Апокалипсис-2. Древняя игра

— Я снова хочу сходить к призракам, — заявил Кагами спустя все несколько дней после их ссоры — У меня там осталось неоконченное дело. Пойдем со мной. — Ну уж нет, — отмахнулся Химуро. — Больше ты меня в свои авантюры впутывать не будешь. У каждого из нас перед кланом есть обязанности. Если ты плюешь на свои, то это не значит, что мне тоже так надо делать. — Что, снова на цепь сядешь? — насмешливо поинтересовался Кагами, сложив руки на груди. — Да, сяду, — в тоне Химуро не было ни капли сомнения. — Если так будет нужно. — Ну как хочешь, — Кагами опасался настаивать, боясь повторения ссоры. Набрав воду во фляги, он налегке, с одним только ножом за поясом, вышел из кланового поселения. Выбросив из головы ссору с Химуро, Кагами шел к площадке призраков. Всю дорогу он пытался придумать стратегию, как обыграть синеволосого засранца Аомине. По всему получалось, что нужно просто не давать мяч ему в руки. Как только Аомине получает мяч — забивает. И сделать с этим ничего нельзя. Этот гад двигался то медленно, почти лениво и казалось, что можно подойти и просто забрать, но тот каким-то чудом чувствовал приближение. Начинал двигаться так быстро, что трудно глазом было трудно за ним уследить. Не то что соревноваться в скорости. Кагами уже выяснил, что хорошо прыгает. Стоило сделать ставку на высоту прыжка. Можно было попытаться обыграть Аомине в воздухе. Призраки как обычно играли в баскетбол. При его приближении, прекратили — явно ждали. Поздоровавшись, к удивлению, отошли к краю площадки. Под кольцом с мячом остался только Аомине. — Иди сюда. Посмотрим, чему ты научился, — синеволосый человек призрак глумливо усмехался. Игра обещала быть интересной. Кагами хмыкнул и пошел на площадку. — Кагами, — услышал он, проходя мимо зеленоволосого Мидоримы, — не пытайся обыграть его в воздухе. Меняй прыжки и бросковую руку. Кагами кивнул. После недавно подсмотренной близости призраков, он боялся посмотреть в глаза Мидоримы и Кисе. Боялся увидеть, что они знают, что он видел. Первые мячи были предсказуемо проиграны. — За столько дней ты так ничему и не научился. Ты тупица, — Аомине с легкостью блокировал бросок по кольцу. — Сейчас я тебе покажу! — Кагами прищурился, рассчитывая высоту прыжка. Дождавшись очередной атаки, высоко подпрыгнул, сбивая траекторию, еще поднапрягся, забирая отскочивший от щита мяч и закинул в корзину. Его первые очки за игру. — Ты этим собрался меня победить? — Аомине глумливо указал на него пальцем. — Ну смотри. Снова мяч полетел в корзину. Кагами еле дотянувшись сбил его, но подобрать его в воздухе не успел. Аомине был быстрее, и высота прыжка ничем не помогла. В следующий раз было так же. Кагами растрепал мокрые от пота волосы. Похоже, Мидорима был прав. Оставалось только не позволить Аомине прикасаться к мячу. Завладев мячом, Кагами теперь обходил его по широкой дуге, не давал приблизиться, изо всех сил напрягая ноги подпрыгивал так высоко, чтобы соперник не смог дотянуться, первым несся за отскочившим от корзины мячом. От такой напряженной игры пот заливал глаза, но Аомине прекратил насмешки. — Неплохо, — он покивал, — но пока недостаточно хорошо. — Сам знаю, — процедил Кагами хорошенько сосредотачиваясь. Как там ему говорили? Менять бросковую руку? Стоило попробовать. С дальнобойными бросками у него по-прежнему было плохо, но из-под кольца он мог забивать. Эта стратегия оказалась очень эффективной. Его счет начал расти. Когда он сровнялся, Аомине совсем перестал улыбаться. Видя, как мяч в очередной раз летит в его кольцо, шумно выдохнул и серьезно уставился на Тайгу невозможно синими глазами. Это был взгляд хищника, Тора-доки, способного мгновенно растерзать жертву. Играть стало еще сложнее, Аомине больше не позволял ему далеко отходить. Кагами приходилось изворачиваться всем телом, не позволяя заполучить мяч. Приходилось следить не только за мячом, но еще и за быстро движущимися руками