Мой лучик света.

      Всю ночь Антон провел в компании коньяка и сигарет. Буквально за пару часов он выкурил почти целую пачку. Весь алкоголь, имеющийся в квартире Шастуна, парень выпил. Под утро, когда ноги полностью отказали держать его в вертикальном состоянии, он, не раздумывая ни секунды просто упал на пол и уснул беспокойным сном.       Разбудила его вибрация телефона прям под самым ухом. Шастун недовольно пробурчал что-то себе под нос, и даже не открывая глаз сбросил вызов. Отложив смартфон в сторону, он попробовал снова уснуть, но кто-то, не переставая, звонил уже пятый раз. Антона это вывело из себя. Хотелось кинуть этот телефон в стену, но на покупку нового не было денег.       Антон рад бы включить режим полёта, чтобы его не беспокоили, но веки были тяжёлыми, и для того, чтобы открыть их, нужно приложить немало сил, а Шастуну лень. Также, головная боль была невыносима, и парню казалось, что если он разомкнёт глаза, то она ещё больше усилится. Когда Антон уже сбился со счета, сколько звонит этот номер, он решил всё-таки поднять трубку. — Блять, мне вообще по хуям, что у тебя произошло, но можешь перестать мне звонить! Голова раскалывается пиздец! — Выпаливает Антон. — Антон. — Шастун подрывается с пола и распахивает глаза.       Блятьблятьблятьблятьблятьблять!       Тело мгновенно реагирует на резкую смену положения: мышцы отдают тупой болью, по голове будто бы бьют молотками, перед глазами все резко потемнело и Шастуна повело в сторону. Антон предотвратил падение тем, что вцепился правой рукой за край стола. Парень невольно простонал от боли, но в тот же момент закусил и без того искусанную губу, чтобы больше не издавать этот жалобный скулеж побитой собаки.       Звонил ему Арсений. Антон на всякий случай убрал телефон от уха, и посмотрел на экран. Там высветился номер Попова и название контакта «Sugar Daddy». Только сейчас Шастун понял, насколько тупо было записать его именно так. — Антон, почему ты ещё не на работе? — Арсений говорил тоном типичного начальника. — И… Ты в порядке? — Голос предательски дрогнул.       От этого у Шастуна внутри все свернулось в тугой ком. Он тонет в Арсении. Тонет в его взгляде, жестах, голосе, внешности, запахе… Абсолютно во всём. Каждый раз, когда парень видит, слышит, думает о нём, Попов ещё больше западет в душу. Его даже тисками не вытащишь, а если всё-таки это удастся, то обязательно выдернут и сердце. Настолько Арсений укоренился в сознании Антона. — Я… — Голос дрожит. — Я… Всё нормально. — Всё что может сказать Антон.       Язык заплетается, голос тихий и больше похож на хрипение, руки трясутся, ноги подкашиваются. Для того, чтобы успокоиться, Шастун вышел на балкон и закурил. Все действия сопровождались тишиной, доносящейся из трубки телефона. Когда первые затяжки были сделаны и в лицо дунул холодный поток воздуха, парню стало немного лучше. Голова была словно налита свинцом, виски пульсировали. — Если всё нормально, то не вижу причин для твоего прогула. — Антон успел уже забыть про Попова, поэтому вздрогнул из-за внезапного голоса и подавился дымом. — Через полчаса чтобы был у меня в кабинете. — Строго выговорил Арсений. — Но… — Давай, возьми яйца в кулак и возрази ему! Хватит уже делать так, как хочет он! — Ладно… — Слабак. — Я засёк. — Раздаются гудки. — Заебись блять. — Шастун выбросил сигарету и вернулся в квартиру.       Поэтому тебя все предают, потому что никчёмный слабак. Не можешь никому возразить, ни на что не способен, только и делаешь, что ноешь. Антон, ты жалок.       Для успокоения Антон полез за новой сигаретой, но оказалось, что во время разговора с Поповым он выкурил последнюю. Шастун попытался ровнее дышать, но лишь сильнее сжимал кулаки и впивался в кожу ладони короткими ногтями. Правая рука не могла полноценно сжаться в кулак из-за запекшейся крови.       Ты никому не нужен, смирись. Ты никогда не почувствуешь себя любимым. Кто сможет полюбить такого никчёмного парня как ты!       Снова прилив ненависти на самого себя, и левый кулак летит в стену. Затем ещё и ещё. Костяшки были разбиты в кровь, а на обоях оставались багровые капли. Выпустив пар, Шастун глубоко вдохнул и направился в ванную. Там он обработал обе руки, почистил зубы, плеснул ледяной водой себе в лицо и забинтовал раны. Теперь его руки были покрыты белой марлей, и выглядели довольно пугающе.       Надев какую-то первую попавшую толстовку и джинсы, Антон закинул в рот таблетку от головы. Взяв наушники, новую пачку сигарет, зажигалку, он вышел из дома.       