«Кодовое имя: Лис»

      Сарутоби Хирузен стоял, тяжело дыша, и смотрел на своего ученика, который давно покинул Коноху. Он до последнего надеялся, что Орочимару одумается, не станет мстить родной деревне и отступит. Но всё обернулось иначе. Ладонь старика сжимала рану на плече, а запас чакры был на исходе. Внезапно земля под ногами задрожала, и Хирузен едва успел отпрыгнуть в сторону, как из-под земли вырвалась мощная деревянная ветвь. Первый Хокаге... Гнев на ученика вновь охватил сердце старика. Как Орочимару посмел осквернить души великих шиноби, тех, кто когда-то защищал Коноху?       За техникой Хаширамы последовал удар Тобирамы, и водяная струя, острая как лезвие, пронеслась в сантиметрах от головы Третьего, заставляя его отступить к барьеру. Хирузен понимал, что не только он сражается за будущее Конохи. Вся деревня была в огне. Он и представить не мог, что вместо Раасы, Четвертого Казекаге, на поле боя окажется его собственный ученик. Тот, кто был виновен в смерти Наруто и других членов Анбу.       Над Конохой разносились крики боли и отчаяния. Деревня превратилась в зону боевых действий. Песок и Звук объединились, чтобы уничтожить её. Хирузен, несмотря на всю свою подготовку, не мог сдержать натиск двух деревень и биджу. Всё шло к катастрофе. Третий этап экзамена на звание чунина начался, но в самый разгар боя между Саске и Гарой стадион накрыло мощное гендзюцу.

***

      Какаши медленно выдохнул, чувствуя тяжесть в мышцах. Его кунай, залитый кровью, он привычным движением протер о ткань униформы. Перед ним лежали девять тел — шиноби из Песка и Звука, которые попытались напасть на беззащитных жителей Конохи, усыпленных гендзюцу. Эти люди пришли на арену, чтобы поддержать молодых ниндзя, а вместо этого оказались в эпицентре хаоса.       Три томоэ Шарингана медленно вращались, сканируя окружение. Каждый мертвый враг приносил Какаши мимолетное облегчение, но гнев, копившийся в его сердце, не утихал. Он понимал, что Наруто не вернуть, но это не останавливало его. Каждый удар, каждый бросок куная, каждый взрыв техники — всё это было его местью.       Сбоку раздался шум. Какаши резко развернулся. Трое шиноби Пескавыскочили из-за обломков разрушенной стены. Их руки уже были в печати. Какаши среагировал мгновенно.       — Райкири! — его рука, окутанная молнией, пронзила первого противника, прежде чем тот успел завершить свою технику. Второй шиноби бросил в него веер сюрикенов, но Какаши, используя Шуншин, оказался позади него и нанес смертельный удар кунаем. Третий попытался скрыться, но Какаши, не теряя темпа, бросил в него заряженный молнией сюрикен, который настиг врага с пугающей точностью.       Он не остановился. Его Шаринган уже заметил следующую цель — группу шиноби Звука, которые пытались прорваться к центру деревни. Какаши двинулся вперед, его тень мелькала среди дыма и разрушений. Он знал, что рано или поздно столкнется с Орочимару, и хотя мысль о битве с таким противником пугала, Какаши был готов отдать всё, чтобы остановить его.       Рядом с ним сражались Анбу Конохи. Их техники сливались в единый хаос: огненные драконы вырывались из рук одного ниндзя, молнии рассекали воздух, земля поднималась стенами, чтобы остановить врага, а водяные потоки сбивали с ног целые отряды. Какаши, несмотря на всю свою ненависть к войне, чувствовал себя в этой бойне как рыба в воде. Он был создан для этого — для убийств, для защиты, для мести.       Один из Анбу, заметив Какаши, кивнул ему, и они вместе бросились в атаку.       — Комбинированная техника: Водяной дракон и Райкири! — крикнул Какаши. Анбу создал огромного водяного дракона, который устремился к группе врагов, а Какаши, используя свою молнию, усилил атаку. Вода и электричество слились в смертоносный тандем, уничтожая всё на своём пути.       Какаши не сбавлял темп. Его Шаринган продолжал искать новые цели, а тело двигалось на автопилоте, отработанном годами тренировок. Он знал, что битва ещё далека от завершения, но каждый шаг, каждый удар приближал его к главной цели — Орочимару. И ради этого он был готов на всё.

