«Кодовое имя: Лис»

      Горячие воды источников были самым приятным времяпровождением после тяжёлых тренировок. Прохладный ветерок мягко обдувал нагретое тело парня, принося долгожданное облегчение. Десятилетний Наруто нежился в расслабляющей воде, почти засыпая в онсэне. Он был один в мужской части горячих источников и прекрасно слышал весёлые голоса девушек по ту сторону деревянной стены. Благодаря острому слуху, Наруто подслушивал их разговоры и понял, что куноичи сейчас в нетрезвом состоянии. Усмехнувшись, юноша постарался не обращать внимания на отдыхающих девушек.       — Гай-сенсей и Цуме-сан меня так до могилы доведут, — разминая шею, Лис жаловался единственному другу, который всегда рядом.       «Ну, ты же сам попросил их усложнить тренировки. Ты ещё должен быть благодарен им, что они вообще сейчас уделяют тебе время, — прорычала Курама в его подсознании. — После того как наследник клана Учиха вырезал свой же клан, у твоих учителей работы прибавилось».       — Ты права, — с лёгкой грустью выдохнул Наруто. — Саске уже неделю в академии не появлялся. Ему сейчас очень тяжело. По себе знаю.       Узумаки хотел ещё немного поговорить с биджу, но его отвлёк тихий смешок. Поворачивая голову к дереву, которое раскинуло свои ветви над женской половиной источников, Лис заметил огромную, густую копну седых волос. Понимая, что этот извращенец подглядывает за девушками, Наруто сначала хотел вмешаться, но решил, что ничего страшного не произойдёт. Лучше лишний раз не влезать в неприятности, иначе он может получить вместе с этим извращенцем. Там сейчас отдыхают куноичи. Выпившие куноичи. И получить шальной кунай Узумаки не хотел.       Именно в этот момент за стеной послышались женские крики и угрозы, а сам виновник попытался ретироваться, что у него не получилось. Неизвестный мужчина словил своей головой несколько тазиков и ковшиков и с громким стуком упал на камни.       Наруто громко смеялся над всей этой ситуацией и случайно выпил несколько литров воды, пока пытался успокоиться. Спустя минуту он поднялся, обвязал вокруг талии полотенце и направился помогать мужчине.       Подходя ближе, он заметил необычный протектор на лбу незнакомца; на нём не было знака ни одной из известных ему деревень. Только кандзи, обозначающее — «Масло». Странные красные линии на лице, несколько морщин, необычная деревянная обувь — всё это делало мужчину загадочным.       Извращенец пришёл в себя спустя пять минут. Потирая шишки на голове, он увидел перед собой мальчика с кровавыми волосами. Заметив отличительные знаки клана Инузука, он выдохнул и стал оглядываться, будто ища кого-то.       — Слушай, малец, — обратился он к Наруто, — ты здесь случайно одного блондина не видел?       — Нет, извращенец. Здесь только я и ты. Ну и девушки за стеной, что готовы прибить тебя, — посмеиваясь, ответил Лис.       — Точно? Мне сказали, что мой крестник отправился на эти источники.       — А как зовут вашего крестника? Может, я его знаю? — задал вопрос Наруто, возвращаясь в воду.       — Наруто. Узумаки Наруто, — быстро ответил незнакомец, поглядывая на деревянную стену, разделяющую источники на мужскую и женскую половины.       — Хм. А я не знал, что у меня есть крёстный.       — Ты это о чём? — спросил мужчина, всматриваясь в мальчика.       — Ну, Наруто — это я. Дедуля не говорил ничего про крёстного.       — Стой, малец. То есть Узумаки Наруто...       — Да-да, — перебил его юноша, — ты всё правильно понял.       — Чем докажешь? — не веря в слова мальчика, извращенец подошёл поближе. — Я, конечно, видел его давно, но запомнил, как он выглядел.       — А тебе разве не рассказывали?       — О чём?       — Об операции? Если ты знаешь, кто я, и кто мои родители, то дедуля должен был рассказать тебе и об операции.       — Сенсей не успел мне рассказать, — мужчина направился к выходу из онсэна. — Подожди меня немного.              Когда неизвестный покинул источники, Наруто попытался вспомнить, где он мог видеть этого человека. Его лицо казалось знакомым, но память упорно отказывалась помочь. Так он просидел в раздумьях несколько минут, пока мужчина не вернулся, на этот раз без одежды, с полотенцем, обвязанным вокруг талии.       — Так намного лучше, — прошептал он, опускаясь в горячие воды. — Значит, сенсей тебе уже рассказал о твоих родителях?       — Угу, — кратко ответил Наруто, не отрывая взгляда от воды.       — И ты ничего не хочешь у меня спросить?       — Я же сказал, что дедуля не говорил мне, что у меня есть крёстный. Я не могу доверять каждому, кто будет утверждать, что он мой родственник, — спокойно ответил мальчик, всё ещё сидя в воде по грудь.       — Хорошо, тогда давай познакомимся для начала. Меня зовут Джирайя, и я...       — Точно, — перебил его Наруто, — один из Легендарных Саннинов, — он ударил себя по лбу ладонью. — Теперь вспомнил, где я мог видеть твоё лицо, извращенец.       — Слушай, а давай ты не будешь называть меня извращенцем?       — Ну, так это ты же подглядывал за девушками. А так поступают только извращенцы, — улыбаясь, ответил Наруто.       — Не только извращенцы, но и писатели. Такие, как я, — гордо заявил Джирайя. — И я не подглядывал, а собирал нужные мне материалы. Писать книгу, которую ждут тысячи фанатов, не так уж и просто.       — Как скажешь, Джирайя-сан, — тихо проговорил Наруто, глядя на ночное небо. — Слушай, — прервал минутную тишину Лис, — а какими были мама с папой?       — Ну, Кушина-тян была довольно бойкой девушкой. Помню, как-то раз она поймала Минато за чтением моей первой книги из серии «Приди, приди, Рай!», и тогда нас двоих продержали в больнице больше месяца. Рядом всегда была Цунаде. У неё очень тяжёлая рука, — посмеиваясь, вспомнил былые времена Саннин. — Добрая и красивая, — продолжил он. — Я был счастлив, когда узнал, что они решили пожениться. Она любила тебя, Наруто. Во время беременности Кушины я отсутствовал в деревне по поручению Хокаге, но пару раз навещал их. То, с какой любовью и радостью они ждали тебя, не описать словами. Даже мне, — с юмором рассказывал мужчина.       Слушая рассказ о своей матери, Наруто закрыл глаза, представляя её. Третий Хокаге, рассказывая о родителях, показал ему несколько фотографий. Там он впервые увидел свою маму. И он согласился с Дширайей — она действительно была красивой. Её яркие, насыщенные волосы, фиолетовые глаза, утончённые черты лица — всё это он унаследовал от неё. До операции Наруто был копией своего отца.       — А Минато, — продолжил Джирайя, — был гением. У меня не было такого талантливого ученика. Чего только стоит его собственная техника, которую он создал за три года путешествий со мной. Он сильно любил Кушину. Даже после того, как она могла ударить его сковородкой, они никогда не переставали любить друг друга. Очень жаль, что Ками-сама решил их судьбу таким образом.       Наруто слушал крёстного несколько часов. Джирайя рассказывал множество историй, которые знал. В ответ Наруто поведал о своей жизни, утаив лишь информацию о Корне и Данзо.       — Ладно, уже очень поздно, — вставая и разминая конечности, Саннин обратился к Наруто. — Прости меня, что не заботился о тебе после смерти Минато и Кушины.       — Ничего страшного, Джирайя-сан, — понимающе ответил Лис. — Мне дедуля рассказал причины, почему от меня и от других скрывали информацию о родителях. Но я хочу, чтобы ты обучил меня, как и моего отца. Посчитаем это твоим извинением. И я буду звать тебя... эро-Сеннин, — смеясь, сказал Наруто.       — Хорошо, малец. Только наши тренировки откладываются. Я вернулся в деревню ненадолго, но, когда я вернусь, мы поговорим об этом.       — Ладно, эро-Сеннин.       Одевшись, Наруто и Джирайя вышли из горячих источников и направились в сторону квартала Инузука. Несколько минут они шли молча, каждый погружённый в свои мысли. Джирайя, выпивший пару рюмок саке, вспоминал своего ученика и потрепал Наруто по волосам. На этот жест Лис странно посмотрел на него, на что Жабий мудрец, выставляя руки вперёд, извинился:       — Я часто так делал, когда видел Минато, — сказал он.       — Я поговорю с сенсеем, чтобы тебе дали ключи и адрес дома твоих родителей. Там ты сможешь найти фотографии и много разных вещей, которые остались от Минато и Кушины, — продолжал Джирайя, пока они шли к дому главы.       — Спасибо, эро-Сеннин, — прошептал Наруто.       — Всё нормально, Наруто. Он по праву принадлежит тебе. О, вот мы и пришли, — потягиваясь и зевая, проговорил Джирайя. — Я ещё навещу тебя перед своим уходом. Ну, спокойной ночи, крестник, — прощаясь, сказал мужчина.       — Спокойной, — тихо ответил Наруто, глядя вслед уходящему крёстному, который достал свой блокнот и стал описывать красоту девушек, посетивших онсэн.

