Пленница

      Вики чувствовала, как мир качается вокруг неё. Каждое движение отдавалось болью в конечностях, кровь слабо приливала к запястьям, возвращая ощущение иголок под кожей. Но хуже всего был он. Его руки удерживали её. Тёплые, сильные, они не позволяли ей упасть, но в то же время не давали шанса вырваться.       Пальцы сжали её талию крепче. Она вздрогнула, пытаясь инстинктивно отстраниться, но силы предали её. Она злилась. На себя. На него. На всё. Но самое страшное — она ненавидела свою слабость в этот момент. Мальбонте наблюдал за ней. С насмешкой. С интересом. С удовлетворением. — Как же тебе не идёт беспомощность, Вики. Она зарычала, пытаясь вырваться, но он удержал её одной рукой, а другой обхватил её подбородок, вынуждая посмотреть в его глаза. — Не дергайся. Ты всё равно не сможешь убежать. Она не ответила. Она знала, что это правда. Но это не значило, что она сдастся. Мальбонте наклонился ближе. Губами едва коснулся её виска, заставляя её дёрнуться от отвращения. — Хочешь ли ты признать, что я был прав? Она промолчала. Нет. Никогда. Но её тело уже проигрывало. Ноги дрожали. Дыхание сбивалось. Он чувствовал это. Он видел это. И он наслаждался этим. Мальбонте резко разжал пальцы, и она рухнула на пол, обессиленная, тяжело дыша. Камень был холодным, он жёстко впился в колени, но она не подала вида, что ей больно. Он медленно опустился перед ней на корточки, кладя руку на её голову, словно на игрушку. — Ты не хочешь признавать своё место. Её руки сжались в кулаки. — Но рано или поздно ты поймёшь, Вики. Он поднял её за подбородок, заставляя встретиться с его тёмными глазами. — Ты уже здесь. Ты уже моя. И ты примешь это. Она хотела ударить его. Она хотела сказать, что он ошибается. Но когда её губы дрогнули, язык не нашёл слов. Потому что он не врал. Она действительно была здесь. Она действительно была его пленницей. И её тело действительно больше не подчинялось ей. Но её воля ещё была жива. Она подняла голову выше, встретив его взгляд с вызовом. — Я никогда не буду твоей, Мальбонте. Он усмехнулся. И этот смех заставил её кровь закипеть. — Ты так уверена?       Он резко поднял её, но на этот раз не заботливо. Её спина ударилась о стену, холод и боль пронзили кожу, но она не издала ни звука. Он склонился ближе, его глаза почернели, губы дрогнули в ухмылке. — Ты принадлежишь мне.       Ты узнаешь, что это значит. И прежде чем она успела выкрикнуть протест, он развернулся и ушёл, оставляя её на полу.       Вики дрожала. От злости. От бессилия. Она не могла этого допустить. Она не позволит ему победить. Но как? Как бороться, если у неё больше нет сил? Она подняла взгляд. Запертая дверь. Та самая комната. Она должна была найти способ победить его. Но какой ценой?

