Сбежавшая невеста

      Всё тело Джона сковал шок. Все мышцы одновременно напряглись, принося жуткую боль. Но это ушло. И остался лишь след от пережитого, отдаваясь нервной пульсацией в висках, горячим удушливым воздухом в лёгких, дрожью в коленях.       — Джон, как ты? — Шерлок громко выдохнул, спрятав в карман брюк пистолет и сев рядом. Ватсона всего трясло, и друг прижал его к своему боку, успокаивающе поглаживая по плечу.       — Бывало получше, — опасливо прошептал Джон, поглядывая на самодельную бомбу в стороне. Вдруг он тряхнул головой, точно приходя в себя. — Кто позвонил ему?       — Этим вопросом я тоже задался. Но сейчас пока есть проблема поважнее: твоё состояние, — серьёзно произнёс Шерлок, сев на корточки перед другом.       — Да я в порядке. Нам срочно нужно доложить обо всём Лестрейду, — отмахнулся Джон, на что Шерлок скептично дёрнул уголками губ, легко встав.       — Конечно-конечно. Как я могу спорить с тобой? — елейно произнёс Холмс, засунув руки в карманы. — Если ты поднимаешься без моей помощи, то мы непременно отправимся в участок. А если нет, то на Бейкер-стрит.       — Я не собираюсь играть в твои игры, — с пренебрежением, отчего Шерлок обидчиво глянул на друга сверху вниз. — Не сейчас, — и лицо Холмса тут же смягчилось.       — Это не игра, а пари. И ты в нём участвуешь.       — Без своего согласия? — усмехнулся Джон, отведя глаза. На самом деле, этим разговором он пытался отвлечь внимание Шерлока и сейчас всеми силами заставлял свои мышцы подняться, но после случившегося всё тело плохо реагировало.       — И я победил, — гордо произнёс Холмс, точно ребёнок, который смог пройтись по бордюру и не упасть. — Ты думаешь, я не заметил? Давай помогу, — Шерлок протянул ладонь, но Ватсон упрямо качнул головой, цепляясь за стенку раздевалки.       — Ты ещё не победил, — возразил Джон и громко вздохнул, чуть привстав, но ноги его подвели, задрожав.       — Как скажешь, — Шерлок пожал плечами и снова спрятал руки в карманах, повернувшись боком к другу и начав насвистывать незатейливую мелодию.       Вдруг Ватсон свалился на бок с полустоном и разлёгся на кафеле. Нет, он не может уступить Шерлоку. Лучше здесь полежать некоторое время, пока мышцы отойдут немного.       — Джон, я не врач, но даже я знаю, что лежание на холодной плитке может вызвать простуду или что ещё похуже…       — Замолчи ради Бога! — Холмс лукаво улыбнулся. — Хорошо, ты победил. Только помоги мне подняться.       — Ты потратил три минуты моего драгоценного времени, — констатировал Шерлок, кое-как сумев поднять друга и тут же подхватив его под талию, позволил обнять себя за шею для подстраховки. — И только ты имеешь такое право, Джон Ватсон.       — Знаешь, это звучит одновременно как комплимент и упрёк, но спасибо, — усмехнулся Джон, радуясь тому, что мышцы медленно начали отходить. А это значит, что от такси, к счастью, он пойдёт самостоятельно.       — Бэйкер-стрит, — довольно объявил пункт назначения Холмс, когда они ввалились в салон автомобиля. Ватсон хмуро посмотрел на друга. — Джон, надо уметь проигрывать, — весело произнёс Шерлок, подмигнув.       Конечно, Джону захотелось бы сейчас припомнить ему все нераскрытые дела, но подумал, что это пустое занятие, и просто отвернулся к окну. Действительно, ему давно пора бы привыкнуть к роли вечного побеждённого, но детская обида всё равно каждый раз зарождается внутри.       Дом 221 по Бейкер-стрит встретил своих постояльцев ночной тишиной. Очень странно, ведь всегда кажется, что миссис Хадсон чувствует их приход, чтобы разведать новых сплетен.       — Чай закончился, — вдруг разрезал безмолвие Шерлок объяснением причины отсутствия домовладелицы, плюхаясь в своё кресло и подтягивая на колени ноутбук.       — Хоть бы свет включил, — ещё немного прихрамывая, Джон доковылял до выключателя, а затем отправился на кухню, буквально на ходу нажимая кнопку электрического чайника. — Будешь ужинать?       — Не имею желания, — Холмс зашёл на почту и среди скопления дурацких дел клиентов заметил письмо от Ватсона и, естественно, решил посмотреть, что там, довольно заинтересованно пробегаясь по строчкам. — Хотя от кофе не откажусь.       Джон был увлечён мыслями о телефонном собеседнике Мориарти, потому и слова Шерлока стали неожиданностью, от которой он вздрогнул, уронив пачку пасты на пол. На удивление, она не лопнула. Мужчина тяжело вздохнул, недовольно покосившись на Холмса.       — Тебе вредно, — пробубнил Джон, возвращаясь к готовке. Но Шерлок уже не слышал ничего, увлёкшись чтением.       С полчаса каждый занимался своим делом. Только Холмс в отличие от Ватсона иногда как-то странно поглядывал на соседа, прерываясь, но затем тут же мотал неверяще головой и возвращался к письму. Когда Джон сел ужинать пастой с овощами, то непонимающе нахмурился и даже стушевался под сканирующим взглядом Шерлока.       — Если ты хочешь есть, то сам себе наложи, — растолковал именно так этот взор Ватсон и попытался есть, боясь всё же подавиться, чувствуя буквально кожей пристальный взгляд.       Но вдруг это ощущение ушло, и в этот миг Холмс принял решение перепроверить время отправки и адресанта письма: он сомневался в том, что это сделал сосед. Это не свойственно ему. Это действие просто вопиюще несвойственно Джону, так же неожиданно было бы услышать от самого Шерлока об отношениях с девушкой.       — И всё-таки лучше бы рассказать полиции про Мориарти, чтобы они тоже были в курсе. Завтра надо будет этим заняться и съездить в участок. У тебя всё равно не было особых планов. Хотя у тебя их никогда нет… — насмешливо фыркнул Ватсон, гоняя по тарелке вилкой маленький кусочек моркови.       — Джон, что это за рассказ? — вдруг спросил Холмс, отрываясь от ноутбука. Он был обескуражен прочитанным. Но в хорошем смысле этого слова. Наконец и друг дошёл до этого логичного вывода. И даже чуть быстрее, чем предполагалось. Может, Джон и не так глуп, как кажется?       — Ты опять меня не слушаешь. Какой ещё рассказ? — непонимающе спросил Ватсон, ведь пару дней не обновлял блог. Конечно, в своём ноутбуке у него было пара набросков, но Джон был уверен, что в руках у соседа сейчас не его техника.       — Не изображай дурака, — Шерлок закатил глаза и отложил ноутбук, поднимаясь. — Тебе всё равно не переплюнуть Андерсона. Тот самый рассказ, который ты прислал мне на почту, — он стал опасно приближаться к Джону, который потерял нить разговора: при чем тут Андерсон и почта? Снаружи Холмс казался обычным, но в голове всё гудело и грозилось превратиться в руины. Он думал, что не доживёт уже до этого мига.       — Про что хотя бы рассказ? — попытался выбраться из ямы непонимания Джон, но ему это не удалось, ведь Шерлок спутал все его мысли одним лишь движением. Он навис над Ватсоном, опаляя горячим дыханием, прожигая непроницаемым взглядом. В светло-голубых глазах не было игры.       — Про нас, — мурлыкнул глубоким бархатным голосом Холмс, и Джон громко выдохнул от смущения. Что за игру в этот раз затеял Шерлок?       — Но каждый рассказ про нас, — севшим голосом ответил Джон, вцепляясь пальцами в край стола и сглатывая. Чёрт, если это продолжится, то он либо преисполнит Холмса в познании названий человеческих костей, либо подарит для изучения себя. И никто не знает, какой исход будет у текущего события.       — А этот… Особенный, — этот сладкий шёпот продолжал очаровывать и затуманивать разум.       