Clown (Клоун)

— Не боишься, что соседи вызовут копов, увидев, что ты вернулся в отчий дом? – скептически поинтересовался Тони, закрыв дверь квартиры изнутри. Судя по следам, опечатку с неё сняли совсем недавно, что говорило о подготовке выставить жилище Паркера на торги. — Я свято верю в то, что вы не позволите им причинить мне какой-нибудь вред, – беззаботно отозвался Питер из глубины квартиры, на что Старк фыркнул и закатил глаза. Несносный мальчишка. Мужчина прошёл дальше и обнаружил парня, стоящего в гостиной перед стулом, где последний раз сидел Бен. Питер молча смотрел на разрезанные валяющиеся верёвки и вновь погружался в воспоминания о том дне, когда смог наконец отомстить ублюдку за всё. Тони медленно и тихо приблизился к нему, но Паркер не замечал его присутствия. Перед глазами вновь предстал отчим, беспомощный и связанный, с грязным кляпом во рту, отчего по подбородку рекой текли слюни вперемешку с кровью. В его глазах Питер видел дикий ужас и страх за свою жалкую шкуру. Он что-то нечленораздельно мычал и пытался вырваться, но парень быстро прервал его жалкие попытки ударом биты по корпусу, а затем и по голове. Он до мельчайших деталей помнил, как грузное тело ничком упало к его ногам и Питер почувствовал, что справедливость восторжествовала. — А где... — Бита? – перебил его Тони, скрестив руки на груди и опираясь спиной на хлипкий подоконник напротив парня. Питер кивнул, не отрывая взгляд от поваленного стула. — Вероятно, забрали как вещдок, – безразлично пожал плечами Старк. — Жаль, – глухо отозвался Паркер и пнул стул ногой, усаживаясь на мягкий диван. Он невольно повторил ту же позу, что и в тот день, после того, как с Беном было покончено. Не хватало лишь сигареты и металлического запаха крови в воздухе. Странно, но больше он не чувствовал себя здесь, как дома. Теперь эта квартира была для него лишь местом, где случилось его первое убийство и странное знакомство с Тони. Здесь больше не было ни малейшего следа Мэй, ванильного аромата её пирогов не витал ни в одном уголке, хотя раньше парню казалось, что им пропитана вся квартира. Даже после её смерти с ним оставался этот навязчивый, но приятный запах. Мир померк с её уходом, затопив сердце Питера ненавистью и отчаянием. Теперь, когда его месть стала уже свершившимся фактом, в нём поселилась лишь пустота. Говорят, что если человек способен чувствовать боль и скорбь, значит он ещё жив. Паркер не чувствует ничего. Тони лениво обвёл глазами помещение. Его взгляд скользнул по ободранным стенам, на которых когда-то висели фотографии, запечатлевшие мгновение счастья и веселья. Старк криво ухмыльнулся, присаживаясь рядом. У Питера были воспоминания, было то недолгое семейное счастье, которым грезил сам Тони в детстве. — Вспоминать тех, кого ты любил и потерял, порой ещё тяжелее, чем вообще не иметь воспоминаний, – мужчина похлопал парня по колену, глядя в окно. — Теперь ты знаешь, что и мне это знакомо. Питер молча сжал губы в тонкую полоску и согласно кивнул. Они оба потеряли тех, кого любили и оба поменялись под шквалом обстоятельств. И кто может точно сказать, в какую сторону? Кто определит где хорошее, а где плохое? Разве нормально терпеть издевательства над собой и знать, что твой мучитель останется безнаказанным? Остаётся только вершить свою судьбу собственными руками. Бороться за выживание в этом мире, подобно хищнику в дикой природе. Паркер опустил голову, уперев взгляд в пол. На нём были видны потёртые следы крови и царапины от ногтей. Всё в этой комнате напоминало ему о недавнем убийстве, а не о моментах, когда он был счастлив здесь с Мэй. Питер надеялся, что сможет отпустить её, прийдя сюда. Но теперь, от тёти тут не осталось ничего, кроме фартука, валяющегося около плиты. Неожиданно, его размышления прервал торчащий из под дивана окурок сигареты. Подобрав бычок двумя пальцами, парень увидел на фильтре красные отпечатки, вероятно, принадлежавшие ему самому. Он помнил, как хорошо было сделать первую затяжку после того, как лежащий Бен