***

      Вики сидела на полу, её спина всё ещё ощущала холодную твердь стены, а руки дрожали от усталости и унижения. Он снова победил. Она ненавидела это. Она ненавидела себя за то, что не смогла выстоять. Но это ещё не конец. Я не позволю ему сломать меня. Она повторяла эти слова снова и снова, но чем больше она убеждала себя, тем отчётливее понимала правду. Я теряю контроль. Дверь скрипнула. Она вздрогнула, сердце ударилось о рёбра. Но она не подняла взгляд. Она не хотела видеть его лицо. Он медленно подошёл, его шаги были ровными, размеренными. Не торопился. Наслаждался этим моментом. — Ты выглядишь жалко.       Она не ответила. Он ждал. Она не поднимала голову. Она не хотела видеть его триумф. Мальбонте медленно опустился на одно колено перед ней, пальцы легко скользнули по её щеке. Она отпрянула, но сил вырваться не было. — Ты так долго пыталась сопротивляться… Он слегка наклонил голову, наблюдая за ней. — Но каждый раз, Вики… Он провёл пальцами по её подбородку, вынуждая посмотреть на него. — Ты возвращаешься туда, где твоё место. Её кулаки сжались. Она не сдастся. Но её дыхание предало её. Она была истощена. Он поднялся, на этот раз не трогая её. — Я могу оставить тебя здесь. Он посмотрел вниз, оценивающе. — В одиночестве. В темноте. Пока ты не осознаешь свою ошибку. Она подняла на него взгляд, полный ненависти. Ты не заставишь меня просить. Но он усмехнулся, будто прочитал её мысли. — Или… Она почувствовала, как в груди сжалось. — Ты сделаешь то, что я скажу. Она хотела сказать "Нет". Но её горло пересохло. Его глаза сверкнули. — Решай.       Она не могла быть здесь одна. Она знала, что если он запрут её здесь, её собственный разум начнёт ломаться быстрее, чем любая пытка. Она не могла позволить себе сдаться. Но она знала, что он больше не оставит её безнаказанной. Что он хочет? Что он задумал? Она с трудом поднялась на ноги. Ноги дрожали, но она выдержала. Ты не получишь моего страха, ублюдок. Она не сказала ни слова. Но сделала шаг вперёд. Он довольно улыбнулся. — Хорошая девочка.       Мальбонте подвёл её к кровати. Она остановилась. В груди вскипала паника. Что он собирался сделать? Она чувствовала угрозу в воздухе. Но не отступила. Он повернулся к ней лицом, руки завязал за спиной, наблюдая за ней с удовлетворением. — Ты устала сопротивляться, Вики. Она не ответила. Но он видел это в её глазах. — Ты даже не представляешь, сколько у тебя впереди испытаний. Он подошёл ближе, и она инстинктивно отступила назад. Но ей некуда было идти. Я не могу показать страх. Я не могу поддаться ему. Но когда он наклонился, его голос стал шёпотом: — Ты станешь моей. И в этот момент она осознала, что сопротивление становится всё тяжелее.

***

      Вики сидела на кровати, её тело не слушалось, голова кружилась от усталости, а руки дрожали от напряжения. Я устала…       Грудь судорожно вздымалась, в висках пульсировало от накатившей усталости. Её мысли путались, эмоции разбегались в хаосе, сопротивление требовало сил, которых уже не было. Я не могу больше… Она подняла взгляд и наткнулась на него. Он стоял, сложив руки за спиной, наблюдая. Ждал. И в этом ожидании было что-то невыносимо страшное. — Ты выглядишь… опустошённой.       Он произнёс это спокойно, будто констатируя факт. Она сжала кулаки, но пальцы отказались слушаться. — Я дам тебе шанс. Он подошёл ближе, нависая над ней, тёмные карие глаза смотрели прямо в душу. — Ты можешь закончить это прямо сейчас. Её дыхание сбилось. — Ты можешь принять своё место.       Он наклонился ближе, его голос был бархатистым, тёплым, но несущим в себе абсолютную власть. — Скажи это. Она проглотила сухой комок в горле. — Я… Голос сорвался. Не говори. Не поддавайся.       Но её тело больше не могло бороться. Её разум тянул её в бездну. Он тянул её в бездну. Но, может быть… Может быть, эта бездна была спасением? Если я перестану бороться… он перестанет ломать меня. Если я приму это, он прекратит издеваться.       Она затрепетала, не зная, что сказать, что делать. Он склонился ближе, его дыхание коснулось её щеки. — Скажи это, Вики. Она закрыла глаза. Это всё… Это конец… И её губы дрогнули. — Я… принимаю.       Наступила гробовая тишина. Мальбонте не двигался. Он просто смотрел на неё. А затем… Он улыбнулся. Тонко. Опасно. Самодовольно. Он выиграл. Я сломалась… Вики знала это. Она проиграла. И самое страшное — в этот момент она почувствовала облегчение.

