Волк в овечьей шкуре

      Ходить по больничным коридорам в одиночку было слишком непривычно. Меган закончила временную подработку медсестрой. По крайней мере в период подготовки к сессии она не собиралась возвращаться в больницу. Именно поэтому рядом с Салом шёл Тодд, полностью погружённый в рассказ о том, как в последний раз посещал окулиста, после чего ему пришлось покупать новые очки с его-то зрением в минус три с половиной. Сал же думал о том, что тоже стоит заняться подготовкой к летней сессии, но в конечном итоге пришёл к выводу, что он вообще-то не на медицинском учится, да и сейчас всего-то апрель. Успеет ещё.       — Ты представляешь, сколько там стоят хорошие очки?       — Конечно же нет, у меня в отличие от некоторых прекрасное зрение. — съязвил Сал.       — Сто двадцать баксов! И я ни капельки тебе не завидую! — по покрасневшему лицу Тодда стало понятно, что он пиздец как завидует. — Откуда у меня должны быть такие деньги?       — Ты знаешь, где работает твой парень? Он, наверное, из бабла горы возводит. Ему разве будет жалко сто двадцать долларов на своего драгоценного? — Сал ущипнул друга за щёку       — На самом деле не всё так радужно, как ты думаешь. Но, естественно, я взял деньги у него. А ты думал что? Что у меня остались деньги со стипендии? Они все ушли на оплату обучения.       — Так чего ты ноешь, раз тебя Нил содержит?       — Ною, потому что это грабёж кошелька моего мужчины. А его кошелёк уже почти мой. — Тодд улыбнулся, словно женщина, вышедшая замуж за старенького олигарха и мирно ожидающая его «случайной» смерти. — Да ладно, всё это шутки. Ну или почти… Я же не виноват, что Нилу уже под тридцать. Он спокойно может где-то споткнуться и сломать себе пару костей, а старый организм не выдержит такого… — Сал не стал вставлять свои мысли о том, что Тодд младше Нила всего-то на каких-то пять лет. — Хотя, нам осталось только съехаться и будем прямо как женатая парочка.       — Вот не дай бог вы съедитесь, я к тебе больше никогда приходить не буду. — Сал обиженно закатил глаза.       — Только ради тебя я останусь жить в одиночестве. — Тодд тихо хохотнул и схватил Сала за руку. — Да ладно тебе, не такой уж Нил и стрёмный тип.       — Ну, допустим, верю.       Сал за последние несколько лет успел привыкнуть к больницам, всей этой атмосфере и прочей хрени. В кабинете господина Смита он появлялся почти так же часто как в собственном доме. Но сейчас ладони потели как в первый раз, а их обтирание о низ футболки никак не спасало. И как бы ему не хотелось общаться с господином Смитом, сделать это нужно было. Сал был очень благодарен Тодду за то, что он согласился сходить сегодня с ним в больницу. Он мог оказать лучшую поддержку в сравнении с Меган, но в отличие от неё не мог просто взять и войти в кабинет главврача. Поэтому ему пришлось ждать в коридоре, пока Сал разбирался с некоторыми нюансами внутри.       Господин Смит лишь взглянул на посетителя своего кабинета и вернулся к экрану компьютера, что-то в нём рассматривая. Выглядел он слишком уж расслабленно. Но удивляться было не чему: господин Смит наверняка ждал, что Сал рано или поздно придёт к нему. Действительный вариант, конечно, только «рано».       — Мистер Фишер? — безучастно спросил мужчина. — Что-то случилось?       — Вы лучше меня знаете, что случилось.       Господин Смит цокнул языком, отодвинувшись от стола. Протянул руку, указывая на стул рядом.       — Садитесь. Обсудим кое-что.       Сал не хотел садиться, но понимал, что разговор может затянуться, так что согласился на это любезное предложение.       — Я хочу видеть свою мать. — Сал кратко и чётко высказал причину, по которой пришёл сюда. Ждать начала «обсуждения кое-чего» он не намеревался.       — Знаю. Странно было бы, если бы Вы не хотели. Но я не могу этого позволить.       — Почему?       — По ряду причин, мистер Фишер. Вы хотите знать их все?       — Естественно. Мне интересно узнать, почему же меня не пускают к родной матери.       — Правила нашей больницы запрещают пускать посетителей, когда реанимационное отделение переполнено. Это во-первых. Во-вторых, за теми, кто посещает близкого в реанимации впервые, нужен присмотр, а медсестёр на данный момент у нас недостаточно. В-третьих, я знаю Вас, мистер Фишер, Вы любитель эмоционально реагировать на подобные вещи. В случае чего психолог помочь не сможет, потому что сейчас у него полно других дел. Я достаточно ясно всё объяснил? — выражение лица господина Смита было каменным, в голосе слышался холод. Да он делал всё возможное, чтобы Сал отстал от него!       — По-моему, это бред. Даже если реанимации переполнена, то я не собираюсь задерживаться там надолго. Насчёт присмотра медсестёр я могу сказать тоже самое — мне буквально на пару минут. И как я могу за эти пару минут настолько эмоционально среагировать, что мне понадобится помощь психолога?       — С людьми, видящими своих близких в бессознательном состоянии с разными трубками, торчащими из их тел, всякое случается. Я на своей практике видел многое, уж поверьте.       — Я просто хочу убедиться, что с ней всё в порядке. Это так сложно, позволить мне увидеть собственную мать?       — Мистер Фишер…       — В жопу мистера Фишера! Я так многого прошу?!       В кабинете повисло контрастное молчание. Сал не понимал, почему внезапно сорвался на крик, ведь господин Смит вёл относиться спокойный диалог. Но привести размышление к адекватному завершению не успел, так как раздался размеренный стук в дверь.       — Войдите. — сухо бросил мужчина, переведя внимание с Сала в сторону двери.       В кабинет вошёл Тодд. Сал посмотрел на него взглядом а-ля «что ты творишь?», так чтобы главврач не заметил.       — Добрый день. — игнорируя недовольство друга, начал Тодд.       — Мистер Моррисон, давно не виделись.       Сал удивился, что господин Смит до сих пор помнит Тодда. Тем более фамилию! Раньше Тодд часто ходил с Салом в больницу, когда это нужно было, но примерно год назад резко перестал.       — Ага. Дела, сами понимаете. Я слышал, как Сал повысил голос. Что произошло?       — Ничего серьёзного, мистер Моррисон. Мы просто говорим о том, почему мистеру Фишеру не стоит посещать мисс Фишер.       — Вот оно как… А если я буду рядом? — после этого вопроса до Сала дошло, к чему клонит Тодд. Теперь его излишне дружелюбный тон голоса имел место быть. — Я прослежу, чтобы ничего из ряда вон выходящего не произошло. Обещаю, дольше пяти минут мы там не пробудем.       Господин Смит, недолго размышляя, наконец-то дал своё добро, наскоро что-то написав на бумажке и сказав передать это заведующему реанимацией.       Парни вышли из кабинета: Тодд со счастливой улыбкой на лице, а Сал выглядел так, будто увидел призрака.       — Что это было? — удивлённо спросил он.       — Ничего особенного, просто этот твой господин Смит до смерти меня обожает. — Тодд вильнул бёдрами, обгоняя Сала.       — Хорошо… Ладно, а если серьёзно?       — А если серьёзно, то нужно углубляться в стародавние времена.       — А это когда?       — Ну года полтора назад. Короче, помнишь, когда я на постоянке навещал с тобой Диану, ты постоянно агрился на этого Смита?       — Да я и сейчас вроде…       — Это, конечно, да. Но раньше я умело тушил твои любые вспышки гнева в его сторону. — Тодд сложил пальцы в всемирно известном итальянском жесте. — Вот он и полюбил меня всем сердцем.       — Какой кошмар. Тебя всё на стареньких тянет.       — Что тут поделаешь? Такой вот я человек.       Оба рассмеялись.       Реанимационное отделение находилось на четвёртом этаже. Заведующий этого отделения недоброжелательно на них взглянул, но всё-таки отправил с ними медбрата на вид немногим старше Меган.       У входа в отделение стоял огромный полупрозрачный шкаф, в котором находились белые халаты и бахилы.       — Вам придётся заплести волосы, — медбрат сделал акцент на распущенных волосах Сала. — И надеть на верхнюю одежду по халату.       Пусть господин Смит и сказал, что реанимация переполнена, выглядела она как-то слишком пусто. Сал шёл на нервах и почти ничего из того, что сказал медбрат, не запомнил, зато отчётливо слышал, как шуршит низ халата Тодда об пол. Тот был слишком низким, чтобы среднестатистический медицинский халат не волочился за ним как шлейф на свадебном платье. Это вызывало лёгкую улыбку.       Перед входом в нужную палату Сал подумал, что не очень-то и хочет видеть маму в том состоянии, в котором она сейчас находится. Но Тодд поддерживающе сжал его большой палец, что давало понять, что обратного пути нет. Да и нужен ли он вообще?       В просторной палате находилось пять коек, три из которых были заняты. Сейчас стало предельно ясно, что господин Смит наврал, говоря о переполненности реанимации. Ладонь Тодда сжала его палец крепче, когда Сал взглядом нашёл Диану. Она выглядела ужасно бледно, так, что вены местами просвечивались. Её открытые участки тела — шея и тыльные стороны ладоней — были покрыты светло-жёлтыми пятнами. Сал не знал, куда себя деть, продолжая так и стоять посреди помещения. Зрелище, честно признать, вовсе не из приятных. В данный момент Сал ни о чём не думал и ничего не чувствовал, кроме подступающей к горлу тошноты.       — Тодд, я сейчас блевану. — шёпотом, но честно признал он.       — Пойдём тогда. Довольно на это смотреть. — Тодд слабо подтолкнул Сала, чтобы тот наконец-то зашагал в сторону выхода.       М-да, действительно не стоило сюда приходить. Всё равно никакой выгоды из этого не вышло.