***

      Майто Гай стоял в центре окружения, плотно сжав кулаки. Перед ним выстроился отряд шиноби из Песка и Звука. Обычно в бою он встречал врагов с улыбкой, готовый поделиться с ними своей«Силой Юности». Но сейчас его лицо было суровым, а в глазах горела решимость. Он понимал, что врагов слишком много, и полумерами здесь не обойтись.       — Четвертые Врата: Врата Боли, открыть! — громко провозгласил Гай, и его тело мгновенно окутала зеленая аура. Ветер, поднятый всплеском чакры, разметал пыль и обломки вокруг, заставив врагов на мгновение отступить. Его мышцы напряглись до предела, а кожа покраснела от прилива крови.       Первый шиноби деревни Песка, вооруженный мечом, бросился на Гая. Его клинок сверкнул в воздухе, но Гай, движимый невероятной скоростью, исчез с места и появился прямо перед противником. Его кулак, словно молот, пробил грудь врага, раздробив грудную клетку. Тело шиноби рухнуло на землю.       — Слишком медленно! — крикнул Гай, уже разворачиваясь к следующему противнику.       Двое шиноби Звука, работая в паре, попытались атаковать его с двух сторон. Один использовал технику звуковых волн, чтобы дезориентировать, а второй бросил в Гаянесколько десятковкунаев, заряженных взрывчатыми печатями.Гай, благодаря открытым Вратам, был быстрее. Он ушел от атаки звуковых волн, резко прыгнув вверх, а затем, используя импульс, обрушился на второго шиноби. Его нога ударила врага в голову, размозжив череп. Тело рухнуло на землю.       — Ваши техники слабы перед Силой Юности! — провозгласил Гай, приземляясь и тут же отпрыгивая в сторону, чтобы избежать очередной атаки.       Его следующей целью стал ниндзя Песчаной деревни, который, казалось, специализировался на земляных техниках. Шиноби ударил ладонью о землю, и из-под ног Гая вырвались острые каменные шипы. Гай, используя свою скорость, перепрыгнул их, а затем оказался перед врагом.       — Утренний Павлин! — крикнул Гай, нанося серию молниеносных ударов руками и ногами. Каждый удар был смертоносен: первый удар сломал ребра, второй раздробил позвоночник, а третий вырвал горло. Шиноби даже не успел поднять руки для защиты — его тело рухнуло на землю.       Однако врагов было слишком много. Гай заметил, как группа шиноби Звука начала формировать печати для совместной техники. Он знал, что если они завершат ее, то шансов у него не останется.       — Не дам им закончить! — подумал Гай и ринулся вперед.       Один из шиноби успел крикнуть: "Техника звукового барьера!", но Гай, используя свою скорость, прорвался сквозь защиту. Его рука пронзила грудь врага, разрывая легкие и сердце. Шиноби захрипел, пытаясь вдохнуть, но Гай уже вырвал руку, оставив зияющую дыру в теле. Враг рухнул на колени, а затем на землю.       — Вы недооцениваете Коноху! — крикнул Гай, уже разворачиваясь к следующему противнику.       Его зеленая аура сияла ярко, а тело двигалось с такой скоростью, что враги едва успевали реагировать. Гай знал, что открытие Врат несет огромный риск, но сейчас это было единственное, что могло остановить врага. Он заметил, как один из шиноби Песка деревни пытается скрыться в тени, чтобы нанести удар из засады.       — Ты не уйдешь! — крикнул Гай, исчезнув с места и появившись за спиной врага. Его рука пронзила спину шиноби, вырвав позвоночник. Враг закричал от боли, но крик оборвался, когда Гай резко дернул руку в сторону, разрывая тело пополам.       — Пока я стою на ногах, вы не пройдете! — заявил он, готовясь к следующей атаке.