За ночь Шастун принял решение, что стоит расстаться с Ирой, так как давал девушке ложные надежды ради собственной выгоды. Подло пользовался Кузнецовой. Сегодня он планировал прекратить эти фальшивые отношения.       Под сопровождением сопливых песен и зажатой между пальцами сигаретой, Шастун за двадцать минут добрался до офиса. На улице было всего +3°, а Шастун шёл по улице в одном худаке. Прохожие смотрели на него как на сумасшедшего, и сильнее кутались в свои куртки. Антону настолько было плевать на всё, что он даже не замечал, как немеют его конечности.       Шастун заходит в офис и его встречает удивлённый взгляд Иры. Она в одно мгновение преодолела расстояние между ними и повисла у него на шее. — Зайчик, ты же сказал, что заболел… — Она прикоснулась губами к его лбу, проверяя наличие температуры. — Ты весь дрожишь! Будешь чай? Я сейчас сделаю! — Ира наконец-то отлипла от Антона. — Нет. — Резко ответил Шастун, когда наконец-то опомнился. — Я ненадолго, Попов вызвал. — Сухо сказал Антон. А у самого внутри всё разрывалось от того, как она за него переживает. — А… Ну хорошо. — Она подошла ближе и посмотрела в глаза таким преданным взглядом, что у Антона в голове совесть забила тревогу.       Антон смотрел сквозь неё. Заметив приближающийся силуэт Арсения, Шастун на автомате притянул к себе девушку и поцеловал её так чувственно, как только мог. Мозг сразу же нарисовал образ Попова, его губы, взгляд, черты лица. — Шастун! — Это был тот самый холодный тон Арсения, из-за которого у Антона по спине всегда бежали мурашки, каждый раз, когда он слышал его. — Быстро. Ко. Мне. В. Кабинет! — Жёстко отчеканил слова Попов. — Нам потом нужно будет серьезно поговорить. — Ира поменялась в лице, но через секунду улыбнулась и согласно кивнула. — Хорошо. Я тебя подожду. — И ещё раз чмокнула Антона.       Отстранившись от девушки, Антон посмотрел на неё, и получив от неё кивок, мол: «Иди, а то от него пиздов получишь», хоть Шастуну не требовался этот жест, он сдавленно улыбнулся и пошёл в сторону кабинета. Арсений шел следом, при этом бурча себе под нос явно что-то недовольное, что именно парень не услышал, да и он не пытался. Ему было куда интереснее, зачем Попов его позвал к себе. Обычно он просто не придавал должного значения прогулам Антона и тем более никогда не вызывал к себе так.       Жопой чувствую, что-то тут не так. И мне это заранее не нравится. Может развернуться и уйти домой?       Шастун повернул голову и встретился с тёмным взглядом Попова. Желание уйти мгновенно испарилось. Только сейчас Антон заметил на лице Арсения ссадину на скуле и разбитую губу. Кулаки мужчины были сжаты, а брови были сведены к переносице. Парень отвернулся обратно, и до самой двери смотрел себе под ноги.       Зайдя в кабинет, Арсений сразу же сел к себе за стол, а Антон продолжал смотреть в пол, не решаясь посмотреть на него. Руки он завёл за спину, и максимально натянул рукава, для того чтобы спрятать бинты. Он переминался с ноги на ногу и кусал свои губы. Находится в одной комнате с Поповым для Шастуна было настоящей пыткой. — Ну и чего ты там встал? — На удивление голос Попова был спокойным. — Садись, поговорить нужно. — Шастун поднял стеклянный взгляд на мужчину.       Говорить Антон не хотел, по его мнению, разговаривать было не о чём. Он видел всё своими глазами. Что может сказать Попов? Начнёт оправдываться или поступит как его бывшая? В любом случае, парню до сих пор было больно слышать приятный голос начальника. — Нам не о чём говорить… Всё и так понятно. — Шастун снова уставился в пол. — Да-а-а? — Протянул Попов, продолжая сверлить Антона взглядом. — И что же тебе, кот, понятно? — От этого обращения Антона как будто облили холодной водой, ком подкатился к горлу, а в глазах защипало. — Хватит меня так называть! — Неожиданно для самого себя крикнул Шастун. — А не хочешь мне объяснить, что, блять, происходит? — Попов встал со своего места. — Какого хера ты стал меня избегать?! У тебя настолько сильный перегар, что от него можно опьянеть! Также от тебя воняет сигаретами прям как от пепельницы! И, в конце концов, что у тебя с руками, почему они все перебинтованные?! Я вообще молчу про твой внешний вид! — Арсений перешёл на крик и стал медленно подходить к парню, словно хищник, который вот-вот кинется на свою жертву. — Не ваше дело. — Прыснул Антон и поднял пустой взгляд на Попова. — Серьёзно?! — Арсений подошёл почти вплотную. — Да. — Шастун продолжал гипнотизировать Арсения, запрещая себе и на секунду отвести взгляд в сторону.       