Сбежавшая невеста

      После встречи с Николасом Миллером Джон и Шерлок отправились в кафе к Анджело, который всегда был рад этим двум молодым людям. Холмс ничего не говорил, всю дорогу думая о деле, пока Ватсон с трепетом изучал каменное серьёзное лицо коллеги.       — Скажи, какие у тебя есть идеи. И что это было за представление? С чем мне надо бороться? — Джон пододвинулся чуть ближе на своём стуле к напарнику.       — Тише, Джон, не нужно торопиться, иначе твой мозг не успеет обработать информацию. Труп украл точно не Николас. Надо будет завтра навестить миссис Браун. Кстати, записи с камер видеонаблюдения кто-то удалил. И ещё я выяснил, что помимо земли на подошве был песок. А такой состав почвы может говорить только об одном месте…       — Добрый день, мистер Холмс! — у столика появился сам хозяин заведения, поставив на стол свечу и раздав каждому джентльмену по меню. — Рад вас сердечно видеть! Так здорово, что вы нашли со своим другом (на этом слове мужчина сделал весьма однозначный акцент и подмигнул) время, чтобы отобедать у меня. Всё, как всегда, за счёт заведения! — Холмс уже сейчас хотел озвучить свой заказ, состоящий из одного только напитка, но не успел, ведь Анджело довольно быстро скрылся на кухне.       — Итак, я остановился на…       — Нет, Шерлок! Ты нормально поешь: возьмёшь себе горячее блюдо, — твёрдо заявил Джон, листая меню. Кожей он ощущал пристальный, скорее всего, недовольный взгляд Холмса, но голову поднимать всё же не осмелился.       — Как скажешь, — процедил Шерлок сквозь зубы и на миг широко улыбнулся, тут же помрачнев. Не обязательно же слушать Ватсона, но зачем он тогда это делает?       — Тебе необходимы углеводы, белки и другие питательные вещества. Ты же не растение в конце концов, — конечно, доводы Джона звучали убедительно, но Шерлок Холмс был бы не Шерлоком Холмсом, если бы не сделал всё по-своему.       — Ну как, уже определились с выбором? — Анджело поджёг свечу, внимательно изучая парочку.       — О да, — хитро ухмыльнулся Холмс, и Джон мигом сжал его колено под столом, предупреждая своенравный выбор. — Сладкий кофе, любой, только не чёрный, и сэндвич с курицей, — Шерлок мило улыбнулся, пока Ватсон прожигал его раздражённым взглядом.       — Кеджери и фаготс с пюре, чай, — Анджело кивнул и удалился. — Если ты сам не выбрал, что будешь есть, то будешь есть то, что заказал я.       — Предполагаемо, — весело хмыкнул Шерлок и облокотился о спинку стула, изучая посетителей кафе, но его мыслями быстро овладело новое дело. Конечно, он уже разработал теорию, но осталось её подтвердить, потому-то они завтра и отправятся к миссии Браун. — Патни, — задумчиво произнёс Холмс.       — Что? Зачем тебе туда? Там живёт мать погибшей? — Джон нахмурился.       — Именно. Только она — не погибшая, а самоубийца, — серьёзно заявил Шерлок и вдруг достал телефон, начав что-то искать и печатать.       Поняв, что от Холмса сейчас не услышать ответа и не привлечь его внимание, Ватсон скучающе уставился на свечу, безынтересно несколько минут смотря на её пламя. Было странно ожидать, что после вчерашнего, Холмс изменит своим привычкам. С другой стороны, это хорошо, ведь тогда бы Шерлок перестал быть собой. И что осталось Джону? Просто быть рядом. Как и раньше.       — Ваш заказ, — на столике спустя время появились все заказные блюда и напитки.       Ватсон всё также был немного не в духе и не желал первым заводить беседу, притянув к себе порцию картошки с фаготс и чай, медленно разделяя на части мясо и перемешивая его с соусом и гарниром. Есть что-то совсем перехотелось.       — Приятного аппетита! — задорно воскликнул Шерлок и, возможно, чтобы поднять настроение Джона приступил к кеджери. Он всем своим видом пытался показать то, какой он хороший, раз ест, но Ватсон не обращал на него никакое внимание. — Смотри, я ем, — он наклонился к напарнику, демонстративно зачавкав.       — Молодец, — саркастично выдохнул Джон и наконец стал обедать.       — Что-то не так? Я, конечно, знаю, что. Тебя не устраивает мой характер и поведение…       — Ты не разбираешься в людях. Совершенно, — невесело усмехнулся Ватсон и повернулся всем корпусом к Шерлоку.       — Почему это? Я за считанные секунды могу узнать всё о человеке.       — Я не имею в виду то, что он делал утром, а саму душу человека, понимаешь? Меня ты устраиваешь полностью, и я не хочу, чтобы ты менялся. Просто я думаю о том, что это всё странно и непривычно, — тяжело вздохнул Джон. В какой-то мере эти слова давались трудно.       — Что именно, Джон? Всё же как обычно, разве нет? Мы, как обычно, раскрываем дело; полиция, как обычно, не думает головой; ты, как обычно, читаешь мне нотации. Разве что-то не так? — Шерлок очевидно не понимал, что пытался донести до него Ватсон. Он даже сощурился, сканируя его лицо, но ничего не находя.       — Всё не так. То, что произошло вчера… — Джон опустил взгляд, немного дрожа от волнения, как вдруг Холмс заливисто рассмеялся. Это ещё больше выбило из колеи военврача, и он почувствовал себя до ужаса глупым и сентиментальным. А по-другому ты ощущать себя и не можешь рядом с Холмсами.       — Господи, неужели тебя это волнует? — всё ещё посмеиваясь, спросил Шерлок. Ватсон непонимающе нахмурился и отвернулся. И что могли бы значить эти слова? — Постой, я не то имел в виду, — Холмс тяжело вздохнул, стараясь сформулировать правильно мысли, которые всегда бегут быстрее речевого аппарата. — Я имел в виду, что не надо об этом беспокоиться. Веди себя так, как ты хочешь. Мне, кстати, даже нравится слушать твоё брюзжание, когда я не думаю о чём-то важном.       — Как романтично! — Джон весело усмехнулся, ощутив, как стало гораздо легче после слов напарника.       — Ну что ты. Романтика — это твоя болезнь. И, видимо, ты меня ею заразил, — хмыкнул Шерлок, и они вдруг вдвоём рассмеялись, переглянувшись.       После обеда Ватсон планировал отправится домой, но Холмс спутал все карты и, взяв напарника за руку, повёл его куда-то сквозь толпу. Джон не сопротивлялся и даже представить не мог, куда же может завести его Шерлок.       Они очутились в небольшом парке с милым маленьким, но немного зацветшим прудиком, вокруг которого, в основном, бегали дети или прогуливались парочки.       — Видно, эта болезнь добралась уже до твоих мозгов, — прокомментировал обстановку Джон, заворожённо следя за тем, как ветер качает длинные ветви деревьев, поразительно отмечая, что машин здесь почти не слышно, а пасмурная привычная погода вовсе не портит, а, может, даже дополняет картину.       — Джон, — Шерлок посерьезнел и замер, разворачивая к себе напарника за плечи. Он выглядел непривычно взволнованным, — я понял, что это прозвучит немного обидно. Но мы пришли сюда, чтобы поговорить с миссис Браун. Просто она работает в ателье, недалеко от этого парка, и любит здесь гулять во время обеденного перерыва, — но Ватсон только хохотнул и качнул головой, обняв Шерлока за талию. — Я сказал что-то смешное?       — Да нормально всё. Я уже привык к подобному, потому что это — часть тебя. Кстати, что ты думаешь по поводу миссис Браун? Ты так и не сказал, какие у тебя теории есть, — Ватсон расслабился, поняв, что ничего ужасного странное поведение Холмса не сулило.       Шерлок удивлённо вскинул брови и наклонился, едва касаясь губ Джона своими. Он не знал как, но эти слова задели что-то внутри. Ватсон напрягся и зажмурился, задрожав, как вчера, ощутив, как сердце так же рьяно стучит в груди. Холмс чуть отстранился, выше поднимая одну ладонь, поглаживая кончиками пальцев шею напарника. Джон откинул голову, подставляясь под прикосновения, сжимая в кулаки пальто на спине Холмса. Шерлок нежно схватил его губы своими, притискивая Джона ближе, и углубил поцелуй, не изменяя сладкой ласке своих действий.       Но вдруг буквально в метре кто-то пробежал, и они тут же сконфуженно отстранились друг от друга, тяжело дыша и смятенно переглядываясь.       — И где же нам найти миссис Браун? — Джон прочистил горло и сделал шаг назад, неловко облизнувшись.       — Поскольку она вдова и имеет взрослую дочь, то на ланч берёт что-то лёгкое, чтобы не поправиться, а затем сидит на одной скамье перед прудом и думает о небытие, — Шерлок тряхнул тёмными кудрями, приходя в себя, хотя внутри до сих пор чувствовался трепет и огромное желание притянуть Джона обратно.       — Правда? — с недоверием поинтересовался Ватсон, пока Холмс пытался отогнать явно лишние сейчас мысли.       — Нет, — Джон нахмурился, — она думает о своей дочери, — Шерлок весело просиял и, распрямив воротник пальто, направился к веренице скамеек у пруда.       Ватсон тяжело вздохнул и потянулся за напарником, оглядываясь: почему-то у него появилось ощущение, что за ними следят. Может, это, конечно, Майкрофт опять заботится о любимом младшем брате.       — Здравствуйте, вы случаем не миссис Браун? — Холмс подсел к довольно упитанной женщине с густыми светлыми волосами. У Джона появилась догадка: вдруг она и украла тело собственной дочери не в силах поверить в её смерть?       — Уже несколько лет как мисс. А Вы кто? — женщина явно напряглась, когда и Ватсон подсел к ним.       — Я Шерлок Холмс. Помните, мы переписывались на сайте знакомств? — он вновь принял флиртующий вид и стал стрелять взглядом. Ватсон тяжело вздохнул и растёкся по спинке, стараясь не обращать на происходящее внимание, с поддельным интересом наблюдая за утками на глади пруда.       — Ой, мистер Холмс! Извините, я в таком неподобающем виде… Дресс-код, — женщина засмущалась, поправляя классическую белую рубашку, весьма невыгодно облегающую её фигуру и расклёшенные тёмно-зелёные брюки.       — Да ничего страшного, ведь это никак не помешает нашему разговору, — кокетничал Шерлок, и Джон кашлянул, пытаясь привлечь внимание. — Ватсон, оставь нас на пару минут.       Бывший военврач тяжёлой и агрессивной поступью направился к пруду, пока мисс Браун смущённо краснела. Конечно, Джон понимал, что всё это для дела, но разве сердцу прикажешь? Что уж говорить о каком-то докторе Ватсоне, если сам Шерлок Холмс не может управлять своими эмоциями?       Несколько минут бывший военврач упорно смотрел на пруд и даже покидал в него камни, чтобы избавиться от ярого недовольства в груди. Но это мало помогло, потому что Джон всегда был вспыльчив и не мог это контролировать. Если бы он избил какой-нибудь крепкий ствол, то, возможно, все негативные эмоции сошли бы на нет, но уж точно не после этого дурацкого занятия — бросание каких-то камешек.       — Ты не умеешь делать блины? — спросил задорно неожиданно присоединившийся Шерлок, подхватывая один из камней.       Джон сначала не совсем понял, что имеет в виду напарник, ведь они далеко не на кухне, но потом он осознал, что имеется в виду детская забава.       — Сейчас — нет. Сейчас единственное, что мне хочется — запустить один из этих камней тебе в лицо, — процедил Джон и тяжело вздохнул, стараясь не смотреть на Холмса.       — Тяжёлый случай. Джон, если ты не перестанешь ревновать меня к «способам достижения раскрытия дел», то нам придётся трудно. Эта ревность не оправдана, — с лёгкостью изрёк Шерлок и кинул камень, создавший на поверхности пруда два кольца. — Странно было бы сомневаться во мне. Моя ориентация называется «Джон Ватсон». Думаю, в одной из твоих умных книжек про это что-то есть, — но Джон не был настроен на шутки.       — То есть ты хочешь сказать, что я не уверен в себе? — Ватсон нахмурился и повернулся к собеседнику.       — Временами, — пожал плечами Холмс.       — Отлично. И что же во мне ещё не так? — Джон взмахнул руками и отправился вдоль пруда. Шерлок тут же нагнал его.       — Я и не говорил, что с тобой что-то не так. Люди совсем не умеют слушать. Я говорю лишь, что не нужно ревновать, — Холмс был глубоко убеждён в своих словах и выглядел крайне серьёзно.       — Не обращай на это внимание. Хотя нет, не так. Не произноси это вслух и не записывай на свой жёсткий диск. Не обращать внимание ты не умеешь, — Джон опустил взгляд, думая о том, что Шерлок слишком непробиваемый.       — Как я могу не запоминать это? У людей, вроде, принято заботиться о своей второй половинке? Мы разве не встречаемся? — Холмс нахмурился, решительно замерев перед напарником, потому и Ватсону пришлось затормозить и поднять глаза, погружаясь в светло-голубые, почти прозрачные глаза, в которых будто отражалось тяжёлое свинцовое небо.       — Принято у людей? — переспросил Ватсон и горько усмехнулся. — А ты машина, что ли?       — Не переворачивай мои слова. Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду, — Холмс спрятал руки в карманах.       — Тебе можно переворачивать слова, а мне нет? А ты-то сам хочешь эти отношения, Шерлок? Или это станет лишь временным отвлечением от дел, когда их нет? Просто хобби? — Джон обошёл напарника и побрёл далее, иногда пиная комочки земли или камни.       — Хочу, — твёрдо заявил Холмс и догнал свою вторую половинку, заключив его в объятия и зарывшись носом в светлых волосах. — Если бы не хотел эти отношения, то не начинал бы этот разговор. Возможно, я не подходящая кандидатура, и ты хотел бы, чтобы рядом был человек столь же сентиментальный. Но какой есть. Ведь я — просто Шерлок Холмс.       — Нет, — начал тихо, но решительно Джон и развернулся, кивнув самому себе, — ты — Шерлок, мать твою, Холмс! Ты точно не просто, как и всё, что связано с тобой. Временами ты ужасно бесишь, но, кажется, только я могу вынести тебя так долго, потому ты и обратился ко мне, — он улыбнулся, и на лице Шерлока засияла ответная улыбка.       — Я давно выбрал тебя, и вся эта штука с Бэйкер-стрит и поиском соседа — лишь способ привлечь тебя и проверить, — весело объявил Холмс, и они рассмеялись.       — В таком случае ты вышел на новый уровень своего безумия в моих глазах, — Джон хохотнул и сжал пальцами плечи Шерлока.       — О, и как же называются эти уровни?       — У них нет названия, потому что на любом уровне ты остаёшься собой, Шерлок, мать твою, Холмс, — Шерлок крепче стиснул талию возлюбленного и склонился над ним, увлекая в ласковый поцелуй.       К вечеру эта сцена у пруда казалась Джону выдумкой его воображения, потому что Холмс целый день просидел в своём кресле в одной позе и не реагировал на любые внешние раздражители, думая и думая. И только один раз, когда Ватсон готовил себе чай с сэндвичем, чтобы с этим перекусом сесть за написание нового рассказа, Холмс заговорил да так, будто напарник сидел напротив.       — Если не она, то кто, Джон?! У неё чёртовы светлые волосы! Это точно не парень, потому что у него крашенные, — надо же, сам Ватсон и не заметил этой детали. — Надо наведаться к ней в гости. Я уверен, что девушка у неё дома. Я уверен, что она больная! — эмоционально восклицал Шерлок и даже вскочил на ноги, зашагав нервно по комнате. — Чёрт. Чёрт. Чёрт! Что-то здесь не сходится. Она не могла удалить записи с камер видеонаблюдения, потому что не имеет доступа. Но кто тогда? — он плюхнулся обратно в своё кресло, соединив ладони и прижимаясь к кончикам пальцев губами.       Когда Джону поздним вечером порядком надоело состояние полнейшего отсутствия возлюбленного, он отправился в свою комнату. От не лучшего самоощущения вдохновение не приходило к нему, потому не удалось написать хоть один жалкий абзац. Решив, что утро вечера мудренее, Ватсон стал готовиться ко сну в достаточно ранее время — настенные часы показывали лишь девять. Но уснуть не удавалось: казалось, он поступает ужасно, оставив Шерлока одного. С одной стороны, эта ситуация вовсе не нова в доме 221Б по Бэйкер-стрит, но с другой — они теперь не просто коллеги.       «Господи, пусть сидит хоть до утра. Он даже и не заметил, что я ушёл. Никогда не замечал», — с таким самовнушением Джону почти удалось уснуть, но его побеспокоил тихий стук — миссис Хадсон. Просто Холмс вошёл бы без предупреждения, да ещё бы и дверь в придачу снёс.       — Что такое, миссис Хадсон? — Ватсон сжал недовольно губы, приоткрыв дверь. Домовладельца явно была чем-то обеспокоена.       — Боже, Джон! Кажется, у Шерлока шок! Он не шевелится и не говорит. С ним точно что-то случилось!       — Миссис Хадсон, прошу, успокойтесь. Он просто думает, — мужчина тяжело вздохнул.       — Вы врач, Джон! Вы должны понимать, что это ненормально! — продолжала гнуть своё женщина.       — Если что-то ненормальное для обычных людей касается Шерлока, то оно автоматически становится нормальным, — пробурчал Джон и собирался уже закрыть дверь, как его остановил неожиданный возглас, раздавшийся из гостиной, за которым последовал громкий смех.       — Иисусе! — воскликнула миссис Хадсон, когда Ватсон быстрее неё рванул вниз.       Шерлок соскочил с кресла, но тут же упал разочарованно обратно. И этот смех был слишком горький.       — Чёрт, я не знаю ответы на эти дурацкие вопросы! Потому что эти ответы дурацкие. Я просто слишком умный…       — Шерлок, — Джон с кряхтением опустился на корточки, положив ладони на его колени и сжимая их, — всё нормально. Тебе просто надо отдохнуть. Идём спать.       — О, Джон, — начал слезливо Холмс и склонился над возлюбленным, заключая его лицо в свои ладони. — Мне не до прихотей моего организма. Я должен решить это дело. Кажется, разгадка лежит у меня под носом. Если я этого не сделаю, то стану самым отвратительным кандидатом на роль твоей второй половинки. Я буду ощущать себя глупее, чем Андерсон, — Джон насмешливо фыркнул, совершенно не понимая этот несвязный бред.       — Шерлок, какой ещё кандидат? Ты был единственный, кто баллотировался на это место, — Ватсон попытался говорить приблизительный бред, чтобы быть на одной волне с возлюбленным.       Миссис Хадсон протяжно вздохнула, наблюдая за разворачивающейся сценой. Но после выразительного взгляда бывшего военврача, она скрылась в своей комнате, оставляя мальчиков наедине.       — Точно. Один. Мужчина. Я — единственный мужчина. Поэтому кандидат, — Джон осознал, что ничего не поймёт, и лишь утвердительно кивнул. — Кандидат! Твою мать! Решение лежало у меня под носом! Кандидат! Ну конечно! — Холмс вскочил и ринулся к своему ноутбуку. — Джон, завтра мы едем свататься! Я ни за что не проиграл бы эту детскую игру! — он победно смеялся и безумно счастливо сеял.       — Я рад, что ты раскрыл почти это дело, — обескураженный Ватсон поднялся после того, как его оттолкнули в порывах радости. — Спокойной ночи.       Мужчина сжал недовольно губы, понимая, что Шерлок даже не слышит его, охваченный азартом. Потому Джон тихо отправился наверх, к себе, чтобы наконец лечь спать. Конечно, это раздражало, но ведь это Шерлок, и с этим ничего не поделать. Игры — его кредо.       Холмс отыскал один сайт, который упоминала в сегодняшней беседе мисс Браун и договорился о встрече. Когда он хотел уже поделиться подробностями с Джоном, то заметил, что возлюбленного нет рядом. Поняв, что по человеческим меркам он сделал вновь что-то не так, Шерлок быстро поднялся к комнате Джона и без стука вошёл в неё.       — Теперь можно и выполнить прихоти организма, — весело заявил он, но только вот Джон явно не разделял его настроя.       — Какие ещё прихоти организма? Шерлок, иди к себе, — недовольно пробурчал Джон, сев на край кровати.       — Я не собираюсь спать один, потому что после вчерашнего я чувствовал небывалый прилив сил, — настаивал Шерлок, скрещивая руки на груди и поглядывая на слегка мятые спальные штаны возлюбленного.       Вдруг Холмс задумался и исчез в своих чертогах разума в попытках отыскать там информацию о том, как происходит секс между двумя мужчинами. У него даже началась небольшая паника, ведь эта информация относилась не к совсем важной, однако к приобретённой ценность недавно. Потому и скрыта она была где-то в неприметном и далёком месте.       — Шерлок, ты вообще меня слышишь?! — недовольно нахмурился Ватсон, и Холмс встрепенулся, возвращаясь в реальность.       — Да, конечно, — Шерлок слегка улыбнулся и сделал шаг вперёд, пытаясь справиться с нервозностью, потому что информация оказалась весьма скудная, и он до сих пор понятия не имел, как, во-первых, склонить к этому Джона, а, во-вторых, что вообще для этого нужно. А зачем ему это, собственно, нужно было? Да хотелось и надо куда-то же было девать всю накопившуюся энергию.       — Тогда ты, вероятно, понял, что я хочу поспать один, — саркастично произнёс Джон и поднялся с явным желанием выпроводить гостя.       — Да не уйду я никуда. Зачем ты меня выгоняешь? — Шерлок упёрся и сжал запястья Ватсона за его спиной, опасно нахмурившись и склонившись над лицом возлюбленного, прочитав в его взгляде смятение вкупе с раздражением. Какое интересное, однако, сочетание. — Тебя обидело моё поведение.       — Нет, я уже привык, — Джон не собирался сопротивляться, пытаясь принять невозмутимый вид, что выходило из рук вон плохо.       — Да брось, Джон. Тебе не под силу меня обмануть. Знаешь, ты милый, когда ревнуешь, — у бывшего военврача участилось дыхание от флиртующей улыбки и бархатного голоса Шерлока. Он и представить не мог, что это будет так сильно на него воздействовать. — Разве я сейчас обнимаю какую-то женщину, имя которой удалю по окончании дела? Нет, Джон, сейчас, раньше, завтра, через неделю, через месяц я хочу и буду хотеть тебя, — жарко и хрипло прошептал Холмс, опаляя горячим дыханием лицо Джона, который готов был расплавиться в крепком захвате хоть сию же секунду. Сам Шерлок не знал, что умеет формировать такие чувственные и даже сентиментальные предложения, и понял, что с его «во-первых» он справился.       — Хочешь? — неуверенно переспросил Ватсон, нахмурившись. — В каком это смысле?       — В самом прямом, — усмехнулся Холмс и сделал шаг вперёд, не оставляя и ничтожного сантиметра между их телами. Он отпустил запястья Джона, переместив свои ладони на его копчик. Кончики его пальцев дрожали в нетерпении проникнуть под мятую ткань, но он медлил, ожидая твёрдого согласия возлюбленного.       — Я думал, что ты не… Ну, ты же необычный, — пролепетал, запинаясь, Ватсон и положил руки на грудь Шерлока, чуть поднимая их, любовно оглаживая каждый миллиметр.       — Это не отменяет того факта, что я человек и у меня есть обычные потребности. И я не асексуал, — Холмс довольно выдохнул, когда возлюбленный нежно проводил ладонями по его шее, а затем зарылся в волосы, ужасно приятно и несильно оттягивая их. Шерлок склонился ещё ниже, оставляя чёртов сантиметр между их губами, дразня, касаясь пересохшей кожи кончиком языка.       — Да-да, я помню, что ты говорил… — Джон задышал чаще, ощутив на спине под одеждой трепетные прикосновения длинных пальцев. Внутри у него всё вздрогнуло от этого жеста, — что твоя ориентация — Джон Ватсон.       Шерлок ничего не ответил и лишь наконец поцелуем терпко прижался к губам Джона, остервенело кусая их и засасывая. Эта ласка с самого начала была горячая и сводящая с ума, вырывающая землю из-под ног. Ватсон хрипло выдохнул, когда ладони партнёра стиснули его ягодицы. Язык Холмса резво протолкнулся сквозь губы Джона. Слишком настырно и возбуждающе. Внутри у обоих всё переворачивалось и буквально горело от нетерпения.       — Шер… — уже задыхался бывший военврач, сжав плечи партнёра и не позволив ему выпрямиться, — Шерлок, ты знаешь, как это?.. Делается?       — Сейчас. Одну секунду, — чмокнув крайне нежно Джона в уголок губ, Холмс отстранился и достал свой телефон, быстро печатая запрос в поисковике. Ватсон прижался к мужчине, утыкаясь лбом в его плечо, ощущая лёгкие ответные поглаживания на своей спине. — В общем, нужно слишком долго готовиться, потому, думаю, мы обойдёмся руками.       — Тебя это устроит? — спросил непонимающе Джон и отстранился. — Руками? — весело фыркнул.       — Для первого раза это будет достаточно, — кивнул Холмс и спрятал телефон, теперь двумя руками обнимая своего возлюбленного. — Если ты, конечно, хочешь этого, — его глаза игриво сверкали.       — Давай примени свою дедукцию, Шерлок, мать твою, Холмс, и сам ответь на этот вопрос, — весело произнёс Джон.       — С удовольствием, — хитро просиял Шерлок и опустил ладонь на пах Ватсона, слегка сжимая его, срывая громкий выдох возлюбленного. — Поскольку я единственный человек в комнате, осмелюсь предположить, что у тебя встал на меня. Если, конечно, тебя не возбуждают ковры, к примеру.       — Боже, Шерлок, какие к чёрту ковры? — хохотнул Ватсон и сделал несколько шагов назад, намекая, что пора бы перебираться на кровать.       — Например, с коротким и твёрдым ворсом. Или мягким и длинным, — весело ответил Холмс и повалил возлюбленного на постель, умостившись между его раздвинутых ног, с удовольствием ощущая крепкие объятия на шее.       — Боже, мне кажется, эти ковры вообще не вовремя, — Джон не мог заставить себя не улыбаться, нежно перебирая чёрные кудри.       — Действительно, твой рот, как и мой, должен быть занят другим делом, — прыснул Шерлок и резко прижался к губам своего мужчины, грубо и жарко лаская их, проникая ладонью под мягкую ткань ночной рубашки. Он кончиками пальцев касался подрагивающего живота Джона, у которого внутри от этого жеста взбушевался пожар.       Ватсон стал дёргано расстёгивать пуговицы на рубашке Холмса, иногда громко выдыхая в поцелуе, когда Шерлок сжимал его бёдра или толкался своей вздыбленной ширинкой в его не менее напряжённый пах. Джон проник ладонями под белую ткань, нежно оглаживая кожу и скидывая её с твёрдых плеч.       Холмс отстранился, чтобы откинуть мешающую одежду, а затем потянул верх пижамы, раздевая несопротивляющегося Джона, прижимаясь губами к его по-мужски крепкой груди, к мышцам, что за годы без военных действий не потеряли своей формы.       — Блять, сними с нас эти блядские штаны, — прошипел Ватсон не в силах больше терпеть томящееся возбуждение. Несмотря на свои слова, он ближе прижимал кудрявую макушку, с удовольствием тихо постанывая под его поцелуями на шее и ключицах. Он и представить не мог, что этот чёртов высокоактивный психопат может быть настолько нежным.       — Сэр, ваши слова могут сочтесть бестактными в высшем обществе, — усмехнулся Шерлок нетерпеливости возлюбленного и навис над его лицом, сияя задором потемневших болотных глаз.       — Оставь подобные высказывания Майкрофту, — улыбнулся Джон, прогибаясь в спине, чтобы коснуться торса партнёра своим.       — Не упоминай другие имена в моей постели. Надо исправить обширность твоих мыслей в данный момент, — Шерлок недовольно фыркнул и укусил возлюбленного за плечо, тут же выпрямляясь и стягивая с них штаны. — Я знаю один наверняка действенный способ, — Холмс хитро просиял.       — Я тоже, ах, предполагаю, — простонал Джон, когда партнёр сжал его член, заставляя повалиться обратно на лопатки, хотя мужчина моментом ранее привстал на локтях. — Я не дам тебе быть сверху. Ты был уже там, в рассказе, а теперь моя очередь.       Ватсон залез на Холмса, поудобнее устраиваясь на его бёдрах и склоняясь к его лицу для поцелуя. Шерлок сжал его ягодицы, и Джон громко выдохнул и вздрогнул, отстранившись. Довольный Холмс ласково улыбался, вдруг подняв одну руку и нежно положив её на щеку возлюбленного.       — Конечно-конечно, Джон, как ты пожелаешь, — бывший военврач знал эту интонацию: Шерлок точно что-то задумал.       Ватсон опёрся о предплечье и сжал сразу два их члена, негромко постанывая, потому что возлюбленный пытался своими ладонями достать везде: одновременно оглаживая всё его тело. Эти ощущения явно были непривычными, но от этого они становились ещё более будоражащими. От них всё сжималось и горело внизу живота.       — Ну, же, Джон, сделай нам приятно, — усмехнулся Шерлок, а Ватсону захотелось ему врезать: эти слова отчего-то вызвали внутри непомерную неловкость.       