***

      Песок и Звук напали на Коноху. Воздух был наполнен криками, взрывами и запахом гари. Цуме Инузука стояла среди руин, её дыхание было тяжёлым, но глаза горели холодной яростью. Рядом с ней лежали несколько тел шиноби, которых она уже успела уничтожить. Её верный нинкен, Куромару, рычал, его шерсть была взъерошена, а зубы обнажены. Они оба были покрыты кровью и пылью, но это их не останавливало. За их спинами спали генины, попавшие под воздействие гендзюцу.       — Куромару, — прошептала она, гладя его по голове. — Мы не можем позволить им пройти. Ни один из них не тронет этих детей. И ни один из них не уйдёт отсюда живым.       Куромару ответил низким рычанием, его глаза сверкали в темноте. Он был готов к бою, как и его хозяйка.       Первая группа шиноби деревни Пескапоявилась из-за обломков. Их лица были скрыты масками, но в их глазах читалась уверенность. Они думали, что справятся с ней легко. Цуме лишь усмехнулась.       — Вы даже не представляете, с кем связались, — прошипела она, её руки начали формировать печати. — Техника звериной мимикрии: Двойной волчий клык!       Куромару мгновенно синхронизировался с ней. Их движения стали единым целым. Цуме бросилась вперёд, её клыки удлинились, а ногти превратились в острые когти. Куромару прыгнул рядом с ней, его челюсти сомкнулись на горле одного из шиноби, прежде чем тот успел среагировать. Цуме в тот же момент вонзила свои когти в грудь другого врага, вырвав его сердце. Кровь брызнула во все стороны, но она даже не моргнула.       — Один, два, — холодно произнесла она, отбрасывая тело в сторону.       Следующие трое шиноби Звука попытались окружить её. Они начали формировать печати для звуковой атаки, но Цуме была быстрее. Она свистнула, и Куромару бросился на одного из них, сбив его с ног. В тот же момент она использовала Технику звериного следа: Преследование! Её обоняние усилилось, и она мгновенно определила слабые места врагов. Она прыгнула вперёд, её когти пронзили горло одного шиноби, а Куромару вцепился в ногу другого, не давая ему убежать.       — Три, четыре, — сказала она, вытирая кровь с лица.       Пятый шиноби попытался атаковать её сзади, но Цуме уже знала, где он находится. Она резко развернулась и использовала Технику звериного клыка: Разрыв! Её челюсти сомкнулись на его руке, вырывая кусок плоти. Он закричал, но его крик быстро оборвался, когда Куромару вцепился ему в горло.       — Пять, — прошипела она, бросая взгляд на следующую группу врагов.       Шиноби деревни Песканачали отступать, но Цуме не собиралась их отпускать. Она сформировала печать и использовала Технику звериной тени: Стая! Из тени появились несколько клонов Куромару, которые бросились на врагов. Они рвали их на части, не давая никому шанса на спасение. Цуме тем временем использовала Технику звериного клыка: Ураганный укус! Она вращалась вокруг своей оси, её когти и клыки разрывали всё на своём пути. Шиноби падали один за другим, их крики сливались в единый хаос.       — Шесть, семь, восемь, — считала она, не останавливаясь.       Последний шиноби Звука попытался убежать, но Цуме была уже рядом. Она сформировала печать и использовала Технику звериного следа: Преследование до конца! Куромару бросился за ним, а Цуме прыгнула вперёд, её когти пронзили его спину. Он рухнул на землю, истекая кровью.       — Девять, — сказала она, вытирая пот со лба.       Её дыхание было тяжёлым, но она не чувствовала усталости. Ярость, которая пылала в её груди, давала ей силы. Она посмотрела на Куромару, который стоял рядом, готовый к следующей атаке.       — Мы ещё не закончили, — прошептала она. — Орочимару ещё жив. И я доберусь до него. Я заставлю его заплатить за Наруто. За его улыбку, за его мечты, за его жизнь.       Куромару ответил низким рычанием, его глаза сверкали. Он понимал её. Они оба понимали.

