Эллин из поместья "Вальс осенних листьев"

У этого ресторана на тихой лондонской улочке не было звезд Мишлена; не было какой-то броской вывески, так и зазывавшей внутрь отведать яств, которые больше нигде не встретишь; к нему не вызывали полицию. Об этом ресторанчике на тихой улице знал очень узкий круг людей. Впрочем, и доступ был только у очень узкого круга. Там всегда тихо наигрывала живая приятная ненавязчивая музыка, не имеющая времени. Официанты были похожи на бесплотные тени, бесшумно появляясь в самый нужный момент и так же бесшумно исчезая. Но самое главное – в этом ресторане никто не видел других посетителей. В нем не было открытых столиков – только отдельные кабинеты, в которых зарабатывались состояния, терялись состояния, решались вопросы мирового порядка и экономики. Или делались предложения руки и сердца. Если нужны были конфиденциальность, комфорт и класс. И именно возле его дубовой двери с изящной кованой вывеской, на которой значилось название «Запределье» встретились две полные противоположности, как два негатива. Первый мужчина был обладателем платиновой гривы волос, имеющих тот цвет, которого невозможно было добиться даже в самом роскошном салоне под руками самого умелого мастера. Такой цвет давался самой природой. Светлая кожа, светлые глаза, светлый легкий костюм, светлая обувь. Из этой картины выбивалась только трость с серебряным набалдашником в виде змеи. Второй мужчина был его темным отражением. Одинаковым у них был только рост и светлая, даже белая кожа. В остальном второй мужчина был абсолютной противоположностью. Непроницаемо-черные глаза, густые, тяжелые, глянцево-черные волосы, выдающийся нос и глухой закрытый черный костюм. Остановившись возле двери, двое мужчин внимательно оглядели друг друга, а потом дружно хмыкнули. - Не специально, но идеально, - довольно искривил в улыбке губы Люциус. - Почему не в Мэноре? – глянул на вывеску Северус. - Если я позову их в Мэнор, кто-то мог отказаться. А такая срочная таинственность притащит их на аркане собственного любопытства быстрее, чем вызов, - довольно блеснул глазами Малфой. - Нам не пора? – опять глянул на вывеску Снейп. - Они уже должны быть внутри, а мы эффектно задерживаемся, что только придаст нам веса, - перекинул трость из одной руки в другую лорд, но, все же, нажал почти невидимую кнопку звонка. Бесшумно отворилась дверь из благородного мореного дуба, за которой их встретил молчаливый официант, тут же пригласив жестом следовать за собой. Пройдя погруженным в сумрак коридором, где их шаги глушил красивый даже в полумраке ковер, официант остановился возле одной из незаметных ниш и два раза коротко стукнул. Не дождавшись ответа, он отворил дверь и пропустил внутрь последних гостей. Кожа, бархат, серебро и хрусталь. Шоколад, кофе и теплая медь – эти цвета не раздражали глаза, не вызывали агрессию и просто призывали решить все словами. Может быть, именно благодаря такой обстановке и цветовой гамме Малфоя и Снейпа встретили только заинтересованные взгляды. Усевшись в два последних свободных кресла, мужчины переглянулись и дружно обернулись к ожидающему официанту. - Мне большой стейк средней прожарки с овощами, после него – апельсиновый чизкейк с чаем. И в течение пяти минут что-то съедобное, иначе я закушу здесь присутствующими. Люц, вино на тебе. - Мне как обычно, только вина три бутылки сразу и тоже что-то съедобное немедленно. - Вы чем занимались таким, что даже обычного куска мяса дождаться не можете? – насмешливо хмыкнул высокий мужчина, очень похожий на тролля. Выпуклые дуги бровей, глубоко посаженные глаза, обветренная кожа и массивная челюсть, густая шапка жестких черных волос – вполне вероятно, что где-то когда-то Флинты могли пересекаться кровью с этими тварями. - Меня выдернули прямо с завтрака, заставили вкалывать до обеда, вместо обеда я опустошился чуть ли не в ноль, а время уже почти к ужину, - вскинул насмешливый взгляд лорд Малфой на спросившего. - А я последний раз ел вчера за обедом, - развел руками Снейп. - Это как-то относится к тому, что нас так срочно выдернули в такое странное место таким странным письмом? – Нотт вытащил из кармана немного смятый пергамент и с чувством зачитал: «5.30 вечера, «Запределье», координаты прилагаю, одежда