издал последний хрип, захлебнувгись собственной кровью. В тот момент, когда дым заполнил его лёгкие, он чувствовал себя свободным, словно птица, парящая в небе. Питер поднял взгляд и увидел своё отражение в стекле окна. Глаза, полные безразличия, смотрели на него с недоверием. Это был не тот человек, которым он хотел стать. Это был тот, кем Питер боялся стать. Тони встал с дивана и сел на корточки, прямо перед Паркером. С непривычной теплотой и нежностью, мужчина взглянул на его бледное, потерянное лицо и осторожно обхватил подбородок большим и указательным пальцем. Питер вздрогнул, потому что совершенно не заметил перемещения Старка и не видел ничего, кроме собственного отражения в стекле. — Вы обещали отвести меня в церковь, – вдруг вспомнил парень, откинув бычок в сторону. — Отведу, малыш, не волнуйся, – хохотнул мужчина. Он же действительно обещал ему это, прямо перед тем, как они уехали из квартиры. — Думаете, мы сможем спокойно туда войти? – с долей грусти спросил Питер, огладив пальцем один из шрамов Старка. — А почему нет? – искренне удивился Тони. — Ну, псих и убийца... – невнятно пробубнил Паркер. — Звучит как начало плохого анекдота. Разве на нас не должна обрушится кара небесная и всё такое? — Чушь, Питер, – мужчина усмехнулся, сильнее сжимая чужой подбородок. — Мы оба грешники, но не по своей воле. Нас заставили, понимаешь? – он обвёл его скулы большим пальцем руки. — Бог интересная личность. В прошлую среду в Техасе он обрушил крышу церкви на прихожан, пока те пели ему гимн. — Ему это понравилось? — Он почувствовал власть, – Тони внимательно посмотрел на парня, будто желая сказать этим взглядом больше, чем ранее произнесённые им слова. — Бог сам любит убивать. Он всё время этим занимается. А разве мы не созданы по Его образу и подобию? — Наверное, – Паркер неуверенно пожал плечами, уходя от прикосновения. — Я не силён в религии и философии. — Ты напоминаешь мне хрустальную чашку, которая раскололась на сотни кусочков, – признался мужчина, поднимаясь вслед за парнем. — Хаотичные острые осколки ранят в своём беспорядке, но в умелых руках они снова могут стать одним целым. Подумай об этом, – Старк щёлкнул Питера по носу и, подмигнув напоследок, вышел из квартиры, оставив подростка в одиночестве. Когда Тони открыл дверь автомобиля, его телефон издал звук оповещения. Разблокировав смартфон, Старк увидел сообщение от одного из подчинённых. Тот без лишних слов просто прислал ему фото Мишель и ещё одного пухлого подростка, незнакомого Тони. Значит, девчонка всё-таки догадалась. Мужчина довольно улыбнулся. Такое рвение и хватка вызывали невольное восхищение. Признаться честно, он не ожидал, что Джонс первая выйдет на его след. Видимо, детектив из Роджерса вышел не очень, раз его сумела обойти обычная школьница. Однако, Тони не мог терпеть тех, кто смеет лезть и нарушать его планы. Он предупредил их обоих, застелив старуху, но девчонка не приняла столь великодушный подарок и продолжила копать. Что ж, за свои ошибки нужно платить. Звук сообщения вывел Старка из размышлений. «Куда их?» — Притащи их ко мне домой, идиот, – недовольно пробормотал мужчина, набирая сообщение. «Как обычно». А потом не сдержался и следом отправил короткое: «Дебил». Тони откинул мобильник в сторону и завёл машину. Ну почему, когда ты имеешь столько власти, тебя окружают только придурки, как этот Барнс? Почему нет хотя бы одного человека, которого не нужно направлять и учить? Даже Наташа стала такой, только потому, что Старк всему обучил её. Порой он жёстко ломал её волю, подчинял себе всевозможными способами и в итоге получил хорошее оружие. Она убивала за и ради него, но чаще всего, Тони сам расправлялся с теми, кто наглели. Таким был и Бен – зазнавшийся придурок, который наивно решил мухлевать под столом. Скользкий и противный, подобно жирному слизню, он не вызывал у Старка ничего, кроме брезгливости и отвращения. Теперь, когда он детально узнал в каких условиях жил Питер, Тони жалел, что нельзя воскресить его. Он бы от души