Мой лучик света.

      После звонка Антона, Арсений не на шутку испугался. Он сразу же сел в машину и неслушающимися пальцами набрал номер скорой помощи. Пока Попов назвал все необходимые данные фельдшеру, мужчина не терял времени и ехал с максимальной скоростью, которую только мог позволить его автомобиль. Он наплевал на все дорожные правила. Все штрафы, которые ему придут в скором времени, ушли на второй план. Сейчас у Арсения только одна мысль.       Только бы успеть.       Каждый раз, когда на светофоре загорался красный цвет, Арсений начинал волноваться ещё больше. Ведь каждая минута на счету. Ему повезло, что сейчас не час-пик и нет огромных пробок. Он уже был готов бросить машину прямо на дороге и сломя голову нестись к Антону, но предпочитал придерживаться здравого смысла.       Попов звонил парню почти каждую минуту, но тот не отвечал. Сжимая до побеления костяшек руль, Арсений вдавил педаль газа. — Пожалуйста, осталось совсем чуть-чуть! Дождись меня, Тош! ПРОШУ ТЕБЯ, ТОЛЬКО ДОЖДИСЬ! — Попов кричал, срывая голос.       Арсений сам не понимал почему и зачем это делал. Возможно, Попов хотел, чтобы его крик услышал Антон. Может, мужчина просто не мог совладать со своими эмоциями. Он закусил губу, потому что в глазах начала собираться влага.       Когда Арсений прибыл на место, он выскочил из машины, даже нормально не припарковав её. Попов бежал. Мужчина до конца не понимал, куда несётся, его ноги сами вели. Сердце пропустило удар, когда в тёмном переулке, на тротуаре, он заметил какое-то очертание человеческого тела, лежащего в неестественной позе. Арс сглатывает ком в горле, подбегая ближе.       Когда расстояние было преодолено, Арсений будто перестаёт дышать, чувствуя, как его глаза расширяются. Сердце отдаёт сумасшедший ритм, сдавливая грудную клетку. Внутри всё сжимается и Попов падает на колени. Перед ним его Антон, лежит в луже грязи вперемешку с собственной кровью. Лицо было полностью покрыто синяками и ссадинами из которых продолжала сочится кровь. Привычные пшеничные волосы парня окрасились в красный, большинство прядей слиплось в один бардовый комок. В правой руке Шастун продолжал сжимать телефон. Его ноги были согнуты в коленях и прижаты к туловищу. — Кот… — Взгляд Арсения бегал по Антону, а по щекам скатывались горячие слёзы.       На мгновение ему показалось, что Шастун умер, но Арсений замотал головой из сторону в сторону, отбрасывая эти мысли. Он присмотрелся. Грудь Антона редко вздымалась, сопровождаясь тихими хрипами. Он дышит. Попов боялся к нему прикоснуться. Он казался таким хрупким, что от единого касания мог рассыпаться, как ваза из тонкого фарфора.       Где-то вдалеке Арс услышал звук сирены скорой помощи. Он стёр слёзы рукавом. Попов наклонился ближе к парню. Арсений едва касаясь подушечками пальцев гладил Шастуна по плечу. Он чувствовал, нет, он знал, что все обойдется, но неприятное чувство в груди не покидало его. — Кот, всё хорошо, я с тобой, скорая уже рядом. — Арсений говорил это, потому что знал: Антон жив, он всё слышит. — Потерпи ещё немного…       Дальше всё было как в тумане. Его оглушила громкая сирена, а через мгновение Попова оттаскивали от Антона двое врачей скорой помощи. Арсений попытался вырваться, но все попытки не увенчались успехом. Медики осмотрели Шастуна, аккуратно переложили его на носилки и перенесли в машину. — Я поеду с ним. — Арсений обратился к одному из врачей. — Кем Вы ему приходитесь? — Попов замялся, не зная, что ответить. — Я его хороший друг. — Медбрат посмотрел на него с ног до головы. — Нет, сопровождать могут только родственники. — Арс растерялся ещё больше. — В какую больницу Вы его везёте? — Врач ещё раз с презрением посмотрел на него, но адрес всё-таки назвал.       История снова повторилась. Арсений несётся по дорогам, только теперь в больницу. Другие водители сигналили Попову и крутили пальцем у виска каждый раз, когда мужчина пересекал двойные сплошные, обгоняя машины. Всё равно на всех, сейчас главное — состояние Шастуна. То, что он находился с врачами, не придавало мужчине уверенности.       