обычная, кто не пришел – сам идиот». В этот момент в дверь опять два раза стукнули и после двухсекундной паузы открыли. Два молчаливых официанта составили с подносов перед Малфоем и Снейпом несколько накрытых крышками блюд и тарелок. Ассорти всяких корзиночек, брускетт, канапе и нарезок вызывали слюноотделение одним своим видом. - Отлично, - благосклонно кивнул, как случайно выяснилось, завсегдатай этого заведения, Люциус. – Но с основным блюдом все же поторопитесь. За молчаливыми официантами закрылась дверь, а перед остальными веером легли листы пергамента. - Списки магглорожденных поступающих этого года, с адресами и координатами аппарации. - И зачем они нам? – изучающе посмотрел сначала на Снейпа, потом на бумаги, а затем – на Малфоя Нотт. - Потому что каждый из вас посмотрит на эти имена, сходит по этим адресам и потом оформит в Министерстве при моем посильном вкладе магическую опеку над одним из этих детей. Можете даже над двумя, все равно платить придется оптом, - криво и абсолютно непривычно ухмыльнулся на это сиятельный лорд. Еда перед ним и Снейпом исчезала с какой-то волшебной скоростью. - Малфой, на что же ты в ноль потратился? – задумчиво перебрал листы Нотт. - Как выяснилось, Лорд, что б ему на том свете икалось, оставил нам на хранение одну очень интересную штучку, которая меня чуть не прикончила, когда я ее в заклинательном зале попытался зарезать гоблинским оружием. Оружия нет, резерв ушел в ноль, а если бы я был чуть медленнее или слабее – то сейчас главой нашего Рода был Драко. - Ты уничтожил вещь Лорда?! – подался вперед Флинт. - Если у вас есть от него что-то – избавляйтесь, - кивнул Люциус головой, продолжая интенсивно поглощать свой перекус. Из-за того, что ему приходилось отвлекаться на вопросы, Северус управился куда быстрее и теперь косился на его порцию. - Люциус, ты так подавишься, - первой вчиталась в списки Эдера Забини. Вместо ответа Малфой нажал невидимую кнопку звонка и в заглянувшего официанта полетел другой приказ: - Можно даже не как обычно, а что там есть готового! Лишь бы немедленно! - Да, сэр, - невозмутимо кивнул с порога привычный ко всему официант и исчез за дверью с уже опустошенной посудой. Щедро плеснув себе в бокал вина, Люциус сделал большой глоток и встал, скидывая с себя пиджак и отправляя его на боковую кушетку. Глядя на него, свою верхнюю одежду снял и Северус, небрежно бросая ее поверх пиджака Люциуса. Вновь сев за стол, Люциус небрежным жестом расстегнул и закатал рукав сначала один рукав, затем второй. А потом протянул руку за листами в середине стола. И обнаружил себя практически лежащим на этом столе, когда его запястье оказалось в почти дробящем кости захвате, а над ухом раздался свистящий выдох: - КАК?! Возле спокойно сидящего Снейпа неизвестно как обнаружились упирающие свои волшебные палочки в его горло Нотт и Кребб, леди Забини и Паркинсон держали свои палочки боевым хватом и наблюдали за пришедшими, Гойл держал в поле зрения лежащего на столе главным блюдом лорда Малфоя, а Флинт стискивал одной ладонью запястье сиятельного лорда и пялился сумасшедшим взглядом на чистую кожу предплечья. Переглянувшись между собой, Нотт задрал рукав Снейпа, не обращая внимания, что с мясом выдирает пуговицу, и с замершим дыханием глядя на то место, где должна была быть Метка. И где ее не было. - Как? – первым отмер Паркинсон. - Джеррик, может, отпустишь? – с шальным весельем заглянул в чужие темные глаза лорд Малфой и с намеком пошевелил уже начинающими неметь пальцами стиснутой руки. Флинт отпустил чужую руку с таким видом, будто она его обожгла. Вскочившие со своих мест Нотт и Кребб уселись на свои места, однако напряжение в кабинете было таким, что его едва ли не потрогать можно было. Именно этот момент выбрала целая вереница официантов, чтобы принести заказы. Мгновение заминки, моментальная оценка текущей ситуации, и на стол начали бесшумно ставиться блюда с заказами. Когда Снейп протянул руку за списками, его опередил Флинт, передавая часть бумаг Эдере Забини. - Вы изучайте, изучайте, - кивнул Люциус на листы пергамента в чужих руках, хищно нацеливаясь на одуряюще пахнущее мясное нечто перед собой. Рядом с ним уже молча жевал Северус, которому в отличие от друга даже ужина не перепало. По