***

      Вики ощущала пустоту. Она сказала это. Она признала себя подчинённой. И теперь перед ней распахнулись двери в новый кошмар. Она больше не могла сопротивляться. Но что ждало её дальше? Мальбонте наблюдал за ней. Он видел каждое её движение, каждый вздох, каждый проблеск эмоций. Он знал, что она сдалась. Но теперь была её очередь доказать это. Он не спешил. Он давал ей прочувствовать момент. А затем спокойно произнёс: — Я рад, что ты наконец поняла, где твоё место.       Вики не ответила. Но вздрогнула. Отвращение. Страх. Принятие. Смешанный коктейль эмоций разрывал её изнутри. Мальбонте подошел и снял веревки с ее запястий, которые и так были в следах от оков и протянул руку с стеклянной склянкой с густой тёмной жидкостью. — Выпей. Вики встрепенулась. Она бросила на него подозрительный взгляд. — Что это? Он не моргнул. — Это проверка. Она замерла. Как далеко он готов зайти? Но на самом деле вопрос был в другом. Как далеко готова зайти она?       Она не двигалась. Пульс отдался в висках. Она хотела отказаться. Но она знала: отказ — это поражение. Ты уже сказала, что принимаешь это. Ты не можешь отступить. Её пальцы дрогнули, когда она взяла склянку. Жидкость переливалась густыми оттенками фиолетового, отливая чем-то тёмным. Она медленно поднесла её к губам. — Молодец.       Голос Мальбонте был почти ласковым. И именно это пугало её сильнее всего. Первый глоток обжёг горло. Она подавилась, но не остановилась. Сделала ещё один. И ещё. Жидкость растеклась по телу огненной волной. Её кожа покрылась мурашками. Что-то изменилось. Мир смазался. Её дыхание участилось. Тело стало отзывчивым… слишком отзывчивым. Что это было? Что он со мной сделал? Она встрепенулась, но он просто наблюдал за её реакцией. Она не могла остановить жар, разливающийся по венам. Каждое касание воздуха на коже казалось острее. Каждое движение отзывалось чем-то непонятным, чем-то пугающим. Она перехватила его взгляд. Он видел это. Он знал, что это зелье делает с ней. Она почувствовала себя загнанной в ловушку. Но было поздно. Она уже выпила его. Мальбонте наклонился ближе. — Теперь ты начнёшь понимать.       Его голос раздался прямо у её уха, заставляя её вздрогнуть. Он коснулся её щеки, пальцы тёплые, уверенные. И её тело отозвалось. Она вздрогнула, в ужасе от того, что чувствует. Она не хотела этого. Но что-то внутри неё уже не слушалось. Это зелье… Оно… меняет меня. Он улыбнулся. Он видел её борьбу. Он знал, что она сражается с самой собой. И именно это доставляло ему удовольствие. — Ты будешь делать то, что я скажу. Она сжала зубы. Она хотела сказать "нет". Но её тело… Её тело уже не слушалось.

***

Жар разливался по телу медленно, почти обволакивающе. Сначала это было просто лёгкое покалывание под кожей, затем странное чувство жара, подступающего изнутри. Вики вцепилась пальцами в ткань на коленях, пытаясь взять под контроль дыхание, но сердце предательски билось в бешеном ритме. Что он со мной сделал?.. Она подняла взгляд на Мальбонте. Он наблюдал. Спокойно. Уверенно. Видел каждое изменение в её состоянии. И ему нравилось это видеть. — Расслабься, Вики. Она резко вскинулась, бросая на него полный ярости взгляд. — Что… ты… сделал?! Голос дрожал. Не от страха. От чего-то более опасного. — Я просто немного помог тебе прочувствовать ситуацию.       Его голос был бархатистым, тёплым, слишком спокойным и даже кажется немного манящим и притягивающим. Она потрясла головой, пытаясь прогнать туман в сознании. — Ты… ты ведь знал, что это зелье сделает со мной!       Он наклонился ближе, его пальцы легко прошлись по её запястью, и она почувствовала, как её кожа предательски отозвалась. — Конечно, знал.       