Как только жалкое расстояние между ними было преодолено Поповым, Шастун сделал шаг назад и упёрся в дверь. — Почему ты уходишь от меня? — Хоть Арсений пытался сохранить холодный тон голоса и серьёзное выражение лица, но его глаза выдавали его с потрохами. Потерянный, полный вопросов взгляд. Впервые Антон видел его глаза такими. Шастун провёл языком по сухим губам и сглотнул вязкую слюну. — Почему ты избегаешь меня? — Арсений не подходил, смотрел своими омутами прямо в душу Антона. — Не притворяйтесь дурачком, Вы сами всё знаете. — Шастун сдался и отвёл взгляд в сторону. — Нет, кот, я ничего не знаю и не понимаю. — Спокойный, ровный голос. — Объясни мне, пожалуйста, что с тобой происходит… — Арсений взмолился Антону. — Конечно же, Вы ничего не понимаете! — Антона распирало от внезапной злости. — Вы, Арсений Сергеевич, мудак, а я наивный дурачок, который поверил, что его может кто-то по-настоящему полюбить и не предать! — Выпалил парень на одном дыхании.       Шастун развернулся на пятках и дернул ручку двери, но она не поддалась. Арсений до этого предусмотрительно её закрыл. Антон услышал сзади приближающиеся шаги. Сильные руки Попова обхватили тело парня и заключили в крепкие объятия. Мужская грудь прижалась к спине Антона. Это прикосновение обжигало кожу. Всё внутри Шаста сжалось до размера атома. В нос ударил запах одеколона. Парень забыл, как дышать. Он слышал сбитое дыхание Арсения. — Отпустите меня! — Закричал парень, пытаясь вырваться из рук начальника, хотя внутри Антон хотел утонуть в этих прикосновениях. — Не отпущу, пока не расскажешь, почему ты решил, что я тебя предал и не люблю по-настоящему. — На самое ухо прошептал Попов. От этого у Антона по спине пробежал табун мурашек, размером с лошадь. — В-вы целовались с тем уёбком… — Голос дрожал, и Антон начал говорить шёпотом. — Я-я сам видел… — Арсений отстранился от Шастуна.       Антон поёжился, так как без Попова стало так пусто и холодно. Шастун наконец-то сделал вздох. Арсений взял парня за локоть, резко развернул к себе и прижал к стене, ставя руки так, чтобы Шастун никуда не ушёл. Теперь их лица были в каких-то жалких сантиметрах друг от друга. Парень рвано выдохнул, он не решался посмотреть на мужчину. — Глупый. Это было не по моей воле… — Арсений взял подбородок Антона.

***

— Сенька-а, привет! — В кабинет без стука ввалился парень.       Арсений поднял свой взгляд на пришедшего. Он ещё пару раз моргнул, надеясь, что это всего лишь плод его фантазий, и что на месте парня никого не было, но, увы, этого не произошло. — Кирилл, не называй меня так. — Сухо сказал Попов, недовольный тем, что вообще когда-то связался с этим парнем. — Зачем ты сюда пришёл? — Кирилл ухмыльнулся и подошёл к столу Арсения. — Вот та-ак ты встречаешь своего любимого парня? — Кирилл опёрся руками на стол Попова и заглянул ему в глаза. — Кирилл, ты прекрасно знаешь, что я тебя никогда не любил и не люблю по-настоящему. — Арсений старался сохранять холоднокровье. — Ага, конечно. — Парень хищно улыбнулся. — Я вообще сюда пришёл не для того, чтобы с тобой в очередной раз сраться. — Он сел на край стола и скрестил руки на груди. — Как ты прекрасно знаешь, мой любимейший отец хочет, чтобы я продолжил его бизнес, но я не горю этим желанием. — Арсений молча сидит и лишь иногда кивает в знак того, что он слушает. — Ну и я хочу улететь в Америку, там мне как раз предлагают вакансию — фото-модели. — Попов перевёл свой взгляд на парня. — Замечательно. — не особо эмоционально сказал Попов. — От меня ты чего хочешь? — Арсений поднял одну бровь. — Можешь дать мне пятьдесят тысяч? — Теперь обе брови Арсения поползли на лоб. — Я верну. — Добавил Кирилл. — Пообещай, что после этого ты от меня на всегда отвяжешься. — Арсений откинулся на спинку стула.       Кирилл растерялся, явно не ожидая такой реакции. Пару минут потупив взгляд в стену, видимо, взвешивая все «за» и «против», кивает в знак согласия. Теперь уже Арсений улыбается, попутно переводя на счёт парня ровно пятьдесят тысяч. Он уже хотел с ним попрощаться, как тот неожиданно выдает: — И последнее, перед тем, как я исчезну из твоей жизни, пойдём. — Кирилл вышел из кабинета, не дав Попову сказать и слова.       Арсений опешил, поэтому не сразу пошёл за парнем. Когда до него окончательно дошло, он поплёлся за ним. В толпе работающих людей Попов сразу же нашёл светлую макушку, на душе мгновенно разлилось тепло. Ускорив шаг, для того чтобы нагнать Кирилла, мужчина даже не заметил, как Шастун поднялся со своего места и подошёл к двери начальника.       