его собственной вине, но все же. - Как связана Метка и эти списки? – внимательно просматривая строчку за строчкой, спокойным голосом спросила Эдера. - Кстати, - требовательно протянул руку Северус. Получив на руки списки, он уже на втором листе обнаружил то имя, которое искал и вычеркнул его призванной из брошенного на кушетке пиджака палочкой. - Знаешь, пожалуй, я тоже приложусь, - продолжая жевать, лорд Малфой быстро проглядывал имена одно за другим. Дойдя до последнего, он о чем-то задумался, а потом вернулся к одному из имен и вычеркнул его. – Этот мой. - Джастин Финч-Флетчли? И Эллин Вейл? – пятеро мужчин и единственная дама тут же посмотрели, кто привлек их внимание. – И зачем? - Цена, - коротко и жестко отрезал на этот вопрос Малфой. – У меня был почти целый день, чтобы хорошенько подумать. И знаете, мои выводы не обрадовали меня самого. Почему мы так легко пошли за Лордом? После воцарившейся паузы Нотт первым взял слово. - Потому что он предложил нам порядок. Тот порядок, какой должен быть. - Ага, - требовательно воскликнул на это Люциус. – И каким образом этот порядок должен был быть достигнут, и к чему в итоге все скатилось? - Ладно, насчет тебя, Эдера, вопросов нет. Все, кому надо, знают, за что ты отравила Александра. - Он не имел права подводить под метку моего старшего сына! – леди Забини вспыхнула адским пламенем гнева. – Мы сочувствовали, но держали нейтралитет! Если он так хотел кому-то служить – его право, но ставить под рабское клеймо МОЕГО сына он не смел! - А про нас вопросов нет. Мы встали на колени сами, - сжал кулак Люциус. - Ладно, но при чем тут опекунство, если ты называешь это ценой? Я прямо сейчас пойду по адресам, не вопрос, я слишком долго хочу свободы. Почему такая цена? – лорд Паркинсон внимательно читал списки. - Все упирается в этот самый порядок, - утолив первый голод, слово взял Снейп. – Я помню, как пришел учиться. Помню ваше ко мне отношение. Ни один из вас не протянул мне руку помощи, пока я не доказал вам свою полезность и силу. Кроме Люциуса, но тот тоже действовал не из-за моего личного обаяния, а потому что все Малфои – хитрожопые расчетливые сукины дети. - Я горд столь высоким признанием моего Рода, - хмыкнул на это сидящий рядом Люциус. - Дамблдор сидит в школе не просто так, - сделав вид, что реплики Малфоя даже не прозвучало, продолжил Северус. – У него есть доступ к самому ценному ресурсу Магического Мира. Дети. Любые дети. Магглорожденые, полукровки, чистокровные… И возможность формировать будущее общество. Вы, чистокровные, настолько замкнулись в своем превосходстве, ставя себя выше всех, считая свою кровь едва ли не божественной, но упустили из виду тот факт, что в богов однажды перестают верить. Вы считаете себя высшей формой существования, а всех остальных – грязью под ногами. Но нас больше. Нас, нечистокровных, попросту больше. - Каким образом это опекунство решит нашу проблему? – нахмурился Флинт, тоже внимательно просматривая списки имен. - Это построит мостик между нами и пришедшими в наш мир, - постучал пальцами по столу Люциус. – Северус прав. Мы замкнулись в своем крохотном мирке, упустив из виду обычных людей. Мы живем дольше, нам подвластно намного больше, поэтому мы живем неторопливо и так, как жили еще наши предки. А у людей не так. Я веду достаточно дел с ними, чтобы понимать, насколько мы от них… - Отстали? – подняла бровь Эдера. - Нет, - пару раз щелкнул пальцами Малфой. – Отличаемся. У них нет магии, у них намного короче жизнь, и куда более широкие амбиции. Вот они и решают их так, как могут. Меняя свой мир, свой темп жизни и свое мировоззрение так, как нам и не снилось. Нас устраивает тот темп, которым мы живем. Но для тех же магглорожденных – это отсталое Средневековье. Они привыкли к другим объемам информации, другой ее подаче, а самое главное – к совершенно другой структуре общества. И когда они приходят сюда, в наш мир, они сталкиваются сразу с двумя проблемами. Первая: полное отсутствие информации по новому миру. Второе: нежелание тех, у кого эта информация есть, ею делиться. В итоге при таком отношении они пытаются выстроить привычную им структуру мира, ломая архаичное, закоснелое и отсталое на их взгляд общество. А Дамблдор им в этом радостно содействует при