Волк в овечьей шкуре

      — Ну уж нет! Я вообще не планирую праздновать. — Тодд ходил по квартире кругами, разговаривая с кем-то по телефону. Несложно было догадаться, что этот кто-то — Нил: Тодд ни раз на эмоциях выкрикивал его имя. — Поезжай к сестре. Она будет рада отпраздновать Новый год с тобой. — повисла недолгая тишина, пока собеседник на том конце отвечал. — Что значит «далеко ехать»? Боже, она твоя сестра, вы и так видитесь крайне редко. — Тодд говорил с укоризной, но лицо его было полной противоположностью голосу: широкая улыбка да блестящие глаза.       Сал опустил голову обратно в учебник. Заумные слова сливались в непонятную кашу из-за постороннего шума и лишних мыслей. Нет, так точно не может больше продолжаться. Он шумно захлопнул книгу, уткнувшись неопределённым взглядом на друга, который в следующее мгновение резко замолчал. Появившаяся тишина давила на мозг все те пару секунд молчания, словно тот — лишь резиновый мячик, готовый вот-вот разорваться. Это ничуть не лучше той шумихи, что происходила только что.       — Я выйду покурить. — сбежать было лучшим решением, пусть и трусливым.       Тодд кивнул, возвращаясь к своему разговору, но уже без былого энтузиазма. Обиделся.       Куртка, висящая на плечах, слегка сбилась, пока Сал почти бегом спускался по лестнице. Зимняя обувь натёрла кожу на пятке, неприкрытую тканью носка. И чёрт с ним, от этого ещё никто не умирал.       А вот от курения, пожалуй, бывало. Сала посетила эта мысль, когда в руку привычно легла сигарета. Умирать как-то не особо хотелось. Тем более сейчас, в преддверии праздников, когда осталось сдать всего-то один экзамен. Ну второй пункт, наоборот, подталкивал к идее закончить эту жизнь поскорее, ведь экзамен был не абы каким, а по экономической географии. Самый отвратительный предмет с отвратительным преподавателем, но это всё можно расценить как небольшие проблемки по сравнению с тем, что Сал прогулял абсолютно все пары по нему. Тодд, конечно, не оставил друга без помощи, объяснил все пройденные темы, отдал свои конспекты, но страх, что его ответ занизят из-за личных побуждений — если постоянные прогулы можно таковыми назвать — всё равно присутствовал.       Недолго покрутив сигарету в пальцах, Фишер засунул её обратно в упаковку. Нет, экономическая география — не повод так позорно расставаться со здоровьем. Сейчас он вернётся обратно в квартиру, извинится перед Тоддом и сядет зубрить термины.       — Хуй с ним. — садясь на невысокий заборчик, процедил Сал.       Возвращаться в душное помещение не было желания. Раз он решил не курить сегодня, то просто посидит. Не слишком долго, до тех пор, пока не начнёт замерзать. Глупой идеей было выходить в двадцатиградусный мороз в куртке да пижамных штанах, которые так и остались висеть на ногах парня с ночи.       Так, о чём это мы? Точно, экзамены!       Все остальные экзамены были сданы. Сал не уверен, что сдал всё на отлично, но не зачёта точно нет. Это обнадёживало в той или иной степени. Во всяком случае, мама будет гордиться, а это главное. Особенно сейчас.       Подул сильный ветер, разбросав распущенные голубые волосы по плечам. Кожу на лице слегка защипало. Непривычное ощущение мороза на щеках не казалось неприятным или болезненным, даже наоборот. Ещё один резкий наплыв ветра принёс с собой холод, затронувший уже ноги. Стоило вернуться, но, казалось, силы покинули тело, и Сал даже не мог поднять руку, чтобы убрать прядь волос с лица. Интересно, если Тодд увидит его из окна в таком положении, ему попадёт? Проверять на себе, конечно, не хотелось, да и выбор был, но Сал продолжал упорно сидеть на хреновом заборчике.       