Демиан

Дневник Демиана: начало сентября день первый

Это пиздец, что творится. Я готов проклясть всю семейку мутантов вместе с покойным Сплинтером только за то, что они вообще появились в моей жизни. Провести целый месяц в вонючей канализации, терпя этот дурдом называемый заботой о «блудном» сыне. А в награду получить задание по вербовке главного зануды клана Хамато! Учитель, да Вы издеваетесь? Как никогда уверен в провале. Самое обидное – коварство босса. Нет-нет, я не жалуюсь, он в своем праве. Ясное дело, он не хочет, чтобы я гонял на байке по Манхеттену, но почему бы просто не запретить, не-ет надо дать невыполнимое задание. И ведь знает, что не сдамся. Проклятье, я в полной жопе. Из-за смерти Сплинтера Лео не пойдет на контакт. Он и так-то еле смирился с моим присутствием в убежище. Зная его упрямство, думаю, он упрется рогом только из принципа. А если узнает что от его ответа зависит… отыграется по полной. И всё же. Общаться с Лео придется на своей территории. Ну не в камере же с видеонаблюдением: не хочу быть посмешищем всего клана. Приведу в свою комнату, пусть посмотрит, как люди живут. Хотя чем я его удивлю? Сорока семи дюймовой плазмой с колонками до потолка. Это скорее Майки понравится: не помню, что бы Лео надолго зависал перед теликом. Или мой мини спортзал? Опять же, он явно не фанат бодибилдинга. Ну не черным же кожаным диваном завлекать, чай не девица легкого поведения. Бля-я, этой утонченной натуре хрен угодишь. Так что там Майки про него рассказывал? Йога, медитация, самосовершенствование, что еще, культура Японии или Китая? Да, и что-то они там с Доном в настольное играли: шашки, шахматы, кажется. Ботаники хреновы! Ну, так за дело. Спрятал нафиг от греха подальше развлекательный центр, поснимал со стен плакаты с мотоциклами и голыми девками, чтобы была видна большая картина с какой-то веткой и иероглифами, подарок босса. Пожалел, что нет икебаны или бонсая. Подумал и выдвинул ближе к середине еще один подарок босса: бильярдный стол. Да-да мастер я научился терпеливо забивать шары в лунку, вечно он делает подарки с намеком. Понакидал везде книги о йоге, восточных единоборствах. В общем, сделал все, чтобы ему здесь очень понравилось. Боже, звучит, как будто я девку на свиданку приглашают. Но если серьёзно, типа расположить к себе собеседника, показав ему, что у нас много общих интересов, да ещё как-бы невзначай намекнуть, что все что он видит вокруг, может быть доступно и ему. Не выдержал и нацепил на себя лучший костюм ниндзя с полной боевой комплектовкой. Дважды идиот, и вы потом узнаете почему. Развалился такой на диване, жду, психую, судорожно соображаю, что мог упустить. И тут входит оно. Его канализационное высочество. Или уже величество? Крыс ведь помер. Да здравствует новый крыс, то есть король... канализационный, хе-хе. Старина Макс, конвоир, эдак аккуратно ему повязку с глаз снимает, сочувственно на меня смотрит, как-то криво ухмыляется и, покачав головой, уходит. Я даже опешил слегка: типа, че он имел в виду? А эта сволочь, в это время стоит: ноги на ширине плеч, руки впереди скованны, плечи развернуты – идеальная осанка для носящего панцирь. И хозяйским взглядом обстановочку рассматривает. И тут я понимаю, как тупо выгляжу, когда его взгляд останавливается на мне. Хоть бы банку пива в руки взял, а ещё лучше сигаретой затянулся, молчание не выглядело бы так глупо. – Скажи мне, Раф, – обана, началось. – Это тебя за нашу поимку так наградили, – взгляд снова скользнул по комнате, – или ты и раньше так жил? – в глазах насмешка. Вот сволочь, это он пытается взбесить меня. – Во-первых, привет, Леонардо, во-вторых эта комната принадлежит мне уже много лет, и в-третьих моё имя не Рафаэль. Вот так, три шара в одну лунку! – Знаешь, – пожирает плечами, – мне совершенно не хочется с тобой здороваться, и... я теперь понимаю, почему ты морщил нос у нас в убежище. И последнее, – он пронзительно посмотрел мне в глаза, – мне плевать какое имя дал тебе Шреддер. Все! Какое счастье, что я сижу с пустыми руками: воображаемая банка лопнула у меня в руках, обдав пивной пеной, а сигаретой я буквально подавился. – Но если тебе неймётся, – в глазах появляется