повеселился, наказывая его за сломленность Паркера. Парень не должен был вообще столкнуться с таким, как Тони или Бен. Вся эта жизнь не для него. Он должен был остаться таким, как на снимке, что отдал ему Стив – счастливым и беззаботным. С любящими родителями и светящимися глазами, а не бледным и потерянным сиротой, у которого кроме Тони теперь никого нет. Сам Старк уж точно не намерен с ним расставаться и отдавать парня вдруг вернувшемуся и одумавшемуся Роджерсу. Только не после того, как узнал, как могут гореть страстью янтарные глаза напротив. Только не после того, как мягкие подушечки юнешеских пальцев гладили его шрамы, будто он был хрупкой хрустальной вазой, требующей бережного обращения. Через несколько минут из подъезда вышел Питер, накинув на голову капюшон и женские солнцезащитные очки. Он воровато оглядывался по сторонам и, быстро подбежав к машине, сел на переднее сиденье. Паркер закинул назад небольшую спортивную сумку и стянул с себя капюшон. Тони искренне рассмеялся, глядя на то, как металлическая оправа очков запуталась в непослушных кудрях, а Питер, шикая от боли, пытался снять их. — Дай помогу, – Старк наклонился к нему немного ближе, чем требовалось и принялся осторожно выпутывать очки, не выдергивая волос. Питер послушно склонил голову, позволяя проделать с собой любые махинации, лишь бы не остаться лысым. — К чему такая маскировка? – усмехнувшись поинтересовался Тони, отделяя очередную прядку. — Сам же сказал, что я не позволю никому причинить тебе вред. — Не могу же я быть полностью зависим от вас, – обиженно буркнул парень, шикнув от резкой боли. Старк всё же вырвал ему пару волосинок. — Ауч, больно же. Тони ничего не ответил, но его глаза искрились весёлым огоньком. Он всегда знал, как задеть Паркера за живое. Это порой очень развлекало, особенно когда парень пытался сохранить свое достоинство, несмотря на все попытки Старка его провоцировать. — А что будешь делать, если я скажу, что хочу, чтобы ты был зависим от меня? – произнёс мужчина, сняв наконец глупые очки с головы, и чуть сжал волосы на затылке Паркера, заставляя его поднять голову. Их лица снова были на одном уровне и Тони подметил, как вспыхнули щёки Питера после его неожиданного признания. — А что будете делать вы, если я скажу вам тоже самое? – парировал парень, внимательно глядя в глаза собеседника. Вопрос выскочил так неожиданно, что сам Питер удивился своей смелости. Его голос дрожал, но он пытлался сохранить спокойствие, внутренне борясь с бушующими эмоциями. Он не хотел показывать, насколько это признание стало для него важным, стараясь сохранить самообладание, но внутри всё переворачивалось, как и всегда в присутствии Старка. Он точно являлся дьяволом во плоти, иначе нельзя было объяснить эту невыносимую, глупую тягу, возникшую между ними всего за несколько дней. Тони на мгновение замер, а затем, с ухмылкой, проговорил: — Туше́, Питер, – капитулировал мужчина, но продолжил ненавязчиво перебирать пальцами его волосы, как делал утром. — Не все, к кому нас тянет — для нас благо. Когда притяжение сильное и необъяснимое — это может быть и ловушка, – вздохнул Паркер, пытаясь осмыслить свои слова и найти смысл в этой запутанной ситуации. Он понимал, что их связь не была простой. Она напоминала хрупкую паутину, сотканную из нежности и жестокости одновременно. Парень замечал, что и сам Тони вопреки своим словам, тянулся к нему. Это было видно ещё при первой встрече, да и Наташа со Стрэнджем не раз подмечали, что они слишком уж похожи. Неужели все эти откровения с его стороны были лишь частью игры, целью которой было привязать Питера к себе? — И кто же из нас попался в клетку? – полюбопытствовал Тони, приблизившись к парню. — Я думаю, что мы оба, – признался Паркер, перед тем как толкнуться навстречу мужчине. Его сердце колотилось в груди, как будто подтверждая каждую мысль, каждый вопрос. Словно оно само осознавало весь риск, который таила в себе эта близость. Поцелуй был жестким, наполненным страстью и отчаянием. Питер переполз