***

      После того как Джирайя впервые поговорил со своим крестником, он отправился в резиденцию Хокаге, где его, несмотря на позднее время, ожидал учитель. Запрыгнув по привычке в окно, он спрятал свой блокнот и прилёг на диван, стоящий рядом со столом. Сарутоби Хирузен сидел в своём кресле, спокойно покуривая трубку.       — Ну, рассказывай, — произнёс лидер деревни, не отрывая взгляда от документов. — Поговорил с ним?       — Да, сенсей. Он очень похож на Кушину-тян. Почему вы не сказали мне об операции? — спросил Джирайя, его голос звучал с лёгким упрёком.       — Ну, ты сам виноват. Не дослушав меня, умчался встретиться с ним.       — Понятно, — пробормотал мужчина, вспоминая мальчика. — Есть ещё что-нибудь, что я должен знать? — спросил он, чувствуя, что за этим вопросом скрывается нечто большее.       — Да. Операцию проводил твой старый друг. Мне пришлось воспользоваться его услугами, чтобы спасти мальчика.       — Орочимару? — вскочил с дивана Джирайя, его голос был полон недоверия и гнева. — Если бы он попытался захватить тело Наруто? Даже я — человек, который до сих пор пытается вернуть его на путь истинный, — не позволил бы ему экспериментировать с джинчурики! — его слова прозвучали как гром среди ясного неба.       Джирайя подошёл к столу, за которым сидел Хокаге, и с силой ударил по нему руками. Его лицо выражало смесь гнева и боли.       — Как вы могли допустить, чтобы сын Минато пострадал прямо у вас под носом? Мой ученик доверил его вам, попросил, чтобы его сына считали героем, но вы не только скрыли от всех правду, но и запретили кому-либо заботиться о нём! — Джирайя впервые позволил себе так грубо обращаться к своему учителю.       — Я всё понимаю, Джирайя, и я готов ответить за свои поступки, — спокойно, но с ноткой усталости ответил Хирузен. — Но на тот момент у нас... нет, у меня не было выбора. Наруто мог умереть, если бы мы не провели эту операцию. — Он сделал паузу, выпуская клуб дыма из трубки. — Но сейчас дело не в этом. У нас есть подозрения, что ребёнок, которого забрали на операцию, не был сыном Минато.       — Как это понимать, сенсей? — спросил Джирайя, его голос звучал с ноткой недоумения и тревоги.       — Какаши заметил отличия между тем, кого отдали на операцию, и тем, кого вернули. Я считаю, что сын Кушины с рождения находился в Корне.       — Ну, тогда почему бы нам не штурмовать это место и не захватить Данзо? — предложил Джирайя, его глаза горели решимостью.       — У нас нет доказательств, Джирайя, — с грустью ответил Хирузен. — Моё положение и так слишком шаткое, и, если наши подозрения окажутся неверными, меня сбросят с поста, а на моё место сядет Данзо. Чего я точно не желаю деревне. Его методы правления слишком жестоки. Он сделает всё ради неё, но, к сожалению, на кону будут стоять жизни населения.       — И что нам остаётся делать? — спросил Джирайя, чувствуя, как гнев сменяется бессилием.       — Пока только ждать и надеяться, что Наруто не подчиняется Данзо.       — Я вас понял, сенсей, — откинув голову на подлокотник, Джирайя уставился в потолок, словно ища ответы в его трещинах. — У меня есть информация по поводу новой организации, — нарушил тишину Саннин. — «Акацуки» — так они называют себя. Выполняют разные задания для Элементальных стран и пока ничем особенным не привлекают внимания. Правда, состоят в этой организации нукенины. Я постараюсь разузнать что-нибудь ещё о них, но это будет очень тяжело.       — Нукенины, говоришь? — выдохнул Хирузен, выпуская большой клуб дыма. — Есть один человек — нукенин, который может помочь в этом. У меня нет права просить его, он и так пожертвовал всем ради деревни. Но я думаю, что от последнего задания он не откажется.       — Знакомый нукенин? — насторожился Джирайя.       — Да. Учиха Итачи — если это имя тебе что-нибудь говорит.       — Итачи? Тот самый Итачи, который вырезал свой клан? Что за махинации вы проводите, сенсей? — голос Джирайи звучал с ноткой шока и недоверия.       — Это очень долгая и трагичная история, которую не стоит обсуждать. По крайней мере, не сейчас, — прошептал лидер деревни, его глаза были полны боли.       — Как скажете, сенсей, — вставая с дивана, произнёс Джирайя. — Через пару дней я отправлюсь дальше, но перед этим ещё раз навещу Наруто. И да, — вспоминая своё обещание, — передайте ключи от дома Минато и Кушины моему крестнику. Там могут находиться свитки Кушины, которые помогут ему обучиться фууиндзюцу.       — Я тебя понял, Джирайя. Обязательно передам. А сейчас я, пожалуй, отправлюсь домой и хорошенько высплюсь.       — Спокойной ночи, сенсей, — выпрыгнул Саннин из окна, оставляя за собой тишину и тяжёлые мысли.

