Волк в овечьей шкуре

      Чёрный порш въехал на полупустое шоссе. За проведённое в больнице время улицы города успели поредеть. Конечно, автомобили и прохожие встречались часто, но разница всё-таки ощущалась.       Ларри старался не смотреть на сидящего рядом парня, вспоминая путь до его дома. Не то чтобы он не хотел, просто смущать Сала лишними взглядами было бы неправильно. Тот, кстати, снова вернулся в свою апатичную фазу. Как заметил Ларри, его состояние постоянно чередовалось: то агрессия с сопутствующими ей грубостью и нервозностью, то безразличие. По этой причине подстроиться под его настрой было достаточно сложной задачей. Но Ларри имел большой опыт в делах чтения человеческих эмоций, поэтому до сих пор, как ему казалось, справлялся успешно.       — Джонсон.       — М? — не отвлекаясь от дороги, промычал Ларри.       — Ты точно сделаешь вид, что всего того, что было в больнице, никогда не происходило? — если честно, Ларри не совсем понимал, почему его это так сильно беспокоит, лишь так, представлял в общих чертах. Но, несмотря на это, делал так, как просили.       — Я же обещал.       — Спасибо.       Не может того быть, сам Сал Фишер поблагодарил его! Вот это да, их отношения определённо движутся в правильном направлении.       — Хэй, ты не хочешь выпить сегодня? Завтра суббота, проблем возникнуть не должно.       Ларри особо не раздумывал перед тем, как озвучить это предложение. Просто мысль о том, что это не такая уж плохая идея, слишком неожиданно пришла в голову.       — Я, кажется, говорил, что…       — Да-да, ты не пьёшь. Тем более со мной. Я же не предлагаю напиться в слюни, а так, совсем немного, чтобы снять стресс.       — Ну…       — Серьёзно говорю, это помогает отвлечься.       — Только если чуть-чуть.       Уголки губ Ларри приподнялись вверх, что Сал заметил по отражению в зеркале заднего вида. При первой же возможности машина свернула на другую полосу движения, в противоположную от дома Сала сторону.

***

      — Когда ты предлагал выпить, я представлял, знаешь, что-то иное. — Сал плавно провёл ладонью по тёмно-серой шерсти.       — Не сомневаюсь, сладкий. — Ларри наугад выудил из мини-бара бутылку виски. Честно признать, он не очень-то разбирался в алкоголе, лишь порой делая вид, что великий ценитель. Поэтому, зная, что Сал не часто пьёт, выбирать какой-то особенный напиток не стал, доверевшись своей удаче. — Возить тебя по барам — глупо, потому что сам не посещаю их.       — Поэтому ты привёз меня к себе домой?       — Ага. Я настолько к тебе добр, что позволил ещё и гладить свою кошку. Цени это!       — Ценю. — Сал почесал Наоми за ухом и откинулся на спинку дивана. Он порядком подустал за сегодняшний день, отчего получить долгожданный отдых было желанным вдвойне.       Ларри вошёл в гостиную, умудряясь удерживать два стеклянных стакана и бутылку с алкоголем в руках. Наоми с громким «мяу!» спрыгнула с дивана и подбежала к хозяину, расхаживая вокруг его ног. Ларри, кажется, это препятствие нисколько не помешало: тот как шёл ровно и прямо, так и продолжил, даже не шелохнувшись.       Опустившись рядом с Салом, Джонсон протянул тому стакан. С рисунком сердец разных форм и размеров. Сал раздался громким смехом, спугнув кошку.       — Джонсон, это что? — сквозь слёзы спросил он. — Других стаканов не нашлось?       — Ну да, не нашлось. — излишне серьёзно признал Ларри. — Я живу один. Зачем мне целый набор посуды? Есть свой, — он поднял вверх обычный прозрачный стакан. — и пара кружек неизвестного происхождения со времён родителей, как у тебя. Не пить же тебе из горла, так что радуйся этому.       — Хорошо-хорошо. — подавив очередной смешок, согласился Сал. — Надеюсь, ничего шибко крепкого ты мне не предлагаешь. Если я опять приду к Тодду пьяным, он, не сомневаюсь, прибьёт меня прямо на пороге.       — Да нет вроде. — Ларри бегло осмотрел этикетку на бутылке, после чего, особо не думая, разлил виски по стаканам.       Тем временем Сал опустил маску, оставляя подбородок наполовину закрытым. От этой сцены веяло ядерным концентратом неуверенности, как будто человек хочет что-то сделать, но боится.       