Аомине. Это не всегда удавалось, но Кагами начал побеждать. Радость придавала ему сил. Предельная сосредоточенность не давала отвлечься. Проход. Бросок. Забирая мяч в прыжке. Обводка. Задержка. Корзина перед глазами — единственная цель. Прыжок. Бросок. Подбор. Снова бросок. На этот раз попал. Теперь он чувствовал приближение Аомине всей кожей, необъяснимым внутренним чутьем знал, что тот собирается сделать. Догадывался по искре в синих глазах, чуть измененному дыханию, повороту ноги. Никто его этому не учил, но оно было и управляло действиями Кагами, позволяло выигрывать. — Не думай о себе слишком много, — завладев мячом Аомине заработал очки, — победить меня могу только я сам! Его глаза вспыхнули нечеловеческим синим огнем, все мышцы в теле напряглись, как у хищника перед броском. Кагами чуть не растерял концентрацию, когда тот неожиданно рванул прямо на него, заставив на голых инстинктах отступить на пару шагов и загородиться рукой. Но Аомине всего лишь нужен был только мяч. Сконцентрировавшись только на мяче, Кагами рванул с места, догоняя, мешая броску. Аомине словно не замечая его попыток, забрасывал мяч в кольцо, одной рукой, двумя, от щита, из-за щита, даже со спины, совсем не видя корзины. Разрыв в счете сократился и сошел на нет. Кагами вдруг почувствовал, что устал. Успевать за человеком-призраком было все сложнее. — Так не честно! — разнесся над площадкой голос Куроко. Аомине мгновенно остановил атаку. — Так не честно, Аомине-кун, — голубоволосый призрак встал рядом с Кагами. — Ты опытней и объективно сильнее. Я уравновешу силы. Кагами-кун, я стану твой тенью, и мы выиграем. От непреклонно решительного тона Кагами чуть не подавился водой. Он хотел отказаться, но увидев серьезный, пронизывающий взгляд голубых глаз, не решился возражать. С Куроко игра пошла совершенно по-другому. Он неожиданно появлялся под рукой соперника, отбирая мяч, и передавал его Кагами. Больше не приходилось гоняться за Аомине, и это здорово экономило силы. Но все равно, с каждой минутой их оставалось все меньше. Тело двигалось уже с трудом, приходилось все чаще давать себе передышку, полагаясь только на собственные ощущения. Теперь он забивал только с помощью Куроко. Невнятным шестым чувством чувствовал его действия, угадывал мысли. Силы таяли так, будто кто-то их намеренно выкачивал. После очередного броска на грани своих возможностей, ноги противно задрожали, колени подогнулись. Кагами почти упал на площадку, понимая, что рук поднять он уже не может. — Ты молодец, Кагами-кун, — Куроко опустился на площадку рядом с ним. — Мы победили. Кагами удивленно поднял голову. Он совсем забыл следить за счетом, борясь с собственным телом и усталостью. Он откинулся на спину, тяжело дыша. Перед глазами медленно плыли дурнотные мушки. Куроко лег рядом с ним, всматриваясь в темное небо. — Не нужно стараться сделать все в одиночку, — мягко произнес он. Кагами повернул голову, рассматривая его профиль. — Для этого и существует команда. В звенящей тишине было только слышно дыхание человека-призрака. От него пахло потом, пылью и еще чем-то неуловимо знакомым, чему Кагами не мог дать определение. — Чего это вы тут развалились? — над ними навис, широко улыбающийся Кисе. — Сами развлекаетесь, а нам не даете. — Отдых тоже важен, — в поле зрения попал человек-призрак с красными волосами. — Вставайте, а то простынете, — нависший Мидорима важно поправил очки. Куроко на него покосился, но все же встал. Кагами тоже приподнялся. — Неплохая игра, — Аомине протягивал ему руку. Кагами не стал отказываться от помощи. Призраки смотрели на него восхищенно, добродушно. Хоть Кагами и устал, но с удовольствием бы сыграл с ними всеми вместе. Его по привычке распределили в команду с Кисе и Мидоримой. Куроко тоже не стал менять команду. Больше не приходилось все делать самому. Вся команда сплотилась вокруг него помогая, подхватывая, страхуя. Кагами не пытался контролировать, проверять, целиком