***

      Сцена была мрачной и напряжённой. Сакура, Ино, Шикамару и Киба находились в разрушенной части Конохи, где дым и пыль заполняли воздух, а вокруг лежали тела погибших шиноби. Они были ещё генинами, неопытными и не готовыми к такому уровню жестокости, но отступать было некуда. Их деревня была в опасности, и они должны были действовать.       Сакура, дрожащими руками, пыталась перевязать рану на руке Кибы. Её лицо было бледным, а губы подрагивали. Она чувствовала, как её желудок сжимается от вида крови и запаха смерти, но она сжала зубы и продолжала работать.       — Держись, Киба, — прошептала она, стараясь не смотреть на глубокий порез. — Это не так серьёзно, как кажется.       Киба, сидя на земле, сжал кулаки. Его лицо было искажено от боли, но он старался не показывать слабость. Акамару, его верный пёс, лежал рядом, скуля от усталости и ран. Киба погладил его по голове, стараясь успокоить.       — Мы ещё не закончили, — пробормотал он, глядя на разрушения вокруг. — Но нам нужен план.       Ино, стоя рядом, пыталась сосредоточиться. Её руки дрожали, но она знала, что должна использовать свои способности, чтобы помочь. Она закрыла глаза, пытаясь установить связь с кем-то из союзников, но её сознание было перегружено хаосом вокруг. Она открыла глаза, её лицо было влажным от пота.       — Я не могу... Я не могу сосредоточиться, — прошептала она, чувствуя, как её охватывает разочарование.       Шикамару, сидя на камне, смотрел вдаль. Его лицо было спокойным, но внутри он анализировал ситуацию. Он знал, что у них мало шансов в открытом бою, но если действовать хитростью, можно выиграть время или даже нейтрализовать одного из врагов. Он вздохнул, потирая виски.       — Слушайте, — начал он, его голос был тихим, но уверенным. — У нас нет сил для прямого столкновения, но мы можем использовать их уверенность против них. Сакура, Ино, вам нужно отвлечь их внимание. Киба, будь готов атаковать с фланга, как только я дам сигнал. Я попробую поймать одного из них в теневой захват.       Сакура и Ино кивнули, хотя в их глазах читалось напряжение. Киба, с трудом поднявшись на ноги, встал рядом с Акамару, готовый к действию.       Внезапно из-за обломков появились трое шиноби деревни Песка. Их глаза были холодными, а руки уже формировали печати. Они заметили группу генинов и усмехнулись.       — Смотрите, детишки решили поиграть в войну, — насмешливо сказал один из них.       Шикамару, не теряя времени, начал действовать. Он сделал вид, что отступает, чтобы враги расслабились. Сакура и Ино, следуя его плану, бросились вперёд, создавая видимость атаки. Сакура метнула несколько сюрикенов, которые шиноби легко отклонили, а Ино попыталась использовать Технику переноса сознания, но её атака была блокирована.       — Они слабее, чем мы думали, — усмехнулся один из шиноби, не замечая, как Шикамару уже начал формировать печати.       — Сейчас, Киба! — крикнул Шикамару, и его тень, словно змея, устремилась к ближайшему врагу. Техника теневого захвата сработала — шиноби замер, не в силах пошевелиться.       Киба, несмотря на рану, бросился вперёд вместе с Акамару. Они атаковали с фланга, используя Технику Человека-Зверя: Двойной Волчий Клык. Их удар был точным и мощным. Шиноби, пойманный в теневой захват, не смог защититься. Акамару вцепился ему в ногу, а Киба нанёс удар в живот, сбив врага с ног. Шикамару, не отпуская тень, резко дёрнул, чтобы окончательно обездвижить противника.       — Теперь! — крикнул Шикамару, и Сакура, воспользовавшись моментом, подбежала и нанесла удар по голове врага, оглушив его.       Один из шиноби был нейтрализован, но двое других, поняв, что их товарищ повержен, стали осторожнее. Они начали формировать печати для совместной атаки, но в этот момент из-за обломков появилась фигура. Это был Асума Сарутоби, его лицо было серьёзным, а в руках он держал свои уникальные клинки.       — Вы действительно думали, что сможете справиться с моими учениками? — сказал он, его голос был холодным, как сталь.       Шиноби Песка отступили, понимая, что теперь ситуация изменилась. Асума бросился вперёд, его клинки сверкали в свете пожаров. Он легко справился с шиноби, его движения были быстрыми и точными.       Сакура, Ино, Киба и Шикамару смотрели на это, чувствуя, как их охватывает облегчение. Они знали, что битва ещё не окончена, но они смогли справиться с одним из врагов благодаря стратегии Шикамару.       Асума подошёл к ним, его лицо было серьёзным, но в его глазах читалась забота.       — Вы справились лучше, чем я ожидал, — сказал он. — Но сейчас вам нужно отступить. Вы сделали всё, что могли.       Сакура, Ино, Киба и Шикамару кивнули, понимая, что он прав. Они были измотаны, но гордились тем, что смогли внести свой вклад в защиту деревни.