***

      Наруто стоял посередине улицы, его взгляд был прикован к огромному дому. Сегодня утром ему передали ключи от дома его родителей, но официально он сможет стать его владельцем только после своего шестнадцатилетия. Дом был величественным: двухэтажный, с собственным тренировочным полигоном и садом, за которым когда-то ухаживала Кушина.       Сделав шаг в сторону калитки, Наруто почувствовал, как проходит через невидимую преграду. Сначала ничего не происходило, но затем его охватила сильная боль в области сердца. Сжимая ладонь у груди, он услышал голос Курамы в своей голове.       «Это из-за крови Инузука. Барьер, что окружает дом твоих родителей, не пропускал никого, кроме них. Потерпи, Нару. Когда тебя просканируют полностью, боль отпустит».       Как и говорила Курама, через пару минут боль утихла. Наруто встал, отряхнул штаны и медленно направился к дому. Несколько поворотов ключом — и дверь открылась. Первое, что он увидел, был коридор, увешанный фотографиями. Толстый слой пыли покрывал всё, делая изображения едва различимыми. Прогуливаясь по дому, Наруто почувствовал, как в его сердце поднимается волна грусти. Такой большой дом, но людей, которые ждали бы его здесь, больше не было.       Отгоняя неприятные чувства, мальчик закатал рукава и приступил к уборке. Это заняло около четырёх часов, даже с использованием клонов. Когда последний пакет с мусором был убран, Наруто собрал все фотографии и отправился в комнату родителей, которую нашёл во время уборки. Сидя на кровати, он рассматривал снимки, на которых запечатлены улыбающиеся мама и папа. На одной из фотографий он увидел бывшую команду отца, где узнал своего учителя — Какаши.       — Всё-таки это правда. Учитель был учеником отца, — произнёс он вслух, глядя на угрюмое лицо молодого Какаши в маске.       Взяв в руки очередную фотографию, Наруто увидел на ней маму в положении, а рядом с ней стояли ещё две девушки. Одну он узнал сразу — это была Цуме, а вот вторую он где-то видел, но не мог вспомнить. Они, улыбаясь, позировали перед камерой.       Его от фотографий отвлёк клон, который вошёл в комнату.       — Босс, там кое-что интересное в кабинете отца, — заговорил он.       — Что такое?       — Тебе надо самому это увидеть.       — Понял.       Встав с кровати, Наруто последовал за клоном. Войдя в кабинет отца, он увидел огромный герб клана Узумаки на стене. Подойдя ближе, он почувствовал, как печать словно зовёт его. Прикоснувшись к ней рукой и направив в неё чакру, он ощутил слабую вибрацию по всему телу. С лёгким звуком перед ним упали два свитка. Оба были больше по размеру, чем обычные запечатывающие.       Взяв ближайший, Наруто развернул его. На свитке было сообщение, оставленное родителями:       «Сегодня, когда я узнала, что беременна, уговорила Минато оставить это сообщение для нашего ребёнка. Я не знаю, будет это мальчик или девочка, но всё же захотела написать, ведь мы шиноби. А шиноби может умереть в любой день. За нами всегда будет следовать смерть.       Если ты читаешь этот свиток, значит, нас нет рядом с тобой, моё дитя. Прости нас, что оставили тебя одного или одну в этом мире, но о тебе должны будут позаботиться наши друзья. Учиха Микото — моя подруга и жена главы клана. Я выбрала её как твоего опекуна, если с нами что-то случится. Есть ещё Инузука Цуме, но не думаю, что она согласилась бы на это.       Дитя моё, знай, что в тебе будет течь кровь клана Узумаки и Намикадзе. Не знаю, чьи гены возьмут верх, но всё же мои знания и знания нашего клана должны легко даваться тебе. Я оставлю свиток, который передаст тебе всё, что я знаю, и две техники твоего отца, но изучать их ты должен будешь сам. Тренируйся каждый день, и, может быть, однажды ты сможешь превзойти своего отца.       Минато не знает, что написать тебе, поэтому напишу за него я. Мы тебя любим. Прости нас, если этот свиток ты читаешь один, без нашего присутствия. Надеюсь, Джирайя-сан не испортил тебя. Держись от него подальше и не читай его похабных книжек. Я люблю тебя, дитя моё. Отец тоже любит тебя. Глупо, наверное, писать подобное, когда ты даже не родился.»       Наруто, всхлипывая, дочитал последние слова матери и улыбнулся. Он был рад, что мама оставила это послание для него. В её словах он чувствовал тепло и любовь, которых ему так не хватало.       Когда он успокоился, то взял второй свиток. Развернув его, он увидел яркий свет. Зажмурившись, Наруто уронил свиток и потерял сознание.