Арсений ужасно боится потерять его. От одной мысли, что Шастуна может не стать, сердце замирало, в глазах собиралась влага, а руки начинали дрожать с удвоенной силой. Сжимая челюсти, Попов давит по газам. До больницы остаётся совсем немного, хотя даже это расстояние казалось мужчине недостижимым.       Очередной светофор загорается красным. Арс уронил голову на сложенные на руле руки. В голове крутились постоянные «а если». А если они не успеют. А если он больше не откроет глаза. А если ему станет хуже. А если… А если…       Наконец-то загорается зелёный свет, и Попов поворачивает в сторону больницы. Оставив машину на парковке перед этими мрачными серыми стенами, Арсений, чуть ли не выбивая стеклянные двери, врывается в здание. Он в несколько шагов оказывается перед стойкой регистрации. — Антона Шастуна привезли сюда? — Из-за бега у него сбилось дыхание, поэтому он жадно хватал воздух ртом, пытаясь его восстановить.       За стойкой сидела милая девушка с русыми волосами собранными в пучок. У неё были добрые голубые глаза, пухлые губы. Внешность барышни была очень миловидной. Попов надеялся, что внутри она такая же, какой кажется. — Секунду. — Девушка начала что-то искать в компьютере.       Арсений не знал куда себя деть, поэтому продолжал осматривать девушку. Она была не высокого роста, с тонкой фигурой. Только сейчас он заметил бейджик с именем — «Оксана». — Да, буквально пять минут назад привезли. — Голос у неё был очень приятным и успокаивающим. — Что с ним?! — Попов резко подался вперёд, упираясь руками в стойку.       Оксана от этого сделала маленький шаг назад и вздрогнула. Но в её глазах не было ожидаемого осуждения или отвращения. В них читалось сожаление. — Вы его родственник? — Спокойно выдаёт она.       Попов второй раз слышит эту фразу. Почему, для того чтобы узнать о состоянии человека, обязательно нужно быть его родственником? Этот вопрос Арсений ненавидит всем сердцем, потому что понимает, что по сути он Антону никто. — Я его близкий друг. — Уже выученной фразой отвечает Попов. — Вообще я не имею на это право, но могу сказать одно. — Дыхание Арса участилось, а сердце забилось бешенным ритмом. Он ожидал продолжение, боясь лишний раз моргнуть. — Состояние у парня стабильно тяжёлое. Сейчас он находится в реанимации. — По спине Попова пробежал холодок. Увидев в лице мужчине смятение, Оксана положила ему на плечо руку. — Не переживайте так, он находится в надёжных руках Олега Алексеевича. — Заметив в глазах Арсения вопрос, девушка пояснила: — Он реаниматолог, лучший в своём деле. Парню, можно сказать, повезло, что он попал к нему.       Арсения немного приободрила только что полученная информация, но всё равно на душе была тревога. Попов чувствует неприятный сводящий узел внутри. Всеми силами он пытается себя успокоить, но тщетно. В голове до сих не укладывается все то, что произошло. Черная полоса легла на белую, и несмотря на то, что в жизни всегда все было так, мужчина проклинает ее, и мысленно материт, не в силах с этим смириться. — Больше, к сожалению, я ничего не знаю. — Большое спасибо, Оксана. — Попов как мог улыбнулся, и пошёл в сторону лавочек.       Все они пустовали, так как был вечер и приёмные часы закончились. Арсений, сняв ветровку, сел на одну из них. Сделав глубокий вдох, он запрокинул голову назад, прижимаясь затылком к холодной стене. Попов рассматривал трещины на потолке, а также лампочку, которая раздражала своим миганием. Внезапный груз боли навалился на его плечи, с хрустом ломая кости.       Внутри Арсений вёл борьбу со своим страхом потерять Антона навсегда. Это чувство подкрадывалось незаметно, и с поразительной точностью вонзало острые длинные зубы, парализуя разум своим смертельным ядом.       