и полностью полагаясь на них. Передав пас от Куроко далеко стоящему Мидориме, он точно знал, что он не промахнется. Кисе просто отлично мешал Аомине, Куроко виртуозно отбирал мяч передавая открытым игрокам. Играть в команде было здорово. Даже усталость от предыдущей игры не мешала. Выйдя один-на-один с красноволосым Акаши, он сосредоточился, стараясь обойти, и от нахлынувшего ощущения, чуть не выронил мяч из рук. Опытный призрак тут же воспользовался заминкой. Кагами пропустил его точно зная, что там есть кому подстраховать. Он немного отступил, привыкая к странному ощущению. Теперь он чувствовал каждого из своей команды, ощущал себя частью огромного организма. Им даже не нужно было переглядываться, чтобы обменяться мыслью, Кагами просто знал, что каждый из них сейчас сделает. Это новое невероятное чувство захватывало. От усталости не осталось и следа. Взглянув на свои руки, Кагами показалось будто кожа утратила краски, конечности стали прозрачными. — Не отвлекайся, — Кагами не сколько услышал, сколько почувствовал голос Куроко. Освоившись со своими ощущениями, он включился в игру. Он действовал заученными движениями, больше сосредоточившись на внутренних ощущениях. Но почему-то члены его команды «транслировали» не то. Сосредоточенный Куроко был чему-то счастлив. Надежда, легкость, облегчение делали его свободным и очень-очень счастливым. Аж до слез. Кагами знал, что, оставшись наедине с собой, Куроко не будет сдерживать слезы невероятного облегчения, будто он только что сбросил непомерный груз с плеч. В ощущениях Мидоримы было невероятное спокойствие и тепло. К нему приятно было тянуться, обмениваться эмоциями. Кагами чуть не сшибло нежной, ласковой волной ощущений, когда Мидорима взглянул на Кисе. Немного теплой заботы и полное сосредоточение на нем одном, будто и нет всего мира, команды, игры. Полная, оглушительная тишина мыслей. Просто фантастическое ощущение. Мидорима очень любит Кисе, — внезапно догадался Кагами, — действительно любит. Но все определения этого слова, которые он слышал раньше, просто не подходили. Кисе мгновенно отвлекся, обалдело глядя на него. Услышал — догадался Кагами, смутившись. Кисе засмеялся, широко улыбаясь. Его безграничное, безбашенное счастье буквально кружило голову. Невероятное ощущение свободы, полной и безграничной наполняли его мысли и чувства. Он смеялся и шутил, щедро расплескивая счастье, которое просто не помещалось в нем. «Ты, мое солнце», — Кагами поймал проскользнувшую мысль Мидоримы. Кисе мимолетно улыбнулся ему, почти не отвлекаясь от мяча. Эти двое были удивительно точно настроены друг на друга и это необъяснимо притягивало, будто они двое часть одного целого. Кагами не знал кто такой «солнце», но ему представлялось что-то теплое, мягкое и невероятно светлое. «Балбес, Кагами-кун» — прилетело ему от Куроко вместе с мячом. Кагами только усмехнулся. Неожиданно захотелось поменяться командой, узнать, как чувствует Аомине, что твориться в голове у жутковатого Акаши и почему ленится фиолетововолосый Мурасакибара. Акаши как раз стоял напротив, не спеша передавать мяч. Он несколько раз моргнул немного разными по цвету глазами и Кагами потерял это ощущение единения. Все исчезло. Остался только он и окружившие его люди-призраки. — Тебе пора уходить, — Акаши совсем немного улыбался и Кагами почему-то больше не боялся смотреть ему в глаза. — Ведь ты пришел один. Кагами с тоской взглянул на наползающую тьму Тэнгу. — Я хочу остаться здесь с вами, — заявил он неожиданно, даже для себя. На секунду задумавшись, понял, то это именно то, чего хочет больше всего на свете. Действительно хотел остаться здесь, в этом призрачном мире, вечно играя в баскетбол, обмениваясь фразами без слов. — Нельзя. Тебя ведь ждет тот темноволосый парень, — Акаши чуть кивнул на вершину холма. Кагами резко развернулся. К сожалению, Химуро там не было. — Почему ты пришел без него? — Куроко требовательно