Выйдя на улицу, Арсений проследовал за Кириллом в какой-то переулок. Когда Попов хотел открыть рот для того, чтобы спросить, для чего они сюда пришли, парень прижал его к стене, не давая пошевелиться. — Кирилл, ты чего, блять, творишь?! — Рыкнул Попов, на это парень лишь сильнее прижался своим телом к телу Арсения. — Попов, я знаю, что тебе это нравится, зачем ты лишний раз пытаешься состроить из себя такого неприступного? — Кирилл дышал прямо в губы, это у Арсения вызвало сильное отвращение. — Мне. Это. Не. Нравится. — Чётко прорычал Попов, отделяя каждое слово. — Охотно верю. — Парень прошёлся языком по шее Арсения.       Этот жест Попов не смог стерпеть, он ударил парня в грудь. Тыльной стороной ладони стёр дорожку слюны и скривился от отвращения. Кирилл прорычал что-то нечленораздельное и с новой силой впечатал Арсения в стену. Мужчина больно ударился затылком.       Не успел он сказать и слова как парень заткнул ему рот настойчивым поцелуем. Он попытался просунуть свой язык сквозь плотно сжатые губы Попова, но после неудачной попытки, Кирилл стал кусать их и с силой сжимать ягодицы Арсения. Попов, проскулив от боли, взял в свои руки все имеющиеся силы, оттолкнул парня и ударил его кулаком в нос. — Ты совсем охуел? — Раздражённо крикнул Попов.       Он начал сильно тереть свои губы, для того, чтобы стереть этот мерзкий поцелуй с них. Как жаль, что из памяти это так быстро не убрать. Кирилл тем временем принял устойчивое положение и сплюнул на асфальт кровь. Он ухмыльнулся, слизывая с губ остатки крови, при этом держась за свой распухший нос. — Скажи ещё, что тебе это раньше не нравилось. — Кирилл подошёл ближе к Попову. — Нет. — Кирилл моментально поменялся в лице и сейчас он выглядел потерянным. — И не надо так удивляться, ты всегда знал, что я с тобой был только по контракту. — Арсений сейчас был очень зол.

***

— А после этого всего я уехал домой, но потом я вернулся, чтобы обсудить наш с тобой поцелуй, и узнав от Иры, что ты ушёл, я снова домой поехал. — Антон смотрел сквозь Попова, но при этом он его внимательно слушал. — Честно признаюсь, когда я тебе написал, я был не в самом трезвом состоянии. — Арсений сделал шаг назад, опустил глаза и убрал руки в карманы джинсов.       Антон смотрел в никуда и обдумывал всё сказанное Поповым. Шастун не знал, говорит ли мужчина правду, или же умеет настолько искусно врать. С другой стороны, он рассказывал всё это так искренне. Нормально мыслить мешало желание выкурить хотя бы одну сигарету.       Парень сфокусировал свой взгляд на Арсении и наклонил голову вбок, для того, чтобы заглянуть в глаза ещё раз. Попов, почувствовав на себе взгляд Шастуна, посмотрел на него из-под опущенных ресниц, не решаясь поднять голову. Заглянув в эти сапфиры, Шастун убедился в том, что всё сказанное начальником — чистая правда. В них читалось даже сожаление за произошедшее. Также в глазах присутствовал какой-то страх, но Антон не понимал, чего боится Попов.       В кабинете была звенящая тишина, но никто не хотел нарушить её. Каждый был погружен в свои мысли. Им обоим было о чём подумать. — Кот… — Мягкий голос вывел Антона из некого транса. — Ответь, пожалуйста, на один вопрос, но… — Арсений сделал паузу, подбирая нужные слова. — Ответь честно. — Попов говорит осторожно, будто боясь озвучить свой вопрос. — Да… — Антон кивнул. — Хорошо. — Всё… всё, что ты с собой сделал, это… это из-за меня, да.? — Арсений не боится задать вопрос, он боится услышать ответ. Хоть он заранее знает его, но всё равно надеется на иной.       Антон молчит. Он обдумывает свой ответ. В голове Шастуна крутились всевозможные варианты, но придумать ничего не получается, поэтому Антон слабо кивает. Арсений помрачнел ещё больше, развернулся к парню спиной и отошёл к окну.       Шастун продолжает стоять как вкопанный, не в силах пошевелиться. Он смотрит на спину Попова. Антон знает, насколько плохо выглядит, именно поэтому он избегал все зеркальные поверхности. Парень ненавидел себя за то, что сделал с собой. — Прости… — Если бы в кабинете не было такой тишины, Антон бы не услышал шёпот Попова. — За что… За что Вы извиняетесь? — Так же тихо спросил Антон. — За всё, Антон, за всё… — Арсений провел рукой по лицу. — Если ты хочешь, мы можем свести наше общение на нет. — Голос Попова дрогнул, выдавая его страх. — Нет! — Слишком громко крикнул Шастун. Арсений повернулся к Антону лицом. — Как Вы не понимаете, я ведь… — Парень осекается, но взяв себя в руки продолжает. — Я ведь не могу без Вас, я люблю Вас, Арсений Сергеевич. — Выпаливает Шастун.       