Попов в данный момент не вёл счёт времени, и совсем не ориентировался в нём. Арсений был полностью погружён в себя, абсолютно не реагируя на окружающий мир.       Вдруг чья-то рука дотронулась до плеча Попова, заставляя того вздрогнуть и вернуться в этот мир. Перед ним стояла Оксана с пластиковым стаканчиком, из которого шёл пар. Судя по запаху, это был кофе.       Арсений посмотрел сначала на кофе, затем на девушку. Оксана мило улыбнулась и протянула ему стаканчик с дымящимся напитком. — Возьмите. — Тихо, почти шёпотом сказала девушка. — Спасибо. — На лице Попова расцвела благодарная улыбка.       Он взял двумя руками пластиковый стаканчик. Попов, даже несмотря на то, что не очень любил кофе из автоматов, сделал небольшой глоток. Напиток, хоть и был довольно горячим, приятно растёкся по горлу. Арсений почти что застонал от удовольствия. На удивление, девушка не вернулась за стойку, а продолжала стоять и смотреть на мужчину. — Можно? — Она кивнула на место рядом с Поповым. — Да, конечно, садитесь. — Арсений подвинулся, освобождая ещё больше места.       Девушка улыбнулась и присела рядом с Арсением. Ещё пару минут Попов пил маленькими глоточками кофе, а Оксана просто находилась рядом. Её присутствие не напрягало. Наоборот, девушка будто делилась с Поповым позитивной энергией, которая сейчас была так необходима. Наконец-то его отпустили плохие мысли, он смог очистить разум от всего того дерьма, которое в последние несколько часов отравляло его.       Допив кофе, Арсений отставил пустой стаканчик в сторону. Он повернулся к Оксане. Та улыбнулась и начала говорить: — Этот парень Вам очень дорог? — Это прозвучало не как вопрос, а скорее как утверждение. — Да, очень… — Попов слегка улыбнулся, ведь перед его глазами появился Тоша. — Это так заметно? — Если бы Вам было всё равно, то Вы бы сейчас не сидели здесь. — У Оксаны был очень приятный голос. Тихий, бархатистый и даже успокаивающий.       Если бы не она, то Попов сошёл бы с ума, потому что не знал бы, что сейчас с Антоном. Благодаря девушке Арсений успокоился и не стал так сильно переживать. Также кофе принесенное ей, немного взбодрило мужчину. — Как Вас зовут? — После недолгой паузы спрашивает девушка. — Арсений. — Попов протягивает руку для рукопожатия. — У Вас красивое имя, Арсений. — Девушка охотно отвечает на рукопожатие. — Оксана, давайте перейдём на «ты», если Вы, конечно, не против. — Попову уже порядком надоело «выкать» с этой прекрасной девушкой. — Да, конечно, как раз хотела тебе это предложить. — Девушка снова улыбнулась. — Можешь дать свой номер телефона? Чтобы, если что, я могла тебе позвонить? — Да, конечно. — Арсений продиктовал свой номер телефона, а Оксана записала его в свой мобильник.       К стойке регистрации подошёл какой-то мужчина средних лет в белом халате. Заметив девушку, он кивком позвал ее подойти к нему. Оксана быстро убрала телефон в карман халата, повернулась к Попову и виновато на него посмотрела. — Это Олег Алексеевич, тот врач о котором я тебе рассказывала. — Пояснила она. — Мне нужно бежать, скорей всего, сейчас он к Вам, то есть к тебе, подойдёт. — Да, конечно, иди. — Он понимающе кивнул. — И ещё раз большое спасибо, Оксана. — Девушка улыбнулась и ушла к врачу.       Арсений не сводил с них глаз. Олег Алексеевич что-то говорил Оксане, а затем она, выслушав его, записала услышанное. Затем девушка сказала что-то и указала на Попова. Врач также посмотрел на мужчину. По видимому, обсудив ещё некоторые детали, реаниматолог направился в сторону Арсения. — Вы Арсений, верно? — Спрашивает Олег Алексеевич, как только подошёл к Попову. — Да, всё верно. — Он слегка наклонил голову, для того чтобы ещё раз благодарно улыбнуться Оксане, но та куда-то ушла.        