Ответы Хаято Гокудеры

Для Гокудеры тяжелая голова новостью не была. Как и резь в глазах – после пяти-шести часов сидения за компьютером неудивительно, что органы зрения просили о пощаде. Вонгольский Ураган обычно сдавался, когда перед глазами все начинало расплываться, и очки перестали помогать. И в этот вечер ничего сверхъестественного не происходило. Хаято сводил квартальный отчет, привычно морщился от отчетов Ямамото и Рёхея, понимая, что их придется дорабатывать. Тишина в особняке успокаивающе действовала на нервы. Нет, теоретически хранители Десятого могли притихнуть , чтобы потом преподнести «сюрпризы», чаще всего неприятные, но вот конкретно сейчас Урагану думать о таком развитии событий не хотелось. У него еще отчет недоделан. Собственный чих заставил Гокудеру озадаченно моргнуть. Потерев переносицу, Хаято покачал головой – аллергией на пыль он никогда не страдал, с чего бы вдруг сейчас-то начинать? «Ерунда, случается с каждым», — шмыгнув носом и прислушиваясь к легкой щекотке в ноздрях, Хаято выкинул эту мысль из головы. Такую мелочь он не считал чем-то заслуживающим внимания. Отчет был куда важнее, до срока сдачи оставалось больше двух недель, но вонгольский Ураган справедливо решил, что начать следовало пораньше. Тем более, что ему потом предстояло разбираться и с варийскими бумагами. Они хоть и шли по отдельной категории, но работал с ним все тот же Гокудера. А приносил документы чаще всего Скуало – приходилось сильно постараться, чтобы удержать громогласного капитана в кабинете, иначе потом самому приходилось бегать за ним и уточнять очередные пункты. От мысли о Варии голова у Гокудеры заболела с новой силой. Десятки маленьких молоточков отстукивали свой ритм, вынуждая Хаято морщиться. От сосредоточенности почти ничего не осталось, пришлось откинуться в кресле и потереть ладонями виски. «Отчет сам себя не напечатает», — Хаято позволил себе пять минут посидеть, прикрыв глаза. Можно было встать и добраться до аптечки, которая находилась в комнате. Там у Гокудеры хранилось обезболивающее – мигрень была его частым спутником, а с болью работать сложно. Вот и обзавелся Хаято лекарствами различной мощности, некоторые из которых, вообще-то, официально продавались по рецепту. Но вот уж это Гокудеру не волновало. Аптечка могла лежать неделями, а то и месяцами, вонгольский Ураган справлялся сам. Но вот в такие минуты обычно обращался к ней. Новое чихание отвлекло Гокудеру от мыслей об аптечке. Шмыгнув носом, он с некоторым удивлением отметил воду в ноздрях. Хаято в принципе болел крайне редко. Будь это иначе, едва ли он смог бы пережить бродячую жизнь. Италия теплая страна, но такое время года как зима существовало и на её территории. А Гокудера, примерно с двенадцати лет вел самостоятельный образ жизни, окончательно уйдя от Шамала. Может, он, конечно, поработал, а может, дело было в том, что приходилось питаться в детстве ядовитой стряпней Бьянки – факт оставался фактом, простуды для Хаято были практически неизвестны. Новый чих порядком озадачил вонгольского Урагана. Голова снова напомнила о себе, а в кабинете как-то резко стало холодно. Хотелось прибавить отопление или закутаться в плед. «Это еще что за новости?» — разозлился на себя Гокудера. – «Немедленно к делу. Отлежусь ночью». Возвращение к отчету далось трудно. Гокудера упрямо стиснул зубы, но чихание повторялось с новой силой. Более того, в горле появились неприятные ощущения, словно в него вогнали одну из игл ежа Хибари. Боль усиливалась, но куда серьезнее для мужчины стало понимание, что он набирал текст мало того, что медленнее, так и слова уже несколько раз перепутал и напечатал не так, как должно было быть. «Приплыли», — констатировал факт Хаято, заставляя себя сохранить отчет, и посмотрел на часы. Они показывали десятый час вечера, время самое подходящее для подобного рода занятий. А еще Хаято в очередной раз пропустил ужин, но сейчас это не казалось ему большой потерей. Горло болело так, что он сомневался, что смог бы проглотить хоть что-нибудь. Поморщившись, Ураган заставил себя встать. В кабинете по-прежнему было холодно. Или это его знобило? Гокудера только сейчас осознал, что легкую чечетку отбивают его собственные зубы, а не дождь за окном. Кажется, он умудрился простудиться? Вот только где? Еще вчера вонгольский Ураган чувствовал себя прекрасно, успел по телефону обсудить с Ромарио предстоящий прием у Каваллоне и внес этот пункт в расписание Десятого. Позавчера Хаято вернулся с миссии, но она-то прошла штатно, несмотря на то, что она была парной. Не в первый раз ему приходилось работать с Ямамото и к своим двадцати четырем годам он, хвала небесам, хоть немного набрался ума и не улыбался почем зря, как в прошлом, когда Гокудеру так и подмывало угостить Ямамото динамитом. Только недовольство Десятого и останавливало от этого. В любом случае, где бы несгибаемый Ураган простуду не подцепил, от знания ее подхвата ничего в его самочувствии не поменяется. Разумеется, Гокудера не собирался обращаться за помощью. Он, в конце концов, Ураган Вонголы, а не бездомный подросток. У него имелась аптечка, пара таблеток обезболивающего, оно же подействует и как жаропонижающее, чутье подсказывало, что его колотит не просто так и утром проснется как новенький. Во всяком случае, Гокудера Хаято очень на это рассчитывал. Насморк, кажется, усиливался. Во всяком случае, Хаято уже чувствовал, что нос постепенно забивается. Не в рукав же сморкаться? Привычно шмыгнув носом, Хаято побрел к аптечке. Таблетки – и в постель. Шесть-семь часов – все будет хорошо. После завтрака Хаято отправится на доклад к Десятому, хотя нет, завтра босс, кажется, отправлялся куда-то по делам с Хибари и Рёхеем. Или послезавтра? Что-то у Гокудеры из-за небольшой температуры с памятью стало. Хаято с трудом заставил себя раздеться. Есть не хотелось, пить тем более – горло все сильнее болело, точно еж Хибари выпустил свои иглы или Ури решила поточить свои когти. Он провалился в тяжелый сон, надеясь, утром прийти в норму. Простуда в острой форме длилась несколько дней. Гокудера, отвыкнув болеть, об этом забыл. Утром он проснулся в мокрой от пота постели, все с тем же больным горлом, забитым носом и пониманием, что надо как-то встать, чтобы заказать хотя бы завтрак. Но тело имело на это свое мнение, и Хаято вынужденно рухнул обратно, вяло порадовавшись, что к нему точно никто не вломится. Наверное. Да и кому он, в сущности, нужен, одиночка с дурным характером? Правильно, никому. У босса и своих дел по горло, а что Гокудера? Справится, не в первый раз. Он еще немного полежит и встанет. Еще пять минут. А потом…в ванной, в конце концов, есть вода, от жажды не умрет. Все наладится. Гокудера заснул с мыслью, что простуда, как и жизнь, не выбирает, когда нанести очередной удар.