Второстепенный мечник

Спать под мерный шум волн — это привилегия, доступная немногим. И, как назло, именно её у меня решили отобрать. Где-то в недрах лодки, под сиденьем, зазвенел Дэн Дэн Муси. Тот самый, о существовании которого настоящий Михоук вспоминал раз в год, а я надеялся забыть навсегда. Звонок означал проблемы. Номер этого конкретного «золотого» Дэн Дэн Муси знали всего два человека в мире. И оба бесили Дракуля до зубовного скрежета. Первым был Шанкс. Этот рыжий алкаш звонил в двух случаях. Либо он нажрался в хлам, команда уже храпит, а его тянет на философские беседы о несправедливости бытия, либо он хотел пришвартоваться на острове Курайгана. В обоих случаях он получал жесткий отказ, но это его не останавливало. Проплывая мимо моего острова, он всё равно оставлял после себя горы пустых бочек. Спасибо хоть, что не гадил на газоне. Вторым был Сэнгоку. Этот звонил только по делу. Собрание Шичибукаев, война, апокалипсис. Но и у Будды было рыльце в пушку. Лет пять назад, на свой день рождения, Сэнгоку набрался рисовой водки так, что перепутал кнопки и позвонил мне. Целый час он, икая, рассказывал, как его достали Гарп, Кизару и, особенно, «эти старые пердуны сверху». У меня до сих пор хранится запись этого монолога. Лучший компромат на Главнокомандующего, какой только можно представить. Пересилив желание выкинуть улитку за борт, я достал её из-под своего импровизированного трона. — Слушаю. — Дракуль Михоук. По нашим данным, ты сейчас находишься на выходе из Ист Блю. Это так? — голос Сэнгоку был сухим, официальным, но я уловил нотки напряжения. — Допустим, — лениво ответил я, откидываясь на спинку. — Решил узнать, как моё здоровье, Сэнгоку? — У нас чрезвычайная ситуация, — проигнорировал он мою колкость. — Один из новичков не выдержал давления Нового Мира и бежал обратно. Наш шпион докладывает, что он планирует закрепиться на Райской половине Гранд Лайн. — И зачем мне эта информация? — я грубо перебил его. — Вызывайте дозорных. Или ты хочешь, чтобы я работал нянькой? Стоп… В памяти всплыла одна деталь из газет. — Эта ситуация как-то связана с тем инцидентом? С нападением на Тэнрюбито? На том конце провода повисла тяжелая тишина. Бинго. Речь шла о пирате по прозвищу «Грешник». Награда — 190 миллионов бели. Если бы существовал рейтинг самых отбитых ублюдков, этот парень был бы в топ-10. Убийства, грабежи — это мелочи. Он специализировался на торговле людьми. Причем не просто рабами, а «запчастями». В основном детскими. Недавно этот гений преступного мира совсем слетел с катушек и подстрелил одного из Небесных Драконов. Казалось бы, конец истории. Адмирал Акаину, который был неподалеку, с радостью превратил бы его в кучку пепла. Он почти это сделал. Но Грешник сбежал, прикрываясь живым щитом из гражданских и даже своей команды. А потом случилось то, от чего даже меня передернуло. — Вы знаете, Сэнгоку, я не люблю марать руки о политику, — произнес я, глядя на горизонт. — Но в этот раз я сделаю исключение. Вам нужно его тело целиком или по частям? Улитка на том конце закашлялась и накренилась — похоже, Сэнгоку от неожиданности выронил трубку. ***