Попов снова посмотрел на доктора и встал. Арсений был немного выше его. Мужчина ещё раз окинул взглядом Олега Алексеевича. Ничем не примечательная внешность. Попов никак не решался задать вопрос, который мучал его. — Что… Что с Антоном Шастуном? — Всё же спросил Попов. — Состояние парня оставляет желать лучшего, но угрозы для жизни нет, поэтому он сейчас переведён в обычную палату. — От этих слов у Арсения будто камень с души упал, и ему стало легче дышать. — У Шастуна рваная рана в области брови и затылка, также у него сотрясение первой степени, многочисленные ссадины и гематомы по всему телу. — Сердце Попова обливается кровью, слыша все эти ужасные вещи. — В больнице Антон будет примерно неделю. Если в течении семи дней улучшений не будет, то ему придётся задержаться здесь ещё на какое-то время. — Заканчивает врач. — А… когда можно будет с ним поговорить или хотя бы увидеть? — Осторожно спрашивает Арсений. — Сейчас в любом случае с ним поговорить не получится, потому что сейчас он в медикаментозном сне. Приходите завтра с 16:00 до 18:00. В это время у больных осуществляется приём посетителей, да и Шастун как раз придёт в себя. — Отвечает Олег Алексеевич. — Ещё Вы можете привезти его личные вещи. — Спасибо Вам большое. — Благодарит Попов, но мысленно он уже не здесь.       Врач на это лишь улыбнулся и удалился в сторону палат. Попов так и продолжал стоять на одном месте, буравя взглядом белую стену больницы.       Арсений боится даже представить, насколько Антону было больно. Попову было ясно, что Шастуна избили. Мужчина уже ненавидит этих подонков. Он прямо сейчас готов их найти и разорвать на куски. Чтобы хоть как-то сдерживать свою агрессию, Арс сжал кулаки и стиснул челюсти до скрежета зубов.       Чуть успокоившись, Попов направился в сторону выхода. Так как продолжать сидеть в больнице не было абсолютно никакого смысла. Выйдя на крыльцо, Арсений начал осматривать парковку, ища глазами свой автомобиль, потому что он совершенно не помнил, где его оставил.       Через минуту поисков Арсений всё-таки смог выцепить взглядом свою машину. Оказавшись в салоне автомобиля, он потянулся к бардачку. Там у него на случай особых ситуаций лежала пачка сигарет. Мужчина уверен, что сейчас именно такой момент.       Достав из пачки одну сигарету, а также взяв из бардачка зажигалку, он вышел из машины. На улице прохладно, но это не мешает Попову стоять в одной футболке, так как ветровку он так и не надел, а она сейчас находится в салоне автомобиля.       Изо рта Попова вырываются серые клубы дыма. Сигарета приятно горчит на языке. Арсений не имел сильной зависимости от них, курил только когда сильно переживал, нервничал или злился. Если такие моменты были, у мужчины почти везде были припрятана пачка сигарет. В кабинете его офиса, дома, в машине.       Он также продолжал читать нотации о вреде сигарет всем курящим, но сам полностью отучиться от этой привычки не смог. Это единственный способ успокоить свой внутренний бушующий ураган эмоций.       Когда сигарета была докурена, Попов продрог до костей, поэтому поспешил сесть в автомобиль и завести его. Он ещё раз мысленно прокручивал в голове все только что сказанные слова врача.       После долгих раздумий, Арсений решил, что сейчас всё, что он сможет сделать для Антона, это съездить к нему в квартиру за вещами. Только осталось одно «но»: у него не было ключей, а значит и не было доступа в дом Шастуна. В голове снова появилось куча мыслей.       Достав телефон из заднего кармана джинсов, он начал искать номера Позова и Матвиенко, для того чтобы сообщить о состоянии Шастуна и заодно спросить, нет ли у них ключа от двери Антона.       Он долго сочинял текст сообщения. Много раз он стирал написанное. Это было гораздо труднее, чем казалось на первый взгляд. Попов не мог просто написать: «Твой друг, Антон, сейчас лежит избитый в больнице, у тебя случайно нет ключей от его квартиры?». Это звучало будто он вор и хочет ограбить парня.       Через пару минут, он всё же смог составить более менее нормальный текст сообщения. Арсений поспешил отправить его Позову и Матвиенко.