В общем-то, сессия почти закрыта, а значит, совсем скоро со спокойной душой можно будет готовиться к праздникам. Уже через неделю Рождество, которое он отпразднует вместе с Дианой. Её отпустят на это время. Как ни странно, ей стало легче: бессонница почти пропала, кашель уменьшился, но отсутствие аппетита всё также присутствовало. Она заставляла есть себя насильно, понимая, что совсем скоро ей предстоит серьёзная операция, к которой её организм должен быть готов.       Всё это пугало и саму Диану, и её сына. Они обсуждали это, обговорили все «за» и «против». И пусть «против» набралось больше, и аргументы Сал приводил весомее, было принято совместное решение о том, что операции быть. Как бы страшно не было, на данный момент это единственный шанс на выздоровление. Маленький, с большими рисками, но всё-таки был.       Подъездная дверь со звонким пиликанием домофона открылась. Вышедший оттуда Тодд готов был вот-вот врезать Фишеру: его походка и сдвинутые к переносице брови говорили о многом. На автомате Сал подскочил с места, поднимая руки кверху в примирительном жесте.       — Полегче, друг.       Тодд в то же мгновение параллельно поднял руку, но для того, чтобы действительно ударить. Кулак прилетел в плечо. Удар вышел больше театральным, нежели настоящим, но мог бы быть вполне болезненным, если бы не мягкая варежка на руке Тодда. Сал, подыгрывая, пошатнулся, сложился пополам якобы от боли, вместе с тем издавая звуки, означающие что-то вроде «я не заслужил такого жестокого отношения к себе».       — Если простудишься, я и пальцем о палец не ударю, чтобы вылечить тебя.       — Конечно-конечно. — артистично хрипя, проговорил Сал.       — Я серьёзно! Подумай о себе. Ну разве это норма вот так вот одеваться зимой? Тебе не пять лет, а я не твоя няня, чтобы объяснять такую простую истину. — Тодд встал на носочки, пытаясь сравняться ростом с только что выпрямившимся Салом. — Погляди на меня, запомни: так и ты должен одеваться в такой мороз.       Сал бегло осмотрел друга. Ничего необычного в нём нет: зимний пуховик, шарф, шапка и, бесспорно, тёплые штаны. В этом всём тот выглядел мило, словно маленький ребёнок, которого мама отпустила погулять, предварительно закутав в самую тёплую одежду в доме.       — Я буду. Но не тогда, когда выхожу покурить на минутку-другую.       — Естественно. — раздражённо закатив глаза, прошипел Моррисон. — В общем, возвращайся домой и попей горячего чая.       — А ты куда собрался? — ехидно прищурив глаза, спросил Сал.       — Твоё ли это дело?       — Девушку себе наконец нашёл? — наклонил голову поближе к лицу Тодда, чтобы посмотреть на его реакцию.       — Боже, что за глупости, Сал? Если в твоём приоритете одни девушки, то мне до них дела нет. — Тодд надавил ладонью на лоб друга, отодвигая его подальше от себя.       — Да, я верю. — лёгкая улыбка осветила лицо, и Сал уже готов был принимать новый удар.       — Ой, да иди ты. — несмотря на то, что надоедливого лица рядом уже не было, он всё равно отвернулся в сторону, прикусив губу. — Я схожу с Нилом в магазин, пока цены не подскочили, и невъебенных очередей нет.       — Почему с ним?       — Мы будем праздновать Рождество вместе. — Сал готов поклясться, Тодд едва-едва, но засмущался после этой фразы. Моррисон, видимо, тоже заметил это и быстро вернулся в норму, поправив шапку.       — Ты всегда считал Рождество семейным праздником и ездил к своим родителям. Что изменилось?       — Позже поговорим об этом. Иди уже в дом!       — Хорошо, мой дорогой друг. Но я надеюсь, Новый год мы проведём вместе?       — И с Меган?       — И с Меган.       — Тогда почему нет? — Тодд направился в сторону дороги, но на секунду остановился, обернувшись: — И, Сал, отложи экономическую географию на потом. Побереги себя.