Шерлок умилялся с конфуза на лице Джона и еле сдерживался, чтобы не поддаться искушению, впервые чувствуя столь сильное сердцебиение в груди. Он был бы готов выносить это каждый день, если Ватсон сейчас не врежет ему.       — Святой Иисус! — по квартире разнёсся восторженно удивлённый голос миссис Хадсон. Пакет с продуктами выпал из её рук. — Мальчики! — Джон заволновался, осознавая двоякость ситуации. Но ведь это просто очередная игра Шерлока! В которую он не прочь поиграть. Но миссис Хадсон это знать не обязательно.       — Мы не!.. — желал возразить Ватсон, но Холмс резко прижался к его губам, прекращая дурацкие оправдания.       — Не буду вам мешать! — миссис Хадсон совершенно забыла о пакете с продуктами и быстро скрылась в своей комнате, хлопнув показательно дверью, намекнув, что она не против любых действий и вообще не услышит их.       Джон сначала напрягался, но потом проиграл Шерлоку, мать твою, Холмсу в очередной раз. Он так нежно и умело касался его своими мягкими губами, что Ватсон таял, будто масло на солнце. Он не чувствовал ласк уже несколько лет. И не думал, что это произойдёт с мужчиной. Да ещё каким. Просто шикарным мужчиной.       — Что это было? — Джон не мог отдышаться даже спустя минуту, как Шерлок отстранился от него.       — Я лишь продемонстрировал первую сцену твоего рассказа. Вот, Джон, явный пример того, что чувства вредят мозгу, — теперь Холмс вновь стал обычным. Неужели, это, на самом деле, всего лишь игра?       — Вообще-то ты первый полез. Я не писал ничего такого, — Ватсон смутился, но желал ещё раз ощутить это ласковое прикосновение. Нет, Шерлок не мог так подло поступить. Он, конечно, временами невыносимый мудак, но не до такой степени.       — Джон, я просто покажу тебе неоспоримые доказательства, — Холмс был уверен и весь сиял, будто ему предложили новое дело с тройным убийством и без единой улики. — Вот, — он принёс свой ноутбук, открыв письмо, во время прочтения которого даже немного возбудился в самом известном смысле этого слова.       — Конечно, это всё прекрасно, но я это не писал, — окинув пару строк с порнографией, где главными действующими лицами были сами Джон и Шерлок, Ватсон потрясённо закачал головой. Неоспоримо, он думал об этом, но чтобы напечатать… — Ты думаешь, я бы дал тебе шанс быть сверху? — усмехнулся Джон, поднимая взгляд на Шерлока, который стоял слишком близко, потому их дыхание сейчас превратилось в единое, а губы вновь находились слишком близко: их легко могло притянуть к друг другу, словно магниты с разными полюсами.       — Джон, не ври себе. Твоя задница только и кричит: «Возьми меня, Шерлок!», — прописклявил Холмс и рассмеялся, а Джон закатил глаза: этот человек невыносим.       — И давно ты слышишь её зов? — Ватсон понял, что серьёзного разговора уже не вернуть и Шерлок сам в этот раз поддался чувствам.       — С первого дня. Я всё осознал во время нашего разговора про отсутствие личной жизни, подружек и дружков. Просто у тебя нет столько извилин, потому ты понял это позже. Но ты меня удивил, я был уверен, что это будет происходить дольше.       — Допустим, — очередной нелестный комплимент Джон пропустил мимо ушей. — Я признаюсь. Но этот рассказ написал и отправил не я, честно. Даже стиль не мой.       — Точно! Стиль! Как я мог забыть про это? — Холмс ударил себя по лбу и выпрямился, задумчиво несколько секунд уставившись в пустоту. — Тебя могли взломать?       — Вряд ли. И вообще я устал. Давай ты завтра займёшься этим делом, если тебе это так интересно. Не думаю, что где-то сидит сейчас человек и радуется тому, что ты разгорячился из-за этого и напал на меня, — Джон вытянулся и зевнул.       — Напал, — Шерлок хохотнул и выключил ноутбук, пока Ватсон поднялся и собрался уже уйти к себе, как вдруг Холмс стиснул его в объятиях, прижимаясь кончиком носа к мягким светлым волосам. — Это вот можно назвать нападением, да и то с натяжкой, — весело пролепетал и прикрыл глаза, с удовольствием ощущая ответные прикосновения на спине.       — Не умничай хотя бы сейчас, иначе у меня скоро начнёт болеть голова.       Оба были однозначно рады этому неожиданному рассказу. Наконец хоть что-то смогло помочь им столкнуть с вершины отношения и отправиться в захватывающие покатушки на санях.       — Теперь я хотя бы знаю, зачем ты не пользуешься своим мозгом на все сто: у тебя от этого болит голова, — Джон недовольно фыркнул на замечание напарника, уткнувшись в шею Шерлока.       — Я спать, — Ватсон отстранился, не желая перед сном получить новую порцию «горькой правды» от Холмса.       — Отлично. Я тоже, и ты идёшь со мной, — Шерлок потянул в свою комнату мало сопротивляющегося Джона. Точнее вообще не сопротивляющегося. В отличие от друга Ватсон был заклятым романтиком и готов был хоть сейчас говорить о бесконечности небытия и бессмысленности звёзд. Нет, не друзья же. А кто? Влюблённые коллеги? Парочка? А какая, в принципе, разница? Джон больше думал о другом: Холмс не отрицал, что поддался чувствам, и это крайне удивительно. — Не думаю, что ты стесняешься спать вместе, — хищно улыбнулся Шерлок, откидывая в сторону одеяло и быстро стягивая с себя рубашку.       — Только без лишних прикосновений, — согласился Ватсон, нарочито медленно раздеваясь.       — Никакого секса на первом свидании — я знаю, — опять Холмс говорил что-то, что понимал только он один.       — Я храплю, — предупредил Джон, сняв всю одежду до нижнего белья.       — Меня ничем не напугать после гениально идиотских заключений полицейских. Устраивайся с какой хочешь стороны, — Шерлок отошёл, чтобы закрыть шторы, а Ватсон устроился ближе к двери, чувствуя себя немного неловко.       Да, чёрт возьми, он хотел этого, но это произошло слишком спонтанно, и от того Джон не до конца понимал, как правильно реагировать. Но ему просто хотелось быть рядом.       — Сразу готовишь пути отступления? — весело спросил Холмс, улёгшись рядом и притягивая к своей груди Ватсона, довольно утыкаясь в его волосы.       — Если бы я не хотел, то не делал бы этого. Спокойной ночи, — Джон устроился на его плече, закрывая глаза. Он не верил, что это произошло, зато Холмс был, как всегда, во всем уверен и давно всё просчитал.       — Думаю, эта ночь спокойной точно не будет, — прошептал в пустоту Шерлок — мужчина на его груди уже уснул. И это заставило Холмса улыбнуться, ведь так быстро потерять бдительность можно только рядом с тем человеком, которому искренне доверяешь.       Шерлок чмокнул его в волосы и стал поглаживать задумчиво крепкое плечо. Кто же всё-таки мог подстроить отправку этого письма?

***

      По старой привычке Джон проснулся раньше остальных. Только ощутив объятия, он удивился, ведь не приглашал женщину домой. Но секундой позже пришло понимание того, что же произошло ночью. Точно. Они с Шерлоком. Поразительно. Просто поразительно. Осталось надеяться, что это не очередная его ненормальная игра.       Джон бесшумно выбрался из крепкого даже во сне захвата Холмса и отправился на кухню, чтобы заварить себе чай.       Миссис Хадсон, скорее всего, тоже не спала, но дом звенел от пустоты, потому Ватсон не осмелился беспокоить владелицу. Он приземлился в своё кресло с чашечкой несладкого крепкого чая, разобрав до того пакет, брошенный вчера на полу.       