Я

Добрый вечер. Антон попал в больницу. У него сотрясение первой степени, пара рваных ран и множество гематом и ссадин по всему телу, но травм угрожающих его жизни нет. Шастуну нужно привезти его вещи, но ключей от его квартиры у меня нет. Если Антон давал тебе ключи, то можешь завезти ему одежду?

«20:08»

      Его друзья не заставили долго себя ждать, и уже через минуту Попову позвонил Позов. Арсений, не медля и секунды, принял вызов. — Арсений Сергеевич, что с Антоном?! — Прозвучал обеспокоенный голос Димы. — Почему он в больнице?! Кто это с ним сделал?! Если это Вы, я даже не посмотрю на то, что Вы мой начальник! — Позов выпалил всё это настолько быстро, что Попов даже ни слова не успел сказать. — Позов! — Повысил голос Попов, чтобы прервать этот поток угроз в его сторону. — И всё-таки, что с ним?! — Арсений прекрасно понимал как волнуется Дима, поэтому не злился на него. — Сейчас всё хорошо. — Сказал Попов, когда Дима чуть успокоил свой пыл. — Давай всё по порядку расскажу. — Мужчина сделал глубокий вдох, ведь рассказывать было немало.       Арсений выехал с парковки больницы и направился в сторону своего дома, попутно рассказывая о случившемся с Шастуном. Во время повествования Попова, Дима почти его не перебивал и внимательно слушал. Позов лишь пару раз прерывал поток речи Арсения, для того чтобы задать уточняющие вопросы. — Ну вот как-то так. — Закончил Попов. — Я бы и сам вещи ему привёз, но у меня ключей нет. — Арсений вернулся к изначальному вопросу. — Он тебе не давал их? — Нет. Насколько я знаю, у Тохи вообще запасных ключей нет. — Попов разочарованно вздохнул. — Ладно, Арсений Сергеевич, я уже на балконе задубел стоять, спасибо за информацию и за то, что Вы, получается, спасли Антона. — Дима как только получил сообщение от начальника, сразу же вышел на балкон, чтобы не мешать остальным домочадцам. — Я Матвиенко сам позвоню и расскажу обо всём, до свидания! — До свидания, Дим. — Пока он разговаривал с Позовым, Арсений успел подъехать к своему дому.       Оставив машину на привычном месте, он поднялся к себе в квартиру. Она встретила его привычным холодом. Попов в ней не чувствовал себя уютно. Нет, не потому что она грязная, неопрятная, а вот просто. На него давят стены, всё раздражает. Тишина по всему пространству убивала. Арсений в номере отеля себя уютней чувствует.       Он уже делал ремонт. Специально приглашал к себе дизайнера. Тот полностью изменил цветовую гамму квартиры, поменял мебель, добавил разных растений, а также сделал широкий подоконник, на котором можно сидеть, там же было очень много подушек, тоже для создания уюта. Но ничего из этого не помогло. Квартира так и продолжала быть тоскливой, холодной и пустой.       Хоть смена интерьера не помогла, но теперь у Попова было единственное любимое место в квартире. Это как раз-таки этот подоконник с подушками. Арсений почти всё свое время проводил на нём.       Но был единственный раз когда Арс почувствовал, что квартира будто преобразилась, наполнилась теплом и уютом. Это когда он привёз пьяного Шастуна. Тогда мужчина и понял, что в его жизни не хватает этого солнца по имени Антон. В ту ночь он не спал. Арсений думал над тем, как сильно привязался к этому парню, и что до этого такой сильной любви не чувствовал ни к кому. Также, мужчина не понимал, взаимны ли его чувства. Тот поцелуй только сильнее загнал Попова в тупик.       Он ужасно хотел в тот день догнать Антона, но его тело совсем его не слушалось. Он ещё около десяти минут просто стоял с улыбкой на лице и касался пальцами своих губ. Когда Попов опомнился, Шастун уже, наверно, был на полпути к своему дому.       Арсений зашёл в ванную. Перед его глазами до сих пор стояла картина избитого Антона. Мужчина начинает мыть руки с мылом, затем Попов набирает в ладони холодной воды и плескает себе в лицо. Мужчина склоняется голову над раковиной, опираясь на неё руками. Холодные капли стекают, капая на одежду.       Только сейчас Попов заметил, что его штаны были в грязи. Он до этого не обращал на это никакого внимания. Отстранившись от раковины он снимает всю одежду, оставаясь лишь в одном нижнем белье, и сразу закидывает её в стиральную машинку. Выставляя нужный режим и бросая в барабан капсулу для стирки, мужчина закрывает дверцу.       Далее Попов не спеша идёт в спальню. Там он надевает широкие чёрные штаны и ту самую толстовку, которую недавно вернул Шастун. Он начал её носить не снимая, ведь она слабо пахла Антоном. Почти весь запах парня перебивал аромат стирального порошка, что слегка огорчало Арсения. Также Попов надел забавные носки с оленями, которые были подарены ему на новый год.       Далее Арсений поставил телефон на зарядку, а также выключил «бесшумный режим». Если Оксана или друзья Антона позвонят ему, то он обязательно услышит.       Затем он идёт на кухню, включает кофе машину, ставит кружку под кран из которого позже польётся бодрящий напиток и открывает холодильник. Достав оттуда сыр, колбасу и хлеб, Арсений разложил всё на столе. Попов сделал себе пару бутербродов, так как готовить он не очень умел.       Пока он занимался нарезанием продуктов, кофе успело наполнить кружку. Поставив свой кулинарный шедевр на стол, он также перенёс напиток.       Поужинав, он убрал всю грязную посуду в посудомоечную машину и пошёл в своё излюбленное место. Попов сел на подоконник и укрылся пледом. Ему не было жарко в толстовке, Арсению не стало теплее после чашки горячего напитка, даже сейчас, завёрнутый в тёплый плед, он продолжал мёрзнуть.       Это уже вошло в привычку. Арсений, находясь в своей квартире, кутался в тёплые свитера и пледы. Попов пробовал пить больше горячего, но чай он почти не пил, а если пить много кофе, то может подняться давление, поэтому мужчина решил, что лучше он будет мёрзнуть, чем валяться с тошнотой и болью в голове.

