Clown (Клоун)

Они простояли у могилы Марии Старк еще около десяти минут. Питер действительно продрог в тонкой ветровке, в лесу было намного прохладнее, чем в городе, однако говорить об этом Тони он не стал. Паркер вообще хотел уйти ещё вначале, чтобы мужчина не чувствовал себя стесненным и мог показать настоящие эмоции, но отчего-то не смог. Он видел, как искренне Старк оплакивает и скорбит о своей матери, он видел его слёзы, хотя до недавнего времени считал, что Тони не способен на проявление такой слабости. Пусть мужчина и не трясся в рыданиях, как сам Питер на похоронах Мэй, но в нём до сих пор сидела боль утраты близкого человека, а беззвучные слёзы предательски катились по щекам. Солёные капли очерчивали каждый шрам на его лице, затекая в искажённую рану, словно живая вода напитывала сухую, выжженную землю. — Идём, — Тони встал с поваленного дерева, на котором сидел всё это время и вновь протянул Питеру раскрытую ладонь. Тот молча принял предложение и вложил свою ладонь в его. В таком же молчании они возвращались к машине. Питер никак не мог взять в толк, зачем Тони привёл его сюда, показал и доверил ему самое сокровенное: воспоминание о матери. Очередной ход, чтобы Паркер принял его сторону и стал доверять? Но для чего он ему нужен? И можно ли вообще доверять такому человеку, как Тони Старк?

***

Мишель не спала всю ночь. Перед её глазами до сих пор стояла картина убийства бедной старушки, которая стала невольным свидетелем того, чего не следовало. Её вины в этом не было, она лишь рассказала, что видела. Это они надавили на неё. Смерть невинного человека была только на их совести. Сразу же после того, как она скрылась за дверью собственного дома, Джонс понеслась в душ, желая смыть с себя все следы сегодняшней вылазки. Сердце колотилось в груди, а мысли путались, будто в голове внезапно началась буря. Она рывком стянула с себя одежду, которая, казалось, насквозь была пропитана чужой кровью, и почувствовала, как прохладный воздух обжёг её кожу. Девушка бросила джинсы и куртку в небольшой тазик и наполнила его ледяной водой, словно надеялась, что это поможет ей очисться не только физически, но и морально. В одном нижнем белье она рухнула на колени перед ним, и глядя на яркие красные пятна, которые ярко выделялись на фоне прозрачной воды, ощутила, как всё внутри сжалось от отчаяния. С остервенением Мишель начала оттирать кровавые следы, будто это могло всё исправить. Каждое движение её руки было наполнено безумным желанием избавиться от того, что произошло. Она стирала пальцы до красных следов, периодически утирая слёзы локтем, но раз за разом возвращалась к своему занятию, как будто в этом заключалось её спасение. Вода в тазике постепенно становилась мутной, и Джонс, не замечая этого, продолжала тереть, пока не почувствовала, как её руки начали ныть от усталости. В её голове всё ещё гремел звук выстрела и её собственный визг ужаса, но она не могла позволить себе остановиться. Время потеряло своё значение: Мишель не могла сказать, сколько прошло минут или часов. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней появлялись образы Питера и ныне покойной миссис Финч. Первый просил её отыскать его, тянул к ней руки, умолял не бросать, а старушка просто добродушно улыбалась. Ровно до тех пор, пока пуля не размозжила ей голову. Мишель в раздражении швырнула мокрую куртку в ванную и села на пол, прислонившись спиной к холодному кафелю. Впервые за долгое время она дала волю эмоциям. Последний раз с ней такое случалось несколько лет назад, когда пьяный отчим ломился к ней в комнату, а она подпирала хрупким телом деревянную дверь и содрогалась в рыданиях. Теперь же, козёл был надолго упрятан за решётку, стараниями Питера, разумеется. Он не дал ему совершить задуманное, сломал ублюдку челюсть и вызвал копов. Те сразу же увезли его в участок, а затем, повесили несколько нераскрытых «глухарей», которые подходили под инкриминируемую статью. Придурку дали двадцать лет, но Джонс считала, что он сдохнет раньше и была этому только рада. Чудовище не должно разгуливать на свободе. Девушка часто задумывалась о том, что бы с ней было, если бы Питер не зашёл к ней в тот день? Этот вопрос мучал её, как тень, которая не покидала, даже в самые светлые моменты. И