на колени и начал тереться о Тони через брюки, ощущая тепло их тел, создавая пространство, где всё происходило так естественно и в то же время странно. Такой контраст: невинный и порочный, как два полюса одной магнитной стрелки, что не могли разойтись. Тони восхищался его видом, в нем было что-то такое неуловимое и притягательное, что заставляло его забыть обо всём, кроме этого момента. Осторожность, о которой предупреждал его Стрэндж, летела к чёрту, когда Паркер так самозабвенно жался к нему в поисках ответной ласки. — Не думаете, что я могу прямо сейчас убить вас? – сбивчиво спросил парень, оторвавшись от Старка. — Если сделаешь это, то сможешь упиться выражением удивления на моём лице, – мужчина изобразил гримасу, вытянув рот и шире раскрыв глаза, будто действительно был чем-то впечатлён. — Потому что я удивлюсь, Питер, честное слово. И лишь слегка, пожалуй, разочаруюсь, – Тони криво ухмыльнулся, сжимая чужие бёдра ладонями. — Но долго упиваться тебе не придётся, конечно. — Пустой трёп, – недовольно фыркнул Питер, вновь прижимаясь к мужчине губами и получая укус, который сразу же был зализан. Из нижней губы парня сочилась алая струйка крови и медленно стекала вниз по подбородку. Тони вновь отстранился, чтобы понаблюдать за этим зрелищем. Он любил этот контраст: бледная кожа Питера, тронутая румянцем возбуждения, и яркая, живая кровь, вырывающаяся наружу. Шальной взгляд, полный вызова и желания, выдавал истинную природу Паркера. Губы Питера искривились в ухмылке, полные дерзости и вызова. Этот след от укуса, оставленный на его губах, был не просто меткой — это было напоминание о том, что этот парень не был рождён для спокойной жизни. Он был создан для того, чтобы гореть, чтобы сражаться, чтобы быть рядом с Тони, стоять по правую руку от него, как верный соратник в этом безумие. В его глазах плясали искры бунта и жажда приключений. Кровь, стекающая по подбородку, словно подчёркивала эту дикую, необузданную сущность. — Прекрасно, – восхищённо прошептал Старк, наблюдая, как небольшая красная капля проложила дорожку к шее, оставляя за собой кровавый след. Тони прижался губами к шее Питера, ощущая под ними тонкую кожу и пульсацию вен. Глубоко вдохнув, он уловил сладкий, пьянящий запах чужой крови, запах, который сводил его с ума. Он не мог больше сдерживаться. Высунув язык, Тони провел им вверх, стирая красный след, словно художник, стирающий неудачный мазок. Его язык ласкал кожу, собирая капли, смакуя вкус, который казался ему самым прекрасным на свете. В этот момент мир сузился до ощущения прикосновения, до вкуса крови, до хрупкости и уязвимости Питера, которую он так жаждал. Его прикосновение было одновременно нежным и настойчивым, вызывая у Паркера мурашки по коже. Мужчина чувствовал, как чужое сердце колотится в груди, а дыхание становится всё более прерывистым. — Это уже опасно, — тихо произнёс Питер, но в голосе не было ни капли страха. Скорее, это было предвкушение. Тони лишь усмехнулся, его глаза блестели от азартного вызова. — Опасность — это то, что делает жизнь интересной, поверь мне, — ответил он, и в его тоне звучала уверенность. — И всё же, мне кажется, что это не лучшее место для подобного, – парень поспешил отстраниться, но глядя на немой вопрос в глазах Старка, пояснил, — та женщина, уже минут десять не сводит с нас глаз, – он кивнул головой в сторону старушки, стоящей у подъезда. — Убить её? – недоумённо спросил Тони, невинно захлопав ресницами. Глядя на эту искреннюю растерянность, Питер не смог сдержать улыбку. — Давайте просто уедем отсюда? – миролюбиво предложил Паркер, пристёгивая ремень. Тони оставалось лишь понуро согласиться. Он что-то напечатал в телефоне, а затем, убрав его в карман пальто, завёл машину и тронулся прочь из этого места. Как только внедорожник скрылся за поворотом, снайпер выпустил пулю в пожилую женщину, которая стала невольным свидетелем дел его босса. Мозги, словно красная краска на белом холсте, разлетелись по стене подъезда, а тело ничком упало на землю.