Первый глоток остался за Салом. Он весь поморщился, но, поскольку о закуске никто не задумывался, ему пришлось мужественно терпеть горечь выпитого. Ларри выпил следом. Гадость. Зачем он вообще пьёт, напомните-ка? Ах, да, точно, ради отвлечения от негатива этой удручающей вселенной.       — Ты сказал «пара кружек неизвестного происхождения со времён родителей». — внезапно начал Сал. Видимо, просто пить ему не нравится, хочется поговорить между делом. — Что это значит? Твои родители переехали?       Ларри усмехнулся. Если первая мысль Сала на этот счёт была о переезде, то становилось понятно, что он несколько наивен.       — Они умерли. — сделал ещё один крошечный глоток. В конце концов, отвлекается сегодня Сал, а не он.       — Оу, прости.       — Да не, это было очень давно, так что всё в норме.       По вполне понятной причине разговор на эту тему не задался, а новых идей для более долгого диалога Фишер найти не смог. Точнее идеи были, но обсуждать их с Ларри немного… необычно? Ещё с десяток часов назад он считал его конченым уебаном, а сейчас сидел в его квартире, на его диване, пил его виски и гладил его кошку, которая пусть и убежала, но гладил же! Действительно необычно. А если вспомнить, то они вообще за руки держались и обнимались сегодня. Вот же ж, это даже не необычно, а, блять, странно. Сал ещё недавно всячески старался избежать любого контакта с Ларри, а сейчас сам полез к нему.       Боже, на самом деле, полностью погрузившись в осознание информации о том, что Диана попала в реанимацию, Сал не заметил, как Ларри из надоедавшего ублюдка превратился в человека, общение с которым не является пыткой. Оказывается, тот умеет быть адекватным, когда это необходимо. И это совсем слегка льстит, ведь адекватным он стал ради Сала. Неважно, была там простая человеческая эмпатия, которой противиться сложно, или собственное желание поддержать — всё равно приятно.       Мыслительная цепь по крупицам вернула Сала в русло, от которого он так стремился убежать с помощью дрянного алкоголя. Диана только начала уходить из головы, как снова вернулась. И пусть Сал уже не реагировал на это так ярко, на душе всё-таки стало тревожно. Он сжал пальцы левой руки в кулак, залпом опрокидывая в себя половину от стакана с виски. Это действие определённо было не из его лучших — понял Сал, сгибаясь в кашле от неимоверной горечи виски под тихий смех Ларри. Вот ведь падла, ещё и угарает с этого. Сам ведь подсунул неподготовленному человеку какую-то крепкую бадяжу!       Вот так вот погрузившись в себя, Сал перестал следить за количеством выпитого. Глоток за глотком, стакан за стаканом — и бутылка опустела, а окружающее пространство перестало казаться реальностью. Тело, в принципе, ощущалось чем-то ватным и неуклюжим. Довольно непривычно, учитывая, что он до сих пор полулежал на диване, заняв добрую его часть. При всём этом предметы вокруг — особенно движущиеся — расплывались мутной пеленой, если смотреть на них без фокусирования зрения, которое давалось лишь большими усилиями. Что уж говорить насчёт состояния работы мозга? И так понятно, что всё крайне плохо.       Ларри повертел в руках пустую бутылку и, цокнув языком, вынес вердикт:       — Пожалуй, с тебя хватит, драгоценный мой. — он аккуратно забрал у Сала стакан.       — Не хватит. — Сал же согласен с таким решением не был, поэтому вернул стакан себе.       Ларри был не намерен спорить, поэтому продолжать этот бой за жалкое стекло с рисунками сердец не стал.       — Отправь мне адрес Тодда, пока я прибираюсь тут. — «прибираюсь» грубо сказано, конечно, всего-то отнести кое-какие вещи на кухню — и дело с концом. — Потом отвезу тебя к нему, ночь уже на дворе.       — Нет.       — Нет?       — Нет.       Именно сейчас Ларри понял, что они слегка переборщили с количеством алкоголя. А вести споры с пьяным человеком, будто воду в сите переносить — лишено всякого смысла. Так уж и быть, пускай сегодня Сал остаётся в его квартире на эту ночь, благо лишняя свободная комната имеется.       — Хорошо.       — Хорошо?       — Хорошо. Переночуешь сегодня у меня. Идём.       На удивление, сейчас Сал послушался и смиренно пошёл за Ларри, который вёл его в другую часть своей квартиры. Но стакан из рук так и не выпустил, тщетно надеясь, что ему ещё чего-нибудь нальют. Ну и ладно, пускай вообще спит с ним в обнимку, от Ларри не убудет.       Как только вошли в спальню, Сал упал пластом на кровать. Удивительно, на этой кровати было даже постельное бельё, несмотря на то, что ей никто не пользовался где-то полгода. Последний раз здесь спала Эшли, когда их трио праздновало день рождения Фелпса. После этого комнату лишь иногда посещала Наоми, бегая от скуки по квартире, и клининговые компании, которые Ларри заказывал в те дни, когда совершенно не успевал сделать уборку самостоятельно, то есть почти всегда. Нет, конечно, убираться он любил, но не любил тратить на это свои драгоценные часы отдыха, коих сейчас было не то чтобы много, но и не мало в сравнении с прошлым.       — Если что-то понадобится, то моя комната слева на две двери. А ванная и туалет и есть эти две двери. Хотя, тебе абсолютно плевать. — словно в пустоту объяснял планировку квартиры Ларри, пока Сал даже не удосуживался открыть глаза. — Что ж, ладно, я пошёл спать. Доброй ночи.       Но не успел он сделать и шага в сторону выхода, как его ногу, чуть ниже колена, обвили чьи-то пальцы. Сал не пытался удержать его, поскольку едва сжимал ткань штанов, лишь старался показать, что не хочет, чтобы Ларри покидал его, можно сказать, давал выбор между уйти или остаться.       — Сал, ложись спать. — мягко перехватив руку и опустив её на кровать, Ларри давал понять, что выбирает первый вариант.       Но, кажется, Сала это уже не волновало. Он резко выпрямился, встав с кровати, и подошёл к Ларри вплотную. Твою мать, Ларри действительно стоило контролировать Сала во время выпивки, зная, что тот может учудить после алкоголя, совершено не осознавая свои поступки. Его пофигизм в тот момент сыграл фатальную ошибку. Теперь придётся придумывать что-то на ходу. Правда, всё ещё остаётся шанс, что всё обойдётся без лишних сцен.       Маска с лица Фишера уже давно слетела, с помощью святых духов продолжая висеть на ухе, поэтому его дыхание, направленное прямо на щеку, слегка напрягало. Да и нехило веяло алкоголем, так что было не очень-то приятно.       — Чего ты от меня ещё хочешь?       — Тебе не нравится?       Ларри пытался не смотреть на Сала, поэтому не знал, какое выражение лица у того сейчас, зато прекрасно ощущал тёплую ладонь, опустившуюся чуть ниже молнии его штанов. С осознанием ситуации глаза Ларри увеличились раза в два, а он сам сделал добрый шаг в сторону. Чёрт-чёрт-чёрт. Это даже близко не тот результат, которого он хотел добиться! Он, конечно, помнит, что Сал лезет целоваться-обниматься после чего-то крепкого, но чтобы тот так откровенно намекал на что-то большее… Ларри тоже имел привычку лезть к людям в таком плане, но никогда не позволял себе трогать чьи-то гениталии даже через ёбаную одежду. По этой причине это было для него чересчур. В мыслях крутилось одно-единственное желание — поскорее оказаться в своей комнате.       Пришлось включить свои навыки лавирования, чтобы избежать ненужных прикосновений к себе по пути из комнаты. Сначала всё получалось очень даже хорошо, но потом… Потом эту попытку сбежать настигла та же участь, что и предыдущую. Удивительно быстро двигающийся после виски Сал опередил Джонсона, встав аккурат напротив него. Между ними повисло тяжёлое молчание: Ларри не мог из себя и слова выдавить от шока, а что касается Сала, то тот явно требовал не разговоров.       Как часто вы попадаете в такие ситуации? Вот Ларри впервые, поэтому осведомлён о разнообразных решениях этой проблемы был, мягко говоря, плохо. Допустим, дар речи к нему вернётся, а что потом? Какие слова будут выигрышно звучать в этот момент? Только Ларри собрался с мыслями и открыл рот, чтобы по-дружески напомнить, что пора спать, как его губы накрыли чужие. По языку разлился терпкий привкус горечи, и Ларри рефлекторно сглотнул. Чёрт возьми, он совсем не был к этому готов! От столь внезапного удивления Ларри действовал на рефлексах, не успевая обдумать свои поступки наперёд, так что толчок вышел слишком сильным. Но, благодаря тому, что Сал пошатнулся на доброе расстояние, у Ларри появилась возможность без препятствий выйти в коридор.       