Мальбонте выпрямился, убирая руки. Она всего на мгновение испытала облегчение, но затем почувствовала раздражающую пустоту. Чёрт… — Теперь тебе предстоит испытание. Его голос был ровным, холодным, но в нём скользила усмешка. — Ты примешь всё, что я скажу. Она хотела сказать "нет". Она хотела бросить ему в лицо, что не сломалась. Но её грудь вздымалась слишком часто, дыхание было сбито, мысли путались. Она знала, что её тело больше не принадлежит ей самой. Он развернулся, делая шаг к столу, где стояла ещё одна тёмная склянка. Её сердце дрогнуло. Ещё одно зелье? — Ты будешь выполнять мои приказы, Вики. Он снова повернулся к ней, держа стеклянную бутыль в руке. — Или тебе придётся почувствовать последствия. Она застыла. В комнате воцарилась мёртвая тишина. Она видела, что он ждёт. Шаг вперёд, и я потеряю себя. Но шаг назад… и я покажу, что он победил.       Вики всхлипнула, вцепившись ногтями в кожу на руках, её собственное дыхание казалось ей чужим. — Ты хочешь бежать, но знаешь, что некуда.       Мальбонте смотрел прямо в неё, его тёмные карие глаза отливали чем-то хищным. — Чем дольше ты сопротивляешься, тем хуже тебе будет. Она дрожала. Она понимала. Её границы рушились. Но в ней ещё горел огонь. Я не твоя игрушка… Я не буду твоей. Никогда. Она подняла подбородок и, наконец, прошептала: — Ты никогда не получишь полного контроля надо мной. Он улыбнулся. Но это не была улыбка победителя. Это была улыбка хищника, который знает, что добыча уже в ловушке, но ещё не осознала этого. Он поставил склянку обратно на стол. — Мы посмотрим, Вики.       Мальбонте неторопливо скользил ладонями по ее телу, касаясь едва ощутимо, почти дразняще. Его пальцы начинали путь от изгиба шеи, чувствуя, как быстро там пульсирует кровь, как сбивается дыхание, и медленно спускались ниже — вдоль ключиц, по рукам, по изгибам ребер, пока не достигли внутренней стороны бедра. Он двигался так лениво, так уверенно, будто знал каждую слабость ее тела, каждый миллиметр, который отзывался на его прикосновения.       Вики сжала зубы, из последних сил удерживая себя от дрожи. Ее кожа предательски отзывалась на этот контакт, каждый мускул напряженно ждал следующего движения. Ей хотелось отстраниться, хотелось отвергнуть этот зов, но тело отзывалось иначе. Оно жаждало этих прикосновений, этих движений, этих пауз, в которых рождалась пытка ожидания. Мысли в ее голове спутались, цепляясь за жалкие остатки здравого смысла, но они таяли с каждой секундой. Я… я хочу его.       Это признание пронзило ее, как удар хлыста. Страх вспыхнул внутри, холодной волной пронесся по позвоночнику, но не смог заглушить того, что начало зарождаться глубже — в ней самой, в том месте, которое до сих пор принадлежало только ей. Она не могла этого хотеть. Она не могла жаждать человека, который неделями доводил ее до грани, ломал, играл с ней так жестоко.       Но Мальбонте знал. Он всегда знал. Все его действия были выверены, каждая секунда была рассчитана. Он ждал, терпеливо наблюдая, как она сопротивляется, как борется, как растрачивает последние силы, — потому что знал, что в конце концов она будет сломлена. Он довел ее до изнеможения, и теперь, когда она была беспомощной, когда даже мысль о сопротивлении вызывала усталую боль в мышцах, он дал ей зелье. Зелье, которое не просто подчиняло ее волю, но делало большее — заставляло хотеть быть в его руках. — О чем задумалась, Непризнанная? Его голос был низким, насыщенным, с оттенком безразличного любопытства. Он ухмыльнулся, зная ответ заранее. — Иди ты к черту… — прохрипела Вики, но в голосе не было силы, лишь слабый, последний отблеск сопротивления.       Мальбонте рассмеялся, его рука скользнула к ее шее, сжимая ее легко, но достаточно, чтобы она ощутила его силу. Она не могла пошевелиться. Даже если бы захотела, ее тело просто не отозвалось бы. Он смотрел ей в глаза, глубоко, изучающе, словно видел там все — страх, ненависть, желание. — Я же говорил тебе, Вики, ты станешь моей. Хочешь ты этого или нет. Его пальцы сильнее сжали ее горло, и в глазах сверкнуло что-то опасное, темное, всепоглощающее. — И это еще не конец. Придет день, когда ты сама будешь умолять меня об этом. А может… — он наклонился ближе, теплое дыхание обожгло ее кожу, — может, этот день уже настал?       