брезгливая жалость, – то ты можешь мне его сообщить. Так спокойно. Глубокий вдох. – Послушай Лео, это кажется, тебе неймётся, – чуть-чуть усталости в голос, – тебе мало смерти Сплинтера? Вот так! Удар конечно ниже пояса, но надо же поставить этого гордеца на место. Проглотил, молчит и смотрит с ненавистью. Вся напускная веселость исчезла. Именно с такого настроя я и рассчитывал начать разговор. Буду бить дальше и побольнее. – Ты умный парень, Леонардо, – усмешка, главное не переборщить, – умнее некоторых гениев. Уверен, ты уже догадался, где твой брат Донателло. – Свои догадки предпочитаю оставить при себе. О, а глазки забегали, значит, чувствует неуверенность. – Его отправили в лабораторию Профа, на опыты, – а вот это уже хреново: взгляд прямой, но без злобы, значит, знает, что я вру или слишком в этом уверен, отыграем назад. – Ха, испугался? Я пошутил. Он там работает, в обмен на безопасность одного из братьев. Интересно, – сделал вид, что задумался, – кого из вас двоих он выбрал?.. – Майки! И не было у него никакого выбора. – Ого, какой уверенный тон. А позволь узнать с чего такие выводы? – Раф! Иногда полезно мыслить логично, – о, понеслось. – Во-первых, Шреддера вряд ли интересуют опыты на мутантах, если бы это было так, то в первую очередь он начал бы с тебя. Но так как я вижу перед собой вполне здорового и довольного жизнью мутанта, можно сделать вывод, что он не любитель собирать заспиртованные органы разных уродов. Более того, вероятно, опять же глядя на тебя, его интересует наша боеспособность. Далее, следуя этой логической цепочке, физическая подготовка Майки, даже на первый взгляд, уступает моей. Значит, в качестве заложника был предложен самый бесполезный с точки зрения Шреддера пленник. Вот и все, Раф, скажешь, что было не так? Да, блядь, реально было не так. Этот сученыш так уверенно разложил свою "логическую цепочку", что я с удовольствием с ней согласился, если бы не знал, как было на самом деле: Донателло получил право выбора одного из братьев! И теперь мне не даёт покоя мысль, как бы я смог выполнить задание мастера, если бы выбор Донателло пал на Лео. Или учитель настолько был уверен, что это будет Майки? Проклятье, от этого Леонардо одни неприятности! Сейчас перечитывая запись, я вижу что его слова словно пропитаны ядом. Вроде и не сказал ничего особенного, но заставил задуматься, и не только о задании мастера, но и о жизни вообще: кто я, что я для клана, для Шреддера, что со мной было бы, если бы меня не подобрал клан Фут, и что со мной будет дальше? О-о, всё блядь, с этим Леонардо опасно общаться, он заразил меня своей философией! – Всё так, Лео. Что ж, с двумя братьями мы определились, остался ты. Не хочешь высказать догадки на свой счёт? – Не наглей, Раф, – кривая усмешка. – Я не буду за тебя делать твою работу. Меня сюда не просто так привели, – звякнув наручниками, продемонстрировал скованные руки. – Похуй на всё, надоела эта словесная баталия, – о, бля, это я вслух? За несколько минут все нервы вытрепал, сволочь. – В общем, так Леонардо. От имени мастера Шреддера мне поручено предложить тебе вступить в клан Фут в качестве бойца на общих основаниях. – Я-ясно. – протянул экс лидер не существующей уже команды канализационных мутантов, и оценивающе окинул взглядом комнату. У меня аж сердце ёкнуло. – Конечно, подобные "апартаменты" – я усмехнулся, – тебе пока не светят. Но думаю, обсудить условия сотрудничества с самим мастером ты имеешь право, – у меня от возникшей надежды, фантазия выдала такие чёткие картины моего нового байка. – Вообще-то, Раф, условия проживания меня не особо волнуют, – брезгливо кривится. Всё! Красочные картинки разбились и осыпались разноцветными осколками. А счастье было так близко – размечтался! – А чё тебя волнует? – гляжу в его презрительную рожу. – Стоп, не отвечай! Дай угадаю: "Я не буду служить мерзким убийцам моего отца". – Да... наверное. Но не в смысле его... гибели. – Так. Стоп. Ничего не понимаю. Точнее, я пойму, если бы ты обвинил нас в смерти Сплинтера, и это как-то повлияло бы на твоё решение. – Да нет, Раф, ты не поймёшь... – судорожный выдох. – Так всё кончай тут крысиную мелодраму разводить! Ой