ответ всегда был один: её самой уже просто не существовало бы. Жить, зная, что мерзкий козёл обесчестил тебя, юная Мишель не смогла. Каждый день смотреть на себя в зеркало и понимать, что от тебя ничего не осталось, кроме пустой оболочки, видеть синяки на своем теле и знать, что ты всего лишь «вещь для личного пользования». Питер избавил её от кошмара. Благодаря ему, она могла спокойно засыпать, зная, что пьяная, озабоченная сволочь не попытается в очередной раз расковырять замок в её двери и пробраться к ней в комнату. А она подвела его. Видя, в каком состоянии находится её друг, она не смогла уберечь его от роковой ошибки. Да, Бен был скотиной, похлеще её отчима. Заслуживал ли он смерти? Безусловно. Но не от рук Питера Паркера. Он должен был сдохнуть в пьяной драке или при разборках с теми, кому задолжал. Питер не обязан был пачкать о него руки. Должен, но не обязан. Кроме него никто не отомстил бы за Мэй. Этот грёбаный урод даже не пришёл на похороны, там были лишь Питер, сама Мишель и пара коллег Мэй из больницы. Она знала, через какой ад каждый день проходит Паркер, но не настояла, не убедила, не помогла. Она его не спасла. Мишель продолжала сидеть на кафельном полу, не обращая внимания на холод. Безудержные рыдания можно было услышать во всём доме, она устала молчать. Джонс закрыла лицо руками, пытаясь подавить душераздирающие крики, но слёзы всё равно текли, подобно реке, незнающей берегов. С каждым новым всхлипыванием в её груди разгоралось чувство вины, как огонь, поглощающий всё на своём пути. Она вспомнила день, когда последний раз видела Питера. Они сидели на диване в гостиной, как вдруг Паркер замер, а его лицо исказилось от страха. В тот момент сердце Мишель предательски сжалось, но вместо того, чтобы спросить, что происходит, она просто молча обняла его. Он ничего не ответил, лишь решительно сжал ладони в кулаки и, наспех попрощавшись с девушкой, быстро покинул её дом. Теперь она понимала, что в тот день совершила роковую ошибку. Очередной крик был прерван хлопком двери. В ванную зашла её мать, которая тут же упала на колени и кинулась успокаивать дочь. Сжав в её в объятиях, Мишель уткнулась ей в плечо и крепко прижала к себе. Она не была железной, какой хотела казаться для Стива. Он всегда видел перед собой собранную, уверенную и бойкую девушку. Хах, что бы он сказал сейчас, увидев её такой — заплаканной и беспомощной? Просто обессиленной. Нет. О нём ей сейчас лучше вовсе не думать. Не он должен занимать её мысли. Всё должно быть сосредоточено только на поисках Питера. Джонс была уверена, что он жив, а значит сдаваться ещё рано. — Родная, что с тобой произошло? — обеспокоенно спросила миссис Джонс, утешительно поглаживая дочь по голове. — Всё из-за Питера, мам, — призналась Мишель, утирая слёзы. Женщина понимающе кивнула и не стала лезть с вопросами. Она знала, что Паркер был её лучшим другом, практически братом, да и она сама никогда не забывала, какую помощь он оказал им обеим. Ей также, как и Мишель была небезразлична его судьба, но давить на дочь и заваливать её расспросами, она не хотела. — Прими душ, а я пока заварю нам чай, хорошо? — женщина немного отстранилась и ласково улыбнулась. Девушка лишь слабо кивнула в ответ.

***

Стив вернулся в съёмную квартиру поздно ночью. Проводив Мишель, он долго и бесцельно бродил по улицам города, размышляя о произошедшем. В голове всё смешалось, отчего уцепиться за какую-то мысль, он просто не мог. Сначала мужчина пошёл в парк, недалеко от центра, где они часто гуляли с Мэй в юности. Ностальгия и тёплые воспоминания о некогда любимой женщине отзывались болью в сердце. Не уедь он тогда, всё было бы иначе, правда? Они жили бы славной семьёй, воспитывали такого замечательного парня, как Питер. Роджерс помнил, как Паркер радовался любым мелочам, казалось, он излучает невероятный свет, которым делится со всеми вокруг. Он вспоминал, как они вместе играли в бейсбол и бросались наперегонки за мячом, а Мэй весело смеялась, когда оба валились с ног, пытаясь отнять у другого мяч. Да, всё было бы по-другому, не променяй он личное счастье на работу. Стив всегда ставил долг и помощь другим людям выше собственных интересов. Возможно, именно это и было его главным минусом. Закрывшись изнутри, Роджерс