***

      Неджи Хьюга стоял среди обломков, его белые глаза, активированные Бьякуганом, холодно скользили по телам трёх шиноби Песчаной деревни, которых он только что обезвредил. Но«обезвредил»— это было слишком мягкое слово. Они не просто лежали без сознания. Они были мертвы. Каждый удар Неджи был рассчитан с хирургической точностью, чтобы не просто остановить, а уничтожить. Его пальцы, наполненные чакрой, пробивали жизненно важные точки, разрывая потоки энергии в их телах. Они даже не успели понять, что произошло.       Первый шиноби, который бросился на него, теперь лежал с вывернутыми суставами, его глаза закатились, а изо рта сочилась кровь. Второй, пытавшийся атаковать с расстояния, был пронзён собственными сюрикенами, которые Неджи отразил с помощью Техники Небесной Ладони.       Третий, самый опытный, был обездвижен и затем добит ударом в сердце. Неджи не оставил им шанса. Он не мог себе этого позволить.       Он не испытывал ни радости, ни сожаления. Это была необходимость. Война не оставляла места для сомнений. Он смотрел на их тела, его лицо оставалось бесстрастным. Бьякуган позволял ему видеть, как их чакра медленно рассеивается, уходя в небытие.       Вдалеке он заметил движение. Ещё одна группа шиноби деревни Звука. Их было четверо. Они шли быстро, целенаправленно, явно направляясь к разрушенному госпиталю. Неджи знал, что там могут быть раненые, но его мысли были сосредоточены не на спасении, а на устранении угрозы. Он не был героем. Он был оружием.       Он двинулся навстречу врагам, его шаги были бесшумными, как у хищника. Шиноби деревни Звуказаметили его, когда он был уже в нескольких метрах. Они остановились, их глаза сузились, руки начали формировать печати. Но Неджи был быстрее.       — Восемь Триграмм: Шестьдесят четыре Ладони, — произнёс он, его голос был холодным, как лёд.       Его руки превратились в размытые тени, удары сыпались градом. Первый шиноби даже не успел крикнуть. Его тело было пронзено в десятках точек, кровь брызнула изо рта, когда он упал на землю. Второй попытался отступить, но Неджи был уже рядом. Его пальцы вонзились в горло врага, перекрывая дыхание. Шиноби захрипел, его глаза расширились от ужаса, прежде чем он рухнул.       Третий и четвёртый шиноби атаковали одновременно, но их координация была бесполезной против Бьякугана. Неджи легко уклонился от их ударов, его движения были точными и безжалостными. Он схватил одного за руку, сломал её одним резким движением, а затем вонзил пальцы в его грудь, разрушая сердце. Последний шиноби попытался бежать, но Неджи догнал его за несколько секунд. Его удар был быстрым и точным — сломанный позвоночник, смерть наступила мгновенно.       Неджи стоял среди тел, его дыхание было ровным, но в его глазах читалась усталость. Он не считал, сколько жизней забрал сегодня. Это не имело значения.       Он огляделся вокруг, его Бьякуган заметил ещё одну группу врагов, приближающихся с запада. Неджи сжал кулаки, его лицо оставалось бесстрастным. Он знал, что его чакра не бесконечна, но он не мог остановиться. Не сейчас.       — Продолжаем, — прошептал он, направляясь к новым целям. Его шаги были твёрдыми, его глаза горели холодным огнём.