***

Стив провёл в участке большую половину дня. Сначала, он, как и было запланировано, давал показания, касаемо убитой миссис Финч и даже договорился с легавыми о том, что они не будут трогать Мишель. И вот, спустя три часа однообразной болтовни, Роджерс уже собрался на выход, как вдруг услышал от дежурного, что у подъезда Питера вновь случилось похожее убийство. Жертвой стала семидесятилетняя пенсионерка, способ убийства тот же – выстрел в голову из снайперской винтовки. Это уже не было похоже на предупреждение, ведь сам мужчина находился в отделе, а Мишель, как думал Стив, у себя дома, ведь больше в том районе ей делать было нечего. Ещё один опрос соседей ничего бы не дал. Все они продолжали испуганно молчать. — Странная всё же выходит картина, – хмыкнул шериф, почёсывая подбородок. — Все эти убийства старух начались, как только вы там появились со своей подружкой, – как бы между прочим заметил мужчина. — Она не моя подружка, – огрызнулся Стив, который из всей фразы заметил только это. — Да мне плевать, – шериф натурально плюнул Роджерсу под ноги. Он повернулся к нему полубоком, сократив расстояние между их лицами. — Если вы замешаны в этом и я об этом узнаю, то с огромным удовольствием защелкну наручники на ваших запястьях, – произнёс он, чуть понизив голос. — А настырную девку, что ломилась к нам с заявлением о пропаже своего дружка, кину в камеру к мужикам. Они здорово с ней повеселятся. Полицейский сально и многозначно ухмыльнулся, явно представляя картину во всех красках. Стив, до этого времени молча сжимавший кулаки, всё же не выдержал и стёр улыбку с лица мужчины точным ударом в лицо. Подбежавшие мужчины, быстро оттащили Роджерса от своего коллеги и рывком бросили его в одну из свободных камер. — Идиоты! – выкрикнул Стив, стиснув руками решётку. — Мишель может быть в опасности! Это всё неслучайные убийства! Однако все обитатели участка были абсолютно равнодушны к его воплям.