кинул ключи на тумбочку и снял с себя мокрую куртку, на которой до сих пор виднелись бурые пятна чужой крови. С утра ему нужно будет появиться в участке и ещё раз дать свидетельские показания. Он надеялся, что Мишель всё же не выдернут хотя бы пару дней, ведь девушка пережила тяжелейший шок. Она никогда не становилась свидетелем столь ужасной расправы над человеком. Но, стоит отдать ей должное, держалась Джонс хорошо. Конечно, Роджерс сразу понял, что всё это напускное, но молча согласился с её решением не показывать эмоции. И всё же, Мишель была удивительной. Она так сильно напоминала ему Мэй, что Стив невольно проникся к ней тёплыми чувствами. Девушка напористо собирала крупицы правды, складывала кусочки паззлов в одну картину и это не могло не восхищать. М’Джей единственная причина, по которой он всё ещё не сдался. Все обстоятельства складывались против них, на след Питера выйти с каждым днём становилось сложнее. И, если бы не её усилия и упрямство, они никогда бы не узнали от мисисс Тёрнер подробности исчезновения Паркера. Жаль, что всё обернулось такой ужасной трагедией, но случившегося не изменить. Стив лег в кровать с тяжёлыми мыслями и даже не надеялся уснуть, однако усталость быстро сморила его. Этой ночью он не видел снов, а когда открыл глаза, в окно светили первые лучи солнца. Мужчина медленно встал с кровати и направился на кухню, дабы заварить себе кофе. Взяв в руки мобильник, он лениво пролистнул однообразные новости: все трубили о жестоком убийстве водителя УэйнИнтрепрайз. Следом были прикреплены фото обезображеного трупа и некоторые детали, касаемые его смерти. Роджерс увеличил фото, желая рассмотреть подробнее, но картинки были заблюрены, и Стив сразу же потерял интерес к этой истории. Проверив соцсети, мужчина подметил, что Мишель последний раз была онлайн в 5:24 утра. Он был уверен, что девушка не сможет уснуть после пережитого, поэтому лишь покачал головой и отложил телефон в сторону. Скромно позавтракав и выпив свой кофе, мужчина принял душ, переоделся и направился в местный полицейский участок. Уже на выходе из подъезда, он столкнулся с каким-то неказистым парнем в чёрной куртке. — Прошу прощения, сэр, — незнакомец торопливо извинился и, не глядя на Стива, стремительно поднялся по ступенькам вверх. Роджерс хмыкнул, не придав этому незначительному столкновению никакого значения и пошёл по своим делам.

***

Мишель с трудом разлепила глаза, чувствуя, как малейшее движение век отзывается тяжелой болью в затылке. Уснуть она смогла только под утро, и то, только потому, что потеряла сознание от усталости. Вчерашняя истерика отняла у неё последние жизненные силы. Повернув голову в сторону настенных часов, девушка отметила, что проспала около шести часов и снова пропустила школу. Что ж, последнее её явно не волновало. Приходить туда и видеть, что знакомая вихрастая макушка так и не появилась, было больше, чем просто больно. Она аккуратно поднялась с постели и взяла сотовый со стола. Ни одного сообщения. Стандарт. Кроме Питера у неё не было друзей, которых взволновало бы её отсутствие в школе. Она и сама не хотела ни с кем общаться, ей это было не нужно. Слушать сопливые драмы своих одноклассниц, которых отверг очередной стрёмный придурок из параллели, не было совсем никакого желания. — Так, ладно, М’Джей, — обратилась она сама к себе, шумно вздохнула и протерла глаза, прогоняя сонливость. — Соберись. Девушка сунула ноги в мягкие домашние тапочки и в одной пижаме прошла на кухню. Отыскав в небольшой аптечке таблетки аспирина, она выдавила сразу две и тут же запила их стаканом воды, чуть поморщившись от горечи. Открыв холодильник, Джонс лениво осмотрела его содержимое. Есть ей не хотелось, но умом она понимала, что нужно впихнуть в себя хоть что-то, дабы не свалиться в голодный обморок. Со всеми этими поисками девушка и так потеряла пару килограмм, и, если она продолжит в том же духе, то просто напросто окажется на больничной койке под капельницами с глюкозой. Оттуда Питеру ей точно не помочь. Достав из холодильника остатки лазаньи, Мишель поставила еду в микроволновку. После звонкого противного писка, который служил оповещением о конце подогрева, она вынула тарелку и поставила её перед собой. От еды исходил приятный аромат, но Джонс