***

      Наруто очнулся, лёжа на полу. Лёгкое головокружение не позволяло ему сразу сориентироваться. Медленно поднявшись, он держался за голову, пытаясь привести мысли в порядок. Подойдя к столу, он перевёл взгляд на окно. Первые несколько секунд изображение было размытым, но, слегка помотав головой, он увидел, что за окном — глубокая ночь. Выругавшись про себя, что из-за него Цуме наверняка волнуется, Наруто решил поскорее вернуться домой.       Выходя из дома родителей, он заметил человеческий силуэт, стоящий неподалёку. Из-за того, что луна была скрыта за облаками, разглядеть человека было невозможно, но острый нюх сразу подсказал, кто это. Мысленно готовясь к взбучке, Наруто направился к силуэту.       — Простите, что задержался, — начал он, глупо улыбаясь. — Просто там кое-что случилось.       — Не стоит извиняться, Нару. Я совсем не злюсь на тебя, — голос Цуме звучал спокойно, но в нём чувствовалась лёгкая усталость. Она подошла ближе, и теперь её лицо было видно в слабом свете, пробивающемся из окон дома. — Но ты расскажешь, что тебя задержало.       — Хорошо, только давайте дома.       — Конечно.       Цуме и Наруто направились домой, болтая на разные темы. Разуваясь в коридоре, Наруто посмотрел на часы и увидел, что уже два часа ночи. Привычной дорогой он направился на кухню, следуя за Цуме.       Присаживаясь на стул, он стал наблюдать за действиями женщины, которая поставила чайник на плиту. Ожидая чай, Наруто начал болтать ногами, а затем разлёгся на столе, положив голову на руки. Его длинные волосы красиво рассыпались по поверхности стола. Услышав лёгкий кашель, он поднял голову и посмотрел на главу клана, которая сидела напротив него, скрестив руки на груди.       Мальчик выпрямился и начал рассказывать всё, что произошло в доме родителей. Он не забыл упомянуть и о свитках. Его рассказ занял около получаса. За это время они успели выпить по чашке чая.       — Ясно, — когда Наруто закончил, Цуме убрала чашки в раковину и встала рядом с ним. — Если хочешь, я могу рассказать тебе, какими они были в детстве, — предложила она, её голос звучал мягко.       — Конечно! — воодушевлённо воскликнул Наруто, но тут же получил лёгкий подзатыльник. — Простите, — смущённо пробормотал он. — Думаю, сейчас не самый подходящий момент. Все уже спят, да и мне пора спать. Завтра нужно идти в академию.       — Хорошо, Нару, иди. Но сначала я хочу задать тебе вопрос, — Цуме говорила как-то необычно, её голос звучал серьёзно.       — Конечно, Цуме-сан.       — Я недавно говорила с Третьим, и он рассказал мне о твоей просьбе. Ты уверен в этом? — её глаза смотрели на него с беспокойством.       — Вас попросили меня отговорить? — нахмурившись, спросил Наруто.       — Не буду врать. Да, Хирузен попросил отговорить тебя от этой затеи. Ты ещё слишком юн для этого. Можешь пострадать или, что ещё хуже, погибнуть.       — Цуме-сан, я уже принял решение и не собираюсь отступать, — твёрдо сказал Наруто, разворачиваясь к двери. — Спокойной ночи, Цуме-сан.       — Спокойной, Нару.

