Адреналин

Следующий день Антон провёл в прогулках по городу, отключив телефон, чтобы никто до него не докапывался. На улице погода была не особо плохая, но и не сказать, что хорошая: по бледно-голубому небу плыли серые облака, заслоняя солнце, которое иногда на пару мгновений выглядывало и освещало всё вокруг своим слабым и негреющим светом, а также дул довольно сильный ветер. Антон понял, что здоровье своё сгубит вконец, потому что уже ощущал сильное першение в горле и переодически кашлял, а из-за такого ветра точно только ухудшит своё состояние, но сейчас было так похуй, на самом деле. В любом случае ему, скорее всего, в ближайших гонках участвовать не придётся, по крайней мере, в соревнованиях. Это ему и предстояло обсудить с остальными. Связываться с ними сейчас хотелось в последнюю очередь, но и пускать всё на самотёк Антон не хотел. Может, хотя бы узнает, кем его заменят. Ближайшая гонка клуба через пять минут, и Антон уже почти пришёл к стоянке. Издалека он увидел Дисзари, Медалиста, Люффи, Хеллдора и Би. Вздохнув, Кратос нервно поправил край своей кофты и поплёлся к ним навстречу, понимая, что сейчас, видимо, выглядит мрачнее плывущих в небе туч. Все взгляды мгновенно обратились на Антона, как только тот подошёл к этой компашке. Причём смотрели они даже с каким-то удивлением, а не с мрачностью и претензией в глазах, как предполагал сам Антон. Однако его настроение из-за этого не поднялось. — Кратос походу познал искусство вождения без машины, раз на гонку пешком припёрся, — хмыкнул Саня. — Чё ты такой грустный, член сосал невкусный или чё? — тут же подключился Медалист. Антон окинул друзей взглядом, ощущая внутри какое-то странное противоречивое чувство. В голове в который раз проносились слова Данила о том, что среди них есть крыса, и вновь Кратос чувствовал недоверие к ним. И вроде бы знаком с ними довольно давно, и знал их, как себя, но на душе была какая-то тяжесть, из-за чего он на миг замолчал, не в силах выдавить и слова. Растерявшись, Антон пару раз моргнул, приходя в себя, а потом сказал: — Я по поводу гонок… соревнований точнее, — поправил он себя. — В следующей гонке я участвовать не буду, короче. Разве что только в четвёртой или в пятой. — И кем мы тебя заменим, вопрос? — с удивлением сказал Люффи, посмотрев на остальных. — Кем хотите, — пожал плечами Кратос, мельком кинув взгляд на Диму. — Вон хоть Медалистом, он же больше всех этого хотел. — Ну вот кто сегодня и выиграет, тот и поедет, — решил Би и посмотрел на время. — Погнали тогда. Пока, Антох, — после этих слов вся пятёрка разошлась по машинам. «Как-то слишком быстро…» — пронеслось в голове Антона. Он ничего не сказал, лишь быстрым взглядом осмотрел стоянку и направился обратно домой, мысленно ворча на себя из-за того, что не приехал сюда на машине, потому что пешком ещё идти и идти. Кофта уже не сдерживала сильный холодный ветер, из-за которого у Антона слегка слезились глаза, поэтому он ускорил шаг, чтобы побыстрее дойти домой. Если честно, Антон даже сам не знал, почему так холодно стал относиться к своим друзьям из-за вчерашней ситуации. Между ними часто бывали перепалки и даже ссоры, но это разрешалось всё само, даже без извинений, и на следующий день об этом никто и не вспоминал. Сейчас, видимо, все так и поступили, кроме самого Антона. Возможно, это как раз из-за той информации, которую он узнал от Данила. Просто Кратос не понимал, как можно было поступить настолько подло. И ладно ещё помочь «Аффекту», так этот человек ещё и не признавался в этом, из-за чего все думали, что Квантум добровольно перешёл в «Аффект», и теперь эта крыса спокойно себе общалась со всеми остальными, словно и не ощущая вину. Причём это явно человек приближенный, который часто участвовал в гонках, потому что вряд ли кто-то ещё мог знать точное местоположение Квантума, поэтому Антон был точно уверен в том, что это кто-то из наиболее активных, но вот кто именно — вопрос хороший. Антон словил себя на мысли, что, возможно, этот мудак не остановится на достигнутом и пойдёт дальше. Что, если он перед самой гонкой скрутит им тормоза или повредит что-нибудь ещё, что бы привело к аварии? Что, если из-за этого кто-то пострадает или вовсе умрёт? Может ли Антон оказаться на месте этого кого-то? И ведь он не мог предупредить остальных об этом, ведь пообещал Данилу, что никому ничего не скажет, но тем самым подставлял, получается, остальных. Теперь под удар могли попасть сразу два человека из клуба, которые ни в чём не виноваты совершенно. А ведь если бы Антон остался в команде на соревнованиях, то, возможно, смог бы как-нибудь устранить угрозу или в крайнем случае подставить себя под удар, ведь вряд ли бы было выгодно устранять Дисзари, если Кратос гоняет лучше него. Получается, Антон может быть виновным в чьей-то гибели? Из-за его выбора кто-то может умереть?.. Поняв, что окончательно сошёл с ума, Антон включил телефон и ненадолго замер, сомневаясь. В голову сразу пришло имя человека, который сможет ему помочь и успокоить одним своим присутствием рядом, однако что-то мешало ему написать. В итоге Антон неуверенно, но написал Данилу, надеясь, что тот ответит как можно скорее:

«Дань» «Даняяяяяяя» «Данил, сука»

«Чего?»