***

      Антон с трудом открывает глаза. Вокруг всё было белым, и смешалось в один яркий комок света. Шастун поморщился и зажмурился, но сразу же почувствовал боль от любого движения.       Тело всё болит… Как будто меня палками побили. Стоп, так ведь и было. Но хотя бы не такой боли как… А сколько прошло времени?! А где я вообще? Последнее что я помню, это так разговаривал с Арсением.       Шастун снова открыл глаза. На этот раз он видел чётче. Всё приобрело свои очертания и перестало быть сплошным белым пятном. Осматривая помещение, в котором Антон находится, парень заметил девушку в белом халате, которая стояла к нему спиной и что-то искала на столе.       Так, ну я вроде бы в больнице, а теперь вопрос номер два, сколько я тут нахожусь. Вроде бы эта девушка медсестра. — И-изв-зв-звените… — Голос Шастуна был тихим и очень хриплым.       Антон сам бы испугался от своего собственного голоса, но девушка на удивление спокойно повернулась на источник звука. — Тише, Вам не нужно сейчас говорить. — Начала тараторить девушка. — И вообще что-либо делать       Парень лишь кивнул. Говорить также было трудно. Барышня подошла к нему с капельницей и ввела иглу в вену, закрепив её белой липкой медицинской лентой. — Я поставила Вам капельницу с витаминами. — Ответила она на вопросительный взгляд парня. — Попробуйте заснуть, Вам нужно набираться сил. — А… — Начал парень, но тут же его снова пронзила боль в области груди. — Я же сказала, ничего не говорите! — Фыркнула девушка. — У Вас рваная рана в области брови и затылка, сотрясение первой степени, а также многочисленные гематомы, ссадины и синяки по всему телу.       Шастун теперь понял, почему так плохо себя чувствует. Всё-таки он очень глупо себя повёл. Не стоило было нарываться на этих отморозоков. Он ещё раз посмотрел с немым вопросом на медицинскую сестру, надеясь, что она поймёт его без слов. — Вас привезли на скорой, около трёх с половиной часов назад. — Девушка будто бы читала его мысли. — Следом за машиной скорой помощи приехал мужчина, он расспрашивал о Вашем состоянии. Если я не ошибаюсь, его зовут Арсений. — Уголки губ Шастуна дрогнули в улыбке. — Он тут просидел, пока Вас не перевели из реанимации в обычную палату, и то на него надавил Олег Алексеевич.       Антону было приятно осознавать, что Попов приехал к нему избитому, вызвал скорую и поехал за ней следом. Просидел много времени в больнице, чтобы просто узнать о его состоянии. — Сейчас у Вас действует обезболивающее, но его действие закончиться в течении десяти минут. Отдыхайте, завтра с утра у Вас начнётся курс лечения. — Девушка покинула палату, перед этим выключив свет.       Антон остался один. Палата погрузилась во мрак. Только лишь фонарь за окном слегка освещал комнату. Парень пялится в потолок и тупо улыбается. Он ему нужен. Он за него переживает. Всё это очень греет душу Шастуна.       Его лучик света освещает все тёмные углы его души, согревая каждую частичку покалеченного тела Шастуна. Он любит Попова по-настоящему. Без Арсения Антон не представляет свою жизнь.       Уйдёт Попов — уйдут вместе с ним все краски мира. Всё вокруг померкнет. Может быть, это не совсем нормально, но без Арсения Шастун перестанет существовать.       Но улыбка сползла с лица. Он даже не может себе представить, как сильно переживал за него Арсений. Мужчина наверняка бросил все свои дела и подорвался к Шастуну.       Антону стало стыдно. Если бы он тогда не нарвался на тех подростков, то сейчас бы не лежал в больничной палате с капельницей в вене и с букетом травм.       М-да, Шастун, умеешь же ты находить приключения на свою тощую задницу.       Шастун осмотрел палату на наличие своих вещей, для того чтобы написать Попову. Рядом с кроватью стояла тумбочка, на ней ничего не было. На полках этого же предмета мебели так же было пусто.       Антон разочарованно вздохнул и чуть не вскрикнул от боли. Боль стала усиливаться. Он прикрыл глаза и мгновенно уснул.

***

      Мелодия звонка разрезает давящую тишину квартиры Арсения. Он вздрагивает всем телом и пытается вылезти из своего кокона, но лишь сильнее запутывается нём. Наплюнув на одеяло, Попов бежит прямо в нём. Естественно, он путается в ногах, и плашмя падает на пол.       Надоедливое одеяло «отпускает» Попова и он поднимаясь на ноги бежит в комнату. Как и ожидалось, ему звонила Оксана. Дрожащими от волнения руками, Арсений, не с первого, конечно же, раза, принимает вызов. — Арсений, добрый вечер, надеюсь не разбудила. — Начала Оксана.       Волнение немного отпустило, потому что ее голос не был взволнованным. Говорила она спокойно и ровно. — Добрый, нет, не разбудила. — Арсений убрал телефон от уха посмотрел на время «22:19». — Как Антон? — Он пришёл в себя. — Арсений облегченно выдохнул.       Всё хорошо. Антон пришёл в себя. Травмы не угрожают жизни и в скором времени заживут. Арсений запрыгал бы от счастья, но сегодняшний день его слишком утомил.       Пока Попов слушал о курсе лечения, предстоящему пройти Шастуну, он боролся со сном. Ноги уже не держали, поэтому Арсений был вынужден лечь. Как только он коснулся кровати, веки непроизвольно начали закрываться.       Голос у Оксаны был очень мягким и даже убаюкивающим. Арсений правда старался не заснуть и даже пару раз попытался встать, но тело не слушалось, и он продолжал лежать «звездой» на кровати. Стоило Попову прикрыть глаза на секунду, как он молниеносно проваливаться в сон.

