Жизнь не имеет смысла без него...

Солнечный лучик с завидным упорством блуждает по умиротворенному лицу, даря почти белой коже еле заметный темный оттенок. Смешно сморщив нос, парень еще немного возится на кровати, пытаясь отогнать назойливую частичку солнышка, а после сдается и открывает темные глаза. Саске слепо оглядывается на вторую половинку небольшой кровати. Пусто. Он прикладывает ладонь к скомканной простыне. Холодно. Устало вздохнув, Учиха свешивает ноги с кровати и потягивается. Ожидал ли он чего-то другого? Нет. Примерно на такой расклад брюнет и рассчитывал. Но… все равно неприятно. Очень неприятно. И немножечко больно. Парень оглядывается на окно. Судя по высоте солнца, время час-два после полудня. Значит, через полтора часа их будут ждать в кафе "***". — Наруто! — осторожно зовет бывший отступник. Он, тихо ступая, проходит на кухню, надеясь увидеть его там. И оказывается прав. Наруто сидит на кухне и в упор смотрит на тарелку горячего свежеприготовленного рамена. Смотрит и не чувствует аппетита. — И давно ты здесь сидишь? — Я не чувствую, — растерянно шепчет Хранитель. Он будто не замечет вошедшего шиноби. — Я ничего не чувствую. Не хочу есть. Впервые не хочу рамен. Он теряет себя. Теряет свою сущность. И прекрасно это понимает, но ничего не может сделать. Это просто не в его силах. Но почему так отчаянно хочется вновь улыбнуться, съесть эту невозможную тарелку и вновь почувствовать себя живым? Он хочет и одновременно не хочет этого… — Наруто, — настойчивее зовет темноволосый юноша, немного теряясь от странных размышлений своего… друга? — Наруто, нам нужно скоро выходить. — Куда? — встрепенулся блондин. Его не покидает чувство странной отрешенности и тревоги, будто что-то было не так, но он не понимает, что именно. — Куда идти? — Разве я не говорил? — недовольно спрашивает Саске, про себя отмечая, что с его Наруто происходит что-то странное. — Мы собираемся компанией в кафе на берегу реки. Там будут все: Киба, Шикамару, Ино... Сакура... — передергивает он плечами. — Да? — «очнулся» блондин. — Да, хорошо, — он встает будто в прострации и направляется ко входной двери. Ученик Санина задумчиво смотрит ему вслед, немного хмуря темные брови, потом переводит взгляд на дымящуюся тарелку с лапшой. Хмыкнул. Ухмыльнулся. И пошел за блондином.

* * *

— Ты уверен, что нам сюда? — с сомнением спрашивает голубоглазый парень, как только они подходят к одному из немногочисленных кафе. Слишком ярко. Это было небольшое здание с треугольной крышей и резными ставнями на окнах. В отделке домика преобладали персиковый и лимонный цвета. Само кафе располагалось на небольшой полянке в глуби леса, рядом протекала речка с чистейшей водой. На поляне росла ярко-зеленая травка, коротко стриженная заботливой рукой Миками-сан, хозяйки кафе, и невысокие свекольного цвета кустики. Легкий ветерок легко раскачивал их из стороны в сторону. — Шикамару сказал, — пожимает плечами младший из выживших Учиха, — что именно оно. Пошли, — Саске без стеснения берет Наруто за руку чуть выше кисти и почти силком тащит в сторону одинокого здания. Если быть честным, темноволосый юноша и сам не ожидал от себя подобной вольности и даже покраснел. Но только чуть-чуть. Совсем капельку, чтобы Наруто не заметил. А Наруто боится. Он действительно боится того, что происходит с ним. Его пугает, что все с таким трудом забытые эмоции возродятся вновь. Он не хочет заново переживать ту оставшуюся после ухода друга из деревни боль. Да, он Хранитель. Да, он обязан защищать всех жителей деревни. Но и ему присущи страхи. Он боится вновь научиться чувствовать. — Наруто! — закричала Ино, выбегая из дома и бросаясь парню на шею. Она сжимает его в объятиях так сильно, насколько это позволяют ее тонкие загорелые руки. Девушка спрыгивает с блондина и смотрит на Саске внимательным изучающим взглядом, потом пару раз моргает и идет в дом. — Пойдем! — кричит она, обернувшись, и парни несколько обреченно следуют за ней. Неожиданная ревность, вспыхнувшая в груди темноволосого парня, заставляет его усомниться в правильности решения пойти в это кафе. А Наруто с самого начала не особо рад этой идее. Они заходят в небольшой тамбур, где встречаются с еще одним членом их большой компании. — Йоу, — Шикамару поднимает руку в знак приветствия, кивает обоим парням и, сделав последнюю затяжку, выкидывает сигарету и проходит в дом. Стоило ребятам зайти в само