Деньги не пахнут

- Ну, че тормозишь? – Алена потянула ее за руку. Ей явно не терпелось оказаться подальше от гостиной и поближе к кухне. – Дай ритуалу совершиться, - Аня уловила в ее голосе некую снисходительную иронию. Эдакий понимающий сарказм. - Какому ритуалу? – скрывая слишком явное любопытство, поинтересовалась она, торопливо следуя за «новой подружкой». - Воркуют бабки по вечерам, и мешать им не положено. Ну, знаешь, когда у старшей на зоне есть типа душевная подруга, когда вот они с ней чай садятся пить, то всем остальным к столу подходить не желательно, особенно малолеткам. Аня невольно округлила глаза. Нет, ничего этого она не знала. Она, конечно, тоже была обычной девочкой с района, но в тюрьме ей сидеть, слава богу, не доводилось. Хотя сейчас подобный опыт ей бы явно пригодился. Кажется, у нее уже возникли некие трудности с тем, как правильно «заезжать в хату». И эта внезапная Аленина разговорчивость. С чего бы вдруг? Ведь почти что прямым текстом… Но Аню смущала даже не излишняя откровенность давно работающей здесь горничной, ее смущало и коробило собственное странное любопытство. Ей до одури хотелось знать больше, и от этого было как-то противно. Фетиш на чужое ношенное белье – это было не про нее. - Голодная? – Алена довольно быстро перешла к насущному, и Аня кивнула, наконец вспомнив, что – да, очень голодная. Они зашли в кухню. Девушка щелкнула выключателем и картинно тяжело вздохнула. Помещение осветилось приятным теплым светом. Аня не торопясь осмотрелась. Просторно, но без фанатизма. Много дорогой техники, но все более чем практично и без ненужных наворотов. - Не, Валечка совок все-таки редкостный, - решила пояснить свой сокрушенный вздох Алена. - Вот все нормальные люди ей советуют «умный дом» себе забабахать. Ну вот хлопнуть щас в ладошки и все что надо засветится, а чего не надо выключится. Удобно же, блин, все для людей сейчас, лишь бы деньги были. А она говорит, мне нахуй не надо, чтобы дом умней меня был, - Алена возвела к небу голубые очи, а Аня едва заметно улыбнулась, потому что даже не сомневалась в том, что могла ответить Валентина Павловна. - Говорят, ненадежные все эти системы, да и в обслуживании неоправданно дорого, - ненавязчиво заметила она, чтобы как-то поддержать текущий разговор. - Да это понятно, - как-то слишком быстро согласилась Алена, видимо, отвлеченная детальным осмотром холодильной камеры. – Понты все это, конечно, но прикольно. Суп будешь? Если целый день не жрала, лучше жиденького тебе. - Буду, Ален, спасибо, - она не ела больше суток. В последнее время это стало обычным делом. Не видеть нормального мяса по несколько месяцев – тоже. То были плохие времена, но теперь будет лучше. Почти что мертвый оптимист внутри нее сиял какой-то маниакальной уверенностью. Он чувствовал, и она чувствовала – что-то менялось прямо сейчас, в этот самый момент. Алена бережно извлекла из холодильника совершенно обычную кастрюлю в горошек «назад в 70-е» и налила ей полную тарелку, чему никто не посмел препятствовать. Микроволновка загудела, и Аня невольно сглотнула слюну. - Слушай, ты вот так… совсем без вещей? – вдруг спросила Алена, без особого любопытства оглядывая вновь прибывшую коллегу по клинингу. – Тебя Пална чего, прям на улице сняла? – это звучало просто, беззлобно и как-то… обидно. При иных обстоятельствах Аня обязательно нашлась бы с достойным, изящным ответом, сейчас же не имело никого смысла строить из себя графиню де Монсоро. - Да хуже, если честно, - по-простому улыбнулась она, едва не махнув рукой. - Ого, интрига, - удовлетворенно протянула Алена, с небезызвестной интонацией «доктора Быкова». – Это как так-то? Микроволновка пискнула, и Аня наконец заполучила нежно-золотистый куриный суп и кусок какого-то безумно вкусного хлеба к нему. - Блин, во дает, - угорала Алена, дослушивая сию нетривиальную историю. Аня ела и рассказывала, с теплом в сердце вспоминая их кухонные посиделки с Любашей и те времена, когда дорога казалась такой широкой, а жизнь такой классной штукой. – А ты отчаянная. Камикадзе, я бы даже сказала, - Алена продолжала уссываться, однако не без ощутимого уважения. - Да я такая трусиха, если бы ты знала. Просто вот волной накрыло. Даже не сообразила, как, - совершено искренне оправдывалась Аня, с по-детски набитым ртом. - Тогда тебе вообще повезло. На моей памяти Палне хамил только