У Арсения от удивления брови поползли вверх, а рот слегка приоткрылся. Антон бегал глазами по лицу Попова. Он в два шага преодолел расстояние между ними, и пока парень не начал жалеть о сказанном, заключил мужчину в крепкие объятия. Антон провёл носом по шее Арсения, вдыхая запах тела вперемешку с одеколоном.       Только сейчас, когда Антон прижимается всем телом к Арсению, он понял, как сильно скучал по нему. Шастун вдыхает родной запах, и как можно дольше не выдыхает. Он продолжает жаться к Попову, чувствуя, как по телу расплывается до дури приятное тепло и неописуемая радость. Начальник также прижался к парню. Антон никогда до этого не был настолько счастлив, как сейчас.       Арсений отодвинулся от Шастуна при этом не расцепляя кольцо объятий. Он пристально смотрел в глаза парня, при этом слегка хмурясь. Антон на секунду теряется, и не может понять, что послужило такой быстрой смене эмоций. — Что-то не так? — Антон смотрит так же пристально, ищет в глазах напротив ответы на свои вопросы. — А с Кузнецовой у тебя что? — Сухо, с металлическими нотками в голосе, сказал Арсений и отошёл от Антона на шаг.       Антон оцепенел от страха. Слова эхом звучали в ушах. Слишком рано Шастун решил, что у них с Поповым всё наладилось и стало как прежде, даже лучше. Жизнь в очередной раз показала парню то, насколько он глуп.       Молодец, Шастун! Просто супер! Доволен?! Хоть бы раз в своей никчёмной жизни сделал что-то правильное! Ты только и умеешь, что портить своим близким людям жизнь! Арсений не по своей воле целовался с тем парнем, а ты специально, да ещё и на его глазах.       Собрав все мысли в кучу, Антон делает глубокий вдох. Сжав кулаки, от чего правая ладонь отозвалась отрезвляющей болью. Сглотнув ком в горле и в который раз облизнув губы, Шастун заглядывает в глаза Попова и начинает говорить: — Я хотел Вам толстовку отдать, пошёл в Ваш кабинет, когда Кирилл вышел, но Вы к тому времени уже ушли. — Шастун сильнее сжал кулаки. — Я пошёл вниз, покурить, ну и заодно спросить у Кузнецовой, кто был этот парень. Она мне в чувствах призналась и предложила встречаться. — Арсений слушал монолог парня и не перебивал его. — Я ответил, что подумаю, но я тогда ещё с Вами, Арсений Сергеевич, хотел поговорить о нас. И вообще мне Ира даже не нравится! — Воскликнул он. — Когда я вышел и увидел вас в переулке, у меня весь мир рухнул, так как Вы не первый… — Антон осёкся, понимая, что сказал лишнего. — В каком смысле, «не первый»? — Арсений скрестил руки на груди. — Не важно. — Он опустил взгляд в пол и продолжил повествование. — Я вернулся в офис, и вроде бы в обморок упал, потом, когда очнулся, я с Серёгой ко мне поехали, он мне ещё водки купил. — Шастун разжал кулаки. — Ну и так как Серёга не пьёт, я в одного бутылку выжрал. Матвиенко меня спать уложил и уехал. Я из-за Вашего сообщения проснулся, ну и ответил сначала Вам, разозлился на Вас и на себя. Потом курить пошёл, чтобы успокоиться. — Парень не решался поднять глаза — боялся. — Ну и в мой пьяный разум пришла охуенная идея, согласиться на отношения с Ирой. Я это сделал для того, чтобы Вы почувствовали то, что почувствовал я. Я думал, что Вы мной просто попользовались и выкинули как какую-то ненужную вещь… — Антон поднял глаза. — Арсений Сергеевич, я же сегодня при Вас сказал ей, что нужно будет серьёзно поговорить. — Попов согласно кивнул. — Так вот, я хотел и хочу с ней расстаться. Мне самому от себя противно, что просто использую Кузнецову.       Хоть выражение лица Попова осталось неизменным, в глазах что-то поменялось. Взгляд слегка смягчился, и Арсений даже смотрел на парня как-то по-другому, чем минуту назад. — С руками что? — Он кивнул на бинты, Антон неосознанно натянул на них рукава толстовки. — Кошка поцарапала? — Антон сказал это быстрее, чем успел подумать. Это звучало не как утверждение, а скорей вопрос.       Попов посмотрел на Шастуна мол: «ты серьёзно такой дебил или только прикидываешься?». Антон сам не понимает почему именно так ответил. Причину, по которой он соврал, парень как раз-таки знает. Ему стыдно за свои руки, а точнее стыдно за то, что с ними сделал. — Покажи мне свои руки. — Арсений протянул свои раскрытые ладони к парню. — Там ничего серьёзного. — Антон сцепил руки в замок за спиной. — Быстро. Показал. Руки. — Прорычал Попов. — Нет. — Антон сделал шаг назад.       