«Во, наконец-то» «Ты можешь сейчас встретиться?»

«Это срочно?» Антон долго думал, что на это ответить, потому что тревожить и отвлекать Данила как-то не хотелось совсем. Тем более, судя по всему, у него сейчас нет доступа к машине, и ему придётся идти пешком, но… Возможно, Кратос — эгоистичный ублюдок, но он ответил, что да, срочно. Потому что Даня ему нужен прямо сейчас, и вряд ли кто-то другой сможет помочь Антону. Договорились встретиться в ближайшем парке, и Антон медленным шагом направился туда, щурясь от выглянувшего из-за туч солнца, которое сейчас казалось каким-то холодным, нежели тёплым и согревающим. Парк находился не так далеко, поэтому Антон дошёл дотуда быстро и теперь с каким-то непонятным напряжением расхаживал взад-вперёд, мельком разглядывая местность и оглядываясь по сторонам в поисках друга, которого всё не было и не было. Кратос подумал, что стоило бы спросить, где он сейчас и сколько ему ещё идти, но в том-то и дело, что только подумать и успел. — Пару слов о футболе, Антон, — Данил неожиданно подкрался сзади и слегка приобнял Антона, который чуть не умер от страха. — С-с-с-сука, Данил, ты ёбнутый что ли, блять? — Антон рефлекторно развернулся к нему лицом и впился в его глаза недовольным взглядом. — Я тебе уже уебать хотел, придурок. — Отомщено, всё, один-один, — Даня улыбнулся, довольный реакцией Антона. — Ну так что ты хотел-то? И в течение почти получаса Антон рассказывал, идя по парку, что вообще произошло и почему ему потребовалось с ним встретиться. Сначала зашёл издалека, говоря осторожно, медленно, размышляя над словами, словно боялся, что Данил его не так поймёт, однако тот молчал, внимательно выслушивая друга. Со временем Антон стал говорить более быстро и эмоционально, уже не задумываясь о сказанном, выливая всё, что было на душе, что он тщательно пытался скрыть. Но перед Данилом это просто не получалось, да и надобности не было, ведь он понимающий человек, несмотря на то, что там напридумывал себе сам Антон. — Ты хочешь сказать, что вы успели погрызться друг с другом за ту неделю, пока меня не было? — медленно уточнил Данил, когда Кратос уже почти закончил. — Вот так вас и оставляй, бестолочей, — и тихо посмеялся следом. — Не грызлись, это просто я мудак, — Антон, кажется, не разделял весёлого настроя Дани, тяжело вздыхал и смотрел тоскливым взглядом куда-то в сторону. Тот это мгновенно заметил и тоже нахмурился. — Ну, так-то да, ты мудак, но… — Поддержка от бога, блять, Данил, — перебил сразу же Антон и исподлобья посмотрел на него, выражая своё недовольство. Однако Даня, лишь на миг задерживая свой взгляд на этих глубоких и затягивающих голубых глазах, сразу же увидел в них усталость, смешанную с виной и лёгкой грустью. — …но только в их глазах, — невозмутимо договорил Квантум следом. — Просто они не знают то, что знаешь ты, Тош. Поэтому да, в их глазах ты, разумеется, будешь мудаком, ведь они не знают всей ситуации. А я всё знаю и понимаю, поэтому в моих глазах ты лишь дурак, который с какого-то фига решил мне уступить, мышь такая. Будешь мне опять поддаваться — получишь, понял? — Данил вновь улыбнулся, весело глядя на Антона. Тот сначала смотрел внимательным взглядом на Даню, потом отвёл его в сторону и усмехнулся, мило улыбнувшись. Данил же, увидев на его лице улыбку и услышав его слабый, но такой родной смех, почувствовал на душе спокойствие, потому что видеть Антона мрачным и грустным не любил никогда. Ему это совсем не шло. — Так ты решил, что будешь делать с… этим всем? — наконец спросил Антон то, что его интересовало долгое время, но в голосе слышалась некая осторожность. — Да, — тот ответил так уверенно и безмятежно, что Кратос даже удивился. — И ты в «этом всём» участвуешь. — Блять, а я каким здесь