смотрел в глаза. — Мы поругались, — брякнул Кагами первое, что пришло в голову. — Из-за чего? — не отставал Куроко. — Кагами-чи его поцеловал, — пояснил улыбающийся Кисе. — Кто? Что? Кого? Я? — Кагами замотал головой, не помня, что делал такое. — Ой, — Кисе смутился и спрятался за спиной Мидоримы. — У кого-то слишком длинный язык, — Аомине недовольно покосился в его сторону. — Тебе действительно нужно уходить, — Куроко слегка дотронулся до его руки ледяными пальцами. — Поспеши. Тяжело вздохнув, Кагами потопал к завесе. Как бы он не хотел остаться здесь, одного бросить Химуро он просто не мог. Куроко провожал его по обыкновению. — Кагами-кун, — он остановил готовящегося вступить в холодную завесу парня. — Не стесняйся своих чувств. Они настоящие. — Я еще приду, — буркнул Кагами. Нужно было выяснить кто там кого и когда целовал. До прихода Тэнгу-Ямабуси оставалось совсем ничего. Кагами спешил к своему поселению, спотыкаясь о камни, поскальзываясь на гладких склонах. Если трезво оценивать расстояние, то он явно не успевал. Рассчитывать на Химуро, что он снова отправится на поиски непутевого члена клана Тайга, не приходилось. Срочно нужно начинать искать укрытие. Иногда, некоторым одиноким путникам везло. Они находили в неровных скалах пустоты и прятались там, сжигая собственную одежду. Кагами всегда носил с собой плотно свернутую в рулон ткань, пропитанную горючим маслом и огниво. Если он найдет укрытие, жечь собственную одежду не придется. Он внимательно осматривал подножья оплавленных скал, силясь найти хотя бы небольшой разлом. Вскоре ему повезло. Он наступил на камень и, к собственной радости, почувствовал, что он шатается. Сдирая пальцы и ногти, он расширял трещины вокруг, заставляя камень ровной прямоугольной формы шататься все сильнее. Пиная его двумя ногами, удалось сдвинуть совсем немного, но достаточно чтобы заглянуть внутрь и понять, можно ли найти тут укрытие. Приближение Тэнгу заставляло торопиться, в панике вглядываться в темноту за камнем. Ничего не разглядев в непроглядном мраке, он зажег кусок тряпки. Красный огонь высветил довольно большую пещеру, где при желании можно было уместиться и вчетвером. Прилагая все силы, что у него были, он, надрываясь, сдвинул камень так, чтобы можно было пролезть. Найденная пещера для убежища вполне годилась. Там можно было даже стоять во весь рост, не нагибаясь. Удивительно ровные стены, будто сглаженные руками древних каменотёсов были гладкими, хоть их и покрывал толстенный слой грязи. Пещера уходила дальше в глубь горы, делилась на более крупные пещеры с такими же гладкими стенами. Удивительно ровные углы поворотов вызывали неподдельное удивление. Даже камень код ногами перестал быть неровным, усыпанный мелким каменным крошевом. Чем дальше он пробирался вглубь, тем ровнее становился пол. Становилось все больше совершенно правильных четырехугольных ответвлений. Да в этой пещере можно было разместить целый клан. Пещера заканчивалась нагромождением шатающихся не оплавленных камней. Прямо рядом с грудой камней было что-то похожее на дверь из странного материала. С интересом исследователя, Кагами потянул его в сторону за круглую торчащую из него ручку. Со страшным скрежетом дверь отошла, являя удивленному Тайге огромное помещение, наполненное странными предметами. Что-то похожее на широкую лежанку стояло на четырех коротких столбиках. Такая же, только повыше и поуже стояла неподалеку. Несколько совсем маленьких, чуть выше колена, точно таких же предмета примостились вокруг высокого, по пояс. Огромный короб из такого же материала, как и дверь на входе был в самом углу. Осмотрев на нем широкую щель, Кагами потянул в сторону, расширяя. Дверь короба отошла в сторону, являя самые настоящие полки. От разглядывания странных сосудов из стекла и металла отвлекла мысль, что нужно завалить вход в пещеру, пока Тэнгу не добрался сюда. Пришлось возвращаться. Завалить вход в пещеру изнутри