Попов мгновенно вспыхнул, в один миг оказался напротив Шастуна и взял того за плечи. Антон рефлекторно выставил руки перед собой и закрыл глаза. Арсений, воспользовавшись этим, обхватил его запястье правой руки и потянул на себя. Шастун ничего не успевает понять. Когда он осознаёт всю суть происходящего, парень пытается выдернуть руку, но Попов сильнее сжимает запястье Антона и одаривает его взглядом «не рыпайся». Арсений аккуратно развязывает бинты. Шастун просто наблюдает за всем, и больше не делает попыток освободиться.       Когда последний оборот бинта был снят, Антон отвёл взгляд в сторону. Во-первых, он не хотел встретиться с осуждающим взглядом Попова, а во-вторых, ему страшно смотреть на то, как истерзал свою ладонь вчера вечером. — Ничего серьёзного, говоришь. — Антон каждой клеткой своего тела чувствовал холодный взгляд, устремлённый на его лицо. — Кошка поцарапала. — Парень хотел провалиться под землю. — Вот скажи мне, как ты это сотворил со своей ладонью? Почему она вся разодрана? — Шастун молчит и смотрит в пол. — Посмотри мне в глаза и ответь на мой вопрос. — Антон стоял, не шевелясь и даже стараясь не дышать, будто это ему поможет скрыться от холодных океанов. — Упрямый. — Прорычал Попов, взял парня за подбородок и повернул его голову. — Я жду, кот. — Осколком порезался… — Почти шёпотом ответил парень.       Если бы не звенящая тишина вокруг, Арсений бы навряд ли услышал только что сказанное Антоном. Попов непонимающе посмотрел на Шастуна. Он бы отвернулся, но мужчина не убирал руку с подбородка, продолжая его несильно сжимать. — Каким осколком и каким образом? — Не унимался Попов. — Кружка разбил… ась. — добавил Шастун, Арсению не нужно было знать о его истерике. — Когда осколки убирать начал, случайно порезался. — Арсений чуть сощурил глаза. — А со второй что? — Начальник наконец-то убрал руку с подбородка Шастуна и отпустил его правое запястье. — Тоже осколком порезался… — Шастун прекрасно понимал, что Арсений сразу поймёт, что парень врёт, но всё же сделал попытку обмануть Попова. — Раз так, сними бинты и покажи мне раны. — Антон отрицательно покачал головой. — Почему нет? Там же порезы от осколка. — Шастун не понимал, почему в глазах Арсения он видел страх, волнение и вину. — Нет. — Парень отнюдь не хотел показывать свои избитые костяшки левой руки. — Ко-от. — На выдохе произнёс Попов и потёр переносицу двумя пальцами. — Хватит упрямится, я лишь хочу опровергнуть свои догадки. — Эти слова ещё больше завели Антона в заблуждение. — А какие у Вас догадки? — Аккуратно спросил Шастун. — Не важно. — Отчеканил Попов и резко взял левую руку парня. — Арсений Сергеевич! — Только успел выкрикнуть Антон.       Арсений снова аккуратно размотал бинты. Как только марля перестала скрывать ещё не зажившие раны на костяшках, Попов выдохнул, но всё равно нахмурился. Он посмотрел Антону в глаза. — А это что? — Он кивнул на разбитые костяшки. — Это… — Антон замялся, так как не знал, что ответить Попову. — Понятно. — Арсений отпустил руку Шастуна и отошёл к шкафчику.       Арсений искал что-то на полках. Когда он всё-таки нашёл желаемое, начальник повернулся в сторону стола. В руках была небольших размеров коробка. Оттуда Попов взял в руки бинты и какую-то мазь. Антон так и продолжал стоять на том же месте, не отрывая взгляда от Попова. — А ты когда последний раз ел? — Он посмотрел на парня.       Шастуна будто облили холодной водой. Он понимал, что не ел уже шестой день. Также Антон боялся даже подумать, как эта «голодовка» повлияет на его желудок и организм в целом. — Только попробуй соврать. — Попов почти в плотную подошёл к Антону. — Дней шесть назад. — Полушепотом, но честно ответил Шастун, надеясь, что его не услышали. — Сколько?! — У Попова округлись глаза, а бинт и мазь упали на пол. — Ты вообще понимаешь что ты с собой делаешь?! — Арсений был очень разозлён поступками Антона.       Антон стоял с низко опущенной головой и слабо кивнул. Арсений поднял всё, что уронил. — Сейчас я тебе перебинтую руки и ты сядешь есть. — Антон открыл рот, чтобы возразить, но Попов его перебил. — И это не обсуждается!       Шастун протянул обе руки. Арсений вздохнул и потянул его на диван, чтобы парень принял сидячее положение, а после Попов сел на колени напротив Антона. Начальник взял его руки в свои и начал обрабатывать все раны заживляющей мазью, а также перевязывать его руки бинтом.       