казалось, что если она сейчас проглотит хотя бы один маленький кусочек, её непременно стошнит прямо на пол. Просидев так около пяти минут, Мишель всё же отодвинула от себя еду и просто заварила себе чашку горячего чая. Выпив его с тремя сладкими конфетами, она почувствовала, что тошнота почти ушла, а голова стала болеть не так сильно, как несколько минут назад. Вполне бодрая, она вернулась в свою комнату и достала из рюкзака диктофон с записью вчерашнего разговора. Промотав ненужный опрос соседей, она нашла нужный ей отрывок и принялась переслушивать их беседу. «Он задолжал кое-кому, — призналась женщина. — Сначала эти люди приходили ко мне, спрашивали, где живет, с кем и так далее. Я ответила. Они поблагодарили и ушли. А через пару дней, в аккурат вечер его смерти, во всём доме погас свет. Я смотрела телевизор, а тот потух. Вышла, значит, я на лестничную клетку, мало ли, думаю, пробки выбило, перещёлкну сейчас рубильник и всё. Открываю дверь и вижу широкую такую спину в черном костюме. Тот поворачивается ко мне лицом, говорит, мол, убирайся отсюда, пока цела. Ну я заперлась, прошла в комнату свою и думаю, точно за Беном пришли, дверь то в их квартиру нараспашку. Подошла к окну и вижу, сначала эти амбалы садятся, потом женщина, молодая такая, волосы словно огонь, рыжие-рыжие. Следом парень такой, сгорбившийся весь, я только по куртке узнала, что это Питер. Его под руку какой-то мужчина вывел. То ли хромой, то ли аристократ какой, но у него трость в руках была и костюм…» Следом шёл звук выстрела и крик самой Мишель. Услышав его снова, девушка дёрнулась, выронив диктофон из рук. Картина убийства вновь предстала перед её глазами, но Джонс быстро тряхнула головой, не желая погружаться в кровавые события. Ей следовало сосредоточиться на словах покойной. Несколько крупных ребят, рыжая женщина и неизвестный мужчина с тростью. Если ездил с охраной, значит довольно обеспеченный, под типичного барыгу с улицы не подходит. Рыжая женщина… Кем она могла быть? Его девушкой? Женой? Нет. Брать с собой на разборки вторую половину не логично и абсолютно бессмысленно. Скорее всего, она выступала в роли отвлекающего манёвра. Раз Бен задолжал кому-то столь влиятельному, он должен был видеть его лицо, такие люди через шестерок не действуют. Он знал, что за ним охотятся: Питер сам признавался ей, что последние дни отчим сам не свой, он не выходил даже в магазин. Значит, боялся, что его выловят. Дверь своему «боссу» трусливый Бен не открыл и под дулом пистолета. Ломать и врываться тоже не вариант — это создаст лишний шум и привлечёт соседей, которые могли стать свидетелями расправы и поспешили бы на помощь придурку. А вот впустить красивую девушку, похотливый козёл был только рад. Но связана ли она с таинственным незнакомцем с тростью одной лишь этой сделкой или же постоянно работает на него? Может, он просто выцепил первую попавшуюся красотку на улице, предложил несколько сотен баксов и озвучил свои необычные условия. Притвориться, например, какой-нибудь невинной заблудившейся девушкой, которой нужен телефон. Но, если учитывать то, что она не ушла, после того, как некто со своими парнями вошёл в квартиру, значит всё же их связывало нечто большее, чем одна странная просьба. Тем более, случайная девка не села бы к такому в машину и не уехала вместе с ними. Возможно, её бы вообще убрали, как ненужного свидетеля. Значит, очевидно, странная парочка работала вместе. Но зачем им понадобился Питер? Для выкупа? Бред. У него никого не осталось, кроме самой Мишель. — Боже, Пит, — девушка схватила себя руками за голову и покачала головой. — Что же они с тобой сделали? Мишель взяла в руки телефон и набрала номер Неда. Джонс знала, что они вроде как дружили с Паркером, поэтому тот мог ей помочь в одной задумке. — М’Джей? — удивлённый голос подростка раздался в трубке. — Не знал, что у тебя сохранился мой номер. — Да, Нед, привет, — немного нервно поздоровалась девушка, грызя ноготь от напряжения. — Мне нужна помощь. Ты же шаришь в компьютерах и взломах? — Решила ограбить пару банковских ячеек? — по доброму усмехнулся парень, на что Мишель лишь закатила глаза. — Нет, — серьёзно отрезала она. — Это касается Питера. Можешь прийти ко мне и я всё расскажу? Это не совсем телефонный разговор.