Она задыхалась, но не ответила. Мальбонте наслаждался этим моментом. Его вторая рука лениво потянулась к ее бедрам, сильные пальцы легко раздвигали их, но он не спешил. Он не касался того, чего она ждала больше всего, — он тянул момент, растягивал пытку. Он хотел видеть ее лицо. Он хотел читать каждую эмоцию, каждую вспышку внутренней борьбы. Вики дрожала. Но не от страха. Не от него. От себя. Потому что ей было страшно не то, что сделает он. А то, что сделает она. Ведь сейчас в ней не было страха. Не было ненависти. Было только одно — жгучее, поглощающее желание, которое она больше не могла отрицать. Оно прожигало ее изнутри, оставляя лишь сбившееся дыхание и горящее тело, которое больше не принадлежало ей.       Вики была в ловушке. Не в той, которую можно разорвать. Не в той, откуда можно вырваться, просто приложив силу. Она была заперта в собственном теле. Оно не подчинялось ей больше. Оно предало ее. Оно дышало быстрее, чем нужно. Оно замирало от каждого его движения. Оно откликалось на его голос, его прикосновения, его взгляд. — Ты чувствуешь это? — Мальбонте склонился к ее уху, его губы почти касались кожи, но не дарили ей даже этого мимолетного касания. Она закусила губу, не желая отвечать. — Не хочешь говорить? — усмехнулся он, пальцы сильнее сжались на ее шее, лишая ее кислорода на одно, два, три удушающих мгновения, прежде чем ослабить хватку.       Он наклонился ближе, проводя губами вдоль линии ее челюсти, едва касаясь, но достаточно, чтобы вызвать новую волну дрожи. — Не страшно. Я и так знаю ответ. Вики закрыла глаза, силясь собрать себя по кусочкам. Это зелье. Это просто зелье. Это не я. Это не мое желание. Но даже в мыслях эти слова звучали неправдоподобно. Это ты, Вики. Это всегда была ты.       Она почувствовала, как его рука, та, что держала ее бедра, с легким нажимом скользнула вверх по внутренней стороне. Не спешно, с намеренной неторопливостью, даря ей осознание каждой пройденной секунды. Он не касался того, чего она жаждала, но она все равно выгнулась навстречу, не в силах контролировать рефлекс. Мальбонте замер, и она почувствовала его улыбку, даже не видя ее. — Вот видишь, — его голос был не громким, но пронизывающим, пропитанным чем-то более темным, чем просто власть. — Ты уже приняла это. Она мотнула головой, попытка сопротивления была слабой, жалкой. — Нет… — Нет? — он медленно наклонился, его губы зависли над ее шеей, так близко, что она чувствовала тепло его дыхания. — Тогда скажи мне: ты не хочешь этого? Скажи. Просто скажи. Это просто одно слово. "Нет".       Она открыла рот, но воздух застрял в горле. Она не могла. Потому что это было бы ложью. Мальбонте не двинулся дальше. Он просто держал ее, его пальцы едва касались ее кожи, его взгляд пронзал ее насквозь. Он наблюдал. Ждал. Он не нуждался в грубой силе — он знал, что нет большей пытки, чем та, что рождается внутри нее самой.       Вики дрожала. От желания. От страха перед этим желанием. Он подождал еще немного, будто давая ей шанс. Шанс выбрать. Но выбора у нее никогда не было.       Мальбонте медленно отстранился, наблюдая за ней с едва заметной улыбкой. — Я дам тебе то, чего ты жаждешь. Но только когда ты сама попросишь меня об этом.       Он не спешил уходить. Наслаждался каждой секундой её внутренней борьбы. Вики чувствовала, как её сердце с силой ударяется о рёбра. Её дыхание было сбито, тело горело от накатившего жара, но она всё ещё боролась. Мальбонте скользнул взглядом по её лицу, словно запоминая каждую эмоцию, каждый проблеск сопротивления, который она тщетно пыталась удержать. Затем он отступил назад, оставляя её с этой пустотой внутри.       Он подошёл к массивной деревянной стойке у стены и провёл пальцами по ряду флаконов с различными зельями. Выбрав одно, он поднял его на свет, наблюдая, как густая жидкость переливается в стекле. — Ты уже признала, что будешь моей, Вики, — произнёс он, даже не оборачиваясь.