боком? А спросить меня? Не, никак? Антон не сказать, что был рад тому, что и его приплели ко всей этой херне. Наверняка Данил решил слинять от «Аффекта» нелегальным путём, вряд ли он сможет с ними как-то договориться — не те люди. А учитывая то, на что «Аффект» способен со своим оружием, которое, как оказалось, те хранили и торговали им у себя, то вряд ли они оставят это без внимания. Связываться с ними было просто-напросто опасно, зная, чем это может закончиться. — Потому что я знал, что ты не откажешься, — сказал в ответ Данил, хитро улыбаясь. И Кратос на это лишь недовольно хмыкнул и обиженно отвернул голову, потому что не мог на это ничего сказать. Да, с «Аффектом» связываться крайне опасно и рискованно сейчас, но Антон готов даже на это ради Данила. Ну и экстрим любит. Немного совсем. Что имел в виду сам Данил — одному ему лишь и известно. — Ну выкладывай тогда, — обречённо вздохнул Антон. — Помнишь Бустера, который ещё на второй гонке был? Так вот, я познакомился с ним и со Стайтеком, его другом. Они решили мне помочь: помогли собрать все доказательства того, что «Аффект» у себя занимается нелегальной хренью. Тебе, по идее, нужно прийти на их стоянку, найти мою тачку, скорее всего взломать её и потом забрать меня, ну или просто уехать. Не бойся, как мне объяснили, взлом легко делается и всякие нужные штуки для этого дадут. Ну это такая скомканная версия плана, до сих пор не уверен в нём. Короче, я сбегаю, сдаю «Аффект» полиции и их всех сажают за решётку, — Данил сделал небольшую паузу. — Это в лучшем случае. — Ебать, — ему не особо нравилась перспектива быть угонщиком, но ладно, может, всё действительно не так плохо. — А в худшем? — приподнял одну бровь Антон, глядя на Даню. — А в худшем сажусь за решётку я, ну или меня убивают, зависит от милосердия «Аффекта». — Оптимистично… Данил лишь усмехнулся на это, и дальше они шли по парку в полном молчании, слушая шорох листвы и свои тихие шаги. Антон молчал, потому что обдумывал сейчас всю информацию, так как пока что отношение к этому плану было довольно двоякое. С одной стороны, звучит относительно надёжно, но вот с другой… как-то всё слишком сложно. Просто он боялся, что они вляпаются в какую-нибудь херню ещё похлеще, чем сейчас. Главное — не сделать хуже. — И когда ты собираешься всё это делать? — наконец нарушил тишину Антон, когда они вдвоём уже сидели на скамейке. — Получится только после четвёртой гонки. Если всё пройдёт как надо, в «пушечном ядре» уже как раз и появлюсь. Поэтому будем играть в «кто первый врежется» вдвоём, — Квантум увидел, как Антон сразу весь просиял. Кажется, тот обрадовался этой новости. — Тогда я спокоен. В «пушечном ядре», наверное, можно только тебе со мной и участвовать, остальные въебутся в ближайшую тачку с первой секунды, — с ноткой гордости произнёс Антон. Ему безумно нравилось, что из всех членов клуба только он может ездить наравне с Даней. — А кто на одной из гонок чуть в грузовик не влетел на полной скорости? А кто чуть не пропустил поворот и влетел в столб, а мне потом пришлось платить за ремонт его машины? — Данил ухмыльнулся, смотря на то, как Кратос одновременно и был недоволен, и старался сдержать смех. — Отстань, не было такого, — Антон показательно закатил глаза и надулся. — А кто в первой гонке сразу же каким-то образом вылетел на встречку и штраф словил к тому же? А кто однажды с утра не выспался и врезался в чужую тачку? — Да не было такого, — старался оправдаться тот, но в итоге, немного помолчав, сказал: — Да я просто был этим, бля… неопытным. Молодым. — То есть это всё-таки было. — Ой, отстань, не было, — в голосе слышалась нотка обиды, такой беззлобной и невинной, но сам Антон не мог сдержать смех и улыбку, как и Данил. Пару минут они сидели