***

Тони захлопнул дверь автомобиля и откинул голову на сиденье. Всё же ему до сих пор было тяжело приходить в это место. Последний раз Старк навещал могилу матери несколько лет назад, в годовщину её смерти. Он всегда приносил ей свежие белые розы, не трогая те, которые уже завяли и сгнили после прошлых визитов. Они укрывали могилу, подобно одеялу, не желавшее покидать своего хозяина. Проходило время, которое не лечило его, как утверждали многие, а лишь добавляло боли. Воспоминания острыми кинжалами впивались в сердце, отчего оно никогда не переставало кровоточить. Его лицо полностью отражало уродство его израненного, изувечнного сердца. Тони провёл рукой по шрамам, будто проверяя, не пропали ли они, а затем, словно в припадке, начал безудержно хохотать и ковырять старые раны, желая содрать их с собственного лица. Питер, никак не ожидавший такой внезапной перемены в настроении Старка, оторопел и вздрогнул. Сейчас парень совершенно точно мог утверждать, что знает, как выглядит безумие: оно было прямо перед ним. Тони был не в себе, он смеялся, как умалишённый, но из его глаз текли слёзы, а лицо стало красным от того, что мужчина ковырял кожу ногтями. Каждый истерический смешок звучал как крик, разрывающий тишину, и Питер чувствовал, что его собственное сердце сжимается от ужаса. Паркер не знал, как помочь ему остановить этот рвущийся поток безумия, захлестнувший Тони. Внутри него боролись страх и желание протянуть руку, но парень понимал, что, возможно, своими попытками только усугубит ситуацию. — Хэй, мистер Старк, — тихо произнёс Питер, стараясь вложить в обращение всю теплоту, на которую был способен. Он всё ещё боялся шевелиться, голос дрожал от страха, но парень осторожно потянул ладонь вперёд к мужчине, остановившись в паре сантиметрах от его плеча. Но Тони не слышал его. Он был погружён в свой мир, где смех и слёзы переплетались в неразрывный клубок боли. Его истерические смешки становились более похожими на громкие всхлипы и Питер принял единственное верное, как ему казалось, решение. Он быстро притянул Старка к себе и прижался всем телом. Парень успокаивающе гладил мужчину по спине, в надежде, что тот прекратит смеяться, но не учёл, что Тони был физически сильнее его. Он с лёгкостью оттолкнул от себя Питера, практически впечатав его в пассажирское кресло, а сам вновь развалился на водительском. — Скажи мне, как можно любить такого урода? — судорожно спросил Тони, убирая руки от лица. — Скажи, как можно смотреть на меня и видеть во мне что-то хорошее, говорить мне, что я вовсе не монстр и никогда им не стану? Питер молчал, потому что не мог подобрать правильных слов. Таких, которые не заденут Тони ещё больше, а наоборот, помогут утихомирить внезапный припадок. Но Старк истолковал его молчание иначе. — А она, каждый божий день твердила мне, что я не чудовище, — с горечью вспоминал мужчина, стараясь восстановить дыхание. — Она любила меня всегда. Любила даже после того, как папаша сделал это со мной, — он криво усмехнулся, указав на шрамы и отвернулся к окну, прислонившись лбом к холодному стеклу. — Материнская любовь никогда не поддаётся объяснению, — Питер положил руку ему на плечо и несильно сжал. — Она просто есть. Несмотря на то, что с вами сделал ваш отец. От этого вы не перестали быть её сыном. И вашей вины в том, что она умерла нет. — Ты не знаешь, о чём говоришь, — Тони покачал головой, не желая соглашаться с парнем. — Я подвёл её. Я не смог вытащить её из этого кошмара. Не смог дать ей билет в лучшую жизнь. Был обузой. Из-за жалкой крыши, что давал нам этот гребанный цирк, она не уходила оттуда. По мне, лучше бы мы жили с ней вдвоём на улице и просили милостыню. Старк резко развернулся лицом к Питеру, столкнувшись с ним носами. Паркер хотел было отстраниться, но почувствовав крепкую ладонь на затылке, понял, что отпускать его мужчина не собирается. Теперь Тони прижимал его к себе, не давая пошевелиться. Он сбивчиво дышал, опаляя лицо парня горячим дыханием, отчего из его рта вылетало облачко пара. В этот момент в воздухе повисло напряжение, которое трудом было игнорировать. Они касались друг друга лбами, оба молчали, но их это устраивало. Горячее дыхание Старка обжигало лицо Питера, заставляя вспыхнуть на щеках алый румянец. Мужчина не отводил взгляда от пунцовых щёк, а затем медленно провёл по одной из них большим пальцем руки. — Представь, что в моих руках острое лезвие, — Тони вновь осторожно сделал движением пальцем. Питер ощущал, как сильно колотится в груди его сердце, и в этот момент всё вокруг словно замерло. Он не знал, что делать — отстраниться или остаться. Взгляд Старка был полон эмоций, и Паркер просто не смел отвести от него глаза. Время медленно тянулось. Сейчас, в этом мгновении, они были только вдвоём, запертые в маленьком пространстве, где всё остальное просто перестало существовать. Огромная