***

Наташа в нервном ожидании бродила по дому. Её до сих пор не отпускала мысль о том, что Бэтмен впервые в жизни был так близко к их поимке. Тони ещё никогда не подставлялся так сильно. Их давняя история вражды с Тёмным Рыцарем, как прозвали неизвестного героя газетчики, стара, как мир. Один считает, что в городе должен быть мир и порядок, другой – что не бывает бутерброда без хлеба и нужно "приправить" всё небольшой щепоткой хаоса. Хотя, в случае Старка, щепотка – немного не то слово. Столовая ложка или половник подойдёт лучше. Вопреки всеобщему мнению, Тони не был безумцем или сумасшедшим, каким его считали большинство людей. Он просто боролся за своё существование как умел, вот и всё. Его историю Романофф знала лишь в общих чертах. Да и самого Старка изучила настолько, насколько он позволил ей сам. За все эти годы мужчина казался невозмутимым, когда дело касалось чужих чувств. Ему в равной степени были безразличны мольбы и рыдания, проклятия и угрозы. Он просто делал то, что хотел: забирал, пытал, убивал. И ему это нравилось. Нравилось чувство собственного превосходства над кем-то. Тони подчинил себе весь преступный мир города, к нему подчёркнуто вежливо обращались даже самые отпетые головорезы, потому что знали, что Старк несколько... Импульсивен. Наташе нравилась эта практически беспечная и беззаботная жизнь. Работая на Тони, она могла обеспечить себе и своей сестре безбедное существование. Старк дал ей крышу над головой, протянул руку в самый отвратительный момент её жизни и Романофф была ему действительно благодарна. Мужчина помог ей и с операцией для Елены. Не напрямую, естественно. Просто спустя три дня после того, как он забрал её к себе, позвонили из клиники. Радостным голосом доктор поблагодарил ничего не понимающую Наташу за вовремя предоставленные средства, которые поступили на счёт больницы. Сумма была в несколько раз больше, чем требовалась. Этих денег хватало даже на полную реабилитацию сестры и небольшой отдых в оздоровительном детском лагере. Опешившая Романофф не успела и слова сказать, как врач уже добродушно попрощался с ней и повесил трубку. Слушая короткие гудки, по лицу девушки скупо потекли слёзы. Только теперь это были слёзы радости. Они никогда не поднимали эту тему. Даже когда Наташа хотела просто отблагодарить Старка, тот мгновенно переводил разговор в другое русло, делая вид, что абсолютно не понимает, о чём идёт речь. — Решила заменить тренировку ходьбой по комнате? – с лёгкой насмешкой в голосе спросил Стивен, оперевшись плечом на дверной косяк и сложив руки на груди. — А ты, как всегда, отлыниваешь, прикрываясь трясущимися руками? – не осталась в долгу Наташа, обернувшись к нему и изящно выгнув бровь. Мужчина опустил голову и тихо рассмеялся. С ней невозможно было нормально разговаривать, но, кажется, они оба уже давно утратили понятие нормальности, раз работали на самого разыскиваемого человека в городе по своей воле. — Только Бартон находил с тобой общий язык, – вспомнил Стрэндж, не замечая, как на мгновение глаза девушки потеплели. — Кстати, где он сейчас? — Кто его знает, – Наташа пожала плечами. — Последний раз присылал мне фото из Будапешта. Но сидеть на одном месте не для него, ты и сам знаешь, – она подошла к окну и с тоской посмотрела на улицу, где уже начинало смеркаться. — Должен сказать, дорогая, я нахожусь намного ближе, – знакомый голос раздался позади доктора, отчего Романофф сразу же обернулась. Из-за спины Стивена к ней навстречу шагнул Клинт, приветливо раскрывая руки в объятиях. — Что, даже не обнимешь? – наигранно расстроился мужчина, скривив губы. — Пошёл ты, Бартон, – Наташа стукнула его кулаком в плечо, а затем порывисто обняла мужчину. Тот сразу же сомкнул руки на тонкой талии, притягивая её ближе и немного отрывая от пола, на что девушка тут же рассмеялась. — Надеюсь, ваше приветствие этим ограничится? – сдержанно полюбопытствовал Стрэндж, глядя на довольную парочку. — Ты всё-таки приехал по делу, Клинт. Не забывай об этом, – серьёзно добавил он и вышел из комнаты. — По какому делу? – Романофф недоумённо посмотрела на Клинта, отстранившись от него. — Старк дёрнул, – кратко ответил мужчина, разваливаясь на диване. — Сказал, что ты уже старушка и ни с чем не справляешься, – подстебнул подругу Бартон, подмигнув ей. — Придурок, – беззлобно фыркнула Наташа, швырнув ему в лицо подушку, которую Клинт с лёгкостью поймал. — И всё же? Что сказал тебе Тони? — Сказал, что ему не помешает моя помощь в охране, – признался Бартон. — Да и в принципе, надоело бегать от федералов. Сам хотел ему позвонить, но Тони оказался быстрее. Так что может ты мне расскажешь, зачем ему я? – он повернулся лицом к девушке. — Ох, – вздохнула она, поднимаясь на ноги. — Идём на кухню. История будет долгой.