в тишине, задумавшись о своём. Антон сначала размышлял о том, кем же его заменят, смогут ли они выиграть таким составом, не случится ли с участниками что-то непоправимое… Но в один момент он просто отбросил все эти мысли, зацепившись взглядом за сидящего рядом Данила, волосы которого легко развевались на ветру и которые он постоянно поправлял, зачёсывая назад. И сразу в душе вновь появилось спокойствие. Каким образом — непонятно. Когда Антон уже в который раз закашлялся, шмыгая носом, Данил нахмурился и взглянул на него. — Заболел? — спросил тот, когда Кратос пытался вновь откашляться. — Да не, просто… — начал было Антон, но он его сразу же перебил. — Врёшь. Смотри мне в глаза, — с какой-то даже строгостью, неприсущной ему, сказал Квантум. Но Антону было даже на это похер, он вальяжно развернулся к нему, нагло улыбнувшись: — Смотрю. Они пристально смотрели друг на друга пару мгновений, и Антон как бы невзначай про себя отметил, что глаза у Дани красивые. Раньше он как-то этого не замечал. — Ты когда заболеть успел, дурачок? — выдохнув, сказал Данил, уже изменив тон голоса на свой обычный, даже немного уставший. — Я не заболел, — упрямо заявил Антон, потому что ему не хотелось, чтобы Данил за него беспокоился. Он и так уже много для него сделал, если подумать. — Врё-ёшь, — вновь уверенно возразил Квантум, из-за чего Антон цокнул языком. Не прокатило. — И как ты в гонках будешь участвовать, чуча? — Никак, — пожал плечами тот, отведя взгляд. — Я отказался участвовать. — Отказался? — удивлённо переспросил Данил, на что получил слабый кивок. — Почему? И Антон уже хотел было ответить, но внезапно даже для самого себя замолчал, не зная, что и сказать. Лаконичное «просто заебался» вряд ли бы прокатило: Данила такое не устроит. И вроде бы ответ где-то рядом, уже лежал на поверхности, но Антон просто не мог из себя выдавить хоть что-то, и это совершенно на него не похоже. Он много размышлял о своём уходе из команды, но никогда особо не задумывался, почему сделал это на самом деле. И сейчас, видя выжидающий взгляд Дани, Кратос совсем как-то потерялся в мыслях. — Не знаю… устал, — наконец ответил он с ноткой неуверенности. — Наверное, не хочу подвести остальных из-за… всего этого, ну ты понял, — намекнул Антон, даже не зная, какими ещё словами можно описать весь тот пиздец, что вокруг них закрутился. Данил помолчал, после чего хмыкнул и пожал плечами. — Ну, правильно и сделал, — сказал тот, и Антон непонимающе на него взглянул. — Ну, в смысле… Если чувствуешь, что тебе сейчас тяжело, то и правильно, что ты отказался. Как ты и говорил, «гонки созданы для того, чтобы веселиться и отдыхать», правда? Кратос, на самом деле, не ожидал такой реакции, но был рад, что Данил так просто к этому отнёсся. Однако Антон мельком заглянул в его глаза и увидел в них некое беспокойство. — То есть… ты типа одобряешь это, серьёзно? — с нотками недоверия уточнил он. — Как друг — да, — ответил Данил, после чего выдержал паузу. — Как член клуба — нет. Ты уверен, что они справятся и не заруинят все соревнования? Антон задумался, ведь на самом деле даже не знал, насколько хорошо смогут справиться Дисзари и, скорее всего, Би. Да, они оба хорошо ездят, но абсолютной уверенности в том, что они затащат, не было. — Не думаю, — как-то неопределённо ответил Антон. — Ну, блин… Они ж не лохи какие-то всё-таки. Ладно, посмотрим, короче. — Мне кажется, их шансы снизятся без тебя, — сказал Данил, причём, судя по всему, абсолютно серьёзно, и Кратос аж усмехнулся. — Если ты меня пытаешься так поддержать то, ну… такое. Я же знаю, что ты мне поддался на той гонке. Не мог я обогнать тебя на стрит челлендже, не верю, — Антон пожал плечами. — Я не поддавался, — упрямо заявил тот. — Ты мне поддавался! — тут