Антону безумно нравилось то, как Попов сидит у него между ног и заботливо, боясь причинить боль, наматывает ткань. Слой за слоем.       Как только с перевязкой было покончено, Шастун решился задать вопрос, который мучал Антона уже давно. Парень пытался узнать ответ на него пару раз, но Попов постоянно переводил тему. Сейчас у Арсения просто нет возможности соскочить с этой темы. — Арсений Сергеевич. — Начал Антон и Попов перевёл на него взгляд. — Для чего Вы это всё делаете? — Начальник поднялся с колен и сел рядом с Шастуном. — Кот, потому что я тебя тоже люблю. — Шастун замер.       Сердце пропустило пару ударов, парень забыл, как дышать. Весь мир остановился. Время замерло. Антон боялся моргнуть, потому что происходящее было похоже на сон. Самый лучший и реалистичный сон в мире. Шастун хочет остаться здесь навсегда.       Попов подаётся вперёд. Теперь их лица находились очень близко. Антон почувствовал на своей щеке горячее дыхание, которое доказывало, что всё происходящее — реально. Шастун повернул голову к Арсению.        Одно маленькое, едва заметное движение, и их губы соприкоснулись. Шастун внутри ликовал. Наконец-то всё наладилось! Голубые глаза Арсения словно видели всего Антона: каждую мысль, каждую грань души. — Кот, мой кот. — Прошептал мужчина на самое ухо.       Он целовал родинку на кончике носа Антона, глаза, лоб, запускал руки в русые волосы парня и неизменно возвращался к губам. Шастун, в свою очередь, ластился, прижимался ближе к Попову, потому что ему было мало. Мало Арсения. Мало его касаний.        Поцелуи Попова были аккуратные, нежные, наполненные чем-то возвышенным. Парню казалось, что полюбить этого человека было самым правильным в его жизни. — Я рад, что встретил тебя. — Сказал Попов, когда они смогли оторваться друг от друга. — Я тоже…        Дальше Попов напоил Шастуна чаем, а также накормил его парой йогуртов. Больше ему пока есть было нельзя, иначе на утро ему может стать очень плохо. Антон, перед тем, как уйти из кабинета Арсения, для того чтобы поговорить с Ирой и пойти домой, поцеловал мужчину. — Тебя точно потом не нужно будет довезти до дома? — В сотый раз спросил Попов. — Точно. Как дойду, сразу же позвоню. — Ответил парень. — Я пошёл. — Он махнул Арсению на прощание, и скрылся за дверью.       Он уверенной походкой направлялся к Кузнецовой, примерно прикидывая, что скажет. Антон пытался идти как можно незаметнее, так как на разговор с Серёжей и Димой у него не хватит сил. — Ир. — Кузнецова подняла взгляд. — Да? — Отозвалась девушка. — Слушай, тут, вообщем, такое дело… — Начал Шастун и понял, что забыл всё то, что заготовил для этого разговора. — Я люблю другого человека и с тобой начал встречаться только чтобы причинить ему боль. — Импровизировал парень. Девушка хотела что-то ответить. но Антон перебил её. — Я знаю, что я подонок, мудак и всё такое, но нам нужно расстаться. — Шастун посмотрел на Кузнецову и понял, что она не поменялась в лице от слова совсем. — Хорошо. — Легко ответила девушка. — Я давно поняла, что тебе Попов нравится. только не понимала, почему ты со мной в отношения вступил. — Ира пожала плечами. — Ты мне правда нравишься, но я с самого начала понимала, что тебе безразлична. Теперь, когда ты всё мне рассказал, всё встало на свои места. Я не держу на тебя зла. — Шастун, в отличии от Кузнецовой, был очень удивлён. — Спасибо! — Шастун обошёл стойку и обнял девушку.       Теперь, когда Антон наконец-то смог разобраться во всех и всём, он со спокойной душой пошёл домой. Сегодня парень решил пройтись пешком. Пока Шастун шёл, он решил позвонить Наталье Павловне и рассказать про Попова. Парень выбрал нужный контакт и нажал «вызов». Раздались гудки. Никто не ответил.       Шастун не обратил на это особого внимания. Ну мало ли, не услышала или занята. Он убрал телефон в карман и продолжил путь.       Когда до дома оставалось совсем ничего, кармане зазвонил телефон. Шастун увидел на дисплее «Наталья Павловна» и сразу же ответил. — Наталья Павловна, здравствуйте! — Поздоровался Шастун, продолжая шагать по тротуару. — Здравствуйте. — Какой-то неизвестный женский голос. — А Вы кто Наташе? — Спросила женщина. — Я раньше работал с Натальей Павловной, но после переехал. — Шастун насторожился. — Мы с ней иногда созваниваемся. — Больше Вы с ней поговорить не сможете. — Женщина вздохнула. — Почему? Что с ней? — Антон слегка замедлил шаг. — Неделю назад её насмерть сбила машина. — Ч-что? — Руки задрожали, а в ушах загудело. — Я-я не могу поверить… — С Натальей Павловной умерла частичка души Антона. — Мне очень жаль, простите. — Всё в порядке, до свидания. — Женщина завершила звонок.       