серая туча нависала над крышей машины, а завывания холодного ветра лишь подчёркивали обстановку уединения этого места, в котором они оказались. Парень чувствовал, как его мысли расплываются, словно краски на белом холсте, смешиваясь в нечто новое и неопределённое. Он не мог понять, что происходит между ними, но это ощущение было настолько весомым, что его просто не получалось игнорировать. Каждый вдох напоминал о близости Тони, о том, как он перевернул его мир с ног на голову, когда Питер впервые увидел его в гостиной своей квартиры. Старк продолжал смотреть на него, видя отражение собственных прошлых страхов и сомнений. Он хотел бы что-то сказать, но впервые слова застревали в горле, как будто были слишком тяжёлыми для произнесения. Вместо этого, он оставался там, в молчаливом диалоге, который говорил больше, чем любые слова. — Знаешь, — произнёс Тони, его голос стал чуть тише, — иногда лезвие может быть не только острым, но и опасным. Оно может порезать, но может и освободить. Питер не мог не задуматься о том, отчего ему стоило освободиться. Страхи, сомнения, все те барьеры, которыми он так старательно окружил всего себя, чтобы защищаться. Но именно в этот момент, когда Тони был так близко к нему, все эти преграды казались ненужными. Парень был уверен, что согласись он остаться с ним, тот защитил бы его от всего на свете. Внутри него медленно разрасталось нечто новое, что-то, что требовало выхода наружу. Питер чувствовал, как его сердце бьётся в унисон с дыханием Старка, и это создавало ощущение единства, которое он никогда не испытывал раньше. Сейчас он чувствовал, что больше не одинок в этом мире. «Паркер, нет!» — собственный внутренний голос буквально вопил от отчаяния. «Но… Он ведь нужен мне?» «Тебе нужен психолог, а не псих. Слышал про Стокгольмский синдром?» Парень мысленно дал себе оплеуху. Ну конечно, вот оно — логическое объяснение того, что с ним происходит. Он был пленником своих эмоций, и осознание этого вызвало у него неожиданное смятение. Тони чувствовал его внутреннюю борьбу, но не мог ему помочь в этом. Питер, как и Тони когда-то, должен прийти к осознанию своего места в этой жизни сам. Он заслуживал лучшую жизнь и Старк мог ему её дать, но только с условием, что они будут на одной стороне. — Мы оба чудовища, Питер, — вкрадчиво, почти шёпотом обратился Тони к озадаченному парню. — Просто две большие рыбы, оставшиеся в крошечном пруду. Мы можем противостоять друг другу, пока один из нас не умрёт или поедать мелкую рыбёшку вместе. Паркер натужно сглотнул, но не отвёл взгляда от карих глаз напротив, в которых плескалось контролируемое безумие. Он боялся представить масштабы эмоций, сдерживаемых внутри мужчины. Тони медленно заскользил рукой по тонкой ветровке, расстёгивая замок, а затем забрался пальцами под тёплую толстовку, оглаживая бока. Сам он приблизился к Питеру почти вплотную. Старк провёл носом по шее парня вверх, задержавшись у уха и прошептал: — Мы не такие, как эти люди, малыш, — хриплым от возбуждения голосом сказал Тони. Паркер чувствовал, как по спине пробежала дрожь. Он продолжал молчать и лишь глубже вдохнул, ощущая тепло дыхания мужчины на своей коже. — Мы лучше, чем они. Тони чуть приоткрыл губы и склонился к пульсирующей венке на шее, создавая иллюзию хищника, готового к нападению. Со стороны могло показаться, что Старк был вампиром, пытающимся укусить свою жертву. Его губы почти касались тёплой кожи, словно искали момент, чтобы вогнать холодные клыки в живую плоть. Мужчина задержался в этом мгновении, наслаждаясь близостью, которая казалась одновременно и опасной, и волнующей. Эти острые чувства были для него в новинку, оттого испытать их хотелось ещё сильнее. Ни одна из его прошлых жертв не вызывала в нём и толики того, что он испытывал рядом с Питером. — Мы знаем, что такое сила, — продолжал Старк тем же вкрадчивым шёпотом, будто боясь разрушить хрупкую атмосферу, царящую в машине. Его руки продолжали исследовать впалые ямки на теле Питера, несильно сжимая поясницу и притягивая его к себе. Парень и сам терялся в приятных ощущениях и неосознанно льнул к мужчине ближе. Их тела разделял лишь подлокотник, однако Тони не спешил откинуть его или же перейти к каким-то решительным действиям. Ему нравилось чувство превосходства, нравилось контролировать происходящее, но ещё ни с кем прежде, это чувство контроля не было таким мучительно-сладким. — Мы знаем, что такое мстить за смерть близкого человека, — пальцы Тони вновь пробежали по телу парня, огладив рельефный контур спины. Мужчина чувствовал, как напряжены мышцы под его рукой, но вопреки своим страхам, Питер всё равно старался держаться максимально близко к нему. Его глаза искрились, отражая смесь сомнений и желаний. — Вы не понимаете, — тихо проскулил Паркер, стараясь не выдать своих истинных чувств. — Мы не можем… — Можем, — перебил