же возразил Кратос. — Алё, я не поддавался тебе! — Да не ври… — голос Антона резко стал сиплым, а горло пронзила резкая боль, из-за чего он закашлялся, — … матери. Данил замолчал, глядя на него внимательным и каким-то даже подозревающим взглядом, и Антон очень хорошо понимал, почему он на него так смотрел. Жди десятичасовую лекцию о том, почему ему не надо было выходить на улицу в таком состоянии. — Может, домой пойдёшь? Ветрено всё-таки, разболеешься, — сказал Данил, и этот голос прозвучал так нежно и заботливо, что Антон почувствовал, как в груди что-то затрепетало, из-за чего тот на пару мгновений завис, не понимая, что с ним происходит. Или просто не желая понимать. — Пойду. Но только если ты пойдёшь со мной, — хитро улыбнулся, потому что понимал, что вряд ли сейчас Данил отвяжется, как делал это в последнее время. Всегда находил отмазки и отговорки, сколько бы Антон не приглашал его к себе. — А я-то тебе зачем там сдался? — с удивлением спросил Квантум, но по ехидным ноткам в его голосе Антон понял, что тот, видимо, и не против, просто для вида возмущался. — Пошли давай, — намеренно перевёл Кратос тему и нагло схватил того за запястье, резко поднимаясь со скамейки и поднимая за собой и самого Даню, потому что знал, к чему он вёл разговор. Просто Антон не хотел признаваться даже самому себе в том, что, кажется, привязался к Данилу чуть больше, чем надо было… Квантум обречённо вздохнул, но Антон прекрасно знал, что это опять же для вида, поэтому уверенно потащил его за собой. Недолго, правда: вскоре он всё-таки его отпустил, и дальше они уже вместе шли к дому Кратоса. Всю дорогу они разговаривали, как всегда спорили и весело смеялись, и у Антона где-то в глубине закрадывалась мысль, что с Данилом он сразу чувствовал себя намного легче и как будто бы свободнее. Однако только он начинал об этом задумываться, как Даня вновь начинал ворчать на то, что не мог участвовать в гонках вне соревнований, а также проклинать грёбаный «Аффект» и говорить, что если бы не Антон, то наверняка бы уже сошёл с ума. Антон на это усмехался, хотел сказать ему то же самое, но так и не решался. Уже заходя в дом, Антон заметил негодующий взгляд Данила, скользящий по дому, в котором было, мягко говоря, не прибрано… Кратосу стало неловко, потому что да, в его доме творился какой-то пиздец, если честно, просто он к нему привык и особо не замечал. — Давно ты не прибирался. Очень давно… — отметил Даня, идя вслед за Антоном. — По ощущениям лет пятнадцать. — Ой, ну вот чё ты сразу начинаешь? Вот всё у тебя идеальным должно быть, — обиженно сказал тот, приземляясь на диван. — Когда я приходил, у тебя всегда всё было чисто и прибрано. Всегда, — напомнил вдруг Данил довольно-таки серьёзным голосом. — Точно всё хорошо? Антон замолчал, отведя взгляд, и понимал, что тем самым дико палится, но просто даже не знает, что на это возразить. Раньше у него действительно было намного чище, а сейчас он как-то на всё подзабил, и было бы глупо думать, что Данил на это не обратил бы внимание. — А сам-то? — вдруг перевёл стрелки Антон, резко глянув на него. — Я сразу заметил, что ты какой-то уставший. И мешки вон под глазами. Точно всё хорошо?  — намеренно процитировал его же самого и уверенно, даже с неким вызовом посмотрел ему прямо в глаза. Чувствовалось какое-то напряжение, недавящее, но предвещающее, которое усиливалось с каждой секундой молчания Данила, и Антон задумался, не скрывает ли тот от него что-то важное. — Ладно-ладно, всё, переиграл, уничтожил, всё, — Даня посмеялся, и напряжение мгновенно испарилось, словно его и не было. И Антон не понимал, как тому удалось так быстро разрядить обстановку. — Дурак, — тихо пробурчал Кратос и уже сам посмеивался. И вот так всегда. Антон уже