Джон пока не хотел торопиться со странными отношениями с Шерлоком. А разве что-то бывает адекватными, если это что-то касается Холмса? Это, наверно, можно назвать привилегированными коллегами? Джон, конечно, давно не подросток, потому в принципе не принимает в штыки эту ночёвку, считая её просто шансом побыть дольше рядом. К счастью, Шерлок пока не предпринимал ничего из ряда вон выходящего, потому и Джона всё устраивало. Да и поцелуй был отменный: кажется, кто-то нагло врал, убеждая всех в своей девственности и в обете безбрачия.       «Грешная монашка», — подумалось Ватсону, и он хохотнул в чашку, чуть не пролив на себя горячий напиток. Боже, о чём он только размышляет? Нужно подождать реакции Шерлока на произошедшее и действовать исходя из неё. Это казалось самым логичным выходом в сложившейся ситуации.       Вдруг раздался стук в дверь, и Ватсон вздрогнул, оставив на кофейном столике чашку и направившись вниз. Кто мог побеспокоиться дом 221 по Бейкер-стрит так рано? Однако его опередила миссис Хадсон и чуть не сбила с ног.       — О, мистер Ватсон, я не думала, что вы проснётесь так рано сегодня, — лукаво улыбалась женщина, на что Джон закатил глаза: «Господи, сколько уже можно?» — детектив Лестрейд?       — Доброе утро, миссис Хадсон, я к Шерлоку, — нервно произнёс Грег, сияя своими мешками под глазами. — О, доктор Ватсон, — они обменялись вежливыми кивками и наконец переместились в гостиную. Лестрейд разместился на диване, напряжённо отбивая быстрый ритм по колену, пока Джон выжидающе скрестил руки на груди, стоя напротив. Миссис Хадсон занялась же чаем на всех.       — Может, вы начнёте рассказывать? — раздражённо выдохнул Ватсон.       — Да, конечно, — Грег сглотнул, уставившись непроницаемым взглядом в пол. Стало ясно: дело на этот раз ещё более странное, чем обычно. Но рассказу помешала одна неожиданность.       — Доброе утро! О, миссис Хадсон, я буду кофе! — Шерлок выскочил из своей спальни в слишком приподнятом настроении и в простыне, завязанной на груди на подобие греческих Богов. Все были обескуражены столь эффектным появлением. Ватсон повернулся к нему всем корпусом, впав в ступор. — О, Джон! Доброе утро, любовь моя! — Ватсон теперь вообще ничего не понимал: этот человек не может быть Шерлоком Холмсом.       — Ч-ч?.. — мужчина на резко оказался рядом и положил ладони на шею Ватсона, нежно прижимаясь к его губам на несколько секунд.       — Я, конечно, вам не домохозяйка, но по такому случаю, — загадочно произнесла миссис Хадсон с самым счастливым видом и вновь приступила к приготовлению напитков. Шерлок громко рассмеялся, наслаждаясь обескураженностью Джона.       С дивана раздалось тактичное покашливание Грега, который не понимал, что происходит между этими двумя и когда это всё успело начаться.       — Лестрейд, конечно, я заметил тебя, — хохотнул Шерлок и утянул Ватсона в своё предварительно повёрнутое к собеседнику кресло. Он прижался носом к светлым волосам, поглаживая живот Джона. Сам же Ватсон сконфуженно опустил взгляд, тем не менее наслаждаясь происходящим. — Рассказывайте, что на этот раз не может решить Скотланд-Ярд.       — Ваш чай, — миссис Хадсон оставила поднос на столике и села в кресло Ватсона, чтобы услышать новую тему для сплетен из первоисточника.       — Благодарю, — Лестрейд старался не смотреть на Холмса, уставившись в чашку. — В общем, сегодня ночью из морга сбежал свежий труп, — вздохнул мужчина, сделав глоток.       Шерлок весело улыбнулся, чмокнув Джона в шею, а затем поднимаясь, оставляя своего Ватсона на мягком месте и начиная ходить взад-вперёд по комнате.       — Гениально, Лестрейд! Труп ожил! Кажется, я где-то уже слышал. Ах да, в дурацких сказках киношников! — он соединил ладони на груди в молебном жесте. — Может быть, когда-нибудь полиция научится думать мозгами. Итак, Джон, мы отправляемся сейчас же! Вот это дело! Не придётся скучать хотя бы день!       Через полчаса они были уже у больницы св. Варфоломея. А доехали не так быстро, как хотелось, ведь на дорогах в буднее утро были пробки.       Место преступления оцепил один отряд, а кто-то уже пытался допрашивать Молли Хуппер, которая почему-то пришла раньше, чем обычно.       — Я же вам говорю, что ничего не знаю! — у девушки была чуть ли не истерика от обвинений в её сторону в причастности к «побегу» трупа.       — Она — главный подозреваемый, — из неоткуда перед консультирующим детективом и его помощником появился Андерсон с умным уверенным видом. — Она была последняя, кто отсюда вышел и зашёл.       — Дилетант, — фыркнул Шерлок и поправил своё пальто, направившись к Молли. Андерсон прожигал его спину раздражённым взглядом, пока Джон пожал плечами и пошёл за своим коллегой с привилегиями.       — О, Шерлок! — Хуппер бесслёзно всхлипнула, однако Холмс не спешил оказывать дружеское приветствие, серьёзно и молча смотря на девушку сверху вниз.       — Во сколько ты пришла и зачем? Не заметила ничего подозрительного?       — В семь с небольшим. Нет, не заметила…       — Ты не ответила на один мой вопрос: зачем ты пришла так рано? Твой рабочий день начинается с восьми, — его голос был жёсткий и холодный, отчего Молли вся стушевалась. Ватсон не смел вмешиваться и отошёл к кучке полицейских, вместе с ними зрительно изучая место преступления.       — Я… Просто Вы всегда приходите по вторникам. Либо в лабораторию, либо в морг. Вот я и… — она смущённо опустила голову, а Холмс даже бровью не повёл. — Я, честно, ничего не знаю и не слышала. Я была так удивлена…       — Стоп! — остановил беспрерывный поток слов Хуппер Шерлок и отправился к Джону. — Что ты думаешь? — взгляд Холмса тут же стал гораздо нежнее, стоило только Ватсону повернуться к нему. Где-то на заднем плане раздалось бурчание одного из полицейских по поводу постоянной затычки в каждом деле, но Лестрейд быстро пресёк недовольство.       — Там есть один след от ботинка с грязью. Странно, что только один. Думаю, это мужской. Труп украли, но только вот кто и зачем, — задумчиво протянул Ватсон.       — Почти хорошо. С каждым разом всё лучше, Джон, — улыбнулся Холмс и переступил через жёлтую ленту под недовольные возгласы некоторых полицейских. Точно не им указывать, что делать Шерлоку.       Мужчина склонился над следом, изучая его при помощи карманной лупы, а затем отправился по предполагаемой траектории похитителя, обнаружив светлый волос. Он собрал все необходимые улики, а затем поднялся, сложив ладони в молебном жесте и прижавшись губами к кончикам пальцев. Прошло всего лишь несколько секунд, как Ватсон остановился напротив него, не пересекая жёлтую ленту:       — И сколько?       — Навскидку восемь. Итак, кто ваша «сбежавшая»? — Холмс вернулся к Джону.       — Но тебе не говорили, что это девушка, — заметила сержант Донаван.       — В мусорном контейнере у морга лежала сверху женская одежда. А труп свежий. Скорее всего, привезли вчера вечером. На полу высохшая капля крови, почти незаметная — самоубийца. Вероятно, быстро констатировали смерть и сразу повезли сюда, — Шерлок победного улыбнулся.       — Восхитительно, — выдохнул Ватсон, и коллега умильно улыбнулся ему, кивнув.       — Перестань умничать, — рассердилась сержант Донаван, но её быстро заглушил Лестрейд.       — Джейн Браун, 31 год. Не замужем, но скоро должна была выйти за Николаса Миллера. Её мать, Элен Браун, была против брака. Полагается, что Джейн Браун вскрыла вены из-за этого.       — Шесть версий. Итак, Джон, тебе я поручаю поговорить с Николасом Миллером, пока я кое-что изучу, — распределил обязанности Шерлок и распрямил воротник пальто.       — Может, расскажешь, что за версии? — попросил Грег, но Холмс только загадочно просиял и упорхнул в лабораторию, находящуюся в этом же здании.       — Не подскажите адрес Николаса Миллера? — спросил Ватсон, вдруг ощутив сильный голод. Но он дал себе зарок: никакой еды, пока не кончится работа. Вдруг он что-то упустит?       — Да, конечно.       Через минут сорок Джон прибыл к неприметным апартаментам на окраине города. В спальном районе жизнь вовсе не кипела, а медленно растекалась по почти пустынным улицам. Да и машины бывали тут проездом, устремляясь, скорее, в Лондонский Сити. Погода радовала своей теплотой и лишь пасмурностью без осадков, что не могло не радовать.       Дверь апартаментов легко поддалась, и вовсе не пришлось ждать кого-то, чтобы войти. На лифте Ватсон поднялся на нужный этаж, но в квартире Николаса было тихо — никто не отзывался. Значит, он пришел не вовремя. Потусовавшись пару минут у двери, Джон вышел на улицу и присел на скамью рядом с домом. Как он узнает в прохожих Миллера оставалось загадкой.       Ватсон вновь стал думать об их отношениях с Шерлоком, уставившись на дорогу. Надо бы размышлять о деле, но Холмс сам лезет в голову. Утреннее происшествие, конечно, выбило из колеи. А что, если это было всё сотворено для вида?       Вдруг сбоку раздалось цоканье каблуков, и Джон отвлёкся, поднимая голову. К апартаментам приближалась женщина с пакетом продуктов руках. Ватсон подскочил к ней, вежливо улыбнувшись. Особа заинтересованно стала изучать крепкого бывшего военврача.       — Доброе утро. Вы случаем не знаете Николоса Миллера, — кокетливая улыбка на лице женщины исчезла.       — Знаю, но кем Вы приходитесь ему? — с недоверием поинтересовалась особа, тряхнув жидким каштаном волос.        — Я — его психолог, а это — мой практикант. Сегодня Николас не пришёл на консультацию. Шерлок Холмс, — обстоятельно протянул Шерлок, ласково положив ладонь на спину Джона в знак приветствия.       — Роза Уилсон. Приятно познакомиться. Если бы я знала, что в Лондоне водятся такие профессиональные психологи, то предпочла бы сойти с ума, чтобы к ним попасть. Думаю, Нику очень повезло, — женщина расцвела, а Холмс ей радостно кивнул. Ватсон же недовольно нахмурился, но ладонь Шерлока тут же успокаивающе заскользила по его спине.       — Может, вы знаете, где мог бы находиться мистер Миллер? — продолжал кокетничать Холмс, что ещё больше стало раздражать Джона: ему хотелось сейчас врезать напарнику, а затем уйти по-английски, позволяя этой Розе вдоволь насладиться заботой об его Шерлоке.       — Думаю, он скоро вернётся. Вы могли бы подождать его у меня. Наши квартиры находятся рядом. Я как раз взяла торт к чаю, — она продемонстрировала пакет.       — Не думаю. Мы не желаем вас стеснять. Может, вы знаете, где Николас проводит свое свободное время?       — О, да, он любит засиживаться в сквере за апартаментами. Дышать свежим воздухом, как он сам выражается. Но я-то знаю, что он там обычно гуляет со своей девушкой, — хитро произнесла Уилсон, точно рассказывала очередную жутко интересную сплетню, однако её собеседники не ответили должным образом.       — Благодарю. Нам надо идти, — нехотя улыбнулся Шерлок и, схватив Джона за локоть, направился вдоль здания. Женщина обескураженно смотрела им вслед, влюблённо вздохнув.       — Что за цирк ты устроил? — Ватсон недовольно вырвал свою руку, раздражённо зашагав рядом с напарником.       — Джон, любовь моя, тебе нужно научится отличать работу и личную жизнь, — его голос звучал серьёзно, но в нём все же проскакивали игривые нотки, потому вновь невозможно было определить: это стоит внимания или это всего-навсего шутка.       — С чего вдруг ты называешь меня этим словом? — Ватсон пытался прочитать Шерлока, но безуспешно: мешала эта дурацкая улыбка вкупе с задумчивым взглядом.       — Всё бывает в первый раз, Джон, абсолютно всё, — только пожал плечами в ответ, вдруг остановившись на одной из дорожек и уставившись на скамью, которая стояла под раскидистыми дубами, но так, что листва их не закрывала сидения от изредка выглядывающего солнца. — А вот и наш клиент. Джон, попрошу тебя молчать, иначе ты сорвёшь мне игру, — Холмс азартно просиял и последовал к этой самой скамье.       Средних лет мужчина имел светлые отросшие волосы и оливковую кожу, что на лице закрывала рыжеватая щетина. Его карие глаза были пусты, а под ними мешки — явный знак бессонных ночей. Казалось, Николас не заметил Шерлока и Джона, потому бархатистой голос за спиной для него стал неожиданностью, заставляющей вздрогнуть.       — Добрый день, вы ведь Николас Миллер? — Холмс сел рядом с мужчиной, состроив вид самого печального и соболезнующего человека, едва даже не ронявшего слёзы. Джон только усмехнулся под нос с театра одного актёра и остановился поодаль, желая играть лишь роль зрителя.       — Да, но откуда вы меня знаете? И что вам нужно? — от Николаса разило алкоголем, хотя язык пока не заплетался, да и манера речи походила на трезвую.       Мимо редко сновали люди, в основном, мамаши с детьми, потому и слушатели у их разговора, вряд ли, появятся. Да и разве может выглядеть подозрительно беседа якобы старых друзей?       — Моя знакомая работает в морге и просто… Я попал в похожую ситуацию в своё время, понимаете… — взгляд Шерлока сделался стеклянным и отсутствующим — Ватсон напряжённо нахмурился. — Моя любовь тоже запретна в некоторой степени… Родители были против моего парня, — оба одновременно посмотрели на Джона, который лишь опустил взгляд, делая вид, что не замечает их резкого интереса.       — Не переживайте, я понимаю. Это не противно. Нам мать Джейн запрещала видеться, потому что говорила, что я неподходящий кандидат, — горько хмыкнул Николас, поджав губы. Ему казалось, что этому незнакомцу можно открыться, что он превосходно его понимает и так искренен в своих намерениях.        — И Джон не выдержал этого давления, — низко изрёк Шерлок и вздрогнул, пустив слезу. — Если бы не моя знакомая… То он бы умер. Врачи думали, что он умер от потери крови. Но моя знакомая… Она заметила, что Джон ещё жив и позвонила мне… А я, я же врач! Я украл моего маленького Джонни и спас его, — Шерлок смахнул слезу. Николас поражённо качнул головой, боясь, что сейчас у его собеседника случится нервный или эмоциональный срыв. — И, может, ваша невеста также жива?       — О, нет, я знаю. Я знаю, что её нет. У неё не было пульса, — мужчина поник и зажмурился, переживая вновь вчерашний вечер.       Холмс резко поднялся и подбежал к Ватсону, сжимая его плечи и картинно всхлипывая.       — Что это такое? — прошептал непонимающе Джон, но всё же обнял напарника, поглаживая его по лопаткам.       — Вы должны бороться. Не причиняйте боль своему любимому, — произнёс тихо напоследок Миллер, строго посмотрев прямо в глаза Ватсона, а затем нарвался по дорожке вглубь сквера.       — Что, чёрт побери, ты ему сказал? — возмущённо спросил Джон и отстранился, недовольно поджимая губы на смех Холмса.       — Ничего из того, что очернило бы твоё имя. А теперь мне надо подумать, поэтому, Джон, не издавай ни звука, иначе я тебя попрошу выйти из машины во время движения, — Ватсон закатил глаза, но всё же бесшумно направился за любимым чудаком.