его Старк, его голос звучал властно, — Мы можем всё, что захотим. Ты просто должен мне доверять. «Что, если я стану зависимым от него?» — подумал Питер, глядя на уверенное лицо перед собой. «Что, если однажды он решит, что я ему больше не нужен?» Эти мысли терзали его, как острые когти, оставляя за собой кровавые следы тревоги. Мужчина вывел его из размышлений трепетным касанием губ к шее. Чуть сжав зубами нежную кожу и утробно рыкнув, Тони немного отстранился, чтобы вновь посмотреть на Питера. — Скажи мне, что ты хочешь? — спросил Старк, глядя в горящие азартом тёмные глаза напротив. Зрачок затопил светлые карие глаза, отчего теперь они казались почти черными. — Чтобы вы убрали этот грёбанный подлокотник! — выпалил Питер и мужчина тут же выполнил его просьбу. Паркер в одно мгновение перебрался на колени к Тони, усаживаясь так, как ему давно хотелось. — И что дальше? — с характерным сарказмом поинтересовался Старк, приподняв бровь. Его руки сами по себе легли на талию парня, чуть сжимая её. — Мне просто нравится вид сверху, — признался Питер, на что Тони весело рассмеялся. Это был его первый искренний смех, от которого у парня почему-то потеплело в груди. Он не отдавал отчета своим действиям, полностью попав под власть эмоций и дьявольского обаяние Старка. — Ты сводишь меня с ума, знаешь? — мужчина улыбнулся и завёл машину нажатием кнопки. Несмотря на тёплое тело, оседдавшее его, он всё-таки продрог. — Я думал, что это невозможно, — парень невинно пожал плечами и улыбнулся, на что Тони вновь разразился смехом. Питер невольно залюбовался этой открытостью и решил попросить о том, о чём давно хотел. — Мы сможем съездить ко мне домой? — Конечно, малыш, — согласился Старк, не раздумывая ни секунды. Паркер удивлённо захлопал глазами, не ожидая, что всё будет так просто. — Но только если ты прямо сейчас слезешь с меня, иначе придётся разложить тебя прямо здесь, – признался Тони, намекая на двусмысленность ситуации. — Не подумай, что я озабоченный маньяк, просто ты чертовски сексуален и невинен одновременно. Я мог бы взять тебя прямо сейчас и на сто процентов уверен, что ты даже и против не будешь, но всё же оставлю это для будущих подобных поездок, — подмигнул он, довольно усмехнувшись, а Питер обиженно фыркнул и пересел обратно. Не мог Паркер показать Тони, что тот был прав абсолютно во всём. Просто не мог.

***

Противная трель звонка разбудила Мишель. Она лениво поднялась с постели, глянув на часы. Должно быть, она снова отключилась после того, как смогла сложить более-менее понятную для себя картинку. Прошлёпав коридор, девушка два раза повернула барашек замка, приоткрывая дверь. — Привет, — на пороге стоял воодушевленный Нед с бумажным пакетом в руках. — Зашёл по пути в Мак, подумал, что ты не будешь против перекуса. В животе Джонс призывно заурчало и она впустила Лидса в дом, захлопнув дверь. Подростки прошли в комнату девушки и Мишель плюхнулась на кровать, сложив ноги по-турецки. Нэд сел в компьютерное кресло, протянув подруге купленный гамбургер. Сам же он в изумлении разглядывал её стол, где лежал диктофон, исписанная тетрадь, в которой что-то было зачёркнуто, а что-то наоборот выделено яркими маркерами. Перевернув несколько страниц, Нед увидел своеобразную схему. Вверху листа были нарисованы три вопросительных знака, а чуть ниже подпись: «незнакомец с тростью». От него вели две стрелки — одна, к рисунку рыжей девушки, за чьей спиной стояли несколько мужчин в чёрных костюмах, а вторая к силуэту Питера. Мишель изобразила его в той же одежде, в которой Паркер последний раз был в школе. — Может ты перестанешь пялиться и выслушаешь? — М’Джей щёлкнула пальцами, привлекая к себе внимание. Нед испуганно дёрнулся и с виноватой, рассеянной улыбкой повернулся в сторону девушки. — Извини, — он в последний раз взглянул в тетрадь и перевёл взгляд на Мишель, которая доедала свой бургер. — Спасибо, — поблагодарила его девушка, но Нед не понял, за что конкретно — за принесённый гамбургер или же за то, что наконец обратил на неё внимание. — Зная твой щенячий восторг, сразу предупреждаю, не смей меня перебивать. Я не хочу слышать походу повествования фразы по типу «Мишель, это так кру-у-то» или «да это же просто чума!», — Джонс грозно посмотрела на парня и тот согласно кивнул, складывая руки на коленях, как примерный ученик. Весь внешний вид Лидса говорил о том, что он весь во внимании и готов её выслушать. Рассказ Мишель вышел довольно длинным, так как она старалась посвятить парня во все детали, которые знала сама. Она предупредила его, что никто больше не должен знать об их разговоре, на что Нед дал слово, что не расскажет. Да и в принципе, с ним, как и с Мишель и Питером, особо никто не общался. Они не дружили тройкой, просто Паркер общался с ними по раздельности, не посвящая Лидса в свои проблемы. Но теперь, когда вся школа гудела о