Её тело напряглось. — Я не… — она осеклась, слова застряли в горле. Мальбонте развернулся, держа склянку между пальцами. — Ты хочешь продолжать бороться? — он шагнул ближе, медленно, уверенно, словно знал, что отступать ей некуда. — Или ты готова принять реальность? Вики сжала зубы. — Это не реальность. Это… — Это неизбежность, — перебил он её, наклоняясь ближе. — Ты можешь сопротивляться ещё какое-то время, но мы оба знаем, чем это закончится. Он аккуратно взял её запястье, ощущая, как под его пальцами пульсирует кровь. — Если ты не выпьешь, — его голос стал ниже, насыщеннее, проникая в самое её сознание, — я дам тебе ещё больше испытаний. Но не таких, как прежде. Ты почувствуешь их по-другому. Вики сглотнула, чувствуя, как её тело снова предаёт её. — И я уверен, что в таком состоянии тебе будет гораздо сложнее устоять и наконец ты сломаешься, но какой ценой... Он протянул ей зелье. — Сделай свой выбор, Вики.       Она смотрела на него, её сердце колотилось в бешеном ритме. Она знала, что он играет с ней. Он не вынуждал её. Он просто создавал условия, в которых выбор казался очевидным. Пальцы непроизвольно сомкнулись вокруг холодного стекла. — Выпей, — его голос был бархатистым, манящим.       Она сделала глубокий вдох и подняла склянку к губам. Первый глоток был терпким, горячим, обжигающим изнутри. Она закрыла глаза, чувствуя, как зелье разливается по её венам, растапливая последние границы. Когда она открыла глаза, он уже улыбался. — Умница. И хоть Вики было очень страшно от того, что ее ждет, она не понимала какое зелье он еще ей подсунул, она понимала выбора у нее нет, как и сил продолжать сопротивляться, она понимала, что большего уже не выдержит.

***

      Как только зелье стекло по её горлу, Вики почувствовала его эффект. Сначала это было похоже на лёгкий туман в сознании. Мысли становились вязкими, будто их окутала мягкая, но неумолимая пелена. Затем пришло тепло, разливаясь по телу, делая его расслабленным, отзывчивым. Словно каждый нерв был пробуждён и обнажён для ощущений. Она зажмурилась, цепляясь за последние проблески воли. Я всё ещё могу сопротивляться. Я должна.       Но когда она попыталась поднять руку, её тело не откликнулось. Паника вспыхнула внутри, но прежде чем она успела осознать всю глубину происходящего, раздался его голос. — Посмотри на меня.       Её веки дрогнули. Он не повысил тон, не приказал жёстко. Его слова прозвучали спокойно, лениво… но она поняла, что не может ослушаться. Медленно, как будто кто-то невидимый направлял её, она подняла голову и встретилась с его тёмными глазами. Мальбонте усмехнулся, легко, словно предвкушая что-то. — Хорошая девочка.       Вики вздрогнула от того, как её тело отреагировало на эту похвалу. Тепло в груди стало сильнее, почти мучительным. — Чувствуешь, да? — он провёл пальцами по краю её щеки. — Как зелье переплетается с тобой, проникает в каждый уголок твоего сознания? Она хотела ответить «нет». Хотела отвернуться. Но её тело стояло недвижимо. — Встань на колени. Вики затаила дыхание. Она не хотела. Я не сделаю этого.       Но её ноги дрогнули, а затем… послушно подкосились. Она оказалась на коленях перед ним. Ужас вспыхнул внутри. Стыд опалил кожу. Это не её выбор. Она не согласна на это. Но её тело больше не принадлежало ей. Мальбонте медленно провёл пальцами по её волосам, словно изучая каждое движение, каждую эмоцию на её лице. — Хорошая девочка, — повторил он. Слова отзывались внутри неё слишком странно. Они не должны были ей нравиться. Но от звука его голоса что-то тёплое разливалось внутри. Она зажмурилась. — Ты ненавидишь это, правда? — его голос был низким, почти вкрадчивым. Она стиснула зубы, но ничего не сказала. — Но твоё тело говорит за тебя. Он прав. Она чувствовала это. Её дыхание участилось, каждый нерв стал сверхчувствительным. Она была уязвима, но в то же время не могла с этим бороться. — Положи руки на колени. И снова она подчинилась. Каждое его слово становилось реальностью. Она не могла сопротивляться, даже если бы захотела. Нет… не так… Мальбонте наблюдал за ней с удовлетворением. — Ты ещё не осознаёшь, но это не наказание, Вики. Он склонился ближе, его голос был почти ласковым. — Это освобождение. Она знала, что это ложь. Но почему тогда её тело отзывалось на его слова так легко? Она дрожала, сражаясь с самой собой. Но война уже была проиграна.       