Джон никак не ответил и лишь провёл ладонью сверху-вниз, впервые ощущая чужой член кожей. Шерлок довольно выдохнул, прижимая к себе крепче за талию возлюбленного, который стал покрывать его шею и плечи поцелуями. Холмс запрокинул назад голову, прогибаясь, открываясь ещё больше перед партнёром. Ватсон со смешанными чувствами приступил к незатейливым действиям. Внутри всё переворачивалось от того, что их пенисы соприкасались, ведь это ощущение было ещё более чутким оттого, что кожа от возбуждения была слишком чувствительная.       Но вдруг Шерлок поменял их местами и с лёгкостью раздвинул колени возлюбленного, чуть приподнимая его задницу. Джон удивился, но противиться не стал, учащенно дыша и не отводя взгляд от Холмса. Именно сейчас он казался божественно идеальным: со спутанными кудряшками, взмокшей от пота кожей, отражающей свет светильника, приоткрытыми пухлыми губами, искренне возбуждённым взглядом, из которого тем не менее не исчезли привычные искорки задора.       Джон довольно промычал, почувствовав укусы на шее и ключицах. Это действительно расслабляло и отвлекало, а именно это Шерлоку и нужно было. Он чуть сильнее стиснул бёдра возлюбленного, другой рукой сжимая свой член и направляя его к пульсирующему входу в податливое тело. Ватсон этого не замечал, утопая в нежных поцелуях, в ласках рук возлюбленного.       Холмс с громким от волнения дыханием вдруг поддался вперёд, головкой проходясь по ложбинке, затем упираясь в сжавшуюся дырочку с громким стоном. Он не планировал делать что-либо большее, но и это заставляло всё его существо трястись от переизбытка эмоций.       — Шерлок! — тонко опасливо крикнул Джон. Его сердце в буквальном смысле ушло куда-то в пятки, а затем взорвалось, оглушая этим звуком.       — Тише, Джон, я не собираюсь делать что-то из ряда вон выходящее, — успокаивал Холмс, чмокая возлюбленного в лоб, кончик носа и щёки.       — Ты уже! — не унимался Ватсон, крепко стискивая пальцами тёмные кудри.       — Я же не проникал и не собирался, — оправдывался Шерлок, отстранившись и болезненно шикнув, ведь Джон не контролировал силу сжатия его волос. — Тише.       Джон не сразу, но всё же поддался на усмиряющие ласки возлюбленного, его нежные поцелуи и бархатный шёпот. Возбуждение через некоторое время само по себе вернулось с новой силой, вновь заставляя всё внутри приятно переворачиваться.       Шерлок сжал их члены, быстро надрачивая. Джон громко постанывал, прижимая к себе Холмса руками, сжимая его бока бёдрами, стараясь не выпускать возлюбленного из захвата. Он блаженно прогибался, изнывал, позволяя Шерлоку трогать себя где угодно, отмечая, что партнёр гораздо лучше владеет ручной техникой.       В определённый момент вся комната поплыла перед глазами и чёткими были лишь его родные, пьяные от блаженства глаза. Тогда всё тело прошила дрожь, бросая в дикую усталость, а оттуда в жуткое наслаждение.       — Ты делаешь приятно лучше, — прохрипел Ватсон, слегка улыбнувшись.       — Ради тебя, Джон, — Холмс счастливо просиял и вытер их ночной рубашкой Джона, доставая одеяло и склоняясь над лицом возлюбленного, вовлекая его в ленивый поцелуй. — Жду не дождусь, когда можно будет испытать все прелести этого физиологического процесса.       — Боже, ты бы ещё на латыни заговорил, — хохотнул Ватсон, с удовлетворённым мырчанием устраиваясь на груди Шерлока в его уютных объятиях.       — Хочешь, я её выучу? — не унимался Холмс, прижимаясь к светлым волосам и вдыхая запах своего Джона. — Это не такой сложный язык. Думаю, минут двадцати мне будет достаточно.       — Я хочу, чтобы ты заткнулся. Я хочу спать, — пожаловался наигранное Ватсон, влюблённо улыбнувшись, когда Шерлок стал поглаживать монотонно умиротворяюще его спину.       — Твоё ворчание такое привычное и успокаивающее, — рассмеялся легко Холмс и окончательно переплёлся с Ватсоном, запутывая их ноги.       — Почему успокаивающее?       — Слыша его, я знаю, что ты рядом.