том, что Питер убил своего отчима, Нед узнала от Джонс всю правду. Нет, он и раньше замечал, что иногда его друг приходит в школу в синяках и с видом побитой собаки, но никогда не лез с расспросами, а наоборот, старался отвлечь от неприятных мыслей, чтобы Питер мог расслабиться хоть где-то. Парень внимательно слушал неторопливое повествование Мишель и с трудом сдерживал эмоции. Оказывается, все эти дни Джонс не просто прогуливала, а успела вычислить практически все обстоятельства пропажи Питера. Это не могло не вызвать восхищение. Под конец их разговора, девушка разрешила ему прослушать запись с диктофона, где соседка признавалась, что видела с кем уехал Паркер. Она поведала ему и том, что выстрел на фоне снёс старушке голову, не сумев подавить жалобный всхлип. — Хорошо, я понял, — Лидс встал с кресла и присел рядом с Мишель. Он похлопал её по плечу, показывая, что рядом, на что девушка лишь слабо улыбнулась и вытерла одинокие слёзы, не желая показаться уж совсем жалкой. — Что от меня требуется? — Прямо напротив дома Питера установлена камера наблюдения, — Джонс схватила тетрадь и нарисовала расположение дома. — Если я права в своих расчётах, то на камере должно быть запечатлено авто, на котором уехал Питер. — Думаешь, полицейские их смотрели? — Смотрели, но по «чистой» случайности, именно в этот вечер камера чудесным образом не работала, — недовольно фыркнула девушка, показав воздушные кавычки. — Из слов старушки ясно, что эти люди были в районе за пару дней до пропажи Паркера. Ты же сможешь подключиться к системе слежения городских камер и найти нужную запись? — Шутишь? — Лидс самодовольно ухмыльнулся и достал из школьного рюкзака свой потёртый ноутбук. — Два года назад я хакнул счёт своего отца в банке, потому что он не платил алименты. До сих ищут, кто бы мог это сделать, — Нед весело улыбнулся, заходя в одну из программ. Мишель в нервном ожидании стала стучать босой ногой по полу. Каждый её шлепок, отдавался в тишине комнаты, как удар молота по наковальне. Если у них получится, то она может отнести копию в полицию, а там пусть эти олухи пробивают номер машины по базе данных и узнают, кому она принадлежит. Даже если тачка оформлена на какое-то подставное лицо, то Джонс лично выбьет из него признание и докопается до правды. Сейчас, когда она была так близко к цели, в ней разгорался азарт, граничащий с паникой. Но Джонс не могла позволить себе потерять контроль. — Готово! — довольно воскликнул Нед, увеличивая изображение. Девушка тут же прильнула к экрану, глядя на видео. Это действительно был двор Питера, камера отлично показывала вход в подъезд. Это значило, что есть огромная вероятность разглядеть не только номер машины, но и лица тех, кто приезжал узнавать информацию о Бене для своего босса. Неожиданно, на экране показалась черная машина, которая аккуратно припарковалась возле подъезда Паркера. И каково же было удивление подростков, когда из нее вышел никто иной, как сам Питер. Это совершенно точно был он, в своей тоненькой ветровке. — К-когда? — дрожащим голосом спросила Мишель, не веря своим глазам. — Когда была сделана запись? — Это реальное время, М’Джей, — шокированно отозвался Нед, указывая на сегодняшнюю дату и таймер, отсчитывающий время с точностью до секунды. — Ты же не задала мне конкретной даты. Джонс не могла оторваться от видео. На чёрно-белой записи Питер стоял у пассажирской двери и с кем-то разговаривал через окно. Он искренне улыбался тому, с кем говорил и, кажется, даже убеждал его в чем-то. Судя по жестам, Паркер хотел, чтобы неизвестный вышел из машины и пошёл вместе с ним. Через несколько минут колебаний и уговоров, водительская дверь распахнулась и из машины вышел уже знакомый ей человек. — Твою мать, — выдохнула девушка, глядя на Старка, который небрежной походкой и в солнцезащитных очках направился за Питером в подъезд. Мишель почувствовала, как сердце забилось в панике, а по спине пробежали капли липкого пота. Внутри неё в геометрической прогрессии росло волнение и страх. В дверь позвонили. Подростки недоумённо переглянулись. Мишель никого больше не ждала. У мамы был собственный комплект ключей, она не стала бы звонить. Осторожно выйдя в коридор, девушка медленно приблизилась к входной двери, вооружившись металлической ложкой для обуви. — Мам? — крикнула Джонс, удобнее перехватившись за импровизированное оружие, однако ей никто не ответил. Шумно выдохнув, она отперла замок и открыла дверь, замахнувшись двумя руками. — Привет, детишки! — с улыбкой поприветствовал её смутно знакомый парень. — Как кино? — весело поинтересовался он и, воспользовавшись секундной заминкой Мишель, распылил ей в лицо какую-то дрянь из баллончика, отчего девушка сразу же потеряла сознание и упала ему в руки. Незнакомец занёс её в дом и, оставив тело Джонс в коридоре, направился вглубь дома. Ему было нужно найти Неда.