Волк в овечьей шкуре

      Солнечные лучи, словно последние исчадия ада, сверкнули прямо в глаза. До этого момента пытающийся вновь провалиться в сон Сал полностью потерял желание к этому. Подушка внезапно стала казаться деревянной, а одеяло — свинцовым и до ужаса жарким. Тем не менее подняться с кровати сейчас не казалось простой задачей.       Нащупав телефон в кармане джинсов — перед сном так и не удалось раздеться — Сал посмотрел на время. Почти десять утра. Вроде бы удалось поспать достаточное количество времени, так почему тело ломит так, будто он работал в шахте три рабочие смены подряд?       Шторы кто-то любезно задвинул, и только сейчас Сал смог сфокусировать взгляд на комнате. Синие обои, полка с книгами прямо напротив кровати и несколько горшков с растениями, названиями которых Фишер ни разу не интересовался, — это место стало слишком привычным для него за последние недели.       — Проснулся наконец. — Тодд с максимально угрюмым выражением лица прошёлся по комнате и остановился возле Сала, который уже успел сесть на край постели.       — И тебе доброго утра. — хрипло вырвалось из горла.       — Ты ещё имеешь совесть язвить мне. — в противовес своим словам Тодд подал стакан с водой.       Прохладная жидкость приятно растеклась по ротовой полости, что позволило вновь чётко заговорить.       — Что-то случилось?       — Когда ты сказал, что сходишь в клуб поговорить с Джонсоном, я не представлял, что ты припрёшься ко мне в шесть утра в стельку бухой!       — Я… — слов оправдания, увы, не нашлось. — Виноват, прости.       — Я ради него просыпаюсь рано утром, беспокоюсь о нём, готовлю завтрак, а он лишь «прости». Пф-ф-ф. — Тодд театрально опустился на кровать рядом с другом. — Как ты вообще умудрился напиться? Ты же не пьёшь.       Ночные воспоминания кружились в голове неясными обрывками, но причину своей внезапной попойки Сал помнил отлично.       — Хренов Джонсон отказывался говорить со мной, пока я не выпил чего-либо алкогольного. Ну знаешь, у него, похоже, кинк на пьяных собеседников.       — Радуйся, что сегодня в институте выходной день. Конечно, это не повод для излишнего отдыха. Тебе ещё много чего проконспектировать надо. — Тодд расслабленно лёг, но тут же подскочил, с ярым энтузиазмом спрашивая: — Ну так Ларри дал тебе отпуск?       — М-м-м, я не помню. — Фишер зачесал несколько мешающихся прядей за уши и сделал ещё один глоток воды.       — Скажи мне, что ты стебёшься, и я не ударю тебя.       Сал автоматически потянулся к телефону, словно это могло его спасти и от разъярённого друга, и от внезапной потери из памяти столь важного момента сегодняшней ночи. Экран привычно сверкнул, после чего на нём высветилось три уведомления. Одним движением Сал смахнул предупреждение о снегопаде, который с большой вероятностью будет сегодня. Оставшиеся два — «одно новое сообщение от контакта Меган», «два новых сообщения от контакта Патлатая мразь». Ещё парой касаний Сал открыл чат с Ларри. Маловероятно, но тот мог написать что-либо важное.       Патлатая мразь. 09:49       Я почти уверен, что ты забудешь многое из того, что мы обсудили. В общем-то, можешь спокойно сдать свою сессию, но с одним условием: после ты будешь работать вдвойне усердно.       Ну, конечно, здороваться не в стиле Ларри. — пронеслось в голове. — Сволота, хоть за отпуск спасибо.       Патлатая мразь. 09:58       Кстати, чуть не забыл сказать. Неплохо целуешься, но до меня тебе далеко. ;)       Глаза нервно пробежалась по последнему предложению. Что он имел в виду под «неплохо целуешься»? Казалось бы, всё предельно ясно — Сал, по пьяне ты засосался с дрянным Джонсоном! — но верить в это не хотелось вовсе. Тот же мог глупо пошутить, верно? Но мозг, как назло, работал не в нужную сторону. Почему-то именно сейчас в голове начали вырисовываться некоторые сцены из клуба: как Сал снял маску; как Ларри провёл по его щеке пальцем; как их губы соприкоснулись, смешивая капельки бренди и пива воедино. Даже ощущения появились, будто Сала насильно погрузили в эту ситуацию вновь. Сал закрыл глаза, пытаясь отогнать эти мысли от себя, но это лишь усугубило ситуацию. В темноте собственных прикрытых век картинка обрела более чёткие черты и чувства: вот парень опустил руку на Ларрино колено, сжимая плотную ткань его брюк; а вот удивлённый Ларри сидел пару секунд как каменная скульптура, после чего несильно прикусил Салу нижнюю губу, отчего тот с обиженным вздохом вернулся к своему напитку.       Вроде бы ничего отвратительного не произошло, и поцелуя как такового не было, лишь лёгкое прикосновение. А укус со стороны Ларри — всего лишь способ успокоить Фишера, не отталкивая и не грубя ему. Но даже мысль о том, что Сал, будучи пьяным, полез к Ларри, сама по себе оставляла неприятный осадок.       — Эй, ты в порядке? — Моррисон, заметив резко изменившееся настроение Сала, заглянул ему через плечо, чтобы посмотреть в его телефон, но тот быстро его выключил, не давая другу увидеть сообщения Ларри.       — Да-да, Ларри написал, что дал мне отпуск.       — И всё?       — И всё.       Тодд скептическим взглядом оценил несколько испуганное выражение лица Сала.       — Ясно. Я схожу заварю кофе, а ты иди в душ.       — Мгм.

***

      Тёплый душ привёл мысли в порядок. Теперь можно было рассматривать всю ситуацию более трезвым взглядом. Сейчас думать не хотелось, но, решив, что целых три недели Ларри не будет появляться в его жизни, Сал отложил решение проблемы с недопоцелуем на потом.       Вытирая волосы полотенцем, Сал снова разблокировал телефон, вспомнив, что помимо Ларри, ему писала и Меган.       Меган. 08:06       Доброе утро. Мы можем сегодня встретиться в больнице? Нужно поговорить о твоей маме.       Сал. 10:28       Привет. Да, конечно. Я подойду к часу дня.       — Ты там не помер? — Сал улыбнулся, услышав, как Тодд намеренно громко ругается. — Я сейчас съем всё сам.       — Да иду я, иду.