***

Сознание вернулось к Мишель только через несколько часов. ...привязал... ...пухлый какой-то с ней был... Чей-то чужой голос эхом прокатился по помещению, отчего понять, где именно находится человек, было невозможно. Джонс старалась удержаться за сознание, дабы понять, что происходит, но голова была тяжёлой и мысли хаотично метались от одной к другой. ...ноут чистый... ...не успел отправить... «Давай же, М'Джей, вспоминай, ну!» – внутренний голос вопил от возмущения, а подсознание услужливо подкидывало картинки. Вот, они с Недом подключились к городским камерам и нашли ту, что висит у дома Питера. Вот, подъехал черный внедорожник, из которого выходит сам Паркер. Он кому-то улыбается и уговаривает пойти с ним. Вот, неизвестный выходит и Мишель узнает в нём пугающего друга Стива. Тони вальяжной походкой скрывается вместе с Питером в подъезде. А дальше... Дальше... Что же было дальше? Джонс издала невнятный звук, похожий на неразборчивое мычание и этого хватило, чтобы неизвестный обратил на неё внимание. Он тут же попрощался с тем, с кем говорил по телефону и подошёл к ней. — С добрым утром, красавица! – он грубо поднял её за подбородок, заставляя поднять голову. — Как самочувствие? Мишель с трудом разлепила глаза, сощурившись от неяркого света. В мутных очертаниях, она смогла выцепить силуэт, уже знакомый ей прежде. Это был тот парень из клуба, который приставал к ней на входе. — Я же говорил, что мы ещё встретимся, – он подмигнул ей и грубым рывком отпустил чужой подбородок. — Что... Что тебе надо? – слабым и осипшим голосом произнесла Мишель. — Тебя предупредили? – спросил он, усаживаясь в кресло напротив. — Ты не послушалась. Как говорится, инициатива наказуема, – незнакомец чуть похабно улыбнулся, закинув ногу на ногу. — Ты работаешь на Старка, да? – вновь спросила она, хотя слова причиняли ей почти физическую боль. В горле ужасно пересохло, невыносимо хотелось пить, но нужно было узнать, почему всё это происходит. — Невероятная проницательная, умная девушка, – мужчина радостно хлопнул в ладоши. — Даже жаль расставаться с такой красотой. — Убьёшь меня? – Джонс с вызовом посмотрела на него, не скрывая ненависти. — Ну что ты, – притворно ахнул он, схватившись за сердце. — Убью, конечно, потом когда-нибудь. Есть ведь вещи, которые намного хуже, чем обычная физическая смерть.

***

— Дайте мне телефон! – Стив продолжал кричать сквозь решетку камеры. — У меня есть право на один телефонный звонок! — Ага, – буркнул один из охранников. Он был порядком раздражён этими многочасовыми воплями. — А ещё, у тебя есть право хранить молчание. Лучше бы ты вспомнил о нём. Роджерс ударил ладонью по металлическим прутьям, словно надеялся, что они разлетятся. Сидеть здесь было слишком невыносимо. Вдобавок, его мучали тревожные мысли, касаемо Мишель. Ещё одно убийство в районе Питера не было случайным совпадением. Как узнать, в порядке ли она? Даже если ему отдадут сотовый, что, если она не ответит? — Билли, отдай ты ему уже чёртов мобильник, – сержант протянул охраннику телефон Стива. — Пусть позвонит и успокоится, – пояснил он, смерив Роджерса презрительным взглядом. Охранник повиновался и вручил арестованному смартфон. Немного поколебавшись, мужчина набрал номер. После двух гудков, он услышал знакомое, чуть насмешливое «Алло». — Тони, – обратился к другу Стив, воровато оглядевшись по сторонам. — Мне нужна твоя помощь.