Вики тяжело дышала, чувствуя, как её тело подчиняется каждому его слову, даже когда разум пытался сопротивляться. Она чувствовала тепло, разлившееся по венам, чувствовала, как мысли путаются, становясь мягкими, как воск в его руках. Мальбонте медленно наклонился к ней, легко, почти ласково проведя пальцами по её подбородку, заставляя вновь встретиться с ним взглядом. — А знаешь, почему я сразу не воспользовался этим зельем, хотя мог?       Его голос был низким, проникновенным, затягивающим, как шелковые путы. Она не ответила, лишь крепче сжала челюсти. Он наклонился ближе, его дыхание коснулось её щеки. — Потому что эти зелья действуют только тогда, когда в глубине души ты сам жаждешь того, что я предлагаю       Её сердце сжалось в панике. Нет. Это не так. Это невозможно. Но тепло, растекающееся по телу, её реакция на каждое его слово… всё говорило об обратном. Она замотала головой, пытаясь избавиться от этого наваждения. — Я… я не… — Не хочешь? — его голос был пропитан насмешкой. — Тогда почему ты до сих пор не сопротивляешься? Она хотела возразить, но её губы дрогнули. — Потому что зелье… оно… — Оно только раскрывает то, что уже есть в тебе. Он улыбнулся, зная, что каждое его слово проникает в её разум, оставляя след. — Ты можешь продолжать отрицать это, Вики, — он скользнул пальцами по её плечу, затем ниже, по руке, легко, почти заботливо, — но твоё тело уже сделало выбор. Она зажмурилась. Это неправда. Это зелье. Это всё зелье.       Но её дыхание сбилось, сердце стучало быстрее, а внутри разрасталась борьба — борьба, в которой она больше не была уверена, за что именно сражается. Мальбонте медленно выпрямился, убирая руки, но не отходя. — Я не заставляю тебя, Вики. Я просто открываю перед тобой двери.       Её глаза дрогнули, она посмотрела на него в упор, с вызовом, но и с затравленной искрой сомнения. Он поднёс руку к её щеке, легко коснулся, не удерживая, не давя. — Вопрос в том, — его голос стал почти ласковым, — войдёшь ли ты? Она задержала дыхание, осознавая, что стояла на краю пропасти. И что самое страшное… часть её действительно хотела шагнуть.       Вики пыталась отвернуться, но он всё ещё держал её подбородок, удерживая её взгляд в ловушке. — Ты можешь продолжать бороться, но мы оба знаем правду. Его пальцы медленно скользнули по её коже, не сжимая, не принуждая, но напоминая о его присутствии. — Ты слушаешься меня не из-за зелья, Вики. Её сердце бешено колотилось. — А из-за того, что внутри тебя всегда было это желание. Она сжала кулаки, но её тело больше не могло лгать. Мальбонте выпрямился, глядя на неё сверху вниз, оценивающе. — Теперь встань. Медленно.       Она почувствовала, как мышцы сами откликаются, выполняя его приказ. Её руки дрогнули, когда она поднялась с колен, но сопротивляться было бесполезно. Она смотрела на него с гневом, с отчаянием, с чем-то, что сама не могла до конца осознать. Он медленно обошёл её, словно оценивая её стойкость. — Теперь… — он наклонился ближе, его губы почти касались её уха. — Сними с себя этот лишний груз. Её дыхание сбилось. — Ч-что? Он усмехнулся. — Я не прошу тебя раздеться, Вики. Пока. Он лениво скользнул взглядом по её телу. — Но мне кажется, эта верхняя одежда слишком мешает тебе расслабиться. Сними её.       