7. Откровения хёна.
10 февраля 2021 г., 02:29
— Юнги-хён, к тебе можно? — спросил Тэхён, заглядывая в приоткрытую дверь.
— Заходи, Тэ, — ответил Шуга, смахивая слезинку со щеки, надеясь, что тот не заметит.
Но Тэхён заметил. Он вообще всё замечает, даже как-то интуитивно чувствует, на подсознательном уровне. Таким он родился, очень чувственным и чувствительным к окружающему миру. Когда он впервые увидел Чонгука, он уже знал, что это его человек и что они связаны незримой энергетической нитью.
— Шуга-хён, давай напьёмся, — сказал Тэ с грустной улыбкой, протягивая Юнги бутылку виски.
— Да я как бы уже, — сказал Шуга, кивая на бокал с виски, — Только я больше не напиваюсь и тебе не советую — не помогает. Поверь мне на слово, вон, пригуби глоточек для настроения. Ты же терпеть не можешь алкоголь, Тэ, что случилось?
Тэхён взял бокал Шуги, и сделал глоток. Сморщившись, проглотил горькую жидкость. Да, он не понимал, какое удовольствие приносит алкоголь. Он уже дважды напивался, но делал это исключительно для того, чтобы не обидеть хёнов отказом.
Опьянение наступало очень быстро, и потом Чонгук нёс его на спине, укладывал в постель, и на следующее утро не отходил от него, ухаживая за своим хёном, всячески стараясь облегчить его похмельные страдания.
— Мой милый Гуки, как же я тебя люблю, — прошептал Тэхён и сделал ещё глоток.
— О-о, дружок, харэ, — произнёс Юнги, забирая бокал из рук Тэхёна, и тоже сделав глоток, подальше отставил бокал, — Я не понесу тебя в кровать, а твоего личного носильщика здесь нет. Поэтому ещё раз спрашиваю, что случилось, Тэхён?
— Малой истерит, плачет, а бедный Чимин нянчится с ним, — вздохнул Ким и заметил, как при упоминании Чимина, глаза Юнги сделались больше, совсем чуть-чуть, на мгновение.
Шуга всегда умело скрывал своё душевное состояние. Эдакая неприступная скала, точно — «пуленепробиваемый».
— Чимину сейчас плохо? — спросил Шуга, голосом, какого от него Тэхён никогда не слышал. В этом голосе была вся тоска мира.
Ким всё понял и решил пойти Ва-банк:
— Юнги-хён, и как давно ты любишь Чимина? Только не лги мне, я всё чувствую, — серьёзно спросил Тэ.
Тэ ожидал взрыва от Юнги, боялся, что тот его прогонит за такие речи. Но такой эмоции даже Тэхён не мог ожидать от Шуги. Видимо, интуиция Тэхёна дала сбой. Ему стало так жалко Юнги.
— Ой, дураки, — произнёс Тэхён, качая головой и облегчённо вздыхая.
Перед ним сидел растерянный Юнги, прижимающий к груди свои колени, и обнимающий их руками, а крупные слёзы ручьём катились из его глаз. Он просто замер, не всхлипывал, не вздыхал. Стояла гробовая тишина, и только слёзы всё катились и катились из глаз Мина.
Тэхён подумал про себя: — «Я Юнги расскажу, прости меня, Чимин-а»: — «Если во благо — то можно».
Это был их с Чимином девиз, ещё со времён трейни.
— Шуга-хён, Чимин любит тебя вот уже как года два. Я знаю, он мне сам говорил. Какого хрена ты вообще отталкивал его от себя, пугая? Он и так нерешительный, наш Чимин. Какого хрена ты заставлял плакать его по ночам? Какого хрена ты мучал моего лучшего друга? — сердился Тэ.
Тэхён толкнул Шугу в плечо, тот застонал, повалился спиной на кровать и зарыдал так сильно, ударяя кулаками по матрасу.
«Вот я дурак», — подумал Тэхён, — «Плечо! Я его толкнул в больное плечо».
— Юнги, прости меня, прости, — Тэхён кинулся к хёну, поднимая и обнимая его.
Ким мог терпеть свою боль, но чужую, тем более боль кого-то из ребят, выносить не мог. В этом он сродни Чонгуку: тот тоже переживал за хёнов больше, чем за себя.
— Скажи ещё, Тэ, скажи, — всхлипывая попросил Шуга.
— Чимин безумно любит тебя, старого дурака, — медленно и томно проговорил Тэхён, специально добавляя в голос бархатные нотки.
Юнги вскочил, толкнул Тэхёна в грудь, от чего тот не удержал равновесие и повалился спиной на широченную кровать старшего.
Шуга с проворством огромного шимпанзе прыгнул сверху на младшего, стал целовать его в щёки, лоб, уши, волосы, во всё, что попадалось под его губы, потому, что Тэхён вертел головой и смеялся, думая:
«Чимина, ты будешь счастлив — мой друг».
Он и сам был счастлив.
А Юнги всё просил и просил:
— Скажи ещё Тэхён, — Мин не верил собственным ушам.
— ЧИМИН ТЕБЯ ЛЮБИТ, ХЁН! ЭТО ПРАВДА!!!