настраивается, чувствует назревающий спор или даже ссору, придумывает сотни оправданий и аргументов, а этот ушлёпок сводит всё к шутке, и они вновь непринуждённо разговаривают как ни в чём не бывало. И сейчас так же: Антон уже даже не вспоминал этой ситуации, не придавая ей никакого значения. Но, наверное, всё было бы слишком просто, если бы ничего не случилось… А случился в итоге сам Антон. Он всё чаще стал замечать, что во время того, как говорил Данил, вслушивался не в смысл его речи, а в то как он говорил, его голос. И, слишком поздно это осознавая, резко очухивался только после того, как Даня говорил ему что-то вроде «Антон, ты жив вообще?». И Антон лишь растерянно глядел на него, а потом просто поддакивал, как бы говоря, что жив и всё слушает, а на самом деле вновь утопал в глубине его голоса, как зачарованный. И ведь много раз пытался прекратить и начать вслушиваться в слова Квантума, но просто не мог. И в этот момент к Антону пришло осознание, что с ним творился какой-то пиздец. Полный просто. Они провели довольно много времени, разговаривая друг с другом, и Антон постоянно выглядел каким-то растерянным, до сих пор задумываясь о том, что же с ним происходило. Данил уже собирался уходить, и Антон, боком прислонившись к стене, задумчиво смотрел на него. — Ты завтра сможешь прийти? — неожиданно спросил Кратос. — Не знаю, вряд ли, — сказал тот и сразу же ответил на немой вопрос Антона, читавшийся в его растроенных глазах: — Гонки. — Ну вот так вот, значит. Раньше виделись каждый день, а теперь у него «гонки». Даже прийти ко мне не может. Один раз вон пришёл и всё, — обиженно пробурчал Антон, и Данил усмехнулся. — Ну вот так вот, да, а ты даже не прибрался к моему приходу. Всё, не ценишь теперь то, что я к тебе хожу. — Ты долго ещё это вспоминать будешь? — проворчал Антон, закатив глаза. — И вообще, я тебя водил к себе домой чаще, чем всех моих девушек вместе взятых. Имей уважение. — А, серьёзно? Ну спасибо, я польщён. — Иди давай, — улыбнулся в ответ Кратос и тихо посмеялся. — Иду-иду. Дверь закрылась, и в квартире наступила полная тишина, нарушаемая лишь проезжающими за окном машинами. Антон долго смотрел на дверь, так и не сдвинувшись с места, и постепенно его улыбка исчезла, а выражение лица стало задумчивым и в какой-то мере тревожным. В его голове был лишь один вопрос. Что с ним, блять, творится. Какого хера вообще? Антон потёр лоб рукой и устало вздохнул, наконец развернувшись и уйдя с прихожей, вновь сев на диван. Он стал смотреть в одну точку, снова и снова прокручивая все те моменты с Данилом, пытаясь понять, что тогда чувствовал. И прекрасно осознавал, что это «что-то» явно неправильное. Наверное. Именно поэтому Антон пытался думать о чём-то другом, забить на всё и жить обычной жизнью, как раньше, но что он мог поделать, если при одном только воспоминании о Даниле на лице невольно появлялась лёгкая улыбка, а в душе словно расцветало приятное тепло?.. Возможно, он себя просто накрутил, придумывая себе что-то лишнее вместо вполне очевидной истины. Может, эти мысли появились в его голове из-за этих дебильных шуточек Би и Дисзари, которые сделали так, что уже чуть ли не половина фанатов на полном серьёзе считает их с Данилом геями. И иной раз, когда Антону задавали этот вопрос, он уверенно отвечал «Нет», упрямо всё отрицая. Интересно, ответил бы он так уверенно сейчас?.. Видимо, Антон уже и сам ответил на свой вопрос о том, что с ним происходит. Но вот только проблема в том, что легче от этого не стало. Вот прям совсем. Напротив, только хуже, ведь теперь в голове появилось ещё больше новых вопросов, одним из которых являлся «Что, блять, с этим всем делать?». Похоже, Антон всё-таки вляпался в куда более серьёзное дерьмо, чем он думал раньше…