не удавалось. Камень прикрывающий вход был слишком тяжелым. Выходить на поверхность уже было слишком опасно — Отшельник распахнул свои крылья. Пришлось вернуться к тупику и выковырять несколько крупных камней. Кое-как докатив до входа, Кагами полностью закрыл щель. Сразу же стало темнее, только красный огонь на тряпке разгонял полную непроглядную темень. Стало как-то тише и неуютнее. Собственные шаги по хрустящему каменному крошеву казались оглушительно громкими. Кагами расположился в первом же ответвлении с гладкими стенами, правда одну их стен украшала широкая неровная трещина, из которой тянуло затхлостью и сыростью. Где-то там же капала вода. Это значило, что пещера уходила так далеко под землю, что подходила вплотную к подземной реке. Вода просачивалась сквозь не до конца спекшийся камень и гулко капала. Удача была неимоверной. На поверхности воды не существовало, а колодцы были только в поселениях. Решив после ухода Тэнгу расширить трещину и набрать хоть немного во флягу, Кагами расположился подальше от сырости и укутался в плащ, глядя на красный огонь. Постепенно усталость сделала свое дело. Кагами проснулся от неприятного ощущения, что кто-то на него смотрит. Тишина давила на уши. Стало казаться, что гудит собственная голова. С каждой минутой темнота надвигалась, сжимала стальными объятиями, рождая страх. Стало мерещиться, что в непроглядном мраке кто-то стоит. Направив туда огонь, Кагами никого не увидел. Свое собственное подсознание играло с ним в злые игры, сгущая мрак в углах, подкидывая образы жутких созданий. Свое собственное шумное дыхание стало отражаться от стен, казалось, что здесь в унисон дышат, как минимум, двое. Задержав дыхание Кагами убедился, что в тишине кроме него никого не было. Где-то за стеной раздались тяжелые шаркающие человеческие шаги. Сначала Кагами списал это на звуковые галлюцинации, но затаив дыхание, убедился, что звук идет точно из-за треснутой стены. Волосы буквально зашевелились на голове. Покрывшись холодном потом, он отпрянул к противоположной стене, вглядываясь в темноту трещины. Там явно кто-то был. Судя по шагам, возможно даже человек. Но как? Откуда ему взяться с той стороны? Красный огонь дрожал в трясущейся руке. У той стены мимо трещины явно кто-то медленно прошел. Остановился и хрипло, страшно закашлял. Откашлявшись, этот кто-то пошел обратно к трещине. Внезапно все стихло. Кагами ощутил, как от накатывающего ужаса неконтролируемо стучат зубы. Сердце билось как сумасшедшее. Его бросало то в жар, то в холод. Убеждая себя, что ничего этого быть не может, он никак не мог унять стук зубов или заставить руки трястись меньше. Он подтолкнул огонь поближе к широкой трещине, и снова прижался спиной к противоположной стене. Медленно из трещины показались длинные бледные пальцы. А потом, сантиметр за сантиметром в щели появилось жуткое человеческое лицо. Белое-белое с глубокими шрамами. Круглые черные глаза с перекрестьем вместо зрачка уставились на Тайгу. — Отда-а-а-ай ого-о-о-онь, — тихо, на гране слышимости прошипело существо и протянуло в щель уродливую руку. — Кто вы? — стуча зубами от страха, Кагами сильнее прижался к стене. — Отда-а-а-ай ого-о-о-онь, — повторило существо, хотя уродливые губы не шевелились. — Не могу, — еле выговорил Кагами заплетающимся языком, — Тэнгу-Ямабуси убьет меня. — Не здес-с-с-с-сь, — прошипело существо, все так же протягивая руку. Дикий первобытный ужас сковал все тело. Руки почти не слушались, когда он взял горящий тряпичный сверток и медленно, по маленькому шажку приближался к трещине. Он не понимал, что делает. Будто невидимая сила тянула его к этому существу. Кагами очень медленно поднес огонь к щели. Существо схватило горящий сверток и затащило к себе. Черные круглые глаза отразили красный огонь. Кагами сквозь щель видел, как на свету черты лица искривились и существо открыло провал беззубого рта и беззвучно засмеялось. — На, возьм-и-и-и, — отсмеявшись, существо