***

      Солнце только начало подниматься из-за горизонта, как молодые шиноби со всей деревни направились в сторону академии. Сегодня был выпускной экзамен, который должен был дать ответ на вопрос: достойны ли ученики получить свои хитай-ате и зваться генинами? Наруто уже сидел в классе, где должен был пройти первый тест — письменный. Рядом с ним сидел Киба, который клевал носом, потому что всю ночь не спал и пытался вызубрить некоторые темы. Хината с улыбкой посмотрела на своего парня и пыталась придумать, как помочь ему, чтобы он не провалил первый этап. Многие ученики шумно спорили о разных темах: кто-то говорил, что с лёгкостью сдаст, и ему в ответ прилетали смешки, кто-то сидел и вслух читал пройденные темы. Шикамару, как всегда, сопел и даже не удосужился достать из рюкзака ручки и тетради, а Чоджи от волнения съел весь запас своих чипсов и с грустью посмотрел на пустые пакеты.       Детей успокоил вошедший в класс Ирука. После воодушевляющей речи он раздал всем листы с вопросами. Создав пару клонов, Умино стал следить за учениками, чтобы они не списывали.       Читая свои вопросы, Наруто улыбнулся, так как на все из них он знал правильные ответы. Закончив тест за двадцать минут, мальчик встал и понёс свой лист к учителю. Быстрым движением, пока Умино не видел, он передал Кибе бумажку с ответами, надеясь, что хотя бы несколько вопросов совпадут.       — Ты уже закончил? — спросил чуунин, беря в руки лист.       — Да, сенсей.       — Хорошо, можешь подождать в коридоре. Тебя вызовут для следующего этапа.       — Хорошо, — Наруто вышел из класса, подмигнув своему брату.       Ждал Лис недолго. Спустя десять минут его позвал Мизуки-сенсей для проверки навыков в ниндзюцу.       — Итак, Наруто-кун, — заговорил Хокаге, который сидел рядом с двумя чуунинами. — Тебе нужно продемонстрировать две техники: иллюзорное клонирование и Хенге (Техника перевоплощения).       Если с техникой перевоплощения Наруто справился без особых усилий, то иллюзорное клонирование никак не давалось ему.       — Хокаге-сама, — заговорил Наруто после трёх неудачных попыток, — я могу использовать теневых клонов вместо иллюзорных?       — Конечно, Наруто-кун, — пыхтя трубкой, ответил Хирузен. — Только не перенапрягайся. Эта техника чакразатратна.       — Конечно, — скрестив пальцы, Наруто создал две идеальные копии себя, которые с улыбкой помахали экзаменаторам.       — Молодец, Наруто-кун. Осталось сдать тест на физическую подготовку. Ступай на главный полигон академии, там тебя будет ждать следующий экзаменатор.       — Спасибо, дедуля, — подпрыгнув на эмоциях, мальчик выбежал из академии.       — У нас растёт действительно талантливое поколение, — высказал своё мнение Хокаге, смотря на оценки чуунинов. — Вы с этим согласны?

***

      На полигоне Наруто встретил Гай-сенсея, который стоял в центре площадки, сверкая ослепительной улыбкой и поднятым вверх большим пальцем. Солнце отражалось от его зубов, словно от зеркала, а его зеленая форма ярко выделялась на фоне окружающего пейзажа.       — Гай-сенсей, вы будете проверять нашу физическую подготовку? — спросил Наруто, остановившись перед своим учителем и сжав кулаки в предвкушении.       — Да, мой юный ученик! — громко воскликнул Гай, его голос прозвучал, как раскат грома. — Покажи мне, на что способна твоя Сила Юности! Если ты не удивишь меня, то в наказание пробежишь вокруг деревни сотню кругов... на руках!       — Я вас понял, Гай-сенсей! — Наруто уверенно улыбнулся, чувствуя, как адреналин начинает наполнять его тело. — Постараюсь не разочаровать вас и буду биться в полную силу!       — Так держать, Наруто-кун! — Гай засмеялся, его смех был громким и заразительным. Он отступил на несколько шагов назад, давая ученику пространство. — Покажи мне, на что ты способен!