один человек. Юлечка. Телка у нее была в позапрошлом году, - с удовольствием пояснила Алена, поймав на себе вопросительный взгляд. – Такая оторва. Тупая, зато понятий о себе. В общем, Пална ее прям из кровати за волосья вышвыривала в одних трусах… а бывало и без них. Мы тут такого насмотрелись, хоть на ютубе выкладывай. Один раз вообще, - она понизила голос и приблизилась к Ане, облокотившись на стол, - с лестницы ее навернула, со второго этажа. Мы думали все, конец фильма, сломала шею. Даже Александровна обосралась. Не за Валентину, как обычно, а за деваху. Кстати, норм она готовит, да? Как в санатории. Аня едва не поперхнулась и предпоследней ложкой супа, и пережитком информации. Да, здесь определенно царила своя «доверительная» атмосфера, от которой становилось жутковато. - Очень вкусно, - только и сумела выговорить она, чувствуя, как идеальный суп камнем ложится на дно желудка. – А ничего, что мы хозяйское едим? -Пфф, - Алена смачно хрустнула глянцевым яблоком. – А ты думала че, они лобстеров едят, а нам объедки на пол кидают, - она тряхнула будто бы ожившими каштановыми кудрями. – Тут с этим все по-человечески. Валя баба нормальная… в этом плане. Нас с тобой жрать сюда и отправили. Кстати, чайку будешь? - Да не отказалась бы, - Аня благодарно кивнула. - Ок. - Катерина Александровна все сама здесь готовит? – Аня невольно огляделась, словно боясь увидеть ее бледное, недовольное лицо прямо у себя за спиной. - Ага, - Алена кивнула, попутно доставая чашки. - Пална домашнюю кухню предпочитает. Гастрит у нее. Не, в ресторанах, понятное дело, тоже жрет, но очень осторожно, а дома табу – никаких мишленовских поваров. Вроде они какую угодно диету могут организовать, но ее бесит. Банкеты официальные все по кабакам заказываются. А дружеские и домашние застолья... ну, тут она и сама порой может у плиты повозиться. Они с Катькой очень крутые столы накрывают, когда Пална в соответствующем настроении. - Ален, ничего, что мы здесь вот так сидим? – Аню не покидало навязчивое ощущение, что за ней кто-то следит. Надо срочно выспаться. Нет, даже не так – надо срочно проспаться. - Праздность гоняем? – Алена вытащила из вазы с фруктами оранжевый узбекский лимон. – Так время-то двенадцатый час. Я ж Валечке честно сказала, что за целый день жопа моя стула не видала, - она бодро застучала зингеровской сталью по доске. - Блин, ты не представляешь, Анька, как я тебе рада. Ты уж извини, что я так по-простому, просто я уже выбирать начала – повеситься или уволиться. Не реально тут одной, сама потом поймешь. А насчет того, что чаевничаем, это не парься. Раз Катюха тут не суетится, значит, Пална ужинать отказалась. Кофейку они в кабинете попьют. А мы здесь чайку, - она обернулась и с добродушным лукавством подмигнула Ане. - И тебе спасибо, Аленочка, - от всего сердца поблагодарила Аня. - Я даже не надеялась, что мне здесь хоть кто-то слово хорошее скажет, кроме Валентины Павловны, - это была чистейшая правда. Она и впрямь не надеялась, уже приготовившись к постоянному, давлеющему обществу «управляющей». - О как. Кроме Валентины Павловны, значит, - пухлые губы Алены медленно растянулись в елейной ухмылке. – И много она тебе добрых слов успела сказать? – она поставила перед Аней ароматно дымящуюся чашку. И придвинула ей вазочку с конфетами. - Да не особенно, - Аня подула и скромно отхлебнула чай. Ее не так поняли. Надо привыкать и побольше помалкивать. Имя хозяйки здесь лучше не трепать «всуе». – И в своей оригинальной манере, конечно, но это было хоть как-то по-человечески. Опять же, пожалела меня, тут тоже трудно было ожидать. - Ладно, можешь не оправдываться, - Алена клала в чай пятую ложку сахара. – Шучу я. Но ты все равно… поаккуратней будь. У нас пока на «производстве» несчастных случаев не было. Кроме Юльки. Хотелось бы в том же духе. Разведенная? - Да, - Аня равнодушно кивнула. Даже слишком равнодушно. Она перестала и любить, и ненавидеть. Вроде бы здорово, но насколько же пусто и бессмысленно. Все ушло, а в сердце дырка от бублика. – Женщинами не интересуюсь.Это предвосхищая твой вопрос, - она тепло улыбнулась и пристально посмотрела на симпатичную, обаятельную девушку, уютно пьющую чай напротив нее. Это классное зрелище, но нет. Она не интересовалась женщинами. - Что ж, как говорит Пална «велком, хули», - они посмеялись и чекнулись чашками на общую удачу. - -