***

      Через некоторое время, Арсений просыпается из-за того, что замёрз. Он тянется к краю одеяла, чтобы укрыться, но не находит его. Попов открывает глаза. Они начали жутко болеть. Мужчина сразу не понял причину, почему глаза были сильно раздражены, но затем, он вспомнил, что забыл снять линзы.       Попов выдохнул обречённое «блять», встал с кровать и пошёл в ванную. Арсений видел всё размыто и нечётко. Несколько раз он врезался в дверной косяк.       Сразу снимать линзы было нельзя, так как был риск повредить роговицу. Для начала он закапал в глаза специальные капли, для того, чтобы увлажнить поверхность глаз и было легче снять линзы.       Сняв линзы, Попов сложил их в контейнер со специальным раствором. На полке зеркала лежали его очки. Надев их, мир снова приобрёл чёткость. Арсений решил взглянуть на себя в зеркало. Глаза были покрасневшими, круги под ними уже не получится перекрыть никаким консилером. На щеках щетина, а ссадина на скуле и рана на губе были отчетливо видны на бледной коже.       Вернувшись в спальню, Арс вспомнил про разговор с Оксаной. Ему стало стыдно, так как девушка позвонила, распиналась, рассказывала все тонкости лечения Антона, а он бессовестно уснул. Взяв в руки смартфон на экране высветилось одно сообщение.       Оксана (больница). Арсений, не знаю в какой именно момент разговора ты уснул, но напишу с того когда ты перестал задавать вопросы. Я завтра с утра подойду к Антону и спрошу его разрешение на то, чтобы ты смог взять ключи от его квартиры. Если он даст своё согласие, то я тебе позвоню. Ты сможешь подъехать к больнице и забрать их. Ну, вроде бы всё. Кстати, ты очень мило сопишь:)) «22:29»       После прочтения сообщения, чувство неловкости возросло до предела. Протерев лицо свободной рукой, Арсений принялся набирать ответное письмо.

Я

Оксан, приношу свои извинения за то, что так бестактно уснул во время нашего разговора. Конечно, я подъеду. Можешь звонить в любое время дня и ночи. Я тебе очень благодарен. Никогда прежде мне никто не говорил, что я мило соплю. Спасибо.

«23:31»

      Он поставил телефон обратно на зарядку, так как тот не до конца зарядился в прошлый раз. Сняв очки и положив их на тумбу, Арс лёг в кровать. Стоило его голове вновь коснуться подушки, он моментально погрузился в сон.

***

      Утро Арсения было самым обычным. Он встал по будильнику, умылся, более менее привёл своё лицо в порядок, позавтракал, переоделся. Так как глаза у него чувствительные, а сегодня он уснул в линзах, нужно было дать им восстановиться. Так что, этот день Попов проведёт в очках.       Первая половина дня была распланирована. Сначала нужно было заправить машину, затем заехать на химчистку и забрать оттуда костюм, на который Попов недавно пролил кофе. Потом ему нужно в офис. Там он пробудет примерно до обеда, после вернётся, но это если Оксана позвонит. Шастун может и не дать своё согласие, тогда, мужчина пробудет там до конца рабочего дня.       Попов решил, что если он приедет на заправку в 7:15 утра, то никого не будет, так как все ещё будут спать, но это предположение было неверным. Очередь из машин к колонкам с бензином едва помещалась на территории. Арсений простоял там около десяти минут.       На химчистке история повторилась. Народу было — как килек в банке. Попов еле-еле протиснулся между ними. Естественно кто-то из толпы больно наступил ему на ногу и толкнул локтём. Также, отстояв порядка десяти минут, Арсений поковылял к своей машине.       Возле своего офиса, мужчина облегчённо выдохнул, ведь несмотря на все эти очереди он приехал вовремя. Его, конечно, никто не будет отчитывать за опоздание, но Арсений предпочитал всегда приезжать точно в срок.       Он с детства был очень пунктуальным. Сам никогда не опаздывал и терпеть не мог когда кто-то опаздывал. У него было правило десяти минут. Если человек не пришёл на встречу в течении десяти минут, то Попов разворачивался и уходил, но это с учётом того, что у человека не было веской причины для опоздания, либо он опаздывал по своей вине.       Зайдя в офис, он поздоровался с Ирой и отметился в журнале. Отношение к ней изменилось после ситуации с Шастуном, но он не мог её просто так уволить, потому что она отлично выполняла свою работу и придраться было не к чему.       В свой кабинет он шёл не спеша. Уже по привычке, он взглядом стал искать русую макушку, но наткнулся лишь на хвостик Матвиенко. В кабинете он поставил чайник и сел за свой стол. Сегодня нужно было разобрать кучу бумаг.