помещение, как их тут же встречает нечеткий гул приветствий и обрадованных выкриков. Саске идет чуть позади Хранителя и, войдя в дом, растерянно оглядывается. Коноха уже не та, что прежде. Сакура не бросается на шею к нему или Наруто. Она продолжает сидеть на кресле, немного сгорбившись, и приветствует ребят лишь сдержанным кивком, сделав попытку улыбнуться, отчего в уголках ее глаз появляются едва заметные морщинки усталости. Рядом сидят Хината и Рок Ли. На лице гения тайдзюцу, как и всегда, глупая улыбка, но глаза… они остаются слишком серьезными. Пальцы его руки переплетались с тонкими пальцами девушки с полупрозрачной кожей. Хьюго улыбается уголками губ, ничуть не стесняясь близости парнишки. Она выросла в нежную и женственную девушку с прекрасными линиями тела. Шикамару стоит поодаль от всей кучи людей и лениво попивает из высокого бокала шипящий напиток бледно-розового цвета. Рядом с ним, но также сторонясь всех, находится его единственный близкий друг детства Чоуджи. Еще здесь были Ино и Сай. Присутствие последнего особенно неприятно для Саске. Блондинка и безымянный парень стоят рядом и ведут непринужденную беседу о возможности дальности метания куная под определенным углом к горизонту. — Итак, — весело и громко начинает Яманака. Увидев ребят, она выгибается, отходя от стола и подходя к Наруто. Блондинка слегка приобнимает полупрозрачного шиноби и тут же отстраняется. — Пойдем, мы хотели фильм посмотреть, а потом можно и поиграть, да? — кокетливо спрашивает девушка, подмигивая бывшему (а бывшему ли?) отступнику. — Кстати, — подает голос Хината, она тоже поднимается и подходит к подруге, — а где Киба? Он что, еще не пришел? Саске передергивает от озорного и немного злого огонька в глазах тихони. Ровно такой же появлялся у его розоволосой подруги перед тем, как у Наруто появлялась еще одна шишка на голове. Странная ненависть прошлась по сердцу. Учиха понимает, что не позволил бы кому-либо прикасаться к Наруто и, тем более, бить его. Однако он сразу же возненавидел себя за столь детские мысли. — Э-эй! — раздается крик из-за входной двери, и та резко распахивается. Вскоре показывается и сам парень. В его руках находится цветастая коробочка. — Йоу, привет, друг! — здоровается он, по-братски кладя руку на плечо блондина, — и тебе, Учиха, — кивает он тому. Под всеобщие усмешки Киба, неуклюже покачиваясь и глупо улыбаясь во весь рот, подходит к кинопроектору и ставит на шестеренку круглый моток ленты. Сзади громко лает Акамару, привставая на задние лапы. Странное кино про любовь. Смех и улыбки друзей. Не совсем безалкогольные напитки, горячащие кровь. Старые анекдоты и веселый гам голосов. И танцы… Но это все чуждо и незнакомо. Узумаки Наруто одиноко сидит на кресле и изредка улыбается друзьям. Он понимает, что это — обычная жизнь, что так и должно быть, но… он не может. Не может веселиться, не может заставить себя встать и пойти танцевать или слушать байки из уст шатена, развалившегося на большой белой собаке, а потом смеяться во весь голос. И не от того, что смешно, а потому, что лишь так становится легче. Он не может. Возможно, сказывается его новая «должность», из-за которой Наруто вынужден следить за порядком в деревне, а может, удерживает близость бывшего друга-соперника. Это странно. Но он не может. Просто не может. В грудь будто закралась маленькая мышка. Она спит, но время от времени просыпается, потягивается и принимается бегать, напоминая о себе невыносимым чувством тревоги. Хранитель деревни облокачивается на спинку кресла, прикрывает глаза и пытается расслабиться. Сквозь полудрему блондин чувствует на своем лице что-то мокрое и теплое, почти горячее. Еще в полусонном состоянии он пробует отмахнуться от постороннего предмета, но куда там… С недовольством широко раскрыв голубые глаза, Наруто видит большую белую морду с невиннейшими глазками-щелочками. — Акамару? — сонно спрашивает Наруто, протирая глаза кулаками. Друзья, что стоят полукругом вокруг облизываемого собакой товарища, невольно умиляются этой картине. Что ни говори, а Наруто даже в семнадцать лет остается ребенком. Пес, услышав свое имя, радостно гавкает и принимается облизывать до сих пор сонного парня, который пока лишь растерянно отмахивается. Почувствовав безнаказанность, Акамару запрыгивает передними лапами на колени блондину и с удвоенной скоростью продолжает столь веселое занятие. — Акамару! — отмахивается