протянуло в щель длинный предмет, похожий на шнурок, — это ключ-ч-ч-ч. Здес-с-с-сь твой дом. Забившись в угол, Кагами панически отказываясь затряс головой. Язык намертво прилип к небу, отказываясь повиноваться. Существо запрокинуло голову и хрипло каркающе засмеялось. Источник света за стеной погас, погружая все в непроглядный мрак. В полнейшей темноте был только этот смех, ежесекундно меняющийся и постепенно превращающийся в высокий женский. Так смеялись девчонки в клане, затевая игру в догонялки. Невидимая сила что-то впихнула ему в руку. Смех тут же стих, будто отрубило. Кагами больше не мог оставаться в этом месте. Он судорожно зашарил по карманам в поисках холодного синего огня. Он совсем не освещал, но с ним хоть было не так страшно. Найдя, Кагами почти наугад рванул к выходу из странной пещеры, забыв про Отшельника. Он бесчисленное количество раз натыкался на стены, спотыкался и падал. Наконец, на ощупь определив вход, со всего маху, плечом выломал сложенные камни и судорожно дыша выполз на свободу. Темное небо уже не было черным. След Тэнгу уводил за ближайший холм окончательно растворяясь. Прохладный воздух остудил потное лицо. Кагами потянулся вытереть влагу, но обе руки оказались заняты. В одной была зажата маленькая сфера с холодным синим огнем, а в другой, длинный широкий шнурок, что протягивало ему жуткое существо. Бросив все свое барахло в жуткой пещере, Кагами завалил ее камнем и поспешил в клан. Оказалось, что его отсутствия никто даже не заметил. Никто не встречал его с распростертыми объятиями выспрашивая как прошла охота. Химуро сидел около своего столба, поигрывая цепью. Увидев приближающегося Кагами, вскочил на ноги. — Привет, я такое нашел… — начал он, но не успел договорить. Сильный удар в челюсть свалил его с ног. — Где ты был? — заорал Химуро. — Какого ты не вернулся в клан?! Кагами потер будущий синяк на скуле и поднялся. — Химуро, я… — он удивленно замер не договорив. У друга, впервые на его памяти, дрожали губы. Химуро сгреб его в объятия, утыкаясь лицом в плечо. — Если бы ты умер, я повесился бы на своей собственной цепи, — невнятный шепот было почти не слышно. Химуро резко отстранился и отвернулся. — Убирайся отсюда, — хрипло проговорил он, упираясь рукой в свой столб. — Химуро… — Пошел вон! Вздохнув, Кагами пошел куда велели. Правы были призраки. Химуро его действительно ждал. Дома он снова осмотрел дыру в крыше. Нужно было заняться, пока не пришел Черный Дождь. Он почти целый день потратил на обтесывание широкого камня, который будет закрывать дыру. Он должен был быть плоским и гладким. Кагами было лень и он совсем не хотел этим заниматься, но починка крыши была отличным поводом помириться с Химуро. Камень мало было обточить. Его нужно было еще поднять и установить. Обтачивая камень, приходилось еще и отбиваться от навязчивых предложений помочь от сочувствующих членов клана. Как только Тэнгу показался на горизонте, Химуро пришел сам. Даже идти за ним не пришлось. Встал в стороне, наблюдая. — Пойдем, поможешь поднять, — махнул Кагами, как будто и не было ссоры. Химуро опасливо подошел. Помог обвязать камень веревкой. Вместе с Кагами влез на крышу помогая тащить. Совместными усилиями, камень был поднят, когда Тэнгу почти накрыл их своими крыльями. В такой темноте нечего было и думать ставить камень на место. Слезать с крыши пришлось на ощупь. Крепко держа за руку, Химуро потащил его в сторону клановой площади. — Подожди, — Кагами остановил его и потащил в свою сторону. Завел в дом и плотно закрыл каменную дверь. Красным огнем зажег горючее масло, освещая свое жилище. — Я не должен здесь находиться, — Химуро отказывался идти дальше порога. — Будут большие проблемы. — Ну и пускай, — отмахнулся Кагами, доставая запасы еды. Химуро задумчиво покусал губу и все же сел поближе к горячему огню. Он лучше всех знал, что, если Кагами что-то взбрело в голову, переубедить его не удастся.