полном нашем попустительстве. - Ты предлагаешь нам делиться Родовыми тайнами с грязнокровками? – неподдельно удивился Паркинсон. - Хьюго, тебе Метка жить не мешает? – оскалился в улыбке лорд Малфой. – Если нет, тебя никто не держит, выход вон он. - Люциус, подожди. Но ведь Паркинсон прав, почему мы должны радостно выкладывать все наши родовые наработки вчерашним дикарям? – впервые подал голос Гойл. - Где и когда вы услышали, что я вам предлагаю именно это? – взглянул на своего вассала лорд Малфой. – Ничего подобного. Это опекунство как раз таки и предполагает обратное. Понимание магглорожденными, что равных в нашем мире просто нет. - Обычаи, традиции, само происхождение, понимание, почему и для чего некоторые вещи, разница в происхождении, а, следовательно – и в силе, - прикрыла глаза Эдера. – Вот про какой мостик ты говоришь. - Надо признать, что среди магглорожденных тоже встречаются самородки. Та же Эванс, - на этой фамилии Люциус быстро взглянул на непроницаемое лицо Северуса. – Неизвестно, какой ребенок родился у нее и Поттера, но что ей предлагали Ученичество в Чарах – это факт. Да и сам Поттер при всей его… дурости, магом был не из последних. - Ну, он был чистокровным, - рассеянно заметил Джеррик Флинт, вычеркивая сразу два имени. - Девочки? – заглянул ему через плечо Нотт. - Почему бы и нет? – заметил на это Флинт. – Если такова цена свободы… не столь уж она и велика. В чем-то Малфой прав. Во многом мы виноваты сами. И в том, что все вышло так, как вышло, и в нашей дурной репутации, и во вседозволенности Дамблдора. - Северус, зачем тебе девочка? – задал вопрос Кребб, обнаружив, что вычеркнутое Снейпом имя – девичье. - Потому что. Я единственный из нас всех нахожусь в Хогвартсе на постоянной основе и имею возможность хоть немного контролировать ситуацию. Я ее знаю. И отдавать директору категорически не согласен. Поэтому ее опекунство – мое. У Дамблдора есть Поттер, вот пусть им и занимается. - Снейп, в чем дело? – поднял на зельевара недоверчивые глаза Нотт. – Ты – и вдруг опекун ребенка? Да еще и магглорожденной? - Она – это ключ к свободе, - после долгой паузы все же неохотно произнес Снейп. – Но опять же – ключ с подвохом. Мне повезло, я ей чем-то понравился, но не факт, что понравитесь вы. И я уже сказал основную причину, почему я взял на себя ее опекунство: я единственный из нас всех, кто находится в школе неотлучно и имеет возможность реагировать немедленно. Я наизнанку вывернусь, но на Гриффиндор она не попадет. Достаточно того, что там будет учиться Поттер. - А вдруг Слизерин? – поднял брови Джеррик. - Мальчик-Который-Выжил и на Слизерине? – как на пустое место глянул в ответ Северус. – Ты себя слышишь? Кто ему это позволит? На Слизерине думать надо, мозгами шевелить, а директор очень не любит, когда его пешки умеют думать. Такие или героически погибают, или… - на скулах проступили желваки, ясней ясного показывая, что бывает с теми, кто умеет думать и не хочет умирать. - Но как-то же мы должны повлиять на ситуацию, - нахмурился Паркинсон, копируя себе три адреса. - Забудьте! – сидящих обдало ледяной волной магии от несдержавшегося Малфоя. – Все наши силы должны быть направлены на наших подопечных и мисс Эллин Вейл. Самая большая драгоценность в школе – это она, а не какой-то там Поттер. Драко получит самые жесткие указания делать вид, что такого ученика в Хогвартсе нет. Что бы там не придумал директор на его счет, мы будем чисты, и ни при чем. Всем ясно? Мы – столпы общества, искупившие свои старые грехи и теперь усердно наставляющие юные умы о реалиях того мира, в который они попали. Не больше. - Только мы? – посмотрел на сюзерена Гойл-старший. – А как же остальные? - Роули – только под жесткую клятву, где он только дышать свободно сможет, - немедленно отреагировал лорд Малфой. – Под такую же клятву Пиритсов, Руквуда и Селвина. Фенрира валить, эта бешеная псина запросто испортит нам все. Мальсибер, Макнейр, Эйвери, – этих можно освободить и так. С Пьюси поговорить, и уже по итогам решать, так или под клятву. Трэверс, Яксли и Джагсон – этих ненормальных в расход с Сивым. Слишком любят кровь и боль. - У меня еще один вопрос. Кто-нибудь когда-нибудь видел на собраниях Лорда Сириуса Блэка? – задумчиво потер подбородок Снейп.