Наруто. Он пытается отвернуть лицо от шершавого языка собаки, но ничего не получается. В итоге, парень просто сдается, впервые весело и искренне засмеявшись. Пес удовлетворенно кладет морду на ноги и умиротворенно прикрывает глаза, а Хранитель, еще посмеиваясь, гладит того по голове и чешет за ушком. — Акамару! — весело воскликнул Киба. — Вот предатель! — смеется он. Всем видно, что сам он ничуть не расстроен и, наоборот, лишь рад такому повороту событий. Пара темных глаз наблюдает за этой картиной, но смеяться парню не хочется. Он чувствует неукротимую злость ко всем здесь присутствующим и странную боль в груди. Ему не хочется, чтобы его Наруто общался со всеми. Не хочется, чтобы тот улыбался не ему, чтобы блондин даже смотрел в сторону так называемых друзей. Но что он может? Лишь крепко сжать кулаки и отвернуться от зрелища, которое очень и очень странно действует на него. — Наруто, мы можем выйти на минуту? — спрашивает Саске, когда улыбка его блондина вновь стала фальшивой. Сам темноволосый парень не раз задавался вопросом: «Почему же никто, кроме него, не видит, что улыбка ненастоящая?» Сын Четвертого пожимает плечами и встает, аккуратно подняв голову лучшего ищейки деревни. Под удивленные, хоть и немного хмельные взгляды парни выходят на улицу и закрывают дверь. Шиноби растерянно замирают. Еще буквально два часа назад на улице было светло и тихо. А сейчас… Светлое небо заволокли темные, почти черные тучи, поднялся сильный ветер, а колючий и холодный дождь нещадно бьет по лицу. Чтобы уберечь глаза, приходится опускать лицо вниз и прикрывать высоким воротником кофты, если такая вообще имеется... — Саске, — тихо зовет Наруто, удивляясь «жизненности» своего голоса, когда прошло несколько минут, а Учиха так и стоит, отвернувшись от него и не проронив ни слова. — Зачем? — так же тихо спрашивает темноволосый юноша, не поворачиваясь лицом к другу. — Что? — удивляется Наруто. Он не понимает, чего от него хотят. — Зачем ты улыбался?! — выкрикивает младший из Учих, резко поворачиваясь и подходя к парню. — Зачем ты смеялся? Зачем согласился идти сюда? Тебе же плохо здесь! — С чего ты взял, что мне плохо? — начинает закипать Наруто. Близкий, даже очень близкий человек обвиняет его в чем-то, а он даже представить не может, где нагрешил. И самое главное — почему ему нужно оправдываться перед Саске? Почему для него это жизненно необходимо? Почему… — И почему же мне нельзя с ними встречаться? — Я вижу! Вижу твои глаза! — продолжает кричать Саске, понимая, что его обвинения, в принципе, беспочвенны. Но он просто не может остановиться, ревность сжигает изнутри. Однако наткнувшись на растерянные голубые глаза, полные непонимания и обиды, младший Учиха глубоко вздохнул и, подходя еще ближе и не прерывая зрительного контакта, тихо произносит: — Просто скажи, кто для тебя дороже: я или они. Хранитель в нерешительности замирает. Что сказать? Любой ответ будет считаться предательством для кого-то. Друзья для него — все. Они необходимы как глоток воздуха. Всегда помогут, выручат, рассмешат и отвлекут веселыми историями. А Саске… — это Саске. — Саске, ты, — начинает блондин, опуская глаза в пол, — тебя не было больше трех лет… ты ушел… бросил всех… — Хватит! — прерывает его отступник. Парень хватает Хранителя за плечи и сильно сжимает, заставляя смотреть прямо в глаза, — тебе дороже они, да? Дороже, чем я, да? — Я не знаю, — растерянно шепчет голубоглазый паренек. — Правда, не знаю… Учиха зажмуривается, опускает руки и резко разворачивается, поворачиваясь спиной к другу. Наруто растерянно отступает, смотря на ровную спину сотоварища. Он протягивает руку, но тут же убирает ее за спину, отмечая, что прозрачность его тела сходит на нет. Узумаки хотел было закрыть глаза, как темноволосый юноша так же резко поворачивается. Последней точкой связи с реальностью становятся красно-черные глаза высшего Шарингана. Мысли меняются с поразительной скоростью. Буквально в следующее мгновение Наруто оказывается в академии, и видит он… себя. На одной из парт, на той, которую обступила толпа девчонок, сидит мальчик, совсем еще ребенок. Сидит на корточках и в упор смотрит на сидящего за партой черноволосого парня. В голубых глазах читается вызов и неприязнь, в черных — раздражение и надменность. Какой-то мальчишка толкает блондина в спину, и парни соприкасаются губами… Наруто чувствует странное давящее чувство в груди, а