бля, вот это я зря. Он так на меня посмотрел: брезгливость и страдание в одном флаконе, я даже обидеться не успел. Артист хренов, никогда не показывает простых эмоций. – Раф! Я сейчас возможно скажу ужасные вещи, но... наш отец сам виноват в своей смерти. Вот это поворот. Я в этот момент, наверное, выглядел особенно по-дурацки. Глаза на лоб у меня точно полезли. – Я его очень люблю и мне больно от того, что его больше с нами нет. Но... справедливости ради, я должен признать его вину во всем, что с нами случилось. Начиная с того, что он по-доброму, но глупо позволил тебе остаться с нами и... – Ого. Не ожидал, Лео, но пару слов откровенности я должен сказать. Я всегда уважал тебя как противника, но после этих слов ты в моих глазах вырос буквально на целую голову. – Мда, невысокого ты обо мне мнения был, раз справедливое признание ошибок вызывает такой восторг. – Ну-у, возможно тех нескольких разговоров было не достаточно, чтобы тебя понять. Но теперь то, – делаю намекающую паузу, – у нас есть время наверстать упущенное. Итак... – Итак? – грустная усмешка. – Извини, что дал тебе ложную надежду, но боюсь, у нас не будет возможности общаться. Вот так! Только сейчас заметил, что стою посреди комнаты. И когда только встал с дивана? Не дай бог ещё и расхаживал "беседуя". – Это... отказ? – Да, Раф, отказ, – осанка ещё прямее, хотя куда уж больше, во взгляде гордая обречённость. Герой, мать его... Я аж забегал от злости. Не выдержал, подскочил, и буквально навис над ним, благо рост позволяет. – Какого хрена, Лео?! – он только поморщился от внедрения в личное пространство, – Какого хрена, ты тут выпендриваешься. Ты хоть понимаешь, в каком положении находиться? – на лице не дрогнул ни один мускул, а взгляд... всё он прекрасно понимает. У меня прямо руки опустились, пропала моя премия, да и похуй на неё. – Ты хоть объясни: почему. – Всё очень просто, Раф, – что это: смущение? Скулы заметно потемнели. – Я не могу убивать. – И... Да, что я как клещами из тебя должен всё вытягивать. Я знаю, что Сплинтер вас нормами морали буквально задавил. Что это вообще за семья из трёх пацанов: ни драк, ни потасовок. Сидят каждый в своём углу, а вместе соберутся так языком только горазды трещать, как девки реально, только косичек не хватает. Хотя ленточки у вас уже есть, – со злости даже дёрнул пару раз: ноль эмоций. – Ты и сейчас ведёшь себя как баба, – он глаза только слегка прищурил, типа разозлился. – Говоришь, Сплинтер виноват, что вас захватили? А сам-то где был, лидер хренов. Что же не вывел меня нас чистую воду. Поговорил бы со мной по-мужски. Боялся морду мне набить? Сплинтер отругает? Старый маразматик совсем вас запутал своими нравоучениями. – Перестань. Отец сделал все, чтобы мы смогли себя защитить. – Вот именно, что защищать, но иногда, а точнее очень даже часто, нужно уметь нападать, чтобы выжить. – Ты не понимаешь, – отвернулся, губу закусил. – Ну, так просвети, – реально, лучше б не спрашивал. – Это из-за меня, как ты говоришь "бабская" атмосфера в семье. Братья не знают. Только отец, – глубокий вдох, как перед прыжком в воду. – Я никогда не любил оружие, боялся крови, боялся боли, ещё больше боялся причинить боль другому. Перед каждым спаррингом истерика: как не навредить братьям. Клинки. Я их ненавидел. Столько ночей потрачено на отработку ложных ударов... плашмя. Мастер назначил лидером труса: другие ещё хуже. Донни рассеян, Майки несерьёзен. Только страх за братьев заставлял меня бороться с недостатками. Я обязан быть для них примером, а для отца опорой. Единственное, что я не смог преодолеть, это страх перед убийством. Да и не хочу. В пылу боя, по неосторожности, защищая – может быть, но никогда намерено. Взгляд... не взгляд, а вызов прямо в лицо, как пощёчина. А я круги нарезаю вокруг, пытаясь уличить во лжи. Не веря, что это правда, вспоминая его последний бой и наши мелкие стычки. И с ужасом понимаю: ни одного серьёзного ранения: переломы, вывихи, и... рассказы ребят, о том, как повезло, что "этот урод не успел развернуть клинок". Мастер будет в восторге, но лучше ему об этом не знать. Пока. Иначе бросит все дела и займётся им сам, а меня побоку и без премии. Ну, уж нет!