***

      В другой части Конохи, где руины зданий смешивались с клубами дыма и пыли, разворачивалось эпичное сражение. Джирайя, Легендарный Саннин, стоял в центре хаоса, его фигура выделялась на фоне разрушений. Вокруг него извивались гигантские змеи, вызванные Орочимару, их чешуя блестела в свете пожаров, а глаза горели хищным блеском. Джирайя, однако, не выглядел напуганным. Напротив, его лицо было сосредоточено, а в глазах читалась решимость. Он знал, что должен остановить змей, но его мысли постоянно возвращались к крыше, где сражались       Хирузен и Орочимару. Он хотел быть там, хотел помочь своему учителю, но змеи не давали ему ни секунды передышки.       — Техника Призыва! — крикнул Джирайя, ударяя ладонью о землю. Вспышка дыма, и перед ним появился гигантский жаб Гамабунта, его огромное тело заполнило пространство между руинами. Жаб держал в зубах курительную трубку, а его глаза были полны недовольства.       — Опять ты меня вызываешь, Джирайя? — проворчал Гамабунта, но уже поворачивался к змеям, готовясь к бою. — Ладно, давай быстрее закончим это.       Джирайя кивнул и прыгнул на спину Гамабунты. В этот момент одна из змей, огромная, с чешуёй, как у дракона, бросилась на них, раскрыв пасть с клыками, готовыми разорвать всё на своём пути. Джирайя быстро сформировал печати.       — Огненный стиль: Огненная бомба! — крикнул он, выпуская изо рта массивный шар огня, который врезался в змею, заставляя её отступить с шипением. Однако змея не была побеждена — она лишь замедлилась, её чешуя почернела от огня, но она продолжала двигаться.       — Гамабунта, давай вместе! — крикнул Джирайя, и жаб, не теряя времени, прыгнул вперёд, обрушиваясь на змею своим весом. Его лапы ударили змею с такой силой, что та рухнула на землю, поднимая облака пыли. Но прежде чем они смогли добить её, ещё две змеи появились из-за обломков, их глаза были полны ярости.       Джирайя, не теряя времени, сформировал новые печати. Он знал, что должен действовать быстро, но его взгляд снова скользнул в сторону крыши, где Хирузен сражался с Орочимару. Он видел вспышки света и слышал грохот техник, и его сердце сжималось от беспокойства.       —Суйтон: Водяной дракон! — крикнул Джирайя, выпуская изо рта поток воды, который превратился в огромного дракона. Дракон устремился к одной из змей, обвивая её и сжимая с такой силой, что кости змеи затрещали. Змея зашипела, пытаясь вырваться, но водяной дракон был неумолим.       Гамабунта, тем временем, сражался с другой змеёй. Егоклинокбил с такой силой, что земля вокруг них трескалась, а змея, несмотря на свои размеры, не могла устоять. Однако змеи Орочимару были не так просты — одна из них, воспользовавшись моментом, бросилась на Джирайю сзади.       — Джирайя, сзади! — крикнул Гамабунта, но Джирайя уже повернулся, его руки сформировали печати.       — Дотон: Стена земли! — крикнул он, и из-под земли поднялась массивная стена, которая остановила змею на полном ходу. Змея ударилась о стену с такой силой, что её голова откинулась назад, но она быстро оправилась и начала обвивать стену, пытаясь добраться до Джирайи.       — Надоела! — проворчал Джирайя.Он сформировал новые печати, и его чакра начала пульсировать вокруг него. —Катон: Великий огненный шар!       Огромный шар огня, больше, чем обычно, вырвался из его рта и устремился к змее. Огонь поглотил её, заставляя шипеть и извиваться в агонии. Змея рухнула на землю, её тело обуглилось и перестало двигаться.       Но Джирайя знал, что это ещё не конец. Он снова посмотрел на крышу, где Хирузен и Орочимару продолжали сражаться.       — Гамабунта, нам нужно закончить это быстро, — сказал Джирайя, его голос был твёрдым. — У меня есть дело на той крыше.       Гамабунта кивнул, его глаза сузились. — Тогда давай закончим это.       Джирайя сформировал последние печати, его чакра начала пульсировать с невероятной силой. Он обменялся взглядом с Гамабунтой, и в их глазах вспыхнуло взаимопонимание.       — Стиль масла и огня: Великий огненный потоп! — громко произнёс Джирайя.       Гамабунта, почувствовав прилив энергии от Джирайи, широко раскрыл свою пасть. Из неё хлынула густая, маслянистая жидкость, которая покрыла землю и змей, делая их движения медленными и неуклюжими. В тот же момент Джирайя, используя своё мастерство в огненных техниках, выдохнул мощный поток пламени, которое мгновенно воспламенило масло.       Огненная волна, смешанная с горящим маслом, обрушилась на змей с невероятной силой. Пламя лизало землю, создавая стену огня, которая поглощала всё на своём пути. Змеи, попавшие в огненный поток, загорались и извивались в агонии, а те, что пытались уползти, оказывались в ловушке горящего масла, которое прилипало к их телам.       Гамабунта, не теряя времени, прыгнул вперёд, используя свою массу, чтобы раздавить оставшихся змей, а Джирайя, стоя на его спине, направлял потоки огня, чтобы усилить разрушительную мощь техники.       Когда последняя змея рухнула на землю, объятая пламенем, Джирайя глубоко вздохнул. Он знал, что у него нет времени на отдых. Его глаза снова обратились к крыше, где Хирузен и Орочимару продолжали сражаться.       — Пора заканчивать это, — прошептал Джирайя, его голос был полон решимости. Он прыгнул с Гамабунты и устремился к крыше, готовый помочь своему учителю и наконец остановить Орочимару.