глаза начинает щипать. Он в растерянности оглядывается на обладателя кровавых глаз, но картинка вновь меняется. Высокие ели, на вершинах которых два совсем еще ребенка. Блондин без сил срывается с ветки и падает вниз, а темноволосый юноша прыгает за ним, ловя у самой земли. Учиха Саске подхватывает блондина и помогает дойти до дома, в котором временно остановилась команда. Наруто чувствует странное тепло на поясе и плече — именно там лежат руки маленького Саске. Одна горячая капелька вырывается из глаза, но он даже не моргает, чтобы отогнать ее. Он ждет. Ждет следующего воспоминания. Мост. Огромные зеркала висят куполом. Внутри этого купола лежит джинчурики, сильно израненный. Он пытается встать, но вновь падает на землю, а с уголка его губ стекает вязкая жидкость багрового цвета. Длинноволосый юноша, внешне похожий на девушку, на мгновение вылезает из зеркала и складывает печати. Ледяные иглы с огромной скоростью несутся в блондина… но не долетают до цели. Учиха закрывает джинчурики собой, и иглы вонзаются в него, протыкая насквозь. Дыхание захватывает, глаза начинают болеть, и он не может вымолвить ни слова. И отвернуться не может. Только смотреть в упор на то, как его друга протыкает насквозь, пусть и в прошлом, и ничего больше. Остается только ждать. Ждать, пока Саске не перенесет в другое воспоминание, и терпеть эту боль в груди. Обезумевший от страха брюнет сидит на коленях на одной из веток огромного дерева, а навстречу ему несется гигантская змея. И вот, когда остаются считанные секунды до смерти Учихи, на дерево прыгает Наруто, своим телом прикрывая друга. В тот момент Наруто сильно испугался за жизнь товарища, хоть и понимал, что с тем все будет в порядке. Блондина уже изрядно потряхивает. Он боится. Боится за жизнь Саске. Ужасно боится. И это пугает больше всего. Страх. Просто животный страх. Неосмысленный. Почти переродившийся песчаный демон отбрасывает бессознательного блондина. Падение в подобном состоянии грозит ему если не смертью, то многочисленными переломами точно, несмотря на отличную регенерацию. Учиха с видимым трудом поднимается на ноги и в один прыжок преодолевает расстояние до падающего шиноби и, толкая его всем своим телом, смягчает падение, спасая от жесткого удара. Ноги подкашиваются, Наруто падает на неосязаемый пол, сжимая голову руками. Он кричит от невыносимой боли в груди и от необузданного страха. Парень старается выровнять дыхание, но ужас волнами накатывает на сознание. — Хватит! — кричит он, крепко закрывая глаза. — Саске, хватит! Финальная картинка. Финальное воспоминание. Финал. Бой на двух скалах. Вторая стадия проклятой печати у одного, и охватывающая все тело чакра девятихвостого у другого. Лязг металла. Капли крови. Тяжелое дыхание. Чидори и рассенган. Предел чакры и последнее обещание. Обещание умереть от рук друг друга. Неожиданно все прекращается. Наруто судорожно вдохнул через зубы. Саске здесь. Он перед ним. И страх отступает на задний план. Слезы одна за другой стекают по лицу. Хранитель сжимает кулаки. Боль постепенно уходит, а дыхание выравнивается. Это и есть Шаринган? Ужасающее давление на психику. Как можно выжить? Как не сойти с ума?.. — Я пойду в дом, — ровным голосом произносит Учиха, отворачиваясь от друга. — Если хочешь, приходи. Скоро будет интересная игра, — добавляет он с улыбкой на лице. Спокойствие. Надо успокоиться. Но как же так? Он думал, что Хранители не чувствуют. Так почему же настолько больно и страшно… Просто невыносимо. Преодолевая головокружение, он встает и, пошатываясь, направляется в дом-кафе. Из-за приоткрытой двери доносятся смех и немного нетрезвые голоса друзей. Блондин проходит в помещение, все ребята сидят на полу вокруг столика и задорно смеются. — Давай, Учиха, не трусь! — подбадривает Саске Рок Ли, весело хлопая того по плечу. Наруто никто не замечает. Саске хмурится, поднимается на ноги и подходит к поразительно красной Хинате, не обращая внимания на свист и хлопки остальных. Хранитель насторожился, ощущая в груди странную тревогу. Брюнет нагибается и, придерживая ладонями лицо девушки, прикасается губами к ее рту. Учиха же свободный человек, да? И он в праве самостоятельно выбирать, с кем ему целоваться. Но почему такое чувство, словно Наруто предали? Будто Саске его предал… P.S. Огромную благодарность хочу выразить Felice за помощь в написании данной главы. Спасибо большое, Вы мне очень помогли)