***

      Утро Шастуна кардинально отличалось от того, к которому он привык. Вместо будильника его разбудила медсестра. Она же помогла ему встать с кровати и умыться. Тело продолжало изнывать от боли. Голова болела и немного кружилась от любых резких движений.       Перед завтраком у него взяли кровь из вены. После, вместо привычного чая, ему принесли компот из сухофруктов и овсянку, которая была абсолютно пресной. У Антона с утра почти не было аппетита, а когда он увидел кашу, то он и вовсе пропал.       Дальше, по расписанию, Шастуну нужно было идти ставить магнезию. Он никогда не боялся игл, поэтому он без малейшего страха с помощью медсестры шёл в кабинет. Укол оказался довольно болезненным, но не настолько, чтобы кричать на кушетке так, будто его резали.       Ну а после этих процедур, Антон отправился в палату. Так как из-за сотрясения Шастуну нельзя читать, смотреть телевизор, пользоваться гаджетами, слушать громкую музыку, парень лежал и залипал в потолок.       В палате он находился один. Напротив его кровати стояла вторая, но на ней никого не было. От скуки и от боли, Антон готов был лезть на стену. Ещё не было даже десяти, а парень уже сходил с ума. Он себе даже не представлял, как будет тут ещё неделю. Один час для него уже был вечностью.       Молитвы парня словно были услышаны и в палату зашла Оксана. Антон уже успел с ней познакомится. У него, также как и у Попова, к девушке сложилось хорошее отношение. Они быстро нашли общий язык. — Доброе утро, Антон. — Оксана заражала своей идеальной улыбкой. — Как ты себя чувствуешь? — Доброе. — Шастун улыбнулся, даже не смотря на то. что этот жест причинял ему боль. — По ощущениям при каждом вдохе в моё тело втыкаются сотни иголок. Всё тело будто через мясорубку пропустили. Ну а если не считать всё вышесказанное, то очень даже хорошо. — Антон отодвинулся к стене, освобождая место для того, чтобы девушка села. — Оу, мы бы могли тебе вколоть обезболивающие, но оно, во-первых, может вызвать привыкание, а во-вторых, его нельзя совмещать с магнезией. — Оксана села на край кровати. — Ничего страшного, потерплю. — Антон махнул рукой. — Слушай, у Арсения ключа от твоей квартиры нет, чтобы он смог тебе вещи привезти. — От упоминания имени Попова, у Антона появились бабочки в животе. — Ты даёшь свое согласие на то, чтобы я могла взять их и передать? — Да, конечно. — Не раздумывая ответил Антон.       Поболтав ещё на разные отвлечённые темы, они и не заметили, как время подходило к обеду. Оксана ушла и Шастун вновь остался один. До того, как ему принесут еду, оставалось порядка часа. Антон погрузился в свои мысли.       Он обдумывал то, что Попов, сам вызвался привезти вещи Шастуна. Это трогало. Антон уже предвкушал предстоящую встречу. Но тут парень внезапно осознал: Арсений привезёт его одежду, значит, он естественно зайдёт к нему в квартиру.       Антон прекрасно (или не очень) помнил, как сейчас выглядит его квартира. На кухне куча пустых бутылок из-под алкоголя, пару бычков и пустая пачка из-под сигарет, осколки разбитой кружки так и остались валяться, также след багровых капель и кровь на стене. И это только кухня.       В спальне всё постельное бельё находилось на полу, а на стене красовался кровавый след от руки. Пустая бутылка коньяка стояла рядом с такими же опустошёнными пачками сигарет. Вещи разбросаны по всей квартире. Более менее была ванная.       Шастун уже предчувствовал, что предстоит тяжёлый разговор с Поповым. Антон также боялся, что если Арсений увидит весь этот кавардак, то полностью разочаруется в парне.       За всеми этими мыслями, Антон и не заметил, что пришло время обеда и ему принесли его порцию. Тарелка абсолютно безвкусного бульона, кусок хлеба и чёрный чай, естественно без сахара. С этой больничной диетой Шастун похудеет ещё больше.