Вики стиснула зубы. Она знала, что у неё есть выбор. Но её тело знало, что он был иллюзорным. Её пальцы дрогнули, прежде чем потянулись к застёжке. Стыд накрыл её с головой. Она осталась в одном нижнем белье Она сделала это. Она подчинилась.       А Мальбонте лишь наблюдал, довольный тем, как легко её разум разрывался между сопротивлением и тем, что он открывал в ней. — Хорошая девочка.       Эти слова снова вспыхнули внутри, оставляя жаркий след. Вики зажмурилась. Она не хотела знать, что он скажет дальше. Но часть её, которую она пыталась заглушить, ждала этого с замиранием сердца.       Она чувствовала, как воздух в комнате стал гуще, тяжелее. Одежда, от которой она избавилась по его приказу, будто оставила её ещё более уязвимой. Кожа горела не от холода, а от осознания — она подчинилась. И хуже всего было то, что её тело не сопротивлялось. Оно слушалось. Почему? Она не знала, чего ждёт дальше. Мальбонте медленно провёл взглядом по её фигуре, но не дотронулся. В этом был весь он — ему не нужна была физическая сила, чтобы заставить её почувствовать себя подвластной. — Вот так, — его голос был низким, спокойным, вкрадчивым. — Намного лучше. Он снова начал обходить её, медленно, лениво, наслаждаясь каждым мгновением её напряжённости. — Ты чувствуешь это, Вики? Она не ответила. — Как легко твои границы рушатся. Она стиснула зубы. — Ты думаешь, что борешься. Но я вижу правду. Он остановился у неё за спиной, настолько близко, что его дыхание касалось её кожи. — Теперь ещё одно. Она задержала дыхание, но не обернулась. — Сядь. Она вздрогнула, но её тело уже знало, что сделает. Медленно, почти неосознанно, она опустилась обратно на колени. Её лицо вспыхнуло от стыда. Мальбонте усмехнулся. — Послушная. Слово пробежало по её коже электрическим разрядом. Она закрыла глаза, ощущая, как её гордость кричит внутри, но тело… тело реагировало иначе. — И теперь, Вики… Он наклонился ближе, его голос прозвучал почти ласково: — Скажи мне, как сильно ты ненавидишь себя за то, что поддаёшься.       Она сжала кулаки. Слова застряли в горле. Он знал, что они там есть. Он знал, что она уже не сможет их не произнести. И он ждал.       Вики чувствовала, как воздух сдавливает её со всех сторон. Каждое слово Мальбонте становилось каплей, разъедающей её изнутри. Она сидела на коленях, опустив голову, пытаясь собрать себя по кусочкам, но её тело больше не подчинялось ей. Она слышала его дыхание — ровное, спокойное, уверенное. Он знал, что сделал с ней. Знал, что её сопротивление больше напоминает последние всплески умирающего пламени. — Ну же, Вики, — его голос был низким, тёплым, но нес в себе власть. — Скажи. Она стиснула зубы, сражаясь с собой, но губы дрогнули. — Я… Не говори. Не признавай. Но слова сами сорвались с её языка. — Я ненавижу это… Тишина. Мальбонте медленно обошёл её, заставляя снова встретиться с его взглядом. В его глазах плескалось нечто хищное, но он не торопился. — Что именно ты ненавидишь, Вики? Она хотела отвернуться, но его пальцы легко скользнули под её подбородок, не принуждая, не сжимая, но не давая ей сбежать. — Того, что я делаю с тобой? — он наклонился чуть ближе. Она не ответила. — Или того, что тебе это нравится? Грудь болезненно сжалась. Она зажмурилась, будто это могло помочь скрыться от правды. Нет. Это зелье. Это не я. Но его голос разрезал тишину, уводя её всё глубже в эту игру. — Признайся, Вики. Она чувствовала, как тепло разливается по её коже. Чувствовала, как её дыхание становится слишком частым. Просто скажи. Это ничего не изменит. Но изменит. Потому что, если она скажет это, то разрушит последнюю границу, за которую цеплялась. Он не торопил её. Он знал, что она сдастся. Он видел это в её глазах. Она сглотнула. Голос дрожал, но прозвучал в тишине яснее грома. — Я ненавижу… что хочу этого. Её сердце замерло, а затем бешено забилось. Мальбонте улыбнулся. Он выпрямился, давая ей несколько секунд, чтобы прочувствовать собственные слова. — Хорошая девочка. И именно эти два слова сломали её больше всего.