***

         Саске стремительно мчался вперед, ловко перепрыгивая с ветки на ветку, его черная одежда сливалась с тенями деревьев. Мысль о Гааре не давала ему покоя. Их бой на арене так и не был завершен, и Саске был полон решимости довести дело до конца. Он не мог позволить себе отступить, особенно теперь, когда в Конохе царил хаос, а враги атаковали со всех сторон. Гаара и его брат с сестрой — Канкуро и Темари — уже покинули деревню, воспользовавшись суматохой. Саске знал, что должен настичь их, чтобы доказать свою силу.       Однако он не подозревал, что за ним следуют. Ли, Хината, Шино и их наставница Куренай двигались следом, стараясь не отставать. Куренай, как опытная джоунин, заранее предупредила своих подопечных о том, насколько опасен Гаара. Она знала, что он не просто участник экзамена на звание тюнина, а настоящий монстр, в котором скрывается хвостатый зверь Шукаку. Его сила была непредсказуемой, а жажда крови — неутолимой.       — Саске слишком самоуверен, — тихо сказала Куренай, глядя на своих учеников. — Он не понимает, с чем может столкнуться. Мы должны помочь ему, даже если он этого не хочет.       Хината молча кивнула, но ее мысли были далеко. Она беспокоилась о Кибе, который остался в деревне, сражаясь с врагами. Ее сердце сжималось от тревоги за парня, но она понимала, что сейчас их задача — остановить Гаару. Она сжала кулаки, стараясь сосредоточиться на текущей миссии.       Ли, несмотря на свой обычно боевой настрой, на этот раз выглядел серьезнее обычного. Он помнил, как Гаара во время предварительных сражений едва не убил другого участника экзамена. Тот бой был коротким, но жестоким: песок Гаары сжимал противника, как удав, оставляя его на грани жизни и смерти. Ли содрогнулся при воспоминании об этом. Он знал, что Саске силен, но Гаара был чем-то иным — чем-то пугающим.       — Мы должны быть осторожны, — наконец произнес Ли, нарушая молчание. — Гаара не просто сильный противник. Он... он не остановится, пока не уничтожит всех, кто встанет у него на пути.       Шино, как обычно, молчал, но его серьезный взгляд говорил о том, что он готов к любым неожиданностям. Он лишь слегка кивнул, подтверждая слова Ли.       Тем временем Саске уже приближался к месту, где, как он чувствовал, должен был находиться Гаара. Лес вокруг становился все гуще, а воздух — тяжелее. Где-то впереди он услышал странный шум, похожий на скрежет песка. Это был верный знак — Гаара был близко.       — Наконец-то, — прошептал Саске, сжимая кулаки. Его глаза вспыхнули алым светом, активируя Шаринган.