодные пальцы коснулись моей руки и слегка сжали.       — Выпусти меня отсюда. – взмолилась Элис.       Мои руки вспотели ещё больше, можно было подставить ведро и потом напоить солёной водой всех в этом участке.       В голову пришла абсурдная идея выпустить её, но я потряс головой отгоняя от себя дурные мысли.       — Ага, сейчас. Только ключи достану. – усмехнулся я.       — Прошу тебя. Если ты меня освободишь, то я расскажу тебе как отомстить Мэйсану Кингу. Я знаю его секрет.       Я проникся интересом, но не достаточным чтобы идти на такой отчаянный шаг. Это всё равно что досмотреть свой любимый сериал, закончившейся на интриге и от большого интереса ехать на студию и красть сценарий.       — Нет. – ответил я.       Глаза девушки округлились, она хотела возразить, но не нашла нужных слов. Только открывала рот, как рыбка в аквариуме, пока я шёл к выходу.       Дома царил беспорядок. Я смог его сотворить за целых два дня. Он меня никак не смущал и мне не мешал, так что со срочной уборкой мог повременить.       Скинув на пол пустую коробку из-под пиццы, положил папку на стол. Заварил чашечку крепкого кофе, чтобы хоть как-то побороть сонливость и усталость.       Открыв всю ту же вторую страницу, я стал вчитываться в каждое слово.       По его показаниям он познакомился с миссис Смит и мистером Смитом на борту парохода в день их смерти. Порывшись у себя в памяти, не вспомнил никого, кто находился бы возле родителей, конечно кроме знакомых. Дальше Кинг утверждает, что в двенадцать ночи решил посетить каюту убитых, для того чтобы выпить в компании новых друзей, так как начался шторм и дойти до бара было невозможно. Открыв дверь, увидел парня в маске. Тот нанёс удар чем-то тяжёлым и скрылся.       Интересная история. Получился бы отличный фильм. Правда есть одно «но» - в ту ночь я не видел Мэйсана Кинга, да не только в ту, но и во все предыдущие.       В комнате были найдены биологические вещества, принадлежащие Кингу. Точнее не в самой комнате, а в коридоре перед дверью и на её ручке. По этому коридору проходили сотни человек и это не самые весомые доказательства для обвинения.       Я не мог успокоиться. Что-то не давало покоя. Примерно за двадцать минут до моего прихода убийца скрылся, оставляя лежащего Мэйсана и если верить его словам, то я должен был на него наткнуться, но этого не произошло.       Взялся за голову, пытаясь разложить всё по полочкам. Мэйсан Кинг точно врёт, но зачем ему это? Если он причастен к убийству, значит должен быть какой-то мотив, а если нет, то почему же он говорит не правду?       Ночь проходила ужасно. Кошмары возобновились и теперь казались ещё страшнее. В детстве воображение рисовало не настолько жуткие и отвратительные картины, способные вызвать тошноту и панический страх. Но в реалистичности они совершенно одинаковы. В этом сне родители постоянно мертвы, а похититель всегда менялся. В раннем возрасте это был клоун-убийца, позже человек в крови и с улыбкой до ушей и сейчас…это не просто персонаж фильма ужасов, а настоящий человек – Мэйсан Кинг. Он не был в страшной маске или с разукрашенным лицом, он был самим собой и это не делало его менее устрашающим. Особенно когда раз за разом стрелял маме в живот и грудь, пачкаясь в крови и жутко улыбаясь, получая от этого кайф.       Я проснулся весь в поту. В горле пересохло, а лёгкие будто тисками сжали. Вскочил с кровати и побежал распахивать окно. Свежий холодный воздух помог прийти в чувства, но перед моими глазами всё ещё было лицо матери, залитое кровью.       Сел на кровать, взявшись за голову, стараясь думать о чем-либо хорошем. И вместо безобразного лица родителя появилось другое, красивое, с большими зелёными глазами, чёрными волосами и очаровательной улыбкой.