Сердце колотилось как бешеная собака на цепи, а ноги отказывались держать. Мгновение, когда Ларри обессиленно упал на свою постель, он запомнит навсегда: настолько блаженной эта секунда показалась. Голова гудела не от алкоголя, а от мыслей, доверху наполнивших её. Хотелось поскорее погрузиться в глубокий сон, но перевозбуждение от всей этой ситуации сильно мешало.       «Блять.» — пронеслось в мыслях, когда уже переодевшийся в домашнее Ларри укутался в одеяло с головой. Он зарылся лицом в подушку и тихо простонал, на что отреагировала Наоми, запрыгнув к хозяину на кровать. Кошка ткнулась пару раз в тело мужчины, походила вокруг него и улеглась, наконец, на свободную половину кровати, где, свернувшись клубком, уснула. — «Ёбаный Фишер…»       Почему-то дальше рассуждения про себя не шли, поэтому Ларри начал говорить вслух:       — Я, конечно, могу тебя трахнуть, мне ничего не стоит, знаешь. Но рано или поздно ты протрезвеешь, а здравый смысл вернётся к тебе. Да и заниматься сексом с пьяными людьми — такая себе затея. Не думай, что нравишься мне хоть чуть-чуть, раз я размышляю о сексе с тобой, просто я здоровый мужчина и у меня тоже есть вполне обычная реакция, когда ко мне клеятся, верно? Верно.       Ларри перевернулся на спину, пытаясь понять, какого хрена сердцебиение до сих пор не вернулось в норму. После всего этого монолога он словил себя на мысли, что реакция в виде учащённого сердцебиения слегка не входит в понятие простого животного возбуждения.       — Нихуя неверно, Джонсон. Поздравляю, Трэвис оказался прав, тебе нравится Сал. Не в романтическом плане, конечно, а так, как интересная личность. Да. Так есть.       Пролежав, тупо уставившись в потолок, ещё какое-то время, Ларри снова перевернулся. На этот раз набок, лицом к на первый взгляд мягкой спине Наоми. Она, почувствовав шуршание рядом, приподняла голову и принялась что-то высматривать в лице мужчины. Но в итоге вернулась-таки в изначальное положение, равнодушно мяукнув.       — Или нет? Я ничегошеньки не понимаю, Наоми. Давай рассуждать логически. Когда последний раз я ощущал что-то подобное? — Наоми снова мяукнула, на этот раз будто осознано давая свой ответ. — Верно, до того, как начал встречаться с тем уебаном. Я был таким наивным влюблённым подростком, кошмар. Сейчас бы ни за что не прыгнул к кому-то подобному в постель. От него же за километры неадекватностью несло, да? — и снова согласное «мяу». — А я, дурак последний, был согласен на всё, только чтобы быть вместе с ним. Фу, мы отошли от темы. Думаешь, в тот раз я испытывал то же самое, что сейчас? — увы, от кошки не последовало никакой реакции, словно она сама вела размышления на эту тему и не была готова огласить точный ответ. — Я тоже не понимаю, солнце. Прикинь, я всё ещё чувствую этот отвратный привкус во рту после губ Сала. Нужно выпить чего-нибудь, иначе не усну.       Прошло ещё полчаса. Ларри успел сходить на кухню и выпить воды, написать Трэвису о том, что на выходных им обязательно нужно встретиться, выпить какую-то витаминку, ведь он правильный мальчик и соблюдает рекомендации врача. После всего этого он снова залез под одеяло.       — А нужно ли мне понимать вообще? — только что уснувшая Наоми лениво открыла глаза. — Салу я точно не нравлюсь, так что, если я серьёзно влюбился в него, то мне всё равно ничего не светит. Правильно? — Ларри по-прежнему ожидал получить ответ от Наоми, ведь этот способ не требует умственных затрат и глубоких самокопаний. Но та вместо привычного звука лишь погрузилась в сон. — Ах, ну конечно, тебе ничто не мешает спать, а вот некоторым… Ладно, я признаю это! Сал мне нравится. Чертовски, блять, нравится! Слышишь, Наоми, я сказал это, ты рада?       Но Наоми уже крепко-крепко спала.