Рука Шастуна медленно опустилась вниз, продолжая сжимать телефон. Он не разбирая дороги продолжал идти. Антон не мог поверить, что этой солнечной, доброй, заботливой женщины больше нет.       Он врезался в какого-то человека. Антон поднял взгляд и встретился с парой карих глаз, в которых читалась злость и ненависть. Они принадлежали парню 16-18 лет. Также помимо него, стояло ещё три таких же по возрасту молодых людей. — Ты чё, вообще не видишь куда прёшь?! — Злобно прорычал парень, в которого Антон случайно врезался. — Извините. — Промямлил Шастун и попытался уйти от подростков, но кто-то сжал его локоть и потянул в какую-то тёмную подворотню. — Стоять, длинный! — Антон оказался в середине кольца, которое образовали эти парни. Все они недобро ухмылялись. — Ты вообще понимаешь, в кого ты врезался? — Шастуна охватила удушливая и холодная рука паники, что с силой сжимала горло не давая вздохнуть. — В какого-то мелкого пиздюка. — Выпалил Антон. — Чё ты сказал? — Лицо парня скривилось от гнева. — А ты чё глухой? — Шастун начинает потихоньку закипать. — Завали ебало! — Крикнул парень. — А ты мне рот не затыкай! — Рыкнул Антон. — Ну всё, допизделся ты. — Сквозь плотно сжатые зубы прошипел парень. — Бей его! — Шастун как в замедленной съёмке видит то, как в его лицо летит кулак.       От сильного удара щека словно загорелась. Прикладывая холодную перебинтованную руку к горячей коже, Шастун скривился от боли. Следующий удар не заставил себя долго ждать, и пришёлся парню в нос. Послышался хруст.       Из сломанного носа потекла алая кровь, от чего на губах появился металлический вкус. Зашипев, он недовольно шмыгнул, втягивая в себя остатки крови, но та лишь сильнее стекала по подбородку прямо на одежду. Он сплёвывает кровавый сгусток на землю.       Дальше его бьют по затылку. В ушах неприятно зазвенело, а перед глазами всё потемнело. На неопределённый отрезок времени он потерял сознание. Когда Антон пришёл в себя, то он уже лежал на мокром асфальте, защищая руками голову. Группа подростков продолжала избивать его, но уже ногами.       Они били по ногам, в живот, в лицо. Всё, что оставалось Шастуну — это лежать и стараться не издавать звуков. Его лицо уже полностью залило кровью. Всё тело адски болело. Парень уже несколько тысяч раз пожалел, что не поехал с Поповым и за свои слова, адресованные этим парням.       На несколько минут он потерял связь с реальностью. Но следующий удар привёл Антона в себя. Он пришёлся на солнечное сплетение, от чего тело согнулось, не в силах прийти в исходное положение. Жадно хватая воздух, он чувствовал как задыхается, лёгкие горели огнём, рёбра будто резали плоть парня изнутри, а в глазах замелькали разноцветные круги. — Всё парни, а то мы его сейчас убьём, а в тюрьму как-то не особо хочется. — Будто сквозь толщу воды слышался противный голос. — Валим!       Удары прекратились, а обидчики ушли. Шастун так и продолжал лежать, захлёбываясь в собственной крови. Антон не мог пошевелиться. Он чувствует, как теряет сознание, но не даёт себе этого сделать. Если сейчас он отключится, то скорей всего больше не проснётся. Шастун молился всем богам, чтобы его кто-нибудь нашёл.       Вдруг, он сквозь боль почувствовал вибрацию телефона. Он удивился, как его не разбили, или вообще не украли. Шастун, превозмогая боль потянулся к смартфону и еле как выудил его из кармана. Проведя пальцем по дисплею, оставляя на экране кровавую дорожку, он приложил телефон к уху. — Кот, ну ты же обещал, что позвонишь когда дойдешь. Почему не позвонил? Я же волнуюсь! — Шастун вдохнул, но рёбра опять отдались болью и Антон вскрикнул. — Антон, у тебя всё хорошо?! — Арс… — Шастун снова завыл от новой волны боли. — Помоги… мне… — Антон, где ты?! Что с тобой?! — Арсений почти кричал в трубку. — Я-я… не знаю… — Тоша, осмотрись, пожалуйста!       Антон еле открыл глаза и осмотрелся по сторонам. Вокруг были стены. К счастью для парня, на одной из стен была табличка с названием улицы и номер дома. Ослабевшим голосом, Шастун назвал своё местоположение. — Я уже еду! — Кричит Попов и садится в машину. — Всё будет хорошо!       Шастун теряет сознание. Перед этим, он поклялся себе, что теперь, до конца своей жизни Арсений будет его лучиком света. Если бы не он, то он так бы и жил в тёмном мире. И не известно, жил бы вообще.