Маринфорд. Кабинет Главнокомандующего

Сакадзуки сидел в кресле, и воздух вокруг него дрожал от жара. Сигара в его зубах тлела с неестественной скоростью. Когда его отозвали с погони за Грешником, это было хуже удара ножом в спину. Тэнрюбито выжил. И, узнав подробности о «деятельности» Грешника, этот выродок в скафандре... восхитился. Он приказал помиловать пирата. Более того, Акаину получил приказ обеспечить безопасность ублюдка, если тот решит вернуться. «Помочь пирату». Когда Сакадзуки услышал это от жирного чиновника Сайфер Пола, он едва сдержался, чтобы не сжечь того заживо прямо в кабинете. Абсолютная Справедливость трещала по швам. Они, Дозорные, клялись защищать людей, а не прикрывать мразь, которая пирует на костях детей, только потому, что какому-то потомку «богов» стало скучно. Сэнгоку вошел в кабинет, выглядя на десять лет старше. Они впервые за долгое время были полностью солидарны. Это дерьмо нужно было смыть. Тихо. Без следов. Так, чтобы Тэнрюбито не смог предъявить претензии. — Садись, — кивнул Сэнгоку на стул. Акаину молча сел, выпуская струю дыма, похожую на выхлоп вулкана. — Придется действовать грязно, Сакадзуки. — Я готов утопить этот мусор в магме, Сэнгоку-сан. Плевать на последствия. — Нет. Если ты его тронешь, поднимется вой. Горосеи нас сожрут. Нам нужны чужие руки. Руки, которые не подчиняются приказам Мирового Правительства напрямую. Сэнгоку достал из ящика документ с печатью и подвинул его адмиралу. — Официально: за Грешником гонится вице-адмирал для "сопровождения". Неофициально: мы сливаем его маршрут. Акаину пробежал глазами по тексту и криво усмехнулся. — Красиво. Шпион есть, маршрут есть. Но кто исполнитель? Обычные пираты с ним не справятся, у Грешника сильный фрукт. — Разведка доложила, что Михоук сейчас возвращается из Ист Блю. Их курсы пересекаются. — Михоук? — Акаину скептически поднял бровь. — Этот высокомерный одиночка? С чего бы ему помогать нам? Он посылает нас к черту чаще, чем берет трубку. Сэнгоку молча набрал номер. Из улитки раздалось раздраженное «Слушаю». Акаину слушал диалог, и его брови ползли вверх. Когда Михоук прервал Главнокомандующего и сам предложил убить ублюдка, Сэнгоку от шока выронил трубку. — Он согласился? — хрипло спросил Акаину, когда связь прервалась. — Более того... он, кажется, даже рад, — Сэнгоку поднял улитку и протер её плащом. — Я объяснил ему риски. Сказал про "крышу" в виде Тэнрюбито. — И что он ответил? — Сказал не делать из мухи слона. И что Мировому Правительству сейчас не нужен враг в его лице. В кабинете повисла тишина. — Наглый ублюдок, — наконец произнес Акаину, но в его голосе не было привычной злобы. Скорее, мрачное удовлетворение. — Но если он сделает работу... я закрою глаза на его тон. *** Гранд Лайн. Лодка Михоука. Я повесил трубку. Собственно, у меня есть право говорить Дозору в лицо, что я думаю об их политике. Это, конечно, дерзко и попахивает суицидом, но черт возьми... как же приятно быть Сильнейшим. Где-то в глубине души, под слоями чужой памяти и хладнокровия, мой внутренний «я» ликовал. Я могу послать к черту Тэнрюбито, и мне за это ничего не будет. Потому что, если они решат наехать на Михоука, им придется высылать как минимум двух адмиралов, чтобы иметь гарантии. А терять такой боевой потенциал ради каприза жирного урода в скафандре они не станут. Настроение, испорченное звонком, вдруг резко пошло вверх. Давно я хотел проверить, на что способно это тело в реальном бою, без поддавков, как с Зоро. Грешник — идеальная груша. Сильный, мерзкий, и его не жалко. Я потянул за веревки, меняя галс. Паруса с хлопком поймали ветер. — На восток, — прошептал я. — Пора устроить небольшую чистку. Черный клинок за спиной, казалось, тихо завибрировал в предвкушении крови.